Решение по делу № 2-3916/2024 от 08.10.2025 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

УИД 59RS0003-01-2024-004911-59

Дело № 2-459/2025

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 сентября 2025 года Кировский районный суд г.Перми в составе председательствующего судьи Терентьевой М.А., при секретаре Сергеевой М.С., с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3, с учетом уточнений, просил признать ответчика виновным в дорожно-транспортном происшествии, произошедшим 11 июля 2024 года на автодороге <адрес>., взыскать с ответчика материальный ущерб в результате ДТП в сумме 170 200 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, расходы на оплату экспертного заключения в сумме 15 000 рублей.

В обоснование иска указано, что 11 июля 2024 года в 21:55 часов на <адрес> произошло ДТП с участием транспортных средств М. под управлением ФИО1 и М.1. под управлением ФИО3 Виновное лицо в ДТП сотрудниками ГИБДД не установлено. Данное ДТП произошло при следующих обстоятельствах. Водитель ФИО3 двигался перед ним по левой полосе, перестроился в правую полосу. Он продолжил движение по полосе, не меняя траектории. В тот момент, когда автомобиль истца поравнялся с кабиной автомобиля М.1., ФИО3 без подачи световых сигналов внезапно перестроился в полосу, по которой двигался автомобиль истца, допустив столкновение. На данном участке дороги отсутствуют дорожная разметка и знаки. В результате ДТП автомобилю истца причинены существенные повреждения. ДТП произошло в результате нарушения ответчиком пункта 8.1 ПДД. Согласно заключению эксперта № от 26 августа 2024 года, подготовленному ООО «Урало-Сибирский центр независимой экспертизы», сумма имущественного вреда, причиненного истцу в результате ДТП составляет 170 200 рублей (из расчета 302 700 рублей – 132 500 рублей). Требования о взыскании компенсации морального вреда мотивирует тем, что в результате ДТП он испытывал физические и нравственные страдания, связанные с необходимостью восстановления поврежденного автомобиля, нарушением привычного образа жизни, потерей времени на решение вопросов, связанных с ремонтом и ведением судебного дела.

Определением суда в протокольной форме к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ПАО СК «Росгосстрах».

Истец и его представитель в судебном заседании на исковых требованиях настаивали.

ФИО1 по обстоятельствам ДТП пояснил, что двигался из <адрес> в сторону <адрес>, ехал по своей полосе, направление движения не менял, впереди него двигался автомобиль М.1.. По ходу движения имелось расширение проезжей части, дорожных знаков либо дорожной разметки о разделении полос не имелось, на проезжей части была лишь разметка желтого цвета, указывающая на то, что ведутся дорожные работы. На дороге имелась сплошная желтая полоса, разделяющая две полосы движения, т.е. полосы во встречном и попутном направлении, а также желтая сплошная полоса вдоль обочины. Когда началось расширение дороги, он не понял, что это расширение дороги, поскольку отсутствовала какая-либо разметка, показывающая, что на этом участке дорог идет разделение полос. Фактически на данном участке дороги имелось лишь две полосы в противоположных направлениях, разделенных сплошной линией. При этом автомобиль М.1. на участке расширения принял вправо, ФИО1, не меняя траектории движения, продолжил движение прямо в сторону <адрес>. Когда ФИО1 поравнялся с кабиной автомобиля М.1. намереваясь опередить, водитель автомобиля М.1., не убедившись в безопасности маневра, стал перестраиваться, то есть возвращаться в полосу, где двигался ФИО1, произошло столкновение. Удар автомобилем М.1. пришелся в переднее правое крыло автомобиля ФИО1. Водитель ФИО3 изменил траекторию движению, ушел вправо со своей полосы, затем вернулся. При этом сужение проезжей части было именно со стороны автомобиля М.1., со стороны истца была прямая полоса. Водитель ФИО3 пытался запутать сотрудников ГИБДД, говорил, что объезжал ямы, но при визуальном осмотре проезжей части, было установлено, что в месте движения истца отсутствовали неровности, тогда как в месте движения ответчика, то есть на участке расширения проезжей части, имелись многочисленные неровности, ямы, выбоины.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен.

