Дело № 2-196/2025
УИД 46RS0003-01-2025-000160-06
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
гор. Курск 18 сентября 2025 года
Глушковский районный суд Курской области в составе:
председательствующего судьи Сумщенко О.П.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Кругляк Е.С.,
с участием представителя истца ФИО11 – адвоката Тебекиной Е.А.,
представившей удостоверение №1483, выданное Управлением Минюста России по Курской области 20.04.2023 года и ордер №024393, выданного НО «Коллегия адвокатов №8» Адвокатской палаты Курской области 23.06.2025 года,
ответчика ФИО12,
представителя ответчика - адвоката Игуменова Д.А.,
представившего удостоверение №1458, выданное Управлением Минюста России по Курской области 20.04.2022 года и ордер №028560, выданного Адвокатским кабинетом «Адвокат Игуменов Дмитрий Анатольевич» Адвокатской палаты Курской области 10.07.2025 года
третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО13,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО11 к ФИО12 о взыскании морального вреда,
УСТАНОВИЛ :
ФИО11 обратилась в суд с иском к ФИО12, в котором просит взыскать с ответчика в её пользу в возмещение морального вреда 200 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7000 рублей, указав в обоснование заявленных требований, что является дочерью ФИО1, умершего ДД.ММ.ГГГГ в <...> в результате преступных действий вооруженных формирований Украины. Ответчик ФИО12, двоюродная сестра ФИО14, тайно забрала его тело из морга и похоронила в незнакомом месте, не поставив истца в известность. Опознать труп в морге не смогли, после чего предложили сделать тест ДНК, подтверждающий личность умершего и родство. В военной прокуратуре у неё взяли пробы теста ДНК, пояснив, что срок ожидания выполнения теста составит 30 дней. ФИО13, мать истца, была признана потерпевшей по уголовному делу в связи со смертью ФИО14 Сотрудники морга пояснили, что тело будет ей выдано только на основании результатов теста ДНК. 12 ноября 2024 года ей стало известно о том, что 13 ноября 2024 года будут похороны её отца. Утром 13 ноября 2024 года она с матерью, ФИО13, приехала в морг, предоставила свое свидетельство о рождении, паспорт отца, но в выдаче тела ей было отказано, поскольку днем ранее к ним обратилась ФИО12
Ответчик ФИО12, без уведомления её о своих действиях, пришла в морг, получила справку о причине смерти ФИО14 на основании акта опознания, предоставленного следователем ФИО2
ФИО12 не сообщила о месте захоронения отца, похоронила его по своему усмотрению, не дав с ним проститься и проводить его в последний путь. Так как до сих пор не получен результат теста ДНК, то она не уверена, что похоронен именно ФИО14 Ссылаясь на положения статей Федерального Закона №8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», статей 151, 1101, 1099 ГК РФ, полагает, что имеет право на возмещение морального вреда, поскольку ёй причинены нравственные страдания, так как при жизни она часто общалась со своим отцом и не может самостоятельно справиться с его потерей, для чего возникла необходимость посещать психолога и «прорабатывать» свои душевные травмы.
В судебное заседание не явилась надлежащим образом уведомленная о дне, месте и времени слушания дела истец ФИО11, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ОБУЗ "Бюро судебно-медицинской экспертизы" - согласно заявлению, просил рассмотреть гражданское дело в его отсутствие.
На основании ст.167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотрение дела в отсутствие указанного лица.
Кроме того, в соответствии со ст. ст. 14 и 16 ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о времени и месте рассмотрения настоящего дела была заблаговременно размещена на интернет-сайте Глушковского райсуда <адрес>.
В судебном заседании представитель истца ФИО11 по ордеру адвокат Тебекина Е.А. исковые требования ФИО11 поддержала, просила по изложенным в заявлении основаниям удовлетворить. Пояснила суду, что до настоящего времени тест ДНК не выполнен, а её доверитель ФИО11 не обращалась в морг за выдачей трупа, так как ждала результатов анализа теста ДНК, чтобы убедиться в том, что это её отец. На похороны отца она не попала. Своего согласия на захоронение отца она ФИО12 не давала. Когда на кладбище увидела место захоронения, то обратила внимание на то, что запись в табличке на кресте о дате смерти отца ФИО1 «17.08.2024 г.» не соответствует фактической: 21.08.2024 г., в связи с чем перенесла душевную травму, по поводу которой обращалась к психологу и неврологу.
