Дело № 2-2941/2022
31 августа 2022 года 78RS0014-01-2021-012664-41
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе
председательствующего судьи Лифановой О.Н.,
при помощнике судьи Синчак М.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург" о расторжении договора купли-продажи, о взыскании денежных средств, уплаченных по договору купли-продажи, неустойки, убытков, компенсации морального вреда, штрафа,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург" о расторжении договора купли-продажи № № бывшего в эксплуатации автомобиля <данные изъяты> от 29.05.2018, о взыскании денежных средств, уплаченных по данному договору купли-продажи в размере 1 849 000 руб., убытков в виде стоимости ремонта автомобиля, с учётом измененной в порядке ст.39 ГПК РФ редакции иска в размере 464 080,04 руб., о взыскании неустойки за нарушение срока исполнения требований потребителя за период с 28.12.2022 по 02.03.2022 в размере 1 201 850 руб., а начиная с 03.03.2022 о взыскании неустойки в размере 1 % от цены товара в размере 1 890 000 руб. по день фактического исполнения ответчиком обязательства; о взыскании неустойки, взысканной с истца решением Невского районного суда от 26.05.2021 в размере 100 000 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., штрафа, предусмотренного Законом РФ о защите прав потребителя и о возмещении расходов на оплату государственной пошлины в размере 8 374 руб. /л.д.21-25,91-93,107-112/.
В обоснование иска указано, что в мае 2018 года истцом у ответчика был приобретен автомобиль, согласно условиям договора, свободный от прав третьих лиц, затем в августе 2019 года данный автомобиль был продан истцом ООО «Инчкейп Олимп», однако феврале 2020 года последний покупатель предъявил истцу претензию с требованием о расторжении договора купли-продажи и возврата уплаченных за товар денежных средств, в связи с тем, что проданный истцом автомобиль был изъят сотрудниками правоохранительных органов и в результате проведения криминалистической экспертизы было установлено, что первичное содержание его идентификационного номера VIN и первичная маркировка двигателя подвергались изменениям. В последующем покупатель автомобиля ООО «Инчкейп Олимп» в связи с его изъятием как вещественного доказательства по уголовному делу обратился с аналогичным иском в суд, в результате чего в мае 2021 года решением Невского районного суда Санкт-Петербурга был расторгнут договор купли-продажи, заключенный между истцом и ООО «Инчкейп Олимп», с истца взысканы уплаченные по нему денежные средства, а также неустойка и убытки. В ходе разбирательства по данному делу было установлено, что проданный истцу ответчиком автомобиль был угнан в марте 2018 года, то есть до его продажи в мае 2018 года истцу. Поскольку данное обстоятельство исключает возможность эксплуатации автомобиля, а ответчик продал истцу автомобиль обремененный правами третьих лиц, ФИО1 направил в адрес ответчика соответствующую претензию, которая осталась без исполнения, что послужило основанием для обращения за защитой своих прав с настоящим иском в суд.
В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на удовлетворении иска в его изменённой редакции по всем изложенным в нём и дополнениям к нему основаниям, просил суд учесть, что ему не было и не могло быть известно о том, что приобретаемый им у ответчика автомобиль, находился в угоне, в противном случае он бы не тратился на его ремонт, расходы на который также просил возместить за счёт ответчика, который, по мнению истца, злоупотребляет своим правом, высказывая суждения о том, что сам истец мог внести изменения в идентификационный номер автомобиля, а также удерживая у себя уплаченные за такой автомобиль денежные средства, в результате чего в настоящее время истец лишен как автомобиля, также и денежных средств, полученных за его продажу, в связи с их взысканием судом. С учётом данных обстоятельств, истец категорически возражал против снижения неустойки и штрафа, а также против применения последствий моратория, введенного Постановлением Правительства РФ /л.д.1-4 т.2/.
