Судья Брусин А.М. № 1-21-22-1036/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Великий Новгород 25 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Матвеева Е.Ю.,

судей Архиповой Т.Н., Киреевой Н.П.,

с участием прокурора Виноградова М.А.,

осужденного ФИО1, участвующего в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Горовацкого А.В.,

осужденного ФИО2, участвующего в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи,

его защитника – адвоката Орлова А.И.,

при секретаре Старченко Ю.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов Орлова А.И. и Горовацкого А.В., осужденного ФИО2 на приговор Новгородского районного суда Новгородской области от 10 апреля 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <...>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч. 3 ст.30, ч. 3 ст. 159 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

ФИО2, родившийся <...>, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ч. 3 ст.30, п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, к 3 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Разрешены вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания под стражей и под домашним арестом, распределении процессуальных издержек, судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Матвеева Е.Ю., изложившего существо приговора, апелляционных жалоб и возражений, выслушав осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Горовацкого А.В., осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Орлова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Виноградова М.А., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным и осужден за покушение на мошенничество, то есть за покушение на хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, лицом с использованием своего служебного положения.

ФИО2 признан виновным и осужден за покушение на посредничество во взяточничестве, то есть за покушение на непосредственную передачу взятки по поручению взяткодателя и иное способствование взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, за совершение заведомо незаконных действий, совершенное в крупном размере.

