УИД 50RS0№-27

Дело № 2-7382/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 октября 2022 г.

г.о. Люберцы Московской области

Люберецкий городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Баринова С.Н.,

при секретаре судебного заседания Новиковой М.Е.

с участием помощника Люберецкого городского прокурора Московской области Кулаковской О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5 об определении порядка пользования жилым помещением, устранении препятствий в пользовании жилым помещением, выселении, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4, ФИО5 об определении порядка пользования квартирой №, расположенной по адресу: <адрес>, выделив в пользование ФИО1, ФИО2 комнату № площадью 11,8 кв.м, в пользование ФИО3 комнату № площадью 16,5 кв.м, в пользование ФИО5 комнату № площадью 16,8 кв.м, места общего пользования оставив в совместном пользовании; возложении на ФИО3 обязанности демонтировать камеры видеонаблюдения, незаконно установленные в жилом помещении, и не чинить ФИО1, ФИО2 препятствия в пользовании жилым помещением - квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, выселении ФИО4 из вышеназванной квартиры, взыскании с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО1, ФИО2 компенсации морального вреда в размере по 20 000 руб., солидарно в пользу каждого из истцов, возмещении расходов на оплату юридических услуг в размере 5 000 рублей, на уплату госпошлины в размере 600 рублей, на отправление почтовой корреспонденции в размере 1383 рублей 04 копеек.

Иск обоснован тем, что ФИО1, ФИО2 являются собственниками жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>. Каждому из истцов принадлежит по 13/100 доли в праве общей долевой собственности на квартиру. Другими собственниками квартиры являются ФИО3 и ФИО5, которым принадлежит по 37/100 доли в спорной квартире. Квартира состоит из трех изолированных жилых комнат, а также помещений общего пользования. Между проживающими в квартире лицами фактически сложился следующий порядок пользования: ФИО1 и ФИО2 занимают комнату № площадью 11,8 кв.м, ФИО3 и его супруга ФИО4 занимают комнату № площадью 16,5 кв.м,,, ФИО5 занимает комнату № площадью 16,8 кв.м. Истцы занимают комнату № с момента приобретения доли в квартире - с начала 2015 г. ФИО2 в комнате проживает постоянно, а ее мать - ФИО1 периодически приезжает. Во всех комнатах на момент приобретения комнаты № уже были установлены замки в дверях. На время приобретения истцами доли в спорной квартире, ФИО5 уже был собственником своей доли и дверь занимаемой им комнаты также была оборудована замком. ФИО6 приобрел свою долю в конце 2020 г., а вселился в начале 2021 <адрес> к нему в комнату переехала его супруга ФИО4 Таким образом, порядок пользования квартирой между всеми ее собственниками сложился, а двери всех трех комнат оборудованы замками. В квартире постоянно зарегистрированы 5 человек: истцы, ФИО3, ФИО5 и его несовершеннолетняя дочь, однако, состав фактически проживающих лиц отличается. В квартире проживают истцы, ФИО3 и его супруга ФИО4, ФИО5 со своей дочерью в спорной квартире не проживают; комната № постоянно заперта на замок. По утверждению истцов, ФИО3 и ФИО4, в значительной степени последняя, препятствуют нормальному проживанию истцов в квартире. В частности, ФИО4 является очень конфликтным человеком, постоянно ищет повод устроить скандал в квартире, в т.ч. с применением физической силы. Кроме того, она периодически и умышленно выводит из строя бытовую технику истцов, находящуюся в помещениях общего пользования. К примеру, она перерезает шланги стиральной машины, находящейся в ванной, не бережно пользуется иной техникой, газовой колонкой нагрева воды и <адрес> ФИО3 и ФИО4 самовольно и по своему усмотрению производят ремонт в квартире без согласования с остальными собственниками. В феврале 2022 г. ФИО4 и ФИО3 незаконно установили камеру видеонаблюдения на кухне, затем в начале апреля 2022 г. они же незаконно установили камеру видеонаблюдения в коридоре непосредственно направленную на вход в комнату №, занимаемую истцами. Истцы своего согласия на подобные действия никому, в т.ч. ФИО3 и ФИО4, не давали; видеонаблюдение нарушает права истцов на неприкосновенность частной жизни. Своими незаконными действиями ФИО3 и ФИО4 причинили и продолжает причинять истцам нравственные страдания, поскольку истцы не могут чувствовать себя комфортно в обстановке постоянного наблюдения, нескончаемых скандалов, невозможности нормального использования мест общего пользования. Размер моральных страданий истцы оценивают в сумме по 20 000 руб. на каждого. До момента предъявления иска, порядок пользования спорной квартирой между всеми ее нынешними собственниками в судебном порядке не определялся. Поскольку ответчик ФИО4 была вселена в спорную квартиру без согласия остальных собственников, она не имеет права пользования и проживания в указанной квартире и подлежит выселению из нее.

