Дело № 2-259/2025

78RS0015-2024-002522-04

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 марта 2025 г.

г. Санкт-Петербург

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Даниленко А.А.,

при секретаре Яковлевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании сделок недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ИП ФИО2, в котором просил признать недействительным пункт 11.1 договора финансовой аренды (лизинга) №<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, а также признать договор финансовой аренды (лизинга) <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ и договор купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ притворными сделками.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ДД.ММ.ГГГГ между ним (до смены фамилии – ФИО3) и ответчиком были заключены договор финансовой аренды (лизинга) и договор купли-продажи автомобиля марки Skoda Octavia. Согласно условиям договоров транспортное средство, принадлежавшее истцу, было продано ответчику за 180 000 рублей с последующей передачей его же истцу в лизинг с правом выкупа. ДД.ММ.ГГГГ в связи с просрочкой платежа автомобиль был изъят ответчиком в отсутствие истца с использованием имевшегося у ответчика комплекта ключей. Истец полагает, что оспариваемые договоры являются притворными сделками, прикрывающими фактически сложившиеся заемные отношения, при которых автомобиль выступал в качестве залога. Он ссылается на то, что ответчик, не имея статуса кредитной или микрофинансовой организации, осуществляет деятельность по предоставлению займов под залог автотранспортных средств под видом лизинга, на что, по мнению истца, указывают кабальные условия договора, в частности, размеры штрафной неустойки, предусмотренные пунктами 8.1 и 18 договора лизинга. Кроме того, истец считает недействительным пункт 11.1 договора лизинга, устанавливающий подсудность споров Черемушкинскому районному суду <адрес>, поскольку это нарушает его право на судебную защиту, гарантированное статьями 46 и 47 Конституции Российской Федерации, а также положениями статьи 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Закона РФ «О защите прав потребителей».

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ИП ФИО2, а также третье лицо ФИО4, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, не явились. В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признал возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Ходатайств, заявлений и возражений от лиц, участвующих в деле, не поступило.

Суд, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (ныне ФИО1) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 были заключены два договора под одним номером <данные изъяты>ЧДП-300923-1: договор купли-продажи транспортного средства и договор финансовой аренды (лизинга). По договору купли-продажи истец продал ответчику автомобиль Skoda Octavia <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <***>, VIN № за 180 000 рублей. Одновременно по договору лизинга тот же автомобиль был передан ответчиком истцу во временное владение и пользование за плату с правом последующего выкупа. Общая сумма лизинговых платежей по графику, приложенному к договору, составляет 553 034 рубля, из которых 180 000 рублей отнесены на выкупную стоимость, а 373 034 рубля составляют лизинговые платежи.

Согласно пункту 11.1 договора лизинга все споры между сторонами подлежат рассмотрению в Черемушкинском районном суде <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ автомобиль был изъят ответчиком в связи с просрочкой очередного платежа по договору лизинга.

Также в ходе рассмотрения дела было установлено, что по информации ГУ МВД России по <адрес> и <адрес>, текущим владельцем спорного транспортного средства является ФИО4

Истец оспаривает указанный пункт договора о подсудности, а также утверждает, что заключенные договоры являются притворными сделками, прикрывающими договор займа с залогом транспортного средства.

Разрешая требование истца о признании недействительным пункта 11.1 договора лизинга, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 47 Конституции Российской Федерации, «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом».

Статьей 29 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) установлены правила альтернативной подсудности. Частью 7 статьи 29 ГПК РФ предусмотрено, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены также в суд по месту жительства или месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора.

Согласно статье 17 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», потребители по искам, связанным с нарушением их прав, вправе предъявить иск в суд по месту жительства или пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора.

Истец, выступая в качестве лизингополучателя, является потребителем по смыслу Закона «О защите прав потребителей», поскольку договор лизинга транспортного средства для личных нужд не связан с осуществлением предпринимательской деятельности.

Условие договора, обязывающее истца обращаться за судебной защитой в суд, территориально удаленный от его места жительства (<адрес>), существенно затрудняет для него возможность реализовать свое право на судебную защиту, гарантированное Конституцией Российской Федерации, и противоречит специальным нормам о подсудности, установленным в защиту потребителя. Такое условие является ничтожным на основании статьи 16 Закона «О защите прав потребителей», поскольку оно ущемляет права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей.

Следовательно, пункт 11.1 договора лизинга, устанавливающий подсудность споров Черемушкинскому районному суду <адрес>, является недействительным. Подсудность данного спора определяется по общим правилам ГПК РФ и специальным нормам Закона «О защите прав потребителей», в связи с чем иск правомерно предъявлен в суд по месту жительства истца – Невский районный суд <адрес>.

Разрешая требование истца о признании договоров притворными сделками, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, данных в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что притворность предполагает намерение всех участников сделки прикрыть их действительную волю на достижение иных правовых последствий. Намерения одного участника совершить притворную сделку недостаточно.

Истец утверждает, что фактически между сторонами были заключены договор займа и договор залога транспортного средства, а лизинг и купля-продажа использованы как прикрытие. В подтверждение этого истец указывает на профессиональный характер деятельности ответчика по предоставлению займов под залог автотранспортных средств, отсутствие у ответчика статуса кредитной организации, а также на кабальные условия договора лизинга, в частности, размер неустойки.

Однако из материалов дела следует, что договор лизинга соответствует требованиям законодательства о финансовой аренде (лизинге). Договор содержит все существенные условия, предусмотренные главой 34 ГК РФ и Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)»: указание на предмет лизинга, продавца предмета лизинга, срок действия договора, размер и порядок выплат лизинговых платежей, условие о переходе права собственности по окончании срока лизинга. Стороны в пункте 1.9 договора прямо указали, что целью заключения договора для лизингодателя является размещение денежных средств посредством приобретения имущества и предоставления его в аренду, а для лизингополучателя – получение имущества в пользование и последующий его выкуп.

Тот факт, что ответчик не является кредитной организацией, не препятствует ему выступать в качестве лизингодателя, поскольку законодательство о лизинге не устанавливает таких ограничений для индивидуальных предпринимателей.

Что касается размера неустойки, указанного в пунктах 8.1 и 18 договора, то сам по себе он не свидетельствует о притворности сделки, а является условием об ответственности за нарушение обязательств, которое может быть оспорено в установленном законом порядке как несоразмерное последствиям нарушения обязательства (статья 333 ГК РФ). Однако истец не заявлял требования о снижении неустойки.

Представленные истцом документы не содержат бесспорных доказательств, подтверждающих, что воля обеих сторон изначально была направлена не на возникновение лизинговых отношений, а на установление заемных обязательств с залогом. Истец добровольно подписал оба договора, получил денежные средства от продажи автомобиля, а также владел и пользовался автомобилем на условиях лизинга. Его доводы о заблуждении (статья 178 ГК РФ) также не нашли подтверждения, поскольку истец не представил доказательств того, что он не понимал существа заключаемых сделок.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания оспариваемых договоров притворными сделками. Фактические отношения сторон укладываются в рамки договора финансовой аренды (лизинга) с выкупом имущества, а доводы истца о прикрытии заемных отношений носят предположительный характер и не опровергают юридической силы заключенных договоров, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании сделок недействительными - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

В окончательной форме решение принято 12.01.2026