Решение по делу № 2А-3880/2024 от 24.06.2025 - о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей.

КОПИЯ

УИД №

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

<адрес> в составе: судьи Б.И.В.

при секретаре Б.И.В.

с участием административного истца Б.И.В.

представителя административных ответчиков СИЗО № УФСИН по <адрес>, ФСИН России, УФСИН по <адрес> Б.И.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда с использованием системы видеоконференцсвязи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> ФИО6, ФСИН России, УФСИН по <адрес> о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> ФИО6 о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей. В обоснование заявленных требований указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, где были существенно нарушены его права, что подтверждается проверкой, проведенной прокуратурой <адрес>. Ссылается на то, что в указанный период его незаконно содержали в карцерах № и №, где были плохие условия, не отвечающие санитарным нормам, чем причинен ущерб его здоровью, а также на то, что его не лечили, лекарства не выдавали, в то время как он нуждался в постоянном их употреблении. С учетом изложенных обстоятельств, просил суд выплатить ему денежную компенсацию в размере 100 000 рублей, из расчета 20000 рублей за каждый день содержания в следственном изоляторе, перечислив указанную сумму на расчетный счет №, открытый в ПАО СБЕРБАНК на имя его супруги ФИО3

В последующем административный истец заявленные требования уточнил, дополнительно заявив требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей в период его нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. Указал, что в указанный период он содержался в камере №, камера была переполнена, были тараканы, не было возможности постирать свое белье, в камере было плохое освещение, воздуха не хватало, В санузле был грибок, отслоение краски и штукатурки. Плохими условиями содержания был нанесен ущерб его здоровью, ДД.ММ.ГГГГ. он был направлен в ЛУИ-3 УФСИН России по <адрес> с анемией. В СИЗО-1 ни в ДД.ММ.ГГГГ году его не ознакомили с количеством денежных средств, находящихся на лицевом счете административного истца.

Просит суд выплатить ему денежную компенсацию в размере 200 000 рублей, из которых 100 000 руб. за нарушение условий содержания в 2022 году и 100 000 руб. за нарушение условий содержания в 2024 году.

Протокольными определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ., к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ФСИН России, УФСИН по <адрес>.

В судебном заседании административный истец ФИО4 заявленные требования поддержал в полном объеме, суду пояснил, что он в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> как транзитный пересыльный. В указанный период содержался в карцере № и №, в то время как должен был содержаться в камере. В карцере не было розеток, зеркала, была грязь, плесень. В период нахождения ему не предоставили постельные принадлежности, возможность помыться, не предоставили право на телефонный звонок, что подтверждается проверкой, проведенной прокуратурой <адрес>. Кроме того, в указанный период административный истец имел такое заболевание как «анемия» в связи с чем, ему должны были предоставить повышенную ному питания и лекарственные препараты. В период его нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. камера была переполнены, была антисанитария, ему не были предоставлены постельные принадлежности, в указанный период у истца было тоже заболевание, что и ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем, ему также должны были предоставить повышенную ному питания и лекарственные препараты.

Представитель административных ответчиков УФСИН России по <адрес>, ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес>, ФСИН России – ФИО5 в судебном заседании заявленные административным истцом требования не признавала. Поддержала письменные возражения и дополнения к письменным возражениям, представленные в материалы дела. Суду пояснила, что осужденный ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. и с ДД.ММ.ГГГГ., следовал транзитом к месту отбывания наказания. В 2024 году административный истец сдержался в карцерах № (с ДД.ММ.ГГГГ и № (с ДД.ММ.ГГГГ.) на общих основаниях, указанное было связано с тем, что в период содержания административного истца в учреждении все камеры были переполнены, и данные действия учреждения были направлены в первую очередь на защиту прав самого осужденного ФИО1 При этом полагала, что доводы административного истца о том, что карцеры находились в состоянии не отвечающем санитарным нормам являются голословными. Относительно доводов ФИО1 о непредставлении права на телефонный звонок пояснила, что данный звонок ему был предоставлен, о чем в материалы дела представлены соответствующие документы, а воспользоваться он им не смог по причинам не зависящим от администрации следственного изолятора. По поводу не представления медицинских препаратов и медицинского лечения пояснила, что он был осмотрен фельдшером медсанчасти и каких-либо жалоб не предъявлял, о наличии заболевания и необходимости предоставления медикаментов не указал. При этом личное дело осужденного следующего транзитом в период их нахождения в СИЗО не вскрывается, открытая справка к личному делу с отражением в ней каких-либо заболеваний ФИО1 приложена не была. Полагала, что норма жилой площади в отношении ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> была соблюдена, поскольку, он находился в учреждении в статусе осужденного, в связи с чем положения ч.5 ст. 23 ФЗ от 15.07.1995г. №103-ФЗ на него не распространяются и норма жилой площади должна составлять 2 кв. Относительно иных доводов о нарушении условий содержания административного истца в 2022г. высказала аналогичную позицию, что и п периоду его содержания в 2024 году.

Административный ответчик начальник ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> Г.К.А, о дате, месте и времени проведения судебного разбирательства извещен своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явился, не просил суд о рассмотрении дела в свое отсутствие.

На основании ст. 150, ч. 6 ст. 226 КАС РФ административное дело рассмотрено в отсутствие не явившегося административного ответчика начальника ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> ФИО6

Исследовав представленные материалы, выслушав административного истца, представителя административных ответчиков, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 227.1 КАС РФ, лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (пункт 5).

Таким образом, признание незаконными действий и решений должностного лица, органа государственной власти, выразившихся в нарушении условий содержания в исправительном учреждении возможно только при их несоответствии действующего законодательства, сопряженным с нарушением прав, свобод и законных интересов административного истца.

В силу ст. 8 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее УИК РФ), уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма, равенства осужденных перед законом, дифференциации и индивидуализации исполнения наказаний, рационального применения мер принуждения, средств исправления осужденных и стимулирования их правопослушного поведения, соединения наказания с исправительным воздействием.