Ответчики исковые требования не признали.

ФИО1 и ФИО2 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным исковом заявлении.

ФИО5 в судебное заседание явился, не возражал против удовлетворения исковых требований, объяснил, что между сторонами, действительно, сложился порядок пользования спорной квартирой, указанный в исковом заявлении, в квартире установлены две камеры в местах общего пользования, кем именно, ответчику не известно; ФИО4 выражала угрозы, что всех выселит в присутствии участкового уполномоченного полиции; при нахождении в спорном жилом помещении фактов рукоприкладства между другими жильцами не наблюдал, имели место оскорбления.

ФИО3, ФИО4, действующая также в интересах несовершеннолетней ФИО7, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства; представили возражения, согласно которым, исковые требования считают необоснованными, утверждая, что инициатором всех конфликтов является ФИО1, со стороны последней имело место нанесение побоев ФИО4; камеры были установлены по рекомендации участкового уполномоченного полиции; ФИО4 имеет право пользования квартирой как сособственник, поскольку доля в праве общей долевой собственности на нее приобретена ФИО3 и ФИО4 в период брака.

Суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц в порядке, установленном ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав объяснения явившихся лиц, посмотрев видеозаписи, заслушав аудиозаписи, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника Люберецкого городского прокурора Московской области о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, в части выселения исковые требования удовлетворению не подлежат, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ввиду следующего.

В силу положений ч. 4 ст. 3 Жилищного кодекса РФ никто не может быть ограничен в праве пользования жилищем, в т.ч. в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены указанным кодексом, другими федеральными законами.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ в Российской Федерации гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина. В силу статьи 3 Жилищного кодекса РФ (далее - ЖК РФ) никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем, в т.ч. в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены указанным кодексом, другими федеральными законами. Указанной нормой закреплен принцип недопустимости произвольного ограничения права на получение коммунальных услуг, которое неразрывно связано с правом на жилище, гарантированным Конституцией РФ (ст. 40).

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ" от ДД.ММ.ГГ N 14 отмечается, что принцип недопустимости произвольного лишения жилища предполагает, что никто не может быть выселен из жилого помещения или ограничен в праве пользования им, в т.ч. в праве получения коммунальных услуг, иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ЖК РФ, другими федеральными законами.

При этом положения части 4 статьи 3 ЖК РФ о недопустимости произвольного лишения жилища, под которым понимается лишение жилища во внесудебном порядке и по основаниям, не предусмотренным законом, действуют в отношении любых лиц, вселившихся в жилое помещение.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных Жилищным Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности. В соответствии с этим жилищные права и обязанности возникают в результате приобретения в собственность жилых помещений по основаниям, допускаемым федеральным законом.

Судом установлено, что право собственности ФИО3 на долю в праве общей долевой собственности на <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>, возникло в период брака со ФИО4 (л.д. 12, 70, 71).

Пунктами 1 и 2 СК РФ установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Доказательств, подтверждающих изменение ФИО3 и ФИО4 законного режима имущества супругов, истцами не представлено.

При таких обстоятельствах, оснований для прекращения права пользования ФИО4 спорным жилым помещением не имеется.

В силу п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан (ч. 2 ст. 1 ЖК РФ).

В соответствии со ст. 244 Гражданского кодекса РФ имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность).

В соответствии с п. 1 ст. 247 Гражданского кодекса РФ владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия — в порядке, устанавливаемом судом.

Как разъяснено в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от ДД.ММ.ГГ "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" невозможность раздела имущества, находящегося в долевой собственности, в натуре либо выдела из него доли не исключает права участника общей долевой собственности заявить требование об определении порядка пользования этим имуществом, если этот порядок не установлен соглашением сторон. Разрешая такое требование, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

Судом установлено, что спорная квартира состоит из трех изолированных комнат, оборудованных запирающими устройствами, и мест общего пользования – кухни, 7.4 кв.м, туалета, 1,6 кв.м, ванной, 3,4 кв.м, двух коридоров, 3,3 кв.м. и 4,3 кв.м (л.д. 16, 17).

Согласно объяснениям сторон, в спорной квартире ФИО1 и ФИО2 занимают комнату № площадью 11,8 кв.м, ФИО3 и его супруга ФИО4 занимают комнату № площадью 16,5 кв.м,, ФИО5 занимает комнату № площадью 16,8 кв.м.

