Дело №2а-240/2023

УИД: 34RS0042-01-2023-000089-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«11» мая 2023 года город Фролово

Фроловский городской суд Волгоградской области в составе председательствующего судьи Карпухиной Е.В.,

при секретаре Завалищиной И.С.,

с участием представителя административных ответчиков ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области ФИО1, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Фролово Волгоградской области административное дело по административному исковому заявлению ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО3, обратился в суд с иском к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, указав в обоснование заявленных требований, что содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области с 01 августа 2011 года по 25 марта 2012 года в камерах №7, №33, №36, №37, №40. Условия его содержания не соответствовали требованиям действующего законодательства, ссылаясь на отсутствие в камерах горячего водоснабжения, приточно-вытяжной вентиляции. Полагает, что факт содержания его в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение гарантированных законом его прав и является достаточным для причинения страданий и переживаний. Просит взыскать компенсацию в размере 30 000 рублей за нарушение условий содержания.

Административный истец ФИО3 извещен о времени и месте судебного заседания по месту отбытия наказания через ФКУ ИК-23 УФСИН России по Мурманской области. Согласно представленной исправительным учреждением информации ФИО3 убыл в распоряжение ГУФСИН России по Ростовской области. Из сообщения, поступившего от ГУФСИН России по Ростовской области следует, что информация о местонахождении осужденного ФИО3 относится к сведениям, составляющим государственную тайну.

В судебном заседании от 25 апреля 2023 года, принимавший участие посредством видеоконференц-связи, ФИО3 заявленные им административные исковые требования поддержал в полном объёме по указанным в административном иске основаниям, просил их удовлетворить.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области ФИО1 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных административных исковых требований по указанным в письменных возражениях основаниям, просила в их удовлетворении отказать, в том числе в связи с пропуском без уважительных причин срока обращения в суд.

Представитель УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России - ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных административных исковых требований по указанным в письменных возражениях основаниям, просила в их удовлетворении отказать, в том числе в связи с пропуском без уважительных причин срока обращения в суд.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

На основании статьи 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей (часть 3 указанной нормы).

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно статье 1 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» деятельность уголовно-исполнительной системы осуществляется на основе принципов законности, гуманизма, уважения прав человека.

В уголовно-исполнительную систему по решению Правительства Российской Федерации могут входить следственные изоляторы, предприятия, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, научно-исследовательские, проектные, медицинские, образовательные и иные организации (статья 5 Закона).

Учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (пункты 1,7 статьи 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993г. №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы»).

В соответствии с подпунктами 3, 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, одна из основных задач ФСИН России – обеспечение охраны прав, свобод и законных интересов осужденных и лиц, содержащихся под стражей. Задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Таким образом, государство в лице федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции исполнения уголовных наказаний, берет на себя обязанность обеспечивать правовую защиту и личную безопасность осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящимися под его юрисдикцией.

Условия и порядок содержания под стражей регламентированы Федеральным законом от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и в рассматриваемый период были конкретизированы в действовавших Правилах внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы (далее - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов), утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14 октября 2005 г. № 189 (утратил силу в связи с изданием приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 4 июля 2022 г. № 110).

Согласно статье 4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 15 июля 1995 г. №103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со статьями 23, 24 Федерального закона №103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в местах содержания под стражей организуются в соответствии с законодательством в сфере охраны здоровья. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий.

Судом установлено, что ФИО3 осужден 12 декабря 2011 года приговором Кумылженского районного суда Волгоградской области по ч.1 ст.131 УК РФ к трем годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Начало срока 01 августа 2011 года, конец срока 31 июля 2014 года.

ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области в периоды с 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года. 25 марта 2012 года ФИО3 убыл в ФКУ ИК 12 УФСИН России по Волгоградской области для дальнейшего отбывания наказания.

Согласно камерной карточке, ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области с 11 августа 2011 года по 25 августа 2012 года в следующих камерах:

камера №33-пост №4 режимного корпуса №1 с 11 августа по 12 сентября 2011 года;

камера №36-пост №4 режимного корпуса №1 с 12 сентября 2011 года по 22 сентября 2011 года;

камера №37 пост №4 режимного корпуса №1 с 22 сентября 2011 года по 01 декабря 2011 года;

камера №40- пост №4 режимного корпуса №1 с 01 декабря 2011 года по 25 марта 2012 года.

Из справки освобождения, выданной ФКУ ИК-12 УФСИН России по Волгоградской области усматривается, что ФИО3, отбывал наказание в местах лишения свободы с 01 августа 2011 года по 31 июля 2014 года, освобожден по отбытии срока наказания по приговору Кумылженского районного суда Волгоградской области от 12 декабря 2011 года.

Разрешая требование административного истца о компенсации за ненадлежащие условия содержания, связанные с отсутствием в учреждении приточно-вытяжной вентиляции, суд приходит к следующим выводам.

В силу части 4 статьи 23 Федерального закона N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" все камеры обеспечиваются по возможности вентиляционным оборудованием.

