Судья Кишкан М.И. Дело № 22-1351/23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ижевск 18 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего Крыласова О.И.,

судей Тебеньковой Н.Е., Митрофонова С.Г.,

при секретаре судебного заседания Ложкиной И.Н.,

с участием: прокурора Мальцева А.Н.,

осужденной Ш,

защитника – адвоката Зворыгиной Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе и дополнению к ней защитника – адвоката Зворыгиной Е.В. на приговор Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 6 апреля 2023 года, которым

Ш, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, не судимая,

осуждена по ч. 1 ст. 238 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей.

В соответствии с ч. 5 ст. 72 УК РФ, с учетом времени нахождения Ш под стражей в период с 19 апреля 2021 года по 20 апреля 2021 года, назначенное наказание смягчено до 80 000 рублей.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Удовлетворены частично гражданские иски законных представителей несовершеннолетних потерпевших Бел, Х, М, Т, П, МИН

Взыскано с Ш в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в пользу Бел, действующей в интересах БУМ, – 20 000 рублей, в пользу Х, действующей в интересах ХАА и ХМА, – 40 000 рублей, в пользу М, действующей в интересах Мак, – 20 000 рублей, в пользу Т, действующего в интересах Тиш, - 20 000 рублей, в пользу П, действующей в интересах СДА и ПНА, – 40 000 рублей, МИН, действующей в интересах ММР, – 20 000 рублей.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Крыласова О.И., выступление осужденной Ш, защитника – адвоката Зворыгиной Е.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, мнение прокурора Мальцева А.Н., просившего в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, судебная коллегия

установила:

приговором суда Ш признана виновной в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

В судебном заседании осужденная Ш виновной себя не признала.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник – адвокат Зворыгина Е.В. выражает несогласие с приговором. В обоснование своих доводов указывает, что судом неверно установлены юридически значимые обстоятельства дела, что повлекло неверное применение норм материального права. При этом отмечает, что суд ссылается в приговоре на ГОСТ для плавательных бассейнов, в частности: Национальный стандарт РФ ГОСТ Р 57015-2016 «Услуги населению. Услуги бассейнов. Общие требования», согласно п. 1 которого устанавливаются общие требования к услугам бассейнов (плавательных бассейнов), которые в соответствии с п. 4.1 данного ГОСТа представляют собой гидротехнические сооружения, предназначенные для занятий водными видами спорта и отдыха (досуга), такими как плавание, прыжки в воду, подводный спорт, водное поло, подводное регби, синхронное плавание и прочими, этим же ГОСТом определены размеры плавательных бассейнов - длина от 25 до 50 метров, ширина от 11,4 до 25 метров, глубина от 1,2 до 6 метра, количество дорожек от 5 до 10 метров, между тем, бассейн, расположенный по адресу: <адрес>, не подходит ни под один из параметров, определенных данным ГОСТом и является купальным, не плавательным бассейном, и наряду с этим само по себе нарушение ГОСТов и СП не может являться безусловным доказательством. Утверждает, что судом неверно установлена форма вины, что подлежит обязательному доказыванию, состав ст. 238 УК РФ предусматривает лишь прямой умысел вины, тогда как суд в приговоре указал на косвенный умысел Ш, убедительных и достоверных доказательств того, что Ш имела прямой умысел на оказание услуг с заведомо и реальными опасными результатами для жизни и здоровья потребителей, путем введения в заблуждение относительно действительного качества товара, продукции, работы или услуги, реально представляющих опасность для его жизни и здоровья, суду не представлено. При этом полагает, что об отсутствии у Ш как прямого, так и косвенного умысла свидетельствуют следующие обстоятельства: сауна с купальным бассейном, предназначенная для досуга неорганизованных разовых посетителей, проектировалась и возводилась специализированной организацией, обладающей соответствующими разрешениями и лицензиями; ранее никогда по поводу предоставляемых в сауне услуг претензий ни от кого не поступало; для дезинфекции и обработки бассейна приобретались сертифицированные средства; перед посещением посетителям разъяснялись правила поведения в сауне; производилось обеззараживание воды в соответствии с инструкциями на упаковках дезинфицирующих средств; по приезду специалистов все системы обслуживались и находились в норме. Считает, что суд не устранил имеющиеся противоречия в показаниях эксперта ФИО1, сославшись в приговоре на ее показания об отсутствии опасности жизни и здоровью и ее же показания о наличии такой опасности. Так, согласно заключениям комиссионных судебно-медицинских экспертиз в отношении потерпевших, признаки развития угрожающих жизни состояний отсутствовали, допрошенные медицинские работники ФИО1, ФИО2, ФИО3 показали, что в момент прибытия скорой помощи и госпитализации потерпевших, угрозы их жизни и причинения тяжкого вреда здоровью не было, госпитализация производилась для последующего наблюдения, однако позже ФИО1 пояснила уже об имеющейся опасности, противоречия в своих показаниях объяснить не смогла. Заявляет, что выводы суда о том, что произошло отравление хлором носят вероятностный характер, суд положил в основу приговора показания допрошенных в судебном заседании специалистов и экспертов, при этом не учел, что их выводы носят предположительный характер и являются субъективным мнением, при производстве экспертиз превышение допустимых пределов хлора в воздухе и в воде не установлено, прибывшие на месте происшествия спасатели МКУ «УГЗ г. Ижевска» ФИО4, ФИО5, ФИО6 установили, что концентрация хлора была в допустимых пределах. Считает, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие нарушение микроклимата, на что указывает суд, как на установленный факт, имеющий причинно-следственную связь. Находит, что судом не установлен способ совершения преступления, а именно, каким способом произошло отравление хлором, согласно показаниям эксперта ФИО2 не исключается возникновение указанных симптомов, как при контактном воздействии вещества раздражающего действия, так и при ингаляционном его поступлении, при этом помимо потерпевших, на месте находились иные лица, взрослые и маленький ребенок, у которых не было никаких симптомов отравления. Подчеркивает, что судом не принято во внимание, что диагнозы – первоначальный и последующий - разнятся, каких-либо анализов, диагностических исследований в отношении потерпевших не проводилось, какого-либо лечения после выписки не велось, речь об отравлении хлором пошла после предположения сотрудника скорой помощи, согласно научным медицинским исследованиям, хлору часто приписывают неприсущий ему запах и жжение в глазах, на самом же дел хлор может вызывать такие эффекты, но наступают они после его расщепления, однако в материалах дела сведения об этом отсутствуют. Просит приговор отменить, Ш оправдать за отсутствием в ее действиях состава преступления.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель – старший помощник прокурора Октябрьского района г. Ижевска Удмуртской Республики Перевощикова Е.А. выражает несогласие с ней, считает, что действия Ш квалифицированы правильно, ее вина полностью подтверждается материалами уголовного дела, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, оценив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, суд апелляционной инстанции считает приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Вывод суда первой инстанции о виновности Ш в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, полностью подтвержден исследованными доказательствами, которые приведены в приговоре суда, в том числе показаниями малолетних потерпевших ММР, Тиш, Мак, ПНА, СДА, ХАА, ХМА, БУМ, свидетелей П, Т, М, Бел, МИН, Х, ПЛЕ, БАС, КРН, МОИ, Шм, ТАВ, СИР, РАС, Р, Пл, Зуб, З, Ш, Мор, ИСВ, Щек, Шк, В, экспертов МАВ, КАП, Б, ЯАВ, протоколами осмотров места происшествия, выемок, картами вызова бригады скорой медицинской помощи, выписками из медицинских карт, заключениями медицинских, комиссионных судебно-медицинских экспертиз, химической, санитарно-эпидемиологической, комплексной экспертиз, осмотра предметов, свидетельствами о государственной регистрации права собственности, а также другими доказательствами, перечень и анализ которых подробно изложены в приговоре.

