УИД: 31RS0015-01-2025-000012-92 Дело № 2-111/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 мая 2025 года г. Новый Оскол.
Новооскольский районный суд Белгородской области в составе:
председательствующего судьи Притулиной Т.В.,
при секретаре судебного заседания Резниченко Л.Ю.,
с участием истца ФИО1, его представителя адвоката Зайцева А.Е.,
представителя ответчиков Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Белгородской области ФИО2,
представителей третьих лиц - Прокуратуры Белгородской области Бекарюченко И.В., УМВД России по Белгородской области ФИО3,
в отсутствие третьего лица ФИО4, извещенного надлежащим образом,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей,
установил :
Ссылаясь на испытанные нравственные страдания, связанные с незаконным уголовным преследованием, ФИО1 обратился за судебной защитой, с учетом уточнения требований просил взыскать с Министерства финансов РФ и Управления Федерального казначейства по <адрес> компенсацию морального вреда в размере 5 000 000 рублей (т.1 л.д.197).
В обоснование иска указал, что в ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом <адрес> в отношении него рассматривалось уголовное дело по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222 УК РФ (5 эпизодов), ч.2 ст.222 УК РФ и ч.1 ст.222.1 УК РФ. Постановлением указанного суда от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело прекращено по ч.1 ст.222 УК РФ и по ч.1 ст. 222.1 УК РФ за отсутствием в деяниях состава преступления, признано право на реабилитацию. Незаконные обвинения в совершении тяжкого преступления и преступления средней тяжести повлияли на необходимость его задержания, содержания под стражей и домашним арестом. На момент незаконного преследования он не имел судимости, не привлекался к административной ответственности, имел на иждивении малолетнего ребенка. После ареста и последующего осуждения у него распалась семья, ухудшилось состояние здоровья.
В судебном заседании ФИО1 и его представитель адвокат Зайцев А.Е. поддержали требования по доводам иска, просили взыскать с ответчика заявленную сумму, поскольку степень испытанных истцом нравственных страданий в связи с длительным и незаконным уголовным преследованием достаточно велика. Дополнительно ФИО1 суду сообщил, что на момент его задержания в ДД.ММ.ГГГГ на его иждивении фактически находилось <данные изъяты> несовершеннолетних детей, <данные изъяты>. В период содержания его под стражей жена страдала, семья испытывала финансовые трудности. Находясь в СИЗО у него обострилось хроническое заболевание, полученное в детстве. Будучи под домашним арестом проходил лечение, имел направление на МСЭ, ввиду осуждения лишен был возможности получить группу инвалидности. После освобождения из мест лишения свободы ДД.ММ.ГГГГ проживает один, инвалидности не имеет, в отношении него установлен административный надзор.
Представитель ответчиков Министерства финансов РФ, Управления Федерального казначейства по <адрес> ФИО2 просила в удовлетворении иска отказать. Полагает, что факт прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 по двум эпизодам, с учетом его осуждения к лишению свободу по другим вмененным статьям Уголовного кодекса РФ не является безусловным основанием для компенсации морального вреда. Причинно-следственная связь между распадом семьи истца, ухудшением состояния здоровья и уголовным преследованием по этим эпизодам не доказана.
Представитель третьего лица УМВД России по <адрес> ФИО3 поддержала позицию представителя ответчиков, просила в иске отказать.
Представитель третьего лица - <адрес> – старший помощник прокурора <адрес> Бекарюченко И.В. полагала возможным исковые требования удовлетворить частично – в размере 20000 руб.
Третьего лицо ФИО4, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не уведомил.
На основании ст. 67 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.
Выслушав участников судебного заседания, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в иске ввиду недоказанности ФИО1 обстоятельств, положенных в основу заявленных требований.
Из материалов дела следует, что в ДД.ММ.ГГГГ СО МВД России по <адрес> расследовалось и далее передано в суд на рассмотрение уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступлений против общественной безопасности, предусмотренных ч.1 ст.222 УК РФ (пять эпизодов средней тяжести), ч.2 ст.222 УК РФ и ч.1 ст.222.1 УК РФ (два эпизода тяжких преступлений).
Вступившим в законную силу приговором <адрес> районного суда <адрес> по делу № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 совместно с К.А.Л. признан виновным <данные изъяты> ФИО1 - <данные изъяты> осужден по ч.2 ст.222 УК РФ, ч.1 ст.222 УК РФ, ч.1 стт.222 УК РФ, ч.1 ст.222 УК РФ.
