Дело № 2-2278/202549RS0001-01-2025-004431-28

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Магадан

3 сентября 2025 г.

Магаданский городской суд Магаданской области

в составе председательствующего судьи Нецветаевой И.В.,

при секретаре Садыковой А.Б.,

с участием истцов ФИО1, ФИО2, прокурора Пастуховой М.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «ЮМИ-СК» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с гибелью родственника, расходов на погребение и судебных расходов на оформление доверенностей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 обратились в Магаданский городской суд с вышеуказанным иском к ООО «ЮМИ-СК».

В обоснование заявленных требований указали, что 23 марта 2022 г. в результате нарушения правил безопасности при ведении строительно-монтажных работ сотрудниками ООО «ЮМИ-СК» на объекте «Общежитие Новосибирского государственного технического университета г. Новосибирск» наступила смерть их матери ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Приговором Ленинского районного суда г. Новосибирска от 24 ноября 2022 г. виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 УК РФ признан ФИО4. Данным приговором установлено, что ФИО4, являясь ответственным исполнителем, в целях выполнения заключенного договора между ООО «ЮМИ-СК» и ООО ПКФ «Агросервис» привлёк к его выполнению З.Т.К. поручив ей проведение «мастер класса» по особенностям выполнения работ с штукатурно-шпаклёвочной станцией и допустив на строительный объект. При этом ФИО4 не обеспечил соблюдение требований безопасности, в том числе не оборудовал каких-либо специальных знаков или сигнальных заградительных лент, необходимых для ограждения места опасных участков на объекте, в том числе шахты лифта, находящейся на втором этаже объекта, не принял мер к обучению З.Т.К. не возложил и не осуществил сам контроль за производственными работами и нахождении на указанном объекте, в результате чего произошло падение З.Т.К. с неустановленного этажа в шахту лифта.

Ранее они обращались в Ленинский районный суд г. Новосибирска с иском к застройщику, однако в удовлетворении данного иска им было отказано, поскольку ответственность за вред, причинённый работником, несёт работодатель.

В этой связи, они предъявляют данный иск к ООО «ЮМИ-СК» и оценивают размер причинённого им смертью матери морального вреда в сумме 5 000 000 рублей в пользу каждого из истцов.

Ссылаясь на приведённые обстоятельства, просят суд взыскать с ООО «ЮМИ-СК» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 рублей, а в пользу ФИО1 - компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 рублей, расходы на организацию похорон в сумме 58 013 рублей, а также расходы на оформление доверенностей в сумме 13 500 рублей.

Определением судьи от 9 июля 2025 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО4, ООО ПКФ «Агросервис», ФГБУВО «Новосибирский государственный технический университет»; для дачи заключения по делу в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) привлечён прокурор г. Магадана.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 заявленные требования поддержали в полном объёме, просили их удовлетворить в заявленном размере. В обоснование указали, что в результате действий (бездействия) работника ООО «ЮМИ-СК» они потеряли мать, а их дети – бабушку. До весны 2021 г. их мать З.Т.К. фактически проживала в г. Магадане вместе с дочерью ФИО2 и её детьми. ФИО1 проживал отдельно от них, но постоянно поддерживал семейные связи с сестрой и матерью. На протяжении всей жизни, мать была им самым близким человеком, оказывала им моральную и материальную поддержку, помогала в уходе за детьми, в то же время сами они ухаживали за матерью, помогали ей всячески при необходимости. Примерно весной 2021 г. З.Т.К. поехала в г. Новосибирск, чтобы принять наследство деда, планировала осмотреться там, привести дом в порядок, чтобы потом всей семьёй перебраться на постоянное место жительства, всего она находилась в Новосибирске около полугода, но всё это время они поддерживали с ней связь, преимущественно посредством звонков через мессенджер WhatsApp. В основном с матерью созванивалась ФИО2, от неё о событиях узнавал ФИО1, иногда он звонил сам. Вместе с тем, полагали, что количество звонков, зафиксированных посредством мобильной связи, на чём ранее суды акцентировали внимание, не свидетельствует о характере взаимоотношений в их семье. В их семье были тёплые и близкие отношения.