Представитель ответчика ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург" ФИО2 против удовлетворения иска возражал по основаниям, изложенным в отзыве на иск, настаивал на том, что ответчик проявил должную осмотрительность при заключении договора купли-продажи бывшего в эксплуатации автомобиля, как с его продавцом, так и с покупателем-истцом, так как какие-либо сведения об обременениях и правопритязаниях в отношении автомобиля со стороны третьих лиц в официальных источниках отсутствовали, никакой информации о розыске автомобиля по двум идентификационным номерам в общем доступе не имеется, что позволило поставить истцу автомобиль на регистрационный учёт, где при его проверке сотрудниками ГИБДД не был выявлен факт внесения изменений в идентификационный номер автомобиля, в связи с чем полагал ответчика добросовестным приобретателем автомобиля у предшествующего продавца, о чем просил принять к производству встречный иск, в чем определением суда было отказано. Кроме того, представитель ответчика просил учесть, что истец приобрел бывший в эксплуатации автомобиль, тем самым, принял на себя все связанные с данным фактом риски, полагал, что основания для расторжения договора по ст.460 ГК РФ отсутствуют, поскольку в таком случае истец будет обязан возвратить товар ответчику и данный спор невозможно разрешить до рассмотрения уголовного дела, в рамах которого был изъят автомобиль. Также ответчик полагал, что затраты на ремонт автомобиля были понесены истцом в связи с пользованием им, в связи с чем возмещению за счёт ответчика не подлежат, к размеру неустойки и штрафа в случае удовлетворения иска просил применить положения ст.333 ГК РФ, а также последствия введенного Постановлением Правительства РФ моратория, под действие которого ответчик считал себя подпадающим /л.д.123-132,233-238 т., л.д.9-10 т.2/.
Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица ФИО3, продавший спорный автомобиль ответчику, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассматривать дело без своего участия, в направленном в адрес суда отзыве указал, что в мае 2018 года через своего представителя, продал ответчику технически исправный и свободный от каких-либо обременений автомобиль <данные изъяты>, последующий его приобретатель смог беспрепятственно зарегистрировать за собой право собственности на данный автомобиль в органах ГИБДД, что подтверждает законность сделки, совершенной между ним и ответчиком, полагая тем самым себя и ответчика добросовестными, просил в удовлетворении иска ФИО1 отказать /л.д.247-248 т.1/.
Выслушав доводы истца, возражения представителя ответчика, полагая возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие, надлежащим образом извещенного третьего лица, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьями 454, 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать в собственность другой стороне (покупателю) вещь, а покупатель обязуется принять эту вещь и уплатить за нее определенную цену.
Согласно пункту 1 статьи 460 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец обязан передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, за исключением случая, когда покупатель согласился принять товар, обремененный правами третьих лиц.
Последствия несоблюдения продавцом обязанности по передаче товара свободным от прав третьих лиц прямо урегулированы абзацем вторым пункта 1 указанной статьи: в этом случае покупатель вправе потребовать уменьшения цены товара либо расторжения договора купли-продажи.
Согласно положениям п. 1 ст. 461 Гражданского кодекса Российской Федерации при изъятии товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, продавец обязан возместить покупателю понесенные им убытки, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии этих оснований.
Судом установлено и следует из материалов дела, что в соответствии с договором купли-продажи № ФРЛ/П-0012003 бывшего в эксплуатации автомобиля <данные изъяты>, заключенным 29.05.2018 между ФИО1 и ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург", истец приобрел данный автомобиль стоимостью 1 890 000 руб. с дефектами в системе кондиционирования и вентиляции в виде нефункционирующего кондиционера, а также в рулевом управлении в виде течи масла в сальнике редуктора переднего моста (левого) /л.д.66-69 т.1/.
Оплата за данный автомобиль была произведена истцом ответчику за счёт денежных средств, вырученных от продажи истцом ответчику по договору купли-продажи с собственником бывшего в эксплуатации автомобиля № № от 09.06.2018 марки <данные изъяты> стоимостью 3 300 000 руб. /л.д.60-65 т.1/.
09.06.2018 после зачета на основании заявления истца вышеуказанных денежных средств /л.д.65/, автомобиль Infiniti QX56 VIN JN1JANZ62U003001 2013 года выпуска был передан истцу ответчиком по акту приёма-передачи, согласно п.4 акта проверка качества и комплектности автомобиля покупателем осуществлена, автомобиль принят в исправном состоянии и никаких претензий у истца, в том числе к состоянию лакокрасочного покрытия кузова не имелось /л.д.70 т.1/.