В возражениях на иск указал, что на трассе <адрес> в сторону <адрес> проводились дорожно-ремонтные работы. Проезжая часть была отмечена временной сплошной разметкой оранжевого цвета, разделяя транспортные потоки противоположных направлений, кроме того, на проезжей части были установлены дорожные знаки с желтым фоном «Обгон запрещен» на переносной опоре. Территориально у АЗС «Газпром» водитель автомобиля М. начал обгон транспортного средства М.1., который двигался по полосе, не меняя траекторию движения, в результате данного маневра произошло дорожно-транспортное происшествие. В удовлетворении иска ФИО1 просил отказать, поскольку ФИО3 по протоколу ГИБДД виновным не признан. Представил в материалы дела фотоматериалы с места происшествия (т.1 л.д. 101-102).

Представитель третьего лица АО «Т-Страхование» в судебное заседание не явился, извещен.

Представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание не явился, извещен, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Представил материалы выплатного дела, указав, что страховщиком произведена выплата страхового возмещения истцу по договору ОСАГО в размере 67 250 рублей (из расчета 134 500 х 50%), с учетом невозможности установления степени вины участников в ДТП. В рамках прямого возмещения убытков по договору ОСАГО ПАО СК «Росгосстрах» компенсировало расходы по выплате страхового возмещения, рассчитанного и осуществленного АО «Т-Страхование» в порядке прямого возмещения убытков ФИО4, 21 октября 2024 года осуществило в пользу АО «Т-Страхование» выплату в порядке суброгации в сумме 42 900 рублей.

Дело рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО3 в порядке заочного производства на основании ст.ст. 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, выслушав пояснения истца и его представителя, показания свидетелей, исследовав материалы дела, а также материалы проверки по факту ДТП, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В силу статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Согласно статье 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки.

Судом установлено, что 11 июля 2024 года в 21:55 часов на а/д ....... произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств М. под управлением собственника ФИО1 и М.1., принадлежащий К., под управлением водителя ФИО3

По факту ДТП должностным лицом принято решение о проведении административного расследования (материал проверки КУСП № от 11 июля 2024 года) (т.1 л.д. 59-71).

В материалах по факту дорожно-транспортного пришествия зафиксированы объяснения участников ДТП, составлена схема с места происшествия (т. 1 л.д. 64).

Из объяснений водителя ФИО1 следует, что 11 июля 2024 года двигался по а/д <адрес> в направлении <адрес>, на <адрес> ехал по своей полосе, не меняя траекторию движения, впереди двигался автомобиль М.1., который изменил траекторию движения, приняв вправо. После чего ФИО1 начал опережать автомобиль М.1., не изменяя траекторию движения, сравнявшись с кабиной автомобиля М.1., последний начал возвращаться в его полосу, тем самым допустил столкновение с автомобилем М.. На данном участке движения отсутствуют знаки и дорожная разметка (т. 1 л.д. 62).

Из объяснений водителя ФИО3 следует, что 11 июля 2024 года ехал на автомобиле М.1. по а/д <адрес>, на <адрес> проезжая заправку Газпром по одностороннему движению в сторону <адрес>, где идет ремонт дороги, двигался по своей полосе, затем принял чуть правее, объезжая неровности дороги напротив въезда на АЗС. Двигаясь по своей полосе, не меняя траекторию движения, с его автомобилем сравнялся автомобиль М., который он не видел в зеркало заднего вида. Увидев М. в левое боковое зеркало, сразу же произошло столкновение, ФИО3 принял на обочину во избежание ДТП М. со встречным автомобилем. В данном ДТП виновным себя не считает, указывает лицом виновным в ДТП водителя М., так как он обгонял его на месте для поворота на АЗС. При движении сигналы поворота им не были включены, так как он не изменял траекторию движения (т.1 л.д. 63).

В сведениях о водителях транспортных средств, участвовавших в ДТП от 11 июля 2024 года, составленных сотрудником ДПС, указаны следующие повреждения М.: деформация переднее правое крыло, передняя правая дверь, задняя правая дверь, заднее правое крыло, правое зеркало заднего вида, передний колесный диск, скрытые повреждения (т.1 л.д. 60 об.).

Актом от 12 июля 2024 года установлено, что на <адрес> отсутствует горизонтальная дорожная разметка 1.8, 1.18, 1.19, 1.16.2 в нарушение требований п. 6.3.1 ГОСТ Р 50597-2017, отсутствуют дорожные знаки 5.15.2, 5.15.1 «Направление движение по полосам», 3.27 «остановка стоянка запрещена», 2.3.3 «примыкание второстепенной дороги», 4.1.1 «движение прямо» в нарушение требований п. 6.2.1 ГОСТ Р 50597-2017 (т.1 л.д. 66).

Постановлением от 12 августа 2024 года производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.1 л.д. 70).