В судебном заседании ответчик ФИО12, её представитель по ордеру адвокат Игуменов А.Д. исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении, пояснив суду, что ФИО1. – двоюродный брат ответчика, после вторжения 6 августа 2024 года вооруженных формирований Украины на территорию Курской области ФИО1 остался проживать по адресу: <адрес> Узнав о его смерти, ФИО12 лично неоднократно обращалась в органы местного самоуправления и к военному руководству с просьбой вывезти труп ФИО1 для его захоронения. В начале сентября 2024 года военнослужащим Вооруженных сил РФ удалось доставить труп в морг Рыльской ЦРБ, а оттуда через некоторое время труп ФИО1 был доставлен в ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы». Все время, с момента, когда ей стало известно о смерти ФИО1 и до направления трупа ФИО1. в морг, она созванивалась с бывшей супругой ФИО1 и матерью истца - ФИО13 14 сентября 2024 года она и ФИО13 вместе приехали в морг на опознание. ФИО13 труп не опознала. После того, как ФИО11 сдала тест ДНК, ФИО13 и ФИО11 по неизвестным причинам прервали всякое общение с ней. У нее же не было сомнений, что это её двоюродный брат – ФИО1 она его опознала по чертам лица, по залысине, а также по телосложению. Она взяла справку из администрации <...> о том, что ФИО1 на день смерти проживал в <...> и отвезла её в морг, после чего ей дали согласие на получение тела ФИО1 с целью его погребения. ФИО11 она оповестила через её мать, ФИО13, по номеру телефона № о том, что 13 ноября 2024 года состоятся похороны ФИО1. на Южном кладбище г.Курска, сообщив точное время и место захоронения. Поскольку похороны уже были организованы, выделено место для погребения на кладбище и подготовлена могила, прибыли люди для участия в церемонии, она созвонилась с начальником Бюро СМЭ, и в ходе разговора с ней получила разрешение забрать труп ФИО1 для захоронения, так как никаких письменных обращений от правоохранительных органов или иных лиц, в том числе от родственников ФИО1, о невыдаче трупа для захоронения в Бюро СМЭ не поступало. ФИО11 и ФИО15 были предупреждены работниками Бюро СМЭ о дате и времени планируемой выдаче ей, ФИО12, трупа ФИО1 для погребения в случае их отказа от захоронения родственника. В указанное время ФИО11 и ФИО13 не приехали и не направили в Бюро СМЭ обращение о выдаче именно им трупа ФИО1 для погребения. На похороны ни дочь покойного брата, ФИО11, ни его бывшая супруга, ФИО13, не явились. Точную дату смерти ФИО1 не могли установить, и она, ФИО12, на табличке указала примерную дату смерти брата – 17 августа 2024 года, так как о его смерти ей, ФИО11 и ФИО13 стало известно в середине августа 2024 года: его нашли мертвым, лежащим на полу, о чем было сообщено ФИО13, однако ФИО1. никто из <...> не забирал, он оставался лежать на полу в доме, при том, что к концу августа 2024 года стояла жаркая погода. Кроме того, тетя ФИО1 – ФИО3 с которой он проживал длительное время в <...>, просила её как можно скорее похоронить племянника. Она совместно с ФИО3. оплатили стоимость погребения и ограды в размере 20000 руб. Прибывшие на похороны кумовья и знакомые не спрашивали, почему на похоронах не присутствовали дочь и бывшая жена, так как они знали, что ФИО1. при жизни с ФИО13 не общался, а его дочь ФИО11 навещала его редко (1-2 раза в году). Других детей у ФИО1 не было.
Полагают, что ФИО11 и ФИО13 самоустранились от похорон ФИО1 и не принимали к этому никаких мер на протяжении длительного времени, учитывая период нахождения трупа ФИО1. в морге (более двух месяцев). Она же, ФИО12, напротив, взяла на себя обязанность по захоронению ФИО1 и осуществила его погребение в точном соответствии с требованиями законодательства о погребении и похоронном деле, понесла существенные материальные затраты. Противоправные деяния в отношении ФИО11 и ФИО13 ею не совершались, соответственно, нет никаких оснований для поиска причинной связи между её действиями и моральным вредом.
Третье лицо на стороне истца, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО16 в судебном заседании просила суд исковые требования ФИО11 удовлетворить, считая их обоснованными, пояснив, что дочь все время общалась с отцом. 27 или 28 августа 2024 года от ФИО17 – жителя <...>, ей стало известно о том, что её бывший супруг, ФИО1., брак с которым расторгнут более 10 лет назад, умер, его вздувшееся тело лежит на полу. Она позвонила двоюродной сестре ФИО1 – ФИО12 и сообщила ей о смерти брата, с которой стали обсуждать, каким образом забрать его тело. Она попросила ФИО12 сообщить о смерти ФИО1. главе администрации <...>. Затем она и ФИО12 обратились в полицию.