На момент гибели З.Т.К. ей был 61 год, и для них её смерть стала тяжёлой утратой. В тот период времени ФИО2 не работала, осуществляла уход за маленькими детьми, у ФИО1 были материальные сложности, в связи с чем финансовой возможности выехать с детьми на похороны они не имели, но для организации похорон матери ФИО1 продал свою машину, а вырученные от продажи деньги перевёл дальней родственнице С.Е.С., которая занималась организацией похорон, покупала всё необходимое и оплачивала все услуги. За давностью событий документы обо всех расходах у них не сохранились, а по имеющимися, сумма расходов составила 58 013 рублей, которые, считают, ответчик должен возместить в полном объёме.

Также ФИО1 понёс расходы на оформление трёх доверенностей в общей сумме 13 500 рублей, данные доверенности непосредственно связаны с данным спором и находятся у представителя, в материалы дела не могут быть представлены, поскольку при обжаловании решения суда в Верховный Суд РФ требуется предоставление оригинала доверенности. Вместе с тем, поскольку с представителем их связывают только правоотношения по данному делу, полагают, что расходы на их оформления должны быть взысканы с ответчика.

Полагая, что определённый ими размер компенсации морального вреда является соразмерным перенесённым ими страданиями, просили заявленные требований удовлетворить в полном объёме.

Представитель ответчика ООО «ЮМИ-СК», третьи лица ФИО4, представители ООО ПКФ «Агросервис» и ФГБУВО «Новосибирский государственный технический университет» (далее также - ФГБОУ ВО «НГТУ») в судебном заседании участие не принимали, о дате и времени его проведения извещены надлежаще; в письменном отзыве на иск представитель ФГБОУ ВО «НГТУ» просил о рассмотрении дела в отсутствие его представителя; в этой связи суд, руководствуясь частями 3 и 5 статьи 167 ГПК РФ, определил рассмотреть дело без их участия.

В письменном отзыве на иск ООО «ЮМИ-СК» указало, что ранее судами трёх инстанций уже давалась оценка обстоятельствам данного дела и было установлено, что ФИО4, который является работником ООО «ЮМИ-СК», пригласил на строительный объект З.Т.К. в отсутствии соответствующего поручения работодателя, в связи с чем последний не может отвечать за его действия. Ссылаясь на наличие преюдиции, полагает установленным отсутствие противоправного поведения общества и, как следствие, оснований для возложения на общество ответственности за причинённый истцам вред. С учётом отсутствия совокупности условий, предусмотренных статьёй 1068 ГК РФ, просит отказать истцам в удовлетворении требований в полном объёме. При этом отмечает, что по ранее рассмотренному делу истцы неоднократно выразили категоричную позицию относительно привлечения ООО «ЮМИ-СК» к участию в деле в качестве ответчика, данный же иск, по его мнению, является способом повлиять на уже состоявшиеся решения суда.

В письменном мнении по существу иска ФГБУВО «Новосибирский государственный технический университет» полагал заявленный иск подлежащим частичному удовлетворению, с учётом ранее определённых судами обстоятельств взаимоотношений истцов с матерью и размера компенсации морального вреда (ФИО1 – 600 000 рублей, а ФИО2 – 400 000 рублей), а также возмещением ФИО4 части расходов на погребение в сумме 20 000 рублей.

ООО ПКФ «Агросервис» в телефонограмме суду указал, что заявленная истцами сумма компенсации морального вреда является завышенной, а возмещение вреда должно лежать на ФИО4, как причинителе вреда, а не на ООО «ЮМИ-СК». Также выразил мнение, что в данном деле имеется преюдиция, в связи с наличием вступивших в законную силу судебных актов, которая должна быть принята судом во внимание, как по обстоятельствам дела, так и по определённым судами суммам вреда.

Третье лицо ФИО4 письменного мнения по существу иска в материалы дела не представил.

Заслушав объяснения истцов, показания свидетелей К.Г.С. и Л.Т.Н., исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, и оценив их в совокупности, выслушав заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

Права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, невозможностью продолжать активную общественную жизнь) (пункт 14 постановления № 33).

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 19 постановления № 33).

Вместе с тем, законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Так, пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ (Обязательства вследствие причинения вреда), работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Как установлено судом и следует из материалов дела, истцы ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2 приходятся детьми З.Т.К., ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

23 марта 2022 г. З.Т.К. погибла в результате падения с высоты и удара передней поверхностью тела о твёрдую широкую поверхность на объекте «Общежитие Новосибирского государственного технического университета г. Новосибирск», расположенного в г. Новосибирске по адресу – пр. Карла Маркса, д. 33а.

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Новосибирска от 24 ноября 2022 по делу № 1-526/2022 установлено, что 9 ноября 2020 г. между ФГБОУ ВО «НГТУ» (застройщиком) и ООО ПКФ «Агросервис» (подрядчик) был заключен контракт на выполнение работ по строительству общежития университета.

В этой связи 1 сентября 2021 г. и 22 марта 2022 г. между ООО ПКФ «Агросервис» и ООО «ЮМИ-СК» были заключены договоры субподряда на выполнение подрядных работ на объекте: «Общежитие Новосибирского государственного технического университета г. Новосибирск», расположенном в г. Новосибирске по адресу – пр. Карла Маркса, д. 33а.

В соответствии с пунктом 1.1 договора субподряда, ООО «ЮМИ-СК» обязалось выполнить по заданию ООО ПКФ «Агросервис» общестроительные работы выше и ниже отметки 0,000 в корпусе № 1 на объекте: «Общежитие Новосибирского государственного технического университета г. Новосибирск» и сдать их результаты ООО ПКФ «Агросервис», а последний в свою очередь обязался принять результаты работ и оплатить их в соответствии с условиями договора.

При этом, в соответствии с пунктом 2.1.9 договора субподряда, ООО «ЮМИ-СК» обязалось обеспечить на строительной площадке объекта соблюдение правил техники безопасности труда.

На основании трудового договора от 17 марта 2021 г. № 5 с указанной даты на работу в ООО «ЮМИ-СК» на должность производителя работ (прораба) был принят ФИО4, который в соответствии с должностными инструкциями, требованиями законодательства Российской Федерации, межотраслевых и отраслевых правил по охране труда были возложены обязанности по соблюдению правил охраны труда при ведении работ, а именно при ведении строительно-отделочных работ на объекте «Общежитие Новосибирского государственного технического университета г. Новосибирск».

Приказом от 1 сентября 2021 г. № 3 ФИО4 был назначен лицом, ответственным за обеспечение безопасных условий, охраны труда и пожарной безопасности, за безопасное производство работ на объекте «Общежитие НГТУ г. Новосибирск 1 корпус».

23 марта 2022 г., в целях выполнения договора субподряда, ФИО4, являясь работником ООО «ЮМИ-СК» и ответственным исполнителем работ, привлёк по устной договорённости к его выполнению З.Т.К., не обученную в установленном порядке правилам и нормам техники безопасности при ведении производственных работ и нахождении на строительном объекте, которой поручил проведение «мастер класса» по особенностям выполнения работ с штукатурно-шпаклёвочной станцией на вышеуказанном объекте.

В период времени с 14 до 19 часов 23 марта 2022 г. ФИО4, в нарушение правил безопасности при проведении строительных работ, не оборудовал опасный участок защитными ограждениями, специальными знаками, исключающими свободный доступ к опасным участкам на объекте, в том числе шахты лифта, сопроводил З.Т.К. до помещения «прорабская», где оставил одну без присмотра и контроля. При неустановленных обстоятельствах произошло падение З.Т.К. с неустановленного в ходе следствия этажа в шахту лифта, необорудованную защитными ограждениями и специальными знаками, исключающими свободный доступ к опасным участкам на объекте, чем последней были причинены телесные повреждения, состоящие в причинно-следственной связи со смертью.