До продажи данного автомобиля истцу, он был приобретён ответчиком на основании договора купли-продажи с собственником бывшего в эксплуатации автомобиля № от 21.05.2018 у привлеченного к участию в деле третьим лицом ФИО3 стоимостью 1 580 000 руб. и согласно п.1.2 данного договора указанный продавец гарантировал ответчику, что реализуемый им автомобиль принадлежит ему на праве собственности, стоит на государственном регистрационном учёте, в розыске, в споре, под арестом, в залоге либо в ином обременении третьими лицами не находится. Продавец также гарантировал, что автомобиль не находится в списках органов МВД в качестве угнанного либо незаконно ввезенного в Российскую Федерацию автомобиля, документы на него содержат достоверную информацию /л.д.168-173 т.1/.
13.06.2018 приобретенный истцом у ответчика автомобиль был поставлен на регистрационный учёт в ГИБДД в ОП МРЭО ГИБДД № 3 «Кубинская», взамен ранее выданного 26.01.2015 МРЭО ГИБДД УМВД России по г. Севастополю был выдан дубликат паспорта транспортного средства /л.д.223 т.1/.
24.08.2019 на основании договора купли-продажи № 277590 истец продал автомобиль <данные изъяты> ООО "Инчкейп Олимп" стоимостью 1 500 000 рублей.
08.10.2019 ООО "Инчкейп Олимп" продало вышеуказанный автомобиль ФИО4 по договору купли-продажи № 291969 за 1 690 000 рублей.
18.10.2019 указанное транспортное средство было поставлено на регистрационный учёт за покупателем ФИО4 /л.д.224-225 т.1/
Вместе с тем, 27.10.2019 в ходе досмотра автомобиля, проведенного сотрудниками ДПС ГИБДД по г. Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю, в рамках проверки по материалу КУСП № 18341 автомобиль <данные изъяты> был изъят и перемещен на территорию отдела полиции (Лазаревский район) Управления МВД России по г. Сочи для дальнейшего проведения криминалистической экспертизы.
По результатам проведенной экспертизы маркировочных обозначений транспортного средства установлено, что идентификационный номер <данные изъяты>, рельефное обозначение которого имеется на кузове автомобиля модели "Infiniti QX56" государственный регистрационный номер <***>, а также маркировка двигателя VK56 042720А, установленного в моторном отсеке автомобиля, являются вторичными. Первичное (заводское) содержание идентификационного номера подвергалось изменению, а содержание номера двигателя было изменено в результате уничтожения знаков первичной маркировки (путем механического удаления слоя металла маркировочной площадки в месте расположения данных знаков) с последующей набивкой на их месте кустарным способом имеющихся знаков вторичной маркировки VK56 042720А. Установить содержание удаленных первичных знаков маркировки двигателя в полном объеме, химическим способом не представилось возможным, ввиду удаления с маркировочной площадки значительного информативного слоя металла.
С учётом изложенного, 16.01.2020 в адрес ООО "Инчкейп Олимп" поступила претензия от ФИО4 о расторжении договора купли-продажи, в связи с тем, что автомобиль был изъят из его владения правоохранительными органами, в связи с чем соглашением от 28.01.2020 договор купли-продажи автотранспортного средства № 291969 от 08.10.2019 расторгнут, ООО "Инчкейп Олимп" вернуло ФИО4 денежные средства в размере 1 690 000 руб., а также денежные средства в счет возмещения уплаченных по кредитному договору процентов в сумме 57 111,97 руб. и расходы, связанные с изъятием автомобиля в размере 73 885,97 руб.
Поскольку претензия ООО "Инчкейп Олимп", направленная 11.02.2020 истцу с требованием о расторжении договора купли-продажи автотранспортного средства № от 24.08.2019, о возврате денежных средств, уплаченных за автомобиль в размере 1 500 000 руб., с возмещением неустойки по договору в сумме 150 000 руб. и убытков в размере 57 111,97 руб., а также в размере 73 885,97 руб. была оставлена истцом без исполнения, покупатель его автомобиля ООО "Инчкейп Олимп" обратился с соответствующим иском в суд.
Решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021 по делу № 2-301/2021 исковые требования ООО "Инчкейп Олимп" были удовлетворены.
