Решение по делу № 2-1615/2025 от 23.07.2025 - о признании завещания недействительным, признании недостойным наследником, признании отказа от принятия наследства недейтвительным, включении в наследственную массу, признании права собственности.

Дело № 2-1615/2025

УИД 78RS0023-01-2024-007076-80

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Санкт-Петербург 16 июня 2025 года

Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кривилёвой А.С.,

при секретаре Сидоровой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетней ФИО17, о признании завещания недействительным, признании недостойным наследником, признании отказа от принятия наследства недейтвительным, включении в наследственную массу, признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

Истцы указали, что 05.01.2024 умер ФИО4, наследниками первой очереди которого являются его родители – истцы, супруга и дочь – ответчики. После его смерти стало известно, что имеется завещание, на основании которого всё имущество завещано его супруге и дочери. С данным завещанием истцы не согласны, так как оно было составлено за 2,5 недели до его смерти, при этом наследодатель был болен онкологическим заболеванием. На момент и до оформления завещания он получал назначенное лечение. О своей воле оформить завещание ранее он не сообщал. Истцы полагали, что составленное завещание подлежит признанию недействительным, поскольку действия совершались по месту жительства супруги наследодателя, когда она понимала, что муж не осознавал, что подписывает, находился в тяжелом состоянии здоровья, в ущерб интересов иных наследников и кредиторов, поэтому подлежит признанию недостойным наследником и отстранению от наследования. Указанное направлено не только на нарушение прав кредиторов наследодателя и родителей, но и по своей сути направлено на создание конфликтной ситуации, затрядняющей реализацию прав иных собственников в данной квартире, возможность выдела доли в натуре невозможна ввиду её небольшого размера. На основании чего, истцы присили признать завещание недействительным, признать недостойным наследником супругу наследодателя ФИО3, признать недействительным отказ от принятия наследства, подписанный ФИО1 от 22.04.2024, включить в наследственную массу квартиру <адрес>, и определеить право собственности по долям (л.д. 2-6, 1 том).

Истцы в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, доверили представлять свои интересы в суде представителю ФИО18 которая в судебное заседание явилась, поддержала иск, просила его удовлетворить.

Ответчик, действующая за себя и в интересах несовершеннолетней ФИО19 в судебное заседание не явилась, извещена, доверила представлять свои интересы в суде представителю ФИО5, который в судебное заседание явился, с иском не согласился по доводам письменных возражений, просил в удовлетворении иска отказать.

Третьи лица в судебное заседание не явились, о дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Суд, руководствуясь ч. 3, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

На основании ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Из разъяснений пунктов 21, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ. Завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (п. 2 ст. 1118 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент выдачи завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Из материалов дела следует, что 05.01.2024 умер наследодатель ФИО4

Наследниками первой очереди ФИО4 являются его супруга ФИО3 и несовершеннолетняя дочь ФИО20 а также родители ФИО2 и ФИО1 Указанные лица обратились в шестимесячный срок после смерти наследодателя к нотариусу.

Наследственное имущество состоит из 1/3 доли в квартире <адрес>

Истец ФИО1 написал заявление об отказе от причитающегося ему по всем основаниям наследства в пользе матери наследодателя – истца ФИО2 (оборот л.д. 67, 1 том), впоследствии, данное заявление отозвал, указав в заявлении от 04.07.2024 о том, что принимает наследство по всем основаниям после смерти своего сына (л.д. 68-69, 1 том).

Судом установлено, что 13.12.2023 наследодатель ФИО4 составил завещание 78АВ4808498 о том, что завещает свою 1/3 долю в указанной выше квартире дочери ФИО21 а всё остальное имущество – супруге ФИО3 Завещание достоверено нотариусом ФИО6, ввиду болезни наследодателя подписано по его просьбе рукоприкладчиком ФИО22 (л.д. 69-70, 1 том).

С данным завещанием истцы не согласны, сослались на наличие тяжелого онкологического заболевания у наследодателя.

