Председательствующий С.А. Анпилогов Дело № 22-6778/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

(мотивированное)

город Екатеринбург 21 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Ибатуллиной Е.Н.,

судей Невгад Е.В., Ростовцевой Е.П.,

при секретаре судебного заседания Ахметхановой Н.Ф.,

с участием:

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Колобовой Е.В., представившей удостоверение № 1223 и ордер № 017525 от 21 сентября 2023 года,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области Митиной О.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с применением системы видеоконференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Колобовой Е.В. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 26 июля 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <дата> в <адрес>, не судимый,

осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 03 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу, взят под стражу в зале суда.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора суда в законную силу. В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ в срок наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период с 18 января 2023 года по 19 января 2023 года, с 26 июля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ибатуллиной Е.Н., выступления осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Колобовой Е.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы защитника, мнение прокурора Митиной О.В, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы и просившей об изменении приговора ввиду необходимости изменить судьбу вещественных доказательств, судебная коллегия

установила:

приговором ФИО1 признан виновным в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере. 16 января 2023 года с 17:00 до 18:00 ФИО1 в <адрес> <адрес>, при помощи телефона «Tecno Camon 19» посредством Интернета через браузер «...» на сайте интернет-магазина ... заказал у неустановленного сбытчика наркотическое средство метадон (фенадон, долофин) массой 2 грамма, оплатил его приобретение электронным платежом в сумме 7128 рублей, получил сведения с географическими координатами о местонахождении тайника в Шарташском лесопарке г.Екатеринбурга, куда прибыл 17 января 2023 года около 08:00, по географическим координатам у дерева под снегом обнаружил тайник, откуда извлек сверток с наркотическим средством метадоном (фенадоном, долофином) массой не менее 1,07 грамма, которое доставил по месту жительства в <адрес> <адрес>, где часть наркотического средства употребил, а оставшуюся массой 1,07 грамма продолжил незаконно хранить при себе до задержания около 16:50 на автозаправочной станции в <адрес> сотрудниками полиции, которыми наркотическое средство изъято.

Преступление совершено в г. Верхней Пышме Свердловской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе адвокат Колобова Е.В. в защиту осужденного ФИО1 просит приговор суда изменить, назначить наказание, не связанное с реальным лишением свободы. Защитник полагает, что приговор суда является чрезмерно суровым, постановлен без учета всех смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, а также того, что осужденный совершил преступление при стечении тяжелых жизненных обстоятельств. Полагает, что суд не дал оценки пояснениям ФИО1 о том, что он в течение длительного времени ухаживал за тяжелобольной падчерицей, которая в итоге скончалась в молодом возрасте, из-за чего он и супруга находились в состоянии депрессии, что и побудило его к совершению преступления; в подтверждение этого факта защитой представлено свидетельство о смерти падчерицы. Обращает внимание на отсутствие у ФИО1 зависимости от наркотических средств, его раскаяние в содеянном и полное признание вины, наличие постоянных мест работы и жительства, где зарекомендовал себя положительно; его состояние здоровья (... заболевания, перечень которых приведен автором апелляционной жалобы) и нуждаемость в постоянном лечении, что подтверждено медицинскими документами в материалах уголовного дела. по мнению автора жалобы, суд в недостаточной мере учел условия жизни семьи ФИО1, супруга которого не работает по причине болезни и находилась на его иждивении, в воспитании детей супруги он активно участвовал. Адвокат ссылается на то, что от первого брака и у ФИО1 имеется дочь, в воспитании которой мать участия не принимает, и девочка полностью находилась на иждивении отца, проживала вместе с ним.

Ссылаясь на оказание ФИО1 активного способствования раскрытию преступления, адвокат указывает, что он предоставил пароль от телефона, при задержании признался в наличии наркотического вещества в салоне автомобиля и указал на место его хранения, что подтвердил свидетель Свидетель №1, принимавший участие в задержании.

