РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 октября 2025 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Федотычевой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО3,

с участием: истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО2 к Адвокатской палате Иркутской области о признании заключения, решения незаконными,

УСТАНОВИЛ:

В Октябрьский районный суд г. Иркутска обратился ФИО2 с исковым заявлением к Адвокатской палате Иркутской области о признании заключения, решения незаконными.

В основание иска истец указал, что истец является адвокатом Адвокатской палаты Иркутской области, номер в реестре №.

Заключением квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области от Дата установлены в действиях истца следующие нарушения:

- нарушения пп. 1 и пп. 4 п. 1 ст. 7, п.1 и п. 2 ст. 25 Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности);

- п. 1 ст. 8 «Кодекса профессиональной этики адвоката» (далее – Кодекс).

Решением Совета Адвокатской палаты Иркутской области от Дата установлены в действиях истца следующие нарушения:

- нарушения пп. 1 и пп. 4 п. 1 ст. 7, п.1 и п. 2 ст. 25 Закона об адвокатской деятельности;

- п. 1 ст. 8 Кодекса.

За допущенные нарушения истцу применена мера дисциплинарной ответственности в виде предупреждения.

Истец считает, что данное заключение и решение незаконными по следующим основаниям.

Так, Дата истец обратился в адвокатскую палату Иркутской области с заявлением о выдаче копий заключения и решения, а также об ознакомлении с материалами дисциплинарного производства. Копии заключения и решения, в нарушение требований закона, истцу выданы лишь Дата. При ознакомлении с материалами дисциплинарного производства истцом было установлено отсутствие протокола заседания комиссии, а также аудиозаписи, т.е. сам процесс разбирательства, доказательства, объяснения сторон не фиксировались. В материалах дисциплинарного производства отсутствовали аудиофайлы, приложенные к пояснениям истца в качестве доказательств, в связи с чем истец делает вывод о том, что члены комиссии не были ознакомлены с представленными истцом доказательствами. При ознакомлении с дисциплинарном производством, истец обнаружил, что его письменные пояснения с возражениями против заключения комиссии были зарегистрированы лишь Дата, т.е. на заседании Дата они не были доведены до Совета, как не были доведены и аудиофайлы, которые отсутствовали в дисциплинарном производстве. В связи с чем, члены комиссии не могли объективно оценить все обстоятельства дела.

Во вводной части заключения отсутствует время вынесения заключения. Указана дата вынесения - Дата, хотя в описательной части указано, что заседание комиссии было назначено на Дата, т.е. заключение было вынесено почти за 2 месяца до разбирательства по жалобе.

В описательной части отсутствует указание на предмет по жалобе. Как и в самой жалобе не указано, в чем же конкретно заявитель не согласен с действиями истца. Согласно содержанию жалобы от Дата, ФИО1 не согласен с позицией защиты, предложенной адвокатом, указывает о навязывании позиции, и о том, что адвокат заставил его сделать признательные показания в ходе допроса в качестве подозреваемого в присутствии адвоката, также указывает, что в данный момент признательные показания - это единственное доказательство стороны обвинения. Утверждает, что по вине адвоката он вынужден ездить в суд для рассмотрения уголовного дела по существу из Адрес. Утверждает об обмане со стороны адвоката. Истец указывает, что действительно ФИО1 в начале жалобы указывает, что конкретно с ним у истца не было заключено соглашение, но у истца с его отцом состоялась некая договоренность, по которой тот внес предоплату. Однако предметом жалобы не является обстоятельство, что истец не заключил именно с ним письменное соглашение, вопреки требованиям законодательства, а то, что он не согласен с правовой позицией истца защиты по уголовному делу. Частью 2 ст. 25 Закона об адвокатской деятельности предусмотрено оказание юридической помощи не только доверителю, но и назначенному им лицу. Из указанного следует, что доверителем по соглашению является ФИО5, а назначенным им лицом является его сын ФИО6 Однако, в материалах производства отсутствует жалоба самого отца ФИО5 на не заключение адвокатом с ним письменного соглашения, в связи с чем данное обстоятельство выходит за предмет жалобы ФИО6 и не может быть предметом дисциплинарного производства.

