Решение по делу № 2-374/2023 от 21.04.2023 - о признании договора купли-продажи, договора дарения комнаты в общежитии, недействительными, применении последствий недействительности сделки.

Дело №2-374/2023 УИД 13RS0025-01-2022-003761-66

Решение

Именем Российской Федерации

г.Саранск 21 апреля 2023 г.

Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия в составе председательствующего судьи – Мамаевой Е.С., при секретаре судебного заседания – Рыженковой Л.И.,

с участием представителя истца ФИО1 - ФИО2, действующего на основании заявления от 26.01.2023,

ответчика ФИО3,

представителя ответчика ФИО4 – адвоката Ашимова М.Р., действующего на основании ордера №000419 от 07.02.2023,

помощника прокурора Октябрьского района г. Саранска – Лапшиной О.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о признании договора купли-продажи, договора дарения комнаты в общежитии, недействительными, применении последствий недействительности сделки.

установил:

ФИО1 обратился с иском в суд обратился в суд с иском, уточненным иском к ответчикам о признании недействительными (ничтожными): договора купли-продажи комнаты от 26.12.2014, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между продавцом ФИО1 и покупателем ФИО4; договора дарения комнаты, расположенной по адресу: <адрес>, от 25.01.2018, заключенного между дарителем ФИО4 и одаряемой ФИО3; применении последствий недействительности сделок путем восстановления права собственности ФИО1 на комнату в общежитии, расположенную по адресу: <адрес>,

Мотивирует тем, что ему на праве собственности принадлежала комната, расположенная по адресу: <адрес>. 26.12.2014 между ним и ФИО4 был подписан договор купли-продажи комнаты, однако, фактически передача комнаты Покупателю по оспариваемому договору купли-продажи, а также ее оплата не производилась. Кроме того 24.12.2015 ФИО4 было подписано обязательство о том, что при жизни ФИО1 она не вправе распоряжаться указанной комнатой. Он до настоящего времени проживает и зарегистрирован в комнате, расположенной по адресу: <адрес>, оплачивает жилищно-коммунальные услуги. Указанная комната является его единственным жильем. Считает, заключенный договор купли-продажи мнимой сделкой. Кроме того ФИО4 подарила указанную комнату ФИО3 25.01.2018, в связи с чем также просит признать недействительным договор дарения.

В письменном возражении на иск ответчик ФИО4 исковые требования не признала, указала на то, что спорный договор купли-продажи между сторонами зарегистрирован в установленном законом порядке. Согласно п.6 Договора стороны установил продажную цену комнаты в общежитии в сумме 700000 руб., которую покупатель передал продавцу до подписания договора, что подтверждается подписью продавца. Также в договоре имеется передаточный акт, согласно которому указанная комната передана от продавца покупателю. После обращения истца в полицию с заявлением о привлечении к уголовной ответственности в возбуждении уголовного дела было отказано, таким образом с ее стороны нет противоправных действий. Указанное подтверждается Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела. Кроме того срок давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Истец узнал о заключении договора купли-продажи в день его заключения 26.12.2014, так как лично подписывал договор, отдавал отчет своим действиям. Волеизъявления истца на заключение оспариваемого договора подтверждается подписями в договоре, более того регистратор перед принятием документов и регистрацией договора как правило повторно спрашивает и разъясняет смысл совершаемой сделки. Поскольку иск предъявлен 12.11.2022 т.е. спустя 8 лет после совершения сделки, срок исковой давности истек. Просит применить срок исковой давности в отношении требований ФИО1 к ФИО4 и отказать в удовлетворении требований (л.д.118).