Все доказательства, положенные в основу приговора, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, проверены судом первой инстанции путем сопоставления их с другими доказательствами согласно положениям ст. 87 УПК РФ, каждое доказательство оценено с точки зрения относимости, допустимости и достоверности в соответствии с правилами, установленными ст. 88 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, отмечая, что каких-либо существенных противоречий, неустраненных судом, свидетельствующих бы об их недостоверности, в материалах дела не имеется.

Доказательства, на которых основаны выводы суда, непосредственно исследованы в ходе судебного разбирательства, в достаточной для этого степени подробно мотивированы и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Суд в соответствии с требованиями закона привел в приговоре не только доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной, но и раскрыл их содержание и существо сведений, содержащихся в них.

Все обстоятельства, которые могли повлиять на выводы суда, учтены.

Судебное разбирательство проведено с учетом положений ст. 252 УПК РФ.

Описательно-мотивировочная часть обжалуемого приговора соответствует требованиями п. 1 ст. 307 УПК РФ.

Нарушений органами следствия норм УПК РФ, влекущих отмену приговора, не установлено.

Данных, свидетельствующих об одностороннем судебном следствии, обвинительном уклоне, в деле не имеется.

Сведений о том, что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается, председательствующим по делу судьей на протяжении всего судебного разбирательства сохранялась объективность.

В ходе судебного рассмотрения принципы судопроизводства, в том числе и указанные в ст. ст. 14 и 15 УПК РФ, - состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности, судом были соблюдены, сторонам было обеспечено процессуальное равенство.

Сторона защиты не была ограничена в праве представлять доказательства суду, участвовать в их исследовании и заявлять ходатайства.

Все доводы стороны защиты были проверены и получили соответствующую оценку в приговоре суда, все заявленные сторонами ходатайства, рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, обоснованные ходатайства участников судопроизводства, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты председательствующим судьей удовлетворялись, а в случае отказа в их удовлетворении принимались обоснованные и мотивированные решения, правильность которых сомнений не вызывает.

Данных о фальсификации материалов уголовного дела не имеется, ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции они не установлены.

Факты искусственного создания доказательств, подтверждающих вину осужденной в содеянном, отсутствуют.

Содержание исследованных судом доказательств, в том числе показаний осужденной, потерпевших и свидетелей, изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ.

Показания допрошенных по делу лиц являются полными и подробными, все имеющие значение для дела обстоятельства у них выяснены, надлежащая оценка их показаниям дана.

Содержание показаний допрошенных по делу лиц соответствует протоколу судебного заседания.

Причин, которые бы указывали на заинтересованность потерпевших и свидетелей в оговоре осужденной, судом не установлено. Все они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания относительно фактических обстоятельств дела последовательны, согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами.

При этом существенных противоречий в показаниях потерпевших и свидетелей, положенных в основу приговора, ставящих их под сомнение и влияющих на доказанность вины осужденной, не имеется.

Показания неявившихся потерпевших, свидетелей оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, с согласия сторон.

Положенные судом в основу приговора следственные действия, в том числе протоколы осмотров места происшествия, проведены в установленном законом порядке.

