Решение по делу № 2-19/2022 от 02.03.2023 - о взыскании излишне перечисленных денежных средств.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

2 марта 2023 г. г. Усть-Кут

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Колесниковой А.В., при секретаре судебного заседания Макаровой А.А., с участием представителя ответчика (истца по встречному иску) государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум» ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2/2023 по исковому заявлению ФИО2 к государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум» о взыскании незаконных удержаний, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

встречному исковому заявлению государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум» к ФИО2 о взыскании излишне перечисленных денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум» (далее ГБПОУ ИО УКПТ) об обязании пересдать сведения о доходах в ИФНС РФ за 2020 г., взыскании незаконных удержаний, компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований с учетом заявления об увеличении иска ФИО2 указывает, что с 27.10.2010 по 10.08.2020 она работала в ГБПОУ ИО УКПТ в должности директора. 05.04.2021 она направила запрос в ГБПОУ ИО УКПТ о предоставлении расчетных листов по заработной плате за период с января 2020 г. по декабрь 2020 г. включительно, 08.04.2021 получила расчетные листы. Также истцом в личном кабинете налогоплательщика сформирована справка 2НДФЛ за 2020 г., где налоговым агентом является ГБПОУ ИО УКПТ. Изучив данные расчетные листы и справку 2НДФЛ, истец обнаружила, что суммы разные.

По мнению истца, ГБПОУ ИО УКПТ незаконно удержало с нее денежные средства, так как она никаких заявлений на удержание данных денежных средств не писала. Сумма незаконных удержаний составила 22 380,23 рублей.

Незаконными действиями ответчика истцу причинен моральный вред, выразившийся в наличии у нее чувства тревоги за свое будущее, бессоннице и нравственных страданий из-за невозможности полноценного отдыха в отпуске и невозможности получать полноценного лечения в период нетрудоспособности по причине недостатка денежных средств, так как суммы выплат по листкам нетрудоспособности в 2021 г. занижены. Причиненный моральный вред истец оценивает в 50 000 рублей.

Изучив заключение эксперта № 86/22, истец обнаружила, что на странице 16 ответчиком для экспертизы представлены платежное поручение от 24.03.2021 № 91 на сумму 5 000 рублей, платежное поручение от 24.03.2021 № 92 на сумму 15 196,24 рублей. Истцом сделан запрос и получен ответ, что данные суммы уплачены ей по исполнительным листам, в связи с чем считает, что сумма задолженности должна быть увеличена на 20 196,24 рублей, общая сумма недоплаты составляет 93 641,36 рублей.

В связи с рассмотрением дела в суде истцом понесены следующие судебные издержки: почтовые расходы в сумме 127 рублей, сумма, подлежащая выплате консультанту ФИО3, в размере 15 000 рублей, канцелярские расходы в сумме 542 рублей, всего 15 669 рублей.

С учетом заявления об отказе от части исковых требований, заявления об увеличении размера исковых требований, принятых судом, ФИО2 просит взыскать с ответчика в свою пользу сумму незаконных удержаний, недоплаты в размере 93 641,36 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, судебные расходы в размере 15 669 рублей.

ГБПОУ ИО УКПТ обратилось в суд со встречным исковым заявлением, в обоснование которого указывает, что с исковыми требованиями ФИО2 учреждение не согласно. Бухгалтерией техникума (новый состав бухгалтерии) проведена проверка расчетов по начислению больничных листов, отпусков, заработной платы за период 2020 г., также проверен расчет за 2019 г., так как на январь 2020 г. в расчетных листах имелись начисления со знаком минус.

По мнению истца по встречному иску, ФИО2 имеет перед техникумом задолженность в размере 26 795,49 рублей, которая вытекает из следующих обстоятельств: допущены счетные ошибки при расчетах, перечислены ФИО2 излишние средства, неправомерно применен НДФЛ.

В ходе проверки расчетов начислений установлено следующее.

В расчетном листке за сентябрь 2019 г. начислено 54 272,71 рублей, удержан НДФЛ – 7 056 рублей, выплачено – 19 142,45 рублей, долг предприятия перед работником – 28 074,26 рублей.

