39RS0001-01-2025-003197-03
Дело №2-79/2026
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 января 2026 года г. Калининград
Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:
председательствующего судьи Седовой Е.А.,
при секретаре Савельевой Е.С.
с участием прокурора ФИО9,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ Калининградской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи», Министерству здравоохранения Калининградской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 является дочерью ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ матери истца стало плохо на улице, она упала, ударилась, прохожие помогли дойти до дома. Дома, закрывшись в квартире, ФИО4 вновь упала. Брат истца ФИО5, поскольку не мог попасть в дом, вызвал сотрудников МЧС, скорую помощь. При вскрытии двери обнаружили, что мать истца лежала на полу, она нечетко произносила слова, речь была невнятной, еле двигалась, наблюдалась слабость в левой руке и ноге, запаха алкоголя не исходило. Со слов очевидцев, истец полагала, что случился инсульт. В дальнейшем скорой помощью ФИО4 была доставлена в ГБУЗ КО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» (далее – БСМП). В этот же день из больницы пациент был направлен домой. Однако дома с 22:00 часов 16 января 2025 года состояние ФИО4 стало ухудшаться, практически перестала говорить, двигаться. ФИО5 вызвал скорую помощь, 17 января 2025 года ФИО4 была госпитализирована в БСМП, где умерла утром 18 января 2025 года. Ссылаясь на ненадлежащее оказание медицинской помощи врачами БСМП, что явилось, по мнению истца, следствием смерти пациента, истец просила взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 2 000 000 руб., расходы по уплате госпошлины.
Истец ФИО1, представители ФИО12, ФИО13 исковые требования поддержали. Ссылались на ненадлежащее оказание медицинской помощи при диагнозе «острое нарушение мозгового кровообращения», с которым пациент ФИО4 поступила первично в больницу. В нарушение Приказа № 928 при отсутствии надлежащей диагностики врачом была диагностирована очаговая травма головного мозга. Неверная диагностика, не проведение необходимых исследований повлекли необратимые последствия, в результате которых наступила смерть пациента. Обращали внимание, что ни одним из документов не подтверждено алкогольное опьянение пациента. При повторном поступлении в БСМП диагноз ОНМК был подтвержден. В медицинской документации содержится ряд несоответствий в части времени исследований, что ставит под сомнение их проведение.
ФИО1 также пояснила, что утрата матери является невосполнимой утратой, после ее смерти истец не смогла продолжить обычный счастливый образ жизни, стала проводить время в одиночестве, занята убранством могилы матери, личная жизнь ее распалась. Ни детей, ни супруга у нее нет, мать для нее была единственным незаменимым самым близким родственником, которой она посвятила свою жизнь, помогала материально. В настоящее время опасается за свою жизнь, сдала анализы у нарколога, боится, что в случае госпитализации может умереть от лечения.
Представитель ответчика ФИО14 поддержала возражения на иск, указав на отсутствие какой-либо причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью в больнице и летальным исходом пациента. Алкогольное опьянение в документах зафиксировано со слов сына пациента, признаков сепсиса при поступлении пациента не было, диагноз у пациента сепсис определен при вскрытии. Медицинская помощь оказана надлежащим образом, выявленные нарушение в причинно-следственной связи со смертью пациента не находятся. Несоответствия в документах времени исследований обусловлены человеческим фактором и отсутствием надлежащей настройки на оборудовании времени. ЭКГ не выполняли, поскольку исследование проведено в скорой, что подтверждается кардиограммой от 16 января 2025 года, ранее не представили ЭКГ, поскольку имелась от 17 января 2025 года. Отказ от госпитализации не оформлялся, поскольку оснований для госпитализации при первичном поступлении не имелось. Факт смерти не свидетельствует о ненадлежащем оказании медицинской помощи. Из документов также следует, что пациент более тридцати лет курила, злоупотребляла алкоголем.
Третье лицо ФИО11 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В ранее состоявшемся судебном заседании пояснил, что пациента не помнит, медицинские документы заполнены по результатам осмотра пациента и его обследования, у пациента была смазанная речь, сын пациента подтвердил опьянение, произведено КТ, смотр, госпитализация не требовалась, так как черепно-мозговой травмы, острого нарушения мозгового обращения не обнаружено.