В ходе административного расследования вина участников ДТП не установлена, никто из них не привлечен к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения, повлекшее столкновение транспортных средств.

В материалы дела ответчиком приобщены фото с места происшествия (т. 1 л.д. 117-131).

Истец, обращаясь с настоящим иском, просил признать лицом, виновным в случившемся ДТП, ответчика ФИО3, поскольку им нарушен пункт 8.1 Правил дорожного движения, в связи с чем просил взыскать с ответчика ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 170 200 рублей (302 700 рублей – 132 500 рублей).

По существу иска настаивал, что дорожное полотно имело две полосы движения во встречном и попутном направлении, разделенных сплошной линией разметки, по ходу его движения имелся участок расширения дороги, при этом он двигался прямо без изменения траектории движения, тогда как водитель впереди идущего М.1. сперва сместился правее в участок расширения дороги, а затем совершил маневр перестроения, попытавшись вернуться в полосу его движения, сигнал поворота не показал, при выполнении маневра не убедился в его безопасности, в результате чего произошло столкновение.

Из показаний свидетеля С. по обстоятельствам ДТП от 11 июля 2024 года следует, что он находился в качестве пассажира в автомобиле М. под управлением ФИО1, двигались в <адрес> в направлении <адрес>, на проезжей части проводились дорожные работы. Они двигались за автомобилем М.1. со скоростью 60-70 км/ч, вскоре на проезжей части появилось расширение дорожного полотна, стоял знак, запрещающий обгон, в месте расширения не было разметки или дорожных знаков. Водитель М.1. включил правый сигнал поворота, снизил скорость, свернул на обочину. Автомобиль М. продолжил движение прямо, не меняя траекторию движения. Позже видел, как автомобиль М.1. стал смещаться в их автомобиль, водитель М. использовал звуковой сигнал, реакции от водителя М.1. не было, произошел удар по касательной. После удара они съехали на обочину.

Свидетель С.1. пояснила, что находилась в автомобиле М. в день ДТП, в вечернее время двигались в сторону <адрес> для дальнейшего движения в <адрес>, скорость автомобиля была 70-80 км/ч. В месте, где произошло столкновение имелось расширение дороги, М.1. стала уходить правее на обочину, сигнал поворота свидетель не видела, когда М.1. сместилась на обочину, их автомобиль увеличил скорость и продолжил движение прямо. Помнит, что на дороге имелась желтая разметка, слева и справа у обочины была сплошная линия. Затем М.1. начала смещаться обратно в полосу их движения, ее супруг ФИО1 при приближении М.1. сигналил, но водитель их не видел, начал таранить и выпячивать их автомобиль на встречную полосу движения. ФИО1 стал прижиматься к М.1. чтобы не выехать на встречную полосу, затем сместился на обочину и остановился, автомобиль М.1. остановился сзади. Считает, что водитель М.1. мог продолжить движение по обочине, его скорость позволяла двигаться по обочине, при смещении водитель должен был пропустить их либо остановиться.

Свидетель П. пояснила, что находилась в машине М., сидела на пассажирском сиденье за водителем, они двигались в вечернее время около 22 часов в сторону <адрес>, ехали в отпуск в <адрес>. Полоса движения была обозначена с двух сторон желтой разметкой. Дорога начала расширяться, они двигались за М.1., которая стала перестраиваться в правую сторону, их автомобиль ехал прямо. Когда они сравнялись с автомобилем М.1. его водитель стал перестраиваться в их автомобиль. Водитель ФИО1 подал звуковой сигнал, произошел удар. Движение на участке дороги было оживленное, слева по встречной полосе ехал автомобиль, считает, что водитель М.1. мог остановиться.

Суд, проанализировав пояснения участников ДТП, показания свидетелей, установил, что в момент возникновения опасности автомобили участников ДТП двигались друг за другом, впереди идущий автомобиль М.1., за ним двигался М., при этом М. под управлением ФИО1 двигался прямо в пределах правой полосы, в то время как автомобиль М.1. совершил маневр перестроения – смещение вправо в место расширения проезжей части и обратно в ранее занимаемое им положение.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее - Правила дорожного движения) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Под перестроением согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения понимается выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения.