Согласно статье 12.1 УИК РФ лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья; право на получение квалифицированной юридической помощи и в необходимых случаях право пользоваться помощью переводчика; право на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, в общественные наблюдательные комиссии; право на доступ к правосудию; право на получение информации, непосредственно затрагивающей права и свободы, в том числе необходимой для их реализации; право на свободу совести и вероисповедания; право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки; право на самообразование и досуг, создание условий для осуществления трудовой деятельности, сохранения социально полезных связей и последующей адаптации к жизни в обществе.

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (пункт 4 постановления Пленума ВС РФ N 47 от ДД.ММ.ГГГГ).

Как разъяснено в пункте 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно ч. 2 ст. 10 УИК РФ при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу положений части 1 статьи 74 УИК РФ следственные изоляторы выполняют функции исправительных учреждений для осужденных, в отношении которых приговор суда вступил в законную силу и которые подлежат направлению в исправительные учреждения для отбывания наказания, осужденных, перемещаемых из одного места отбывания наказания в другое, и иных категорий осужденных.

Администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных (ч.3 ст.101 УИК РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что административный истец ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, проходил как транзитно-пересыльный осужденный, ДД.ММ.ГГГГ следующий из ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по <адрес> в распоряжение УФСИН России по <адрес>, в ДД.ММ.ГГГГ следующий из ФКУ ИК-5 УФСИН России по <адрес> в распоряжение ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес>.

В период ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 содержался в камере №, в период с ДД.ММ.ГГГГ. содержался в карцере № на общих основаниях, с ДД.ММ.ГГГГ. – в карцере № также на общих основаниях.

Данные обстоятельства подтверждаются справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. и не оспаривались участниками процесса.

Рассматривая доводы административного иска о нарушении условий содержания ФИО1 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. суд приходит к следующим выводам.

Так, по утверждениям административного истца в указанный период административными ответчиками были нарушены условия содержания, выраженные в несоблюдении нормы санитарной площади (переполненность камер), не выдача постельных принадлежностей, отсутствие возможности стирки личного белья и помывки, в камере № было плохое освещение, не хватало воздуха, наличие в санузле грибка, отслоение краски и штукатурки, наличие насекомых.

Согласно части 5 статьи 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Согласно книге количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> (дата начала и окончания ведения с ДД.ММ.ГГГГ.), в камере № при наличии 10 спальных мест совместно с ФИО1 в спорный период ДД.ММ.ГГГГ содержались:

- ДД.ММ.ГГГГ - 6 человек, (39,5 : 6 = 6,6 кв.метра/человека);

- ДД.ММ.ГГГГ - 14 человек (39,5 : 14 = 2,8 кв.метра/человека);

- ДД.ММ.ГГГГ - 14 человек (39,5 : 14 = 2,8 кв.метра/человека);

- ДД.ММ.ГГГГ - 17 человек (39,5 : 14 = 2,3 кв.метра/человека);

- ДД.ММ.ГГГГ - 17 человек (39,5 : 14 = 2,3 кв.метра/человека);

- ДД.ММ.ГГГГ - 17 человек (39,5 : 14 = 2,3 кв.метра/человека).

Таким образом, судом установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. административный истец содержался в камере № ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, общая численность осужденных (подозреваемых, обвиняемых) в которой превышала количество спальных мест, в нарушение положений ст. 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», согласно которой подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. На одного человека в камере № в вышеуказанные периоды, за исключением ДД.ММ.ГГГГ., приходилось от 2,8 кв.м. до 2,3 кв.м., то есть норма санитарной площади на одного человека не соблюдалась, в нарушение положений ст. 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», согласно которой норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Указанные обстоятельства несоблюдения нормы санитарной площади свидетельствуют о нарушении условий содержания в отношении осужденного ФИО1

Судом отклоняется как не состоятельный довод административных ответчиков о том, что поскольку в спорный период административный истец содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в статусе законного осужденного, в связи с чем, положения часть 5 статьи 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 103-ФЗ не подлежат применению, а норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы установленная статьей 99 УИК РФ (2 кв.м.) в указанный период администрацией следственного изолятора не нарушалась.

Согласно части первой статьи 99 УИК РФ норма жилой площади в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Минимальная по сравнению с другими исправительными учреждениями, указанными в части первой статьи 99 УИК РФ, норма жилой площади на одного осужденного - два квадратных метра установлена для исправительных колоний. Однако, это не означает, что к осужденным, отбывающим наказание в исправительных колониях, применяются более строгие ограничения, в том числе их физической свободы, нежели в других исправительных учреждениях, включая тюрьму. Напротив, осужденные к отбыванию лишения свободы в исправительных колониях проживают в общежитиях, значительную часть времени в течение дня проводят вне общежития. Они выводятся на работу, производство, учебу, участвуют в воспитательных, культурно-массовых и спортивно-массовых мероприятиях, принимают пищу в столовой исправительного учреждения, им предоставляется личное время, в течение которого они могут передвигаться вне строя в пределах изолированного участка, определенного администрацией исправительного учреждения (пункты 21, 24, 29, 46 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 295).

Согласно части 1 статьи 15 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью первой статьи 23 и частью первой статьи 24 вышеуказанного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых. В развитие указанных положений часть пятая статьи 23 данного Федерального закона устанавливает, что норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Тем самым приведенное регулирование не устанавливает разных норм санитарной площади в зависимости от статуса лица, содержащегося в камере следственного изолятора, и носит универсальный характер. Соответственно, федеральный законодатель определил четыре квадратных метра в качестве минимального предела для признания размера площади камеры следственного изолятора, приходящегося на одного человека, отвечающим его минимальным бытовым потребностям и санитарно-гигиеническим требованиям, с учетом условий содержания в следственном изоляторе.

Применение меньших нормативов санитарной площади для содержащихся в условиях изоляции в камере следственного изолятора лиц, безотносительно к тому, что послужило правовым основанием для их помещения туда, объективно ведет к повышенной наполняемости камер, создает трудности для указанных лиц в перемещении по камере, приеме пищи, пользовании санитарным узлом.