Также истец указывает, что в заключении нет ни слова об оценке представленных истцом доказательств, и по какой причине комиссия отвергает их. Вместе с тем в материалах имеются письменные пояснения истца, из которых следует, что ФИО5 обратился к истцу для заключения соглашения с целью представления интересов его сына в качестве защитника по уголовному делу о хищении запасных частей автомобиля. Истцом ФИО5 было предложено заключить письменное соглашение, на что он ответил, что находится за пределами Адрес и не может приехать в связи с занятостью на выборах, но как только освободится, обязательно приедет и заключит соглашение с адвокатом, впоследствии соглашение не было заключено, и ФИО5 отказался от услуг истца. В подтверждение своих пояснений, а также в подтверждение недобросовестности как доверителя, так и его сына, истцом предоставлены скриншоты переписки и с отцом, и с сыном, а также аудиосообщения из переписки, однако данные доказательства отсутствуют в материалах дисциплинарного производства. В заключении данные доказательства не упоминаются, им не дана оценка, не приведено суждений и мнения, по каким основаниям они отвергнуты комиссией.

Комиссия пришла к однозначному выводу, что любое оказание юридической помощи адвокатом должно осуществляться исключительно после подписания письменного соглашения с доверителем. Как следует из письменных пояснений истца, отец обратился к истцу в начале для предоставления услуг, не связанных с участием в уголовном деле, а именно, для изучения документов, устной консультации, и подбора судебной практики. Данную разовую услугу стороны оценили в 10 000 рублей. Правоприменительная практика предусматривает оплату данных услуг и без заключения письменного соглашения. Что касается возможности заключения соглашения на одно следственное действие в рамках уголовного дела, после вступления адвоката в дело и предоставления ордера, то действительно, в письменных пояснениях истец на такую возможность, но при этом неверно сформулировал это. При обсуждении с отцом условий договора, истец указал стоимость участия в одном следственном действии 10 000 рублей, для определения примерной стоимости услуг защитника по уголовному делу в целом, чтобы доверитель имел примерное представление по общей стоимости услуг. В ходе заседания квалификационной комиссии истец дал именно такие пояснения и указал на неверную формулировку в своих письменных пояснениях, представленных в комиссию. Данное обстоятельство подтверждается перепиской с отцом и аудиосообщениями, где идет речь о заключении письменного соглашения на весь процесс и не было речи о том, что оплачиваться будет только участие в одном следственном действии. Как не было и речи о том, что соглашение будет заключено только в устной форме. Речь шла именно о заключении письменного соглашения после приезда отца в Адрес на весь процесс. Кроме того, в ходе заседании, квалификационной комиссии истец признал формальность нарушения закона, в связи с не заключением письменного соглашения до вступления в дело, но заявил о малозначительности данного проступка, т.к. заключение письменного соглашения предполагалось в дальнейшем, а не заключено оно было только из-за недобросовестного поведения доверителя. На что председатель комиссии ФИО7 истцу пояснила, что комиссия устанавливает лишь нарушение закона, а формальность и малозначительность устанавливается только на заседании Совета. Истец полагает, что данное утверждение противоречит требованиям закона, а именно ч. 2 ст. 18, ч. 9 ст. 23, ч. 14 ст. 23, ч. 5 ст. 24 Кодекса.

Также на заседании комиссии истцом были озвучены доводы, о том, что совершенный дисциплинарный проступок, с учетом недобросовестности доверителя и его сына, является малозначительным, в связи с чем, дисциплинарное производство может быть прекращено, но указанный довод оставлен Советом без внимания.