Аналогичные правила предусмотрены пунктом 42 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденными приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. №189.

Согласно справке ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области все камеры режимного корпуса №1 оборудованы вентиляцией вытяжного типа. Вытяжные отверстия располагаются в стенах под потолком и ограждены металлическими решетками. Кроме того, во всех камерных помещениях корпуса №1 осуществляется естественная вентиляция путем проветривания через окна.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области копиями: фототаблица № 1 камера № 33,фототаблица № 2 камера № 33, фототаблица № 3 камера № 33, фототаблица № 4 камера № 33.

Согласно техническому паспорту здания служебно-бытовых помещений расположенное по адресу: г.Фролово Волгоградская область, ул.Хлеборобная, д.107 составленный по состоянию на 14 декабря 2010 года, в здании имеется вентиляция.

Оснований полагать, что представленные ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области доказательства являются недопустимыми или получены в нарушение закона, суд не усматривает.

На сотрудников уголовно-исполнительной системы, как государственных служащих, распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Таким образом, доводы административного истца в указанной части, по мнению суда, не нашли своего подтверждения. При этом доказательств ненадлежащего микроклимата в помещении либо ненадлежащей работы вентиляции в материалах дела не имеется.

Следует отметить, что за период содержания административного истца в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области ФИО3 не обращался с жалобами на ненадлежащие условия его содержания по данной части требований.

При таких обстоятельствах доводы истца об отсутствии приточно-вытяжной вентиляции являются необоснованными, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в части отсутствия приточно-вытяжной вентиляции в камерах.

Оценивая доводы административного истца в части ненадлежащих условий содержания, выразившихся в отсутствии горячего водоснабжения в камерах, суд приходит к следующему.

Нормами проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России), утвержденными приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28 мая 2001 г. № 161-дсп, были предусмотрены требования о подводке горячей воды к умывальникам, в том числе в камерах следственных изоляторов.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 15 апреля 2016 г. № 245/пр утвержден и введен в действие с 4 июля 2016 г. Свод правил «Следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования». Данный Свод правил зарегистрирован Росстандартом и имеет номер СП 247.1325800.2016.

Согласно пункту 1.1 указанного Свода правил, он устанавливает нормы проектирования и распространяется на строительство, реконструкцию, расширение, техническое перевооружение и капитальный ремонт зданий, помещений и сооружений, предназначенных для размещения и функционирования следственных изоляторов (СИЗО).

Положения настоящего свода правил не распространяются на объекты капитального строительства, проектная документация которых до вступления в силу настоящего свода правил получила положительное заключение государственной экспертизы, а также на документы территориального планирования и документацию по планированию территории, утвержденные до вступления в силу настоящего свода правил (пункт 1.2).

Пунктом 19.1 СП 247.1325800.2016 предусмотрено, что здания СИЗО должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330 («Внутренний водопровод и канализация зданий»), СП 31.13330 («Водоснабжение. Наружные сети и сооружения»), СП 32.13330 («Канализация. Наружные сети и сооружения»), СП 118.13330 («Общественные здания и сооружения»).

Согласно пункту 19.5 указанного Свода правил СП 247.1325800.2016, подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе к умывальникам в камерах.

В силу положений Федерального закона от 30 марта 1999 года №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

В судебном заседании достоверно установлено и не оспаривается представителем административных ответчиков, что камеры режимного корпуса ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области до настоящего времени не оборудованы системой горячего водоснабжения.

Вместе с тем, наличие горячего водоснабжение в камерах непосредственным образом касается обеспечения гуманных условий для содержания лиц, в отношении которых применена мера пресечения заключение под стражу, подозреваемых и осужденных и охраны здоровья людей с точки зрения соблюдения санитарно-эпидемиологических требований, создания благоприятных безопасных условий среды обитания, в связи с чем, эксплуатация объекта с нарушением указанных требований ведет к недопустимому риску для здоровья лиц, находящихся в зданиях ответчика.

Приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями обусловлено уровнем современных рисков потребностей, правил, а равно обеспечением санитарного благополучия, безопасных условий для обитания человека.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, следует, что задачей ФСИН является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Не оснащение помещений камеры, в которой содержался административный истец, горячим водоснабжением приводило к нарушению права административного истца.

Обеспечение подозреваемым (обвиняемым) и осужденным не менее одного раза в неделю помывки в банно-прачечном комбинате учреждения, где имеется централизованная подводка горячего водоснабжения, также не свидетельствует об обеспечении надлежащих условий содержания.

Поскольку обеспечение помещений СИЗО горячим водоснабжением, являлось и является обязательным, постольку неисполнение учреждением требований закона влечет нарушение прав подозреваемого, обвиняемого, осужденного на содержание в условиях надлежащего обеспечения его жизнедеятельности.

При этом суд исходит из того, что при разрешении административного дела стороной административного ответчика ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области не представлено доказательств отсутствия технической возможности исполнить требования санитарных правил.

Представителем ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области доказательств обеспечения административного истца горячей водой ежедневно с учётом потребности суду не представлено.

