Дело 2-1092/2025 (2-7399/2024;)

УИД 54RS0007-01-2024-008316-39

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Новосибирск 14 ноября 2025 г.

Октябрьский районный суд г. Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Щегловой А.В.,

при секретаре судебного заседания Тарасовой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о защите прав потребителя,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, просила расторгнуть договор от /дата/ на возмездное оказание стоматологических услуг, взыскать уплаченные денежные средства в размере 174 000 руб., расходы на устранение недостатков в сумме 364 370 руб., компенсацию морального вреда 500 000 руб., неустойку в размере 489 916 руб. 70 коп. и штраф в размере 50% от суммы, присужденной в ее пользу.

В обоснование требований указала, что ООО «Мой стоматолог Плюс», директором и учредителем которого являлся ФИО2, оказало ей некачественные стоматологические услуги по установке <данные изъяты>. После неоднократных безуспешных попыток устранения недостатков истец получила заключения из других клиник о необходимости <данные изъяты>. В процессе рассмотрения первоначально поданного иска к ООО «Мой стоматолог Плюс» общество было ликвидировано, в связи с чем истец просила заменить ответчика на ФИО2 и привлечь его к субсидиарной ответственности как директора и ликвидатора, полагая, что его действия являются недобросовестными и направлены на уклонение от ответственности.

Истец и ее представитель по устному ходатайству ФИО3 иск поддержали. Истец указала, что основывает свои исковые требования о компенсации морального вреда на том, что ответчик оказал услуги некачественно.

Ответчик ФИО2 через представителя ФИО4 иск не признал, представил письменные возражения, в которых указал, что медицинские услуги оказаны качественно и в полном объеме, что подтверждается актом врачебной комиссии от /дата/. Ликвидация ООО «Мой стоматолог Плюс» была начата до получения сведений об иске и проведена в установленном законом порядке. Ответчик отрицает наличие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, ссылаясь на отсутствие доказательств недобросовестных или неразумных действий с его стороны.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения сторон, оценив письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В силу статьи 4 Федерального закона от /дата/ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В соответствии с частью 8 статьи 84 Федерального закона N 323-ФЗ, к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от /дата/ N 2300-1 "О защите прав потребителей".

Согласно абзацу седьмому пункта 1 статьи 29 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками оказанной стоматологической услуги и нарушением сроков ее оказания, выплаты неустойки (ст. 28, ст. 29 Закона N 2300-1).

При нарушении прав потребителя предусмотрено также взыскание компенсации морального вреда. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда (ст. 151 ГК РФ; ст. 15 Закона N 2300-1).

Кроме того, при удовлетворении требований потребителя в суде, которые не были удовлетворены в добровольном порядке, суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона N 2300-1; п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №).

Судом установлено, что между ФИО1 (пациентом) и ООО «Мой стоматолог Плюс» (исполнителем) /дата/ заключен договор на возмездное оказание стоматологических услуг, включая установку виниров и коронок. Стоимость услуг составила 174 000 руб. и была оплачена истцом в полном объеме. Услуги оказывались врачом-стоматологом ФИО2, являвшимся одновременно директором и единственным учредителем Общества.

По окончании лечения истец стала испытывать дискомфорт, болезненные ощущения и была недовольна эстетическим результатом. /дата/ ею была направлена в адрес ООО претензия с требованиями, аналогичными исковым.

По обращению истца в ООО «Мой стоматолог Плюс» /дата/ была созвана внеплановая врачебная комиссия, в состав которой вошли три врача-стоматолога, включая брата ответчика ФИО2. Комиссия провела осмотр истца, изучила медицинскую документацию и пришла к единогласному выводу, что медицинские услуги оказаны качественно, в полном соответствии с требованиями нормативных актов, а установленные конструкции состоятельны и дефектов не имеют. Данный вывод зафиксирован в протоколе заседания комиссии. На комиссии присутствовала ФИО1

/дата/ ООО «Мой стоматолог Плюс» было ликвидировано, о чем внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ. Ликвидатором общества выступал ФИО2 В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что решение о ликвидации было принято ввиду отсутствия удовлетворительных финансовых показателей, а о наличии исковых требований ФИО2 узнал уже в процессе ликвидации.

Истец представила суду справки (заключения) из других стоматологических клиник (в частности, ООО «Дент НСК»), в которых указано на необходимость замены виниров. Стоимость такого лечения оценена в 364 370 руб.

Так, по вопросу о качестве оказанных медицинских услуг и распределении бремени доказывания суд исходит из того, что в силу пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от /дата/ № при разрешении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостатками услуги, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности, лежит на исполнителе.

Таким образом, истец как потребитель выполнила свою обязанность по доказыванию, представив суду факт заключения договора, его оплаты, а также описав проявившиеся недостатки (болевые ощущения, эстетический дефект) и представив заключения других клиник, указывающие на необходимость замены виниров. Эти действия сформировали обоснованное предположение (презумпцию) о наличии недостатка.

Задача ответчика в таком споре опровергнуть это предположение, доказав отсутствие своей вины и недостатков в оказанной услуге. Ответчик представил протокол заседания врачебной комиссии от /дата/, а также медицинские документы по вопросу оказания стоматологических услуг истцу.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 67 ГПК РФ).

