Решение по делу № 2-14215/2024 от 18.08.2025 | Советский районный суд г. Красноярска (Красноярский край)

Категория дела О возмещении морального вреда Гражданское Удовлетворено

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО>, <ФИО> обратились в суд с исковым заявлением (л.д.8-13 т.1), уточнённым в ходе судебного разбирательства (л.д.3-10 т.2) к КГБУЗ «Краевая клиническая больница» о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащим

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

В судебном заседании истцы <ФИО>, <ФИО>, их представитель адвокат Евменова Е.В., действующая на основании ордеров (л.д.42-43 т.1) заявленные требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

На основании вышеизложенного, суд полагает возможным рассмотрение гражданского дела в отсутствии неявившихся участников процесса в соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ. Выслушав присутствующих в судебном

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> (<дата> года рождения, №), <ФИО> (<дата> года рождения, паспорт № №) к Красноярскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» о возмещении

Дело №2-2282/2025

24RS0048-01-2024-013317-06

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 июля 2025 года Советский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Пермяковой А.А.,

при секретаре Пилюгиной Ю.С.,

при участии помощника прокурора Советского района г.Красноярска Наприенковой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к Красноярскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением (л.д.8-13 т.1), уточнённым в ходе судебного разбирательства (л.д.3-10 т.2) к КГБУЗ «Краевая клиническая больница» о возмещении морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи ФИО3, мотивируя требования тем, что 30.06.2021 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающие по адресу: <адрес>, были доставлены в отделение пульмонологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» (660022, <...> «а») машиной скорой медицинской помощи. В это же день ФИО7 была госпитализирована. ФИО3 проведено МСКТ органов грудной полости. По результатам обследования в легких с обеих сторон выявлены единичные участки уплотнения легочной ткани по типу матового стекла, сделано заключение: КТ признаки полисегментарной двухсторонней вирусной пневмонии. Как указано в выписном эпикризе от 01.07.2021 года, сбор анамнеза отягощен в связи с тем, что пациент ничего не слышит и не понимает. 01.07.2021 года ФИО3 Отпущен домой для амбулаторного лечения. 02.07.2021 года ФИО3 вновь доставлен в отделение пульмонологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» машиной скорой медицинской помощи. Для решения вопроса о госпитализации ФИО3 был вновь направлен на медицинское обследование. В связи с тем, что, по словам врачей, обследование ФИО3 могло занять несколько часов, сопровождавшая его ФИО1, оставив свой контактный телефон, поехала домой. Около 06 часов утра 03.07.2021 года, не дождавшись информации из КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО1 сообщили, что ФИО3 ночью отпущен, домой на амбулаторное лечение. В связи с тем, что местонахождение ФИО3 было не известно, ФИО1 обратилась Дежурную часть ОП №10 МУ МВД России «Красноярское» с заявлением о его безвестном исчезновении. 04.07.2021 года ФИО3 был, найдет мертвым в районе берега реки Енисей. Как указано в выписном эпикризе КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от 03.07.2021 года, ФИО3 выставлен диагноз: новая коронавирусная инфекция, лабораторно подтвержденная от 01.07.2021 года. Осложнение: <данные изъяты>. Дальнейшие уговоры больного о госпитализации, разъяснения о состоянии здоровья не принесли положительного результата, ФИО3 самовольно выскочил из кабинета, покинул помещение. Как следует из выписного эпикриза КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн» от 23.07.2019 года ФИО3 страдал рядом серьезных заболеваний, в ходе проведенного обследования ФИО3 30.06.2021 года, а также 02.07.2021 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» наличие очевидных когнитивных нарушений было отмечено врачами пульмонологического отделения. Однако, несмотря на это, надлежащих мер по оказанию медицинской помощи, в том числе, с привлечением врачей-неврологов, врачей-психиатров предпринято не было. ФИО3, с диагностированной коронавирусной инфекцией, осложнением в виде двухсторонней полисегментарной пневмонии, представляя опасность для себя и окружающих, с видимыми неврологическими нарушениями, усугубившимися температурой, вирусной инфекцией, абсолютно дезориентированный во времени и пространстве, один, без уведомления родственников ночью отпущен из медицинского учреждения, при этом, ему не разъяснено право на отказ от медицинского вмешательства и последствия такого отказа. Имеющееся у ФИО3 психическое расстройство носило очевидный характер, в том числе и при доставлении его в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». Данное обстоятельство отражено в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №, выданной КГБУЗ «Краевая клиническая больница», а именно, «сбор анамнеза отягощен в связи с тем, что пациент ничего не слышит и не понимает, наблюдалась агрессивность поведения». Поскольку, по мнению истцов, ответчиком оказана не надлежащая медицинская помощь ФИО3, врачи отнеслись халатно к пациенту с учетом его возраста, в связи, с чем последний умер, тем самым причинив моральный вред, истцы вынуждены, обратится в суд с настоящим исковым заявлением.

