Дело №2-16/2023
УИД 10RS0016-01-2022-005825-52
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
25 июля 2023 года г. Сегежа
Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Яшковой И.С.,
с участием прокуроров Герасимовой А.А., ФИО1,
при секретаре Дьячук А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4 о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда,
установил:
Иск мотивирован тем, что ХХ.ХХ.ХХ. истец обратилась в стоматологическую клинику ИП ФИО4 с жалобой на 24 зуб, а именно реакцию на температурные раздражители. После визуального осмотра врач поставила диагноз: острый глубокий кариес и разрушение зуба до ?, проведено лечение. ХХ.ХХ.ХХ. истец повторно обратилась в указанную стоматологическую клинику для продолжения лечения по плану, а также с жалобами на ноющие боли в залеченном 24 зубе. По рекомендации врача была заменена зубная паста, но боли в 24 зубе не прекратились. ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 обратилась в стоматологическую клинику «Dentist» (ИП ФИО3) для лечения 35 зуба. ХХ.ХХ.ХХ. была проведена рентгенография 24 зуба, проведено его лечение. ХХ.ХХ.ХХ. истец предъявила жалобы на пульсирующие боли в 24 зубе, проведено его лечение. ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 сообщила врачу, что боли в 24 зубе не прошли, ХХ.ХХ.ХХ. – предъявила жалобы на боли в 24 зубе при надкусывании пищи. ХХ.ХХ.ХХ. после жалобы на боли в 24 зубе и солоноватость в области этого зуба врач сделала укол «Дексметазон» в 24 зуб, проведено лечение 26 зуба, ХХ.ХХ.ХХ. был сделан повторный укол, вскрыт 24 зуб, назначен очередной прием на ХХ.ХХ.ХХ.. ХХ.ХХ.ХХ. была поставлена временная пломба. ХХ.ХХ.ХХ. в клинике «Кардент» был сделан снимок, врач сообщил о частичном отсутствии костной ткани в области корня 24 зуба, а также наличии кисты в корне 26 зуба. 24 и 26 зубы были удалены, на их место вставлены импланты. Истец на протяжении длительного времени испытывала нравственные страдания, сильные боли, лишилась 24 зуба, произошла убыль костной ткани. Кроме того, истец оплатила в ООО «Кардент» 750 руб. за консультацию, 6300 руб. за протезирование. По изложенным основаниям истец просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда 200000 руб., материальный ущерб 7050 руб.
Судом в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ПАО «САК «Энергогарант», ООО «КарДент», ГБУЗ Республики Карелия «Сегежская центральная районная больница».
В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, уведомлена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания. Представитель истца ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что лечение произведено в рамках полиса добровольного медицинского страхования.
Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО7, действующий на основании ордера, полагали исковые требования не подлежащими удовлетворению.
Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, уведомлен надлежащим образом. Его представитель ФИО8, действующая на основании ордера, против удовлетворения иска возражала.
Иные лица в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом.
Заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав представленные доказательства, обозрев медицинские документы в отношении ФИО2, суд приходит к следующим выводам.
Право на охрану здоровья относится Конституцией Российской Федерации к числу основных прав человека.
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в пунктах 25, 26, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Судом установлено, что ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 обратилась в Стоматологическую клинику ИП ФИО4 с жалобами в области 24 зуба. При осмотре установлены мягкий зубной налет, минерализованные зубные отложения на резцах и клыках, гингивит (воспаление слизистой оболочки десен), 24 зуб - пломба, зуб устойчив, слизистая оболочка в области зуба бледно-розового цвета, на окклюзионно-дистальной поверхности зуба глубокая кариозная полость, края подрыты, стенки и дно образованы размягченным слабопигментированным дентином, зондирование дна болезненно, перкуссия отрицательная, холодовая проба положительна, следовая реакция не выражена, пальпация в области зуба безболезненна, после препарирования кариозной полости дно и стенки светлые, плотные, зуб разрушен до 1/2, сообщение с пульпарной камерой не выявлено. После осмотра выставлен диагноз «Острый глубокий кариес окклюзионно-дистальной поверхности 24 зуба. К02.1. (II класс по Блэку)», произведено лечение кариеса. После лечения даны рекомендации, соответствующие выставленному диагнозу: наблюдение за зубом, при возникновении боли эндодонтическое лечение (лечение в зоне полости зуба, которое проводится, в том числе, при пульпите), санация полости рта.
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 вновь обратилась в клинику ИП ФИО4 с жалобами на кратковременную болезненность 24 зуба от холодовых раздражителей, в ночное время зуб не беспокоил. При осмотре 24 зуб устойчив, слизистая в области зуба бледно-розовая, перкуссия отрицательная, на окклюзионно-дистальной поверхности пломба, герметизация не нарушена, в пришеечной зоне при проведении температурной пробы имеется незначительная чувствительность от холодового раздражителя, без следовой реакции, пальпация без особенностей. После осмотра выставлен диагноз «Гиперестезия (повышенная чувствительность) 24 зуба».
ХХ.ХХ.ХХ. истец обратилась в Стоматологическую клинику ИП ФИО3 по поводу дистального глубокого кариеса 35 зуба, произведено лечение. В зубной формуле на данную дату указано: «24 зуб пульпит, пломба». При этом сведений о жалобах и объективном статусе 24 зуба не отмечено.
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 предъявила жалобы на боль и попадание пищи между 24 и 25 зубами, на ноющие боли в верхней челюсти слева после того, как отошло действие обезболивающего (лечение 25 зуба в эту же дату). При осмотре установлено, что на дистальной поверхности 24 зуба пломба, реакция на холод положительная, перкуссия безболезненная. Также в записи указано «на рентгенограмме 24 зуб не депульпирован». После осмотра выставлен диагноз «Дистальный острый очаговый пульпит 24 зуба», произведено лечение по программе пульпита: трепанация полости зуба, депульпин (пастообразное средство, применяемое для умерщвления пульпы зуба), клип (композитный материал для наложения временных пломб).
ХХ.ХХ.ХХ. лечение было продолжено: удалена временная пломба, произведена механическая и медикаментозная обработка корневых каналов, временная пломбировка корневых каналов септомиксином (препарат с антибактериальным и противовоспалительным эффектом) и ХХ.ХХ.ХХ. завершено: произведена механическая и медикаментозная обработка корневых каналов, окончательная пломбировка корневых каналов и дефекта коронки.
Также нарушение своих прав на получение квалифицированной медицинской помощи истец связывает с лечением 26 зуба.
Установлено, что при обращении за медицинской помощью в Стоматологическую клинику ИП ФИО4 каких-либо сведений о жалобах и лечении 26 зуба не отмечено.
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 обратилась в Стоматологическую клинику ИП ФИО3 В медицинской карте имеется запись «26 зуб кариес и периодонтит», однако, какие-либо жалобы, объективный статус, проведенное лечение или рекомендации на данную дату не отмечены. Показания к неотложному лечению 26 зуба (жалобы, признаки острого гнойного процесса) - в карте не указаны.
ХХ.ХХ.ХХ. и ХХ.ХХ.ХХ. при обращении в клинику ИП ФИО3 жалобы на 26 зуб не отмечены. По результатам рентгенографии от данных двух дат - визуализируются пломбировочный материал в полости зуба, кариозная полость и расширение периодонтальной щели (признак периодонтита). Лечение 26 зуба в данные даты не проводилось, что могло быть обусловлено как отсутствием жалоб, так и оговоренным планом лечения (очередности лечения пораженных зубов) при обращениях за стоматологической помощью, в том числе, на платной основе (является обычной практикой).
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 обратилась в Стоматологическую клинику ИП ФИО3 с жалобами на периодические ноющие боли в 26 зубе и боль при накусывании; при осмотре зуб под старой пломбой, перкуссия слегка болезненная; на рентгенограмме на верхушке корней затемнение в виде гранулем. Выставлен диагноз, соответствующий жалобам, клинике и рентгенологическим данным: «Медиальный хронический гранулирующий периодонтит 26 зуба». Произведен рентгенологический контроль. Далее записи о следующем посещении пациентки для продолжения лечения 26 зуба в карте отсутствуют.
В рамках рассмотрения настоящего гражданского дела по ходатайству стороны истца судом была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Бюро судебно-медицинской экспертизы».
Из выводов экспертов комплексной судебной медицинской экспертизы, проведенной ГБУЗ Республики Карелия «Бюро СМЭ», изложенных в заключении №..., следует, что в период лечения в Стоматологической клиники ИП ФИО4 установлены дефекты оказания медицинской помощи в виде не проведения диагностических мероприятий – электроодонтометрия (далее ЭОМ) и рентгенография 24 зуба ХХ.ХХ.ХХ.. По имеющимся сведениям определить истинное состояние 24 зуба пациентки (наличие или отсутствие поражения пульпы) на ХХ.ХХ.ХХ. не представляется возможным. Следовательно, достоверно высказаться о тактике, которая должна была быть применена после осмотра и диагностики от ХХ.ХХ.ХХ., не представляется возможным. Исходя из указанного, определить наличие и характер причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом случая также не представляется возможным. Дефекты оказания медицинской помощи, выявленные при оказании медицинской помощи ФИО2 ХХ.ХХ.ХХ. в Стоматологической клинике ИП ФИО4 не могут быть квалифицированы по степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (как в совокупности, так и отдельно).
На этапе лечения в Стоматологической клинике ИП ФИО3 экспертами установлены следующие дефекты оказания медицинской помощи: не проведена ЭОМ 24 зуба ХХ.ХХ.ХХ.; неполное описание результатов рентгенографии 24 зуба ХХ.ХХ.ХХ.; лечение 24 зуба ХХ.ХХ.ХХ., ХХ.ХХ.ХХ. и ХХ.ХХ.ХХ. не в соответствии с объективным статусом; длительное нахождение препарата депульпин в полости 24 зуба; наличие пломбировочного материала за пределами корневого канала 24 зуба от ХХ.ХХ.ХХ.. Поскольку на дату проведения экспертизы истинное состояние 24 зуба пациентки (наличие или отсутствие поражения пульпы) на ХХ.ХХ.ХХ. неизвестно, достоверно высказаться о тактике, которая должна была быть применена после осмотра от данной даты, не представляется возможным. Определить связь передержки депульпина и выхода пломбировочного материала с ухудшением состояния тканей в окружности 24 зуба не представляется возможным. Соответственно, определить наличие и характер причинно-следственной связи между всеми выявленными дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом случая также не представляется возможным. Исходя из п. 25 и п.27 Приложения к Приказу М3 СР РФ от 24.04.2008 №194н, все дефекты оказания медицинской помощи, выявленные при оказании медицинской помощи ФИО2 ХХ.ХХ.ХХ., ХХ.ХХ.ХХ. и ХХ.ХХ.ХХ. в Стоматологической клинике ИП ФИО3, не могут быть квалифицированы по степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (как в совокупности, так и каждый в отдельности).
Эксперты в заключении также отметили, что обследование 26 зуба проведено в достаточном объеме, лечение соответствовало выставленному диагнозу и клинической ситуации, каких-либо дефектов оказания медицинской помощи при лечении патологии 26 зуба в Стоматологической клинике ИП ФИО3 не установлено.
Оценивая заключение комиссионной судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о том, что заключение судебной медицинской экспертизы, проведенной ГБУЗ Республики Карелия «Бюро СМЭ», является мотивированным, последовательным, основанным на тщательном анализе представленной медицинской документации. Данное экспертное заключение не оспорено сторонами, является допустимым доказательством по рассматриваемому делу, основания не доверять выводам экспертов, изложенным в заключении, у суда отсутствуют, доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено, экспертиза проведена в рамках рассмотрения гражданского дела на основании определения суда экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующую квалификацию, стаж работы. Экспертное заключение дано в письменной форме, соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования, выводы экспертов, полные и ясные ответы на поставленные судом вопросы.
Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцу были оказаны медицинские услуги ненадлежащего качества, в связи с чем требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению.
Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание характер оказанных истцу стоматологических услуг, установление факта допущенных нарушений при их оказании, принципы разумности и справедливости.
Принимая во внимание различную степень нарушений, допущенных ответчиками при лечении 24 зуба, суд полагает определить размер компенсации морального вреда отдельно за нарушения, допущенные при лечении зуба каждым ответчиком, с учетом установленных дефектов оказания медицинской помощи ответчиками, в пользу истца подлежит взысканию с ответчика ИП ФИО3 компенсация морального вреда в размере 30 000 руб., с ответчика ИП ФИО4 – 10 000 руб. Данный размер компенсации суд полагает справедливым.
Заявленный истцом размер компенсации 200 000 руб., по мнению суда, является завышенным и не отвечающим требованиям разумности и справедливости. При этом судом учитывается вывод экспертов о том, что определить наличие и характер причинно-следственной связи между всеми выявленными дефектами оказания медицинской помощи и неблагоприятным исходом случая не представляется возможным. При лечении кариеса, пульпита и периодонтита достичь асептического состояния (полного исключения инфекционного агента) в зубе и окружающих тканях невозможно. Соответственно, даже при проведении всего необходимого комплекса диагностических и лечебных мероприятий при лечении кариеса, пульпита, периодонтита в 10% случаев не исключается последующий рецидив воспалительного процесса в зубе и окружающих его тканях с возникновением повторного заболевания и/или его усугубления (кариес - пульпит - периодонтит, в том числе и с развитием остеомиелита), что может потребовать удаления зуба. У пациентки течение патологического процесса в зоне 24 зуба (стойкое усугубление от кариеса до периодонтита и остеомиелита) может быть обусловлено как его вышеуказанными особенностями (невозможность достичь исключения инфекционного агента из очага воспаления), так и сниженным местным иммунитетом (сниженной репаративной способностью организма), или совокупностью таковых.
В части требований о взыскании материального ущерба в размере 7050 руб. суд приходит к следующему.
Согласно подп. 6 п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей является причинение вреда другому лицу.
В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (п.2).
Проанализировав доводы истца в указанной части, суд полагает, что требования истца о возмещении материального ущерба не подлежат удовлетворению.
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 в ООО СП «КарДент» проведена компьютерная томография челюстно-лицевой области (КЛКТ) зональная с записью результатов на бумажный или электронный носитель. За оказанную услугу истцом оплачено 750 руб., что подтверждается актом об оказании услуг №... от ХХ.ХХ.ХХ., кассовым чеком. По результатам исследования на уровне 24 зуба визуализируются признаки периодонтита (очаг резорбции (разрушения) костной ткани, расширение периодонтальной щели) и остеомиелита (в очаге резорбции секвестр – фрагмент омертвевшей костной ткани). Сведения в медицинской карте об оказанной медицинской помощи ХХ.ХХ.ХХ. отсутствуют.
ХХ.ХХ.ХХ. ФИО2 обратилась в ООО СП «КарДент» с жалобами на болезненные ощущения в области верхней челюсти слева, подвижность зуба. После осмотра выставлен диагноз: 24 зуб Хронический апикальный периодонтит, зуб удален.
Из амбулаторной карты ФИО2 в ООО «Современная стоматология» следует, что ХХ.ХХ.ХХ. произведено лечение в виде замещения дефекта верхнего зубного ряда акриловым частичным съемным пластиночным протезом с искусственным зубом 24. Общая стоимость услуг по протезированию составила 6300 руб.