Оснований для признания доказательств недопустимыми, не имеется.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом тщательного рассмотрения суда первой инстанции, своего подтверждения не нашли, поэтому обоснованно, с приведением убедительных мотивов, отвергнуты, как несостоятельные.

Надлежащим образом судом проверены и детально проанализированы доводы стороны защиты об отсутствии в действиях Ш состава преступления, при этом принята во внимание совокупность представленных стороной обвинения доказательств ее виновности.

Так, малолетние потерпевшие ММР, Тиш, Мак, ПНА, СДА, ХАА, ХМА, БУМ, чьи показания были оглашены в судебном заседании, в холе предварительного следствия показали, что ДД.ММ.ГГГГ они со своими родителями находились на праздновании дня рождения в коттедже с бассейном, противопоказаний к посещению бассейнов у них не было, в тот день все они чувствовали себя хорошо, постоянно в бассейне не находись, выходили из воды, принимали душ, ходили в туалет, участвовали в различных развлекательных конкурсах, правила поведения в бассейне им никто не разъяснял, соответствующих памяток не было, замеры температуры воды и воздуха хозяйка не проводила. Вечером у них у всех ухудшилось состояние здоровья, заболели и покраснели глаза, появился кашель, стало тошнить, в результате чего они были госпитализированы сотрудниками скорой медицинской помощи. Т, Мак, ФИО7 добавили, что когда им стало плохо, в помещении бассейна было душно и жарко, запах хлора был значительно сильнее, чем когда они приехали, в результате чего пришлось открыть окна и выйти на улицу.

Свидетель П суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ в коттедже с бассейном в микрорайоне Орловском <адрес>, адрес которого нашли на сайте «Авито», отмечали день рождение ее сына ФИО7, владельцем коттеджа была Ш, которой они говорили, что будут справлять детский день рождения. Присутствующие на празднике дети не только купались в бассейне, но и грелись в сауне, принимали пищу. Вечером у детей ухудшилось состояние здоровья, у некоторых началась рвота, в связи с чем была вызвана бригада скорой помощи, врач которой им сообщил, что дети отравились хлоркой. Достав из бассейна таблетку, Ш начала сливать воду из него и заливать новую. В течение всего времени аренды Ш бассейн не проверяла, воду не измеряла. Со слов Ш она использовала в бассейне хорошие химические препараты.

Свидетель ТАН дал аналогичные показания, пояснив, что дети в бассейне купались по 10-15 минут, потом выходили. Около 19-00 часов у Мак Стаса после купания в бассейне ухудшилось самочувствие, его стало тошнить, покраснели глаза и тело, потом эти же симптомы появились у других детей. Позвав Ш, та слила часть воды из бассейна и добавила новую, а также достала из бассейна таблетки. Потом они вызвали скорую помощь, врач которой установил диагноз – отравление хлором, детей госпитализировали. Сами они радиаторы отопления не включали.

Свидетели М, МИН, Х, Бел, БАС также дали в целом аналогичные показания пояснив, что вечером у детей ухудшилось состояние здоровья, симптомы у всех были одинаковыми: рвота, покраснение глаз, тошнота, ухудшение дыхания, кашель, в связи с чем была вызвана бригада скорой помощи и детей госпитализировали.

Свидетель ПЛЕ, находившаяся с потерпевшими вечером возле бассейна, показала, что чувствовала дискомфорт, у нее заболели глаза, позже уехала домой.

Свидетель КРН, врач скорой помощи АУС УР «ССНП МЗ УР», выезжавший на место происшествия, суду показал, что у потерпевших была гиперемия лица, обильное слезоточение, сухой надсадный кашель, что указывало на поражение дыхательных путей, в связи с чем им была оказана первая медицинская помощь. Состояние детей оценивалось как средней степени тяжести, детский организм на отравление мог среагировать как угодно, все они были доставлены в больницу.

Свидетель МОИ, врач анестезиолог-реаниматолог БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР» суду показала, что при поступлении детей в больницу их состояние было средней степени тяжести, у них были признаки отравления, никто из врачей не мог спрогнозировать дальнейшее развитие событий, у них могли быть отсроченные признаки отравления, в связи с чем они были госпитализированы. При повышенном содержании хлора в воде и при плохом проветривании помещения можно получить отравление. Установленные у детей симптомы могут возникнуть, когда хлор содержится не только в воздухе, но и в воде.

Свидетели ТАВ, СИР, РАС, сотрудники МКУ «УГЗ <адрес>», выезжавшие на место происшествия, суду показали, что у детей были признаки отравления хлором, что подтвердил и сотрудник скорой помощи, запах хлора в помещении присутствовал.

Свидетель Р, инструктор химической и радиационной разведки СПСЧ ФПС ГПС ГУ МЧС России по УР, также выезжавший на место происшествия, показал, что в помещении бассейна был запах хлора.

Свидетель ИСВ, химик-технолог ООО «Макркопул Кемиклс» на стадии предварительного следствия показала, что неправильном использование препаратов «МультиЭкт 5в1» и «Хлороксон» в результате смешивания с другими препаратами может быть допущено превышение допустимых содержаний активного хлора. Длительность нахождения людей в бассейне при соблюдении правил не критична.

В ходе осмотров места происшествия, осмотрен банный комплекс, включая помещение бассейна по адресу: <адрес>, в ходе которых изъяты емкости, содержащие средства дезинфекции, при этом измерительных прибором, температурных градусников, памятки правил посещения не обнаружено.

При осмотре бассейна с участием специалиста ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в УР» ЯАВ установлено отсутствие по периметру переливных желобов, через которые удаляются загрязненные слои воды.