Смерть З.Т.К. наступила в результате тупой сочетанной травмы грудной клетки, живота и правой ноги, с множественными переломами костей и повреждениями внутренних органов, приведших к обильной кровопотери.

Данным приговором суда ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 УК РФ, то есть в нарушении правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшем по неосторожности смерть человека, и осужден к наказанию в виде 2 лет лишения свободы, назначенному с применением части 5 статьи 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 2 года 6 месяцев.

Таким образом, указанным приговором суда, вступившим в законную силу 6 декабря 2022 г., установлена неосторожная форма вины работника ООО «Юми-СК» ФИО4 в смерти З.Т.К.

В силу части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, считается доказанным и не подлежит доказыванию вновь при рассмотрении настоящего гражданского дела тот факт, что смерть З.Т.К. наступила по вине работника ООО «Юми-СК» ФИО4 в смерти З.Т.К., при исполнении им трудовых обязанностей.

При таких обстоятельствах и вопреки доводам ответчика, ответственность за причиненный ФИО4 вред в силу пункта 1 статьи 1068 ГК РФ лежит на его работодателе, то есть ООО «ЮМИ-СК».

Учитывая, что гибель близкого человека – матери сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истцов, она без сомнений влечёт состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, и нарушает неимущественное право на семейные связи.

В этой связи суд признает доказанным причинение ФИО1 и ФИО2 морального вреда, в связи с гибелью их матери З.Т.К. и нанесением им этим нравственных страданий.

При определении размера морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу каждого из истцов, суд приходит к следующему.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

В соответствии со статьёй 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда во внимание принимаются: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); последствия причинения потерпевшему страданий (пункт 27 постановления № 33).

В числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учитываться тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами. Вместе с тем, тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 постановления № 33).

При определении размера компенсации морального вреда учитываются требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30 постановления № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание изложенные в решении фактические обстоятельства, при которых истцам был причинен моральный вред.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей З.Т.К. и Л.Т.Н. пояснили, что знакомы с этой семьёй многие годы, поскольку З.Т.К. приходилась подругой их родителям. На протяжении всей своей жизни они наблюдали взаимоотношения этой семьи и охарактеризовали их, как дружные, тёплые, близкие, доверительные, основанные на взаимопомощи и взаимовыручке, поддержке друг друга во всех ситуациях. Несмотря на то, что ФИО1, будучи уже взрослым мужчиной, проживал отдельно от матери, он постоянно общался с ней, оказывал ей помощь, а ФИО2 проживала вместе с матерью до её отъезда в г. Новосибирск для принятия наследства и организации их общего переезда. Никаких конфликтов в этой семье свидетели никогда не наблюдали. Л.Т.Н. также пояснила, что в 2015 г. ФИО3 получила травму, повредила спину и проходила оперативное вмешательство, после этого ФИО1 попросил её ухаживать за его матерью в дневное время и платил ей за эту помощь. В этот довольно длительный период уход за ФИО3 осуществляли они вдвоём с ФИО2 попеременно, а ФИО1 мать навещал, оказывал необходимую помощь, сам осуществлять такой уход не мог из-за гендерных различий и в связи с работой.

Оценивая показания свидетелей, суд принимает во внимание, что никакой личной заинтересованности в исходе дела у свидетелей не имеется, оснований не доверять показаниям свидетелей, предупреждённых об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, суд не усматривает, а потому принимает данные показания в качестве доказательств, характеризующих взаимоотношения истцов с их матерью.