Как неоднократно указывал Конституционный суд Российской Федерации, понятие "норма санитарной площади в камере", как направленное на обеспечение бытовых потребностей и санитарно-гигиенических требований в следственном изоляторе и устанавливаемое исключительно Федеральным законом "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", не может для целей оценки соблюдения установленных требований и применения возмещения морального вреда за их нарушение подменяться понятием "норма жилой площади", которая установлена на одного осужденного в том или ином исправительном учреждении на основании части третьей статьи 77.1 и части первой статьи 99 УИК Российской Федерации. Иное противоречило бы конституционным принципам равенства, соразмерности, справедливости, умаляло бы право каждого на достоинство личности, избыточно ограничивало бы право на свободу и личную неприкосновенность (статья 19, части 1 и 2; статья 21, часть 1; статья 22, часть 1; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

В силу ч. 2 и 3 ст. 62 КАС РФ обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц, возлагается на административного ответчика - соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Однако, убедительных доказательств, которые бы достоверно свидетельствовали бы об отсутствии нарушений со стороны администрации ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> при размещении в камере № лиц, численность которых превышает установленные нормы, административными ответчиками суду не представлено.

Доводы представителя административных ответчиков ФИО5 о том, что нарушение санитарной нормы жилой площади происходит по не зависящим от администрации исправительного учреждения причинам, и что ФИО1 к администрации изолятора об ущемлении его прав не обращался, не могут быть приняты судом во внимание, так как они не опровергают выводы суда о нарушении условий содержания административного истца в указанный период в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>. Наличие установленного судом нарушения условий содержания административного истца само по себе является достаточным основанием для удовлетворения требования о присуждении компенсации.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, выразившиеся в необеспечении ФИО1 надлежащих условий содержания, в части несоблюдения нормы санитарной площади в период с 28.09.2022г. по 02.10.2022г. (5 дней), ограничивали права административного истца в большей степени, чем это предусмотрено федеральным законодательством.

Учитывая характер и продолжительность нарушения нормы санитарной площади (5 дней), обстоятельства, при которых оно допущено, отсутствие тяжелых негативных последствий от данного нарушения, суд полагает возможным присудить ФИО1 в счет компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в 2022 году сумму в размере 5 000 рублей. Данная сумма, по мнению суда, соответствует принципам разумности и справедливости, способствует восстановлению баланса между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

Относительно иных требований административного истца, связанных с нарушениями условий содержания в следственном изоляторе в 2022 году (не выдача постельных принадлежностей, отсутствие возможности стирки личного белья и помывки, плохое освещение камеры, не хватало воздуха, наличие в санузле грибка, отслоение краски и штукатурки, наличия насекомых), суд находит их необоснованными.

Так, из материалов дела следует, что в камере № ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> имеется два окна, размером 90 на 85 см, помещение оборудовано в соответствии с требованиями пункта 28 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 110 (в редакции, действующей во время спорных правоотношений) (далее также - ПВР СИЗО), в том числе тазами для гигиенических целей и стирки одежды, светильниками для дневного и ночного освещения.

В соответствии с пунктом 31 ПВР СИЗО при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

Из представленных прокуратурой <адрес> по запросу суда справок о результатах проверки соблюдения законности в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. (ближайшие даты к периоду пребывания ФИО1 в следственном изоляторе) следует, что при проведении проверок в указанные даты установлено нарушение требований законодательства в части не соблюдения нормы санитарной площади на одного человека при содержании в камере, каких-либо иных нарушений требований законодательства во время проверок камер установлено не было. Проверкой установлено, что в соответствии со ст. 23 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. В ходе проверки произведен обход всех 100% жилых помещений, в том числе всех камер где содержатся женщины и несовершеннолетние, а также других помещений и объектов: дежурной части, следственных кабинетов, пищеблока, медицинской части, банно-прачечного комбината, комнат длительных и краткосрочных свиданий. При обходе камер и иных помещений жалобы и заявления не поступали.

В подтверждение факта обработки камер следственного изолятора от грызунов и насекомых стороной административных ответчиков в материалы дела представлена копия электронного контракта по закупке ДД.ММ.ГГГГ заключенного с ООО «Прайм энд Стандарт Компани» на оказание услуг по дератизации и дезинсекции помещений ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> с техническим заданием к нему, а также копии актов сдачи-приемки оказанных услуг за ДД.ММ.ГГГГ

Также из журнала учета санитарной обработки подозреваемых, обвиняемых и осужденных ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> (дата начала и окончания ведения с ДД.ММ.ГГГГ.), копия которого за спорный период представлена в материалы дела следует, что помывка лиц осужденных, подозреваемых и осужденных содержащейся в камере № в количестве 14 человек ДД.ММ.ГГГГ., в связи с чем, довод административного истца о не предоставлении ему в спорный ДД.ММ.ГГГГ помывки подлежит отклонению. При этом судом учитывается, что в соответствии с пунктом 48 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 110 (далее ПВР ИУ), помывка осужденных к лишению свободы обеспечивается не менее двух раз в неделю, а также пункт 158 данных правил, в соответствии с которым все осужденные к лишению свободы, прибывшие в ИУ, проходят санитарную обработку, включающую в себя в том числе помывку, в связи с чем, за 6 дней нахождения ФИО1 в следственном изоляторе помывка ему была предоставлена дважды, следовательно требования о предоставлении административному истцу помывки в данный период выполнены административными ответчиками в полном объеме.

Нормой № снабжения постельными принадлежностями и мягким инвентарем осужденных к лишению свободы, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях, воспитательных колониях, тюрьмах, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, утв. Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 216, предусмотрено, что лицам, следующим транзитом, на время их содержания выдается матрац, чехол на матрац, подушка, одеяло, полотенце, наволочка, простыня - 2 штуки.

