Дело № 2-315/2023

УИД 44RS0001-01-2022-004939-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2023 года г. Кострома

Свердловский районный суд г. Костромы в составе судьи Шершневой М.А. при секретаре Кузнецовой А.Д. с участием истца ФИО2, его представителя ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО4, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Свердловский районный суд г. Костромы с настоящим иском, просил признать договор дарения 33/160 долей жилого <адрес> в <адрес> от <дата> недействительным, погасить записи в ЕГРН от <дата> о регистрации права собственности ФИО6 на 33/320 доли, ФИО4 на 33/320 доли указанного жилого дома, признать право собственности ФИО2 на 33/160 доли жилого <адрес> в <адрес>. Свои требования мотивировал тем, что является собственником 33/160 долей дома, расположенного по адресу: <адрес>. Право собственности на указанную долю дома перешло к нему в порядке наследования в 1977 году по завещанию от его матери. Свидетельство о праве на наследство было зарегистрировано в БТИ. Спорной доле дома соответствует двухкомнатная квартира на первом этаже общей площадью 31,6 кв.м. При регистрации граждан по месту жительства она указывается как <адрес>. В качестве квартиры это жилье также поставлено на кадастровый учет, но без регистрации права собственности. В настоящее время право собственности на спорную долю зарегистрировано за ответчиками, которые являются племянниками истца. Их отец – ФИО8 умер в 1974 году. Поскольку квартира была в собственности семьи истца с 1960-х годов, истец не считал себя единственными хозяином и видел свою обязанность в распоряжении квартирой в интересах всей семьи, потому не продал ее в своих интересах, а предоставил для проживания семье своего брата: его жене ФИО1 и их сыновьям. С семидесятых годов они проживали в этой квартире на Ивановской, потом племянники выросли и переехали в свое жилье, а ФИО1 проживала здесь до смерти – <дата>. После чего истец решил, что свой долг перед семьей выполнил и стал планировать продажу квартиры, о чём заявил свои племянникам в начале 2022 года. В ответ они показали ему на телефоне фотографии договора дарения 1990 года, согласно которому истец передал долю дома ФИО7, а также сообщили, что уже обратились к нотариусу за выдачей свидетельств о праве на наследство в отношении спорных долей. Договор дарения имеет отметки о свидетельствовании его нотариусом ФИО9 Истец обратился в БТИ в июле 2022 года, где получил копию дубликата договора, в котором не было подписей дарителя и одаряемого, а в сентябре ему выдали в архиве Костромской области копию договора, на которой подписи присутствуют. Полагает, что обе подписи – и его, и ФИО7 были подделаны, в любом случае с его стороны подписания такого договора не было. О договоре дарения ему стало известно лишь после смерти ФИО7 – в начале 2022 года. Её почерк на договоре истец также не узнает. Кроме того, в архиве ему сообщили, что договор был сдан на хранение только в 2005 году. Таким образом, копию оспариваемого договора истец впервые увидел лишь в сентябре 2022 года.

В судебном заседании истец ФИО2, его представитель по устному ходатайству ФИО3 в судебном заседании поддержали исковые требования, по изложенным в нем основаниям, просили удовлетворить их в полном объеме.

Ответчики ФИО6, ФИО4, уведомленные надлежащим образом о рассмотрении дела, в судебном заседании не участвуют.

Представитель ответчика ФИО4 по доверенности ФИО5 исковые требования не признала, дополнительно заявила ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности. Полагала, что стороной истца не доказано наличие оснований для признания договора дарения недействительным. Подлинность подписи ФИО2 в договоре сомнений не возникает, поскольку процедура нотариального удостоверения договора дарения предполагает личное участие дарителя и подписание им документов в присутствии нотариуса. Заключение судебной подчерковедческой экспертизы указанный факт не опровергает, а лишь указывает на то, что не представилось возможным установить, кем выполнена подпись в договоре дарения: ФИО2 или иным лицом из-за малого объема содержащихся в подписи графических элементов.

Третье лицо нотариус ФИО10 в судебном заседании не участвует, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав стороны, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.

Так, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (п. 1 ст. 572 ГК РФ).

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; согласно п. 2 той же статьи, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из материалов дела следует, что квартира, расположенная по адресу: <адрес> принадлежит на праве общей долевой собственности ФИО6 и ФИО4 по 33/320 доли в праве у каждого.

Данная квартира перешла в общую долевую собственность ответчиков в порядке наследования на основании свидетельств о праве на наследство по закону после смерти их матери – ФИО7, умершей <дата>, что подтверждается копией материалов наследственного дела №, открытого нотариусом ФИО10

Как установлено судом, <дата> между ФИО7 (одаряемая) и ФИО2 (даритель) заключен договор дарения 33/160 долей бревенчатого двухэтажного жилого дома на кирпичном фундаменте под железной кровлей с полезной площадью 152, кв.м., с жилой площадью 99,5 кв.м., бревенчатого сарая под толем, четырех тесолых сараев под толем, тесового ограждения., расположенного по адресу: <адрес>.

Свидетельство о праве на наследство по завещанию от <дата> подтверждает право собственности ФИО2 после смерти его матери ФИО11 на 5/16 долей в праве общей долевой собственности на указанный жилой дом и не оспаривается истцом.

Судом установлено, что договор дарения 33/160 долей жилого дома по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО7 (одаряемая) и ФИО2 (даритель) <дата>, совершен в письменной форме, удостоверен нотариусом Первой государственной нотариальной конторы ФИО9

Оригиналы данного договора дарения, а также свидетельства о праве на наследство по завещанию от <дата> вместе с материалами иных наследственных дел хранятся в ОГКУ «Государственный архив Костромской области» (т. 1 л.д. 45-51).

По сведениям, предоставленным ОГКУ «Государственный архив Костромской области» упорядочение и прием на хранение документов Первой Костромской государственной нотариальной конторы произведено сотрудниками ОГКУ «Государственный архив Костромской области» в 2006-2007 годах, документы были переданы из Костромской областной нотариальной палаты, составляют архивных фонд Первой Костромской государственной нотариальной конторы (Ф.Р-255). (т. 1 л.д. 45)

Оспариваемый договор дарения зарегистрирован как в реестре совершения нотариальных действий за № (т. 1 л.д. 45, 46), так и в Костромском бюро технической инвентаризации <дата>, реестровая книга №, инвентарное дело 2918 (по информации ОГБУ «Костромаоблкадастр-Областное БТИ» от <дата>).

По сведениям МКУ г. Костромы «Центр регистрации граждан» (поквартирная карточка на домовладение) собственником 33/160 долей в праве собственности на жилой дом по адресу: <адрес> указана ФИО7 на основании договора дарения от <дата>, зарегистрированного БТИ <дата>, инвентарное дело 2918.

Основным доводом истца в обоснование заявленных требований является довод о том, что подпись в договоре дарения от <дата> от его имени выполнена не им, а иным лицом при неизвестных ему обстоятельствах.

По ходатайству истца и его представителя и с целью проверки его доводов определением суда от <дата> по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «Ярославская лаборатория судебной экспертизы».

На разрешение эксперта был поставлен вопрос: Кем, ФИО2, или другим лицом выполнена подпись, содержащаяся в договоре дарения, заключенном между ФИО2 и ФИО7 33/160 долей жилого дома по адресу: <адрес>, оригинал которого находится в архивном деле из фонда первой Костромской государственной нотариальной конторы (...)?

В распоряжение эксперта были предоставлены материалы гражданского дела, архивное дело из фонда первой Костромской государственной нотариальной конторы, в котором содержится оригинал исследуемого договора дарения, доверенность, квитанции с платежными документами, а также протоколы получения образцов подписи, содержащие подпись ФИО2

Согласно заключению №.1 от <дата> эксперту ответить на поставленный вопрос не удалось из-за малого объема содержащейся в подписи графической информации, обусловленного её краткостью и простотой построения. При этом эксперт пришел к выводу, что удостоверительная надпись «Соколов Николай Евстратьевич», расположенная в договоре дарения от <дата> в графе 6 строке 1 выполнена не ФИО2 а другим лицом.

У суда нет оснований ставить под сомнение указанное заключение, которое соответствует требованиям закона, содержит подробное описание проведенных исследований и мотивированное обоснование их результатов. Экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленного перед ним вопроса.

Вместе с тем, по независящим от эксперта обстоятельствам из-за малого объема содержащейся в подписи графической информации на поставленный судом вопрос он ответить не смог.

Выводы эксперта в части того, что удостоверительная надпись на договоре дарения выполнена не ФИО2, а иным лицом, правового значения не имеют, поскольку Законом РСФСР от 02.08.1974 «О государственном нотариате», а также Инструкцией о порядке совершения нотариальных действий государственными нотариальными конторами РСФСР, утвержденной Приказом Минюста РСФСР от 06.01.1987 №01/16-01, которыми в 1990 году регламентировался порядок совершения нотариальных действий, каких-либо обязательных требований к выполнению удостоверительных надписей не содержится.

Кроме того, суд учитывает то обстоятельство, что в период с 1990 года и до настоящего времени ФИО2 каких-либо расходов, связанных с содержанием 33/160 долей жилого дома по адресу: <адрес>, не нёс. Заключение договоров с ресурсоснабжающими организациями, оплата коммунальных услуг производились ФИО7

По информации УФНС России по Костромской области от <дата> в соответствии с налоговым законодательством исчисление налога на имущество физических лиц за 33/160 доли жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, производилось на имя ФИО7, а с 2008 года налог на имущество физических лиц ей не предъявлялся, так как она имела льготный статус «пенсионер по старости».

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, налагающей на истца обязанность доказать обстоятельства, на которых он основывает свои требования, именно ФИО2, заявив о том, что договор дарения подписан от его имени не им, а другим лицом, должен был доказать обоснованность своих утверждений.

Достоверных, допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих в том, что ФИО2 договор дарения от <дата> не подписывал, истцом не представлено, а судом не добыто.

С учётом изложенного выше, требования истца о признании недействительным договора дарения от <дата> недвижимого имущества - 33/160 долей жилого дома по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО7 (одаряемая) и ФИО2 (даритель) <дата>, и применении последствий недействительности сделки, суд считает не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО4, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки и признании права собственности оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Свердловский районный суд города Костромы в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья М.А. Шершнева