Вопреки требованиям ч. 7 ст. 24 Кодекса, несмотря на пояснения истца, переписке, представленной на заседании, Совет не предпринял никаких действий для установления коммуникации между истцом и доверителем, заявителем и для примирения между ними.

На основании изложенного, истец ФИО2 просит суд признать заключение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области от Дата, Решение Совета Адвокатской палаты Иркутской области от Дата в отношении адвоката ФИО2 незаконными.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении, повторив доводы, изложенные в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

Осуществление адвокатской деятельности в Российской Федерации регулируется положениями Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», Кодекса профессиональной этики адвоката, принятого первым Всероссийским съездом адвокатов 31.01.2003.

Меры дисциплинарной ответственности применяются только в рамках дисциплинарного производства в соответствии с процедурами, предусмотренными Разделом 2 Кодекса.

В соответствии с абзацем первым пункта 4 статьи 18 Кодекса применение к адвокату мер дисциплинарной ответственности является предметом исключительной компетенции Совета, за исключением случаев, когда дисциплинарное дело рассматривается в Федеральной палате адвокатов.

Согласно пункта 6 статьи 18 Кодекса мерами дисциплинарной ответственности являются замечание, предупреждение, прекращение статуса адвоката.

Пунктом 2 статьи 19 Кодекса профессиональной этики адвоката поступок адвоката, который порочит его честь и достоинство, умаляет авторитет адвокатуры, неисполнение или ненадлежащее исполнение адвокатом своих профессиональных обязанностей перед доверителем, а также неисполнение решений органов адвокатской палаты должны стать предметом рассмотрения соответствующих квалификационной комиссии и Совета, заседания которых проводятся в соответствии с процедурами дисциплинарного производства, предусмотренными настоящим Кодексом.

Статьей 22 Кодекса профессиональной этики адвоката установлено, что дисциплинарное производство включает следующие стадии: 1) возбуждение дисциплинарного производства; 2) разбирательство в квалификационной комиссии адвокатской палаты субъекта Российской Федерации; 3) разбирательство в Совете адвокатской палаты субъекта Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 7 статьи 31 Закона об адвокатской деятельности президент адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство в отношении адвоката или адвокатов при наличии допустимого повода и в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20 Кодекса поводом для возбуждения дисциплинарного производства является жалоба, поданная в адвокатскую палату другим адвокатом, доверителем адвоката или его законным представителем.

В пункте 2 статьи 20 Кодекса указаны требования к форме и содержанию жалоб, для принятия их в качестве допустимого повода к возбуждению дисциплинарного производства.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 является адвокатом Адвокатской палаты Иркутской области, регистрационный №.

Дата в Адвокатскую палату Иркутской области поступила жалоба ФИО6 в отношении адвоката ФИО2, согласно которой Дата было возбуждено уголовное дело № по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ по факту похищения запчастей, расположенных в лесном массиве. По данному уголовному делу подозреваемым был признан ФИО6, в связи с чем отец ФИО6 – ФИО5 обратился к адвокату ФИО2 с просьбой принять участие по уголовному делу в качестве защитника ФИО6, внеся предоплату за работу. ФИО6 встретился с адвокатом ФИО2 в его офисе, но при встрече никакого договора заключено не было. ФИО6 рассказал об обстоятельствах хищения запчастей, на что ФИО2 рекомендовал ФИО6 признать вину и примириться с потерпевшим, что и сделал последний. Впоследствии ФИО6 в связи с признательными показаниями подвергся уголовному преследованию, и с августа 2024 года он вынужден каждую неделю ездить на судебные заседания в Иркутский районный суд из Адрес.

Из квитанции от Дата № следует, что от ФИО2 за ФИО5 приняты денежные средства в размере 10 000 рублей за оказанные услуги: консультация, подбор судебной практики по находке и ст.158 УК РФ.

Из квитанции от Дата № следует, что от ФИО2 за ФИО5 приняты денежные средства в размере 10 000 рублей за оказанные услуги: участие в допросе сына ФИО6 Дата.