Когда труп привезли на опознание, ФИО11 не смогла опознать в нем своего отца, ФИО1., так как тело было с признаками гниения. Она тоже не смогла опознать в трупе ФИО1 так как лицо было черного цвета, волосы отсутствовали, тело было «сдутым». С ФИО1 она периодически общалась, последний раз – по видеосвязи 18.07.2024 года.
30.09.2024 года её дочь ФИО11 сдала ДНК-тест, и они стали ожидать результат. 11.11.2024 года позвонил следователь, сообщив, что к нему обратилась ФИО12 с просьбой разрешить ей похоронить брата. 12.11.2024 года ей позвонила ФИО12 с неизвестного номера и сообщила, что «завтра похороны». 13.11.2024 года, к 9 часам утра, она приехала вместе с ФИО11 в ОБУЗ «Бюро СМЭ», чтобы забрать тело ФИО1, однако им было отказано в связи с тем, что ФИО12 обратилась к ним ранее со справкой о том, что хоронить ФИО1 некому, что близких родственников у него нет. Она поехала на работу, а дочь домой – ждать звонка с морга. Затем ей поступил телефонный звонок от ФИО12 о том, что «сегодня похороны». Она не могла оставить своё рабочее место, так как заменить её было некем (работала в НПФ «Газфонд» - <адрес> поэтому не смогла присутствовать на похоронах. ФИО11, её дочь на похоронах также не присутствовала, однако двое суток дочь не могла спать, несмотря на прием снотворного.
Исследовав письменные материалы дела, выслушав представителя истца, ответчика, его представителя, свидетелей ФИО4, ФИО5 ФИО6 ФИО7 ФИО8 суд приходит к следующему.
Согласно ст.12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.
Как следует из ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо.
В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
В силу абзаца 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно пунктам 25 - 28 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказывания отсутствия своей вины и правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно п. 13 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" судам следует учитывать, что моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит.
По смыслу ст. 1064 ГК РФ вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любое неблагоприятное изменение в охраняемом законом благе, которое может быть имущественным или неимущественным (нематериальным).
Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Оспаривая неправомерные действия по захоронению её отца ответчиком ФИО12, истец обратилась в суд с настоящими требованиями, считая, что ей причинен моральный вред.
В соответствии со ст. 1 Федерального закона N 8-ФЗ о 12.01.1996 "О погребении и похоронном деле" настоящий Федеральный закон регулирует отношения, связанные с погребением умерших, и устанавливает: гарантии погребения умершего с учетом волеизъявления, выраженного лицом при жизни, и пожелания родственников; гарантии предоставления материальной и иной помощи для погребения умершего; санитарные и экологические требования к выбору и содержанию мест погребения; основы организации похоронного дела в Российской Федерации как самостоятельного вида деятельности.
Как следует из ст.3 вышеуказанного ФЗ, настоящий Федеральный закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
Согласно п.3 ст.5 вышеуказанного ФЗ, в случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.
В силу ст.6 вышеуказанного ФЗ, исполнителями волеизъявления умершего являются лица, указанные в его волеизъявлении, при их согласии взять на себя обязанность исполнить волеизъявление умершего. В случае отсутствия в волеизъявлении умершего указания на исполнителей волеизъявления либо в случае их отказа от исполнения волеизъявления умершего оно осуществляется супругом, близкими родственниками, иными родственниками либо законным представителем умершего. В случае мотивированного отказа кого-либо из указанных лиц от исполнения волеизъявления умершего оно может быть исполнено иным лицом, взявшим на себя обязанность осуществить погребение умершего, либо осуществляется специализированной службой по вопросам похоронного дела.
Согласно копии свидетельства о смерти от 27.11.2024, справки администрации п.Теткино Глушковкого района Курской области от 12.11.2024 №858, ФИО1 умер в п.Теткино Глушковкого района Курской области ДД.ММ.ГГГГ постоянно и по день смерти был зарегистрирован и проживал по адресу: <адрес>, истец ФИО11 является дочерью умершего ФИО1 что следует из копии свидетельства о рождении от 04.12.2000 года I-ЖТ №515835.