Истец ФИО1 в ранее состоявшихся судебных заседаниях исковые требования поддержал, просил удовлетворить, дал пояснения, что ранее он продал родительскую двухкомнатную квартиру, расположенную на ул.Лихачева, расплатился с долгами, купил комнату в общежитии, телевизор, холодильник. В комнате уже был оборудован санузел. С 2014 г. по настоящее время он проживает в данной комнате. С ФИО4 его познакомила риелтор. Считает, что он не продавал комнату, а заключал договор, чтобы ФИО4 за ним ухаживала, так как родных у него никого нет, только двоюродные в Зубово-Полянском районе и идти ему не куда. Полагал, что будет собственником квартиры до своей смерти, а потом бы ФИО4 стала бы его наследницей. При оформлении договора с ФИО4 ездили в МФЦ, денежные средства он не получал. Живет на пенсию, которую получает с 2014, имеет <...>. ФИО4 обещала помогать продуктами, когда она работала в столовой школы №30, помогала два месяца, потом перестала. Он надеялся, постоянно звонил, но ей было некогда, она была то в Москве, то еще где, потом он уже не смог до нее дозвониться. Когда захотел все вернуть назад, обратился в полицию – и после его обращения ФИО4 дала ему расписку, что не будет его выселять, только после его смерти комната останется за ней. О том, что ФИО4 подарила комнату ФИО3, он ранее не знал.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, ранее в судебном заседании 28.03.2023 пояснила, что с ФИО1 ее познакомила подруга, он пригласил ее в комнату и пояснил, что хочет ее продать, у нее таких денег не было, но старшая сестра, которая работала в Москве, предложила ей деньги, чтобы купить данную комнату для детей. Когда она передавала деньги за комнату, дома никого не было, только после этого пошли в регистрационную палату, где находится Центральная почта. На момент приобретения ею комнаты был долг по квартплате, она оплатила 70 000 руб. в 2016 г., потом они договорились, что пока что он там проживает, будет платить сам за коммунальные услуги. Выселять она его не собиралась, дети у нее маленькие, необходимости пока в комнате нет. Она помогала ФИО1, он выпивающий, у него не было продуктов, в комнате было не убрано. Она приезжала, ФИО1 дверь не открывал, находился в алкогольном состоянии, а она все время помогала ему продуктами, передавала их через соседей. Продукты приносила два раза в неделю до 2016 года, потом уехала в г.Москву, в 2018 году вернулась, но к ФИО1 не приходила. Потом она сестре подарила комнату, потому что та ей помогала.

Представитель ответчика ФИО4– адвокат Ашимов М.Р. в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что с ФИО4 являются родными сестрами и это именно она дала сестре деньги на покупку комнаты. В то время она работала в Москве в магазине, получала хорошую заработную плату (работала без трудовой книжки, заработную плату получала наличными денежными средствами). Потом сестра подарила ей комнату, но просила ФИО1 не выселять, так как ему некуда идти. Она не против, чтобы он жил, если он платит за жилищно-коммунальные услуги, необходимости в данной комнате пока нет. Комнату они приобретали, так как думали, что будет снос.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Росреестра по Республике Мордовия в судебное заседание не явился, извещен надлежаще и своевременно, письменного возражения на иск не представлено.

Выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению требования истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Из содержания ст. 153 ГК РФ, а также общих условий действительности сделок следует, что последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Указанное предполагает, что при вступлении в договорные отношения независимо от вида договорной формы воля стороны должна быть направлена на достижение определенного правового результата.

В соответствии с ч. 1 ст.549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ст. 167 ГК РФ).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу положений ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что 17.04.2014 ФИО1 приобрел по договору купли-продажи у К1. комнату, расположенную по адресу: <адрес> общей площадью <...> кв.м. за 935 000 руб. (л.д.103).

Согласно договору купли-продажи от 26.12.2014 ФИО1 продал комнату, расположенную по адресу: <адрес> общей площадью <...> кв.м. за 700 000 руб. ФИО4 На данном договоре имеются подписи сторон, а также запись о получении ФИО1 денежных средств в размере 700000 руб. Договор не содержит сведений о сохранении прав продавца на пользование жилым помещением временно/пожизненно. Имеется передаточный акт к договору, составленный 26.12.2014, о том, что указанная комната в общежитии передана от Продавца Покупателю, претензий не имеется. (л.д.98).

По запросу суда Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картогрфии по Республике Мордовия (л.д. 102) представлены документы:

-заявление от 26.12.2014 ФИО1 об осуществлении государственной регистрации права в части перехода права на комнату, расположенную по адресу: <адрес>. Данное заявление содержит рукописную подпись (л.д.102).

-заявление от 26.12.2014 ФИО4 об осуществлении государственной регистрации права в части перехода права на комнату, расположенную по адресу: <адрес> общей площадью <...> кв.м. Данное заявление содержит рукописную подпись (л.д. 101).

17.01.2018 в простой письменной форме заключен договор дарения, согласно которого даритель ФИО4 <дата> года рождения, зарегистрированная в <адрес>, подарила ФИО3 <дата> года рождения, зарегистрированной в <адрес>, комнату, расположенную по адресу: <адрес>

На данном договоре имеются подписи сторон; договор не содержит сведений о сохранении/возникновении прав каких-либо лиц на пользование жилым помещением временно/пожизненно (л.д.117).

На имя ФИО3 в ЕГРН сделана 25.01.2018 запись регистрации права собственности <..> (л.д.58).

24.09.2015 ФИО1 обратился с заявлением в органы полиции по факту совершения ФИО4 в отношении него мошеннических действий. (л.д.20).

Постановлением УМВД России по го Саранск от 15.02.2016 отказано в возбуждении уголовного дела, предусмотренного ч.1 ст. 159 УК РФ по основаниям п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием состава преступления в действиях ФИО4) Постановлением установлено, что 26.12.2014 в помещении регистрационной палаты по адресу: <...> между ФИО1 и ФИО4 заключен договор купли-продажи комнаты в общежитии, расположенной по адресу: <адрес>, данный договор составлялся взаимно, без какого либо принуждения. Рекомендовано обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства (л.д. 20-21).

В материалы дела представлена ксерокопия расписки ФИО4 от 24.12.2015 о том, что при жизни ФИО1 она комнату продавать не будет (л.д.13).

Согласно пенсионному удостоверению ФИО1 является <...>, пенсия назначена с 07.08.2014. Согласно справке МСЭ причина <...> – общее заболевание (л.д.74).

Согласно сообщению ГБУЗ «РГЦ» ФИО1 наблюдается Республиканском гериатрическом центре с 2015 года и состоит на учете со следующими заболеваниями: <...>.

Согласно сообщению Республиканского наркологического диспансера ФИО1 зарегистрирован с диагнозом <...> после стационарного лечения с 14.12.2022 по 23.12.2022 (л.д.145).

Таким образом, судом установлено, что истец ФИО1, не имеющий членов семьи, близких родственников, проживал один в принадлежащей ему на праве собственности комнате, расположенной по адресу: <адрес> общей площадью <...> кв.м., при этом ввиду многочисленных хронических заболеваний, нуждался в посторонней помощи.

Истцом в качестве основания для признания договора купли-продажи от 26.12.2014 недействительным в исковом заявлении указано на мнимость сделки.

Суд учитывает, что правовая природа договора определяется судом исходя из толкования условий договора и фактических отношений сторон, сложившихся при его заключении и исполнении.

Суд, полагая, что истцом дана неправильная квалификация спорным правоотношениям, обязан самостоятельно определить, какие правоотношения в действительности возникли между сторонами и каковы основания их возникновения, после чего решить, какие именно нормы права подлежат применению в данном спорном правоотношении.

В соответствии с п.2 ст.170 ГК РФ притворной является сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку. В силу указанных положений признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих ее сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Притворная сделка совершается без намерения воспользоваться ее правовыми последствиями и прикрывает ту сделку, которая заключается с действительными намерениями породить гражданские права и обязанности.

В данном случае имеются две сделки: прикрываемая, которую стороны заключили с намерением воспользоваться порождаемыми ею правами и обязанностями, и прикрывающая, призванная скрыть подлинный характер правоотношения. Правовая судьба прикрываемой сделки зависит от того, соответствует ли она требованиям закона с точки зрения субъектного состава, содержания, формы и т.п. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил ст.432 Гражданского кодекса Российской Федерации достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

В соответствии с положениями ст.549 ГК РФ по договору купли продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

Согласно ст.583 ГК РФ по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме. По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

В соответствии со ст.ст. 601 - 603 ГК РФ по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты (договора пожизненного содержания) - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц).

Таким образом, правовым последствием заключения как договора ренты, так и договора купли-продажи является переход права собственности на имущество. Однако к плательщику ренты это право переходит взамен на предоставление содержания с иждивением в натуре за счет своих средств.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон. Истец, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной на основании п. 2 ст.170 ГК РФ, должен доказать, что при совершении сделки стороны не только не намеревались ее исполнять, но и фактически не исполнили.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по внутреннему убеждению, основанному на беспристрастном, всестороннем и полном рассмотрении имеющихся доказательств в их совокупности.