В ходе выемок изъяты медицинские карты потерпевших.

Согласно выпискам из медицинских карт стационарных больных БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР», в отношении каждого из потерпевших установлен диагноз: «острое отравление парами хлора».

Осмотром тетрадей, изъятых в ходе выемки у Ш, установлено, что ДД.ММ.ГГГГ температура воздуха на 22 час. 00 мин. около бассейна 35 градусов по Цельсию, в качестве очистки воды ДД.ММ.ГГГГ использовался препарат «Хлороксон» 20 гр. и «Мультиэкт 5в1» 2 таблетки, ДД.ММ.ГГГГ препарат «Хлороксон» 20 гр.

Заключениями судебно-медицинских экспертиз от 14, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у каждого из потерпевших имелись признаки отравления хлорсодержащими веществом, образовавшиеся от контактного воздействия на слизистые оболочки, кожу лица и ингаляционного воздействия на органы дыхания, давность отравления не противоречит ДД.ММ.ГГГГ, нахождение потерпевших под наблюдением в условиях стационара связано с тактикой лечения таких отравлений, чтобы своевременно предотвратить развитие осложнений, которые в данном случае не развились.

Заключениями комиссионных медицинских экспертиз от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что у каждого из потерпевших имелись признаки отравления веществом, обладающим раздражающим действием, не исключается возникновение отравления вследствие воздействия хлорсодержащего соединения, поскольку у них наблюдалось поражение только верхних дыхательных путей и глаз, а также отсутствовали признаки развития угрожающих жизни состояний (токсического отека легких с развитием дыхательной недостаточности), имело место отравление легкой степени, которое причинило легкий вред здоровью по признаку кратковременного его здоровья.

Эксперт МАВ, давая разъяснение данных экспертиз, показал, что вывод о том, что дети отравились именно хлором, сделан из обстоятельств дела, симптомы, которые были у всех 8 потерпевших характерны для хлора, они не характерны для пищевого отравления, они могут иметь накопительный эффект, детский организм более подвержен реакции на раздражающие вещества, отравление могло произойти как при превышении концентрации хлора, так и в случае длительного нахождения в контакте с раздражающим веществом.

Заключением химической судебной экспертизы установлено, что в состав растворов дезинфицирующих таблеток «Кемохлор Т», «Мультиэкт 5в1», «Хлороксон», порошка «Хророксон», изъятых из помещения бассейна, обнаружен активный (общий) хлор.

Заключением санитарно-эпидемиологической судебной экспертизы установлено, что в конструкции ванны бассейна отсутствуют переливные желоба; для обеззараживания воды бассейна использовались средства, которые добавлялись непосредственно в воду ванны бассейна, что не позволяет произвести отбор проб воды для исследований после обеззараживания перед подачей воды в ванну, что является нарушением требований п.п. 6.2.9, 6.2.13 СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продаж, выполнение работ или оказание услуг». Проведенные подсудимой мероприятия по обеззараживанию воды бассейна по вышеуказанному адресу, препаратами: «Хлороксон», «Альгитин», «Мультиэкт «5 в 1» не соответствуют представленным инструкциям, что является нарушением требований п.3.4 СП 3.5.1378-03 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации и осуществлению дезинфекционной деятельности».

Эксперт ЯАВ, разъясняя заключение указанной экспертизы, показал, что если вентиляция, предназначенная для функционирования в бассейне, не работает, либо работает не правильно, нарушен температурный режим, а именно в помещении жарко и душно, то происходит нарушение воздухообмена, что может привести к увеличению концентрации хлора. Согласно СП 2.1.3678-20 на каждого посетителя в сутки должно быть добавление свежей водопроводной воды не менее чем 50 литров, в связи с чем через переливные желоба сливается загрязненная вода в бассейне. В случае, когда желоба отсутствуют, то нарушается водообмен, что может привести к загрязнению воды.

Заключением комплексной судебной экспертизы установлено, что в конструкции бассейна имеются нарушения ГОСТ Р 58458-2020 «Бассейны для плавания. Общие технические условия», в том числе п. 6.1.1., в соответствии с которым высота помещений с ваннами бассейнов для плавания длиной более 10 м должна быть не менее 6 метров, которую измеряют от поверхности обходной дорожки до низа выступающих конструкций (высота помещения исследуемого бассейна установлена при экспертном осмотре - 2,676 м, что менее требуемой минимальной высоты); п.6.1.8, в соответствии с которым по периметру ванны бассейна следует размещать два параллельных лотка для сбора воды: переливной желоб, соединенный с системой водоочистки для ее повторного использования, а также грязевой лоток для сбора воды с обходной дорожки, соединенный с системой канализации (в исследуемом помещении бассейна переливной желоб, грязевой лоток отсутствуют); п. 6.2.9., ДД.ММ.ГГГГ раздела 6 (Санитарно-эпидемиологические требования к предоставлению услуг в области спорта, организации досуга и развлечений), Приложения 4 СП 2.1 3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг»: использование в ванне бассейна скиммера, а также добавление средств для обеззараживания воды непосредственно в воду ванны бассейна.