Преступления совершены осужденными 15 января 2021 года в Великом Новгороде при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Горовацкий А.В. в защиту осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, полагает, что в действиях его подзащитного отсутствует состав преступления. Считает, что суд первой инстанции сослался только на те доказательства, которые в той или иной мере могут предположительно свидетельствовать о совершении ФИО1 инкриминируемого преступления, при этом не указал мотивы, по которым отверг доказательства, свидетельствующие о его невиновности. В этой связи ссылается на показания ФИО1, данные им в суде, которые по мнению защитника согласуются с иными доказательствами по делу. Находит показания потерпевшего К противоречивыми, отмечает, что тот в судебном заседании сначала отрицал конфликт с С., в дальнейшем подтвердил факт передачи денег в сумме 80000 рублей через ФИО2 отцу С для того, чтобы она не подавала заявление о совершенных в отношении неё противоправных действиях. Считает, что имела место провокация преступления, поскольку, как пояснил К в суде, до обращения в УФСБ России по Новгородской области для себя не решил, будет ли платить деньги сотруднику полиции, и только по совету сотрудников ФСБ написал заявление о вымогательстве взятки. Продолжая анализировать показания потерпевшего К., отмечает, что лично ФИО1 денег у него не вымогал, на контакт с ним не шел, конкретной суммы не называл. Считает, что из показаний К. нельзя сделать категоричный вывод о том, в каком размере и кому, когда и где должны были быть переданы деньги. Отмечает показания ФИО2, данные в судебном заседании, который утверждал, что вынужден был оговорить ФИО1, чтобы в отношении него не была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Обращает внимание, что в отношении ФИО1 оперативно-розыскные мероприятия не проводились, а в отношении ФИО2 они были проведены с нарушением статей 2 и 7 Федерального закона «Об ОРД»: оперативный эксперимент не был поведен до конца и на окончательной стадии «перерос» в следственное действие – осмотр места происшествия, которое стало проводиться следователем, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, так как следователь не является субъектом оперативно-розыскной деятельности. Приводит показания свидетеля Т (сотрудника УФСБ), согласно которым он не был уверен в том, что ФИО2 будет передавать деньги ФИО1, в связи с чем и было принято решение о прекращении оперативного эксперимента в отношении ФИО2, что, по мнению защитника, свидетельствует о правдивости показаний ФИО1 и его невиновности. Оценивая исследованные по делу доказательства, защитник полагает, что факт покушения ФИО1 на получение денежных средств от К в размере 100000 рублей за не привлечение его к уголовной ответственности за изнасилование С не доказан, а сами по себе, в отсутствие иных достоверных доказательств, показания потерпевшего К о том, что он передал ФИО2 денежные средства в размере 100 000 рублей для последующей передачи ФИО1 денежных средств в указанной сумме, не могут быть признаны достаточными для вывода о том, что ФИО1 получил бы эти деньги. Считает, что возбуждение уголовного дела в отношении ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ, то есть по особо тяжкому преступлению, заведомо зная, что он не является субъектом данного преступления, свидетельствует об оказании психологического давления путем применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу с целью получения «признательных» показаний. Просит приговор суда отменить, ФИО1 – оправдать.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Орлов А.И. в защиту осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором суда. Утверждает, что ФИО2 не имел умысла на передачу взятки, т.к. знал, что ФИО1 не является должностным лицом, которое вправе решать вопрос о привлечении К к уголовной ответственности. Кроме того, из показаний свидетеля Г. следует, что это он дал задание ФИО2 сопровождать К. при посещении полиции, ФИО2 говорил ему незадолго до своего задержания, что не желает больше никуда ходить с К и не хочет больше заниматься этим поручением директора. Находит передачу денег ФИО2 провокацией, т.к. он не имел намерения передавать деньги ФИО1, а лишь хотел занести их на КПП. Данный факт, по мнению защитника, подтверждается показаниями оперуполномоченного ФСБ Т., который пояснил, что он и другие сотрудники ФСБ РФ предположили, что ФИО2 понес деньги ФИО1 Адвокат считает, что одно лишь предположение сотрудников ФСБ, что ФИО2 понес деньги ФИО1, стало основанием для его задержания и последующего привлечения к уголовной ответственности, т.к. сотрудники ФСБ умышленно не дали возможность ФИО2 выполнить просьбу К и занести полученные от последнего деньги на КПП <...>». По мнению защитника, ФИО2 не хотел предавать деньги ФИО1, что подтверждается, помимо показаний ФИО2, показаниями свидетеля Г и показаниями потерпевшего К По этой причине К попросил ФИО2 занести деньги на КПП <...>». Сам К не отрицал, что просил ФИО2 отнести деньги на КПП <...>», не говоря кому они предназначены. Просит приговор суда отменить, постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2 выражает несогласие с приговором. Полагает, что при его вынесении не учтено, что он является ветераном боевых действий, неоднократно принимал участие в военных операциях по защите Отечества, имеет ряд государственных наград, женат, имеет дух малолетних детей, имеет заболевание сердца, супруга в настоящее время одна выплачивает ипотеку. Считает, что ОРМ «оперативный эксперимент» в отношении него был проведен с нарушением статей 2 и 7 Федерального закона «Об ОРД»: оперативный эксперимент не был поведен до конца и на окончательной стадии «перерос» в следственное действие – осмотр места происшествия, которое стало проводиться следователем, что является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, так как следователь не является субъектом оперативно-розыскной деятельности. Приводит показания свидетеля Т (сотрудника УФСБ), согласно которым он не был уверен в том, что ФИО2 будет передавать деньги ФИО1, в связи с чем и было принято решение о прекращении оперативного эксперимента. Находит показания потерпевшего К противоречивыми, отмечает, что тот в судебном заседании сначала отрицал конфликт с С., в дальнейшем подтвердил факт передачи денег её отцу для того, чтобы она не подавала заявление о совершенных в отношении неё противоправных действиях. Обращает внимание, что при допросе в суде К и Г подтвердили, что он (ФИО2) не собирался принимать участие в передаче денежных средств ФИО1 Отмечает, что с К. имел конфликты на работе, один раз даже дошло до нанесения тому телесных повреждений. Считает, что имела место провокация преступления, поскольку, как пояснил К в суде, до обращения в УФСБ России по Новгородской области для себя не решил, будет ли платить деньги сотруднику полиции, и только по совету сотрудников ФСБ написал заявление о вымогательстве взятки. Утверждает о своей осведомленности о том, что ФИО1 не может принимать решения о возбуждении или невозбуждении уголовного дела в отношении К Просит переквалифицировать свои действия на ст. 159 УК РФ и назначить условное наказание, т.к. желает продолжить службу в зоне проведения специальной военной операции.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель, Новгородский транспортный прокурор Моисеев С.Н., находит приговор суда законным и обоснованным, а положенную судом в его основу совокупность доказательств достаточной для установления вины ФИО1 и ФИО2 Просит приговор суда оставить без изменения.

Заслушав стороны, проверив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

ФИО1 и ФИО2 обоснованно признаны судом первой инстанции виновными в совершении инкриминируемых им преступлениях при изложенных в приговоре обстоятельствах. Выводы суда о виновности осужденных, помимо их показаний, данных в ходе предварительного расследования уголовного дела, подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств.