Пунктом 1.5 Правил дорожного движения предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Положения пункта 8.4 Правил дорожного движения обязывают водителя транспортного средства при перестроении уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

С учетом установленных обстоятельств, при перестроении водитель автомобиля М.1. ФИО3 должен был уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления. Однако при совершении маневра водитель автомобиля М.1. ФИО3 не убедился в безопасности своего маневра и в отсутствии попутно движущихся в пределах правой полосы транспортных средств, в результате чего допустил столкновение с автомобилем М., двигавшимся попутно прямо, чем нарушил требования п. 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Таким образом, в действиях водителя автомобиля М.1. ФИО3 имеются несоответствия требованиям п. 1.5, 8.4 Правил дорожного движения, что, по мнению суда, являлось единственной и непосредственной причиной дорожно-транспортного происшествия от 11 июля 2024 года.

При этом, требования истца об установлении вины в ДТП заявлены истцом в обоснование требований о взыскании ущерба, поэтому самостоятельному разрешению не подлежат, поскольку судебная защита в порядке гражданского судопроизводства осуществляется путем разрешения материальных требований.

Гражданская ответственность истца на дату дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» на основании полиса ОСАГО.

Гражданская ответственность владельца автомобиля М.1. была застрахована в АО «Т-Страхование» (ранее АО «Тинькофф Страхование»).

В соответствии с выполненным по заказу истца заключением ООО «Урало-Сибирский центр независимой экспертизы» стоимость услуг по восстановительному ремонту транспортного средства М. согласно Положения о Единой методики ЦБ РФ без учета износа по состоянию на 11 июля 2024 года составляет 205 000 рублей, с учетом износа – 132 500 рублей. Рыночная стоимость услуг по восстановительному ремонту транспортного средства М. по состоянию на 11 июля 2024 года составляет 302 700 рублей (т. 1 л.д. 9).

Доказательств иной стоимости причиненного ущерба ответчиком не представлено.

Принимая в качестве доказательства по делу данный акт экспертного исследования суд, руководствуясь положениями статьи 67 ГПК РФ, признает, что указанный акт является полным, основанным на данных осмотра поврежденного транспортного средства, составлен квалифицированным специалистом, имеющим специальные познания в данной области, не содержит противоречий и неточностей, согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 обратился к страховщику ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о наступлении страхового случая (т. 1 л.д. 194-195).

Страховщиком был организован осмотр автомобиля М., по результатам которого определен размер страхового возмещения с учетом износа автомобиля в сумме 134 500 рублей (т. 1 л.д. 223-225).

Из материалов выплатного дела следует, что страховщиком произведена выплата страхового возмещения ФИО1 по договору ОСАГО в размере 67 250 рублей (из расчета 134 500 х 50%), с учетом невозможности установления степени вины участников в ДТП (т. 1 л.д. 193).

С учетом установленных обстоятельств, суд при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, принимает во внимание надлежащий размер страховой выплаты по ОСАГО в сумме 134 500 рублей, поскольку указанный размер страховой выплаты с учетом установленных судом обстоятельства ДТП и вины ответчика в указанном событии, подлежит выплате истцу страховщиком в полном объеме.

Учитывая изложенное, исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с ответчика ФИО3 в пользу ФИО1 подлежит взысканию сумма ущерба 168 200 рублей (исходя из расчета 302 700 рублей - 134 500 рублей).

Требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 5000 рублей удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В силу пунктов 1 - 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 указанного Кодекса.

Доказательств того, что в результате ДТП, произошедшего 11 июля 2025 года, истцу был причинен вред здоровью, в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, правовых оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда, суд не находит.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу положений статей 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к судебным расходам относятся государственная пошлина, иные признанные судом необходимыми расходы.

Так, расходы, понесенные истцом, в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 июня 2016 года № 1).

Истцом понесены расходы на составление акта экспертного заключения в сумме 15 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 21 августа 2024 года (т. 1 л.д. 30).

Суд признает данные расходы вынужденными и необходимыми для истца, поскольку они связаны с защитой нарушенного права.

Кроме того, истцом понесены расходы на оплату госпошлины в сумме 6106 рублей (т. 1 л.д. 43) от цены иска 170 200 рублей.

С учетом частичного удовлетворения иска (168 200 рублей от 170 200 рублей, то есть 98,82%), с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в сумме 6034 рубля (из расчета 6106 х 98,82%) и расходы на составление заключения в сумме 14 823 рубля (из расчета 15 000 х 98,82%).

Общий размер судебных расходов составляет 20 857 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199, 233 – 237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 168 200 рублей, судебные расходы 20 857 рублей.

В остальной части иска отказать.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья М.А. Терентьева

Мотивированное решение изготовлено 08 октября 2025 года.