Суд приходит к выводу о том, что истец доказал обстоятельства притворности сделки, а именно, что заключая оспариваемый договор купли-продажи, стороны преследовали цель и достигли соглашения по всем существенным условиям договора пожизненного содержания с иждивением, который прикрывал юридически оформленный договор купли-продажи.

При этом суд учитывает, что сторона ответчика ФИО4 данное обстоятельство не опровергала, в судебном заседании указала на то, что она помогала ФИО1 продуктами, которые приносила два раза в неделю до 2016 года, потом уехала в г.Москву, в 2018. Кроме того написала расписку о том, что при жизни ФИО1 комнату продавать не будет.

Допрошенная судом в качестве свидетеля Ж. суду показала, что является соседкой ФИО1 В своей комнате она проживает 37 лет. ФИО1 как-то сказал, что в состоянии алкогольного опьянения на кого-то оформил комнату, что его обманули, обещали за ним осуществлять уход, носить продукты, но уход никто не осуществляет, денег за комнату не дали. Как-то приходили две женщины, в руках держали два пакета-майки. Ее ныне покойный супруг был возмущен их приходом, поскольку они пришли сразу после получения ФИО1 пенсии и пояснили, что являются соцработниками, приходили только один раз. Однажды какой-то полный мужчина пытался посадить ФИО1 в машину, но ее супруг не дал этого сделать, привел обратно домой. ФИО1 им пояснил, что данный мужчина хотел посадить его в машину и отвезти в деревню показать какой-то дом, что ему будут туда привозить продукты и дрова. Когда она ходит в магазин, то ФИО1 покупает хлеб и другие продукты, что наказывает, деньги он ей отдает. Жилищно-коммунальные услуги за комнату ФИО1 оплачивает с карточки его друг.

Допрошенный судом в качестве свидетеля К2. суду пояснил, что с ФИО1 знаком больше 40 лет, познакомились в 1982 г. во время обучения на строительном факультете в МГУ им.Н.П.Огарева, он проживал в квартире на ул.Лихачева. ФИО1 работал в строительной компании, как-то упал с лесов, получил травму. В 2015 г. ФИО1 пригласил его в гости в комнату по адресу: <адрес> и пояснил, что у него были долги, поэтому пришлось продать родительскую квартиру и переехать в комнату. С супругой он развелся, с сыном никаких отношений не поддерживает. Они стали с ним чаще видеться, дружить, он ему где-то в 2017 г. доверил свою карточку, на которую получает пенсию, так как ФИО1 болеет и ему сложно ходить за продуктами. Он к нему приходит три-четыре раза в месяц, пенсию отдает ему частями, покупает продукты и при необходимости вещи. У ФИО1 была задолженность по комнате, с 2019 г. они стали ее оплачивать, потихоньку оплатили. В связи с тем, что он <...>, они обратились в соцзащиту, оформили ему субсидию, сейчас ему после оплаты жилищно-коммунальных услуг возвращается 1 000 руб. В процессе общения с ФИО1 ему стало известно, что данная комната уже не его. Он попросил помочь разобраться с этим делом, если есть возможность. На вопрос, когда он продал данную комнату, он пояснил, что через год подавал заявление в полицию, чтобы разобрались с этим делом, что, скорее всего, его напоили алкоголем, ему покупатель сказал, что будет за ним ухаживать. За все время он не видел, чтобы кто-то к нему приходил, видел только соседей. Он ходил в МФЦ, и узнал, что заключен договор купли-продажи, и в договоре стоит подпись ФИО1, который ему сказал, что денежные средства за комнату не получал и его хотели отвезти в деревню, люди, имеющие отношение к покупке комнаты, но за него заступились соседи.

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей у суда не имеется, поскольку они согласуются между собой, а также с другими доказательствами по делу, данные лица не заинтересованы в исходе дела, предупреждались судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

В ходе настоящего судебного разбирательства доводы истца о признании сделки купли-продажи спорной квартиры недействительной основаны на том, что продавать комнату он намерений никогда не имел, комната является его единственным жильем, денег от продажи не получал, комнату ответчику не передавал, полагал, что ФИО4 будет помогать ему в быту и станет собственницей жилья после его смерти.