В расчетном листке за октябрь 2019 г. начислено 35 203,92 рублей, удержан НДФЛ – 4 575 рублей, выплачено 71 085,87 рублей. Долг предприятия на 01.10.2019 составлял 28 074,26 рублей, начислено по больничным листам в октябре 2019 г. – 35 203,92 рублей, удержано НДФЛ – 4 575 рублей. Итого расчет: 28 074,26 + 35 203,92 – 4 575 = 58 703,18 (сумма к выплате, исходя из расчетов). Фактически выплачено 71 085,87 рублей. Итого переплачено 71 085,87 – 58 703,13 = 12 382,69 рублей (возник долг работника перед предприятием). Допущена счетная ошибка.

При расчете сотрудника в этом же месяце программа применила льготный вычет на детей дважды. Льготный вычет не должен был применяться, так как общая облагаемая база превысила 350 000 рублей, в связи с этим возник излишне удержанный подоходный налог в размере 1 144 рублей.

Подоходный налог по расчетному листу октября 2019 г. рассчитан с суммы начисления 35 203,92 х 13 % = 4 575 рублей (с допущением арифметической ошибки – должна быть сумма 4 577 рублей).

В ноябре 2019 г. начислено 46 594,70 рублей, удержан НДФЛ – 5 912 рублей, выплачено 45 176,70 рублей. Долг работника на 01.11.2019 составил 12 382,69 рублей (переплатили в октябре 2019 г.). Начисление за ноябрь – 46 594,70 рублей, из них: сумма 1 122,97 рублей – компенсация за задержку зарплаты, налогом не облагается. Следовательно, НДФЛ высчитывается: (46 594,70 – 1 122,97) х 13 % = 5 912 (налог удержан верно.)

Выплата работнику составила 45 176,70 рублей (ведомости о перечислении в банк).

Правильный расчет: 46 594,70 – 5 912 = 40 682,70 (сумма, которая должна была быть перечислена работнику).

Разница между фактической выплатой и правильным начислением в ноябре 2019 г. составила 45 176,70 – 40 682,70 = 4 494 рубля. Долг работника на 01.11.2019 составил 12 382,69 рублей, переплатили в ноябре 2019 г. 4 494 рубля. Фактический долг работника на 01.12.2019 составил 12 382,69 + 4 494 = 16 876,69 рублей.

В декабре 2019 г. начислено 48 037,60 рублей, удержан НДФЛ – 6 245 рублей, выплачено 8 187,91 рублей. Удержана сумма ноябрьской переплаты 16 876,69 рублей (возникает долг предприятия перед работником 16 728 рублей).

При расчетах и выплатах начислений по заработной плате, больничным листам, удержанию НДФЛ в 2019 г. допущены арифметические ошибки. На 01.01.2020 также перед работником образовалась задолженность в размере 16 728 рублей.

В январе 2020 г. начислен по больничным листам перерасчет 248,31 рублей. НДФЛ с данной суммы 32 рубля не рассчитан и не удержан. Но в разделе расчетного листа отражен НДФЛ с минусом – -1 334 рубля, так как ранее в 2019 г. излишне произведено начисление НДФЛ. Также был долг предприятия на 01.01.2020 – 16 728 рублей. Выплачено 7 838,98 рублей. Долг предприятия работнику должен был составить 9 105,33 рублей. По расчетным листам за январь 2020 г. значится долг предприятия в сумме 10 471,33 рублей. Разница при расчете составляет 1 366 рублей – счетная ошибка.

В феврале 2020 г. долг предприятия был фактически 9 105,33 рублей (по расчеткам – 10 471,33 рублей), по больничным листам начисление составило 23 670,69 рублей, НДФЛ – 3 077 рублей. К выплате приходилось 29 699,02 рублей, по факту выплачено 3 373,68 рублей. Долг предприятия перед работником составил 26 325,34 рублей.

В марте 2020 г. к вышеуказанному долгу начислено 4 648,96 рублей, в том числе компенсация за задержку заработной платы 815 рублей (НДФЛ не взимается), удержано с начисления 3 833,94 рублей по больничным листам, НДФЛ – 498 рублей. 4 648,96 + 26 325,34 – 498 = 30 476,30 – данная сумма полагалась к выплате. По ведомостям и расчетным листам ФИО2 выплачено 60 303,36 рублей, что приводит к долгу работника перед техникумом в размере 29 827,06 рублей.

В апреле 2020 г. начисление больничного за счет работодателя в сумме 3 833,94 рублей, НДФЛ – 498 рублей. Фактически выплачено 1 684,15 рублей (разница от начисления 1 651,79 рублей), учитывая образовавшийся ранее долг работника перед техникумом, ФИО2 при вычете оставшейся с долга суммы должна техникуму 28 175,27 рублей.

В мае 2021 г. снова начислен больничный лист 3 833,94 рублей. НДФЛ с этой суммы – 499 рублей, выплачено по ведомостям 1 935,15 рублей.

Учитывая сумму долга работника перед техникумом и остаток недовыплаченной суммы 1 399,79 рублей, долг работника должен остаться на май 2020 г. – 26 775,48 рублей.

По аналогии происходит и с июнем 2020 г., начислена заработная плата 39 732,66 рублей, неправильно рассчитан НДФЛ с суммы начисления – 5 625 рублей, а должно быть 39 732,66 х 13 % = 4 593 рублей. Соответственно, должны перечислить 35 139,66 рублей, а перечислена сумма 34 107,66 рублей. Снова допущена арифметическая ошибка. Долг работника остается в июне 25 743, 48 рублей.

В июле 2020 г. при расчетах начислений ФИО2 также допущены счетные ошибки. Вместо перечисления суммы по расчету 42 809,43 рублей перечислено 59 841,74 рублей. Долг работника увеличивается и составляет 43 775,79 рублей.

При увольнении в августе 2020 г. и расчете ФИО2 работники бухгалтерии частично удерживают сумму долга. Остаток составляет 22 016,14 рублей. В сентябре 2020 г. производят возврат выходного пособия и выплату компенсации за задержку заработной платы, при этом применяют на сумму начисления 10 055,56 рублей расчет НДФЛ, а по статье 217 Налогового кодекса Российской Федерации данные выплаты не облагаются НДФЛ. К выплате должно было быть 10 055,56 рублей, а выплатили 14 834,91 рублей. Разница излишне перечисленной суммы составила 4 779,35 рублей.

Учитывая имеющийся долг работника перед техникумом на сентябрь 2020 г. в размере 22 016,14 рублей и разницу излишне перечисленной суммы 4 779,35 рублей, сумма долга ФИО2 перед ГБПОУ ИО УКПТ составила 26 795,49 рублей.

ГБПОУ ИО УКПТ просит суд взыскать с ФИО2 в свою пользу излишне перечисленные денежные средства в размере 26 795,49 рублей.

Определениями от 14.10.2021, от 08.12.2021, от 11.03.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 20 по Иркутской области, Министерство образования Иркутской области, государственное учреждение – Иркутское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации.

Определением от 20.01.2023 произведена замена стороны третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, государственного учреждения – Иркутского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации его правопреемником Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области.

Истец (ответчик по встречному иску) ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, представила заявление о проведении судебного заседания в ее отсутствие, ранее в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить, встречные исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ ФИО1, действующий на основании доверенности от 17.03.2022, в судебном заседании исковые требования ФИО2 не признал по основаниям, изложенным в возражениях на исковое заявление, поддержал встречные исковые требования по основаниям, изложенным во встречном исковом заявлении.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области, в судебное заседание представителя не направило, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом, представлен отзыв на исковые заявления, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 20 по Иркутской области, Министерство образования Иркутской области в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд с учетом мнения явившегося лица на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил рассматривать дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав представителя ответчика (истца по встречному иску), допросив свидетеля, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем пятым части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Данному праву работника в силу абзаца седьмого части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондирует обязанность работодателя выплачивать в полном размере причитающуюся работнику заработную плату в установленные законом или трудовым договором сроки и соблюдать трудовое законодательство, локальные нормативные акты, условия коллективного договора и трудового договора.