Регламентируемая СП ДД.ММ.ГГГГ-20 технология очистки воды в исследуемой чаше бассейна и ведение соответствующей документации лицом, эксплуатирующим бассейн, не соблюдены. Нарушение п.п. 6.2.9, ДД.ММ.ГГГГ СП 2.1 3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг» п.п.6.1.1, 6.1.8, г 53491.1 «Бассейны. Подготовка воды. Часть 1. Общие требования» значительно повлияло на степень воздействия на организм человека хлорсодержащих веществ, вероятно, в том числе дезинфицирующих, приведших в итоге к получению отравления хлоросодержащими веществами несовершеннолетними СДА, Мак, БУМ, ММР, ХМА, ХАА, ПНА, Тиш

На степень воздействия на организм человека хлорсодержащих веществ, в том числе дезинфицирующих могло существенно повлиять несоблюдение технологии водоподготовки, регулировки объема воздухообмена в помещении, несоблюдение нормативного микроклимата в помещении бассейна и температурного режима воды в чаше бассейна, то есть при несоблюдении технологии водоподготовки, регулировки объема воздухообмена в помещении, несоблюдении нормативного микроклимата в помещении бассейна и температурного режима воды в чаше бассейна воздухообмен, концентрация хлора в воде могут быть значительно нарушены, что может привести к образованию газообразной прослойки, состоящей из хлорсодержащих веществ в нижней части помещения, особенно ближе к водной поверхности чаши бассейна, так как хлорсодержащие вещества тяжелее воздушной смеси, содержащей кислород, теплый обогащенный кислородом воздух будет стремиться вверх помещения, вода является естественным охладителем и тяжелая газообразная смесь, состоящая их хлорсодержащих веществ, будет держаться у поверхности воды в чаше бассейна, имеющей углубление по сравнению с полом помещения, что не исключает вдыхание указанной смеси купальщиками и пловцами.

В действиях Ш по содержанию, эксплуатации и оказанию услуг по предоставлению помещения сауны с бассейном имеются нарушения требований, предъявляемых ГОСТ и СанПин по содержанию, эксплуатации и оказанию услуг по предоставлению помещений сауны с бассейном: п. 6.3, 7.1, 7.2, 7.4 г 57015-2016 «Услуги населению. Услуги бассейнов. Общие требования»; п. 6.2.9, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ СП ДД.ММ.ГГГГ-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг»; Приложения Е, СП 310.1325800.2017 «Бассейны для плавания. Правила проектирования», п. 8.2, 8.4, 8.5, 8.6, 10.1, 10.2 ГОСТ 58458-2020 «Бассейны для плавания. Общие технические условия».

Исходя из имеющихся сведений в материалах дела и с учетом сведений об установленных нарушениях, полученных в результате комплексного исследования, непосредственной причиной отравления детей могло явиться их длительное пребывание в помещении бассейна (в том числе в воде чаши бассейна), где имелась высокая концентрация хлорсодержащих веществ (хлор, хлорамины) вследствие нарушений вышеуказанных пунктов г 57015-2016 «Услуги населению. Услуги бассейнов. Общие требования»; пунктов СП ДД.ММ.ГГГГ-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений, оборудования и транспорта, а также условиям деятельности хозяйствующих субъектов, осуществляющих продажу товаров, выполнение работ или оказание услуг»; Приложения Е, СП 310.1325800.2017 «Бассейны для плавания. Правила проектирования»; пунктов ГОСТ 58458-2020 «Бассейны для плавания. Общие технические условия» и нарушений, которые могли быть допущены при эксплуатации вышеуказанного помещения бассейна, в том числе воды чаши бассейна - несоблюдение технологии водоподготовки, регулировки объема воздухообмена в помещении, несоблюдение нормативного микроклимата в помещении бассейна и температурного режима воды в чаше бассейна.

Исходя из имеющихся сведений в материалах дела и с учетом сведений об установленных нарушениях, полученных в результате комплексного исследования, с большой долей вероятности можно констатировать, что нахождение детей в чаше бассейна в период с 14 часов до 22 часов, при соблюдении требований, предусмотренных СанПиН и ГОСТ, не повлияло бы на их здоровье в части воздействия на их организм хлорсодержащими веществами.

Исходя из имеющихся сведений в материалах дела и с учетом сведений об установленных нарушениях, полученных в результате комплексного исследования, отсутствие обновления воды в чаше бассейна из расчета 50 литров на человека в сутки при использовании хлорсодержащих препаратов дезинфекции является одной из причин, которые в своей совокупности и возможных нарушений, допущенных при эксплуатации вышеуказанного помещения бассейна, могли повлечь за собой отравление детей хлорсодержащим веществом (хлор, хлорамины).

Заключения экспертов, в том числе судебно-медицинских и комиссионных медицинских экспертиз, суд обоснованно признал в качестве допустимых доказательств, поскольку они полностью отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, а также Федеральному Закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ". Экспертизы проведены экспертами, имеющими стаж работы по специальностям, указанным в них, их квалификация сомнений не вызывает, они предупреждались об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В заключениях подробно описаны проведенные исследования, отражены их результаты, указаны примененные методики, выводы экспертов надлежаще оформлены и убедительно аргументированы, даны научно обоснованные и ясные ответы на поставленные вопросы, указана использованная в ходе проведения исследований литература. Каких-либо данных, свидетельствующих о необъективности экспертов, не установлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы диагнозы потерпевших в заключениях судебно-медицинских и комиссионных медицинских экспертиз разными не являются.

Так, при проведении судебно-медицинских экспертиз у потерпевших установлены признаки отравления хлорсодержащими веществом, при проведении комиссионных медицинских экспертиз - признаки отравления веществом, обладающим раздражающим действием, не исключающее возникновение отравления вследствие воздействия хлорсодержащего соединения.

При этом как следует из заключений экспертиз, в лечебном учреждении потерпевшие сдавали необходимые анализы и проходили обследования.