В данном случае материалами дела подтверждается, что намерения сторон при заключении договора купли-продажи были направлены на достижение иных правовых последствий, чем указано в оспариваемом договоре, ФИО1, как человеку, имеющему множество хронических заболеваний нужна была помощь в бытовых вопросах, за которой он обратился к ФИО4, полагая, что после его смерти она будет собственницей его имущества, так и в свою очередь ФИО4 предполагала воспользоваться своими правами собственника только после смерти ФИО1

Согласно пояснениям ФИО4, данным при рассмотрении вышеуказанного гражданского дела, оспариваемый договор купли-продажи был заключен, деньги ФИО1 переданы, она договорилась с ФИО1, что пока у нее нет необходимости в этой комнате, он будет там проживать и платить за комнату.

Каких-либо доказательств того, что ответчик произвела оплату по договору купли-продажи от 26.12.2014, а также что на момент подписания договора у неё имелась реальная финансовая возможность исполнения условий договора купли-продажи по выплате денежных средств, в размере 700000 рублей, с её стороны не представлено. При этом истец отрицал факт получения от ФИО4 денежных средств по договору, как в наличной, так и безналичной форме.

Согласно выписке ПАО Сбербанк счет, открытый на имя ФИО1 29.04.2014, был закрыт 25.06.2014 (л.д.154).

Согласно выписке ПАО Сбербанк счет Maestro Социальная был открыт ФИО1 11.03.2016 (л.д.155). Согласно пояснениям ФИО1 на карточку он получает пенсию.

По данным паспорта ФИО1 и выписки из домовой книги, ФИО1 с 22.05.2014 по настоящее время зарегистрирован по месту жительства по адресу: <адрес> (л.д.39-40, 73).

Факт постоянного, непрерывного проживания ФИО1 в спорном жилом помещении, находящемся по адресу: <адрес>, до даты заключения договора от 26.12.2014 и до настоящего времени, нахождение в комнате исключительно вещей, принадлежащих истцу, сторонами не оспаривается. Доказательств того, что в течение периода времени с 26.12.2014 и позднее кто-либо из новых собственников квартиры делал попытки вселения самостоятельно в жилое помещение или вселения членов своей семьи, суду не представлено. Суду и участникам процесса для обозрения представлены квитанции на оплату коммунальных услуг, потребленных по лицевому счету, зарегистрированному за помещением по адресу: Саранск, <адрес>, на имя абонента ФИО1

Ответчики не опровергли в суде доводы ФИО1 о получении счетов на оплату коммунальных услуг на имя истца, об оплате им коммунальных платежей самостоятельно либо по его поручению ФИО5, за счет собственных средств до настоящего времени; не пояснили суду причины, по которым лицевой счет на жилое помещение в ресурсоснабжающих организациях не был зарегистрирован на нового собственника, а также не представлены сведения об обращении новых собственников в указанные организации по вопросу перевода лицевого счета.

Доказательств того, что ответчики как собственники жилого помещения осуществляли правомочия по пользованию или владению комнатой, суду не представлено. Надлежащих доказательств того, что со стороны истца ответчикам чинятся, либо чинились какие-либо препятствия в пользовании приобретенной комнаты не представлено.

Доводы ФИО4 о том, что она оплатила жилищно-коммунальные услуги за комнату в 2016 году в размере 70000 руб., не подтверждаются сальдовками, представленными Саранским расчетным центром.

Установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства подтверждают, что ФИО1 не имел волеизъявления на отчуждение единственного жилья. Об этом свидетельствуют пояснения самого ФИО1, а также содержание его заявлений в правоохранительные органы, и показания свидетелей.

Также суд учитывает, что после сделки ФИО1 единолично проживает в спорном жилом помещении, ФИО4, ФИО3 либо иные лица с согласия ответчиков в квартире не проживают. Из пояснений истца и свидетелей следует, что ответчики в спорной квартире не появлялись, судьбой квартиры не интересовались, свои вещи туда не завозили, меры к вселению не принимали. Доказательств обратного в материалах дела не имеется. Кроме того суд учитывает, наличие у ответчиков постоянной регистрации в собственном жилье, расположенном в Лямбирском районе <адрес>.

При этом само по себе правильное оформление всех документов совершенное сторонами сделки и её регистрация в установленном законом порядке с учетом установленных по делу фактических обстоятельств не свидетельствует о том, что воля её участников была направлена на реальные правовые последствия по договору купли-продажи.