Часть 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации. Запрещается какая бы то ни было дискриминация при установлении и изменении условий оплаты труда (статья 132 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (части 1 и 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений следует, что Трудовым кодексом Российской Федерации каждому работнику гарантируется своевременная и в полном размере выплата заработной платы, которая устанавливается трудовым договором и зависит от квалификации работника, количества и качества затраченного труда.

Условие об оплате труда является обязательным для включения в трудовой договор, в котором не могут содержаться условия, ограничивающие права или снижающие уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

При включении таких условий в трудовой договор они не подлежат применению.

Как указано в статье 381 Трудового кодекса Российской Федерации, индивидуальный трудовой спор – неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (статья 382 Трудового кодекса Российской Федерации).

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что истец (ответчик по встречному иску) ФИО2 работала в должности директора ГБПОУ ИО УКПТ с 26.10.2010 по 10.08.2020. В период с 01.01.2019 по 06.05.2019 она находилась в отпуске по уходу за ребенком до трех лет и в соответствии с действующим законодательством получала пособие на ребенка. В периоды с 07.05.2019 по 22.05.2019 и с 23.07.2019 по 16.09.2020 ФИО2 находилась в ежегодном оплачиваемом отпуске. На больничном истец находилась в следующие периоды: с 07.05.2019 по 14.06.2019, с 15.05.2019 по 01.07.2019, с 09.07.2019 по 22.07.2019, с 24.07.2019 по 09.08.2019, с 14.08.2019 по 28.08.2019, с 02.09.2019 по 23.09.2019, с 25.09.2019 по 18.10.2019, с 19.10.2019 по 11.11.2019, с 13.11.2019 по 25.11.2019, с 26.11.2019 по 26.12.2019, с 27.12.2019 по 15.01.2020, с 03.02.2020 по 10.02.2020, с 11.02.2020 по 17.02.2020, с 20.02.2020 по 18.03.2020, с 19.03.2020 по 26.03.2020, с 14.04.2020 по 23.04.2020, с 13.05.2020 по 22.05.2020, с 26.06.2020 по 06.07.2020, с 07.07.2020 по 10.07.2020, с 10.08.2020 по 14.08.2020, с 14.09.2020 по 18.09.2020. В периоды с 08.06.2020 по 15.06.2020, с 13.07.2020 по 31.07.2020, с 01.08.2020 по 10.08.2020 ФИО2 находилась на рабочем месте, 10.08.2020 уволена.

По мнению истца (ответчика по встречному иску) ФИО2, из ее заработной платы работодатель производил удержания без ее согласия. По мнению ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ, ФИО2 излишне перечислены суммы заработной платы.

В материалы дела ответчиком (истцом по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ представлены Положение об оплате труда работников ГБПОУ ИО УКПТ, утвержденное 01.04.2019 и.о. директора ГБПОУ ИО УКПТ, табели учета рабочего времени, приказы и распоряжения работодателя, списки на перечисление заработной платы, платежные поручения, расчеты начислений произведенных истцу выплат, расчетные листки.

По ходатайству ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ определением Усть-Кутского городского суда Иркутской области от 27.06.2022 по делу назначена судебная бухгалтерская экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО8

Как следует из заключения эксперта № 86/22, выполненного экспертом ФИО9 ГБПОУ ИО УКПТ ФИО2 за период с 01.09.2019 по 31.12.2020 должно было начислить 691 917,35 рублей, удержать НДФЛ в размере 62 018 рублей. ГБПОУ ИО УКПТ недоплатило ФИО2 73 445,12 рублей.

