Дело №2а-4027/2022

11RS0005-01-2022-005532-34

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд в составе:

председательствующий судья Утянский В.И.,

при секретаре Евсевьевой Е.А.,

рассмотрев в отрытом судебном заседании 20 октября 2022г. в г. Ухте дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми, начальнику ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми ФИО2 о признании ненадлежащими условий содержания, выразившихся в непринятии мер по организации получения дополнительной специализированной медицинской помощи, взыскании компенсации за нарушение условий содержания,

установил:

Административный истец обратился в суд с указанным иском. В обоснование заявленных требований истец указал, что 06.04.2022г. подал обращение на имя начальника ФКУ ИК-24 о предоставлении дополнительной медицинской помощи в виде зубопротезирования за счет средств истца. В нарушение требований п. 152 ПВР ИУ обращение 13.04.2022г. перенаправлено в ФКУЗ МСЧ-11. затем 21.07.2022г. истец обратился на имя начальника ИК-24 по вопросу зубопротезирования за счет средств истца. Обращение оставлено без ответа. В июле 2022г. истец был на личном приеме прокурора по вопросу обеспечения зубопротезирования, при наличии решения суда по делу №2а-529/2022. Таким образом, истец в течение года не может получить надлежащую медицинскую помощь. Истец просит признать незаконным бездействий должностных лиц ФКУ ИК-24, выразившихся в непринятии мер по организации получения дополнительной специализированной медицинской помощи, взыскать компенсацию за моральные и нравственные страдания 300 000 руб.

Определениями суда к участию в деле в качестве ответчика привлечены ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, начальник ФКУ ИК-24 УФСИН России по РК.

Административный истец ФИО1, будучи опрошенным в соответствии со ст. 142 КАС РФ с использованием системы видеоконференц-связи, на удовлетворении заявленных требований настаивает.

Представитель административного ответчика ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми ФИО3, представляющая также на основании доверенности административного ответчика ФСИН России, полагает административные исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Другие участники процесса извещались надлежащим образом.

Согласно ч. 6 ст. 226 КАС РФ неявка в судебное заседание лиц участвующих в деле, их представителей, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации определено, что Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на жизнь (ч. 1 ст. 20 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом в сфере здравоохранения является Федеральный закон от 21 ноября 2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, в числе которых - соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В п. 5 ст. 10 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплено, что доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

Ч. 1 ст. 81 этого закона установлено, что в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи органы государственной власти субъектов Российской Федерации утверждают территориальные программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, включающие в себя территориальные программы обязательного медицинского страхования, установленные в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном медицинском страховании.

Источниками финансового обеспечения в сфере охраны здоровья являются средства федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов, средства обязательного медицинского страхования, средства организаций и граждан, средства, поступившие от физических и юридических лиц, в том числе добровольные пожертвования, и иные не запрещенные законодательством Российской Федерации источники (ст. 82 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В настоящее время действует Программа государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2021 год и на плановый период 2022 и 2023 годов, утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2020г. №2299.

В разделе III названных программ указано, что гражданин имеет право на бесплатное получение медицинской помощи по видам, формам и условиям ее оказания в соответствии с разделом II Программы, в том числе при таких заболеваниях, как болезни органов пищеварения, в том числе болезни полости рта, слюнных желез и челюстей, но за исключением зубного протезирования.

Материалами дела установлено, что административный истец осужден приговором суда к отбыванию уголовного наказания в виде лишения свободы.

Прибыл в ФКУ ИК-24 23 ноября 2012г., в период отбывания наказания неоднократно этапировался в другие исправительные учреждения, при был в ИК-24 05.07.2021г. из ФКУ ИК-31, убыл 04.08.2022г. в ФКУ ИК-8 (г. Ухта).

Административный истец не входит в категорию лиц, которым полагается бесплатная медицинская или специализированная помощь в виде зубопротезирования и доказательств этому не имеется.