Указанные денежные средства получены от ФИО5 посредством электронного перевода.

Распоряжением президента Адвокатской палаты Иркутской области ФИО8 от Дата в отношении адвоката ФИО2 возбуждено дисциплинарное производство.

Таким образом, основанием для возбуждения дисциплинарного производства в отношении ФИО2 явилась жалоба ФИО6

В соответствии со статьей 21 Кодекса профессиональной этики адвоката участники дисциплинарного производства заблаговременно извещаются о месте и времени рассмотрения дисциплинарного дела квалификационной комиссией, им предоставляется возможность ознакомления со всеми материалами дисциплинарного дела.

Извещения и иные документы, направляемые адвокату в соответствии с настоящим Кодексом, направляются по адресу адвоката.

Дата в адрес ФИО2 на электронную почту ........ направлено уведомление о возбуждении в отношении него дисциплинарного производство, а также сведения о дате, времени и месте заседания Совета.

Участники дисциплинарного производства с момента его возбуждения имеют право, в том числе давать по существу разбирательства устные и письменные объяснения, представлять доказательства (подпункт 3 пункта 5 статьи 23 Кодекса профессиональной этики адвоката).

Дата в адрес Адвокатской палаты Иркутской палаты были представлены письменные пояснения адвоката ФИО2 по жалобе ФИО6, в которой указал, что действительно Дата к нему обратился отец ФИО6 – ФИО5 для того, чтобы он представлял интересы его сына в качестве защитника по уголовному делу по факту кражи запасных частей автомобиля, на что ФИО2 пояснил, что для того, чтобы он представлял интересы его сына в качестве защитника необходимо заключить соглашение, и это можно сделать в офисе адвокатского образования. На указанное предложение ФИО5 пояснил, что в настоящее время находится в служебной командировке в связи с выборами, не может приехать, а адвокат сыну нужен срочно, поскольку его вызывают на допрос в качестве подозреваемого уже Дата. В связи, с чем ФИО2 предложил 3 варианта: 1) оплатить услуги защитника в одном следственном действии, либо за разовую услугу в размере 10 000 рублей, в силу статьи 159, 161 ГК РФ соглашение может быть заключено устно; 2) заключить соглашение дистанционно посредством электронной почты; 3) перечислить деньги сыну, чтобы он от своего имени заключил соглашение и произвел оплату. ФИО5 ответил о том, что у него сейчас нет денег в полном объеме для заключения соглашения, и он готов оплатить деньги только за участие в одном следственном действии – допросе от Дата. Далее в объяснениях даны пояснения по существу допроса.

На заседании квалификационной комиссии Дата адвокат ФИО2 присутствовал, что следует из заключения квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области.

Заключением квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области от Дата (с учетом исправленной описки) в действиях адвоката ФИО2 усмотрено наличие нарушений п.п. 1, п.п. 4 п. 1 ст. 7, п. 1 и п. 2 ст. 25 Закона об адвокатской деятельности, п. 1 ст. 8 Кодекса в части отсутствия надлежащим образом оформленного соглашения об оказании юридической помощи с доверителем.

Разбирательство по дисциплинарному делу осуществляется в Совете (в том числе с использованием систем видео-конференц-связи) в закрытом заседании, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 4 статьи 19 настоящего Кодекса. Неявка кого-либо из участников дисциплинарного производства не препятствует разбирательству и принятию решения. Участникам дисциплинарного производства предоставляются равные права изложить свои доводы в поддержку или против заключения квалификационной комиссии, высказаться по существу предлагаемых в отношении адвоката мер дисциплинарной ответственности.

На заседании Совета палаты Дата адвокат ФИО2 присутствовал, что следует из решения Совета Адвокатской палаты Иркутской области.