Эксперт ФИО10. в судебном заседании пояснила, что в положении об оплате труда указана надбавка за выслугу лет, но там не указано о том, что пункты этого положения не относятся к начальствующему составу. В обоснование экспертного заключения она взяла среднедневной заработок за два года до декретного отпуска, все суммы взяты из расчетных листов ФИО2 Эксперт не могла взять в расчет среднедневной заработок за один месяц, так как для расчетов берутся годовые начисления. Для дачи заключения эксперт руководствовалась Федеральным законом «О бухгалтерском учете», учитывала задвоенные выплаты в январе и в феврале 2021 г., когда выплаты совершались ФСС и техникумом. Эксперт не знала о том, что были денежные средства, выплаченные по решению суда. Если выплаченная сумма не касается заработной платы, то недоплата увеличивается.

В целом суд оценивает заключение судебного эксперта в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации как объективное и достоверное письменное доказательство, отвечающее требованиям статей 86 и 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, во взаимосвязи с иными исследованными доказательствами, поскольку оно выполнено специалистом в области бухгалтерской экспертизы, с применением необходимых методик и технологий, в связи с чем выводы данной судебной экспертизы суд принимает в качестве надлежащего доказательства. При этом эксперт ФИО4 независима от участников процесса, является компетентным специалистом в соответствующей области, имеет необходимый стаж экспертной работы и предупреждена об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения.

Вместе с тем суд считает необходимым согласиться с доводами истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 о том, что денежные средства, перечисленные ей по платежным поручениям от 24.03.2021 № 91 в размере 5 000 рублей, от 24.03.2021 № 92 в размере 15 196,24 рублей, всего 20 196,24 рублей, учтенные экспертом при расчете, заработной платой не являются, так как уплачены на основании выданных судом исполнительных листов на оплату судебных расходов и компенсации морального вреда по ранее рассмотренному делу. Данные обстоятельства не оспариваются и ответчиком ГБПОУ ИО УКПТ.

Давая оценку доводам ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ о том, что ФИО2 не может получать в структуре заработка надбавку за выслугу лет, суд исходит из следующего.

Согласно Положению об оплате труда работников ГБПОУ ИО УКПТ, утвержденному 01.04.2019 и.о. директора ГБПОУ ИО УКПТ (далее Положение), оплата труда руководителя, заместителей руководителя и главного бухгалтера техникума состоит из должностного оклада, выплат компенсационного и стимулирующего характера (пункт 33). Выплаты компенсационного характера руководителю, заместителям руководителя и главному бухгалтеру техникума устанавливаются в соответствии с главой 3 настоящего Положения с учетом условий труда (пункт 42). Выплаты стимулирующего характера руководителю техникума производятся в виде премиальных выплат по итогам работы на основании показателей эффективности деятельности руководителя, утвержденных правовым актом министерства (пункт 43).

Глава 3 Положения регулирует следующие виды выплат компенсационного характера: выплаты работникам техникума, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда; выплаты за работу в местностях с особыми климатическими условиями; выплаты за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных (при выполнения работ различной квалификации, совмещении профессий (должностей), сверхурочной работе, работе в ночное время, выходные и нерабочие праздничные дни и при выполнении работ в других условиях, отклоняющихся от нормальных).

Таким образом, ФИО2 не может быть начислена надбавка за непрерывный стаж работы (выслугу лет), установленная главой 4 Положения, поскольку она являлась руководителем техникума.

В соответствии с решением Исполкома Иркутского областного Совета народных депутатов от 22.04.1991 № 206 «Об установлении единого районного коэффициента к заработной плате рабочих и служащих Усть-Кутского района» с 01.05.1991 к заработной плате рабочих и служащих Усть-Кутского района установлен единый районный коэффициент в размере 1,7.

Пунктом 1 статьи 2 Закона Иркутской области от 17.12.2008 № 123-оз «О размерах районного коэффициента к заработной плате работников государственных органов Иркутской области, государственных учреждений Иркутской области и предельном размере повышения районного коэффициента к заработной плате работников органов местного самоуправления муниципальных образований Иркутской области, муниципальных учреждений в Иркутской области» районный коэффициент к заработной плате работников государственных органов области, государственных учреждений области устанавливается в размере 1,7 для работников государственных органов области, государственных учреждений области, расположенных в следующих районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях области в Усть-Кутском районе, городе Усть-Куте.