Так, судом из совокупности представленных в материалы дел документов было установлено, что между сторонами был заключен договор на оказание сложной, высокотехнологичной медицинской услуги – комплексного стоматологического протезирования с установкой 11 ортопедических конструкций. Данный договор, помимо плана лечения, был детализирован и конкретизирован Информированным добровольным согласием пациента на медицинское вмешательство (далее по тексту - ИДС), которое является его неотъемлемой частью. ИДС соответствует требованиям ст. 20 Федерального закона № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и носит исчерпывающий характер.

Из содержания ИДС суд усматривает, что истец была подробно и заблаговременно уведомлена не только о сути и этапах вмешательства, но, что критически важно, о следующих обстоятельствах, непосредственно относящихся к предмету спора: о возможных и даже ожидаемых ощущениях дискомфорта, изменении чувствительности зубов, необходимости периода адаптации; о такой конструктивной особенности ортопедических конструкций, как ретенция (застревание) пищи; о том, что многократные коррекции, пришлифовка по прикусу являются неотъемлемой частью процесса протезирования и не относятся к существенным недостаткам; о том, что «чисто эстетическая неудовлетворенность результатом лечения не может быть основанием для предъявления претензий», а итоговый результат может отличаться от ожиданий пациента в силу индивидуальных особенностей.

Подписав ИДС, истец не только выразила свою волю на проведение вмешательства, но и осознанно приняла на себя связанные с ним риски, сформировав реалистичные ожидания от результата.

Последующая фактическая исполнительская деятельность ответчика, отраженная в дневниках приёмов, полностью укладывается в рамки, очерченные ИДС и планом лечения. Все предусмотренные конструкции были изготовлены и установлены (приём от /дата/). Последующие жалобы истца (чувствительность, застревание пищи) систематически фиксировались, и в ответ на них лечащим врачом ФИО2 предпринимались именно те действия, которые предполагались процедурой: коррекции по прикусу, полировка, шлифовка контактов. Более того, в декабре 2023 года была проведена гарантийная замена винира на зубе 24 и коррекция коронки на имплантате 14, что прямо свидетельствует о добросовестном отношении исполнителя к своим обязательствам по устранению замечаний пациента.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оказанная услуга по своему объёму и характеру соответствовала условиям договора, а действия ответчика носили профессиональный и добросовестный характер, направленный на достижение наилучшего клинического результата и адаптацию пациента.

Протокол заседания врачебной комиссии от /дата/ составлен коллегиальным органом (комиссией из трех врачей) в установленном порядке в ответ на официальную претензию пациента.

В протоколе детально описаны результаты объективного осмотра, включая состояние слизистых, десен, суставов, зафиксированных конструкций, и сделан однозначный вывод об отсутствии патологий и дефектов, а также о соответствии оказанных услуг всем требованиям нормативных актов.

Ходатайство истца о признании протокола недопустимым доказательством суд отклоняет. Внутренний контроль качества, включая работу врачебной комиссии, является обязанностью медицинской организации (ст. 90 Федерального закона от /дата/ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). Заключение такой комиссии, составленное в рамках реализации этой обязанности, является допустимым письменным доказательством, оцениваемым судом в совокупности с другими материалами дела.

Протокол врачебной комиссии, хотя и является внутренним документом клиники, составлен коллегиальным органом в ответ на официальную претензию пациента, но комиссия провела комплексный осмотр истца с применением методов диагностики. Истец не представила суду убедительных доказательств предвзятости или некомпетентности членов комиссии, за исключением родственной связи одного из них с ответчиком, что само по себе, при отсутствии иных доказательств фальсификации выводов, не является безусловным основанием для признания всего документа недопустимым. Порядок создания и деятельности врачебной комиссии регламентирован приказом Минздрава, а проверка качества медицинской помощи является неотъемлемой частью внутреннего контроля медицинской организации. Отсутствие в лицензии отдельного пункта об «экспертизе качества» не лишает комиссию права оценивать оказанную помощь в рамках контроля ее безопасности.

Суд подчеркивает, что в условиях состязательного процесса, когда ответчик представил доказательство, опровергающее претензии истца, дальнейшая активность по доказыванию первоначального тезиса о недостатке вновь переходит к истцу. Именно истец, будучи не согласным с выводами комиссии, был наиболее заинтересован в объективном и независимом исследовании.

Заключения, представленные истцом о необходимости установления новых виниров, составлены коммерческими организациями, потенциально заинтересованными в привлечении нового пациента и получении оплаты за дорогостоящее лечение, носят характер предварительных рекомендаций и не являются результатом независимой, беспристрастной процедуры.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истец, предъявляя иск о некачественном оказании медицинских услуг, избрал определенную стратегию доказывания, представив заключения коммерческих клиник.

Возлагать на суд обязанность по восполнению выбранной истцом и оказавшейся неудачной доказательственной стратегии означало бы нарушение фундаментальных принципов состязательности и диспозитивности гражданского судопроизводства.