В ходе судебного разбирательства на запрос суда нотариус ФИО6 представила ответ о том, что 12.12.2023 к ней в контору обратилась ФИО3 с просьбой осуществить выезд нотариуса для совершения нотариального действия вне помещения нотариальной конторы её супругом ФИО4, который в связи с болезнью не может сам прийти к нотариусу. 13.12.2023 нотариусом был осуществлен выезд на дом к ФИО4 по месту его нахождения по адресу: <адрес>. Придя в квартиру, нотариус пошла в комнату, где лежат наследодатель. Всех остальных граждан, кто в тот момент находился в квартире, нотариус попросила выйти из комнаты и закрыть дверь. Личность наследодателя была установлена нотариусом на основании предъявленного паспорта, после чего она с ним поговорила наедине. Несмотря на физическую слабость, в связи с заболеванием, он находился в здравом уме и твердой памяти. В разговоре он сообщил, что у него онкологическое заболевание и он хочет составить завещание, согласно которому 1/3 доли в квартире оставить дочери, и все остальное имущество – супруге. Также он сообщил, что несмотря на тяжесть своего заболевания, он не находится под действием сильнодействующих лекарств. После этого разговора у нотариуса не возникло сомнений в его дееспособности и волеизъявлении. После чего нотариусом была приглашена в комнату ФИО23 рукоприкладчик. После прочтения в присутствии ФИО24 вслух текста завещания, завещание было подписано рукоприкладчиком и удостоверено нотариусом (л.д. 37, 2 том).

По ходатайству представителя ответчика в суде допрошена в качестве свидетеля ФИО25 предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетеля и за отказ от них (л.д. 143, 145-147, 2 том).

ФИО26 пояснила, что в декабре 2023 ей позвонила Юлия с просьбой стать рукоприкладчиком для её мужа, на что она согласилась. Она приехала на квартиру на <адрес>, где лежал её супруг. Они ждали нотариуса, но пришла его мать с несколькими фруктиками. Потом подошла нотариус, они зашли к Алексею, и он попросил мать уйти. По тону было понятно, что он недоволен тем, что мать здесь. Нотариус попросила всех выйти, что они и сделали. Нотариус побеседовала с Алексеем наедине, потом позвала свидетеля. Она зачитала завещание вслух и разъяснила его суть вслух, после чего свидетель подписалась. Она подписала еще согласие на разрешения снятия с банка денежных средств. Потом они вышли из комнаты. Алексей всех людей, зашедших в тот день в квартиру, узнавал. Он не высказывал никаких возражений, когда свидетель подписывалась в документах. У Алексея тряслись руки, он пытался самостоятельно подписаться, даже тренировался, но судя по всему, ничего не вышло. Алексей неуверенно держал стакан, будто боится его уронить. При свидетеле Юлия не давала мужу никаких лекарств. Алексей всегда был адекватен, даже когда потом она навещала его в хосписе. Свидетель также помогала ему для сына Юлии купить приставку, он хотел оставить ему что-то после себя. У дочери Юлии ДЦП, она все понимает, но волю свою сама изъявить не может.

По ходатайство представителя истцов в суде допрошены в качестве свидетелей ФИО27 предупрежденные об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний свидетелей и за отказ от них (л.д. 110, 112-113, 127, 129-120, 2 том).

ФИО28 пояснил, что последний раз видел Алексея перед смертью за 3 часа в январе 2023 года в Хосписе. Также они с товарищем заходили к нему за месяц до смерти в гости, посидели часик и уехали. Потом звонили Алексею, спрашивали о его состоянии, он ответил, что все в порядке и ничего не нужно. Последний раз, когда его видели, он уже еле двигался, его вел отец. Опухоль давила ему на ребра. Последние 5 лет практически они не общались, пока не узнали про его болезнь. Свидетель узнал про его болезнь, и они с друзьями зашли в гости навестить Алексея, к тому моменту он уже болел год. В конце сентября они ждали его на улице, и там видели, как он выходит с такси, и потом поднялись в квартиру, где находились около часа. У него была заторможенная речь, если сранивать с тем, как он говорил раньше. Пока он снимал бинты, практически стонал от боли. Он тянул предложения.

ФИО29 сообщил, что видел Алексея последний раз 05.01.2023 в хосписе, который находится за Колпино. Он не разговаривал уже к этому моменту. Перед этим свидетель видел его 01.11.2023. У свидетеля в этот день родился ребенок, они обмывали его ножки, были рядом с домом Алексея и зашли, а его не оказалось дома. Потом дядя Саша привез его с больницы. Свидетель знаком с Алексеем с 1998 года и в школе познакомился с его друзьями, попали в общую компанию. Дядя Саша вывел его под руку из такси, они привели его в квартиру, уложили на кровать. Он обычно говорил, а тут не мог. Была заторможенная реакция. В беседе он не участвовал, скорее слушал. Они с друзьями созванивались с его родителями, вот так узнали, что он в хосписе и поехали туда. Это было днем 05.01.2023 года. Он пытался говорить, но уже не мог. О смерти узнали тем же вечером. До 01 ноября видел его летом. Раньше часто общались, потом у него появилась жена и стали реже. С 2018-2019 года общались по работе, а потом стали примерно раз в год.

