УИД: 47RS0009-01-2025-001548-58

Дело № 2-2056/2025

09 декабря 2025 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировск

Ленинградской области

Кировский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Егоровой О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирновой Е.Н.,

с участием истца ФИО1,

с участием представителя ответчика АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» о признании увольнения незаконным, признании соглашении о расторжении трудового договора по соглашению сторон незаконным, обязании изменить формулировку основания увольнения, обязании изменить дату последнего рабочего дня, восстановить страховой стаж путем внесения изменений в страховой стаж в части указания даты последнего рабочего дня, признании выплат по соглашению о расторжении трудового договора по соглашению сторон выплатами за фактически отработанный период времени, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда, расходов на оплату юридических услуг, обязании разместить на официальном сайте АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» копию принятого судебного решения по настоящему делу в формате *PDF с целью восстановления деловой репутации истца,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Кировский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением к АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области», в котором с учётом неоднократных уточнений заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в окончательной редакции просит:

- признать увольнение незаконным,

- признать недействительным соглашение от 13.05.2025 г. о расторжении трудового договора от 11.01.2023 г. №, заключенное между АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» и ФИО1,

- обязать АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» изменить в трудовой книжке истца формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, последним рабочим днем считать 15.09.2025 г.,

- обязать ответчика полностью восстановить страховой стаж и внести изменения в страховой стаж путем корректировки даты последнего рабочего дня на 15.09.2025 г.,

- признать выплаты, осуществленные АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» по оспариваемому соглашению от 13.05.2025 г. о расторжении трудового договора от 11.01.2023 г. № выплатами за фактически отработанное время по 16.05.2025 г. включительно,

- взыскать с ответчика в свою пользу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 17.05.2025 г. по 15.09.2025 г., исходя из стоимости рабочего дня в размере 8 660,11 руб., в том числе НДФЛ, в общей сумме 727 448,5 руб., в том числе НДФЛ,

- взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 9 календарных дней, исходя из стоимости рабочего дня в размере 8 401,21 руб., в общей сумме 75 610,89 руб.,

- взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате юридической помощи в размере 89 500,00 руб.,

- взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 815 241,39 руб., в том числе НДФЛ,

- для восстановления деловой репутации истца обязать ответчика на 1 календарный месяц с даты вступления решения суда в законную силу разместить на лицевой странице (главной странице) сайта http://loesk.ru копию решения суда в формате *pdf в блоке (баннере) размером не менее 382*308 рх с названием блока (баннера) размером не менее 50 % от размера блока (баннера) – «Восстановление работника по решению суда».

Исковое заявление мотивировано тем, что истец состоял в трудовых отношениях с АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» с 11.01.2023 г., в указанную дату был принят на должность заместителя руководителя службы по управлению имуществом и дополнительным услугам в службу управления имуществом. На основании дополнительного соглашения от 01.08.2024 г. истец переведен на должность заместителя руководителя службы управления имуществом, при переводе на данную должность новые должностные инструкции истцу не предоставлялись, при этом с истца была снята часть трудовых функций – по работе с дополнительными услугами.

Истец указал, что 03.02.2025 г. ему работодателем было предложено перейти на должность начальника коммерческого отдела, в связи с чем на основании дополнительного соглашения, заключённого 03.02.2025 г., истец был переведен на указанную должность; истец указал, что должностная инструкция начальника коммерческого отдела ему не предоставлялась для ознакомления. Истец ссылается на то, что после перевода на указанную должность работодатель в устной форме уведомил истца о том, что с 20.02.2025 г. в его должностные полномочия будут входить функции, связанные с полным сопровождением договоров аффилированного юридического лица ООО «Константа» в части направления – размещение на воздушных линиях волоконно-оптических линий связи (ВОЛС). После перехода на указанную должность истцу стало известно, что на протяжении многих лет, направление, связанное с размещением ВОЛС на опорах воздушных линий со стороны ООО «Константа» выполняли 4 сотрудника, которые были уволены в один день.

Истец отметил, что с 01.01.2025 г. в соответствии с договором аренды ООО «Константа» арендовала помещение, общей площадью 195 кв.м, в здании центрального аппарата АО «ЛОЭСК», по адресу: Санкт-Петербург, Песочная наб., д. 42, лит. А; при этом в трудовом договоре от 11.01.2023 г., заключенном с истцом, местом его работы также указан адрес: Санкт-Петербург, Песочная наб., д. 42, лит. А.

Истец ссылается на то, что на постоянной основе получал дополнительные задания от руководителей ООО «Константа»; 23.04.2025 г., как указал истец, к нему обратился заместитель директора по производственной деятельности ООО «Константа», обязал истца в течение нескольких месяцев организовать техническую возможность проведения процедуры продажи неликвидных активов ООО «Константа» и АО «ЛОЭСК», на данное задание истец ответил отказом в его выполнении, поскольку каких-либо аналогичных заданий со стороны непосредственного руководства и АО «ЛОЭСК» истцу не поступало; 23.04.2025 г. от истца затребованы объяснения по факту отказа от выполнения указанного задания, которые были составлены и представлены руководству АО «ЛОЭСК»; 25.04.2025 г. от истца затребованы объяснения по факту нарушения режима рабочего дня в марте 2025 г. (05.03.2025 г., 14.03.2025 г.), данные объяснения истцом были предоставлены; истец указал, что от начальника службы управления персоналом АО «ЛОЭСК» 25.04.2025 г. поступило предложение о написании заявления об увольнении по собственному желанию с последующим трудоустройством в ООО «Константа».

28.04.2025 г., как указал истец, после рассмотрения возможных вариантов его увольнения, осознавая сложности судебного доказывания отсутствия факта прогула, основываясь на убедительных высказываниях начальника службы управления персоналом АО «ЛОЭСК» о дальнейшем трудоустройстве в ООО «Константа», истцом было написано заявление об увольнении по собственному желанию.

Истец ссылается на то, что 13.05.2025 г. между сторонами было подписано соглашение о расторжении трудового договора, ответчик обязался осуществить выплаты при увольнении, выходное пособие в соглашении предусмотрено не было; 16.05.2025 г. трудовой договор был расторгнут, так как последний рабочий день истца в АО «ЛОЭСК» по взаимной договоренности определен: 16.05.2025 г.

Истец указал, что 26.05.2025 г. он прибыл для трудоустройства в ООО «Константа», однако вход в здание был заблокирован, по телефону дозвониться до отдела кадров данной организации не удалось.

Истец ссылается на то, что перевод в ООО «Константа» был фальсифицирован из-за возникшей личной неприязни со стороны первого заместителя генерального директора АО «ЛОЭСК» Х.К.Г.; личная неприязненность со стороны Х.К.Г. возникла из-за отказа выполнять функционал уволенных сотрудников ООО «Константа» и нанесённой обиды заместителю генерального директора по производственной деятельности ООО «Константа» путем отказа выполнять его поручения; учитывая многократное написание объяснительных в течение короткого периода времени, угрозы увольнения из-за прогула, предоставление недостоверной информации, истец полагает, что работодатель вынудил истца подать заявление об увольнении по собственному желанию. Также истец указал, что работодатель вынудил его подписать соглашение о расторжении трудового договора с целью снизить риски восстановления истца на работу, исключения возможности отозвать заявление об увольнении.

Истец ссылается на то, что действиями работодателя ему причинены нравственные страдания.

В ходе судебного разбирательства истец конкретизировал, что незаконность его увольнения и незаконность оспариваемого соглашения от 13.05.2025 г. о расторжении трудового договора основана на том, что данное соглашение от 13.05.2025 г. подписано под угрозой увольнения по порочащему основанию. Истец указал, что в период осуществления трудовой деятельности работодателем истцу были созданы неблагоприятные условия, которые выразились в неоднократных требованиях о составлении объяснительных, в том числе по факту отсутствия на рабочем месте, по фактам организации процедуры продажи неликвидных активов; кроме того, по мнению истца, о создании неблагоприятных условий осуществления трудовой деятельности свидетельствует и то обстоятельство, что после подписания дополнительного соглашения от 03.02.2025 г. в трудовые функции истца включен дополнительный неоплачиваемый объем трудовых обязанностей, в пользу третьего лица (ООО «Константа») по вопросам, не связанным с основной трудовой функцией истца.

Определением Кировского городского суда Ленинградской области от 13.10.2025 г. производство по делу в части требований ФИО1 о восстановлении на работе прекращено в связи с отказом истца от иска в данной части.

Информация о рассмотрении гражданского дела в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Кировского городского суда Ленинградской области в сети «Интернет» (kirovsky.lo.sudrf.ru/).