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 29.07.2024 года в соответствие с ч.3 ст.45 ГПК РФ для дачи заключения в судебное заседание вызван Прокурор Советского района г.Красноярска, в порядке ст.43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены ООО «СМК РЕСО-Мед», КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн», КГБУЗ «Красноярская межрайонная больница №2» (л.д.2-7 т.1).

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 12.02.2025 года вынесенное в протокольной форме в соответствии с.2 ст.224 ГПК РФ, в порядке ст.43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены Министерство здравоохранения Красноярского края, КГБУЗ «Красноярская станция скорой медицинской помощи» (л.д.229-230 т.1).

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 21.05.2025 года вынесенное в протокольной форме в соответствии с.2 ст.224 ГПК РФ, в порядке ст.43 ГПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен ФИО4 врач КГБУЗ «Краевая клиническая больница» производивший осмотр ФИО3 (л.д.229-230 т.1).

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, их представитель адвокат Евменова Е.В., действующая на основании ордеров (л.д.42-43 т.1) заявленные требования поддержали в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, уточнении к исковому заявлению, суду пояснили, что сотрудники КГБУЗ «Краевая клиническая больница» не должны были отпускать ФИО3 домой, поскольку это пожилой человек и они должны были дождаться, когда кто-то за ним приедет.

В судебном заседании представитель ответчика КГБУЗ «Краевая клиническая больница» - ФИО5, действующая на основании доверенности от 09.09.2024 года (л.д.52 т.1) заявленные требования не признала в полном объеме, по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д.86-88 т.1) суду пояснила, что врачи выполнили работу в соответствии с законодательством РФ, противоправность и виновность со стороны медицинского персонала при оказании медицинской помощи отсутствует.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4 с заявленными требованиями не согласился, суду пояснил, что медицинская помощь была оказана ФИО3 надлежащим образом.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора Министерство здравоохранения Красноярского края, КГБУЗ «Красноярская станция скорой медицинской помощи» в судебное не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в соответствии с положениями ст.113 ГПК РФ, путем направления судебного извещения заказным письмом (л.д.234 т.1), которое последними получено, что подтверждается возвращенными в адрес суда почтовыми уведомлениями (л.д.50-53 т.2), причину неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении судебного заседания суду не направили.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «СМК РЕСО-Мед», КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн», КГБУЗ «Красноярская межрайонная больница №2» в судебное заседание не явились, своего представителя не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно, надлежащим образом в соответствии с ч.2.1 ст.113 ГПК РФ, посредствам посредством размещения соответствующей информации в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что подтверждается отчетом о размещении на сайте сведений по делу (л.д.236 т.1), поскольку суд располагает доказательствами того, что ООО «СМК РЕСО-Мед», КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн», КГБУЗ «Красноярская межрайонная больница №2» надлежащим образом извещены о времени и месте первого судебного заседания, что подтверждается почтовым уведомлением (л.д.98-99, 141 т.1).

Выслушав присутствующих в судебном заседании участников процесса, исследовав материалы дела, выслушав заключение помощника прокурора Советского района г.Красноярска полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании ст.8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей, как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами ст.1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п.1 ст.1 СК РФ).

К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья (ст.41 Конституции РФ).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч.1 ст.41 Конституции РФ).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст.4 Федерального закона от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п.п.1,2,5-7 ст.4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п.3, 9 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В п.21 ст.2 Федерального закона от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2,3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены Главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса РФ (ст.ст.1064-1101).

Согласно п.п.1,2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 гл.59 ГК РФ).

Как разъяснено в п.48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

В соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела, установлено судом, ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью ФИО11, ФИО12, что подтверждается свидетельством о рождении от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.17 т.1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 заключила брак с ФИО1, после заключения брака присвоена фамилия Кулик, что подтверждается свидетельством о заключении брака выданная Территориальным отделом агентства записи актов гражданского состояния Красноярского края по Советскому району г.Красноярска (л.д.18 т.1).

ФИО2 (ФИО6, ФИО8, ФИО3) Ю.Н. ДД.ММ.ГГГГ года рождения является дочерью ФИО3 и ФИО13, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.19, 22-26 т.1).

30.06.2021 года ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающие по адресу: <адрес>, были доставлены в отделение пульмонологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» машиной скорой медицинской помощи (л.д.1-2, 23-37 т.2).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 была госпитализирована.

ФИО3 проведено МСКТ органов грудной полости. По результатам обследования в легких с обеих сторон выявлены единичные участки уплотнения легочной ткани по типу матового стекла, сделано заключение: КТ признаки полисегментарной двухсторонней вирусной пневмонии.