Подпунктом 11 пункта 9 статьи 23 Кодекса предусмотрено, что заседание квалификационной комиссии фиксируется протоколом, в котором отражаются все существенные стороны разбирательства, а также формулировка заключения. Протокол подписывается председательствующим членом комиссии и секретарем комиссии. В случаях, признаваемых комиссией необходимыми, может вестись звукозапись, прилагаемая к протоколу.

В ходе заседания Совета Адвокатской палаты Иркутской области велся протокол заседания, выписка которого представлена в материалах дисциплинарного производства. При этом аудиозапись заседания Совета ведется в случаях признаваемых комиссией необходимыми, то есть ведение аудиозаписи заседания Совета не является обязательным.

Как следует из выписки протокола заседания Совета, адвокат ФИО2 давал пояснения по существу жалобы, изложенные в своих пояснениях от Дата.

Подпункт 1 пункта 1 статьи 25 Кодекса устанавливает, что Совет вправе принять по дисциплинарному производству следующее решение: о наличии в действиях (бездействии) адвоката нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и (или) настоящего Кодекса, или о неисполнении (ненадлежащем исполнении) им своих профессиональных обязанностей или о неисполнении адвокатом решений органов адвокатской палаты и о применении к адвокату мер дисциплинарной ответственности, предусмотренных статьей 18 настоящего Кодекса.

Решением Совета Адвокатской палаты Иркутской области от Дата в действиях адвоката ФИО2 было усмотрено наличие нарушений п.п. 1, п.п. 4 п. 1 ст. 7, п. 1 и п. 2 ст. 25 Закона об адвокатской деятельности, п. 1 ст. 8 Кодекса в части отсутствия надлежащим образом оформленного соглашения об оказании юридической помощи с доверителем.

Проанализировав материалы дисциплинарного производства в отношении ФИО2, суд не усматривает нарушений процедуры при рассмотрении дисциплинарного производства в отношении ФИО2 не допущено.

Рассматривая доводы истца относительно того, что при рассмотрении жалобы ФИО6 Комиссией, Советом не были учтены тяжесть проступка, а также фактические обстоятельства взаимоотношений между адвокатом и П-выми, не дана оценка всем изложенным адвокатом обстоятельствам и представленным доказательствам, суд приходит к следующему выводу.

На основании пункта 2 статьи 5 Кодекса адвокат должен избегать действий (бездействия), направленных к подрыву доверия к нему или к адвокатуре.

В соответствии с подпунктов 1, 4 пункта 1 статьи 7 Закона об адвокатской деятельности адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, соблюдать кодекс профессиональной этики адвоката и исполнять решения органов адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, принятые в пределах их компетенции;

Согласно пункту 1 статьи 25 Закона об адвокатской деятельности адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.

Как следует из положения пункта 2 статьи 25 Федерального закона №63-ФЗ, соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключенный в простой письменной форме между доверителем и адвокатом, на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному лицу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 25 Закона об адвокатской деятельности существенными условиями соглашения являются:

1) указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;

2) предмет поручения;

3) условия и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь либо указание на то, что юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации";

4) порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения, за исключением случаев, когда юридическая помощь оказывается доверителю бесплатно в соответствии с Федеральным законом "О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации";

5) размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения.

Как в ходе рассмотрения жалобы ФИО6, так в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела ФИО2 не представлено доказательств наличия заключенного в установленном порядке соглашения между ФИО2 и ФИО5

Доводы истца относительно наличия возможности у адвоката заключить устный договор, что и было сделано ФИО2 во взаимоотношениях с П-выми, суд находит несостоятельными, противоречащими статьям 159, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 25 Закона об адвокатской деятельности.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в частности в Определении от 01.03.2007 №293-О-О, Кодекс устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, а также основания и порядок привлечения адвоката к ответственности, тем самым направлен на регулирование отношений, складывающихся в рамках адвокатуры как института гражданского общества, не входящего в систему органов государственной власти и органов местного самоуправления.