Истец ФИО1 в судебное заседание явился, заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, заявленные требования не признала по мотиву их необоснованности, подержала ранее поданные возражения на заявленные требования. Из данных возражений (в части оставшихся требований иска) следует, что при расторжении трудового договора с работником работодателем были оценены все факторы, влияющие на начисление премий, на дату расторжения трудового договора работнику выплачены все выплаты, включая выплаты ежемесячной премии, премий по итогам 1 и 2 квартала, выплата которой (за 2-й квартал) не является обязательной. Ответчик не согласен с представленным истцом расчетом среднедневного заработка; в силу положений ст. 139 ТК РФ, постановления Правительства РФ от 24.12.2007 г. № 922, расчетным периодом среднего заработка является не заработная плата за период с 01.01.2025 г. по 16.05.2025 г. (день увольнения), а двенадцатимесячный период, предшествующий дате начала вынужденного прогула работника (17.05.2025 г.), т.е. период с 01.05.2024 г. по 30.04.2025 г., в связи с чем учитывая, что в расчет среднего заработка не входит оплата больничных, отпускных и прочих выплат в неотработанные дни, средний заработок, по расчетам ответчика, составляет 8 401,21 руб., исходя из расчета: сумма дохода 1 923 877,77 руб., количество рабочих дней: 250, количество фактически отработанных дней 229: 1 923 877,77 руб. / 229 = 8 401,22 руб.

Ответчик также не согласен с осуществленным расчетом денежной компенсации морального вреда, которая истцом рассчитана исходя из размера 3-х месячных заработков (на общую сумму 815 241,39 руб.); ответчик указал на то, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих причинение ему работодателем нравственных страданий.

Относительно требований о признании увольнения незаконным, о признании незаконным соглашения от 13.05.2025 г., ответчик указал, что расторжение трудового договора осуществлено по взаимному соглашению сторон, при расторжении трудового договора работодателем в пользу работника выплаты произведены в полном объеме, работник до подписания данного соглашения также собственноручно написал и представил работодателю заявление о его увольнении по собственному желанию.

Кроме того, ответчик полагает необоснованными доводы о создании работодателем неблагоприятных условий для трудовой деятельности истца, поскольку запрос работодателем объяснительных по факту проведения процедуры продажи неликвидных товаров преследовал цель получить конкретизацию выполненных действий, представленные объяснительные не повлекли принятие решений о привлечении работника к дисциплинарной ответственности; просит учесть, что запрос работодателем сведений о присутствии истца на рабочем месте в марте 2025 г. также не свидетельствует о создании неблагоприятных условий труда, поскольку запрос информации о присутствии на рабочем месте сотрудника является стандартной процедурой, при этом по результатам проверки сведений из объяснительных истца в журнале учета режима рабочего времени в марте 2025 г. дни: 04.03.2025 г. и 15.03.2025 г., учтены работодателем, оплачены работнику в полном объеме.

Относительно требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя ответчик указал на то, что не соблюдены требования о разумности и соразмерности данных расходов.

Относительно требования об обязании ответчика размесить копию решения суда на сайте работодателя, заявленного в качестве восстановления деловой репутации работника, ответчик указал на то, что иск не содержит сведений и обоснования нарушения деловой репутации работника. При этом просит учесть, что в силу положений соглашения стороны подтвердили, что претензий друг к другу не имеют, не допускают после расторжения трудового договора действий, способных нанести урон деловой репутации сторон.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии со ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение сторон (статья 78 указанного Кодекса) является одним из оснований прекращения трудового договора.

Согласно ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника. Так, положения ст. 78 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривают возможность расторжения трудового договора в любое время по соглашению сторон при достижении об этом согласия обеими сторонами, при этом требований к форме такого соглашения законом не установлено; кроме того, аннулирование таких договоренностей (относительно срока, основания увольнения и иных условий соглашения) также возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 22 названного Постановления расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Данное разъяснение справедливо и при рассмотрении судами споров о расторжении трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 ТК РФ), поскольку и в этом случае необходимо добровольное волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений с работодателем.

Таким образом, необходимым условием признания увольнения незаконным является наличие порока воли истца на увольнение по основанию п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которого в силу ст. ст. 56, 57 ГПК РФ, возложено на истца.

Из материалов дела следует, что 11.01.2023 г. между АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» и ФИО1 был заключен трудовой договор № (л.д.13-20, 174-178), ФИО1 был принят на должность заместителя руководителя службы по управлению имуществом и дополнительным услугам.

01.08.2024 г. в связи с переименованием должности ФИО1 переведен в службу управления имуществом на должность заместителя руководителя службы по управлению имуществом (л.д.179 на обороте, 180).