По мнению защитника, все приведенные обстоятельства давали основания для условного осуждения, что будет соответствовать степени тяжести содеянного и личности ФИО1

В возражении и.о. прокурора г. Верхней Пышмы ФИО2 просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Осужденный ФИО1 в своем отзыве на возражения прокурора просит применить положения ст. 64, ст. 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ и назначить наказание, не связанное с лишением свободы. Излагает доводы, аналогичные тем, что приведены защитником в апелляционной жалобе. Указывая на активное способствование раскрытию преступления, ФИО1 утверждает о добровольной выдаче наркотического средства, поскольку об его наличии сам сообщил оперативным сотрудникам, что подтвердил свидетель Свидетель №1, и активно способствовал раскрытию преступления. В связи с указанными доводами осужденного защитник Колобова Е.В. в суде апелляционной инстанции дополнила свои доводы и высказала просьбу об освобождении ФИО1 от уголовной ответственности ввиду добровольной сдачи им наркотических средств.

Проверив материалы уголовного дела, заслушав мнения сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы с устными дополнениями стороны защиты и возражений прокурора, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене ввиду наличия оснований, предусмотренных п. 2 ст. 389.15, ч.1, п. 4 ч.2 ст.389.17 УПК РФ, ввиду допущенных судом существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

В силу ч.1 ст.389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционной жалобы и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ.

Обжалуемый приговор данным требованиям не соответствует.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

По смыслу закона к числу таких нарушений уголовно-процессуального закона, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, относятся предусмотренное п. 4 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ рассмотрение уголовного дела с нарушением права обвиняемого пользоваться помощью защитника, а также иные нарушения, лишившие участников уголовного судопроизводства возможности осуществления гарантированных законом прав, в том числе на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон согласно ст.15 УПК РФ, либо существенно ограничили эти права, если это повлияло на законность приговора и исход дела.

Согласно требованиям п.п. 1-2 ст.307 УПК РФ, а также разъяснениям абз.1 п.18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание признанного доказанным преступного деяния так, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; в силу п.3 данной нормы закона, в случае признания судом обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления - следует привести в приговоре основания и мотивы изменения обвинения.

Как видно из обжалуемого приговора, суд создал правовую неопределенность, немотивированно исключив из предъявленного ФИО1 обвинения значимые обстоятельства о том, какие сведения для получения наркотика сообщил ему неустановленный продавец (координаты тайника, данные сайта интернет-магазина и ника лица, браузер и т.п.); индивидуализированные признаки обнаруженного им в тайнике свертка (элементы и материалы его упаковки); подлежащие применению редакции постановлений Правительства РФ № 681 от 30 июня 1998 года и № 1002 от 01 октября 2012 года; дальнейшие действия ФИО1 с приобретенным наркотическим средством, составляющие объективную и субъективную стороны хранения наркотического средства, и обстоятельства хранения (форма вины, время доставления домой, способ и время переупаковки, место хранения, цели совершаемых действий); обстоятельства пресечения преступления – задержания сотрудниками полиции и изъятия наркотического средства (время, место изъятия; откуда было изъято наркотическое средство, какое именно и в какой упаковке).

Исключая основную часть инкриминированных обстоятельств хранения наркотика, без приведения к тому мотивов, суд ограничился установлением того, что «незаконно приобретенное наркотическое средство массой не менее 1,07 грамм ФИО1 доставил по месту жительства по адресу: <адрес> <адрес>, где употребил неустановленную часть наркотического средства, а оставшуюся часть массой 1,07 грамма продолжил незаконно хранить при себе без цели сбыта для личного употребления до момента его задержания сотрудниками полиции 17 января 2023 года около 16:50 на автозаправочной станции по адресу: <адрес>, и изъятия вышеуказанного наркотического средства там же той же массой.