06.04.2022г. истец обратился с письменным заявлением на имя начальника, в котором просил предоставить дополнительную медицинскую помощь в виде зубопротезирования за счет собственных средств.

Данное заявление зарегистрировано в соответствующих Журналах учета 12.04.2022г.

13.04.2022г. за исх. 12/ТО/45/1-39 заявление переадресовано в адрес ФКУЗ МСЧ-11, о чем заявитель проинформирован письменно.

В заявлении, поступившем в ФКУ ИК-24 27.07.2022г., осужденный ФИО1 просил предоставить дополнительную медицинскую помощь в виде зубопротезирования за счет собственных средств.

18.08.2022г. за исх. 12/ТО/45/15-86 осужденному дан письменный ответ, в котором разъяснен порядок оказания дополнительной медицинской помощи, предложено представить информацию о медицинской организации, в которой желал бы получить дополнительную лечебно-профилактическую услугу, вид данной услуги, а также реквизиты банковского счета медицинской организации.

Указанные ответы получены осужденным ФИО1, что последним не оспаривается. Тем самым, доводы иска об отсутствии ответа на обращение от 21.07.202г. опровергаются материалами дела.

Суд не находит правовых оснований к удовлетворению заявленных требований в силу следующего.

Согласно ст. 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Правила оказания лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, медицинской помощи в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, а также приглашения для проведения консультаций врачей - специалистов указанных медицинских организаций при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы, утверждены постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012г. №1466 (далее - Правила).

П. 4 данных Правил предусмотрено, что в медицинских организациях лицам, лишенным свободы, оказываются все виды медицинской помощи с соблюдением порядков их оказания и на основе стандартов медицинской помощи.

Оказание специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи и паллиативной медицинской помощи осуществляется в установленном порядке по направлению лечащего врача учреждения уголовно-исполнительной системы, а при отсутствии в учреждении врача или в случае нахождения лица, лишенного свободы, на лечении в медицинской организации, с которой у учреждения уголовно - исполнительной системы заключен договор, - лечащего врача этой медицинской организации (п. 8 Порядка).

Приказом Минюста России от 4 июля 2022 года №110 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений.

В силу п. 92 Правил осужденные к лишению свободы по своему желанию могут за счет собственных средств через администрацию ИУ пользоваться дополнительными услугами, перечень которых определен в п. 93 настоящих Правил.

В силу п. 93 ПВР ИУ к дополнительным услугам, оказываемым в ИУ по инициативе осужденных к лишению свободы, которые оплачиваются за счет их собственных средств, относятся:

93.1) дополнительные лечебно-профилактические услуги, в том числе консультации, оказываемые врачами-специалистами медицинских организаций государственной и муниципальной систем здравоохранения либо врачами-специалистами медицинских организаций частной системы здравоохранения в случае, если данные медицинские услуги не предусмотрены программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи,

Согласно п. 96 для получения дополнительных лечебно-профилактических услуг в ИУ осужденные к лишению свободы обращаются к начальнику ИУ или лицу, его замещающему, с заявлением, согласованным руководителем медицинской организации УИС, где указывают информацию о медицинской организации, в которой они хотели бы получить дополнительную лечебно-профилактическую услугу, а также вид данной услуги.

Заявление, подача которого предусмотрена в п. 96 настоящих Правил, рассматривается в течение трех рабочих дней со дня его подачи, определяются дата и время прибытия в ИУ врача-специалиста (врачей-специалистов) медицинской организации, оказывающей медицинскую услугу (п. 97).

Вид оказанной дополнительной лечебно-профилактической помощи и ее объем отражаются в медицинской документации пациента. Дополнительные услуги могут быть оказаны в пределах денежных средств, имеющихся на лицевом счете осужденного к лишению свободы. В заявлении, подача которого предусмотрена в п. 96 настоящих Правил, осужденным к лишению свободы указываются реквизиты банковского счета медицинской организации, оказывающей медицинскую услугу, на который следует перечислить денежные средства, либо почтовый адрес такой организации, по которому следует перевести денежные средства. Оплата дополнительных услуг осуществляется путем банковского перевода денежных средств с лицевого счета осужденного к лишению свободы на счет соответствующего предприятия, учреждения, организации или специалиста (работника), оказавших дополнительную услугу (пп. 98-101 ПВР ИУ).

П. 110 ранее действовавшей редакции Правил внутреннего распорядка (утв. приказом Минюста России от 16 декабря 2016г. №295) было предусмотрено, что к числу дополнительных услуг, оказываемых по инициативе осужденных и оплачиваемых за счет их собственных средств, относится, среди прочих, отдельные виды инструментального, лабораторного обследования, а также лечения, протезирования зубов. Дополнительные услуги, оплачиваемые осужденными за счет собственных средств, предоставляются по их заявлению на имя начальника исправительного учреждения. Услуги могут быть оказаны в пределах денежных средств, имеющихся на лицевом счете осужденного (п. 111 ранее действовавших Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений).

П. 129 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (в редакции приказа Минюста РФ от 16 декабря 2016г. №295), предусмотрено, что осужденные могут получать дополнительную лечебно-профилактическую помощь, оплачиваемую за счет собственных средств. Такие медицинские услуги предоставляются специалистами медицинских организаций государственной или муниципальной систем здравоохранения в условиях лечебно-профилактических учреждений или лечебных исправительных учреждений уголовно-исполнительной системы. В случаях, когда необходимую медицинскую услугу в указанных условиях предоставить невозможно, она по заключению лечащего врача исправительного учреждения может быть выполнена в соответствующем учреждении здравоохранения.

Для этого осужденный обращается с соответствующим заявлением к начальнику ИУ, где указывает вид дополнительной лечебно-профилактической помощи, которую он хотел бы получить (п. 130). Заявление рассматривается в трехдневный срок и определяется время прибытия медицинского специалиста. По прибытии специалиста устанавливается наличие у него права на занятие медицинской деятельностью. Вид дополнительной лечебно-профилактической помощи и ее объем фиксируются в медицинской карте осужденного. Оплата дополнительной лечебно-профилактической помощи осуществляется путем перевода денег с лицевого счета осужденного в адрес медицинского учреждения либо медицинского специалиста, ее оказавшего (п. 131).

Суд обращает внимание на то обстоятельство, что при подаче заявления 06.04.2022г. административным истцом не были конкретизированы его требования – не указан конкретный вид и стоимость помощи, наименование лечебного учреждения либо врача, который следует привлечь для оказания такой помощи, иная необходимая информация.

Доводы истца о том, что он направлял указанное заявление в период действия ПВР ИУ в старой редакции, отклоняются судом, поскольку по смыслу ПВР ИУ (в редакции приказа №295) на осужденного, желающего получить дополнительную лечебно-профилактическую помощь, оплачиваемую за счет собственных средств, возлагается необходимость предоставления необходимой информации, которая в силу специфики правоотношений позволяла бы администрации исправительного учреждения оперативно рассмотреть такое заявления и организовать оказание дополнительной медицинской помощи.

В соответствии со ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Как предусмотрено нормами процессуального закона, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Следовательно, обращение 06.04.2022г. к администрации ИУ с заявлением, в котором отсутствует необходимая и достаточная информация, позволявшая оперативно его разрешить, повлекло за собой необходимость его переадресации в медицинское учреждение (в данном случае МСЧ-11). Вышеизложенное свидетельствует о возможном злоупотреблении процессуальными правами со стороны административного истца.

В нарушение требований ст. 62 КАС РФ в материалы дела истцом не представлены достоверные доказательства нуждаемости в дополнительной специализированной лечебно-профилактической помощи, в частности истцом ни к заявлениям на имя начальника ФКУ ИК-24, ни в суд не представлено заключение медицинского работника (лечащего врача) о нуждаемости в подобной дополнительной медицинской помощи, либо выписные эпикризы, справки и другая подобная медицинская информация.

После получения ответа от 18.08.2022г. истцом необходимая информация о медицинской организации, в которой он хотел бы получить дополнительную лечебно-профилактическую услугу, а также вид данной услуги, так и не была предоставлена.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (ст. 41 Конституции Российской Федерации, ст. 4, ч. 2,4,7 ст. 26, ч. 1 ст. 37, ч. 1 ст. 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам КАС РФ, руководствуясь нормами материального права, регулирующими спорные правоотношения, достоверно установив то обстоятельство, что условия содержания истца соответствовали предъявляемым требованиям, что не противоречит установленным законом требованиям, суд полагает заявленные им требования о компенсации не обоснованными.

Как отметил Верховный Суд Россйской Федерации в определении от 14.11.2017г. №84-КГ17-6 процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

При этом Верховный Суд Российской Федерации указал, что содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

В п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №5 от 10.10.2003г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Претерпевание осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях, либо лицом, заключенным под стражу, определенных нравственных и физических страданий, учитывая факт нахождения под стражей и наличие неизбежного элемента страдания и унижения, связанного с применением данной формы правомерного обращения, является неизбежным следствием исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы и не может служить основанием применения положений ст. 1100 ГК РФ, определяющей основания компенсации морального вреда независимо от вины причинителя.

В нарушение ст. 62 КАС РФ административным истцом не представлены доказательства нарушения его прав и законных интересов вышеуказанными действиями администрацией исправительного учреждения.

Суд также полагает пропущенным заявителем установленный законом (ст. 219 КАС РФ) срок для обращения в суд за защитой нарушенного права.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» указано, что, проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В силу ст. 219 КАС РФ если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

На необходимость соблюдения установленного ст. 219 КАС РФ срока для обращения в суд неоднократно обращали внимание суды различных уровней: Третий кассационный суд общей юрисдикции (определения от 26.08.2020г. №12900/2020) от 12.05.2021г. №88а-7120/2021, от 26.01.2022г. №88а-2088/2022, от 09.02.2022 №88а-2731/2022, от 27.04.2022г. №88а-7213/2022, от 27 июля 2022г. №88а-11846/2022), Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (определение от 08.12.2020г. №88а-18459/2020, от 19.05.2021г. №88а-7064/2022) и другие.

Предполагаемые нарушения в данном случае не носили длящийся характер.

Административное исковое заявление сдано административным истцом для направления через администрацию исправительного учреждения только 30.08.2022г. Между тем, как указал сам заявитель в административном иске, его право было нарушено в следствие переадресации 13.04.2022г. обращения в МСЧ-11. Тем самым, установленный законом срок для оспаривания нарушения в данной части пропущен.

Пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (ч. 7 и 8 ст. 219 названного Кодекса).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан.

Вместе с тем, доказательств наличия у истца исключительных обстоятельств, препятствующих своевременному обращению в суд материалы дела не содержат, следовательно, на момент обращения пропущен установленный законом срок обжалования, о восстановлении пропущенного срока истец не ходатайствовал.

При изложенных обстоятельствах основания удовлетворения заявленных требований о признании ненадлежащими условий содержания, выразившихся в неоказании дополнительной медицинской помощи в виде зубопортезирования за счет собственных средств и оставления обращения истца без ответа, взыскании компенсации морального вреда, отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 175, 177, 227, 227.1 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-11 ФСИН России, ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми, начальнику ФКУ ИК-24 УФСИН России по Республике Коми ФИО2 о признании ненадлежащими условий содержания, выразившихся в непринятии мер по организации получения дополнительной специализированной медицинской помощи, взыскании компенсации за нарушение условий содержания – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста (мотивированное решение – 25 октября 2022г.).

Судья В.И. Утянский