03.02.2025 г. между сторонами заключено дополнительное соглашение к данному трудовому договору, согласно п.1 которого, п.1.2 трудового договора изложен в следующей редакции:

«1.2. Работодатель предоставляет Работнику работу в коммерческом отделе коммерческой службы по должности начальник отдела. Основной трудовой функцией работника является организация работы в сфере дополнительных услуг. Должностные обязанности и квалификационные требования по должности работника устанавливаются должностной инструкцией начальника коммерческого отдела коммерческой службы, с которой работник ознакомлен до подписания настоящего трудового договора».

В силу п.2 этого же дополнительного соглашения п.5.2 трудового договора изложен в новой редакции:

«5.2. Работодатель устанавливает работнику в соответствии со штатным расписанием, действующим в АО «ЛОЭСК», должностной оклад в размере 115 000 руб. в месяц» (л.д.10).

ФИО1 28.04.2025 г. написано заявление об увольнении по собственному желанию (л.д.182).

Данное заявление истцом не отзывалось, что подтверждено объяснениями истца в ходе судебного разбирательства.

13.05.2025 г. между сторонами заключено соглашение о расторжении трудового договора от 11.01.2023 г. (л.д.183).

Последним днем работы работника согласовано 16.05.2025 г.

Приказом АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» от 16.05.2025 г. расторгнут трудовой договор от 11.01.2023 г., заключенный с ФИО1. на основании п.1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д.130, 144).

В приказе указано основание для расторжения: соглашение о расторжении трудового договора от 13.05.2025 г.

С приказом от 16.05.2025 г. работник ознакомлен 16.05.2025 г.

Из соглашения от 13.05.2025 г. (л.д.183) усматривается, что стороны достигли взаимного соглашения о том, что трудовой договор от 11.01.2023 г. № расторгается 16.05.2025 г. в соответствии с п.1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, последним днем работника является 16.05.2025 г.

Согласно п.2 данного соглашения, работодатель обязуется 16.05.2025 г выплатить работнику расчет при увольнении, а именно:

- оплата по должностному окладу за фактически отработанное время в мае 2025 г.,

- выплата денежной компенсации за неиспользованный ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 20,33 календарных дня,

- выплата денежной компенсации за неиспользованный ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск в количестве 2 календарных дня,

- премия ежемесячная за фактически отработанное время в апреле 2025 г. в размере 30 % от должностного оклада,

- премия за первый квартал в размере 100 % от должностного оклада работника за фактически отработанное время в размере 115 000 руб., в том числе НДФЛ,

- премия за второй квартал в размере 100 % от должностного оклада работника за фактически отработанное время в размере 44 830,51 руб., в том числе НДФЛ.

Согласно п.3 соглашения, работник и работодатель подтверждают, что денежные выплаты (расчет при увольнении), установленный п. 2 соглашения, являются окончательным и изменению (дополнению) не подлежат.

П. 4 соглашения предусмотрено, что на момент подписания соглашения стороны подтверждают, что претензий друг к другу не имеют и не допускают после расторжения трудового договора действий, способных нанести урон деловой репутации сторон.

Из представленной справки по форме 2-НДФЛ за 2025 г. следует, что в мае 2025 г. работнику выплачены следующие суммы при увольнении:

102 94,44 руб. (код дохода – 2000),

222 558,27 руб. (код дохода – 2002),

310,35 руб. (код дохода – 2012),

148 089,88 руб. (код дохода – 2013) (л.д.12).

В ходе судебного разбирательства истец пояснил, что 28.04.2025 г., после оценки возможных вариантов его увольнения, осознавая сложность судебного доказывания отсутствия факта прогула, основываясь на убедительных высказываниях начальника службы управления персоналом АО «ЛОЭСК» о дальнейшем трудоустройстве в ООО «Константа», истцом действительно было написано заявление об увольнении по собственному желанию, данное заявление им не отзывалось; истец указал, что соглашение от 13.05.2025 г. также было подписано им добровольно, после оценки им возможных вариантов его увольнения (по порочащему / не порочащему основанию). В последующем истец, уточняя заявленные требования, изменил пояснения, указав на то, что оспариваемое соглашение от 13.05.2025 г. подписано им в связи с созданием работодателем неблагоприятных условий.

В ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля допрошена К.С.С., занимающая должность начальника службы управления персоналом АО «ЛОЭСК». Из показаний свидетеля К.С.С. следует, что при подписании соглашения от 13.05.2025 г. ФИО1 был ознакомлен с текстом самого соглашения, проект данного соглашения составлен свидетелем К.С.В., при подписании ФИО1 указанного соглашения какого-либо давления на него со стороны руководства АО «ЛОЭСК» не высказывалось, проект соглашения, в том числе подлежащие выплате ФИО1 денежные суммы, согласовывались с руководством АО «ЛОЭСК». Свидетель пояснил, что в АО «ЛОЭСК» действует Положение об организации системы проверки (система СКУД), в силу действия которой ежемесячно осуществляется проверка явки сотрудников на рабочие места, ежемесячно свидетелем, как начальником службы управления персоналом АО «ЛОЭСК», у сотрудников запрашиваются объяснительные по фактам не присутствия на рабочем месте для целей контроля режима труда и рабочего времени, запрос таких объяснений представляет собой стандартную процедуру, о которой осведомлены все сотрудники, данная процедура не является свидетельством неправомерных действий со стороны работодателя; свидетель действительно по поручению руководства запрашивала у истца объяснительную по фактам наличия / отсутствия прогула на рабочем месте в апреле-марте 2025 г.; после получения от сотрудника такой объяснительной, работодатель каких-либо претензий к сотруднику не предъявлял, так как причины, указанные в объяснительной, были признаны работодателем уважительными. Свидетель пояснил, что также по поручению руководства была запрошена у истца объяснительная по факту неисполнения трудовых обязанностей по процедуре закупки неликвидных товаров, данная объяснительная была представлена ФИО1, объяснительную работодатель принял, каких-либо негативных последствий для истца не наступило. Свидетель указал, что каких-либо дополнительных объяснений от сотрудника ФИО1 запрошено не было, работодателем по отношению к истцу не применялись дисциплинарные взыскания, свидетель не предлагал истцу написать заявление об увольнении по собственному желанию, так как на это не имелось причин. Свидетель пояснил, что ООО «Константа» не находится в ведении АО «ЛОЭСК», работники ООО «Константа» не имеют отношения к АО «ЛОЭСК», сотрудники АО «ЛОЭСК» не имеют влияния на сотрудников ООО «Константа», в том числе в части принятия решения о принятии на работу конкретных сотрудников, от имени свидетеля предложений о переводе истца на работу в ООО «Константа» не поступало. Свидетель указал, что после увольнения истца он (истец) не обращался в АО «ЛОЭСК», общение с истцом прекратилось, какие-либо претензии, как при подписании соглашения, так и после расторжения трудового договора, со стороны истца не озвучивались; необходимость составления соглашения о расторжении трудового договора с истцом, которое составляется не в каждом случае увольнения сотрудников, обусловлено тем, что руководство АО «ЛОЭСК» определило целесообразность выплаты истцу максимально возможных денежных сумм при увольнении; премия не является обязательной к выплате; данные и показания системы СКУД являются основными для проверки работников на предмет соблюдения ими дисциплины труда; служебные расследования по фактам совершения истцом дисциплинарных проступков не проводились, написание истцом объяснительных по запрошенным работодателем фактам не привело к негативным последствиям у истца.

Оснований не доверять показаниям свидетеля суд не усматривает, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, доказательств заинтересованности свидетеля в исходе дела не представлено, показания свидетеля непротиворечивы, последовательны.

В обоснование требований о признании увольнения незаконным, о признании незаконным соглашения от 13.05.2025 г. истец ссылался на то, что соглашение о прекращении трудового договора подписано истцом под влиянием созданных работодателем неблагоприятных условий, в том числе условия о возможности увольнения по порочащему основанию (по прогулу). Однако в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истцом в ходе рассмотрения дела не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих факт оказания на него какого-либо давления при подписании соглашения о расторжении трудового договора.

Представленными в материалах дела доказательствами фактически подтверждается наличие волеизъявления истца на расторжение трудового договора и прекращение трудовых отношений между сторонами по соглашению сторон на добровольной основе; работнику были выплачены денежные суммы, в том числе премия за 2-й квартал, в связи с увольнением по соглашению сторон, получение денежных средств истцом не оспаривалось.

Материалы дела не содержат сведений о том, что от истца поступили возражения против расторжения трудового договора после его подписания.

Первоначальное написание истцом заявления об увольнении по собственному желанию (от 28.04.2025 г.), подписание непосредственно соглашения, ознакомление с приказом об увольнении, получение трудовой книжки, денежной компенсации в связи с увольнением по соглашению сторон, фактическое прекращение работы в день увольнения свидетельствуют о том, что истец имел намерение расторгнуть трудовые отношения с ответчиком по данному основанию.