Учитывая, что порядок пользования между сторонами жилыми помещениями в спорной квартире фактически сложился, суд приходит к выводу о том, что исковые требования об определении порядка пользования спорной квартирой являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме.

Достоверных доказательств, подтверждающих чинение ФИО3 и ФИО4 препятствий истцам в пользовании спорным жилым помещением, последними в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ не представлено – ни аудио-, ни видеозаписями, ни представленными постановлениями об отказе в возбуждении уголовных дел такие обстоятельства не подтверждаются, в связи с чем исковые требования о возложении обязанности названных ответчиков не чинить препятствия в пользовании спорным жилым помещением удовлетворению не подлежат.

В возражении ФИО3 и ФИО4 фактически подтверждено, что ими в коридоре (помещение №) и кухне (помещение №) спорной квартиры установлены камеры видеонаблюдения (л.д. 61 оборот).

Нахождение данного оборудования на момент рассмотрения дела в местах общего пользования в спорной квартире также подтверждается объяснениями сторон, представленными истцом фотографиями.

Поскольку согласия на установку камер видеонаблюдения иные сособственники спорного жилого помещения ФИО3 и ФИО4 не давали, камеры установлены в местах общего пользования, камера, установленная в коридоре, направлена на дверь в комнату №, находящуюся в фактическом пользовании истцов, суд считает обоснованными требования о возложении на ФИО3 и ФИО4 обязанности по их демонтажу.

Судом также установлено, что ФИО4 неоднократно допускала оскорбительные и нецензурные выражения а также угрозы в адрес истцов, что подтверждается исследованными в судебном заседании аудио- и видеозаписями.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 УК РФ, статьи 150, 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ №).

Суд с учетом установленных по делу обстоятельств, в том числе учитывая поведение сторон, степень физических и нравственных страданий истцов, неоднократность и продолжительность допущенных ФИО4 высказываний в отношении каждого из истцов и обстоятельства, при которых эти высказывания имели место, считает отвечающим принципам разумности и справедливости определить ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей, ФИО2 – в размере 6000 рублей, которые подлежат взысканию со ФИО4 В остальной части исковые требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат ввиду недоказанности причинения ФИО3 физических и нравственных страданий истцам, отсутствия оснований для взыскания со ФИО4 компенсации морального вреда в большем размере.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу расходы.

ФИО1 понесены расходы на уплату государственной пошлины в сумме 1200 рублей (л.д. 9, 34-36) и на оплату юридических услуг в размере 5000 рублей (л.д. 27).

Расходы на оплату юридических услуг (составление адвокатом искового заявления) суд признает обоснованными, отвечающими требованиям разумности и справедливости.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек в силу разъяснений, содержащихся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» применению не подлежат.

Поскольку одно требование неимущественного характера ФИО1, два требования имущественного характера, не подлежащие оценке, удовлетворены, в том числе в части, из них два к ФИО3 и ФИО4, одно к ФИО4, со ФИО4 в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы на уплату государственной пошлины в размере 600 рублей (300+150+150), а также расходы на оплату юридических услуг в размере 2667 рублей; с ФИО3 - расходы на уплату государственной пошлины в размере 300 рублей (150+150), расходы на оплату юридических услуг в размере 1333 рублей.

Поскольку ФИО2 государственная пошлина за требование о компенсации морального вреда не уплачена, со ФИО4 в доход бюджета муниципального образования г.о. Люберцы Московской области на основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Поскольку предъявление иска не обусловлено нарушением или оспариванием прав истцов со стороны ФИО5 в силу разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» оснований для возложения на данного ответчика бремени возмещения судебных расходов не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, ФИО2 паспорт гражданина Российской Федерации серии № к ФИО3, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, ФИО4, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, ФИО5, паспорт гражданина Российской Федерации серии №, удовлетворить частично.

Определить порядок пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес>, определив в пользование ФИО1, ФИО2 жилую комнату №, площадью 11,8 кв.м, ФИО3 и ФИО4 жилую комнату №, площадью 16,5 кв.м, ФИО5 жилую комнату №, площадью 16,8 кв.м. Иные помещения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, оставить в общем пользовании ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5.

Возложить на ФИО3 и ФИО4 обязанность демонтировать камеры видеонаблюдения, расположенные в коридоре (помещение №) и кухни (помещение №) квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Взыскать со ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей, расходы на уплату государственной пошлины в размере 600 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 2667 рублей.

Взыскать со ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 6000 рублей.

Взыскать со ФИО4 в доход бюджета муниципального образования г.о. Люберцы Московской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы на уплату государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 1333 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

«решение изготовлено в окончательной форме 7 ноября 2022 г.»

Судья

С.Н. Баринов