В то же время, согласно предъявленному обвинению, были подробно инкриминированы внешние признаки свертка с наркотическим средством, изъятого «в ходе осмотра места происшествия на переднем пассажирском сиденье автомобиля марки «Киа Спектра» <№> в черной мужской сумке, принадлежащей ФИО1».

Данные обстоятельства хранения и изъятия наркотического средства имеют отношение как к выводам о квалификации содеянного, так и к содержанию положенных в основу приговора доказательств, на основании которых судом при описании преступного деяния установлены фактические обстоятельства.

В частности, свидетели Свидетель №1, Свидетель №3, Т. давали показания о том, что изъятое наркотическое средство находилось не у ФИО1 при себе, а именно в мужской сумочке, лежащей на переднем сиденье автомобиля, припаркованного для заправки.

Изменяя же обвинение в части обстоятельств и места хранения, изъятия наркотического средства, но без приведения к тому мотивов, суд создал в приговоре правовую неопределенность, влияющую на оценку содеянного и не позволяющую оценить доводы осужденного о добровольной сдаче наркотического средства, которого у него при себе не было в момент общения с сотрудниками полиции.

Более того, такие доводы осужденного в свою защиту вообще оставлены без внимания суда, в нарушение требований закона не приведены в приговоре и никакой оценки не получили.

При этом суд не только не привел версию осужденного в свою защиту, но и не раскрыл основного содержания показаний ФИО1 в судебном заседании, положенных в основу приговора. Суд ограничился схематичным приведением таких показаний со ссылкой лишь на то, что ФИО1 «16 января 2023 года через «Интернет» на сайте «...» приобрел наркотическое средство массой 2 грамма по цене около 7500 рублей, оплатил через Киви-кошелек, поступила информация о месте нахождения наркотика в лесном массиве у озера Шарташ, он забрал наркотик. 17 января 2023 года на автомобиле поехал на автозаправку, где встретил сотрудников полиции, занервничал, у него спросили, есть ли при нем запрещенные вещества, он признался, при понятых наркотическое средство изъяли».

Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания, ФИО1 подробно давал показания как об обстоятельствах совершения преступления, инкриминированных ему в объеме предъявленного обвинения, так и в части доводов о добровольной сдаче им наркотика. В частности, он указывал, что был на территории АЗС, когда к нему подошли сотрудники полиции и сразу поинтересовались, имеются ли у него при себе запрещенные вещества. Он не стал скрывать их наличие и сказал, что наркотики лежат в сумке, которая лежит в закрытом автомобиле.

Таким образом, суд не привел в приговоре показания ФИО1 и его доводы в свою защиту в той части, в которой они относятся к выводам суда и требуют судебной оценки с учетом результатов проведенного судебного разбирательства, в том числе показаний свидетеля Свидетель №1

Согласно показаниям свидетеля оперуполномоченного ГКОН Свидетель №1, у автозаправочной станции «Газпромнефть» на <адрес> в г. Верхней Пышме им совместно с оперуполномоченным П. и инспектором ДПС Л. замечен ФИО1 с признаками наркотического опьянения; он спросил о наличии наркотических средств, ФИО1 не отрицал. При понятых в сумке на пассажирском сидении автомобиля ФИО1 обнаружен бумажный сверток с метадоном.

Вопреки требованиям закона, такие показания свидетеля Свидетель №1 оставлены судом без должной проверки и оценки.

Между тем, в материалах уголовного дела, в том числе и исследованных судом, как и в приговоре суда не приведено доказательств, содержащих сведения о нахождении ФИО1 на автозаправке в состоянии наркотического опьянения, о проведении в установленном порядке его медосвидетельствования. Тогда как показания Свидетель №1 в судебном заседании не содержат иных причин для опроса случайно им встреченного ФИО1 на предмет наличия запрещенных веществ.

Более того, в материалах дела имеется рапорт Свидетель №1, который не зарегистрирован в установленном порядке. Согласно рапорту, 17 января 2023 года им задержан ФИО1 по результатам проведения оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» (л.д. 72). Однако никакой информации об оперативно-розыскной деятельности суду или в материалах уголовного дела не представлено, а сам свидетель Свидетель №1 показаний о подобном ОРМ не давал.

Напротив, в показаниях свидетеля Свидетель №1, изложенных в обвинительном заключении со ссылкой на л.д. 85-86, вместо сотрудника полиции Л. указано иное лицо - «коллега младший лейтенант полиции» Г., как и иные обстоятельства, при которых сотрудники полиции изначально подошли к ФИО1: «приехали на автозаправку, увидели выходящего из машины мужчину. Г. сказал, что знает его как потребителя наркотиков ФИО1, решили проверить того на причастность к незаконному обороту наркотиков, подошли и стали общаться. В ходе общения ФИО1 стал нервничать и на вопрос, имеются ли при нем запрещенные вещества, сознался, что в его машине в сумке имеется наркотик».

В судебном заседании Свидетель №1 сообщил, что ФИО1 занервничал только потому, что был ранее знаком с присутствующим сотрудником ДПС ГИБДД (л.д. 237).

Приведенные выше существенные противоречия остались без внимания суда. Сотрудники полиции - оперуполномоченный ГКОН П., а также инспектор ДПС ГИБДД Л. или Г. - судом в качестве свидетелей не допрашивались, в материалах дела отсутствуют какие-либо рапорта этих сотрудников полиции; основанием для вызова СОГ на место происшествия указано телефонное сообщение сотрудника полиции Свидетель №1 в дежурную часть, о чем составлен рапорт дежурного (л.д. 2).

По мнению судебной коллегии, показания свидетеля Свидетель №1 и указанные им обстоятельства судом положены в основу приговора без должной проверки по правилам ст.87, 88 УПК РФ, при этом остались не устраненными существенные противоречия, не получившие оценки суда, которая была необходима, учитывая заявленные осужденным доводы.

В приговоре отсутствуют какие-либо выводы суда об обстоятельствах, при которых ФИО1 остановлен 17 января 2023 года сотрудниками полиции и сообщил им об имеющихся в машине наркотиках; не имеется и выводов суда о правовых основаниях таких действий сотрудников полиции, законность которых должна быть проверена в соответствии с требованиями ст.15, ст.16, ст.87, ст.88, ст.89 УПК РФ, чтобы высказаться о наличии или отсутствии оснований и условий для применения примечания 1 к ст.228 УК РФ, в том числе относительно того, была ли у ФИО1 реальная возможность продолжать и впоследствии хранить наркотическое средство в барсетке, лежащей в закрытом салоне автомашины. В приговоре судом признано наличие активного способствования им раскрытию преступления, куда не включены изначальное сообщение ФИО1 об имеющихся у него наркотиках и объяснение, данное им 17 января 2023 года (л.д. 75).

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о несоответствии выводов суда установленным им фактическим обстоятельствам дела, что является основанием к отмене приговора по ст.389.16 УПК РФ. По мнению судебной коллегии, судом также нарушены требования ч. 3, ч. 4 ст. 14 УПК РФ, согласно которым обвинительный приговор не может быть постановлен на предположениях, в пользу подсудимого толкуются те возникшие сомнения в его виновности, которые не могут быть устранены в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом. Согласно ч.2 ст.14 УПК РФ, бремя опровержения доводов, приводимых в защиту подсудимого, лежит на стороне обвинения.

Судебная коллегия лишена возможности самостоятельно устранить допущенные судом существенные нарушения уголовно-процессуального закона, поскольку в их числе имеются и фундаментальные нарушения закона, которые могли повлиять на исход дела как затрагивающие права обвиняемого на защиту и справедливое судебное разбирательство, принципы состязательности и равенства сторон.

Право на защиту, на квалифицированную юридическую помощь, в соответствии с ч. 1 ст. 48 Конституции Российской Федерации, а также ст. 16 УПК РФ является конституционным правом человека и гражданина, не подлежащим ограничению ни при каких обстоятельствах и обеспечиваемым дополнительными процессуальными гарантиями его реализации.

В соответствии с ч. 1 ст. 16 УПК РФ в уголовном судопроизводстве обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое он осуществляет лично либо с помощью защитника в соответствии с п. 8 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, ч. 2 ст. 49 УПК РФ. По смыслу уголовно-процессуального закона позиция защитника по делу и круг его полномочий определяются тем, что он является участником уголовного судопроизводства, выступающим на стороне защиты и призванным отстаивать права и интересы обвиняемого.

Положения п.1 ст.7 Федерального закона от 31 мая 2022 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», обязывают адвоката честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами. Адвокат обязан защищать интересы клиента с максимальной для того выгодой, обеспечивая оптимальное использование предоставленных законом сил и средств для достижения наиболее приемлемого для доверителя результата. При этом защитник не должен совершать какие-либо действия, которые могут прямо или косвенно повлиять на неблагоприятный для его подзащитного исход дела.

Полномочия защитника, перечисленные в ст.53 УПК РФ, могут быть реализованы исключительно в целях эффективной защиты прав и законных интересов обвиняемого, и не могут им противоречить.

Согласно ч.2 ст.16 УПК РФ, ч.1 ст.11, ст.243 УПК РФ, именно суд обязан обеспечить обвиняемому возможность защищаться всеми не запрещенными УПК РФ способами и средствами.

Приведенные положения закона судом по данному делу не соблюдены.

В судебном заседании суда первой инстанции защиту ФИО1 осуществляла адвокат Колобова Е.В., согласно ордеру, по соглашению.

Суд расценил установленные приговором действия ФИО1 как уголовно наказуемые, влекущие назначение наказания.

В своем отзыве и при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО1 привел доводы о том, что добровольно и по собственной инициативе выдал сотрудникам полиции наркотическое средство. При этом сообщил, приехал на автозаправку, вышел из автомобиля и оплатил топливо, после чего подошел к колонке, из-за которой вышли сотрудники полиции, с одним из которых – Л. - он знаком с 2011 года. Сотрудники полиции вели разговор на бытовые темы и спросили о наличии запрещенных веществ, на что он сразу ответил, что имеет такие, и сам выдал лежащие в барсетке в машине наркотические средства, о которых сотрудникам полиции известно не было. Никакие протоколы в отношении него не составляли, осмотры не производили, в наркотическом опьянении он не был, документы попросили показать после заявления о наличии в машине наркотика.

Адвокат Колобова Е.В., поддерживая такую позицию защиты ФИО1, просила судебную коллегию принять решение об оправдании подзащитного за отсутствием состава преступления.

Вместе с тем, аналогичную версию защиты о добровольности выдачи им наркотического средства ФИО1 приводил и суду первой инстанции, а до этого – на предварительном следствии, начиная с первого объяснения, затем и при даче показаний в качестве подозреваемого и обвиняемого, которые частично исследованы судебной коллегией.

То обстоятельство, что осужденный заявляет о полном признании вины и не оспаривает фактические обстоятельства дела, не лишает его права выдвигать доводы о добровольной сдаче наркотических средств.

И потому, независимо от заявления подсудимого о полном признании вины, позиция защиты ФИО1 подлежала оценке судом на предмет возможности применения примечания 1 к статье 228 УК РФ, чего сделано не было. По мнению судебной коллегии, в определенной степени этому могла способствовать и позиция адвоката Колобовой Е.В., которую она выразила при выступлении в прениях сторон в защиту подсудимого ФИО1

В своем выступлении защитник Колобова Е.В. указывала на случайный характер встречи полицейских и ФИО1, добровольное сообщение им о месте хранения наркотиков сотрудникам полиции и последующее активное способствование раскрытию преступления, однако не оспаривала осуждение подзащитного по ч.2 ст.228 УК РФ с назначением уголовного наказания, а его доводы просила учесть для применения условного осуждения, тем самым фактически заняла позицию, противоречащую интересам своего доверителя.

Таким образом, адвокат Колобова Е.В. по существу не поддержала позицию подзащитного о добровольной сдаче наркотиков и не просила об освобождении его от уголовной ответственности.

Такие действия защитника нарушали право на защиту, гарантированное ст.48 Конституции РФ, ст.ст.16, 47 УПК РФ, и требования ч. 7 ст.49 УПК РФ, п. 3, п.4 ч. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре РФ», согласно которым занимать по делу позицию вопреки воле доверителя адвокат не вправе, за исключением случаев, когда убежден в наличии самооговора доверителя.

Действия (бездействия) адвоката свидетельствуют о необеспечении оказания осужденному лицу эффективной юридической помощи, что для суда не могло не быть очевидным, но оставлено без всякого внимания и процессуального реагирования. Отсутствие у подсудимого заявления об оказании адвокатом ненадлежащей помощи не освобождает суд от обязанности принятия по собственной инициативе всех предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер в случае явного невыполнения защитником своих функций.

Однако возникшую противоречивость позиции защитника Колобовой Е.В. интересам подзащитного ФИО1 суд оставил без должного внимания и, удалившись в совещательную комнату, постановил обвинительный приговор с нарушением права обвиняемого на защиту, которое должным образом не было обеспечено председательствующим.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют о нарушении права ФИО1 на защиту и несправедливости судебного разбирательства, что является существенным нарушением закона, безусловно повлиявшим на исход дела, и влекущим отмену состоявшегося приговора.

Учитывая изложенное, в соответствии с требованиями п.4 ч.1 ст. 389.20, ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ приговор подлежит отмене с передачей дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

При новом разбирательстве суду следует обеспечить в состязательном процессе условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей, соблюсти право ФИО1 на защиту и справедливое судебное разбирательство с соблюдением уголовно-процессуального закона и общих условий судебного разбирательства, в том числе предусмотренных ст.15, ст.16, ст.14 УПК РФ. Не предрешая вопросов, указанных в ч.4 ст.389.19 УПК РФ, судебная коллегия полагает, что суду следует устранить возникшие существенные противоречия, принять соответствующие закону меры к тщательной проверке, анализу и оценке представленных сторонами доказательств и доводов, в том числе обсудить вопрос о наличии или отсутствии оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности согласно примечанию 1 к ст. 228 УК РФ, вынести законное, обоснованное и справедливое итоговое решение. Принимая во внимание причины отмены приговора, судебная коллегия не входит в обсуждение доводов стороны защиты, которые будут предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсуждая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1, судебная коллегия учитывает ст. 97, 99, ч. 1 ст. 110 УПК РФ, в том числе, данные о личности осужденного, его семейном положении, с учетом показаний свидетеля Е., состоянии здоровья его и супруги, и не находит оснований для сохранения в отношении ФИО1 на период судебного разбирательства наиболее строгой меры пресечения, избранной судом именно для обеспечения исполнения приговора.

Материалы уголовного дела не содержат сведений о каком-либо нарушении ФИО1 прежней меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. У судебной коллегии нет оснований сомневаться в эффективности действия такой меры пресечения для достижения предусмотренных ст.97 УПК РФ целей по настоящему делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, п. 4 ч. 1 ст.389.20, ч. 1 ст.389.22, п.1, п.2 ст.389.15, ст. 389.16, ч.1 389.17,п.4 ч.2 ст.389.17, ст.ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 26 июля 2023 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в отношении ФИО1 изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, из-под стражи его освободить.

Апелляционное определение вступает в силу с момента оглашения, может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, расположенного в г.Челябинске, путем подачи кассационной жалобы в суд, постановивший приговор.

В случае принесения кассационной жалобы (представления) осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.Н.Ибатуллина

Судьи: Е.В. Невгад

Е.П. Ростовцева