ФИО1 назначено наказание по совокупности преступлений с применением правил ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев в исправительной колонии общего режима. Он взят под стражу в зале суда. В срок наказания зачтено время задержания и содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, время нахождения под домашним арестом с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.18-50).
Этим же приговором ФИО1 уменьшен объем обвинения по двум эпизодам <данные изъяты>, квалифицированы по одному преступлению по ч.1 ст.222 УК РФ, поскольку действия ФИО1 являлись одним продолжаемым преступлением.
Апелляционным и кассационным определениями вышестоящих судебных инстанций, приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения (т.1 л.д.52-69).
Постановлением <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ удовлетворено ходатайство государственного обвинителя, прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 в части обвинения по ч.1 ст.222 УК РФ <данные изъяты> и по ч.1 ст.222.1 УК РФ <данные изъяты> изъятых в ходе проведения обыска в жилом доме по адресу: <адрес>, за отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке предусмотренном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ (т.1 л.д.6-7).
Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ).
Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ).
В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса РФ).
Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса РФ).
Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ).
Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).
В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11. 2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33) даны разъяснения о том, что потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статьи 1079, 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11. 2022 N 33).
Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11. 2022 N 33).
Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе РФ, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданского кодекса РФ содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.
Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.
Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.
Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.
Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.
Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования.
В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Таким образом, в настоящем деле для получения от государства денежной компенсации ФИО1, в первую очередь, обязан доказать наличие реального вреда, умаление его нематериальных благ, причиненных незаконным уголовным преследованием.
В обоснование характера и степени испытанных нравственных страданий, связанных с незаконным уголовным преследованием и оцененных компенсацией равной 5 000 000 руб., ФИО1 указал, что незаконные обвинения повлияли на необходимость его задержания, последующего содержания под стражей и домашним арестом. Повлекли за собой распад семьи, ухудшение здоровья, невозможность получения группы инвалидности.
Однако материалы уголовного дела, исследованные в рамках настоящего гражданского дела, опровергают приведенные аргументы истца.
Так, изначально следователем СО ОМВД России по <адрес> ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по ч.1 ст.222 УК РФ <данные изъяты>т.2 л.д.11).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 задержан в порядке ст.91-92 УПК РФ, ДД.ММ.ГГГГ <адрес> районным судом <адрес> в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком до ДД.ММ.ГГГГ включительно (т.2 л.д.6-7).
Мера пресечения избрана судом с учетом данных о личности ФИО1, поведение которого не являлось законопослушным, <данные изъяты>
Постановлением <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде содержания под стражей продлена ФИО1 по ДД.ММ.ГГГГ, по иным основаниям, отличным от приведенных истцом (т.2 л.д.61-64).
Уголовные дела (в последствие прекращенные) по ч.1 ст.222 УК РФ и ч.1 ст.222.1 УК РФ <данные изъяты> изъятых в ходе проведения обыска в жилом доме по адресу: <адрес>, возбуждены в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (уголовное дело №) и ДД.ММ.ГГГГ (№), соответственно, и объединены с первоначально возбужденным уголовным делом № (т.2 л.д.8,9).
Вопреки доводам истца, тексты судебных актов - постановлений <адрес> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об избрании меры пресечения и от ДД.ММ.ГГГГ о продлении содержания под стражей бесспорно свидетельствуют о том, что возбуждение в отношении ФИО1 последних уголовных дел не являлось основанием для его заключения под стражу и принятия решения о продлении меры пресечения.
Очевидно, что задержание ФИО1, его последующее содержание под стражей и домашним арестом имели место в связи с иными преступлениями, совершенными истцом, по которым он осужден к реальному наказанию в виде лишения свободы. При этом судом учитывалось, что ранее ФИО1 <данные изъяты> был судим за аналогичные, много-эпизодные преступления, связанные с <данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ, будучи снятым с учета <адрес> МФ ФКУ УИИ УФСИН России по <адрес> по отбытию крайнего наказания, ФИО1 должных выводов для себя не сделал, продолжил совершать не только административные правонарушения, но и преступные деяния, что и повлекло за собой принятие со стороны государства мер пресечения, исключающих возможность дальнейшего противоправного поведения.
Следуя указаниям Верховного Суда РФ о необходимости индивидуального подхода при оценке личности реабилитированного гражданина, суд обратил внимание на характеристику осужденного ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденную начальником ФКУ ИК№ ФСИН России по <адрес>, согласно которой <данные изъяты> (т.1 л.д.120).