При проведении комиссионных медицинских экспертиз, эксперты правильно исходили из имеющихся клинических и анамнестических данных потерпевших и медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом №н Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ.

Наряду с этим, давая оценку указанным экспертизам, судом первой инстанции правильно отмечено, что эксперт ЕАС, проводивший судебно-медицинские экспертизы, не обладал специализированными знаниями в области токсикологии, а для проведения комиссионных медицинских экспертиз был привлечен специалист в области токсикологии – заведующий токсикологическим отделением БУЗ УР «ГКБ № МЗ УР» МАВ

Нет никаких оснований не согласиться и с выводами суда об отсутствии оснований для признания в качестве недопустимого доказательства заключения комплексной судебной экспертизы.

Оценивая заключение данной экспертизы, суд убедительно отверг доводы стороны защиты, в том числе правильно указав, что исследование помещения бассейна, его установок, технических характеристик и их соответствие нормативным документам образует непосредственную цель экспертного исследования, привлечение технических специалистов для производства измерений – АРР и ААФ не противоречит требованиям ст. ст. 57, 204 УПК РФ и не влечет незаконность заключения, поскольку его выводы сформулированы экспертами, которым поручено производство экспертизы, требования законодательства, регулирующего производство судебно-медицинских экспертиз и лицензирование на АНО «Экспертное бюро «Флагман», проводившее экспертизу, не распространяются, при этом у эксперта МАВ, входившего в состав комиссии, имеется лицензия на осуществление медицинской деятельности в области токсикологии.

Утверждение апелляционной жалобы о наличии неустраненных противоречий в показаниях эксперта Б является голословным.

Показания эксперта Б, данные ею в судебном заседании, противоречивыми не являются и полностью соответствуют выводам экспертизы, в проведении которой она принимала участие.

Эксперт Б, первоначально разъясняя данные ими заключения, показала, что при поступлении потерпевших в медицинское учреждение признаков, угрожающих их жизни или причинения тяжкого вреда здоровью, не было.

Будучи допрошенной повторно Б пояснила, что в момент воздействия вещества и формирования патологических состояний существовали угроза здоровью потерпевших, что в конечном итоге привело к легкому вреду здоровью, и угроза их жизни без оказания своевременной медицинской помощи, так как воздействие оказывается на один из основных центров – дыхательный, в результате чего может развиться дыхательная недостаточность и остановка сердца, что приводит к смерти, но развития угрожающего жизни состояния не возникло и не сформировалось в связи с оказанием помощи, то есть возможность реальной угрозы жизни и здоровью до приезда бригады скорой медицинской помощи была.

Таким образом, по мнению судебной коллегии, заключения комиссионных медицинских экспертиз об отсутствии у потерпевших признаков развития угрожающих жизни состояний (токсического отека легких с развитием дыхательной недостаточности), первоначальные показания эксперта Б о том, что при поступлении потерпевших в медицинское учреждение, признаков, угрожающих жизни или причинения тяжкого вреда здоровью, не было и последующие ее показания о реальной угрозе жизни и здоровью потерпевших до приезда бригады скорой медицинской помощи, никак не указывают на противоречивость ее показаний и не ставят их под сомнение.

С учетом показаний данного эксперта, и других доказательств, изложенных в приговоре, суд правильно пришел к выводу, что с учетом специфики отравления и воздействия хлора на жизненно важные центры организма человека, в момент непосредственного отравления и в последующем, была реальная опасность для жизни и здоровья потерпевших, в связи с чем они и были госпитализированы в специализированное токсикологическое отделение лечебного учреждения, наблюдались специалистами в целях недопущения развития угрожающего жизни и тяжкого вреда здоровью состояния.

Изложенные выше доказательства также в полной мере подтверждают вывод суда о том, что отравление потерпевших произошло хлорсодержащим веществом раздражающего действия, вероятностный и предположительный характер, вопреки доводам апелляционной жалобы, они не носят.

При этом судебная коллегия отмечает, что с учетом химических свойств хлора, мер, принятых к проветриванию помещения и замене воды, времени, прошедшего от появления симптомов отравления до приезда соответствующих служб, доводы апелляционной жалобы о том, что при производстве экспертиз и допросе сотрудников МКУ «УГЗ <адрес>» не установлено превышение допустимых пределов хлора в воздухе и в воде, не опровергают выводы суда о нарушении концентрации в воде и воздухе хлора, содержащегося в применяемых Ш дезинфицирующих средствах.

Наряду с этим следует учесть заключение санитарно-эпидемиологической судебной экспертизы и показания эксперта ЯАВ о том, что использование для обеззараживания воды в бассейне средств, добавляющихся непосредственно в воду ванны бассейна, не позволяет произвести отбор проб воды для исследований после обеззараживания перед подачей воды в ванную, что является нарушением требований п. ДД.ММ.ГГГГ СП ДД.ММ.ГГГГ-20, и не позволяет оценить концентрацию хлора в воде непосредственно перед самой подачей воды в чашу бассейна, в тот момент, когда вода находится в системе водоподготовки. В чаше бассейна находится вода, при этом в бассейне могут плавать люди, а вода из системы водоподготовки подается периодически в бассейн, при этом вода в системе водоподготовки должна быть заранее проверена, то есть перед подачей в чашу бассейна. В случае с бассейном Ш это сделать невозможно, так как специальный кран отсутствует, то есть вода подается без оценки концентрации, концентрация хлора измеряется уже непосредственно в чаще бассейна. Проведенные Ш мероприятия по обеззараживанию воды в бассейне несоответствующие представленным инструкциям, являются нарушением, что могло привести к некачественному обеззараживанию воды.