С учетом изложенного, районный коэффициент при расчете заработной платы ФИО2 должен применяться в размере 70 %, а не 60 %, как это указано в заключении эксперта.

Поскольку надбавка за выслугу лет в размере 10 % оклада, а также районный коэффициент в размере 60 % применены экспертом при расчете заработка за июнь и июль 2020 г., размер заработной платы ФИО2 должен составлять за июнь 2020 г. – 39 732,66 рублей, из них НДФЛ – 4 593 рублей, за июль 2020 г. – 45 150,76 рублей, из них НДФЛ – 5 298 рублей.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что размер заработной платы ФИО2 за период с 01.09.2019 по 31.12.2020 с учетом выплаты отпускных, больничных листов, компенсаций должен составлять 687 673,19 рублей, НДФЛ – 61 465 рублей. Поскольку работодателем за указанный период выплачено истцу (ответчику по встречному иску) 598 275,99 рублей, задолженность по заработной плате, которая незаконно удержана с ФИО2, составляет 89 397,2 рублей.

При этом суд не может принять во внимание доводы ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ о неправильном исчислении экспертом размера среднедневного заработка, поскольку в судебном заседании и в письменных пояснениях эксперт ФИО4 указала, что для расчета она использовала сумму среднедневного заработка, рассчитанную работодателем ГБПОУ ИО УКПТ, исходя из полученного ФИО2 дохода за 2017 - 2018 гг., то есть за предшествующий период, так как последняя в 2019 - 2020 гг. находилась в отпуске по уходу за ребенком, на больничных листах, дохода у нее не было (за исключением 2 месяцев, которых недостаточно для расчета). Указанное не противоречит Федеральному закону от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».

Разрешая ходатайство ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ о применении срока исковой давности, суд исходит из положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, которыми определено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При наличии спора о компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие нарушения его трудовых прав, требование о такой компенсации может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.

Работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Согласно штемпелю на почтовом конверте с настоящим исковым заявлением ФИО2 обратилась в суд 16.04.2021, направив его по почте.

Поскольку истцом (ответчиком по встречному иску) вопреки позиции ГБПОУ ИО УКПТ фактически заявлены требования о взыскании невыплаченной в полном объеме заработной платы и других выплат, причитающихся при увольнении, в данном случае применяются нормы части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, которые ФИО2 соблюдены, в связи с чем в удовлетворении ходатайства ГБПОУ ИО УКПТ о применении последствий пропуска ФИО2 срока исковой давности следует отказать.

Учитывая установленные обстоятельства, исследовав и оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании с ГБПОУ ИО УКПТ суммы незаконных удержаний, недоплаты в размере 89 397,2 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании с ГБПОУ ИО УКПТ суммы незаконных удержаний, недоплаты в размере 4 243,8 рублей надлежит отказать.

Принимая во внимание, что суд пришел к выводу о том, что ФИО2 работодателем ГБПОУ ИО УКПТ не в полном объеме произведены установленные выплаты, в удовлетворении встречных исковых требований ГБПОУ ИО УКПТ о взыскании с ФИО2 излишне перечисленных денежных средств в размере 26 795,49 рублей следует отказать.

Разрешая требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из положений статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из разъяснений пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Рассматривая указанные исковые требования, принимая во внимание, что неправомерными действиями ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ в связи с незаконными удержаниями и невыплатой в полном размере заработной платы и выплат при увольнении ФИО2 причинены нравственные страдания и существенно нарушено ее право на труд, суд полагает, что с учетом требований разумности и справедливости, конкретных обстоятельств рассматриваемого дела, в пользу истца (ответчика по встречному иску) ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБПОУ ИО УКПТ о взыскании компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей следует отказать.

В соответствии со статьей 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (часть 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом ФИО2 заявлены требования о взыскании почтовых расходов в размере 127 рублей, в подтверждение чего представлены кассовые чеки от 16.04.2021, описи почтовых отправлений, подтверждающие направление искового заявления в суд и лицам, участвующим в деле.

