Апелляционное определение по делу № 33-15055/2023 от 29.08.2023

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-15055/2023

Судья: Карпенкова Н.Е.

УИД 78RS0019-01-2021-009089-25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

29 августа 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Савельевой Т.Ю.,

судей

ФИО1,

ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2022 года по гражданскому делу № 2-2825/2022 по исковому заявлению Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры к ФИО4 о понуждении исполнить обязательства в натуре и взыскании судебной неустойки.

Заслушав доклад судьи Савельевой Т.Ю., объяснения представителя истца ФИО5, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры (далее по тексту – истец, КГИОП) обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО4, которым с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просил обязать ответчика в установленном законом порядке выполнить следующие работы по сохранению объекта культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», расположенного по адресу: <адрес>:

в течение 3 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, в установленном законом порядке провести консервацию Объекта, в том числе, комплекс первоочередных противоаварийных работ по защите Объекта;

в течение 36 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу выполнить реставрацию Объекта в соответствии с согласованной с КГИОП проектной документацией с восстановлением благоустройства территории Объекта, в установленном законом порядке установить надписи и обозначения, содержащие информацию об Объекте;

в течение 36 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу в установленном законом порядке установить информационную надпись и обозначения на Объекте;

Кроме того, истец просил установить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика в пользу КГИОП, за неисполнение решения суда в установленный решением суда срок в размере 25 000 рублей, а в случае дальнейшего неисполнения решения суда в размере 50 000 рублей в месяц, до месяца фактического исполнения решения суда, по каждому из требований.

В обоснование исковых требований истец указал, что 20 апреля 2021 года отделом государственного надзора Управления организационного обеспечения и контроля КГИОП было проведено мероприятие по систематическому наблюдению за соблюдением обязательных требований в отношении объекта культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», расположенного по адресу: <адрес> (далее по тексту - объект), в ходе которого установлено следующее:

- распоряжением КГИОП от 29 августа 2017 года № 07-19-320/17 утверждено охранное обязательство собственника или иного законного владельца Объекта (далее по тексту - охранное обязательство), которым было предусмотрено на основании задания и разрешения КГИОП выполнить реставрацию объекта культурного наследия в соответствии с согласованной с КГИОП проектной документацией в течение 36 месяцев со дня утверждения охранного обязательства (до 29.08.2020 года).

- задание на выполнение работ по сохранению объекта КГИОП, разрешение на выполнение работ КГИОП не выдавались, проектная документация на согласование в КГИОП не поступала.

В ходе осмотра Объекта установлено его крайне неудовлетворительное состояние: по фундаментам наблюдаются сколы, трещины, очаги биопоражений; часть конструкций здания обрушена (стены, крыша, межэтажые перекрытия, лестницы), частично утрачено кровельное покрытие, отделка стен, остекление оконных заполнений; входные двери в здание открыты, доступ внутрь не ограничен.

С момента составления акта осмотра технического состояния от 01 августа 2017 года произошло частичное обрушение северо-западного ризалита.

Территория объекта не благоустроена, находится в крайне запущенном состоянии: зарос самосевной растительностью, не закрыта для ограничения беспрепятственного доступа, охрана не осуществляется, на территории осуществляется складирование строительного мусора.

В нарушение подпункта 7 пункта 25 Раздела 6 охранного обязательства на объекте не установлена информационная надпись и обозначения.

Согласно выпискам из ЕГРН собственником Объекта и его территории (земельный участок с кадастровым №...) является ответчик, который постановлением Приморского районного суда Санкт- Петербурга от 05.02.2019 № 5-129/19 ранее был уже привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 7.13 КоАП за неисполнение охранного обязательства, что указывает на наличие систематического неисполнения требований по государственной охране объекта со стороны данного лица.

В связи с указанными обстоятельствами истец обратился в суд с настоящим иском.

Решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2022 года исковые требования удовлетворены. На ФИО4 возложена обязанность в установленном законом порядке выполнить следующие работы по сохранению объекта культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», расположенного по адресу: <адрес>:

1. В течение 8 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, провести комплекс работ по защите объекта культурного наследия, а именно:

- закрыть доступ третьим лицам к объекту культурного наследия, установив ограждение;

- укрепить существующие конструкции объекта культурного наследия путем устройства силовых лесов, подпорок;

- устроить временную кровлю и водоотводящую систему, обеспечив естественную вентиляцию конструкций объекта культурного наследия

2. В течение 36 месяцев со дня вступления решения суда в законную силу выполнить реставрацию, восстановление благоустройства территории, установку информационной надписи об объекте культурного наследия.

Также решением суда установлена судебная неустойка, подлежащая взысканию с ФИО4 в пользу КГИОП, в размере 25 000 рублей за неисполнение решения суда в установленный решением суда срок, а в случае дальнейшего неисполнения решения суда - 50 000 рублей в месяц, до фактического его исполнения. С ФИО4 в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2022 года отменить в части обязания его укрепить существующие конструкции объекта культурного наследия путем устройства силовых лесов, подпорок и устройства временной кровли и водоотводящей системы, которая обеспечит естественную вентиляцию конструкций объекта культурного наследия, ссылаясь на то, что такие работы противоречат реализации установленных законодательством целей, а именно, сохранения объекта, принадлежащего ему на праве собственности, как культурного наследия.

Выражая несогласие с решением суда в части возложения на него обязанности по выполнению работ (за исключением требования о предотвращении доступа третьих лиц), ответчик указал на необходимость проведения судебной экспертизы, в связи с чем в апелляционной жалобе заявил ходатайство о ее назначении.

Кроме того, в апелляционной жалобе ответчик выражает свое несогласие с установлением в отношении него судебной неустойки, указывая, что в данном случае такая мера принуждения была заявлена истцом не с целью побуждения его к исполнению решения суда, а с целью обогащения за счет ответчика, поскольку истец вправе обратиться в суд с требованием об изъятии объекта культурного наследия в пользу государства, на что представитель истца указывала в суде первой инстанции.

Частью 1 ст. 327 ГПК РФ предусмотрено, что суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

Ответчик ФИО4 в заседание судебной коллегии не явился, представителя в суд не направил, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещен по правилам ст. 113 ГПК РФ (т.2, л.д. 22-23), о причинах неявки судебной коллегии не сообщил, доказательства уважительности не представил.

С учётом требований ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ сведения о времени и месте судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие ответчика.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно статье 1 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее по тексту - Закон 73-ФЗ) предметами регулирования Закона являются: отношения, возникающие в области сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации; особенности владения, пользования и распоряжения объектами культурного наследия как особым видом недвижимого имущества; порядок формирования и ведения единого государственного реестра объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов РФ; общие принципы государственной охраны объектов культурного наследия.

В соответствии с пунктом 5 статьи 16.1 Закона 73-ФЗ объект, обладающий признаками объекта культурного наследия, в отношении которого в региональный орган охраны объектов культурного наследия поступило заявление о его включении в реестр, является выявленным объектом культурного наследия со дня принятия региональным органом охраны объектов культурного наследия решения о включении такого объекта в перечень выявленных объектов культурного наследия.

Выявленный объект культурного наследия подлежит государственной охране в соответствии с настоящим Федеральным законом до принятия решения о включении его в реестр либо об отказе во включении его в реестр.

Требования в отношении выявленного объекта культурного наследия установлены пунктами 1 - 3 статьи 47.3 указанного Федерального закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 44 Конституции Российской Федерации каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры.

Согласно статье 6 Закона № 73-ФЗ под государственной охраной объектов культурного наследия в целях Закона № 73-ФЗ понимается система правовых, организационных, финансовых, материально-технических, информационных и иных принимаемых органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления в соответствии с настоящим Федеральным законом в пределах их компетенции мер, направленных на выявление, учет, изучение объектов культурного наследия, предотвращение их разрушения или причинения им вреда.

В силу пункта 3 статьи 11 вышеуказанного Закона, п. 3.37 Положения о КГИОП, утвержденного постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 28.04.2004 № 651, КГИОП уполномочен осуществлять региональный государственный надзор (контроль) в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия.

Под государственным надзором в области охраны объектов культурного наследия (далее - государственный надзор) понимается деятельность уполномоченных органов исполнительной власти, направленная на предупреждение, выявление и пресечение нарушений требований, установленных действующим законодательством в области охраны объектов культурного наследия (пункт 1 статьи 11 Закона № 73-ФЗ).

Требования выполнить обязательства по сохранению объекта культурного наследия относятся к административным и публичным правоотношениям в сфере исполнения соответствующим органом властных полномочий по осуществлению государственного надзора за состоянием объектов культурного наследия.

В силу пункта 1 статьи 33 Закона № 73-ФЗ объекты культурного наследия подлежат государственной охране в целях предотвращения их повреждения, разрушения или уничтожения изменения облика и интерьера, нарушения установленного порядка их использования незаконного перемещения и предотвращения других действий, могущих причинить вред объекта культурного наследия, а также в целях их защиты от неблагоприятного воздействия окружающей среды и от иных негативных воздействий.

Согласно пункту 1 статьи 45 Закона № 73-ФЗ работы по сохранению объекта культурного наследия проводятся на основании задания на проведение указанных работ, разрешения на проведение указанных работ, выданных органом охраны объектов культурного наследия, проектной документации на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, согласованной соответствующим органом охраны объектов культурного наследия, а также при условии осуществления технического, авторского надзора и государственного надзора в области охраны объектов культурного наследия за их проведением.

В силу подпункта 3 пункта 3 статьи 47.2 Закона № 73-ФЗ законный владелец объекта культурного наследия обязан организовать проведение работ по сохранению объекта культурного наследия в соответствии с порядком, предусмотренным статьей 45 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 11 статьи 47.6 Закона № 73-ФЗ охранное обязательство подлежит выполнению физическим или юридическим лицом, которому объект культурного наследия, включенный в реестр, принадлежит на праве собственности, в том числе в случае, если указанный объект находится во владении или в пользовании третьего лица (третьих лиц) на основании гражданско-правового договора.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, с 07 марта 2014 года ФИО4 является собственником здания, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, Лахтинский проспект, д. 115, литера А, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 26 апреля 2021 года.

В соответствии с Распоряжением КГИОП от 10 июня 2016 года № 10-243 «О включении выявленного объекта культурного наследия в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», об утверждении границ и режима использования территории объекта культурного наследия» здание, расположенное по адресу: <адрес>, является объектом культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба».

Распоряжением КГИОП от 29 августа 2017 года № 07-19-320/17 утверждено охранное обязательство на объект культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», расположенный по адресу: <адрес>.

Разделом 6 подпункта 1 пункта 25.1 Охранного обязательства установлены дополнительные требования в отношении объекта, а именно: в течение 12 месяцев со дня утверждения охранного обязательства актом КГИОП, на основании задания и разрешения КГИОП выполнить консервацию объекта культурного наследия (в т.ч. комплекс противоаварийных работ).

Вступившим в законную силу постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 05 февраля 2019 года по делу № 5-129/2019, ФИО4 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.7.13 КоАП РФ, при рассмотрении дела установлено, что на основании статьи 11 Федерального закона от 25 июня 2002 года № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ) и задания КГИОП от 29 октября 2018 года № 01-58-947/18-0-0, от 30 октября 2018 года было проведено мероприятие по систематическому наблюдению за исполнением обязательных требований установленных охранным обязательством в отношении объекта.

По результатам осмотра объекта установлено, что на момент проведения мероприятия по систематическому наблюдению за исполнением обязательных требований, ФИО4 за выдачей задания на проведение работ по сохранению объекта, в том числе на проведение работ по консервации, в КГИОП не обращался. Проектная документация на рассмотрение в КГИОП не поступала, письменного разрешения на проведение работ КГИОП не выдавал.

В ходе проведения мероприятия по систематическому наблюдению за исполнением обязательных требований охранного обязательства, по визуальному осмотру установлено, что ФИО4 к работам не приступил. Здание находится в аварийном состоянии. Требования плана выполнения работ, указанных в разделе 6 подпункта 1 пункта 25.1 Охранного обязательства пользователем не исполнены.

Постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 05 февраля 2019 года по делу № 5-129/2019 установлен факт осведомленности ФИО4 о том, что здание по адресу: <адрес> является объектом культурного наследия, в отношении которого КГИОП утверждено охранное обязательство, а также факт неисполнения им требований подпункта 2 пункта 1 раздела 25 охранного обязательства.

20 апреля 2021 года отделом государственного надзора Управления организационного обеспечения и контроля КГИОП проведено очередное мероприятие по систематическому наблюдению за соблюдением обязательных требований в отношении объекта культурного наследия регионального значения «Дом В.В. Шауба», расположенного по адресу: <адрес>, в ходе которого установлено, что реставрация объекта культурного наследия в соответствии с согласованной с КГИОП проектной документацией в течение 36 месяцев со дня утверждения охранного обязательства (в срок до 29 августа 2020 года) ФИО4 не осуществлялась, задание и разрешение на выполнение работ по сохранению объекта КГИОП не выдавалось, проектная документация на согласование в КГИОП также не поступала.

Материалами дела подтверждается, что объект культурного наследия находится в крайне неудовлетворительном состоянии: по фундаментам наблюдаются сколы, трещины, очаги биопоражений; часть конструкций здания обрушена (стены, крыша, межэтажные перекрытия, лестницы), частично утрачено кровельное покрытие, отделка стен, остекление оконных заполнений; входные двери в здание открыты, доступ внутрь не ограничен.

Территория Объекта не благоустроена, находится в крайне запущенном состоянии: заросла самосевной растительностью, не закрыта для ограничения беспрепятственного доступа, охрана не осуществляется, на территории осуществляется складирование строительного мусора.

В нарушение подпункта 7 пункта 25 раздела 6 охранного обязательства на Объекте не установлена информационная надпись и обозначения.

Указанные обстоятельства ответчиком ФИО4 в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции не оспаривались, более того, в письменном отзыве на иск частично признавались.В представленном ответчиком техническом заключении, выполненном ООО «Жилкомэксперт» в 2022 году также зафиксировано, что северная часть здания разрушена вследствие утраты несущей способности стен. Остальная часть здания находится в аварийном состоянии из-за поражения древесины стен и перекрытий гнилью, приведшей к недопустимому снижению несущей способности, нарушению связи конструктивных элементов, общей жёсткости и устойчивости строения (п. 1).

Причинами разрушения деревянных конструкций гнилью являются длительная эксплуатация, ненадлежащее содержание здания, отсутствие своевременного ремонта и консервации после расселения (п. 2).

В ходе обследования обнаружено поражение строительных конструкций домовыми дереворазрушающими грибами. Повсеместно обнаружены деревянные элементы, поражённые бурой призматической гнилью до III стадии разложения (п. 3).

Формирование плодовых тел и пленок говорит о длительном периоде развития домовых грибов в деревянных конструкциях здания и сильной степени разрушения древесины на обследованных участках. Возраст деревянных конструкций, степень их износа и многочисленные протечки кровли являются факторами, благоприятствующими естественному биоразложению древесины (п. 4).

Поскольку деревянные элементы стен здания поражены гнилью до II-III стадии разрушения, а мицелий грибов-дереворазрушителей активно распространяется как поверх древесного субстрата, так и колонизируя его толщу вдоль и поперек волокон, все пораженные гнилью лесоматериалы повторному использованию не подлежат (п. 5).

Учитывая вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами настоящего дела подтверждается наличие систематического неисполнения ФИО4 требований по государственной охране объекта культурного наследия длительный период времени.

Возражая относительно удовлетворения иска, ответчик в обоснование своей позиции представил суду первой инстанции вступившее в законную силу решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 04 декабря 2017 года по делу № 2-3427/17 по иску КГИОП к ФИО4 о понуждении исполнить обязательства в натуре, которым истцу в удовлетворении заявленных к ФИО4 требований было отказано.

Между тем, суд первой инстанции, отклоняя возражения ответчика по иску, пришел к обоснованному выводу о том, что данное решение не может служить основанием для отказа истцу в удовлетворении иска, поскольку на момент рассмотрения спора в 2017 году у КГИОП отсутствовали полномочия на предъявление требований, так как охранное обязательство до 29 августа 2017 года не разрабатывалось, ответчику ФИО4 и его правопредшественникам, не направлялось. При этом на момент обращения истца в суд с настоящим иском вышеуказанные обстоятельства КГИОП устранены, полномочия на обращение в суд с заявленными исковыми требованиями у истца имеются.

Разрешая по существу заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными нормами права, исходил из того, что, поскольку под сохранением объекта культурного наследия понимаются направленные на обеспечение физической сохранности объекта культурного наследия ремонтно-реставрационные работы, в том числе консервация объекта культурного наследия, ремонт памятника, реставрация памятника или ансамбля, приспособление объекта культурного наследия для современного использования, а также научно-исследовательские, изыскательские, проектные и производственные работы, научно-методическое руководство, технический и авторский надзор, обязанность по проведению комплекса противоаварийных работ по защите объекта, а также реставрационных работ должна быть возложена на ответчика, как на сособственника объекта культурного наследия, ввиду чего пришел к выводу об удовлетворении требований истца в полном объеме.

Также в порядке пункта 2 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации судом первой инстанции удовлетворенно требование о взыскании с ответчика в пользу истца судебной неустойки в размере 25 000 рублей за неисполнение решения суда в установленный решением суда срок, а в случае дальнейшего неисполнения решения суда - в размере 50 000 рублей в месяц, до месяца фактического его исполнения.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении к спорным правоотношениям норм материального права, подтверждаются представленными доказательствами, нарушений норм процессуального законодательства не усматривается.

Ссылаясь на письмо ФИО6, ответчик в апелляционной жалобе, указывает, что с целью сохранения Объекта необходимо выполнить работы по ограждению Объекта для закрытия доступа третьих лиц, а также ручную переборку с последующей маркировкой элементов конструкций и декора Объекта, которые невозможно сохранить на их историческом месте, передачу их на ответственное хранение для дальнейшей реставрации и установки на исторические места, между тем, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда по указанным доводам жалобы ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 13 статьи 18, пунктом 1 статьи 33 Закона № 73-ФЗ объекты культурного наследия подлежат государственной охране в целях предотвращения их повреждения, разрушения или уничтожения, изменения облика и интерьера, предотвращения других действий, могущих причинить вред объектам культурного наследия, а также в целях их защиты от неблагоприятного воздействия окружающей среды и от иных негативных воздействий.

Согласно подпункту 6 пункта 2 статьи 18 Закона № 73-ФЗ предметом охраны объекта культурного наследия является описание его особенностей объекта, определяющих историко-культурную ценность объекта культурного наследия и подлежащих обязательному сохранению.

Предмет охраны Объекта утвержден распоряжением КГИОП от 26.07.2016 № 10-337 и включает в себя, в том числе, объемно-пространственную композицию здания и подлинный материал (дерево) его строительных конструкций, формирующих конструктивную систему Объекта.

Согласно статье 41 Закона № 73-ФЗ в рамках работ по консервации объекта культурного наследия проводятся противоаварийные работы по защите объекта культурного наследия, которому угрожает быстрое разрушение, проводимые в целях предотвращения ухудшения состояния объекта культурного наследия без изменения дошедшего до настоящего времени облика указанного объекта культурного наследия и без изменения предмета охраны объекта культурного наследия.

Объект относится к памятникам деревянного зодчества, которые в силу особенностей и свойств материала наиболее подвержены старению и разрушительному воздействию различных факторов.

Требования к работам, которые необходимо проводить в рамках консервационных и противоаварийных работ на памятниках деревянного зодчества определены в ГОСТ Р 59468-2021. Национальный стандарт Российской Федерации. «Сохранение объектов культурного наследия. Консервация и противоаварийные работы на памятниках деревянного зодчества. Общие требования» (далее - ГОСТ).

В соответствии с разделом 4 ГОСТ работы по консервации являются приоритетными в подходах и способах сохранения таких объектов культурного наследия и должны предусматривать комплекс мероприятий своевременного воздействия, направленный на поддержание физической сохранности памятников деревянного зодчества, предотвращение их дальнейшего повреждения и разрушения.

В силу пункта 3.3. раздела 3 ГОСТ к противоаварийным работам на памятнике деревянного зодчества относятся работы, направленные на выведение памятника из аварийного состояния, без изменения его облика, с использованием традиционных и современных инструментов, материалов, оборудования и технологий, имеющие обратимый характер.

Противоаварийные работы на памятниках деревянного зодчества проводят с целью устранения физических дефектов конструкций, ликвидации перенапряжений, возникающих в них, а также устранения факторов, которые могут отрицательно сказаться на состоянии конструкций, устойчивости и прочности памятника деревянного зодчества (пункт 4.2 раздела 4 ГОСТ)

Противоаварийные мероприятия на памятниках деревянного зодчества необходимы при выявлении повреждений в элементах, функциональном блоке элементов или структуры памятника в целом, влекущие за собой негативные последствия для всего памятника деревянного зодчества (пункты 6.1, 6.4 раздела 6 ГОСТ)

Основными видами противоаварийных работ являются усиление конструкций памятника деревянного зодчества: разгрузка конструкций памятника деревянного зодчества: временное крепление конструкций памятника деревянного зодчества.

Между тем, указанные ответчиком в жалобе работы не относятся к противоаварийным работам по защите объекта культурного наследия и отдельно от указанных в решении работ выполнены быть не могут.

Следовательно, заявленные истцом мероприятия в рамках проведения противоаварийных работ по защите объекта культурного наследия, являющегося памятником деревянного зодчества, обязанность по выполнению которых возложена судом на ответчика, соответствуют требованиям государственной охраны объектов культурного наследия, а также положениям, установленным Законом 73-ФЗ и ГОСТ.

Работы по разборке элементов объекта с их маркировкой носят необратимый характер и могут быть выполнены на объекте в соответствии с требованиями статьи 45 Закона № 73-ФЗ при наличии соответствующих исследований технического состояния объекта, на основании проектной документации, получившей положительное заключение государственной историко-культурной экспертизы, и согласованной КГИОП.

Данные работы в силу статьи 43 Закона № 73-ФЗ, определяющей содержание работ по реставрации, подлежат выполнению уже на стадии реставрации объекта.

Учитывая, что защита физической целостности объекта и его конструкций при неудовлетворительном их техническом состоянии, зафиксированном в акте КГИОП от 20 апреля 2021 года, должна быть оперативной, КГИОП заявлены работы, обеспечивающие сохранность строительных конструкций объекта, а именно: устройство силовых лесов, а также необходимый влажностный режим с целью устранения условий для развития грибка, устройство временной кровли, водоотводящей и вентиляционной систем.

Имеющееся в материалах дела письмо заместителя начальника управления по охране объектов культурного наследия ФИО7 прямо указывало на необходимость руководствоваться ГОСТом при выполнении на объекте противоаварийных работ, а указанные в письме виды работ носят рекомендательный характер.

Таким образом, данный довод жалобы ответчика является необоснованным и противоречит требованиям государственной охраны объектов культурного наследия.

Ссылки в жалобе на то, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы, не могут повлечь возможность отмены принятого по делу судебного постановления.

В апелляционной жалобе ответчик ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы с постановкой перед экспертами следующего вопроса: «Возможно/целесообразно выполнение следующего вида работ по консервации/реставрации ОКН Лахтинский 115: ручная переборка с последующей маркировкой элементов конструкций и декора, которые невозможно сохранить на их историческом месте, передача их на ответственное хранение с составлением соответствующего акта приема-передачи, для дальнейшей реставрации и установки на исторические места, в первоочередном порядке, до выполнения иных работ по консервации/реставрации?»

Протокольным определением судебной коллегии от 29 августа 2023 года ответчику отказано в удовлетворении указанного ходатайства о назначении судебной экспертизы, поскольку в силу вышеуказанных положений Закона № 73-ФЗ и ГОСТ работы по разборке элементов объекта не относятся к работам по защите целостности объекта и могут быть выполнены в соответствии с требованиями статьи 45 Закона № 73-ФЗ при наличии соответствующих исследований технического состояния объекта, на основании проектной документации, получившей положительное заключение государственной историко-культурной экспертизы, и согласованной КГИОП, в силу статьи 43 Закона № 73-ФЗ, определяющей содержание работ по реставрации, подлежат выполнению на стадии реставрации объекта.

При таких обстоятельствах оснований для назначения судебной экспертизы по вопросу о допустимости проведения на объекте работ по разборке объекта в рамках противоаварийных работ не имеется.

Отклоняя довод апелляционной жалобы ответчика о том, что КГИОП, имея возможность изъять объект в силу требований статьи 54 Закона № 73-ФЗ, неправомерно обязывает ответчика выполнить дорогостоящие работы по его сохранению, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 47.2, подпунктами 1-3 пункта 1 статьи 47.3. пунктом 11 статьи 47.6 обязанность содержать Объект в надлежащем техническом состоянии, выполнять и финансировать работы по сохранению Объекта, обеспечивая сохранность его предмета охраны, возложена на собственника Объекта как в рамках законодательства в области охраны объектов культурного наследия, так и в рамках гражданского законодательства в силу статей 209-210 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Объект находится в собственности ответчика с 2014 года, при этом до настоящего времени необходимые меры по его сохранению не предпринимались, что ответчиком не оспаривается.

Вместе с тем положениями статьи 54 Закона № 73-ФЗ предусмотрено изъятие у собственника бесхозяйственно содержимого объекта культурного наследия при наличии совокупности факторов, свидетельствующих о неисполнении его собственниками установленных законодательством либо иными документами обязанностей по содержанию и сохранению объекта культурного наследия в предусмотренные для этого сроки.

При этом изъятие объекта культурного наследия у недобросовестного владельца предполагает выкуп объекта по рыночной цене, то есть, как полагает истец, финансовую поддержку нарушителя и освобождение его от процедур, связанных с организацией и проведением работ по сохранению объекта культурного наследия,

Учитывая изложенное, а также наличие у КГИОП предусмотренного подпунктом 6 пункта 6 статьи 11 Закона № 73-ФЗ полномочия, позволяющего требовать исполнения собственником его обязательств по сохранению объекта в судебном порядке, коллегия полагает, что оснований для реализации процедуры изъятия объекта в настоящее время не имеется.

Доводы жалобы ответчика о неправомерном взыскании неустойки на случай неисполнения решения суда в порядке ст. 308.3 ГК РФ подлежат отклонению в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 308.3, статье 396 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. При этом следует учитывать, что в соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ должник не вправе произвольно отказаться от надлежащего исполнения обязательства.

Пунктами 28, 31, 32 Постановления Пленума Верховного суда РФ N 7 от 24.03.2016 года «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что на основании пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее - судебная неустойка).

Уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (пункт 2 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки, в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (часть 4 статьи 1 ГПК РФ, части 1 и 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.

При определении размера судебной неустойки суд первой инстанции неустойки учел принципы справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения, степень затруднительности исполнения судебного акта, возможности ответчика по его добровольному исполнению, в связи с чем пришел к обоснованному выводу о взыскании неустойки в заявленной истцом на случай неисполнения решения суда.

При этом оснований для уменьшения размера такой неустойки судебная коллегия не усматривает, полагая ее размер разумным и справедливым.

Ссылка в жалобе на выкуп ответчиком земельного участка на общих основаниях, а не на льготных условиях, и значительные затраты ответчика на его приобретение, не могут служить основанием для отмены решения суда.

В целом, доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию сторон с выводами суда первой инстанции, их переоценке и иному толкованию действующего законодательства, при этом не свидетельствуют об их незаконности, не содержат ссылок на новые обстоятельства, которые не были предметом исследования или опровергали бы выводы решения и на наличие оснований для его отмены или изменения (ст. 330 ГПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также безусловно влекущих за собой отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь положениями ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 12 сентября 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 05 сентября 2023 года.