Из камерной карточки (камера №) с Перечнем вещей принадлежащих следственному изолятору, выданных в пользование подозреваемому, обвиняемому, осужденному следует, что по прибытии в учреждение ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 были предоставлены матрац, подушка, одеяло, наволочка, простынь. Согласно Акта <данные изъяты>., составленного сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, от подписи в камерной карточке о получении вышеуказанных принадлежностей ФИО1 отказался. Вместе с тем, обстоятельств того, что данные принадлежности фактически не были выданы осужденному, при рассмотрении дела не установлено. Каких-либо убедительных доказательств того, что административный истец в указанный период не был обеспечен постельными принадлежностями, в том числе посредством обращений к администрации следственного изолятора с жалобами на такое необеспечение, в материалах дела не содержится, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что нарушений условий содержания ФИО1 в указанной части ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> не допущено.

Также подлежат отклонению и доводы ФИО1 о плохом освещении камеры № в период его содержания.

Согласно справке старшего инженера-энергетика отдела КБО ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, камера № оборудована 4-мя светильниками дневного (искусственного) освещения по две люминесцентные лампы по 36Вт в каждом светильнике, общим суммарном объемом 288 Вт. Ночное освещение включается с 22.00 до 06.00 часов, дневное с 6.00 до 22.00 часов. Все освещение находится в исправном состоянии, при выходе из рабочего режима их замена осуществляется незамедлительно.

Рассматривая доводы ФИО1 о нарушении условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. суд приходит к следующим выводам.

Как было указано выше, в период с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, проходил как транзитно-пересыльный осужденный, следующий из ФКУ ИК-5 УФСИН России по <адрес> в распоряжение ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес>: с ДД.ММ.ГГГГ. в карцере № на общих основаниях, с ДД.ММ.ГГГГ. – в карцере № также на общих основаниях.

В ходе рассмотрения дела судом административный истец пояснил, что считает свои права относительно условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ нарушенными, и данные нарушения, что, по его мнению, подтверждается материалами проверки прокуратуры <адрес> по обращению ФИО1, заключаются в следующем: незаконное содержание в карцерах № и №, нарушение санитарных требований в помещениях данных карцеров, не предоставление возможности помывки и стирки личного белья, не предоставление возможности телефонного звонка, не предоставление повышенной нормы питания в связи с наличием заболевания и лекарственных препаратов.

Судом установлено, что прокуратурой <адрес> на основании заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ относительно нарушения условий содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в выше обозначенный период была проведена проверка, по результатам которой в адрес истца направлено соответствующее сообщение от ДД.ММ.ГГГГ. №, а также начальнику УФСИН России по <адрес> вынесено представление об устранении нарушений законодательства о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений ДД.ММ.ГГГГ. №.

Так из представления усматривается, что прокуратурой установлен факт незаконного одиночного содержания осужденного ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ. в карцерах № и № на общих основаниях, также не в полной мере были обеспечены требования п.48 ПВР ИУ в части предоставления осужденному ФИО1 в период содержания в учреждении помывки – не реже двух раз в неделю с заменой постельного белья и не предоставления возможности самостоятельной стирки им своего белья, и нарушения п. 239 ПВР ИУ в предоставлении возможности телефонного разговора по его письменному заявлению от 23.01.2024г. по причине отсутствия у осужденного телефонной карты.

В адрес ФИО1 прокуратурой <адрес> направлен ответ от ДД.ММ.ГГГГ. № согласно которому, прокуратурой области выявлены необоснованные факты содержания административного истца в период с ДД.ММ.ГГГГ. в помещениях карцеров № и № на общих основаниях. Одиночное содержание в указанных помещениях на условиях общего содержания было обусловлено необходимостью обеспечения личной безопасности ФИО1 как бывшего сотрудника, а также невозможностью содержания в камерах режимного корпуса ввиду превышения лимита содержания лиц в учреждении, в том числе в камерах содержания бывших сотрудников. Также выявлены нарушения при организации возможности помывки, замены постельного белья, стирки белья, предоставления возможности покупки за счет собственных средств телефонной карты и последующего телефонного разговора. Вместе с тем, доводы об имевших место в учреждении пытках, нарушении санитарно-эпидемиологических требований в карцерных помещениях, причинения ущерба здоровью своего подтверждения в ходе прокурорской проверки не нашли.

Согласно требований абзаца 7 пункта 2 статьи 33 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", отдельно от других подозреваемых и обвиняемых содержатся: лица, являющиеся или являвшиеся судьями, адвокатами, сотрудниками правоохранительных органов, налоговой инспекции, таможенных органов, органов принудительного исполнения Российской Федерации, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, военнослужащими внутренних войск федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел, военнослужащими и сотрудниками войск национальной гвардии Российской Федерации.

Положениями части 3 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в отдельных исправительных учреждениях содержатся осужденные - бывшие работники судов и правоохранительных органов. В эти учреждения могут быть направлены и иные осужденные.

Таким образом, законом предусматривается дифференциация раздельного содержания осужденных к лишению свободы в исправительных учреждениях по различным основаниям, что направлено на индивидуализацию отбывания наказания, выбор и применение индивидуальных мер воздействия на осужденных, снижение влияния уголовных традиций на процесс исправления, обеспечение безопасности осужденных, и способствует достижению целей уголовно-исполнительного законодательства, в частности исправление осужденного (статьи 1 и 9 УИК РФ).

Из пояснений стороны административных ответчиков следует, что ФИО1 является бывшим сотрудником правоохранительных органов, в связи с чем, по прибытии в следственный изолятор подлежал размещению в камере № предназначенной для размещения указанной категории осужденных, являющейся единственной камерой в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> такого рода. Вместе с тем, ввиду того, что в период содержания ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ. в учреждении при лимите наполнения 405 человек содержалось: 455 человека ДД.ММ.ГГГГ 466 человек ДД.ММ.ГГГГ., 447 человек ДД.ММ.ГГГГ., 450 человек ДД.ММ.ГГГГ., 434 человека ДД.ММ.ГГГГ., 419 человек <адрес>., административный истец, с целью соблюдения требований ст. 80, 99 УИК РФ был размещен в одиночную камеру (карцер) на общих основаниях, в целях, в том числе, обеспечения его личной безопасности как бывшего сотрудника.

В тоже время согласно Книге количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> (начата ДД.ММ.ГГГГ.), в камере № при наличии 10 спальных мест в период с ДД.ММ.ГГГГ. по состоянию на 08.00 часов утра содержались: ДД.ММ.ГГГГ - 9 человек, ДД.ММ.ГГГГ - 10 человек, ДД.ММ.ГГГГ - 10 человек, ДД.ММ.ГГГГ - 10 человек, ДД.ММ.ГГГГ - 9 человек, ДД.ММ.ГГГГ - 1 человек.

Из пояснений представителя административных ответчиков следует, что свободное на 08.00 часов утра ДД.ММ.ГГГГ. одно место в камере № на момент прибытия ФИО1 было занято, в связи с чем, разместить его в указанной камере не представилось возможным.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что как минимум на период с ДД.ММ.ГГГГ. у административных ответчиков имелась возможность разместить административного истца в камере № и перевести из карцера №, однако указанного сделано не было.

По мнению суда, размещение осужденного ФИО1 в карцерах хотя и на общих основаниях, в любом случае ограничивало права административного истца в большей степени, чем это предусмотрено федеральным законодательством, в частности ввиду того, что камера режимного корпуса и карцер имеют различное материально-бытовое оснащение, что не оспаривалось стороной административных ответчиков и подтверждается справкой ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которой камеры оборудуются: двухъярусными кроватями; столом и скамейками с посадочными местами, соответствующими числу лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором и холодильником (при наличии возможности), камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке; тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; приточно-вытяжной вентиляцией; умывальником; унитазом (санузел оборудован глухой перегородкой и дверью); радиаторами системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.

В то время как карцер оборудуется: металлической койкой с деревянным покрытием; прикрепленные к полу или стене стол и табурет; унитаз со сливным бачком; умывальник; полкой для туалетных принадлежностей; приточно-вытяжной вентиляцией; радиаторами системы водяного отопления; вызывной сигнализацией; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; зеркалом, вмонтированным в стену.

Суд находит, что данные действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, выраженные в размещении административного истца в карцере № и № (на общих основаниях), при установленных обстоятельствах, свидетельствующих о наличии возможности у администрации учреждения как минимум на период с 23ДД.ММ.ГГГГ. разместить ФИО1 в камере №, по не предоставлению ему возможности стирки белья, свидетельствуют о необеспечении ФИО1 условий содержания в указанный период. Соглашаясь с доводом административного истца о том, что ему не была предоставлена возможность стирки белья, суд исходит из того, что камера режимного корпуса и карцер имеют различное материально-бытовое оснащение, при котором оснащение карцера в частности тазами для гигиенических целей и стирки одежды не предусмотрено, факт нарушения прав ФИО1 в указанной части нашел подтверждение в ходе проведенной прокуратурой <адрес> проверки, и данные обстоятельства в ходе рассмотрения дела судом, стороной административных ответчиков опровергнуты не были, доказательств того, что ФИО1 находясь в карцере был обеспечен тазами для стирки и горячей водой, не представлено.

С учетом установленных нарушений, суд приходит к выводу о том, что содержание административного истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение его прав и законных интересов, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что в соответствии с приведенными выше правовыми нормами является основанием для удовлетворения заявленных требований о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

Учитывая не продолжительность периода содержания административного истца в карцере на общих основаниях (6 дней), принимая во внимание, что данная меры была вынужденной, связанной с необходимостью отдельного содержания административного истца являющегося бывшим сотрудником правоохранительных органов от других осужденных и была направлена в первую очередь на защиту прав самого ФИО1, в целях обеспечения его личной безопасности, отсутствие тяжелых негативных последствий от данного нарушения, суд полагает возможным присудить ФИО1 в счет компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении за период с ДД.ММ.ГГГГ. сумму в размере 5 000 рублей.

Данная сумма соответствует принципам разумности и справедливости, способствует восстановлению баланса между нарушенными правами административного истца и мерой ответственности государства.

Относительно доводов административного истца о нарушении его прав не предоставлением права на телефонный звонок, суд находит их не состоятельными.

Согласно ст. 92 УИК РФ в редакции, действующий в спорный период, осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры. При отсутствии технических возможностей администрацией исправительного учреждения количество телефонных разговоров может быть ограничено до шести в год. Продолжительность каждого разговора не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры оплачиваются осужденными за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц. Порядок организации телефонных разговоров определяется федеральным органом исполнительной власти, в ведении которого находится исправительное учреждение.

По прибытии в исправительное учреждение, а также при наличии исключительных личных обстоятельств администрация исправительного учреждения предоставляет осужденному возможность телефонного разговора по его просьбе.

В соответствии с пунктами 239, 240, 242, 243 ПВР ИУ, осужденным к лишению свободы предоставляется право на телефонные разговоры, продолжительность каждого из которых не должна превышать 15 минут. Телефонные разговоры осужденных к лишению свободы могут контролироваться персоналом ИУ.

Телефонный разговор, в том числе с использованием систем видеосвязи (при наличии технической возможности), предоставляется начальником ИУ или лицом, его замещающим, либо уполномоченным им заместителем начальника ИУ, а в случаях их отсутствия (при наличии исключительных личных обстоятельств) – ДПНУ.

Телефонные разговоры предоставляются по письменному заявлению осужденного к лишению свободы или по заявлению, оформленному им с использованием информационного терминала (при его наличии и технической возможности), в течение пяти рабочих дней со дня его подписания начальником ИУ или лицом, его замещающим, за исключением случаев, когда у осужденного к лишению свободы отсутствуют денежные средства на лицевом счете или он отказался от телефонного разговора либо убыл из ИУ.

В заявлении указываются список телефонных номеров абонентов, их фамилии, имена, отчества (при наличии), адрес места жительства, а также язык, на котором будут вестись телефонные разговоры. Указанные заявления подаются осужденным к лишению свободы ежеквартально. Список телефонных номеров абонентов может быть изменен по заявлению осужденного к лишению свободы.

Телефонные разговоры оплачиваются осужденными к лишению свободы за счет собственных средств или за счет средств их родственников или иных лиц.

Реализация права осужденных к лишению свободы на телефонные разговоры осуществляется в местах, оснащенных абонентскими устройствами с технической возможностью обеспечения контроля проводимых телефонных разговоров. Время и место проведения телефонного разговора определяется администрацией ИУ.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 на имя начальника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> подано заявление о предоставлении телефонного разговора с супругой ФИО3 по номеру +№ Административным истцом в заявлении указаны необходимые данные абонента: ФИО, дата рождения, место жительства, язык, на котором будет вестись телефонный разговор, исключительные личные обстоятельства вызвавшие необходимость телефонного разговора, а также указано, что карта Zonatelecom у ФИО1 на руках.

Возможность данного разговора административному иску согласована, о чем на заявлении имеется соответствующая отметка от ДД.ММ.ГГГГ. начальника учреждения

Также на заявлении имеется пояснительная запись ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ в которой он указал «Карта по телефону говорит не зарегистрирована, хотя ранее звонил».

В книге учета регистрации телефонных разговоров подозреваемых, обвиняемых, осужденных ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, имеется запись от ДД.ММ.ГГГГ. напротив фамилии ФИО1 об отсутствии карты.

Из письменного объяснения сотрудника ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ. на имя начальника УФСИН России по <адрес> следует, что ФИО7 занимая должность воспитателя отдела по воспитательной работе, 23.01.2024г. вывел осужденного ФИО1 для осуществления телефонного звонка посредством связи «зонателеком» на основании написанного им заявления и полученного разрешения от руководства учреждения. Однако осуществить телефонный звонок он не смог в связи с отсутствием телефонной карты. После чего, данный сотрудник разъяснил ФИО1 как приобрести телефонную карту в магазине учреждения с лицевого счета и последующей регистрации номеров через администрацию учреждения.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7, предупрежденный судом об уголовной ответственности, пояснил, что в учреждении имеется специально оборудованное помещение в котором установлены таксофоны. Для того, чтобы осуществить телефонный звонок, осужденный должен сначала ввести номер пин-кода своей телефонной карты, а затем ввести номер телефона абонента для осуществления звонка. ДД.ММ.ГГГГ. он вывел осужденного ФИО1 в помещение для осуществления телефонного звонка. Телефонная карта у ФИО1 была с собой. С целью осуществления звонка ФИО1 в таксофоне были введены какие-то цифры пин-кода, какие именно свидетелю не известно, после чего, ему, ФИО1, было сказано, что данная карта не зарегистрирована в системе «Зонателеком». После этого С.А.В. разъяснил ФИО1, что ему необходимо обратиться к администрации учреждения с письменным заявлением о добавлении телефонных номеров и номера карты осужденного, после чего указанные номера будут внесены и можно будет осуществить звонок. С каким-либо письменным, а также устным заявлением ФИО1 к администрации учреждения не обращался. Также данный свидетель пояснил, что по прибытии осужденных в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> из других регионов Российской Федерации, номера принадлежащих им телефонных карт автоматически в систему «Зонателеком» не вносятся, для этого осужденный должен обратиться с соответствующим письменным заявлением на имя руководителя учреждения о регистрации карты с указанием ее номера, чего в данном случае ФИО1 сделано не было, в системе «Зонателеком» имеющейся в распоряжении СИЗО-1, номера телефонной карты ФИО1 не имеется.

При указанных обстоятельствах, суд находит утверждения административного истца о нарушении его прав, выразившемся в непредоставлении телефонного разговора несостоятельными, поскольку таковое право осужденному ФИО1 на телефонный звонок учреждением было предоставлено, однако звонок им не был осуществлен по обстоятельствам связанным непосредственно с действиями самого административного истца.

Проверяя доводы ФИО1 о нарушении условий содержания выраженных в не предоставлении помывки, не предоставлении постельных принадлежностей, возможности смены постельного белья, суд не может с ними согласиться поскольку данных нарушений в ходе рассмотрения спора судом установлено не было.

В соответствии с пунктом 48 ПВР ИУ, помывка осужденных к лишению свободы обеспечивается не менее двух раз в неделю с еженедельной сменой нательного белья и постельных принадлежностей (простыни, наволочка, полотенца).

В пункте 158 ПВР ИУ указано, что все осужденные к лишению свободы, прибывшие в ИУ, проходят санитарную обработку, включающую в себя, в том числе помывку, следовательно, по прибытии в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 помывка была предоставлена, указанные обстоятельства им не оспаривались.

Далее, из пояснений административных ответчиков, в то числе письменных имеющихся в материалах прокурорской проверки следует, что санитарная обработка (помывка) карцера № в которой содержался ФИО1 была запланирована на ДД.ММ.ГГГГ. и на ДД.ММ.ГГГГ однако ввиду его убытия в 08.00 часов ДД.ММ.ГГГГ. из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, данная помывка не была осуществлена.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что период содержания ФИО1 в следственном изоляторе составил менее семи дней, при этом по прибытии в учреждение помывка ему была предоставлена, а запланированная на ДД.ММ.ГГГГ не состоялась по причине убытия осужденного, суд полагает, что нарушений в организации помывки осужденного ФИО1 со стороны ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> не допущено.

Аналогичным образом подлежит отклонению довод административного истца о нарушениях при организации содержания в следственном изоляторе выраженных в замене постельных принадлежностей, поскольку как было указано ФИО1 содержался в учреждении менее 7 дней (убыл в 08.00 утра на шестой день), в то время как пунктом 48 ПВР ИУ предусмотрена еженедельная смена нательного белья и постельных принадлежностей.

Из камерной карточки с Перечнем вещей принадлежащих следственному изолятору, выданных в пользование подозреваемому, обвиняемому, осужденному следует, что по прибытии в учреждение ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 были предоставлены матрац, подушка, одеяло, наволочка, простынь. Согласно Акта от 19.01.2024г., составленного сотрудниками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, от подписи в камерной карточке о получении вышеуказанных принадлежностей ФИО1 отказался. Вместе с тем, обстоятельств того, что данные принадлежности фактически не были выданы осужденному, при рассмотрении дела не установлено, каких-либо доказательств того, что административный истец в указанный период не был обеспечен постельными принадлежностями, в материалах дела не содержится.