По смыслу приведенных норм Закона об адвокатской деятельности, Кодекса, а также правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, следует, что действующий правопорядок относит установление наличия и характера корпоративного проступка, а также определение вида ответственности за него к исключительной компетенцией органов адвокатского сообщества и в этом качестве не подлежит и не может подлежать судебному контролю на предмет соответствия закону.

Применительно к мере ответственности, к которой привлечен истец (предупреждение), то суд не должен принимать на себя функции уполномоченного законодателем другого органа, в ведении которого находится принятие решения о наличии или об отсутствии в действиях адвоката дисциплинарного проступка, а также определять конкретную меру ответственности за совершенный проступок, а также делать выводы о малозначительности данного проступка, как основания для прекращения дисциплинарного производства. Такой вопрос не может быть разрешен иначе, чем органами адвокатской палаты, в частности советом адвокатской палаты, в компетенцию которого входит оценка содержания допущенных нарушений и их установление. Определение вида дисциплинарной ответственности также находится в исключительной компетенции Совета адвокатской палаты и суд не вправе вмешиваться в данную деятельность, подменять собой органы адвокатского сообщества и предопределять вид дисциплинарной ответственности, подлежащий применению в отношении конкретного адвоката, за совершение конкретного дисциплинарного проступка.

В связи с этим, решение квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области не может являться предметом обжалования, поскольку указанное решение по своему содержанию устанавливает наличие или отсутствие в действиях (бездействии) адвоката наличие дисциплинарного проступка, что относится к исключительной компетенции органов адвокатского сообщества.

Также, в силу изложенной правовой позиции, доводы искового заявления ФИО2 о несогласии с установленными Советом Адвокатской палаты Иркутской палаты в рамках дисциплинарного производства обстоятельствами и незаконности решения Совета Адвокатской палаты Иркутской области по существу, а не по процессуальным основаниям, не могут являться предметом судебного обжалования.

Решение Совета Адвокатской палаты Иркутской области от Дата, является самостоятельным решением, принятым по факту выявленных и установленных нарушений, допущенных ФИО2 при осуществлении своей профессиональной деятельности. В этой связи, Совет адвокатской палаты Иркутской области как самостоятельный орган адвокатского сообщества, наделенный исключительной компетенцией по применению мер дисциплинарного взыскания в отношении адвокатов, принял решение о применении к ФИО2 меры дисциплинарного взыскания в виде предупреждения. При этом Совет адвокатской палаты Иркутской области принимал решение по своему усмотрению и самостоятельно определял тяжесть совершенного проступка и последствия его совершения для адвокатского сообщества, а также восприятия статуса адвоката и адвокатского сообщества в обществе.

Доводы истца на не исследование Комиссией, Советом всех доказательств, представленных им, а также отсутствии в решений, заключении оценки данных доказательств, опровергаются материалами дисциплинарного дела.

Ссылка ФИО2 о выдаче решения Совета и заключения квалификационной комиссии по истечении почти месяца несостоятельна, поскольку на выводы суда при рассмотрении соблюдения процедуры привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности не влияют.

Как и не имеет правового значение при рассмотрении настоящего спора ссылка истца на несоответствие даты проведения заседания Комиссии и даты заключения Комиссии, поскольку в данном случае имеет место описка.

Таким образом, заключение квалификационной комиссии от Дата (с учетом описки от Дата) и решение Совета Адвокатской палаты Иркутской области от Дата вынесены в соответствии с требованиями закона, процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности не нарушена, в связи с чем заявленные истцом требования не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Адвокатской палате Иркутской области о признании о признании заключения Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Иркутской области от Дата, решения Совета Адвокатской палате Иркутской области от Дата незаконными, - оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Председательствующий судья: Е.В. Федотычева

Мотивированное решение изготовлено Дата.

Председательствующий судья: Е.В. Федотычева