Характеристика сопоставима с данными содержащимися в материалах уголовного дела о поведении ФИО1 в прошлом, до возбуждения уголовных дел в ДД.ММ.ГГГГ
Исходя из фактических обстоятельств дела, индивидуальных особенностей личности истца суд приходит к следующему выводу. Ввиду того, что ФИО5 не являлся законопослушным гражданином, испытанные им эмоциональные переживания в связи с арестом и ограничением свободы стали следствием его собственного поведения и выбора в пользу продолжения совершения противоправных деяний, и не обусловлены действиями государственных органов, направленными на раскрытие преступлений.
Также голословны и не подкреплены доказательствами аргументы истица об ухудшении здоровья, распаде семьи и невозможности получения инвалидности вследствие незаконного уголовного преследования.
ФИО1 в судебном заседании сообщил суду о наличии у него <данные изъяты> хронического заболевания (т.1 л.д.136 <данные изъяты>.). Заболевание связано с <данные изъяты>, поэтому он периодически проходит лечение. В подтверждение тому представил медицинские документы из <адрес> больницы: направление в консультативную поликлинику от ДД.ММ.ГГГГ; врачебное заключение от ДД.ММ.ГГГГ; врачебное заключение от ДД.ММ.ГГГГ; исследование от ДД.ММ.ГГГГ; врачебное заключение от ДД.ММ.ГГГГ, в котором имеется рекомендация лечащему врачу «для МСЭ». Отдельно представлено описание приема врача Я.С.Н., ДД.ММ.ГГГГ пациента ФИО1 (т.1 л.д.232-237).
Совокупность приведенных медицинских документов не подтверждает наличие причинно-следственной связи между ухудшением здоровья истца и его незаконным уголовным преследованием. Также не содержится данных о реальном направлении истца на МСЭ.
Более того, согласно материалам уголовного дела № <адрес> районного суда <адрес>, на момент рассмотрения дела судом ФИО1 на учетах <данные изъяты> не состоял (т.2 л.д.44-46), инвалидности не имел, что также отражено в обвинительном заключении (т.2 л.д.102-112). При назначении наказания суд признал обстоятельствами смягчающими наказание по всем преступлениям <данные изъяты> ФИО1 <данные изъяты>
Суд отмечает, что в период нахождения под домашним арестом ФИО1 не был ограничен в получении медицинской помощи, о чем свидетельствуют представленные им врачебное заключение от ДД.ММ.ГГГГ, описание приема у врача от ДД.ММ.ГГГГ.
О несостоятельности доводов истца о причинах распада семьи свидетельствуют факты привлечения ФИО1 к административной ответственности по ст.5.35 ч.1 КоАП РФ <данные изъяты> (дважды в ДД.ММ.ГГГГ). Кроме этого, в ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 прекращено уголовное дело по ч.1 ст. 157 УК РФ <данные изъяты> (справка о результатах проверки в ОСК т.2 л.д.31). Приведенные обстоятельства свидетельствуют о допущенных неоднократных нарушениях ФИО1 прав и законных интересов членов своей семьи.
Брак супругов М-вых прекращен органами ЗАГСа ДД.ММ.ГГГГ в период отбывания истцом наказания в виде лишения свободы по заявлению М.Т.Н. (т.1 л.д.222).
Поскольку истцом не доказаны обстоятельства, положенные в основу требования о компенсации морального вреда, иск подлежит отклонению в полном объеме.
Длящиеся в отношении ФИО1 следственные действия обусловленные расследованием много-эпизодного уголовного дела, преступлений, совершенных группой лиц, не имели своей целью нарушить гражданские права истца, признанные Конституцией Российской Федерации, а были направлены на защиту общественного порядка и общественной безопасности в Российской Федерации от преступных посягательств.
Сам по себе факт прекращения уголовного дела по двум из семи вмененных эпизодов, с учетом того, что ФИО1 признан виновным и осужден по ч.2 ст.222 УК РФ за тяжкое преступление и по трем эпизодам по ч.1 ст.222 УК РФ за преступления средней тяжести с назначением реального наказания в виде лишения свободы, не является безусловным основанием для компенсации морального вреда.
О распределении судебных расходов при рассмотрении дела по существу сторонами не заявлено.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
ФИО1 в удовлетворении требований к Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда через Новооскольский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 05 июня 2025 года.
Судья