Представитель третьего лица ООО «Капитал Медицинское Страхование» ФИО6 полагал, что имеются основания для компенсации морального вреда, поскольку проверкой подтверждены нарушения, допущенные больницей при оказании медицинской помощи пациенту.
Представитель третьего лица ГБУЗ Калининградской области «Региональный центр скорой медицинской помощи и медицины катастроф» не явился, извещены надлежащим образом.
Свидетель ФИО7 пояснила, что она соседка ФИО4 16 января 2025 года она встретила ФИО4 на улице, ее держали два мужчины, речь была невнятная, она сказала, что пошла за молоком, она помогла дойти до квартиры, когда зашла ФИО4 в квартиру, она сразу начала звонить внуку. После свидетель ушла к себе, а когда вернулась, дверь была закрыта и никто не отвечал. После чего свидетель позвонила ее сыну, вызвала скорую помощь. Когда сотрудники МЧС вскрыли квартиру, то ФИО4 лежала на полу. Признаков употребления алкоголя не было, ФИО4 часто смотрела за внуками. Отношения в семье ФИО4 с дочерью были хорошие. Сейчас дочь постоянно плачет, перестала общаться.
Свидетель ФИО8 пояснил, что работает в ГУ МЧС <адрес>, осуществлял выезд по вызову, вскрывали дверь квартиры ФИО4, в квартиру проник через окно, обнаружил последнюю у двери, в диалог она уже не могла вступить, речь была невнятная, признаков алкоголизации не имелось. После помог медикам транспортировать в машину скорой помощи, где сказали предварительный диагноз инсульт. Поскольку обладает навыками оказания первой помощи, для него было очевидно, что алкогольного опьянения у пациента не было.
Представитель ответчика Министерства здравоохранения Калининградской области не явился, извещены надлежащим образом.
Прокурор ФИО9 полагала, что имеются правовые основания для компенсации морального вреда, размер которой с учетом обстоятельств по делу подлежит определению судом.
Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства, суд приходит к следующим выводам.
Правовое регулирование медицинской деятельности осуществляется на основании приведенных норм Конституции Российской Федерации, а также Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Законом Российской Федерации «О защите прав потребителей».
В статье 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ перечислены права пациента, включая право на диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям (подпункт 2); облегчение боли, связанной с заболеванием и (или) медицинским вмешательством, доступными методами и лекарственными препаратами (подпункт 4); возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи (подпункт 9).
В числе обязанностей медицинских организаций, предусмотренных ст. 79 Закона, указаны: обязанность оказывать гражданам медицинскую помощь в экстренной форме; организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи; вести медицинскую документацию в установленном порядке и представлять отчетность по видам, формам, в сроки и в объеме, которые установлены уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Качество медицинской помощи определяется совокупностью признаков медицинских технологий, правильностью их выполнения и результатами их проведения.
Некачественное оказание медицинской помощи - оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения.
Одним из видов оказания медицинской помощи ненадлежащего качества является невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследования, консультации, операции, процедуры, манипуляции, трансфузии, медикаментозные назначения и т.д.).
Согласно ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В ходе рассмотрения дела установлено, что истец является дочерью ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении, справкой о заключении брака матери, расторжении, свидетельством о заключении брака истцом.
Согласно справке по вызову скорой медицинской помощи № 130 по вызову, поступившему 16 января 2025 года в 18:14 часов в отношении ФИО4 определены жалобы на слабость, головокружение. Из анамнеза следует, что со слов сына, соседка видела как пациентку несут к дому двое мужчин под руки, от вызова медицинской помощи сразу отказалась, была травма головы. После того, как она зашла домой и закрыла дверь изнутри, упала и не смогла встать. Соседка вызвала бригаду СМП без согласия пациентки, поскольку посчитала травму серьезной. При прибытии бригады СМП вызвана бригада МЧС для экстренного вскрытия двери. В анамнезе: хронические заболевания отрицает. Установленный диагноз: внутричерепная травма неуточненная без открытой внутричерепной раны, СГМ, ЗЧМТ, ОНМК? Сопутствующий диагноз – поверхностная травма волосистой части головы.
По результату вызова доставлена в больницу ГКБСМП в 19:51 часов.
Согласно справке по вызову скорой медицинской помощи № 174 по вызову, поступившему 17 января 2025 года в 10:15 часов. ФИО4 имеются жалобы невнятная речь, слабость в правой руке и ноге. Из анамнеза следует, что пациент была в БСМП с ЧМТ. От госпитализации отказалась. Утром у пациента невнятная речь, слабость в правой руке и ноге, родственники вызвали СМП. Установленный диагноз: инсульт, не уточненный как кровоизлияние или инфаркт.
По результату вызова доставлена в больницу ГКБСМП, куда поступила в в 11:24 часов.
Несмотря на проводимую терапию, 18 января 2025 года в 07:10 часов ФИО4 умерла.
Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия от 22 января 2025 года № 69 в данном случае имел место сепсис с выявленными тремя очагами бактериального отсева: сердце, почки, поджелудочная железа, осложнившийся шоком. Непосредственная причина смерти – острая левожелудочковая недостаточность. Дефекты оказания медицинской помощи не установлены.
Согласно акту от 08 апреля 2025 года № 12/25ВК Министерством здравоохранения Калининградской области проведена проверка по осуществлению ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности при оказании медицинской помощи ФИО4 в отношении ГБУЗКО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи».
По результатам проверки выявлены дефекты оформления медицинской документации, а также установлено расхождение заключительного клинического и патологоанатомического диагнозов по основному заболеванию – 1 категории.
ООО «Капитал Медицинское Страхование» в лице филиала в <адрес> проведены контрольно-экспертные мероприятия оказанной медицинской помощи ФИО4, результаты которых отражены в заключении от 09 апреля 2025 года №/ЭКМП/2992, от 31 марта 2025 года №/ЭКМП/2334, от 11 марта 2025 года №/ЭКМП/1802, из которых следует что 16 января 2025 года были допущены дефекты при оказании медицинской помощи.
Согласно заключению от 11 марта 2025 года №/ЭКМП/1798, в период оказания медицинской помощи 17 января 2025 года нарушений не установлено.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы СПБ ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №/вр-П-ПК по материлам дела от ДД.ММ.ГГГГ оказание медицинской помощи ФИО15 в период с 16 января 2025 года в ГБУЗКО «ГКБСМП» не в поной мере соответствовало установленным методикам, стандартам и клиническим рекомендациям. Выявлены недостатки в диагностики и лечении.
Непосредственной причиной смерти ФИО4 явилась острая сердечная недостаточность, в развитии которой имели значение снижение сократительной способности миокарда вследствие острого абсцедирующего миокардита, алкогольной кардиомиодистрофии, артериальной гипертензии/гипертонической болезни III анатомической стадии (кардиосклероз, эксцентрическая гипертрофия левого желудочка сердца). Объективных сведений, которые бы позволили диагностировать гнойный миокардит, у ФИО4 при ее поступлении в стационар 16 января 2025 года и 17 января 2025 года не имелось.
Согласно выводам экспертов выявленные недостатки оказания медицинской помощи не могли повлиять (не состоят в причинно-следственной связи) на неблагоприятный исход – смерть ФИО4, учитывая характер недостатков, причину смерти, тяжесть сопутствующих заболеваний и быстрое прогрессирование патологического процесса.
Основания, в соответствии с которыми эксперты пришли к выводу о причине смерти, подробно приведены в заключении.
Оценивая вышеуказанное заключение экспертов, суд признает его относимым, допустимым и убедительным доказательством, которое в совокупности с материалами дела и данными медицинской документации подтверждает ненадлежащее оказание ответчиком медицинской помощи ФИО4
При таких обстоятельствах имеются доказательства, свидетельствующие о ненадлежащем оказании ответчиком медицинской помощи матери истца, однако которые не состоят в какой-либо причинно-следственной связи со смертью пациента.
Доводы представителя ответчика о том, что имелось 16 января 2025 года исследование ЭКГ, на выводы суда не влияют, поскольку в нарушение ст. 79 ГПК РФ представлено после проведения судебной экспертизы. Кроме того, то обстоятельство, что в период поступления пациента в больнице не работало оборудование, в связи с чем компьютерная томография мозга проводилась в больнице на ул. Клинической, в настройках иного оборудования неверно установлены даты и времени также на выводы суда не влияют, поскольку выявленные дефекты заключались в отсутствии требуемых исследований, а не времени их проведении.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда (абзац третий пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1).
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1).
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, в частности право на уважение родственных и семейных связей) (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».
В абзаце первом п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 разъяснено, что под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (в том числе переживания в связи с утратой родственников).
Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.
К числу таких нематериальных благ относятся и сложившиеся родственные и семейные связи, характеризующиеся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи. Таким образом, смертью потерпевшего возможно причинение физических и нравственных страданий (морального вреда) лично членам его семьи и родственникам.
Принимая во внимание, что ответчиком не доказано отсутствие вины в нарушении права пациента на качественную медицинскую помощь, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с ГБУЗ КО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» в пользу родственника пациента.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из установленных по делу обстоятельств, которые свидетельствуют о том, что выявленные экспертами в ходе проведения судебной экспертизы дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи не могли способствовать ухудшению состояния здоровья пациента и привести к неблагоприятному для пациента исходу, учитывая отсутствие причинно-следственной связи между дефектами, допущенными при оказании медицинской помощи и негативными последствиями для здоровья пациента, а также обстоятельств причинения истцу нравственных страданий, выразившихся в негативных эмоциях и переживаниях относительно состояния здоровья ее близкого человека, связи дочери с матерью, после утраты близкого человека, степень данных страданий, характер и значимость защищаемого права истца, индивидуальных особенностей, степень вины ответчика.
Так, истец, несмотря на то, что проживала в другом городе, сохраняла с матерью близкую родственную связь, поскольку у истца нет детей, супруга, и все свое чувство заботы и материальное обеспечение было направлено на ее мать. Оказание медицинской помощи ненадлежащего качества ее матери она восприняла как причину наступления смерти, что усугубило ее психоэмоциональное состояние ввиду утраты родного человека. Утрата матери является невосполнимой, душевная боль является глубокой.
Учитывая вышеизложенные обстоятельства, принимая во внимание принципы разумности и справедливости, отсутствие причинно-следственной связи между дефектами, допущенными при оказании медицинской помощи, и смертью пациента, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда с ответчика в пользу истца в размере 150 000 руб.
Наряду с изложенным, суд учитывает, что согласно абз. 1-2 ч. 5 ст. 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.
По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.
В соответствии с изложенной в п.10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» позицией, учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном ч.3 ст.40 ГПК РФ.
Главным распорядителем бюджетных средств является в данном случае Министерство здравоохранения Калининградской области.
В этой связи в случае отсутствия или недостаточности у ответчика денежных средств в порядке субсидиарной ответственности сумма компенсации морального вреда подлежит взысканию с Министерства здравоохранения Калининградской области.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
По ходатайству истца по делу проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, стоимостью 180 000 руб., из которых 30 000 руб. истец оплатила в экспертное учреждение, 150 000 руб. разместила на депозите суда для ее оплаты.
При установленных обстоятельствах, учитывая, что принцип пропорциональности возмещения судебных расходов при удовлетворении неимущественных требований не применим, то с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на проведение судебной экспертизы в размере 180 000 руб., по уплате госпошлины в размере 3000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 (паспорт №) удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ Калининградской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., в случае отсутствия или недостаточности у него денежных средств в порядке субсидиарной ответственности с Министерства здравоохранения Калининградской области (ИНН <***>).
Взыскать с ГБУЗ Калининградской области «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 расходы по оплате судебной экспертизы в размере 180 000 руб., по уплате госпошлины в размере 3000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья Е.А. Седова
Мотивированное решение суда составлено 24 февраля 2026 года.