Обеспечение в камерах следственного изолятора мер компенсационного характера отсутствующему горячему водоснабжению в виде возможности иметь при себе, хранить, получать в посылках, передачах и приобретать электрокипятильники заводского изготовления или чайники электрические, не обеспечивали административному истцу его права по поддержание своего гигиенического состояния в надлежащем состоянии, возможности пользоваться горячей водой в гигиенических целях. Отсутствие обращений истца к администрации СИЗО с требованиями о выдаче горячей воды по мере необходимости не свидетельствует об обеспечении его горячим водоснабжением и об отсутствии нарушения его прав и законных интересов.

Таким образом, административный истец в течение периода содержания в следственном изоляторе с 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года был лишен возможности поддержания личной гигиены в удовлетворительной степени в связи с отсутствием в камерах ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области горячей воды, что вело к недопустимому риску повреждения его здоровья и причиняло ему нравственные и физические страдания.

При этом доводы представителя административных ответчиков о том, что у содержащихся в камерах лицах могут быть кипятильники или чайники, не свидетельствует об отсутствии нарушений прав истца, так как их наличие не может в полной мере восполнить ГВС для использования ее как для личной гигиены, так и собственного обслуживания.

С учетом изложенного, поскольку камеры, в которых содержался административный истец не оборудованы подводом горячего водоснабжения, что в ходе рассмотрения дела представителем ответчиков не отрицалось, суд приходит к выводу о том, что содержание административного истца в период с 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекло нарушение его прав и законных интересов, гарантированных законом, и является основанием для удовлетворения заявленных требований о признании действий по ненадлежащему содержанию незаконными.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что указанные ФИО3 нарушения, выразившиеся в непредставлении горячего водоснабжения, в непродолжительный период его пребывания в следственном изоляторе с 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года, не могут быть признаны существенными, так как не повлекли неблагоприятные для административного истца последствия, что, в частности, подтверждается отсутствием жалоб в надзорные и контролирующие органы, то есть не причинили ему нравственных или физических страданий в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, в связи с чем, правовые основания для удовлетворения требований в части взыскания компенсации за ненадлежащие условия содержания, выразившиеся в отсутствия горячего водоснабжения, в период с 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года, отсутствуют.

Данный вывод согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", о том, что суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц.

Разрешая заявление административных ответчиков о пропуске срока на обращение в суд с административным иском суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 2 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд, в том числе, выясняет, соблюдены ли сроки обращения в суд.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В силу положений пунктов 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одними из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6 и статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Пропуск срока на обращение в суд сам по себе не является достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления без надлежащего исследования фактических обстоятельств дела и проверки законности оспариваемых административным истцом действий и решений.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Согласно статье 95 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропустившим установленный настоящим Кодексом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен. В случаях, предусмотренных названным кодексом, пропущенный процессуальный срок не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Федеральный закон от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предусмотревший возможность взыскания компенсации за нарушение условий содержания под стражей, вступил в силу 27 января 2020 г.

Изложенное свидетельствует о том, что за компенсацией, установленной Федеральным законом от 27 декабря 2019 года №494-ФЗ в порядке, предусмотренном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, вправе обратиться любое лицо, оспаривающее условия содержания и находящееся на момент вступления в силу указанного Закона в местах лишения свободы, а также в течение трех месяцев после освобождения (но не ранее 27 января 2020 г.).

Как следует из материалов дела, административный истец оспаривает условия содержания под стражей за период 11 августа 2011 года по 25 марта 2012 года, поэтому у него имелась возможность обратиться с административным иском в течении трех месяцев с 27 января 2020 года, поскольку нарушение его прав прекратилось 31 июля 2014 года.

Согласно справке об освобождении ФИО3 освобожден по отбытию срока наказания 31 июля 2014 года по приговору Кумылженского районного суда Волгоградской области от 12 декабря 2011 года.

Вместе с тем в суд административный истец обратился 19 января 2023 года, спустя продолжительный период времени, уважительности причин пропуска срока исковой давности не представил.

Своевременность подачи административного искового заявления зависит исключительно от волеизъявления административного истца, наличия у него реальной возможности действий и не была обусловлена причинами объективного характера, препятствовавшими или исключавшими реализацию им права на судебную защиту в срок, установленный законом.

Гарантированное Конституцией Российской Федерации право на судебную защиту должно быть добросовестно реализовано лицом в пределах срока, установленного законодателем, а пропущенный срок может быть восстановлен судом только по заявлению административного истца и при наличии уважительных причин.

Таким образом, административным истцом пропущен срок обращения в суд, предусмотренный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

При таких обстоятельствах пропуск срока для обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.175-180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административному исковому заявлению ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области, УФСИН России по Волгоградской области, ФСИН России о признании условий содержания в исправительном учреждении ненадлежащими и присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Волгоградский областной суд через Фроловский городской суд Волгоградской области.

Мотивированное решение суда в окончательной форме составлено 25 мая 2023 года.

Судья Е.В.Карпухина