Как установлено судом, не позднее 24 декабря 2020 года ФИО1 была получена оперативная информация о возможной причастности К к совершению насильственного преступления сексуального характера в отношении С, имевшему место в один из дней 2018 года, в связи с чем под предлогом проведения проверки причастности К к указанному преступлению, ФИО1 была составлена повестка о вызове К на 18 часов 00 минут 28 декабря 2020 года в ФИО3 МВД России, которая передана по месту работы последнего в ООО <...>». По распоряжению руководителя ООО <...>» Г начальнику службы безопасности ФИО2 было поручено оказать содействие и консультативную юридическую помощь ФИО4 В ходе личной встречи 27 декабря 2020 года ФИО2 и ФИО1 первый предложил второму передать от ФИО4 взятку в виде денег за совершение ФИО1 заведомо незаконных действий в пользу К., на что ФИО1 согласился. 28 декабря 2020 года ФИО1, находясь вместе с К и ФИО2 в помещении кабинета Новгородского ЛО МВД России на транспорте, в завуалированной форме, набрав соответствующее число в мобильном приложении «калькулятор» мобильного телефона, переданного ФИО2, сообщил ФИО2, что в случае передачи ему денежных средств в размере 400 000 рублей он может освободить ФИО4 от уголовной ответственности. О данном факте ФИО2 сообщил К После этого, в тот же день, ФИО2 связался с ФИО1 и попросил снизить сумму взятки, на что ФИО1 согласился освободить К от уголовной ответственности в случае передачи ему денежных средств в размере 300 000 рублей. В период с 28 декабря 2020 года по 15 января 2021 года между ФИО1 и ФИО2 была достигнута договоренность о передаче 15 января 2021 года части оговоренной суммы в размере 100 000 рублей. 15 января 2021 года в период с 14 часов 10 минут до 14 часов 40 минут ФИО2 получил от К для ФИО1 денежные средства в размере 100 000 рублей, после чего был задержан сотрудниками Управления ФСБ по Новгородской области.

Указанные обстоятельства объективно подтверждаются показаниями ФИО1 и ФИО2, данными в ходе предварительного следствия, а также показаниями потерпевшего ФИО4 – непосредственного участника рассматриваемых событий, допрошенных по уголовному делу свидетелей, показания которых подробно приведены в приговоре суда, письменными материалами дела и вещественными доказательствами, в том числе полученными в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Показания потерпевшего и свидетелей последовательны, не противоречивы и не свидетельствуют об их заинтересованности в исходе настоящего дела, поскольку они давали показания о событиях, очевидцами которых являлись, будучи предупреждёнными об ответственности за дачу ложных показаний, оснований для оговора осужденных, как судом первой инстанции, так и судебной коллегией, не установлено.

Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств и доводов сторон убедительными, а принятые решения соответствующими закону и материалам дела.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденных, по делу отсутствуют.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания потерпевшего К непосредственно относящиеся к обстоятельствам преступления, были последовательны и логичны на всем этапе производства по делу, их содержание подробно приведено в приговоре суда. Подробные обстоятельства возможного конфликта К и С и его завершения какого-либо значения для настоящего уголовного одела не имеют.

Изложенные в апелляционной жалобе адвоката Горовацкого А.В. тезисы о том, что лично ФИО1 денег у К не вымогал, на контакт с ним не шел, конкретной суммы не называл, не свидетельствуют о невиновности ФИО1 Стоит отметить, что ФИО1 действовал через посредника – осужденного ФИО2, через которого контактировал с потерпевшим, называл необходимую сумму, снизил её размер.

Вопреки доводам жалобы адвоката Горовацкого А.В., из показаний К точно следует, в каком размере и кому предназначались денежные средства. При этом, потерпевший не должен был быть осведомлен о том, когда и где должны были быть переданы деньги от ФИО2 ФИО1

Оперативно-розыскные мероприятия в отношении осужденных проведены для решения задач, указанных в ст. 2 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных ст. 7 и 8 указанного Федерального закона, а полученные сведения представлены органам предварительного расследования и суду в установленном порядке и закреплены путем производства соответствующих следственных и судебных действий; лица, участвовавшие в проведении оперативно-розыскных мероприятий, допрошены в качестве свидетелей.

Полученные доказательства верно признаны судом допустимыми доказательствами, поскольку они соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, содержат сведения, подтверждающие умысел ФИО1 и ФИО2 на совершение преступления.