Учитывая, что прикрываемой сделкой в настоящем случае является договор ренты, а при существенном нарушении плательщиком ренты своих обязательств получатель ренты вправе потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены на условиях, установленных ст. 594 настоящего Кодекса

При этом плательщик ренты не вправе требовать компенсацию расходов, понесенных в связи с содержанием получателя ренты (п. 2 ст. 605 ГК РФ).

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что с 2016 года ФИО4 перестала оказывать содержание ФИО1 помощь, кроме того в 2018 совершила отчуждение спорной комнаты путем дарения своей сестре. То есть ФИО4 нарушила условия договора, в частности и своего обязательства не продавать квартиру при жизни ФИО1, следовательно, у ФИО1 возникло право требовать восстановления его прав собственности на спорную комнату.

Ответчиком ФИО4 по данному иску заявлено в суд ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, установленного ч.2 ст.181 ГК РФ.

Сторона истца в удовлетворении данного ходатайства просит отказать ввиду его необоснованности.

Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1). Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В рассматриваемом случае сделка по дарению ФИО4 своей сестре ФИО3 спорной комнаты заключена 17.01.2018, истцом ФИО1 выписка из ЕГРН со сведениями о том, что собственником комнаты является с 2018 ФИО3, получена 09.04.2022 (л.д.14).

Учитывая дату обращения с настоящим иском – 15.12.2022 (согласно штампу на конверте), суд полагает, что предусмотренный срок исковой давности истцом не пропущен, так как предъявлен в пределах трехгодичного срока со дня, когда истцу стало известно о смене собственника комнаты. В данном случае не истек и десятилетний срок исковой давности по защите истцом нарушенного права. Поэтому ходатайство ответчика о применении судом последствий пропуска истцом срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

Кроме того из материалов дела следует, что ФИО1 в период между совершением сделки купли-продажи комнаты и подачей иска в суд являлся <...>, имел многочисленные хронические заболевания и его право на проживание в проданной комнате не нарушалось.

Таким образом, суд приходит к выводу, что на момент совершения сделки купли-продажи комнаты стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, в этой связи имеются основания для признания договора купли-продажи комнаты от 24.12.2014, заключенного между ФИО1 и ФИО4, недействительным по основанию притворности. В дальнейшем ФИО4 подарила 17.01.2018 спорную комнату своей сестре ФИО3, которая также не осуществляла действий по фактическому владению имуществом, однако в ЕГРН на её имя была внесена 25.01.2018 запись регистрации права собственности на комнату, расположенную по адресу: <адрес>.

Указанный договор дарения от 17.01.2018 признается судом недействительным, применяются последствия недействительности сделки – аннулирование записи в ЕГРН на имя ответчика ФИО3 и восстановление права собственности ФИО1 на спорную комнату.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят, в том числе из государственной пошлины.

Истцом при подаче иска оплачена государственная пошлина в размере 8230 руб. (л.д.2,3).

Принимая во внимание удовлетворение требований истца, с ответчиков в пользу истца подлежит возврат государственной пошлины в размере по 4115 руб. с каждого.

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (паспорт <..> выдан <дата> Отделом УФМС России по <адрес> в <адрес>) к ФИО4 (паспорт <..> выдан <дата> отделением по вопросам Миграции межмуниципального отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации «<адрес>»), ФИО3 (паспорт <..> выдан <дата> Отделом внутренних дел <адрес>), о признании договора купли-продажи комнаты в общежитии, договора дарения комнаты в общежитии недействительными, применении последствий недействительности сделки, удовлетворить.

Признать недействительным договор купли продажи комнаты в общежитии, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 26 декабря 2014 г. между ФИО1 и ФИО4.

Признать недействительным договор дарения комнаты в общежитии, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 17 января 2018 г. между ФИО4 и ФИО3, зарегистрированный в ЕГРН 25 января 2018 г.

Применить последствия недействительности сделок путем восстановления права собственности на комнату, расположенную по адресу: <адрес>, за ФИО1.

Взыскать с ФИО4, ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере по 4115 руб. с каждой.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия.

Судья Е.С. Мамаева

Мотивированное решение изготовлено 28.04.2023

Судья Е.С. Мамаева