Судом постановлено расторгнуть договор купли-продажи автотранспортного средства № от 24.08.2019, заключенный между ООО "Инчкейп Олимп" и ФИО1
Взыскать с ФИО1 в пользу ООО "Инчкейп Олимп" денежные средства, уплаченные по договору, в сумме 1 500 000 рублей, неустойку в сумме 150 000 рублей, убытки в сумме 130 997,94 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 17 105 рублей /л.д.78-83 т.1/.
Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 16.12.2021 N 33-26396/2021 решение Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021 в части взысканных с ответчика в пользу истца убытков отменено.
В иске ООО "Инчкейп Олимп" к ФИО1 о взыскании убытков отказано. Решение суда в части взысканной с ответчика в пользу истца неустойки изменено. Постановлено взыскать с ФИО1 в пользу ООО "Инчкейп Олимп" неустойку в размере 100 000 рублей. В остальной части решение оставлено без изменения /л.д.51-59 т.1/.
С учётом постановленных судебных актов, 15.10.2021 истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о расторжении договора купли-продажи № ФРЛ/П-0012003 бывшего в эксплуатации автомобиля <данные изъяты> от 29.05.2018, о возврате уплаченных по договору денежных средств в размере 1 849 000 руб., о возмещении убытков, понесенных истцом в связи с ремонтом автомобиля в сумме 464 080,04 руб., убытков, взысканных решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021 по делу № 2-301/2021 в размере 150 000 руб., 130 997,94 руб. и судебных расходов в размере 17 105 руб., а всего истец требовал ответчика выплатить 2 611 182,98 руб. /л.д.72-77 т.1/.
Указанная претензия была получена ответчиком 22.10.2021, однако оставлена без исполнения, в связи с чем 01.12.2021 истец обратился с настоящим иском в суд.
Вместе с тем, вступившим в законную силу и имеющим преюдициальное значение для настоящего спора решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021 по делу № 2-301/2021 было также установлено, что приобретенный истцом у ответчика и представленный на экспертизу после изъятия у последующего покупателя ФИО4 автомобиль Infiniti государственный регистрационный знак № выпущен заводом-изготовителем в 2015 году, что свидетельствует о том, что модель данного автомобиля - <данные изъяты>, как указано в свидетельстве о регистрации транспортного средства (автомобилям данное обозначение модели (QX80) стали присваивать с 2014 модельного года).
Из ответа УВД по г. Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю, следует, что согласно поступившему ответу из официального представительства японской фирмы "NISSAN" на территории России - ООО "Ниссан Мэнуфэкчуринг Рус" установлено, что на заводе-изготовителе вышеуказанному автомобилю был присвоен идентификационный номер "№", который согласно базе розыска угнанного транспортного средства был угнан 18.03.2018 из города С.-Петербурга (идентификационный номер "№", государственный регистрационный знак на момент хищения – X979CA178RUS, инициатор розыска УМВД по Приморскому району г. Санкт-Петербурга, где было возбуждено уголовное дело № /л.д.81-82 т.1/.
С учётом изъятия автомобиля по заявлению его последнего владельца ФИО4 12.10.2021 была прекращена его регистрация /л.д.225 т.1/.
Таким образом, в ходе разбирательства по делу установлено, что приобретенный истцом у ответчика автомобиль на момент его продажи 29.05.2018 не был свободен от прав третьих лиц, поскольку фактически принадлежал иному лицу, из владения которого выбыл в результате преступных действий иных лиц, по факту чего возбуждено вышеуказанное уголовное дело.
Поскольку проведенной криминалистической экспертизой установлено, что идентификационный номер VIN № на кузове проданного истцу автомобиля является вторичным, а первичный подвергался изменению, кроме того, модель данного автомобиля не <данные изъяты>, как указано в договоре купли-продажи от 29.05.2018, а Infiniti QX80 2015 года выпуска с идентификационным номером VIN №, то очевидно, что сведений о нахождении в розыске автомобиля, проданного истцу, в общем доступе быть не могло, а возражение ответчика об отсутствии сведений о розыске и в отношении автомобиля с идентификационным номером VIN №, правового значения в подобной ситуации не имеет, так как автомобиль фактически был изъят у последующего приобретателя сотрудниками правоохранительных органов именно в рамках уголовного дела по факту хищения спорного автомобиля, но в другом кузове и с иным первичным, а не как на проданном истцу автомобиле, вторичным идентификационным номером.