Учитывая представленные доказательства стороны обвинения, не вызывает никаких сомнений и вывод суда о том, что отравление потерпевших хлорсодержащим веществом раздражающего действия произошло в результате контактного воздействия на слизистые оболочки, кожу лица и ингаляционного воздействия на органы дыхания, который подтверждается, в том числе, и показаниями эксперта КАП

Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, по делу установлены в необходимом для принятия законного и обоснованного решения объеме.

Утверждение апелляционной жалобы о том, что судом неверно установлена форма вины осужденной, судебной коллегией признается надуманным.

Как правильно указано в приговоре, Ш действовала умышленно, совершая преступные действия, она осознавала их преступный характер, предвидела возможность наступления общественно-опасных последствий в виде отравления людей хлорсодержащим веществом, не желала, но относилась к наступлению таких последствий безразлично, то есть действовала с косвенным умыслом.

При этом довод апелляционной жалобы о том, что ст. 238 УК РФ предусматривает лишь прямой умысел, не соответствует закону, поскольку данное преступление может быть совершено и с косвенным умыслом.

Доводы апелляционной жалобы о том, что помимо потерпевших в помещении находились и другие лица, которые не получили отравления, о невиновности осужденной не свидетельствуют, бассейном в основном пользовались именно потерпевшие – малолетние дети, при этом реакции у каждого организма разные.

Доводы апелляционной жалобы о том, что бассейн, принадлежащий осужденной, предоставленный для организации досуга и пользования, является купальным, а не плавательным, не заслуживают внимания.

Так, согласно п. 4.1 г 57015-2016 «Национальный стандарт РФ. Услуги населению. Услуги бассейнов. Общие требования», бассейны плавательные представляют собой гидротехнические сооружения, предназначенные для занятий водными видами спорта и отдыха (досуга).

В соответствии с п. 4.3 данного ГОСТа к основным функциям бассейнов относят: оздоровительные, спортивные и рекреационные функции

В свою очередь п. 4.1 г 58458-2020 «Национальный стандарт РФ. Бассейны для плавания. Общие технические условия» определено, что бассейны для плавания по своему функциональному назначению относят к физкультурно-оздоровительным или спортивным бассейнам, бассейны для плавания в соответствии с СП 310.1325800.2017 имеют классификацию, в частности: физкультурно-оздоровительные бассейны: для детей дошкольного возраста, учебные, оздоровительные.

В силу п. 4.2, 4.4 указанного ГОСТа бассейны для детей дошкольного возраста предназначены для оздоровительных целей и обучения навыкам плавания детей не старше 7 лет; оздоровительные бассейны предназначены для улучшения состояния здоровья детей и взрослых, реабилитации, отдыха и развлечений.

Приводимые доводы о том, что размер плавательных бассейнов составляет – длина от 25 до 50 метров, ширина от 11,4 до 25 метров, глубина от 1,2 до 6 метра, количество дорожек от 5 до 10 метров, выводы суда о том, что бассейн, принадлежащий Ш, является плавательным, не опровергают, так как данные размеры согласно г 58458-2020 «Национальный стандарт РФ. Бассейны для плавания. Общие технические условия» предусмотрены для спортивных бассейнов, а согласно, в частности п. 6.3.6 указанного ГОСТа длина, ширина, глубина и форма ванны оздоровительного бассейна не регламентированы.

С учетом этого суд первой инстанции правильно исходил из того, что осужденная Ш предоставила для проведения отдыха и организации досуга помещение, с находившимся в нем плавательным бассейном.

Утверждения защитника о том, что сауна с купальным бассейном, предназначенная для досуга неорганизованных разовых посетителей, проектировалась и возводилась специализированной организацией, обладающей соответствующими разрешениями и лицензиями, ранее, никогда по поводу предоставляемых в сауне услуг, претензий ни от кого не поступало, для дезинфекции и обработки бассейна приобретались сертифицированные средства, обеззараживание воды в соответствии с инструкциями на упаковках дезинфицирующих средств, с учетом совокупности представленных суду доказательств на выводы суда о виновности Ш не влияют и под сомнение их не ставят.

Доводы апелляционной жалобы о том, что хлору приписываются не присущие ему запах и жжение в глазах, не заслуживают внимание, так как являются предположением и опровергаются представленными суду доказательствами.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что Ш оказала услуги по организации досуга и пользованию принадлежащим ей плавательным бассейном, не отвечающие требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшие отравление хлорсодержащим веществом раздражающего действия восьми лиц, которое причинило им легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства.

Вопрос о психическом состоянии Ш исследован судом с достаточной полнотой. Выводы суда о ее вменяемости основаны на материалах уголовного дела, в том числе ее поведении на стадии предварительного следствия и в судебном заседании.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства по делу, оценив представленные доказательства как стороной обвинения, так и стороной защиты в их совокупности, сопоставив их друг с другом, обоснованно пришел к выводу о доказанности вины Ш и верно, с учетом позиции государственного обвинителя квалифицировал ее действия по ч. 1 ст. 238 УК РФ.

Оснований для иной квалификации действий осужденной Ш, равно как и оснований для ее оправдания, не имеется.