Учитывая, что суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО2, почтовые расходы подлежат взысканию с ответчика ГБПОУ ИО УКПТ в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 120,65 рублей.

В удовлетворении требований ФИО2 о взыскании с ГБПОУ ИО УКПТ почтовых расходов в размере 6,35 рублей следует отказать.

В подтверждение несения канцелярских расходов ФИО5 представлен кассовый чек (дата не видна) на сумму 542 рублей о приобретении папки-регистратора стоимостью 190 рублей, бумаги Снегурочка А4/80/500 стоимостью 340 рублей, конверта немаркированного А5 стоимостью 4 рубля, конверта немаркированного А4 стоимостью 8 рублей.

Суд не может признать данные канцелярские расходы судебными, так как невозможно определить, когда они понесены, папка-регистратор и пачка бумаги, по мнению суда, не являются необходимыми расходами по данному делу.

В удовлетворении требований ФИО2 о взыскании с ГБПОУ ИО УКПТ канцелярских расходов в размере 542 рублей надлежит отказать.

Истцом ФИО2 заявлены требовании о взыскании суммы, подлежащей выплате консультанту ФИО3, в размере 15 000 рублей, в подтверждение чего представлен договор об оказании консультационных услуг от 02.04.2021, заключенный между ФИО3 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик), по условиям которого исполнитель по заданию заказчика обязуется оказать консультационные услуги по вопросу сдачи сумм НДФЛ за 2020 г., незаконно удержанных сумм и пересдачу доходов в ИНФС РФ за 2020 г., а заказчик обязуется принять услуги и оплатить обусловленную договором денежную сумму (пункт 1.1). Стоимость услуг составляет 15 000 рублей (пункт 3.1).

Как следует из акта выполненных работ от 12.04.2021 к договору от 02.04.2021, в соответствии с условиями договора стоимость услуг составила 15 000 рублей, данная сумма передана исполнителю заказчиком. Согласно договору услуги оказаны в полном объеме.

По ходатайству представителя ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ в судебном заседании в качестве свидетеля допрошена ФИО3, которая суду показала, что она оказывала услуги ФИО2, составила расчет по представленным документам. ФИО2 обратилась к свидетелю после увольнения в 2020 г., заплатила наличными 10 000 - 15 000 рублей, точно не помнит.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ГБПОУ ИО УКПТ, возражая против удовлетворения требований о взыскании расходов по оплате консультанту ФИО3, в материалы дела представил документы, подтверждающие, что ФИО2 имеет высшее экономическое образование, является кандидатом экономических наук, указывал, что последняя не нуждалась в каких-либо консультациях, поскольку сама имеет необходимое образование.

Давая оценку представленным доказательствам, суд не находит правовых оснований для признания расходов на оплату ФИО3 по договору об оказании консультационных услуг от 02.04.2021 судебными издержками, необходимыми расходами по данному делу, поскольку из указанного договора, показаний ФИО3, допрошенной в качестве свидетеля, не следует, что договор об оказании консультационных услуг от 02.04.2021 связан конкретно с данным гражданским делом.

Таким образом, в удовлетворении требований ФИО2 о взыскании с ГБПОУ ИО УКПТ расходов на оплату консультационных услуг в размере 15 000 рублей следует отказать.

В соответствии с требованиями статей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика ГБПОУ ИО УКПТ в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 2 859 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО2, паспорт №, удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум», ИНН <***>, в пользу ФИО2, паспорт №, сумму незаконных удержаний, недоплаты в размере 89 397,2 рублей, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, судебные расходы в размере 120,65 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2, паспорт №, к государственному бюджетному профессиональному образовательному учреждению Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум», ИНН <***>, о взыскании незаконных удержаний, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов в большем размере – отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум», ИНН <***>, к ФИО2, паспорт №, о взыскании излишне перечисленных денежных средств – отказать.

Взыскать с государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения Иркутской области «Усть-Кутский промышленный техникум», ИНН <***>, в доход бюджета Усть-Кутского муниципального образования государственную пошлину в размере 2 859 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Колесникова

Решение суда в окончательной форме принято 10 марта 2023 г.