Оценивая свидетельские показания, суд полагает, что по рассматриваемому спору данными показаниям могут быть только установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают. Соответственно свидетельские показания не могут являться определяющими для суда по вопросу о том, имел ли умерший возможность при жизни руководить своими действиями и осознавать их последствия в момент выдачи оспариваемого завещания. При этом суд учитывает, что показания свидетелей не свидетельствуют о том, что наследодатель был неадекватным и не понимал происходящее вокруг себя.

В целях проверки доводов истца об отсутствии у ФИО4 на момент составления завещания 13.12.2023 способности понимать значение своих действий и руководить ими, назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6» от 22.04.2025 № 1969.1085.2 данных о наличии у ФИО7 какого-либо верифицированного психического расстройства на момент составления им засещания от 13.12.2023 отсутствуют. <данные изъяты>

<данные изъяты>

У суда нет оснований ставить под сомнение выводы судебной экспертизы, поскольку она проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов, с учетом требований действующих норм и правил; при даче заключения приняты во внимание имеющиеся в материалах дела документы, медицинская документация, свидетельские показания, объяснения сторон; экспертному исследованию подвергнут необходимый и достаточный материал. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложною заключения.

Выводы судебных экспертов являются конкретными, не носят предположительного характера, и подкреплены проведенным исследованием. Данные выводы сделаны лицами, имеющими длительный стаж экспертной работы, сомнений в компетенции, а равно объективности и беспристрастности экспертов у суда не имеется.

Вопреки доводам представителя истцов назначенная судом экспертиза проведена в соответствии с требованиями статей 84, 87 ГПК РФ, заключение экспертов выполнено исходя из положений статьи 86 ГПК РФ. Оснований для назначения повторной или дополнительной экспертизы, в том числе, комплексной, не имеется, поскольку такая экспертиза в соответствии с ч. 2 ст. 87 ГПК РФ назначается в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения. Само по себе несогласие стороны истцов с выводами экспертов не может являться основанием для назначения повторной экспертизы.

При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение экспертов отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, не противоречат совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют.

Оценивая в совокупности заключение экспертов и добытые в ходе судебного разбирательства доказательства, в том числе свидетельские показания, суд приходит к выводу о том, что наследодатель в юридически значимый момент – составление и подписание завещания, несмотря на развитие у него онкологического заболевания, был вменяемым, адекватным, психических расстройств у него не наблюдалось, вплоть до смерти. Как указали эксперты, начиная с 19.12.2023 у него имеются указания <данные изъяты>, то есть после юридически значимого периода.

В наруашение положений ст. 56 ГПК РФ сторона истцов не предствила суду допустимых, относимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что наследодатель на момент составления завещания не мог понимать характер своих действий и руководить ими. Доказательств порока воли наследодателя истцами не приведено, доказательств того, что воля наследодателя не была направлена на то, чтобы завещать принадлежащее ему имущество не супруге и несовершеннолетней дочери, а иным лицам, суду не представлено.

Поскольку доказательств того, что в момент совершения оспариваемого завещания, у наследодателя произошло такое ухудшение состояния здоровья, которое лишало бы его способности понимать значение своих действий или руководить ими, истцами не представлено, а одни только утверждения истцов, основанием для критической оценки доказательств являться не могут, суд прихдит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1177 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Из разъяснений в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду следующее:

а) указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы);

б) вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

По смыслу приведенных выше законоположений для признания наследника недостойным необходимо установление факта совершения им умышленных противоправных действий, направленных против наследодателя или кого-либо из его наследников. Такие действия должны способствовать призванию совершившего их лица к наследованию либо увеличению доли такого лица в наследстве. При этом указанные действия могут быть подтверждены только процессуальными документами, которыми являются, в зависимости от характера противоправных действий, вступившие в законную силу судебные акты - приговор по уголовному делу либо решение суда по гражданскому делу, подтверждающее факт совершения наследниками противоправных действий.

Доказательств того, что ответчик совершила какие-либо умышленные и противоправные действия в отношении наследодателя суду не представлено, как и не представлено, что ответчик злоустно уклонилась от содержания наследодателя, возложенного на неё решением суда.

Тот факт, что на момент соствления завещания оба супруга находились в процедурах банкротства, не свидетельствует о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. 1177 ГК РФ.

Остальные заявленные исковые требования производны от первоначальных требований.

На основании указанных положений законодательства в соответствии с представленными по делу доказательствами, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о недоказанности исковых требований и о возможности оставления их без удовлетворения в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 к ФИО3, действующей за себя и в интересах несовершеннолетней ФИО30, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 23.07.2025