То есть в данном случае сам факт изъятия спорного автомобиля по уголовному делу о его хищении, совершенном 18.03.2018, то есть до его продажи ответчиком истцу, свидетельствует о несоблюдении продавцом обязанности по передаче товара свободным от прав третьих лиц, что в свою очередь влечёт возникновение у покупателя права потребовать расторжения договора купли-продажи автомобиля.
По смыслу части 1 статьи 461 Гражданского кодекса Российской Федерации под изъятием товара у покупателя третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, понимается изъятие лицом, обладающим подтвержденными правами на соответствующую вещь.
В настоящем споре имело место изъятие автомобиля в результате процессуальных действий сотрудников правоохранительных органов по уголовному делу, возбужденному по факту хищения автомобиля, то есть были подтверждены имущественные права третьего лица на данный автомобиль.
Вышеизложенное свидетельствует о том, что автомобиль истцу был продан ответчиком, который не являлся его законным владельцем, поскольку на момент его продажи имелось обременение автомобиля правами третьих лиц, что подтверждается материалами дела, то есть ответчиком не доказано, что покупатель знал или должен был знать о наличии оснований для изъятия автомобиля третьими лицами в силу его принадлежности на момент продажи не ответчику, а иному лицу, суд приходит к выводу, что у истца, при установленных обстоятельствах, возникло право требовать расторжения договора купли-продажи, заключенного 29.05.2018 с ответчиком, а, следовательно, данное требование истца подлежит удовлетворению.
В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.
Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права.
Согласно ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.
В ходе разбирательства по делу, возражая против удовлетворения иска, ответчик заявил о своей добросовестности в момент приобретения спорного автомобиля у предыдущего собственника, просил суд данный факт установить, оформив данное требование, в том числе встречным иском, в связи с чем, разрешая вопрос о добросовестности сторон при совершении сделок купли-продажи спорного автомобиля, суд исходит из следующего.
Признание добросовестным приобретателем как способ защиты права не указан ни в статье 12 ГК РФ, ни в главе 20 ГК РФ. Обстоятельства добросовестности приобретения служат одним из оснований для возможного отказа в удовлетворении виндикационного иска, то есть об истребовании имущества из чужого незаконного владения, тогда как в данном споре подобные требования никем не заявлены, поскольку спорный автомобиль уже передан законному владельцу на основании приговора суда, которым также установлен факт хищения имущества у его действительного владельца.
Однако, несмотря на данное обстоятельство, ответчик не только заявил о своей добросовестности в возражениях на иск, но и предпринял попытку предъявления встречного иска о признании добросовестным приобретателем, в то время как еще в 2013 году Верховным Судом РФ в одном из определений было указано, что действующее процессуальное законодательство не содержит императивного требования о предъявлении встречного искового заявления о признании добросовестным приобретателем в случае, если сторона спора таковым себя полагает (Определение Верховного Суда РФ от 04.06.2013 N 19-КГ13-4).
Согласно п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества.
Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.
Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.
Таким образом, добросовестным приобретателем в силу ст. 302 ГК РФ является лицо, которое не знало и не могло знать, что приобрело имущество у лица, не имеющего права на отчуждение. Именно в суде и в соответствии с процессуальным законодательством устанавливается добросовестность такого лица.
Судом установлено, что спорный автомобиль был приобретён ответчиком, полагающим себя добросовестным приобретателем, 21.05.2018 у привлечённого к участию в деле третьего лица ФИО3, который на момент продажи гарантировал ответчику отсутствие обременений в отношении продаваемого автомобиля, тогда как с 18.03.2018 данный автомобиль уже находился в розыске и был угнан именно в Санкт-Петербурге.
При этом из карточки учета транспортного средства, следует, что до приобретения ответчиком автомобиль эксплуатировался на территории Республики Крым, где 21.03.2014 МРЭО г.Севастополя был выдан паспорт транспортного средства взамен ранее выданного 09.08.2013; 26.01.2015 зарегистрирован за владельцем ФИО5, проживающим в г.Севастополь; 31.08.2016 владельцем автомобиля на основании договора купли-продажи стоимостью 250 000 руб. стал ФИО6, проживающий в Республике Крым, пгт.Раздольное; а 27.09.2017 на основании договора купли-продажи по той же цене в 250 000 руб. владельцем спорного автомобиля стал ФИО3, также проживающий в <адрес> при этом изменение владельца по данному договору зарегистрировано только 07.03.2018 ОП МРЭО ГИБДД № 8 «Кириши», то есть на территории Санкт-Петербурга, при этом при регистрации автомобиля за ФИО1 13.06.2018 ему был выдан дубликат ПТС ОП МРЭО ГИБДД № 3 «Кубинская» /л.д.219-225 т.1/.