Также суд принимает во внимание, что согласно адресным данным, представленным УМВД России по Магаданской области, З.Т.К.. была зарегистрирована по месту жительства с 20 ноября 1991 г. по дату смерти в <адрес>.

По этому же адресу, с 8 августа 2007 г. и до настоящего времени зарегистрирована и проживает ФИО2

С учётом данных обстоятельств, суд при определении компенсации морального вреда принимает во внимание близкие семейные отношения истцов с их матерью и тот факт, что её гибель стала для них необратимым обстоятельством, повлекшим утрату самого близкого человека.

Вместе с тем, суд учитывает, что гибель З.Т.К.. явилась результатом неосторожной вины ФИО4

В целях определения разумного баланса, суд принимает во внимание, что ответчик по-прежнему осуществляет свою деятельность, о тяжёлом материальном положении не заявлял и соответствующих доказательств в материалы дела не представил.

При этом вопреки доводам ответчика и третьих лиц, выводы судов г. Новосибирска о размере компенсации морального вреда, сделанные по иску ФИО1 и ФИО2, предъявленному к ненадлежащим ответчикам, не имеют для данного дела преюдициального значения и не могут быть приняты во внимание, поскольку в данной части спор по существу ими не был разрешён и рассматривается в данном деле.

С учётом изложенного, основываясь на ценности жизни и здоровья гражданина, закрепленной в Конституции Российской Федерации, в совокупности с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение ответчика, ответственного за возмещение вреда, суд приходит к выводу, что разумным и справедливым размером компенсации морального вреда, соответствующим последствиям причинённого истцам вреда и способным сгладить перенесённые ими нравственные, будет являться сумма в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого из истцов.

Разрешая требования о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 расходов на организацию похорон матери, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со статьей 3 указанного Федерального закона, погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Из представленных в материалы дела письменных доказательств следует, что 28 марта 2022 г. истец ФИО1 совершил сделку купли-продажи принадлежащего ему автомобиля, по которой продал автомобиль за 100 000 рублей.

29 марта 2022 г. ФИО1 осуществил денежный перевод в сумме 70 000 рублей в пользу Е.С.С., что подтверждается чеком по операции ПАО Сбербанк от указанной даты.

Согласно счёту заказу № 10105, 29 марта 2022 г. С.Е.С. оплатила ритуальные услуги, связанные с погребением З.Т.К. на сумму 24 000 рублей. Указанные расходы включают оказание услуг автокатафалка, доставки принадлежностей, доставки тела с учётом отдалённости, подготовка тела и его бальзамирование.

Двумя кассовыми чеками от 29 марта 2022 г. на общую сумму 14 315 рублей (1 765 + 12 550) также подтверждается приобретение ритуального венка, ритуальной ленты, гроба, церковного набора, ритуального комплекта в наборе, временного памятника, таблички на временный памятник, косынки на голову.

Копией чека от 29 марта 2022 г., оформленного МУП г. Тогучина «Сибирь» подтверждается оплата услуги по захоронению З.Т.К. на общую сумму 19 698 рублей.

Таким образом, в материалы дела представлены письменные доказательства, подтверждающие расходы на захоронение З.Т.К. в сумме 58 013 рублей (24 000 + 1 765 + 12 550 + 19 698).

Вместе с тем, из приговора Ленинского районного суда г. Новосибирска от 24 ноября 2022 г. по делу 3 1-526/2022, постановленного в отношении ФИО4, следует, что к нему обращалась дочь З.Т.К., просила помочь с транспортировкой тела, указала ему необходимую сумму и он перечислил ей 20 000 рублей.

Данные обстоятельства истцами в ходе рассмотрения дела не оспаривались, в связи с чем суд, учитывая родственную связь ФИО2 и ФИО1, приходит к выводу, что из подтверждённых суду расходов, связанных с захоронением ФИО3, ФИО4 уже возместил истцам часть расходов в сумме 20 000 рублей.