При назначении Ш наказания судом в соответствии с положениями ст. ст. 6, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления, данные о ее личности, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

При этом суд принял во внимание, что Ш совершила преступление небольшой тяжести, ранее не судима, имеет постоянное место жительства и работы, характеризуется положительно, на учетах в наркологическом и психиатрическом диспансерах не состоит.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, судом признаны ее действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим, выразившиеся в возврате денежных средств, полученных ею от Т и П за аренду помещения бассейна и сауны, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровье ее и ее близких родственников, в том числе инвалидность у отца, оказание посильной помощи своим близким родственникам.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, в том числе материальное и семейное положение осужденной, суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения ей наказания в виде штрафа, с учетом положений, предусмотренных ч. 5 ст. 72 УК РФ.

Выводы суда об этом соответствуют закону, надлежащим образом аргументированы, убедительны, поэтому признаются верными.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих назначить осужденной наказание с применением ст. 64 УК РФ, суд первой инстанции не усмотрел, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Принятое решение по вещественным доказательствам соответствует положениям ст. 81 УК РФ.

Гражданские иски законных представителей малолетних потерпевших Бел, Х, М, Т, П, МИН разрешены судом в полном соответствии с нормами материального и процессуального права, решение по ним надлежащим и самым подробным образом мотивировано.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, в полной мере учел фактические обстоятельства дела, при которых был причинен вред, характер физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности каждого из потерпевших, трудоспособность осужденной, возможность получения ею заработка, ее имущественное и семейное положения, а также требования разумности и справедливости, взыскав в пользу каждого из потерпевших по 20 000 руб.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Признавая Ш виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, суд исключил из предъявленного ей обвинения указание на нарушение п.п. 6.1.3, 6.1.6, ДД.ММ.ГГГГ, 8.4, 8.5 г 58458-2020, п.п. 6.2.3, 6.2.4, 6.2.6.2 СП ДД.ММ.ГГГГ-20, п.п. 6.5, 7.3.1 г 57015-2016, СП 310.1325800.2017, как излишне вмененные, несостоящие в причинно-следственной связи с отравлением малолетних потерпевших.

Однако, несмотря на это, при изложении обстоятельств уголовного дела, установленных судом, суд сослался на то, что Ш оказала услуги, не отвечающие требованиям п.п. 6.1.3, 6.1.6, ДД.ММ.ГГГГ, 8.4, 8.5 г 58458-2020, п.п. 6.2.3, 6.2.4, 6.2.6.2 СП ДД.ММ.ГГГГ-20, п.п. 6.5, 7.3.1 г 57015-2016, СП 310.1325800.2017.

В связи с этим, судебная коллегия считает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении обстоятельств уголовного дела, установленных судом, указание на оказание Ш услуг, не отвечающих п.п. 6.1.3, 6.1.6, ДД.ММ.ГГГГ, 8.4, 8.5 г 58458-2020, п.п. 6.2.3, 6.2.4, 6.2.6.2 СП ДД.ММ.ГГГГ-20, п.п. 6.5, 7.3.1 г 57015-2016, СП 310.1325800.2017.

Вносимые изменения на юридическую оценку действий осужденной никак не влияют.

Кроме того, согласно п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано решение о мере пресечения в отношении подсудимого до вступления приговора в законную силу.

Как следует из резолютивной части приговора, суд указал, что до вступления приговора в законную силу меру пресечения Ш необходимо изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Однако, постановлением суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Ш уже была избрана данная мера пресечения, в связи с чем она должна быть не изменена на ту же самую, а оставлена без изменения.

С учетом этого, судебная коллегия считает, что резолютивную часть приговора следует уточнить указанием об оставлении Ш меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении без изменения до вступления приговора в законную силу.

Кроме того, согласно п. "а" ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо, подлежит освобождению от уголовной ответственности, если со дня совершения им преступления небольшой тяжести истекло 2 года.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в случае истечения сроков давности уголовного преследования уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению.

В соответствии с положениями ч. 8 ст. 302 УПК РФ в случае, если истечение сроков давности обнаруживается в ходе судебного разбирательства, то суд продолжает рассмотрение дела до его разрешения по существу, постановляет обвинительный приговор с освобождением осужденного от наказания.

Согласно приговору суда преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 238 УК РФ Ш было совершено ДД.ММ.ГГГГ.

Данное преступление в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ относится к преступлениям небольшой тяжести.

Учитывая, что с момента совершения преступления прошло свыше двух лет, давность не прерывалась, осужденная Ш подлежит освобождению от назначенного наказания за истечением сроков давности уголовного преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ.

Вносимые судом апелляционной инстанции в обжалуемый приговор изменения, улучшают положение осужденной.

Иных, кроме указанных выше, нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора суда по делу не установлено, в остальном приговор является законным, обоснованным и справедливым.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 6 апреля 2023 года в отношении Ш изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора при изложении обстоятельств уголовного дела, установленных судом, указание на оказание Ш услуг, не отвечающих п.п. 6.1.3, 6.1.6, 6.1.15, 8.4, 8.5 ГОСТ Р 58458-2020, п.п. 6.2.3, 6.2.4, 6.2.6.2 СП 2.1.3678-20, п.п. 6.5, 7.3.1 ГОСТ Р 57015-2016, СП 310.1325800.2017.

Уточнить резолютивную часть приговора указанием об оставлении Ш меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении без изменения до вступления приговора в законную силу.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24, ч. 8 ст. 302 УПК РФ освободить Ш от назначенного ей наказания за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 238 УК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Зворыгиной Е.В. и дополнение к ней – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу.

Кассационные жалобы, представление подаются через суд первой инстанции, и к ним прилагаются заверенные соответствующим судом копии судебных решений, принятых по данному делу.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: