Решение по делу № 2-23/2023 от 16.03.2023 - о возмещении морального вреда и материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, <ФИО>, <ФИО>, АО «Страховое общество газовой промышленности», <ФИО>.

Дело №

УИД №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Югорск 16 марта 2023 года

Югорский районный суд Ханты – Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Клюпы Ю.Н.,

с участием старшего помощника Югорского межрайонного прокурора Скрипниковой Е.А., представителя ответчика ФИО1,

при секретаре Самошкиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» о возмещении морального вреда и материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, ФИО4, АО «Страховое общество газовой промышленности», ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Югорский районный суд ХМАО-Югры с указанным исковым заявлением, в котором просит взыскать с ООО «Газпром трансгаз Югорск» (далее также - ООО «ГТЮ») компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей и расходы по оплате ритуальных услуг по захоронению в размере 46 720 рублей.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 15:45 часов на автодороге технологического проезда ООО «ГТЮ», на расстоянии <адрес> водитель Ш.Е.В., управляя автомобилем ВАЗ-21043, государственный регистрационный знак №, с прицепом МЗСА 817700, государственный регистрационный знак №, выехал на полосу встречного движения, где произошло столкновение с двигавшимся во встречном направлении грузовым автомобилем УРАЛ 63701-3921, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО5, принадлежащим ООО «ГТЮ».

В момент дорожно-транспортного происшествия (далее также – ДТП) в автомобиле ВАЗ также находился пассажир Ф.Н.И., которому она приходится дочерью. Считает, что в результате ДТП, она получила глубокие нравственные и моральные страдания. Она проживала совместно с отцом, который ежемесячно помогал ей и материально, и с воспитанием её несовершеннолетних детей. В настоящее время она одна воспитывает двоих несовершеннолетних детей, алименты на их содержание не получает. После смерти отца постоянно тоскует по нему. Моральный вред оценивает в размере 2 000 000 рублей. Кроме того, за ритуальные услуги по захоронению отца она уплатила денежные средства в размере 46 720 рублей, которые также просит взыскать с ответчика.

Истец и третьи лица о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили. Истец ходатайствовала о рассмотрении дела в её отсутствие.

При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме, указав, что ДТП произошло по вине водителя легкового автомобиля, а не по вине водителя, управлявшего транспортным средством, принадлежащим ООО «ГТЮ». Водитель ответчика предпринял все возможные меры, чтобы уйти от столкновения, однако столкновения избежать не удалось. Считает, что поскольку гражданская ответственность ООО «ГТЮ» как владельца транспортного средства была застрахована в АО «Страховое общество газовой промышленности», то расходы на погребение должны возмещаться за счет страховой компании в рамках соответствующего закона. В части требований о компенсации морального вреда, представитель ответчика полагал, что истец не доказала факт причинения ей нравственных страданий, поскольку, как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, истец, вопреки тому, что изложено в иске, фактически с отцом не проживала, видела его последний раз ДД.ММ.ГГГГ, когда поздравляла с праздником. После этого, до ДД.ММ.ГГГГ с отцом связь не поддерживала. Утверждение истца о том, что отец помогал ей материально и помогал содержать детей, по мнению представителя ответчика, факт причинения морального вреда не доказывает, а само по себе наличие родственной связи между истцом и ее отцом, погибшим в результате ДТП, также не доказывает, что истцу был причинен моральный вред.

Прокурор Скрипникова Е.А. полагала, что требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению независимо от вины причинителя вреда, поскольку в рассматриваемом случае вред причинен источником повышенной опасности, владельцем которого является ответчик, при этом смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, причиняющей нравственные страдания. Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда считала необходимым учесть отсутствие вины ответчика, а также установленные судом фактические обстоятельства, и представленные в деле доказательства, в частности письменное объяснение истца, полученного при проведении проверки по факту ДТП, из которого следует, что истец и ее отец проживали раздельно.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав представленные материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ около 15:45 часов на автодороге технологического проезда ООО «Газпром трансгаз Югорск», на расстоянии <адрес>, произошел выезд на полосу встречного движения автомобиля ВАЗ 21043, государственный регистрационный знак №, с прицепом МЗСА 817700, государственный регистрационный знак №, под управлением Ш.Е.В., с последующим столкновением с двигавшимся во встречном направлении грузовым автомобилем УРАЛ 63701-3921, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ООО «ГТЮ», которым управлял водитель ФИО5 – работник ООО «ГТЮ». В момент столкновения в автомобиле ВАЗ 21043 находился пассажир Ф.Н.И., который от полученных в результате ДТП телесных повреждений скончался в реанимационном отделении ГБУЗ СО «НТЦГБ». Повреждения, полученные Ф.Н.И. в результате дорожно-транспортного происшествия, имеют прямую причинно-следственную связь с наступлением смерти.

По данному факту СО МО МВД России «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в отношении Ш.Е.В. было отказано в возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, по основаниям, предусмотренным п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи со смертью виновного водителя Ш.Е.В.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ следует, что водитель технически несправного автомобиля ВАЗ 21043 Ш.Е.В., проявив преступную небрежность и при этом, относясь безразлично к наступлению опасных последствий, управлял автомобилем с установленными на передней оси шинами различных моделей, с различными рисунками протектора, должных мер предосторожности не принял, в нарушение п. 10.1 ПДД РФ своевременно не снизил скорость, продолжил движение со скоростью и по траектории движения, не обеспечивающих постоянного контроля за движением автомобиля, допустил на вышеуказанном участке дороги потерю контроля за управлением автомобиля и в процессе заноса, его неуправляемый автомобиль выехал на встречную полосу движения (л.д.16-24).

Согласно копии свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ Ф.Н.И. умер ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> (л.д.25).

Истец является дочерью погибшего Ф.Н.И., что подтверждается копией свидетельства о рождении (л.д.26), и иными имеющимися в материалах дела сведениями, предоставленными отделами записи актов гражданского состояния.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В абзаце 3 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Согласно п.1 ст.323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абз.3 и 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Автомобиль УРАЛ 63701-3921, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП принадлежал ответчику - ООО «ГТЮ», что не оспаривалось представителем ответчика и подтверждается материалами дела.

ООО «ГТЮ», являясь законным владельцем автомобиля, несет ответственность за вред, причиненный потерпевшему источником повышенной опасности, независимо от вины. В судебном заседании достоверно установлено, что именно в результате столкновения источников повышенной опасности (автомобилей) пассажиру Ф.Н.И. были причинены телесные повреждения, повлекшие его смерть. Достаточным основанием для возложения ответственности по возмещению вреда на владельца источника повышенной опасности является сам факт причинения вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности. В связи с чем, не имеют значения доводы ответчика и его представителя об отсутствии вины водителя ФИО5 в произошедшем ДТП.

Суд полагает, что истцу причинены нравственные страдания в связи со смертью отца, наступившей в результате использования ответчиком источника повышенной опасности. Смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, неимущественное право на родственные и семейные связи, рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Исходя из установленных судом фактических обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что истец, потеряв отца, с которым она как дочь имела тесную связь и близкие отношения, в безусловном порядке претерпела серьезные нравственные страдания, в связи с чем, в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда.

При этом само по себе не проживание истицы с ее отцом, не исключает причинения ей нравственных страданий, вызванных утратой отца - одного из самых близких для нее людей, который, как указано в письменном объяснении истца, полученного при проверке сообщения о ДТП, до момента дорожно-транспортного происшествия был здоров, имел хорошее самочувствие, на диспансерных учетах в медицинских организациях не состоял, вследствие чего, истец никак не могла предполагать, что больше не увидит живым своего отца, а его смерть естественно причинила истцу нравственные страдания.

Как следует из того же объяснения истицы, ее отец проживал один после расторжения брака, вместе с тем истица навещала его, в частности приходила к нему домой, поздравляла его с праздником ДД.ММ.ГГГГ. При этом не посещение отца в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть в течение четырех-пяти дней подряд, три из которых являлись рабочими, ни в коем случае не свидетельствует об утрате тесной связи между отцом и дочерью и как следствие не может свидетельствовать об отсутствии у истца нравственных страданий в связи с трагической гибелью отца, погибшего в результате дорожно-транспортного происшествия, в котором он являлся пассажиром транспортного средства, и фактически не имел возможности каким – либо образом повлиять на происходящие события.

Таким образом, вопреки доводам представителя ответчика, доказательств того, что истец не претерпела нравственных страданий, в результате утраты близкого родственника, суду представлено не было.

Оснований для освобождения ответчика от ответственности за причинение вреда, предусмотренных п.1 ст. 1079 ГК РФ, суд не находит. Доказательств причинения вреда вследствие умысла потерпевшего материалы дела не содержат, ответчиком не представлено. Судом, исходя из обстоятельств дела, не усматривается умысла потерпевшего, повлекшего причинение вреда.

При данных обстоятельствах компенсация морального вреда подлежит взысканию с ответчика.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства произошедшего ДТП, отсутствие вины ответчика в причинении смерти Ф.Н.И., степень причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальные особенности истца, которая находится в угнетенном состоянии, испытывает душевную боль и переживания, смерть отца является для нее невосполнимой утратой, имущественное положение ответчика, наличие у погибшего Ф.Н.И. второго ребенка, а также то, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен.

Исходя из совокупности вышеперечисленных обстоятельств, с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу об уменьшении заявленной суммы денежной компенсации морального вреда до 600 000 рублей.

Разрешая требования истца о взыскании расходов по оплате ритуальных услуг по погребению, в сумме 46 720 рублей, суд учитывает следующее.

В соответствии с абз. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Статьей 18 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее также – закон «Об ОСАГО») предусмотрено право на получение компенсационных выплат.

Так, п.1 ст.18 закона «Об ОСАГО» предусмотрено, что компенсационная выплата в счет возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, осуществляется в случаях, если страховое возмещение по обязательному страхованию не может быть осуществлено вследствие отсутствия договора обязательного страхования, по которому застрахована гражданская ответственность причинившего вред лица, из-за неисполнения им установленной настоящим Федеральным законом обязанности по страхованию.

Согласно п.1 ст.19 закона «Об ОСАГО» компенсационные выплаты осуществляются только в денежной форме профессиональным объединением страховщиков, действующим на основании устава и в соответствии с настоящим Федеральным законом, по требованиям лиц, указанных в п.2.1 ст. 18 настоящего Федерального закона, путем перечисления сумм компенсационных выплат на их банковские счета, сведения о которых содержатся в требованиях об осуществлении компенсационных выплат.

Рассматривать требования о компенсационных выплатах, осуществлять компенсационные выплаты и реализовывать право требования, предусмотренное ст. 20 настоящего Федерального закона, могут страховщики, действующие за счет профессионального объединения страховщиков на основании заключенных с ним договоров.

В силу п.2 ст.19 и п.7 ст.12 закона «Об ОСАГО» компенсационные выплаты осуществляются в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, в размере не более 500 000 рублей, из которых 475 000 рублей в счет возмещения вреда, а 25 000 рублей в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы.

Исходя из положений ст.1094 ГК РФ и ст.1079 ГК РФ, на ответчика может быть возложена обязанность по возмещению необходимых расходов на погребение Ф.Н.И.

При этом, с учетом положений ст. 12, 18-20 закона «Об ОСАГО» лицо, понесшее расходы на погребение, вправе претендовать на взыскание с лица, ответственного за вред, вызванный смертью потерпевшего, только разницы между фактически понесенными необходимыми расходами на погребение и компенсацией, полученной в рамках закона «Об ОСАГО».

В свою очередь бремя доказывания таких обстоятельств как необходимость несения расходов на погребение, их размер и фактическое несение этих расходов лежит на лице, требующем взыскания указанных расходов, в данном случае - на истце.

Согласно ответу АО «ГСК «Югория» от ДД.ММ.ГГГГ на судебный запрос, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, в лице представителя по доверенности Р.М.С., в порядке, предусмотренном ст.18 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", обратилась с заявлением о компенсационной выплате по факту ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ.

На основании решения № от ДД.ММ.ГГГГ и в соответствии с указанной нормой закона «Об ОСАГО» страховщик произвел в пользу ФИО2 компенсационную выплату в размере 475 000 рублей. Факт осуществления указанной выплаты ФИО2 также подтверждается копией платежного поручения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, в возмещении расходов на погребение истцу ФИО2 было отказано, поскольку в адрес страховщика ею не были предоставлены оригиналы документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение (кассовые чеки, оригиналы номерных квитанций на бланках строгой отчетности в соответствии с Федеральным законом № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в РФ»), а представлена только счет-квитанция на ритуальные услуги МУП НТГО «Мемориал» (л.д.27).

Судом, в порядке подготовки дела к судебному разбирательству, истцу и его представителю также было предложено представить суду доказательства, подтверждающие факт несения расходов на погребение, в том числе кассовые чеки, оригиналы номерных квитанций на бланках строгой отчетности в соответствии с Федеральным законом № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в РФ».

Из поступившего в суд ходатайства представителя истца, об истребовании доказательств, следует, что оригинал документа, подтверждающего несение расходов по погребению Ф.Н.И., был направлен в Российский союз автостраховщиков.

Однако, как отмечено выше, оригиналы документов, предусмотренных Федеральным законом № 54-ФЗ и подтверждающих несение расходов на погребение, в адрес Российского союза автостраховщиков (далее также – РСА) истцом не направлялись, что и послужило основанием для отказа в удовлетворении соответствующего требования представителем РСА.

В свою очередь указанные документы не были представлены и в суд, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что в нарушение ст.ст. 56, 71 ГПК РФ истцом в установленном законом порядке не было доказано такое юридически значимое обстоятельство как фактическое несение расходов на погребение.

Согласно ст.60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

При данных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования о взыскании расходов на погребение удовлетворению не подлежит.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 (паспорт серии <данные изъяты> №) к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» (ИНН №) о возмещении морального вреда и материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей 00 копеек, а всего 600 300 (шестьсот тысяч триста) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Югорский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение в окончательной форме принято 23.03.2023.

Председательствующий подпись Ю.Н. Клюпа

КОПИЯ ВЕРНА «23» марта 2023 года

Подлинный документ находится в деле №

ЮГОРСКОГО РАЙОННОГО СУДА ХМАО-ЮГРЫ

Судья Югорского районного суда

__________________________Ю.Н. Клюпа

Судебный акт вступил (не вступил)

в законную силу «_____»_______________20___ года

Секретарь суда __________________Ч.А.С.