Поскольку доказательств возмещения расходов в оставшейся сумме 38 013 рублей (58 013 – 20 000) в материалы дела не представлено, суд приходит к выводу, что данные расходы действительно связаны с погребением З.Т.К., а потому подлежат возмещению ответчиком в пользу ФИО1

Таким образом, исковые требования о возмещении расходов подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, которые в силу части 1 статьи 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, в том числе другие признанные судом необходимыми расходы (статья 94 ГПК РФ).

В случае если иск удовлетворен частично, указанные в статье 98 ГПК РФ судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из искового заявления и дополнительных письменных пояснений ФИО1 следует, что в связи с рассмотрением данного спора, им были понесены расходы на оформление доверенностей на представителя в общей сумме 13 500 рублей. Приобщить оригиналы доверенностей в материалы дела не представляется возможным, поскольку в случае подачи жалобы в Верховный Суд РФ одновременно с жалобой необходимо направлять и оригинал или заверенную копию доверенности представителя. Также данные доверенности необходимы на стадии исполнения решения суда по настоящему делу.

Согласно представленным в материалы дела копиям доверенностей, 31 октября 2022 г. ФИО2 выдала ФИО1 сроком на три года нотариально удостоверенную доверенность с полным объёмом полномочий. Стоимость данной доверенности составила 4 500 рублей.

2 ноября 2022 г. ФИО1 в порядке передоверия полномочий по указанной выше доверенности, выдал нотариально удостоверенную доверенность, уполномочив граждан К.О.А.Ч.Б.Н. и Г.А.Т. до 31 октября 2025 г. представлять интересы ФИО2 во всех государственных, муниципальных органах и учреждениях, в судах, любых отделениях почтовой связи, у финансовых омбудсменов и пр. Стоимость доверенности составила 4 000 рублей.

19 января 2023 г. ФИО1 также выдал указанным выше лицам нотариально удостоверенную доверенность с полным объемом полномочий и сроком действия на 3 года. Стоимость доверенности составила 5 000 рублей.

В пункте 2 постановления от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Между тем, из содержания представленных в материалы дела копий доверенностей усматривается, что они являются общими, составлены задолго до обращения истцов в суд с данным иском, имеют своей целью не только наделение представителей полномочиями для обращения в суд с данным иском, но и для разрешения иных вопросов, которые могут быть связаны со спорными правоотношениями, при этом оригинал доверенностей в материалы дела не приобщён.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что понесённые ФИО1 расходы на оформление вышеуказанных доверенностей являлись необходимыми по данному делу, суд не усматривает, в связи с чем оснований для их отнесения на ответчика не имеется.

В соответствии со статьёй 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования ФИО1 и ФИО2, освобождённых при обращении в суд от уплаты государственной пошлины, подлежат частичному удовлетворению, с ООО «ЮМИ-СК» в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» подлежит взысканию государственная пошлина, пропорционально удовлетворенной части требований имущественного характера, то есть 65,52 % (38 013 : 58 013 х 100) и в полном объёме по требованию о компенсации морального вреда, а всего 5 620 рублей 80 копеек (3 000 рублей по требованию о компенсации морального вреда и 2 620,80 руб. по требованию о взыскании расходов на погребение (4 000 х 65,52 %)).

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 и ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «ЮМИ-СК» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с гибелью родственника, расходов на погребение и судебных расходов на оформление доверенностей - удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮМИ-СК» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, <адрес> года рождения, уроженца <данные изъяты> (ИНН №) компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 рублей, расходы на погребение в сумме 38 013 рублей, а всего в общей сумме 1 038 013 (один миллион тридцать восемь тысяч тринадцать) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮМИ-СК» (ИНН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <данные изъяты> (ИНН №) компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮМИ-СК» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в сумме 5 620 (пять тысяч шестьсот двадцать) рублей 80 копеек.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 и ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданском областном суде через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить день составления мотивированного решения суда – 17 сентября 2025 г.

Судья И.В. Нецветаева