Назначение экспертизы по инициативе суда является исключительной, а не восполняющей функцией.

Суд, оценив представленные доказательства, в том числе акт внутренней проверки ответчика, представленные медицинские документы, в том числе информированное добровольное согласие пациента, полагает представленные истцом заключения иных клиник недостаточными для вывода о наличии дефектов оказанной услуги.

Поскольку у суда не возникает разумных сомнений в возможности разрешить дело на основании имеющихся в материалах дела доказательств, правовые основания для выхода за пределы заявленных ходатайств и назначения экспертизы по своей инициативе у суда не имеется.

Ее указание на возможное в последующем заявление о назначении экспертизы на апелляционной стадии, направлено на необоснованное удорожание процесса и создание условий для пересмотра решения суда первой инстанции по мотивам, которые истец сам не счел нужным своевременно устранить.

Такое поведение подпадает под признаки злоупотребления процессуальным правом, указанные в статье 10 ГПК РФ, и не может быть поддержано судом.

Использование средств бюджета для назначения экспертизы в данном случае является нецелесообразным и неэффективной тратой государственных средств. Бюджетные ассигнования на судопроизводство должны расходоваться разумно и экономно. Финансирование за счет государства экспертизы установленных по инициативе истца эстетических виниров, необходимость которой (экспертизы) даже не была обоснована стороной по делу в установленном порядке, создало бы опасный прецедент, поощряющий недобросовестных участников процесса к пассивности в суде первой инстанции с расчетом на то, что бремя доказывания будет возложено на государство.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ, назначение экспертизы является правом, а не обязанностью суда, и в первую очередь инициируется сторонами. Активное использование этого права это часть состязательной позиции.

С учетом анализа представленных по делу доказательств в их совокупности, доводы истца о ненадлежащем качестве услуг, основанные на ее субъективных ощущениях и заключениях заинтересованных третьих лиц, опровергнуты представленным ответчиком доказательством. Оснований для удовлетворения имущественных требований истца (возврат денежных средств, возмещение расходов на установку новых виниров в будущем) не имеется.

По вопросу о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности суд приходит к следующему.

Согласно разъяснениям пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от /дата/ N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности" привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Таким образом, основанием для привлечения руководителя юридического лица к субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью при прекращении его деятельности является то, что он действовал недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Федерального закона РФ от /дата/ N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (п. 1).

Согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона РФ от /дата/ N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при неисполнении обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Положениями статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от /дата/ N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданским кодексом Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Следует учитывать, что для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководитель обязан был принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

В данном случае регистрирующим органом /дата/ принято решение об исключении ООО "Мой стоматолог плюс" из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Законом о регистрации юридических лиц.

Вместе с тем, завершение деятельности юридических лиц представляет собой протяженные во времени, многостадийные ликвидационные процедуры, направленные, в том числе на обеспечение интересов их кредиторов.

Для возложения субсидиарной ответственности на контролирующее лицо ликвидированного юридического лица в соответствии со ст. 53.1 ГК РФ и п. 3.1 ст. 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» необходима совокупность следующих условий:

Наличие неисполненного обязательства ликвидированного общества перед кредитором.

Совершение контролирующим лицом недобросовестных или неразумных действий (бездействия).

Причинно-следственная связь между этими действиями и невозможностью исполнения обществом своего обязательства.

В данном деле суд не устанавливает наличия такой совокупности, причем по причинам, выходящим за рамки первого условия (предмета долга).

Во-первых, как указано выше, не доказано само наличие гражданско-правового нарушения (некачественной услуги), породившего обязательство по возмещению вреда. Следовательно, отсутствует предмет для субсидиарной ответственности. Нельзя привлекать к ответственности за неуплату недоказанного долга.

Во-вторых, даже если бы обязательство общества существовало, истец не представила суду никаких доказательств, судом не установлено, два других обязательных элемента: недобросовестность или неразумность действий ФИО2 при ликвидации; утверждения истца о злоупотреблении правом и умышленной ликвидации для уклонения от иска.

Более того, сведения о принятом решении о ликвидации юридического лица, формировании ликвидационной комиссии, назначении ликвидатора внесены в ЕГРЮЛ /дата/, то есть до подачи иска ФИО1 /дата/.

Само по себе открытие новой клиники родственником по тому же адресу, без доказательств передачи активов, сокрытия имущества или нарушения процедуры ликвидации, не является доказательством недобросовестности. Причинно-следственная связь между действиями директора и невозможностью общества рассчитаться по обязательству с ФИО1, которого фактически не существовало, не установлена.

Таким образом, основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности отсутствуют как ввиду недоказанности основного долга, так и ввиду полного отсутствия доказательств недобросовестного поведения ответчика как ликвидатора.

Поскольку суд пришел к выводу об отсутствии доказательств нарушения прав истца как потребителя, производные от этого требования о компенсации морального вреда, неустойке и штрафе по Закону «О защите прав потребителей» удовлетворению не подлежат, так как не установлено правовое основание для их взыскания.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Октябрьский районный суд г. Новосибирска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 08.12.2025.

Председательствующий А.В. Щеглова