Согласно Выписного эпикриза от 01.07.2021 года, сбор анамнеза отягощен в связи с тем, что пациент ничего не слышит и не понимает (л.д.28-37 т.2).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 отпущен домой для амбулаторного лечения.

02.07.2021 года ФИО3 доставлен в отделение пульмонологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница» машиной скорой медицинской помощи (л.д.1-2, 38-49 т.2).

Для решения вопроса о госпитализации ФИО3 был направлен на медицинское обследование.

В связи с тем, что, по словам врачей, обследование ФИО3 могло занять несколько часов, сопровождавшая его ФИО1, оставив свой контактный телефон, поехала домой.

Около 06 часов 00 минут 03.07.2021 года, не дождавшись информации из КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО1 обратилась в отделение пульмонологии КГБУЗ «Краевая клиническая больница», где ей сообщили, что ФИО3 ночью отпущен, домой на амбулаторное лечение.

В связи с тем, что местонахождение ФИО3 было не известно, ФИО1 обратилась в Отдел Полиции №10 МУ МВД России «Красноярское» с заявлением об исчезновении, по результатам рассмотрения которого, 04.07.2021 года ФИО3 найден мертвым в районе берега реки Енисей, в возбуждении уголовного дела на основании п.1 ст.24 УПК РФ отказано в виду отсутствия события преступления предусмотренного ст.124 УК РФ, повреждений трупа за исключение56м механической асфиксии не обнаружено, что следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела старшего следователя ОП №10 СУ МУ МВД России «Красноярское», акта медицинского исследования трупа № КГБУЗ «<адрес>вое Бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д.237-250 т.1).

ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти выданное Территориальным отделом агентства записи актов гражданского состояния Красноярского края по Кировскому и Свердловскому районам г.Красноярска (л.д.21 т.1).

Согласно, медицинских документов, выписного эпикриза, КГБУЗ «Краевая клиническая больница» от 03.07.2021 года ФИО3 выставлен диагноз: <данные изъяты> При беседе пациент категорически отказался от госпитализации, наблюдалась агрессивность поведения, самовольно пытался покинуть приемный покой, письменный отказ от медицинского вмешательства не подписал. Дальнейшие уговоры больного о госпитализации, разъяснения о состоянии здоровья не принесли положительного результата, ФИО3 самовольно выскочил из кабинета, покинул помещение (л.д.23-49 т.2).

ФИО3 осматривал врач КГБУЗ «Краевая клиническая больница» ФИО15, осуществляющий трудовую деятельность на основании Трудового договора №481 от 18.02.2019 года (л.д.215-221 т.1).

Как следует из выписного эпикриза КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн» от 23.07.2019 года ФИО3 страдал рядом заболеваний: <данные изъяты>

Как следует из выписного эпикриза КГБУЗ «Красноярский краевой госпиталь для ветеранов войн» (неврологическое отделение) от 16.09.2019 года, ФИО3 выставлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно акта экспертизы качества медицинской помощи №1021139V71-1505 от 15.10.2021 года, Экспертного заключения ООО «СМК РЕСО-Мед» выявлены дефекты п.2.13 (отсутствие в документации) не соблюдение требований к оформлению) информационного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях 3) (л.д.56-59 т.1),

Обращаясь с исковым заявлением, истцы указывают на тот факт, что в ходе проведенного обследования ФИО3 30.06.2021 года, а также 02.07.2021 года в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» наличие очевидных когнитивных нарушений было отмечено врачами пульмонологического отделения. Однако, несмотря на это, надлежащих мер по оказанию медицинской помощи, в том числе, с привлечением врачей-неврологов, врачей-психиатров предпринято не было. ФИО3 С диагностированной коронавирусной инфекцией, осложнением в виде двухсторонней полисегментарной пневмонии, представляя опасность для себя и окружающих, с видимыми неврологическими нарушениями, усугубившимися температурой, вирусной инфекцией, абсолютно дезориентированный во времени и пространстве, один, без уведомления родственников ночью отпущен из медицинского учреждения. Ему не разъяснено право на отказ от медицинского вмешательства и последствия такого отказа. Имеющееся у ФИО3 психическое расстройство носило очевидный характер, в том числе и при доставлении его в КГБУЗ «Краевая клиническая больница». Данное обстоятельство отражено в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях №16379/21, выданной КГБУЗ «Краевая клиническая больница»: «сбор анамнеза отягощен в связи с тем, что пациент ничего не слышит и не понимает, наблюдалась агрессивность поведения». Поскольку, по мнению истцов, ответчиком оказана не надлежащая медицинская помощь ФИО3, врачи отнеслись халатно к пациенту с учетом его возраста, в связи, с чем последний умер, что подтверждено, в том числе и представленным истцами Заключением специалиста ФИО16 от 10.03.2025 года (л.д.167-205 т.1), то есть из содержания искового заявления ФИО1, ФИО2 усматривается, что основанием его обращения в суд с требованием о компенсации причиненного им морального вреда явилось ненадлежащее оказание медицинской помощи (дефекты оказания медицинской помощи) ФИО3, приведшее, по мнению истцов, к его смерти.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты> свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса РФ, положениями ст.ст.150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл.59 (ст.1064 – 1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

Согласно пп.1,2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В силу ч.1 ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абз.3 п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст.151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п.18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33).

Из разъяснений, изложенных в п.25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Из разъяснений, изложенных в п.49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости.

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст.151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (п.30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33).

Принимая во внимание, что юридически значимым и подлежащим установлению с учетом правового обоснования заявленных исковых требований положениями Федерального закона от 21.11.2011г. №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст. 151, 1064, 1068 ГК РФ и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, могли ли выявленные дефекты оказания краевой больницей медицинской помощи ФИО3 повлиять на правильность постановки ему диагноза, назначения соответствующего лечения, а также определение степени нравственных и физических страданий ФИО1, ФИО2 с учетом фактических обстоятельств причинения ему морального вреда и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных ими переживаний в результате ненадлежащего оказания их дедушке / отцу медицинской помощи, учитывая, что ФИО3 в возрасте 84 года был отпущен один домой, без отобрания согласия об отказе от госпитализации, с учетом его анамнеза, а именно, что он частично дезориентирован во времени, имелось выраженное снижение памяти, внимания, принимая тот факт, что ответчиком в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств надлежащего оказания медицинской помощи, суд полагает, что действиями врачей КГБКЗ «Краевая клиническая больница» причинены нравственные страдания, которые суд, с учетом представленных документов и пояснений, а также с учетом того, что истцы оставили одного в краевой больницу ФИО17, без присмотра, с КГБКЗ «Краевая клиническая больница» в пользу ФИО2, ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей, то есть по 500 000 рублей в пользу каждого.

Довод стороны ответчика о том, что Заключением специалиста ФИО16 от 10.03.2025 года (л.д.167-205 т.1), не может быть принято в качестве относимого и допустимого доказательства в соответствии с положениями ст.59-60 ГПК РФ, не может быть принят судом, исходя из следующего.

В силу положений ст.188 ГПК РФ в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества). Задача специалиста в судебном заседании состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств. Если из консультации специалиста следует, что имеются обстоятельства, требующие дополнительного исследования или оценки, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства либо ходатайствовать о назначении экспертизы (п.16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 №13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции»).

Поскольку ответчиком в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, п.11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» не представлено доказательств опровергающих данное заключение, не заявлено ходатайств о назначении судебной экспертизы, не представлено иного экспертного заключения, суд принимает в качестве относимого и допустимого доказательства в силу положений ст.ст.59-60 ГПК РФ Заключением специалиста ФИО16 от 10.03.2025 года (л.д.167-205 т.1).

Определением Советского районного суда г.Красноярска от 29.07.2024 года судом было распределено бремя доказывания, разъяснены положений ст.56 ГПК РФ, ст.1064 ГК РФ, п.11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», ст.96 ГПК РФ, разъяснено право на назначении судебной экспертизы, таким правом сторона ответчика не воспользовалась, доказательства опровергающие доводы стороны истца не представила.

Принимая во внимание, что в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих отсутствие нарушений со стороны КГБУЗ «Краевая клиническая больница» при оказании медицинской помощи, а также доказательств того, что его сотрудниками были предприняты все необходимые и возможные меры для оказания ФИО18 медицинской помощи надлежащего качества, поскольку бремя доказывания соответствия действий ответчика стандартам качества оказания медицинских услуг не может быть возложены на истцов, учитывая, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО3 и выявленными дефектами оказания ему медицинской помощи не опровергает факта причинения морального вреда истцам, которые вправе были рассчитывать на квалифицированную и своевременную медицинскую помощь для своего отца и дедушки, суд полагает, что оснований для отказа в удовлетворение заявленных требований не имеется.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч.1 ст.88 ГПК РФ).

Учитывая, что при обращении в суд истцом была оплачена государственная пошлина в сумме 600 рублей, что подтверждается чек-ордерами (л.д.14-15 т.1), принимая во внимание, что исковые требования истца удовлетворены, полагает необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца возврат государственной пошлины в размере 600 рублей, то есть по 300 рублей в пользу каждого.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, №), ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт № №) к Красноярскому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о возмещении морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с Красноярского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Взыскать с Красноярского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Советский районный суд г.Красноярска в течение месяца с даты изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий: А.А. Пермякова

Дата изготовления решения в окончательной форме – 18.08.2025 года.