Действия, связанные с незаконным получение денежных средств К ФИО1 и ФИО2 совершали самостоятельно, в отсутствие каких-либо уговоров, склонения и иных способов подстрекательства со стороны сотрудников правоохранительных органов и иных лиц. Судом установлено, что умысел подсудимых сформировался вне зависимости от деятельности оперативных сотрудников и иных лиц, в том числе потерпевшего ФИО4

Как видно из материалов дела, оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО2 проводились до обращения потерпевшего в правоохранительные органы, в связи с чем соответствующие доводы апелляционных жалоб о провокационном характере действий со стороны сотрудников спецслужб и потерпевшего, побудивших осужденных к совершению преступления, являются несостоятельными.

В этой связи стоит отметить, что ФИО1 сам инициировал встречу с К ФИО2 без какого-либо принуждения выступил в роли посредника во взяточничестве, оба активно взаимодействовали друг с другом и участвовали в выполнении объективной стороны преступления: уточняли передаваемую сумму и сроки, договариваясь о совместных встречах. Таким образом, проведенные по делу оперативно-розыскные мероприятия фактически лишь фиксировали преступную деятельность осужденных.

То обстоятельство, что в отношении ФИО1 оперативно-розыскные мероприятия не проводились, значения не имеет. Как видно из материалов дела, на момент начала их проведения его личность не была идентифицирована, он значился, как неустановленный сотрудник транспортной полиции.

Нарушений положений Федерального закона «Об ОРД» при проведении оперативного эксперимента судебная коллегия не усматривает. Осмотр следователем места происшествия осуществлялся в рамках проверки сообщения о преступлении, поступившего из УФСБ России по Новгородской области (т. 1 л.д. 43). Проведение денного следственного действия до возбуждения уголовного дела прямо предусмотрено действующим законодательством (ч. 1 ст. 144 УПК РФ, ч. 2 ст. 176 УПК РФ).

Показаниям свидетеля Т в апелляционных жалобах дана ложная интерпретация. Будучи допрошенным суде, свидетель подробно рассказал о событиях, которым являлся непосредственным очевидцем. Его объяснение о необходимости безотлагательного задержания ФИО2 непосредственно после получения денег от К представляется логичным, соответствующим сложившейся в ходе оперативного мероприятия ситуации.

Суд первой инстанции обоснованно критически оценил показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе судебного разбирательства. Оснований не доверять их показаниям, данным неоднократно в ходе предварительного расследования уголовного дела в присутствии защитников, которые к тому же объективно согласуются с иными приведенными в приговоре доказательствами, не имеется, в связи с чем они обоснованно положены судом в основу приговора.

Заявления ФИО2 об оговоре им ФИО1 явно надуманны. Из доказательств по делу видно, что последний принимал активное участие в совершении преступления, рассчитывал на получение денежных средств К через ФИО2, о чём оба осужденных давали показания в ходе предварительного следствия, согласующиеся с иными доказательствами по делу. В этой связи утверждения ФИО1 об отказе совершения преступления не соответствуют действительности.

Каких-либо нарушений при возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 и при его уголовном преследовании в течение определенного периода предварительного расследования по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ судебная коллегия не усматривает. Вышеуказанное не свидетельствует об оказании психологического давления на обвиняемого. Тяжесть предъявленного обвинения не является единственным критерием, учитываемым при применении к лицу меры пресечения.

Доводы апелляционных жалоб адвоката Орлова А.И. и осужденного ФИО2 о том, что он не имел умысла на передачу взятки, т.к. знал, что ФИО1 не является должностным лицом, которое вправе решать вопрос о привлечении К. к уголовной ответственности, судебная коллегия оценивает критически, т.к. они опровергаются показаниями ФИО2, данными в ходе предварительного расследования, согласно которым он утверждал обратное: ничего подозрительного в том, что проверкой в отношении ФИО4 занимается транспортная полиция, он не усмотрел; данную ситуацию он воспринимал, как реальную и правдоподобную; полученные им у К деньги предназначались ФИО1

При этом, каким конкретно способом должны были быть переданы деньги от ФИО2 ФИО1 (лично или путем оставления на КПП <...> значения для квалификации действий каждого из осужденных не имеет.