Напротив, в жалобе адресованной в прокуратуру <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ административный истец ссылался на то, что постельные принадлежности не стирались, не заявляя о нарушении его прав в части выдачи ему указанных принадлежностей.

Каких-либо жалоб, заявлений от административного истца относительно не предоставления помывки, постельных принадлежностей, возможности смены постельного белья, по иным вопросам относительно условий содержания за время нахождения в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. не поступало, на прием к руководителю по указанным вопросам он не обращался, что подтверждается справками ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. со ссылками на отсутствие указанных сведений в журналах № учета предложений, заявлений, жалоб граждан, осужденных и лиц, содержащихся под стражей и № приема подозреваемых, обвиняемых осужденных по личным вопросам руководством ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>. Обратного суду не представлено.

В связи с чем, заявленные административным истцом требования в части непредоставления помывки, постельных принадлежностей и смены постельного белья в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в спорный период своего подтверждения не нашли.

Как не нашли своего подтверждения и доводы о нарушении санитарно-эпидемиологических требований в карцерных помещениях № и № в период содержания в них ФИО1, что подтверждается в том числе ответом прокуратуры <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. № в адрес административного истца и не опровергнуто последним.

В целях проверки указанных доводов ФИО1 судом истребовался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> архив фотографий за спорный период с камер фото-фиксации, расположенных в карцерах № и №, из поступившего ответа от 27.12.2024г. следует, что в соответствии с приказом минюста России от ДД.ММ.ГГГГ. №, видеоархив хранится в течении 30 суток.

Требования ФИО1 о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> связанных с непредоставлением ему в период содержания в данном учреждении в 2022 и 2024 году повышенной нормы питания, лечения в связи с наличием у него заболевания «анемия», по мнению суда также не могут быть признаны обоснованными, по следующим основаниям.

Частью 6 статьи 99 УИК РФ предусмотрено, что осужденным беременным женщинам, осужденным кормящим матерям, несовершеннолетним осужденным, а также больным осужденным и осужденным, являющимся инвалидами первой или второй группы, создаются улучшенные жилищно-бытовые условия и устанавливаются повышенные нормы питания.

Пунктом 4 постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 205 "О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время" на Министерство юстиции Российской Федерации по согласованию с Министерством промышленности и торговли Российской Федерации возложена обязанность установить повышенные нормы питания для отдельных категорий осужденных, в том числе больных.

Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 189 "Об установлении повышенных норм питания, рационов питания и норм замены одних продуктов питания другими, применяемых при организации питания осужденных, а также подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в учреждениях Федеральной службы исполнения наказаний, на мирное время" установлена повышенная норма питания для больных, осужденных к лишению свободы, содержащихся в учреждения ФСИН России, в том числе больных, находящихся на амбулаторном лечении по поводу анемии (пункт 1 «б» Приложения N 5 к приказу Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 189).

Также пунктом 2 «а» Приложения N 5 к приказу Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 189 предусмотрена выдача дополнительных продуктов к повышенной норме питания больным, находящимся на стационарном и амбулаторном лечении по поводу анемии.

Таким образом, для установления повышенной нормы питания осужденный больной, в частности анемией, должен находиться на амбулаторном либо стационарном лечении по поводу данного заболевания.

Доказательств того, что в период нахождения транзитом в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 состоял на амбулаторном или стационарном лечении относительно имеющегося у него заболевания, в материалах дела не имеется.

Справка ФКУЗ МСЧ-23 ФСИН России МЧ № от ДД.ММ.ГГГГ. № о том, что ФИО1 на период содержания в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по <адрес> получал повышенную норму питания с ДД.ММ.ГГГГ. в связи с установленным диагнозом «железодефицитная анемия», по мнению суда, не свидетельствует о необходимости установления ему повышенной нормы питания на период нахождения ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ

Из сведений предоставленных ФКУЗ МСЧ-62 ФСИН России № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходил амбулаторное и стационарное лечение в филиалах ФКУЗ МСЧ-62 ФСИН России с диагнозами: хроническая анемия, хронический геморрой, гипертоническая болезнь II ст.2 ст. риск 3. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получал повышенную норму питания в период амбулаторного лечения с ДД.ММ.ГГГГ. на основании пункта 1 «б» Приложения N 5 к приказу Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 189. Получает повышенную норму питания по тем же основаниям с ДД.ММ.ГГГГ.

Факт установления ФИО1 повышенной нормы питания в указанные периоды подтверждается Приказами ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. №, ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ. №.

Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ № утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы (далее Порядок №)

Пунктом 2 Порядка № предусмотрено, что оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России, а при невозможности оказания медицинской помощи в медицинских организациях УИС - в иных медицинских организациях государственной и муниципальной системы здравоохранения.

В силу п.23 Порядка №, лица, заключенные под стражу, или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом (далее - лица, доставленные в СИЗО), при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи, с обязательным проведением телесного осмотра, термометрии, антропометрии.

Данные об осмотренных лицах и наличии выявленных у них заболеваний (повреждений) фиксируются в журнале регистрации осмотров медицинским работником лиц, доставленных в СИЗО.

На каждого поступившего оформляется медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях (при ее отсутствии).

В пункте 38 Порядка № указано, что лица, заключенные под стражу, или осужденные, убывающие из СИЗО и учреждений УИС, в том числе следующие транзитом, осматриваются медицинским работником для определения возможности транспортировки. Результат осмотра с заключением о возможности транспортировки фиксируется в медицинской карте пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, и справке, которая приобщается к личному делу.

К транспортировке не допускаются лица в острой стадии заболевания, лица, страдающие заболеваниями, оказание которым необходимой медицинской помощи в период транспортировки невозможно, а также лица, перемещение которых невозможно по медицинским показаниям.

Преемственность при оказании медицинской помощи в случае перевода лица, заключенного под стражу, или осужденного, получающего лечение, в другое учреждение УИС обеспечивается путем приобщения в закрытом пакете к личному делу медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, с переводным эпикризом, содержащим сведения о проведенном обследовании и лечении и рекомендации по дальнейшему наблюдению, лечению и обследованию. В открытой справке по личному делу делается соответствующая отметка (пункт 41).

При наличии медицинских показаний к непрерывному приему лекарственных препаратов при перемещении лиц, заключенных под стражу, или осужденных они обеспечиваются необходимыми лекарственными препаратами и медицинскими изделиями на весь период следования. Лекарственные препараты и медицинские изделия, необходимые для продолжения лечения, передаются начальнику караула по конвоированию или сопровождающему медицинскому работнику (пункт 43 Порядка 285).

Пунктом 45 Порядка № предусмотрено, что лицам, заключенным под стражу, или осужденным, следующим транзитом, в том числе получающим в период следования лечение, необходимая медицинская помощь оказывается в медицинской части (здравпункте), осуществляющей(ем) медицинское обеспечение учреждения УИС, через которое следуют указанные лица. С целью ознакомления с данными медицинских карт пациентов, получающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, их личные дела вскрываются.

Согласно справке ФКУЗ МСЧ-62 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 прибыл в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ. При поступлении был осмотрен дежурным фельдшером, по результатам осмотра - общее состояние удовлетворительное, жалоб не предъявлял.

Как следует из Журналов амбулаторного приема транзитных больных (дата начала и окончания ведения с ДД.ММ.ГГГГ настоящее время), за период с 27ДД.ММ.ГГГГ из осужденных следующих транзитом на прием в указанный период не обращался.

Из Журналов предварительной записи на прием (осмотр) медицинскими работниками следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ. осужденный ФИО1 с жалобами на состояние здоровья не обращался.

Согласно Журналу рапортов филиала МЧ-4 (дата начала и окончания ведения с ДД.ММ.ГГГГ. дежурным медиком осмотрены прибывшие в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> лица, ФИО1 при осмотре больным не назвался.

Согласно Журналу рапортов филиала МЧ-4 (дата начала и окончания ведения с ДД.ММ.ГГГГ дежурным медиком осмотрены прибывшие в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> лица, ФИО1 при осмотре больным также не назвался.

При указанных обстоятельствах, принимая во внимание, что в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 жалоб на состояние здоровья не предъявлял, на прием за медицинской помощью к сотрудникам медицинской части не обращался, о каких-либо заболеваниях по прибытию в учреждение не сообщил, при этом отметок в личном деле либо справки с результатами осмотра перед его транспортировкой свидетельствующих о наличии у административного истца какого-либо заболевания, сотрудникам ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> предоставлено не было, суд приходит к выводу о том, что нарушения прав административного истца на получение квалифицированной медицинской помощи и обеспечение медикаментами ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> не допущено.

Доводы административного истца о том, что он сообщал медицинскому персоналу о наличии у него заболевания, объективно какими-либо доказательствами не подтверждены.

Из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", следует, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (абзац первый).

Следовательно, не каждое несоответствие условий содержания в исправительном учреждении требованиям законодательства создает правовую презумпцию причинения вреда лицу, в отношении которого такие нарушения допущены.

В соответствии с частью 1 статьи 62, пунктом 1 части 9 и частью 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административный истец обязан доказать нарушение своих прав, свобод и законных интересов.

Вместе с тем, обстоятельств того, что в период с ДД.ММ.ГГГГ условия содержания административного истца в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес>, связанные с ненадлежащим оказанием медицинской помощи и лечения в соответствии с требованиями Приказа Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 285 "Об утверждении Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы", были нарушены, не отвечали установленным законодательством Российской Федерации условиям содержания под стражей, не установлено.

При указанных обстоятельствах, требования ФИО1 о взыскании в его пользу компенсации за нарушение условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> подлежат частичному удовлетворению, с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации подлежит взысканию в пользу ФИО1 в счет компенсация сумма в размере 10 000 рублей.

При этом суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства административного истца о перечислении суммы компенсации на счет его супруги ФИО3, поскольку в силу положений ст. 227.1 КАС РФ, в случае удовлетворения требований административного истца о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, таковая компенсация подлежит перечислению на счет непосредственно административного истца.

При этом суд отмечает, что в соответствии с положениями Федерального закона № от ДД.ММ.ГГГГ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", административный истец не лишен права в последующем перечислить денежные средства поступившие на его расчетный счет родственникам или иным лицам (статья 25).

Довод представителя административных ответчиков ФИО5 о пропуске ФИО1 срока на обращение в суд с указанными требованиями, подлежат отклонению.

Действительно, по общему правилу, установленному в ч. 1 ст. 219 КАС РФ, если поименованным Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного ч. 1 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Как отражено выше, ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, до этого, а также в настоящее время продолжает отбывать наказание, находится в ФКУ ИК-3 УФСИН России по <адрес>, административное исковое заявление направлено в суд ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с ч.ч. 8 и 9 ст. 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд выясняет обстоятельства, указанные в частях 9 и 10 этой статьи, в полном объеме, в том числе как соблюдение истцом сроков обращения в суд, так и нарушение его прав, свобод и законных интересов, соответствие оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения, наличие полномочий и оснований для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) и соблюдение порядка принятия такого решения, совершения действия (бездействия).

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (п.п. 2 и 4 ст. 3 КАС РФ). Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу изложенного пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Поскольку факт допущенного в отношении административного истца нарушения в части содержания в камере с нарушением нормы санитарной площади, нашел свое подтверждение, правовых оснований для отказа в иске по мотиву пропуска срока обращения в суд не имеется.

При указанных обстоятельствах заявленные ФИО1 требования подлежат частичному удовлетворению.

В силу ч.9 ст. 227.1 КАС РФ, решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес>, начальнику ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по <адрес> ФИО6, ФСИН России, УФСИН по <адрес> о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию за нарушение условий его содержания в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по <адрес> в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении требований о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в большем размере - отказать.

Решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам <адрес> в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья - подпись

Копия верна. Судья ФИО15

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