С учётом выводов, изложенных в экспертном заключении о причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и удалением 24 зуба, суд приходит к выводу о том, что некачественное оказание медицинской помощи ФИО2 в причинной связи с необходимостью ее обращения за платной медицинской помощью не находятся.
Согласно преамбуле Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закона о защите прав потребителей) этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Закон О защите прав потребителей определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.
В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.
Пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Таким образом, положения Закона о защите прав потребителей, устанавливающие в том числе в пункте 6 статьи 13 ответственность исполнителя услуг за нарушение прав потребителя в виде штрафа в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, подлежат применению к отношениям в сфере охраны здоровья граждан при оказании гражданину платных медицинских услуг.
Учитывая, что медицинская помощь оказывалась ответчиками в рамках полиса дополнительного медицинского страхования, оплаченного работодателем истца, не имеется оснований для взыскания с ответчиков штрафа в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Истцом заявлено о возмещении судебных расходов в виде расходов по оплате услуг представителя в сумме 15000 руб., а также истец просил взыскать с ответчиков расходы по оплате судебной экспертизы в размере 14250,33 руб., расходы за составление доверенности в размере 2000 руб.
В части расходов истца на оплату услуг представителя, факт несения которых подтвержден договором от ХХ.ХХ.ХХ., корешком квитанции №б/н от ХХ.ХХ.ХХ., суд приходит к следующим выводам.
Согласно ст.48 Гражданского процессуального кодекса РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.
В силу положений ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Анализ изложенных выше норм гражданского процессуального закона, установленных судом обстоятельств, позволяет сделать вывод о том, что заявленные стороной требования о возмещении расходов на оплату услуг представителя являются обоснованными.
С учетом объема проведенной представителем работы, связанной с рассмотрением дела, категории спора и длительности судебного разбирательства, соотносимости размера возмещения расходов с объемом защищаемого права, принципа разумности и справедливости, суд считает, что заявленные к возмещению расходы в сумме 15000 руб. являются разумными.
Согласно абзацу 2 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, другие признанные судом необходимыми расходы.
Из материалов дела следует, что стоимость проведенной в рамках настоящего дела судебно-медицинской экспертизы составила 14250,33 руб., оплата экспертизы в указанном размере произведена ФИО2 ХХ.ХХ.ХХ., ХХ.ХХ.ХХ., что подтверждается чеком-ордером и чеком по операции ПАО Сбербанк. Данные расходы суд полагает необходимыми, факт их несения, а также связь между понесенными ФИО2 издержками и делом, рассматриваемым в суде, доказаны истцом.
Суд считает не подлежащими удовлетворению требования о взыскании расходов на оплату нотариального оформления доверенности по следующим основаниям.
В абз. 3 п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» предусмотрено, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.
Из представленной в материалы дела доверенности от ХХ.ХХ.ХХ. не следует, что данная доверенность выдана для участия в конкретном деле или в конкретном судебном заседании. Доверенность выдана сроком на шесть месяцев и содержит полномочия на представление интересов истца не только в суде, но и в других государственных, правоохранительных органах, а также в учреждениях и организациях. По аналогичным основаниям доверенность от ХХ.ХХ.ХХ. не отвечает вышеуказанным критериям.
Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).
В соответствии с положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в возмещение судебных расходов с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 29250,33 руб. (15000 руб. + 14250,33 руб.).
В порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков подлежат взысканию в пользу истца судебные расходы в зависимости от присужденных судом сумм - с ИП ФИО4 в размере 7312,58 руб. (25% х 29250,33), с ИП ФИО3 в размере 21937,75 руб. (75% х 29250,33 руб.), в бюджет Сегежского муниципального района по 300 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (<...>) компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., судебные расходы 21937,75 руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (<...>)компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., судебные расходы 7312,58 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>) в бюджет Сегежского муниципального района государственную пошлину в размере 300 руб.
Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН <***>) в бюджет Сегежского муниципального района государственную пошлину в размере 300 руб.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья И.С. Яшкова
Мотивированное решение изготовлено ХХ.ХХ.ХХ..