Как следует из ответа ОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» от 11.03.2025 на обращение ФИО11 от 17.02.2025 года, ФИО1 поступил в отдел судебно-медицинской экспертизы трупов ОБУЗ «Бюро СМЭ» 05.09.2024 из Глушковского района пос.Теткино как неизвестный мужчина, 11.10.2024 труп был опознан ФИО12, его дальней родственницей и выдан ей для захоронения, так как именно она взяла на себя эту обязанность. До 13.11.2024 не было ни одного обращения от близких родственников о желании захоронить тело ФИО1 При этом, ФИО11 и её мать ФИО16 были предупреждены о дате и времени планируемой выдачи ФИО12 тела ФИО1 для погребения, если они не возьмут на себя эту обязанность. В указанное время никто не приехал и не написал в адрес учреждения обращение о выдаче именно им тела ФИО1. с целью его погребения. Данные обстоятельства подтверждены также материалами проверки прокуратуры Центрального административного округа г.Курска по обращению ФИО11, из которой следует, что генетическая экспертиза по установлению родства ФИО1 с ФИО11 в ОБУЗ «Бюро СЭМ» не назначалась правоохранительными органами и не проводилась, так как тело умершего ФИО1 было опознано.
Согласно копии постановления следователя, 14 сентября 2024 года ФИО13 была признана потерпевшей по уголовному делу в связи с гибелью её супруга ФИО1
Исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, не умаляя переживаний и страданий истца ФИО11 в связи со смертью отца ФИО1 суд, принимая во внимание поведение и предпринятые действия сторон в период с даты смерти ФИО1 и по день его похорон, учитывая также наличие нравственных страданий ответчика ФИО12, которая являлась двоюродной сестрой ФИО1 то есть имела по отношению к нему близкие родственные связи, фактически постоянно с ним общалась и проживала в одном населенном пункте, а также факт отсутствия участия истца в решении вопроса эвакуации тела ФИО1. из <...> в г.Курск, спорную ситуацию с освидетельствованием тела покойного, в результате которого тело смогла опознать ответчик ФИО12, что суд считает возможным, поскольку его бывшая супруга ФИО13 и дочь истец ФИО11 долгое время совместно с ним не проживали, - суд не находит оснований для возмещения морального вреда за понесенные нравственные страдания.
При этом доводы истца о причинении ей нравственных страданий в связи с захоронением тела её отца ФИО1. в незнакомом ей месте и как следствие необходимости компенсации ответчиком морального вреда со ссылкой на положения статей Федерального закона Российской Федерации от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", суд находит несостоятельными, поскольку, как следует из пояснений ответчика ФИО12, свидетелей в судебном заседании, истцу было известно время и место захоронения ФИО1 данная информация ответчиком не скрывалась и сообщалась ФИО13 по телефону, о чем свидетельствуют представленные ответчиком детализации счетов номеров мобильных телефонов ФИО12, ФИО9 так из детализации счёта ФИО9 (фактически ФИО10.) по номеру телефона № следует, что ФИО12 звонила ФИО13 на её номер телефон № 12 ноября 2024 года в 19 часов 09 минут (дважды) и в 19 часов 16 минут, из детализации счёта № следует, что ФИО12 звонила ФИО13 на её номер телефон № 13 ноября 2024 года в 11 часов 59 минут, также суд полагает заслуживающим внимание факт захоронения ФИО1 умершего в 2024 году, на территории Южного кладбища в г.Курске Российской Федерации, в городе, где проживает истец и другие близкие родственники, в месте, отведенном для захоронения лиц, что соответствует требованиям Федерального закона Российской Федерации N8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", которым прямо не предусмотрена компенсация морального вреда, нарушений нематериальных благ и личных неимущественных прав истца судом не установлено, упомянутое захоронение тела ФИО1 не препятствует истцу проходу к могиле отца и почитанию его памяти.
В судебном заседании установлено, подтверждено материалами дела, показаниями свидетелей и не оспаривалось сторонами, что ответчик ФИО12 является двоюродной сестрой ФИО1 изъявившей желание осуществить его погребение при отсутствии волеизъявления умершего, истца и других родственников, при этом ФИО12 неоднократно обращалась к истцу ФИО11 и её матери ФИО13 по вопросу организации похорон и принимала участие в опознании тела совместно с ФИО13, связано не с удовлетворением собственных нужд, а с надлежащим исполнением взятой на себя обязанности о достойном отношении к телу ФИО1. после его смерти.
Доказательств, свидетельствующих о наличии иных нарушений, материалы гражданского дела не содержат.
Оценив представленные доказательства по правилам ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, руководствуясь приведенными выше нормами права, приняв во внимание фактические обстоятельства дела, отсутствие достаточных доказательств факта претерпевания истцом каких-либо физических и нравственных страданий, а также наличия причинно-следственной связи между данными страданиями и действиями ответчика, - суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований ФИО11 о взыскании компенсации морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО11 к ФИО12 о взыскании компенсации морального вреда, оказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курский областной суд через Глушковский районный суд Курской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения, с которым стороны могут ознакомиться 26 сентября 2025 года.
Председательствующий судья: Сумщенко О.П.
Мотивированное решение изготовлено 26 сентября 2025 года.
Председательствующий судья: Сумщенко О.П.