Показания свидетеля Г о том, что ФИО2 говорил ему незадолго до своего задержания, что не желает больше никуда ходить с К и не хочет больше заниматься его вопросом, не свидетельствует о невиновности ФИО2 и отказе им от совершения преступления, поскольку продолженное им взаимодействие с ФИО1 и получение от К денег указывают на обратное.

Доводы стороны защиты о том, что свидетели А и И не могли принимать участие в уголовном деле в качестве понятых, судебная коллегия отвергает.

Как видно из материалов дела, они принимал участие в следственных действиях на добровольной и безвозмездной основе, судом не было установлено, что А и И находились в служебной или иной другой зависимости от сотрудников правоохранительных органов, проводивших мероприятия, т.е. препятствий к их участию не имелось

Сам по себе факт их работы в службе судебных приставов не делает их заинтересованными в исходе уголовного дела и не лишает способности объективно удостоверить факт производства, ход и результаты процессуальных действий.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено в условиях состязательности сторон.

Судебная коллегия признает, что анализ и основанная на законе, приведенная в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ оценка исследованных в судебном заседании доказательств, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела, сделать верный вывод о доказанности виновности осужденных.

Квалифицирующие признаки преступлений установлены судом правильно, исходя из фактических обстоятельств произошедшего, в приговоре приведены относительно этого убедительные доводы, с которыми соглашается судебная коллегия.

Правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, суд верно квалифицировал действия осужденных:

ФИО1 по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ, как покушение на мошенничество, то есть покушение на хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину, лицом с использованием своего служебного положения;

ФИО2 по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 291.1 УК РФ, как покушение на посредничество во взяточничестве, то есть покушение на непосредственную передачу взятки по поручению взяткодателя и иное способствование взяткодателю и взяткополучателю в достижении и реализации соглашения между ними о получении и даче взятки, за совершение заведомо незаконных действий, совершенное в крупном размере.

Данные о личности каждого из осужденных с достаточной полнотой исследовались судом первой инстанции, подробно изложены в приговоре, учтены при принятии решения о назначении вида и размера наказания.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд обоснованно признал наличие у него малолетнего ребенка; в соответствии с частью 2 той же статьи: полное признание им своей вины в ходе предварительного следствия, его положительные характеристики, государственные награды, состояние здоровья.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд правильно учел, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у него малолетних детей; в соответствии с частью 2 той же статьи: полное признание им своей вины в ходе предварительного следствия, участие в боевых действиях по защите Отечества, наличие у него государственных наград, состояние здоровья.

Таким образом, суд первой инстанции при назначении наказания принял во внимание все обстоятельства уголовного дела и сведения о личности каждого из осужденных, известные на момент постановления приговора, в том числе указанные в апелляционной жалобе осужденного ФИО2 Оснований полагать, что данные обстоятельства были учтены недостаточно, не имеется.

Решение суда о возможности достижения в отношении обоих осужденных целей уголовного наказания только путем назначения им наказания в виде реального лишения свободы, является правильным.

Оснований для применения к осужденным положений ст. 73 УК РФ по делу не имеется. Выводы суда в этой части являются мотивированными и обоснованными. Основания для смягчения назначенного каждому из осужденных наказания, либо для освобождения от отбывания наказания отсутствуют. Оснований к снижению категории совершенного преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ нет.

Применение к ФИО2 при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ судебная коллегия находит справедливым, выводы суда в данной части являются убедительными. Оснований для дальнейшего снижения наказания не имеется.

Таким образом, суд первой инстанции при назначении наказания принял во внимание все обстоятельства уголовного дела и сведения о личности осужденных, известные на момент постановления приговора.

В связи с чем, следует признать, что наказание осужденным назначено судом в соответствии с требованиями Уголовного закона, по своему виду и размеру является справедливым, оснований для его смягчения судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения каждому из осужденных судом первой инстанции определен верно.

Вопросы о мере пресечения, зачете в срок наказания времени содержания под стражей и под домашним арестом, распределении процессуальных издержек, судьбе вещественных доказательств судом первой инстанции разрешены в соответствии с действующим законодательством.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Новгородского районного суда Новгородской области от 10 апреля 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвокатов Орлова А.И. и Горовацкого А.В., осужденного ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручении им копии судебного решения, вступившего в законную силу, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении итоговые судебные решения могут быть обжалованы путем подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.Ю. Матвеев

Судьи Т.Н. Архипова

Н.П. Киреева