Решение по делу № 2-335/2025 от 06.11.2025 - о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти их отца <ФИО> при выполнении трудовых обязанностей в размере по 2 000 000 рублей в пользу каждого.

Дело № 2 – 335/2025 УИД: 66RS0060-01-2025-000420-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 октября 2025 года п.г.т.Шаля Свердловской области

Шалинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Сафонова П.П.,

при секретаре Коровиной М.С.,

с участием старшего помощника прокурора Шалинского района Свердловской области Вылегжаниной А.В.,

представителя истцов ФИО1, ФИО8 адвоката – ФИО20,

представителя ответчика МУП Шалинского МО «Шалинское водохозяйство» по доверенности - ФИО21,

представителя третьего лица на стороне ответчика Администрации Шалинского МО по доверенности - ФИО17,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО8 ФИО6 к Муниципальному унитарному предприятию Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти их отца ФИО2 при выполнении трудовых обязанностей в размере по 2 000 000 рублей в пользу каждого,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд к ответчику с требованиями: взыскать с муниципального унитарного предприятия Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» компенсацию морального вреда, причиненного смертью ФИО2, в сумме 2 000 000 (два миллиона) рублей каждому.

В обоснование иска указано, что отец истцов ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являясь работником муниципального унитарного предприятия Шалинское водохозяйство» (далее - ответчик, МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» получил производственную травму, в результате которой наступила его смерть, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ на территории <адрес> были запланированы работы по укладке трубопровода.

ДД.ММ.ГГГГ в 08:00 мастером МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» ФИО15 выдан наряд-допуск от ДД.ММ.ГГГГ № на выполнение земляных работ повышенной опасности с целью подготовки траншеи и укладки трубопровода на участке улично-дорожной сети, расположенном по адресу: <адрес>.

Согласно вышеуказанному наряду-допуску работы планировалось выполнять бригадой в составе 3 работников МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» - слесарей аварийно-восстановительных работ ФИО1, ФИО10, ФИО22 Производителем работ был определен старший слесарь аварийно-восстановительных работ ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ около 09:00 бригада в составе ФИО2, ФИО1, ФИО13 прибыла на место производства работ, а около 10:00 туда прибыл ФИО11, управлявший экскаватором и приглашённый по устной договоренности заместителем директора ООО "ЛЕСТЕХПРОМ" ФИО12, для осуществления механизированной копки траншеи в целях исполнения обязательств по договору об оказании транспортных услуг от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между Ответчиком и ООО «ЛЕСТЕХПРОМ».

ДД.ММ.ГГГГ в период с 10:00 до 17:00 вышеуказанная бригада с помощью ФИО11, управлявшего экскаватором, осуществляла работы по механизированной копке траншеи и укладке трубопровода.

ФИО2 при помощи ФИО1 и ФИО13 укладывал ПВХ трубу, ФИО11 осуществлял копку траншеи под трубопровод при помощи экскаватора. За прошедший день было выкопано около 70 метров траншеи и продолжить работы было решено на следующий день.

ДД.ММ.ГГГГ около 09:00 бригада в том же составе прибыла к месту выполнения работ и продолжила копку траншеи и укладку трубопровода на открытом участке улично-дорожной сети, расположенном по адресу: <адрес>.

Машинист экскаватора ФИО11 осуществлял механизированную копку траншеи, а бригада МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» находилась рядом, ФИО2 контролировал процесс и укладывал ПВХ трубу.

Около 09:30, выкопав примерно 10 м. траншеи, ФИО2 подал ФИО11 сигнал об остановке копки траншеи. Увидев сигнал ФИО2, ФИО11 вытащил ковш экскаватора из выемки траншеи, прекратил копку и поставил ковш на землю на расстоянии около 1.5-2 метров от бровки траншеи. Экскаватор при этом находился на расстоянии около 3-5 метров от бровки траншеи, двигатель экскаватора оставался запущен.

После прекращения копки ФИО2 спустился в траншею и при помощи штыковой лопаты приступил к выполнению работ по выравниванию грунтового основания выемки для последующей укладки трубопровода. При выполнении ФИО2 работ по выравниванию основания выемки, вертикальные стенки траншеи начали отслаиваться со стороны нахождения экскаватора и обваливаться на основание выемки. Заметив обрушение, ФИО2 начал бежать к противоположному от места начала обрушения выходу из траншеи. Не успев покинуть выемку траншеи, ФИО2 оказался придавленным грунтом, обвалившимся с вертикальных стенок траншеи. После обвала ФИО1 и ФИО13 начали откапывать пострадавшего ФИО2 при помощи монтировки и лопат. На место несчастного случая была вызвана бригада скорой медицинской помощи.

ФИО2 был доставлен в ГАУЗ СО ЦГКБ № <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ в результате полученных телесных повреждений скончался.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО2 наступила от травмы <данные изъяты>

10.07.2024 по данному факту следственным отделом по городу Первоуральск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области возбуждено уголовное дело №, по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ.

Согласно акту № по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ и заключению государственного инспектора труда №-ИЗ/12-39929-И/57-292 от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая с ФИО2 являются нарушения правил охраны труда:

- несовершенство технологического процесса, в том числе отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу;

- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе нарушение допуска к работам с повышенной опасностью, что выразилось в отсутствии в наряде-допуске, выданном мастером МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» ФИО15, сведений об условиях производства работ с повышенной опасностью;

- недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе не проведение инструктажа по охране труда, не проведении обучения и проверке знаний охраны труда;

- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе несогласованность действий исполнителей;

- неудовлетворительная организация производства работ, в том числе недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда.

Лицами, допустившими указанные нарушения правил охраны труда, являются работники МУП ШМО «Шалинское водохозяйство»: главный инженер ФИО14; мастер участка ФИО15; директор ФИО16

Грубой неосторожности в действиях самого ФИО2 не установлено.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществления технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, разработке технологических процессов, организации производства и труда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Применительно к спорным правоотношениям основанием ответственности работодателя за вред, причиненный здоровью работника, является вина в необеспечении им безопасных условий труда (соблюдение правил труда, техники безопасности и т.п.)

Поскольку вред здоровью и смерть ФИО2 причинены при исполнении им трудовых обязанностей, то Ответчик обязан возместить причиненный истцам моральный вред, то есть те нравственные страдания, которые они испытали в результате наступившей смерти ФИО2 Основания для освобождения Ответчика от компенсации морального вреда в данном случае отсутствуют.

Действиями Ответчика нарушено принадлежащее истцам неимущественное благо (семейные связи), в связи со смертью родного человека им причинены нравственные страдания.

Таким образом, Истцам ФИО1 и ФИО8 в результате виновных действий Ответчика причинен моральный вред, компенсацию которого они оценивают в 2 000 000 (два миллиона рублей) каждому.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, просят суд учесть следующие обстоятельства. Наступившей смертью ФИО2 в результате производственной травмы, вследствие виновных действий Ответчика, им причинен значительный моральный вред, поскольку они потеряли любимого человека - родного отца. Его смерть вызвала у них чувство невосполнимой утраты родного человека и сильные нравственные переживания по этому поводу.

Правовыми основаниями иска также указаны ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина». Истцы просят учесть, что гибель близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие жены, детей, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО8 участия не принимали, просили рассмотреть дело в их отсутствие, ввиду их эмоционального и морального состояния исковые требования поддержали в полном объеме по указанным в иске доводам (л.д. 110,111).

В письменных объяснениях истец ФИО8 указала, что действиями Ответчика нарушено принадлежащее неимущественное благо (семейные связи), в связи со смертью родного человека ей причинены нравственные страдания. Наступившей смертью ФИО2 в результате производственной травмы, вследствие виновных действий Ответчика, ей причинен значительный моральный вред, поскольку она потеряла своего любимого человека - родного отца. Отец всегда был для нее примером для подражания, примерным семьянином, он сильно любил ее и ее братьев и сестру. Она в свою очередь также очень сильно любила отца. Ее и отца связывали длительные теплые отношения. Смерть ФИО2 вызвала у нее чувство невосполнимой утраты родного человека и сильные нравственные переживания по этому поводу. До сих пор, когда она вспоминает отца, ей становится очень грустно, она очень скучает по отцу. Очень переживает о том, что больше никогда не увидит своего папу. Боль невосполнимой утраты очень близкого человека не покидает их семью и еще долго будет преследовать ее (л.д.118).

В письменных объяснениях истец ФИО2 дал аналогичные пояснения, также указал, что боль потери отца еще и усугубилась тем, что производственная травма с отцом произошла на его глазах. Ему пришлось буквально откапывать отца руками из земли. Он своими собственными глазами наблюдал те страдания, которые испытывал отец (л.д.119).

Представитель истцов по доверенности ФИО20 в судебном заседании поддержал исковые требования истцов по указанным в иске основаниям.

Представитель ответчика МУП ШМО «Шалинское ВДХ» ФИО21 просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме по указанным в отзыве доводам.

Согласно письменного отзыва данный ответчик против иска возражает, в обоснование возражений указано, что между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде несчастного случая со смертельным исходом ФИО2 отсутствует причинно-следственная связь. Уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ следственным отделом по городу Первоуральск СУ СК РФ, по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении строительных или иных работ, если это повлекло по неосторожности смерть человека) было прекращено 10.03.2025 года по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием состава преступления. В ходе расследования было установлено, что ФИО2 при выполнении работ по копке траншеи, в ходе работ остановил работы экскаватора и проявив инициативу и собственную небрежность с целью подравнять грунт на дне траншеи, незамедлительно спрыгнул вглубь траншеи. Ночью шел дождь и ФИО2 знал, что выполнять работы, находясь внутри траншеи категорически нельзя. Землю, обрушившуюся с кромок траншеи в ночь на ДД.ММ.ГГГГ, можно было убрать ковшом экскаватора. Для земляных работ был привлечён экскаватор, чтобы выполнять механизированную копку траншеи. ФИО2 принял самостоятельно решение спуститься вглубь траншеи. ФИО2 перед спуском в траншею не предупредил других работников об этом. ФИО2 разъяснялось, что спуск в траншею был запрещён, так как это небезопасно. ФИО2 был наиболее опытным и подготовленным работником, был назначен ответственным за выполнением работ. ФИО2 были известны нормативные требования охраны труда, обеспечение их соблюдения было отнесено к ответственности самого ФИО2 Истец ФИО1ётр ФИО7 непосредственно был во время проведения работ на месте несчастного случая, так как работал в МУП «Шалинское водохозяйство» и был очевидцем случившегося, а именно небрежного поведения ФИО2, который с целью подравнять грунт на дне траншеи, спрыгнул вглубь траншеи и выполнял там работы.

Несчастный случай с ФИО2 квалифицирован как страховой Социальным Фондом Российской Федерации. На организацию похорон семье ФИО2 выделялась материальная помощь в размере 130 000 рублей. Истцы являются совершеннолетними детьми ФИО2 проживают отдельно от родителей, не находились на иждивении у погибшего.

Наличие факта родственных отношений само по себе не может быть достаточным основанием для компенсации морального вреда. Суд должен учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Они же влияют и на размер компенсации (п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан», просит в удовлетворении иска отказать (л.д.108,109).

Представитель третьего лица на стороне ответчика, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Администрации муниципального округа ФИО17 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать по доводам указанным в отзыве.

В письменном отзыве третьего лица указано, что исковом заявлении о возмещении морального вреда отсутствуют какие либо требования к третьему лицу не заявлены.

В силу положений ст.113 ГК РФ, ст.7 ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование не несут ответственность по обязательствам государственного или муниципального предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества. В указанных случаях на собственника при недостаточности имущества государственного или муниципального предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам. Указанное обстоятельство устанавливается решением арбитражного суда. По состоянию на 24.06.2025 ответчик не признан судом банкротом.

Полагает, что сумма иска (2 млн. на каждого истца) является неразумной и необоснованной, не учитывает степень вины ответчика, фактические обстоятельства дела, степень физических и моральных страданий истцов, просит в иске отказать (л.д.117-118).

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, а также решение по гражданскому делу № по иску ФИО3, действующей в своих интересах и в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО4 и ФИО5 к Муниципальному унитарному предприятию Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» о компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти ФИО2 при выполнении трудовых обязанностей, оценив письменные доказательства по делу, на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исследовав заключение старшего помощника прокурора Шалинского района Свердловской области Вылегжаниной А.В., нашедшую исковые требования соистцов законными и обоснованными, установленным фактом наступления смерти при исполнении трудовых обязанностей, в связи с чем компенсацию морального вреда подлежащей взысканию с учетом требований разумности и справедливости, суд пришел к следующим выводам.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст.2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрен такой, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

В силу ст.ст.22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации именно работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Так, в соответствии со ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п.32 постановления от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст.1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ, в 09 часов 30 минут, в МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» произошел несчастный случай со смертельным исходом со старшим слесарем аварийно-восстановительных работ ФИО2 по адресу: <адрес> – открытом участке улично-дорожной сети. Так, на примыкающем к проезжей части участке вдоль забора с помощью экскаватора была отрыта траншея глубиной около 180 см., ширина около 60 см. и длиной около 1000 см. С одной из сторон от бровки траншеи, примыкающей к проезжей части, был расположен отвал (вырытый грунт), между бровкой траншеи и кромкой отвала берма (свободный от вырытого грунта участок) отсутствовала. Стенки траншеи вертикальные, откосы не оборудованы, основание выемки грунтовое, средства для спуска в траншею не оборудованы. На момент несчастного случая часть вырытого грунта из отвала была обрушена на основание выемки, на поверхности которой в момент обвала находился пострадавший ФИО2, грунт был влажный. При выполнении ФИО2 работ по выравниванию основания выемки, вертикальные стенки траншеи начали отслаиваться со стороны нахождения экскаватора и обваливаться на основание выемки. Не успев покинуть выемку траншеи, ФИО2 оказался придавленным грунтом, обвалившихся с вертикальных стенок траншеи. Несчастный случай с ФИО2 произошел в результате обрушения и осыпи земляных масс при выполнении земляных работ, монтаже трубы водоснабжения в траншее, расположенной по вышеуказанному адресу. После произошедшего ФИО2 госпитализировали в ГАУЗ СО «ЦГКБ №», где ДД.ММ.ГГГГ он от полученных травм скончался. Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение в акте о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15-29), в материалах расследования несчастного случая, в том числе заключении государственного инспектора труда 66/6-267-24-ИЗ/12-39929-И/57-292 (л.д.85-99), в материалах уголовного дела, возбужденного по данному факту по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ, включая проведенной в рамках указанного уголовного дела судебно-медицинской экспертизы трупа ФИО2 (л.д.46-57, 123-137).

Так из указанных материалов расследования несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на участке местности вблизи дома по адресу: <адрес>1 следует, что МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» были допущены нарушения правил безопасности, что явилось одной из причин несчастного случая - повлекло обрушение кромки траншеи и причинения тяжкого вреда здоровью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., от которого ДД.ММ.ГГГГ он скончался в ГАУЗ СО ЦГКБ № <адрес>. Нарушения правил безопасности МУП ШМО «Шалинское водохозяйство» выразилось в том, что наряд-допуск не содержал сведений об условиях производства работ с повышенной опасностью, необходимых мерах безопасности, а также не определены лица, ответственные за безопасность работ. Перед производством земляных работ повышенной опасности ФИО2 не проводился целевой инструктаж по охране труда, он был допущен к исполнению своих трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО2 наступила от травмы туловища в виде переломов костей таза, повреждения внутренних органов (сигмовидной кишки, мочевого пузыря и повреждения мягких покровов тела). Указанные повреждения, составляющие комплекс травмы туловища, в совокупности расценивается как опасные для жизни человека, создающие непосредственную угрозу для жизни, имеет признаки причинения тяжкого вреда здоровью. Постановлением заместителя руководителя СО по г. ФИО18 ФИО9 от 10.03.2025 уголовное дело возбужденное по факту смерти на производстве ФИО2 прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ – за отсутствием в действиях ФИО11, ФИО15, признаков преступления (л.д.85—101, 100-101,123-137).

Факт смерти ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ подтверждается свидетельством о его смерти. Из копий свидетельств о рождении детей, заключении брака видно что, ФИО1ётр ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. являются детьми ФИО2, из чего следует, что соистцы состояли в родственных отношениях с ФИО2, (л.д. 68-70, 144).

Указанными выше доказательствами установлено наличие вины работодателя, а также причинно-следственная связь нарушения ответчиком техники безопасности с наступившей гибелью ФИО2 Вина самого ФИО2 в происшедшем не установлена. С учетом изложенного, доводы ответчика о том, что ФИО2 допустил грубую неосторожность и неосмотрительность, не нашли своего подтверждения.

Из анализа норм Трудового кодекса Российской Федерации (ст.227 – ст.230.1), а также Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 № 73, следует, что в нормативных правовых актах, регулирующих данную область правоотношений, законодатель использует такие понятия, как несчастный случай на производстве, групповой несчастный случай на производстве, тяжелый несчастный случай на производстве, несчастный случай на производстве со смертельным исходом, - для каждого из которых установлены особенности порядка проведения расследования, извещения о несчастном случае, учета, оформления соответствующих документов (Решение Верховного Суда РФ от 04.05.2017 № АКПИ17-137).

Учитывая, что в соответствии со ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, п.3 ст.8 Федерального закона Российской Федерации от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, непосредственным причинителем вреда здоровью истца является ответчик МУП ШМО «Шалинское водохозяйство».

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии права у каждого из соистцов на компенсацию морального вреда в соответствии с требованиями ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с наличием несчастного случая на производстве, в результате которого наступила смерть близкого им человека: отца - ФИО2

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что в связи с несчастным случаем на производстве наступила смерть ФИО2, что является невосполнимой утратой для его детей ФИО1, ФИО8, которые, достигнув совершеннолетия, сохранили с ним семейные связи, до настоящего времени испытывают нравственные страдания от невосполнимой потери близкого и родного им человека. Вместе с тем, суд учитывает и то обстоятельство, что в настоящее истцы, достигшие совершеннолетия, проживали отдельно от погибшего отца, имеют свои семьи, что несколько снижает степень их нравственных страданий.

Таким образом, с учетом характера причиненных каждому из соистцов физических и нравственных страданий, степени данных страданий с учётом вышеизложенного (совершеннолетия и раздельного проживания с погибшим), требований разумности и справедливости, конкретных обстоятельств причинения вреда жизни ФИО2, а также с учетом того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, суд считает, что взысканию с ответчика подлежит компенсация морального вреда, причиненного соистцам ФИО1, ФИО8 в результате смерти ФИО2 - в размере 1 500 000 рублей каждому, следовательно, исковые требования подлежат полному частичному удовлетворению.

Кроме того, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взысканию с ответчика подлежит госпошлина в доход местного бюджета за рассмотрение дела в суде, от уплаты которой каждый из соистцов был освобожден, исходя из требований неимущественного характера, не подлежащих оценке, то есть в размере 6 000 рублей (3000 х 2).

Руководствуясь ст. ст. 103, 194, 197-199, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Иск ФИО1 (паспорт №), ФИО8 ФИО6 (паспорт №) к Муниципальному унитарному предприятию Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» (ИНН <***>) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти их отца ФИО2 при выполнении тем трудовых обязанностей в размере по 2 000 000 рублей в пользу каждого частично удовлетворить.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного в результате смерти его отца ФИО2 при выполнении тем трудовых обязанностей в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» в пользу ФИО8 ФИО6 компенсацию морального вреда, причиненного в результате смерти ее отца ФИО2 при выполнении тем трудовых обязанностей в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия Шалинского муниципального округа «Шалинское водохозяйство» в доход бюджета Шалинского муниципального округа Свердловской области государственную пошлину в размере 6 000 (шести тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Шалинский районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 06.11.2025.

Председательствующий судья П.П. Сафонов