Обоснованность ссылки истца на вынужденность написания им заявление об увольнении по собственному желанию от 28.04.2025 г. не подтверждена.

Ссылка истца на то, что на создание неблагоприятных условий труда, которые были выражены, среди прочего, в многократном написании им объяснительных в течение короткого периода времени, запрошенных работодателем, основанием для вывода о пороке воли работника при подписании соглашения не является.

Из материалов дела действительно следует, что ФИО1 25.04.2025 г. была составлена объяснительная по предоставлению информации о соблюдении режима работы в каждый день марта 2025 г. (л.д.21).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, информация в объяснительной получена работодателем, принята к рассмотрению, в журнале (табеле) учета режима рабочего времени все рабочие дни марта 2025 г., в том числе 05.03.2025 г. и 14.03.2025 г., ФИО1 учтены, оплачены в полном объеме.

Также из материалов дела следует, что ФИО1 составлена 23.04.2025 г. объяснительная по факту организации процедуры продажи неликвидных товаров (л.д.24), а также дополнительная объяснительная по этому же факту (л.д.11). Сведений о том, что за неисполнение ФИО1 трудовых обязанностей он был привлечен к дисциплинарной ответственности, материалы дела не содержат.

Обоснованность доводов истца о том, что в адрес истца высказывались со стороны работодателя угрозы увольнения по порочащему основанию (по порочащему основанию: по прогулу), также не подтверждается. Каких-либо доказательств данному обстоятельству не представлено, а более того, как следует из табеля учета рабочего времени, данное основание, в принципе, исключалось в связи с присутствием сотрудника на рабочем месте в марте 2025 г., учёте работодателем данного рабочего времени (05.03.2025 г. и 14.03.2025 г.) в качестве фактически отработанных, о своем присутствии на рабочем месяце в рабочие дни в марте 2025 г. ФИО1 сам указывал в тексте объяснительной, которая принята работодателем во внимание.

Ссылка истца на наличие неблагоприятных условий осуществления трудовой деятельности истца, в частности, на то, что после подписания дополнительного соглашения от 03.02.2025 г. в трудовые функции истца включено дополнительный неоплачиваемый объем трудовых обязанностей, в пользу третьего лица (ООО «Константа») по вопросам, не связанным с основной трудовой функцией истца, основанием для вывода об отсутствии у истца волеизъявления на заключение соглашения о расторжении трудового договора также не является. В обоснование данного довода истцом представлена переписка посредством электронной почты (л.д.136-143, 152-155).

Из материалов дела следует, что 06.11.2024 г. между АО «ЛОЭСК» и ООО «Константа» заключен агентский договор № 00-0406/2024 ПСТПР на оказание услуг по размещению волоконно-оптических линий связи (ВОЛС) на инфраструктуре АО «ЛОЭСК».

Согласно условиям данного договора, ООО «Константа» (агент) от имени АО «ЛОЭСК» (принципал) обязуется оказывать услуги: осуществлять поиск и привлечение потенциальных пользователей инфраструктуры электроэнергетики для размещения ВОЛС; осуществлять выдачу Пользователям инфраструктуры технических условий на размещение ВОЛС; заключать с пользователями инфраструктуры договоры на оказание услуг на размещение ВОЛС, производить расчеты с ними.

Таким образом, из условий договора следует, что ООО «Константа» поданному договору оказывает услуги по учету, анализу и систематизации информации по поступившим заявлениям пользователей инфраструктуры на размещение ВОЛС на опорах АО «ЛОЭСК», осуществляет поиск и оформление потенциальных заявителей, осуществляет заключение и ведение договоров с пользователей инфраструктуры, АО «ЛОЭСК» осуществляет организацию и контроль выполнения условий договора и оплату оказанных услуг.

Таким образом, ООО «Константа» не является аффилированным лицом по отношению к АО «ЛОЭСК», в связи с чем обоснованность довода истца о наличии у него дополнительной трудовой нагрузки в части ведения от имени ООО «Константа» переговоров, связанных с направлением ВОЛС, не подтверждается. Более того, как следует из материалов дела, ООО «Константа» является контрагентом АО «ЛОЭСК», реализует агентскую деятельность от АО «ЛОЭСК».

Довод истца о том, что месторасположения ООО «Константа» совпадает с местом нахождения АО «ЛОЭСК» не подтверждает довод о наличии у истца дополнительной нагрузки в трудовой деятельности, направленно на выполнение трудовой функции в пользу третьего лица (ООО «Константа»).

Из представленных Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных приказом АО «ЛОЭСК» от 15.05.2024 г. № 103, с изменениями от 25.03.2025 г., следует, что на территории работодателя в центральном аппарате действует контрольно-пропускной режим в виде системы контроля и управления доступом (СКУД). Работодатель контролирует соблюдение работниками центрального аппарата режима рабочего времени с помощью СКУД. Работники входят на территорию работодателя и выходят по персональным электронным пропускам, которые запрещено передавать третьим лицам (п.п. 8.23, 8.23.1).

Как установлено, в целях контроля исполнения положений Правил внутреннего трудового распорядка, утвержденных приказом АО «ЛОЭСК» от 15.05.2024 г. № 103, с изменениями от 25.03.2025 г., на регулярной основе запрашиваются сведения в отношении всех сотрудников, осуществляющих вход и выход в здание центрального аппарата.

Как пояснил представитель ответчика, подписание с истцом соглашения о расторжении трудового договора было обусловлено продолжительной работой сотрудника, отсутствием у сотрудника дисциплинарных взысканий, возможностью выплаты сотруднику помимо обычного расчета при увольнении по собственному желанию дополнительных денежных средств.

Из представленного Положения об оплате и стимулировании труда работников АО «ЛОЭСК», утвержденного п.1 приказа АО «ЛОЭСК» от 01.11.2021 г. № 494, следует, что данное положение введено с 01.01.2022 г.

На дату 13.05.2025 г. данное положение также действовало.

Согласно п.1.1 положения материальное стимулирование работников центрального аппарата общества, состоящих в трудовых отношениях с работодателем, кроме работников, перечисленных в п.1.2, может производиться в виде премирования по итогам работы за месяц, квартал и год, если иной порядок премирования определен сторонами трудового договора.

В силу п.1.2, премирование следующих категорий работников: первые заместители генерального директора, заместители генерального директора по направлениям деятельности, директора по направлениям деятельности регулируется Положением о материальном стимулировании Высших менеджеров АО «ЛОЭСК» (приложение № 5 к положению).

В силу п. 3.3 данного Положения, работодатель оставляет за собой право на выплату премиальной части системы оплаты труда работникам АО «ЛОЭСК» дополнительно к заработной плате в виде материального поощрения за выполнение трудовых функций при соблюдении работниками установленных показателей и условий премирования. Премиальные выплаты не являются обязательной выплатой, носят стимулирующий и поощрительный характер, являются дополнительным вознаграждением, призванным стимулировать результативность работы.

В разделе 4 приложения № 4 к положению конкретизированы условия для выплаты премий: надлежащее исполнение трудовых обязанностей, отсутствие не выполненных в срок приказов, поручений генерального директора общества, отсутствие нарушений ПВТР, трудовой дисциплины, требований локальных нормативных актов общества, отсутствие нарушений требований по охране труда и пожарной безопасности, в том числе приведших к несчастному случаю на производстве т причинению материального ущерба обществу, отсутствие дисциплинарного взыскания, не снятого в установленном порядке.

Из материалов дела следует, что при расторжении трудового договора с работником работодателем выплачены премии:

- ежемесячная (за апрель 2025 г.): в силу п. 5.2.1 приложения № 4 к положению: по итогам месяца, за который производится премирование, определяется суммарный размер премии по подразделению (функциональному направлению) из расчета размера премии не более 30 % должностного оклада каждого работника за фактически отработанное время.

Не оспорено, что премия, указанная п. 14 соглашения о расторжении начислена и выплачена истцу в полном объеме.

- премия за первый квартал 2025 г.: в силу п. 2.3 приложения № 4 к положению: премия по итогам работы за квартал устанавливается суммарно по структурному подразделению (функциональному направлению) в размере не более 100 % должностного оклада каждого работника за фактически отработанное в квартале время.

Не оспорено, что премия, указанная в п. 2.5 соглашения о расторжении начислена и выплачена истцу в полном объеме.

- премия за второй квартал 2025 г.: в силу п. 2.3 приложения № 4 к положению: премия по итогам работы за квартал устанавливается суммарно по структурному подразделению (функциональному направлению) в размере не более 100 % должностного оклада каждого работника за фактически отработанное в квартале время.

При этом п.5.6 приложения № 4 к положению установлено, что премия выплачивается работникам, состоящим в штате работодателя на последнюю дату отчетного периода, за который начисляется и выплачивается премия.

В соответствии с п. 5.8 приложения № 4 к положению по решению работодателя все виды премий могут быть уплачены работникам, несмотря на ограничения, установленные данным положением.

Из материалов дела следует, что последним рабочим днем истца являлся 16.05.2025 г., выплата указанной премии в силу п. 2.3 приложения № 4 к положению, п.5.6 приложения № 4 к положению не являлась обязательной, между тем, выплата премии за второй квартал 2025 г. осуществлена в пользу истца.

Сведений о том, что истец был лишен возможности отказаться от подписания соглашения о расторжении трудового договора, не имеется. Истцом оспариваемое соглашение подписано, сведений о том, что истец был лишен возможности обратиться к работодателю с заявлением об аннулировании ранее достигнутой договорённости о прекращении трудовых отношений, заявить работодателю о своем желании продолжить трудовые отношения, не имеется.

Приведенные истцом доводы о вынужденности подписания соглашения о расторжении трудового договора, в связи с возможными действиями работодателя по увольнению работника по отрицательным мотивам, не препятствовали истцу выбрать иной вариант поведения, а именно - не подписывать соглашение о расторжении трудового договора, а в случае увольнения по инициативе работодателя (если бы таковое состоялось), обжаловать его в установленном законом порядке.

Между тем, попытка избежать увольнения по иным (по инициативе работодателя) основаниям путем реализации права на подписание соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по соглашению сторон) и последующее расторжение трудового договора, сами по себе не могут являться подтверждением вынужденного характера увольнения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что подписание соглашения о расторжении трудового договора в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ в данном случае является избранным работником способом защиты, что также свидетельствует о добровольности волеизъявления истца.

Совершение истцом последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон, в отсутствие доказательств, подтверждающих обстоятельства понуждения работника к увольнению по указанному основанию, свидетельствуют о добровольности волеизъявления истца на увольнение на основании п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Учитывая указанное, требования истца о признании увольнения незаконным, признании соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон незаконным удовлетворению не подлежат.

Поскольку не имеется оснований для удовлетворения указанных материально-правовых требований, не подлежат удовлетворению и требования истца об обязании изменить формулировку основания увольнения, обязании изменить дату последнего рабочего дня, восстановить страховой стаж путем внесения изменений в страховой стаж в части указания даты последнего рабочего дня, признании выплат по соглашению о расторжении трудового договора по соглашению сторон выплатами за фактически отработанный период времени, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства не установлено нарушений прав работника, требования истца о взыскании с работодателя денежной компенсации морального вреда также удовлетворению не подлежат.

Требования истца об обязании разместить на официальном сайте АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» копию принятого судебного решения по настоящему делу в формате *PDF с целью восстановления деловой репутации истца признаются несостоятельными, поскольку нарушения деловой репутации истца не установлено. Кроме того, пунктом 4 соглашения предусмотрено, что на момент подписания соглашения стороны подтверждают, что претензий друг к другу не имеют и не допускают после расторжения трудового договора действий, способных нанести урон деловой репутации сторон.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика денежной компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск, которые им не поддержаны, заявление об отказе от иска в данной части не представлено. Учитывая, что требования иска в остальной части признаются необоснованными, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска в части взыскании с ответчика денежной компенсации за неиспользованный ежегодный оплачиваемый отпуск.

Учитывая, что все поименованные выше требования признаются необоснованными и не подлежащими удовлетворению, оснований для удовлетворения требований о взыскании в пользу истца расходов на оплату юридических услуг также не имеется.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» о признании увольнения незаконным, признании соглашении о расторжении трудового договора по соглашению сторон незаконным, обязании изменить формулировку основания увольнения, обязании изменить дату последнего рабочего дня, восстановить страховой стаж путем внесения изменений в страховой стаж в части указания даты последнего рабочего дня, признании выплат по соглашению о расторжении трудового договора по соглашению сторон выплатами за фактически отработанный период времени, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда, расходов на оплату юридических услуг, обязании разместить на официальном сайте АО «ЛОЭСК-Электрические сети Санкт-Петербурга и Ленинградской области» копию принятого судебного решения по настоящему делу в формате *PDF с целью восстановления деловой репутации истца, - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме посредством подачи лицами, участвующими в деле, апелляционной жалобы через Кировский городской суд Ленинградской области.

Судья: О.А. Егорова

Мотивированное решение изготовлено 23.12.2025 г.