РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
25 октября 2022 года Кузьминский районный суд г. Москвы в составе судьи Федоровой Я.Е., при секретаре Перминовой К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1357/22 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным и применении последствий ничтожной сделки,
установил:
истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения жилого помещения по адресу: г. ………, заключенного между ФИО2 и ФИО3; применении последствий недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение.
Требования мотивированы тем, что в декабре 2020 г. истец обратилась в суд к ФИО2 с иском о признании указанной квартиры общей собственностью. До обращения в суд истец и ФИО2 обсуждали вопрос об оформлении доли квартиры на истца и (или) их общих детей, в связи с ее личными финансовыми вложениями в приобретении спорного жилого помещения. Однако до обращения в суд, в период переговоров, ФИО2 подарил квартиру своему отцу ФИО3 Между тем ответчики при заключении договора дарения, не имели намерения создать соответствующие сделке правовые последствия, поскольку пытались сохранить квартиру, лишив истца права на получение компенсации за вложенные денежные средства на приобретение жилого помещения. Ответчики приходятся друг другу близкими родственниками, скрывали от истца факт заключения договора в период всего судебного разбирательства, сделку не исполняли, и исполнять ее не намеревались.
Истец и ее представитель в судебном заседании исковые требования поддержали.
Ответчик ФИО3, представитель ответчика ФИО2 против удовлетворения исковых требований возражали.
Представитель третьего лица Управления Росреестра по Москве в судебное заседание не явился, извещен, суд счел возможным рассмотреть дело в его отсутствие.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований исходя из следующего.
В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Согласно ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.
Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.
Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Исходя из разъяснений, содержащихся в п. п. 1, 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
Пункт 2 ст. 209 ГК РФ предусматривает право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие прав и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Из данной нормы закона следует, что наличие возмездных начал в договорном обязательстве исключает признание соответствующего договора договором дарения. Таким образом, квалифицирующим признаком дарения является согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ его безвозмездность.
Существенным условием договора является его предмет, то есть вещь, передаваемая дарителем одаряемому в собственность, либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождение одаряемого от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
На основании п. 1 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В судебном заседании установлено, что 24.06.2014 г. ФИО2 приобрел на свое имя по договору купли- продажи жилое помещение по адресу: г. …….. Переход права собственности на квартиру на имя ФИО2 произведен 30.06.2014 г.
В квартире имеют постоянную регистрацию: ФИО2, ФИО1, их дети: ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р.
10.11.2020 г. между ФИО5 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения спорной квартиры. Переход права собственности к одаряемому произведен в установленном законом порядке 19.11.2020 г.
Решением Кузьминского районного суда г. Москвы от 09.11.2021 г., вступившим в законную силу 18.07.2022 г., в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании спорной квартиры совместной собственностью, определении и выделении доли в совместном имуществе- отказано.
В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что оспариваемая сделка носит мнимый характер, поскольку заключена ответчиками до предъявления указанного выше иска с целью уклонения от раздела квартиры между истцом и ФИО2, т.е. на п. 1 ст. 170 ГК РФ.
При этом данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.
Таким образом, в рассматриваемом споре в предмет доказывания мнимости сделки входят обстоятельства отсутствия намерения дарителя и одаряемого на совершение и исполнение спорной сделки, а так же тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.
При этом суд исходит из того, что на момент заключения сделки ФИО2 являлся единственным собственником спорной квартиры, поэтому имел право по своему усмотрению совершать любые сделки.
Истец на момент заключения ответчиками оспариваемого договора никаких прав на спорную квартиру (ее часть) не имела, что подтверждается также вступившим в законную силу решением Кузьминского районного суда г. Москвы от 09.11.2021 г.
Факт осведомленности ответчиков о намерении истца требовать выделения доли в спорной квартире в судебном порядке не имеет правового значения, поскольку квартира на момент отчуждения имела одного собственника, т.е. ФИО2, а ФИО1 прав на нее не имела.
По этим же основаниями не имеют правового значения доводы истца о том, что одаряемый в квартире не проживает, а продолжает проживать по месту своей регистрации, изложенные в обоснование иска, и представленные доказательства о том, что сделка между сторонами договора дарения не исполнялась. При этом, суд учитывает и объяснения ответчика ФИО3, который пояснил, что истец к нему за получением ключей, вселением никогда не обращалась, требований о выселении не предъявлял.
Кроме того, возвращение сторон в первоначальное положение после признания сделки недействительной не приведет к восстановлению прав истца, поскольку они договором не нарушены.
Из существа спора следует, что целью его инициирования является получение истцом денежных средств, которые она вложила в приобретение спорной квартиры. При этом она не лишена права на взыскание денежных средств без признания сделки недействительной.
Судом также обращается внимание на то, что в решении от 09.11.2021 г. судом указано, что истец не лишена права истребовать квартиру (ее часть) из чужого незаконного владения, однако данным правом до настоящего времени не воспользовалась.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора дарения недействительным и применении последствий ничтожной сделки, - отказать.
Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы.
Судья: