Производство № 2-1282/2025
УИД №
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
<адрес> <дата>
Белогорский городской суд <адрес> в составе:
судьи Михалевич Т.В.,
при помощнике судьи Кочетковой А.В.,
с участием истца ФИО1,
представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о расторжении договора дарения,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, указав, что <дата> по предложению ответчика, между нею и ответчиком был заключён договор дарения квартиры, находящейся по адресу: <адрес>. Однако в тот период времени истец не осознавала, что в соответствии со ст.572 ГК РФ, она передаю безвозмездно ответчице (одаряемой) в собственность квартиру, поскольку накануне перенесла клиническую смерть и находилась в полной зависимости от ответчицы. Более того, ответчик убеждала истца, что в силу болезненного состояния, физической немощи, истец должна жить с ней, квартиру в <адрес> следует продать, что сын ответчика добавит денег, купят квартиру в <адрес> большей площадью, где будет у истца своя светлая, просторная, тёплая комната. Однако чем дальше проходило время, тем очевидным становилось нежелание поддерживать родственные отношения с истцом, участвовать в ремонте жилого помещения после наводнения и забирать истца из <адрес> в <адрес>. Как оказалось позже, ответчик умышленно вводила истца в заблуждение, обманывала, чем лишила истца права быть собственником вышеуказанной квартиры и обрекла на старости лет доживать век во времянке, поскольку дом сгорел в <дата>. Просит расторгнуть договор дарения квартиры, <адрес>.
В судебном заседании истец на доводах искового заявления настаивала, просила иск удовлетворить. Дополнила, что договор дарения был заключен под влиянием обмана со стороны ответчика, при этом у истца была длительная травмирующая ситуация, связанная с пожаром в <дата>, далее болезнью и смертью мужа, а также болезнью самой истицы. При заключении договора у истца не было намерения подарить данную квартиру ответчику, ответчик обещала добавить денежных средств и купить другую квартиру, большей площади. Истец после заключения договора дарения несла бремя содержания данной квартиры, была достигнута договоренность о ее продаже, однако ответчик отказалась квартиру продавать. При подписании договора она не видела, что подписывала, договор не читала, осознала последствия данной сделки только в <дата>. Срок исковой давности ею не пропущен, поскольку о нарушении своего права она узнала в <дата>, когда ее внук попросил возвратить ключи от жилого помещения.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась судом о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, заявлений либо ходатайств в адрес суда не поступало, обеспечила явку своего представителя.
Представитель ответчика в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенных в письменно отзыве. Дополнила, что истцом пропущен срок исковой давности при обращении в суд с настоящим иском, о том, что истец не является собственником данного жилого помещения истцу стало известно в <дата>, после получения уведомления Министерства социальной защиты населения <адрес>. Кроме того, истцом не представлено доказательств беспомощного состояния и невозможности понимать значения своих действий в момент заключения сделки.
Согласно письменному отзыву на исковое заявление, между истцом и ответчиком заключен договор дарения от <дата>. В деле нет ни одного доказательства обращения истца к ответчику до заключения договора по вопросу порядка расторжения договора дарения, или отсутствия ответов одаряемого, какие-либо вопросы относительно заключения и действия договора дарения, а также неисполнения дарителем принятых на себя обязательств по факту содержания подаренного имущества. Договор дарения был заключен с добровольного согласия истца, выраженного в письменной форме, истец в договоре дарения и документах, сданных на регистрацию, подтвердил свои намерения, что дарение является добровольным, отсутствуют правовые основания для признания договора недействительным, и как следствие, применения последствий недействительности сделки, поскольку каких-либо нарушений прав истца со стороны ответчика в суд не предоставлено. Доказательств, свидетельствующих об условиях обмана - заблуждения. беспомощности, являющихся явно обременительными для истца и существенным образом нарушающих баланс интересов сторон, того, что истец до заключения договора дарения не обладал информацией об условиях заключаемого им договора, равно как и доказательств, что при заключении договора истец не был согласен с его условиями или на него оказывалось давление, обман, суду не представлено. Ответчиком заявляется о пропуске истцом срока исковой давности по заявленному требованию о признании сделки недействительной по мотиву совершения сделки под влиянием заблуждения - обмана на основании п. 2 ст. 179 ГК РФ. Имеющимися в материалах дела письменными доказательствами подтверждено, что оспариваемый договор были подписан истцом <дата>, зарегистрирован в Управлении Росреестра <дата>, следовательно, срок исковой давности начинает течь с момента подписания договора, поскольку все существенные условия договора при подписании были доступны истцу. Иск о признании договора дарения недействительным направлен в Белогорский городской суд лишь <дата>, то есть по истечении годичного срока исковой давности, установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ. Истец не доказал обман со стороны ответчика ФИО3, в том числе не представитель доказательства того, когда истцу стало известно во времени о наличии заключения договора дарения с целью обмана, что явилось следствием обращения в суд.
В судебное заседание не явились представители третьих лиц, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом, заявлений и ходатайств об отложении рассмотрения дела не поступало.
Суд на основании ст.167 ГПК РФ полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц, извещенных судом о времени и месте рассмотрения дела.
Выслушав истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договора. Согласно ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
В соответствии с п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.
Согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.
В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу положений пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Основания, по которым даритель может отказаться от исполнения дарения, либо требовать его отмены, указаны в статьях 577, 578 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации даритель вправе отказаться от исполнения договора, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни.
По смыслу положений пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации отмена дарения возможна только в случае, если предметом договора дарения является обещание передать в будущем одаряемому вещь.
Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.
Таким образом, односторонний отказ от исполнения договора дарителем возможен только при заключении договора дарения, исполнение по которому еще не последовало, то есть до передачи дара, что прямо вытекает из пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Исходя из положений ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В соответствии с ч. 2 ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Согласно п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). При этом сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.
Таким образом, оспаривая сделку по основанию совершения ее под влиянием обмана, сторона истца должна представить суду относимые и допустимые доказательства умышленных действий ответчика, выразившихся в сообщении искаженной информации истцу либо намеренного умолчания о существенных обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки. В данном случае должен быть установлен порок воли потерпевшей стороны, истец должен доказать, что его воля не соответствовала его волеизъявлению в силу указанных выше обстоятельств.
В судебном заседании было установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>, с кадастровым №,
Между ФИО1 и ФИО3 <дата> был заключен договор дарения квартиры, согласно которому ФИО1 подарила ФИО3 принадлежащую ей на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, с кадастровым №.
Пунктом 10 Договора предусмотрено, что стороны договора не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать судебного подписываемого ими договора, а также об отсутствии обстоятельств, вынуждающих их совершить данную сделку на крайне выгодных для себя условиях.
Указанный договор явился основанием для регистрации права собственности ФИО3 на жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым №, право собственности ответчика зарегистрировано <дата>, что подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.
В обоснование требований о расторжении договора дарения от <дата> недействительным, истец указала, что данный договор был заключен под влиянием обмана со стороны ответчика.
Вместе с тем, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ, истцом не представлено доказательств, которые бы могли свидетельствовать о том, что она помимо своей воли составила неправильное мнение или оставалась в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для нее существенное значение, и под влиянием обмана со стороны ответчика совершила сделку, не представлено каких-либо доказательств, бесспорно свидетельствующих, что сделка совершена под влиянием обмана, введении истицы в заблуждение относительно природы сделки.
Анализ представленных доказательств свидетельствует о том, что воля истицы была направлена на безвозмездную передачу жилого помещения в собственность ответчика, характер сложившихся взаимоотношений сторон не свидетельствует о том, что воля истицы на совершение сделки дарения сформировалась под влиянием заблуждения и обмана.
При этом суд исходит из того, что ФИО1 не представлены в материалы дела доказательства нарушения существенных условий оспариваемой сделки, являющиеся основанием для расторжения договоров дарения.
Доводы истца о том, что она заблуждалась относительно заключенного договора дарения, это не было ее действительным волеизъявлением, не могут быть признаны судом обоснованными, поскольку надлежащие и допустимые доказательства введения ответчика в заблуждение при заключении договора, какого-либо обмана со стороны ответчика, действительного состояния истца в момент совершения сделки, в материалы дела не представлены.
Суд полагает установленным, что заключенный <дата> между истцом и ответчиком договор дарения содержит все существенные условия, на момент заключения договора дарения истец являлась дееспособной, была свободна в проявлении своего волеизъявления на отчуждение имущества. С текстом договора ФИО1 была ознакомлена, договор дарения не содержит каких-либо иных существенных обстоятельств, под условием которых имущество передается в дар.
Из копий материалов регистрационного дела на спорное жилое помещение, сторонами совместно было подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности на объект недвижимости, расположенный по адресу: <адрес>, с кадастровым №, документы были приняты специалистом 1 категории ОГАУ <адрес> «Многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг <адрес>» в <адрес>, при этом сведений о том, что специалистом МФЦ была поставлена под сомнение воля ФИО4 на подписание договора, не имеется, заявление зарегистрировано, прием не приостанавливался, что подтверждается имеющимися на договоре дарения отметками о проведенной государственной регистрации права.
Из представленных в материалы дела квитанций об оплате жилищно-коммунальных услуг в отношении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, следует, что лицевые счета в НО «Фонд капитального ремонта многоквартирных домов <адрес>», ООО «БРКЦ», ООО «Горэнерго» на данное жилое помещение открыты в отношении ответчика ФИО3, при этом ответчиком производится оплата за жилищно-коммунальные услуги по указанной квартире.
Согласно пояснениям опрошенных в судебном заседании свидетелей НО*, СИ*, им было известно, что собственником квартиры с <дата> является ФИО3, однако при заключении договора дарения они не присутствовали, между СИ* и ФИО3 была достигнута договоренность о приобретении данной квартиры, но в последующем ФИО3 отказалась ее продавать.
Суд, проанализировав и оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные сторонами доказательства в их совокупности, пришел к выводу, что волеизъявление истца ФИО1 на заключение договора дарения недвижимого имущества соответствовало в момент заключения договора ее действительной воле; все существенные условия договора дарения недвижимого имущества были изложены четко, ясно и понятно, возможности иного его толкования не допускают; добровольно подписывая договор дарения, даритель, понимая суть сделки, согласилась со всеми его условиями, в связи с чем правовых оснований, предусмотренных действующим законодательством, для расторжения договора дарения не усматривается.
Исполнение истцом обязанности по оплате жилищно-коммунальных услуг по спорому жилому помещению, не являются основанием для расторжения договора дарения и не свидетельствуют о существенном нарушении условий договора дарения, поскольку указанные обязанности возлагаются на собственника жилого помещения, но не составляют обязательство ответчика (одаряемого) перед истцом (дарителем).
Изменение взаимоотношений между сторонами договора также не относится к существенным нарушениям условий договора дарения или существенным изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, в связи с чем не могут быть приняты судом.
В связи с изложенным, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о расторжении договора дарения квартиры.
Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для признания сделки недействительной.
Согласно ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Исходя из ст. ст. 196 - 197 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.
Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Учитывая заявленное истцом основание для расторжения договора дарения в том числе и как сделки, заключенной под влиянием обмана, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истцу стало известно о сокрытии влияющего на сделку факта.
Доводы истца, о том, что об обмане ответчика при заключении договора дарения она узнала только в <дата>, в связи с чем срок исковой давности не пропущен, суд полагает необоснованными.
Из материалов дела следует, что <дата> истцом было получено уведомление Министерства социальной защиты населения <адрес>, согласно которому ФИО1 было отказано в предоставлении выплаты на капитальный ремонт помещения, расположенного по адресу: <адрес>, поскольку на день введения режима чрезвычайной ситуации (<дата>), она являлась собственником иного жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, дата государственной регистрации права на указанное жилое помещение – <дата>.
Таким образом, не позднее, чем с <дата> истцу достоверно было известно о прекращении ее права собственности на спорное жилое помещение, с настоящим иском ФИО1 обратилась в суд <дата>, то есть по истечении более <данные изъяты> лет с момента заключения оспариваемого договора дарения, следовательно истцом пропущен срок исковой давности по требованию о признании договора дарения доли квартиры недействительной сделкой.
Доказательств, достоверно подтверждающих, что истец узнала об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, менее года до обращения с иском в суд, не представлено, о восстановлении пропущенного срока истец не заявляла.
Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о расторжении договора дарения – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Белогорский городской суд, в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Т.В. Михалевич
Решение суда в окончательной форме принято <дата>