При таких обстоятельствах ответчик профессиональный участник автомобильного рынка, приобретающий для последующей реализации населению автомобили, бывшие в эксплуатации, у такого числа владельцев, должен был и мог усомниться в правовой «чистоте» совершаемой сделки и более тщательно проверить представленные продавцом автомобиля правоустанавливающие документы, в частности, выяснить причину изменения данных о владельце автомобиля не на территории Республики Крым, где ФИО3 был приобретен автомобиль в сентябре 2017 года, а в МРЭО г.Санкт-Петербурга и только в марте 2018 года, когда и был похищен спорный автомобиль.
Кроме того, из отзыва ФИО3 следует, что спорный автомобиль был продан им ответчику не лично, а через своего представителя ФИО7, являющегося фактическим владельцем автомобиля, действовавшего на основании доверенности, удостоверенной приватным нотариусом Симферопольского городского округа /л.д.247 т.1/, однако представленный ответчиком, настаивающим на своей добросовестности и отстаивающим правомерность своих действий в материалы дела договор купли-продажи от 21.05.2018 не содержит никаких данных о его заключении со стороны продавца ФИО3 его доверенным лицом, а подписан третьим лицом по делу лично, как и акт приемки-передачи автомобиля /л.д.168-173 т.1/, при этом денежные средства в сумме 1 580 000 руб. по просьбе ФИО8 перечислены на счёт некой ФИО9./л.д.11-12 т.2/.
При этом факт возмездности договора купли-продажи, заключенного ответчиком с ФИО3, и не опровергался последним.
Таким образом, приобретая спорный автомобиль у ФИО3, ответчик не проявил должную степень осмотрительности и внимательности для установления законных полномочий продавца, несмотря на наличие при подписании договора купли-продажи документов и обстоятельств, не вызывающих сомнений в добросовестности контрагента.
Вместе с тем, установление добросовестности ответчика в момент приобретения спорного автомобиля, который в настоящее время возвращен законному владельцу в соответствии с приговором суда и вопрос о его изъятии из владения ответчика не является предметом данного судебного разбирательства, не имеет правового значения для разрешения, возникшего между продавцом и покупателем спора и не исключает удовлетворение требований истца, основанных на положениях статей 460, 461 ГК РФ в связи с нарушением продавцом обязанности передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц и в связи с изъятием у него товара третьими лицами по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.
Согласно абз. 2 п. 4 ст. 453 ГК РФ, в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 ГК РФ), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.
Согласно п. 5 ст. 453 ГК РФ, если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.
Таким образом, при расторжении договора по мотиву существенного нарушения одной из сторон его условий законом предусмотрено полное возмещение полученного по договору при отсутствии встречного предоставления, а также возмещение убытков.
При этом несостоятельна в данном споре ссылка ответчика на пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2020)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020), о том, что рассматривая спор о расторжении договора поставки, по которому поставщик передал в собственность покупателя определенное имущество, и, установив предусмотренные п. 2 ст. 475 ГК РФ основания для возврата, уплаченной покупателем денежной суммы, суд должен одновременно рассмотреть вопрос о возврате продавцу переданного покупателю товара независимо от предъявления данного требования продавцом, поскольку в данном деле спор возник в связи с изъятием у покупателя товара, обременённого правами третьих лиц и регулируется иными, вышеприведенными судом положениями закона, поэтому встречного предоставления в данной ситуации быть не может, поскольку проданный ответчиком товар отсутствует у покупателя в связи с его изъятием и передачей законному владельцу.
Кроме того, ошибочным является и мнение ответчика о неправильно выбранном истцом способе защиты нарушенного права и о наличии у него возможности осуществить защиту своих прав путем взыскания ущерба, причиненного в результате изъятия автомобиля в рамках уголовного дела с виновного в совершении преступления по его хищению, поскольку истец не был признан потерпевшим по данному уголовному делу, кроме того, очевидно и не приобретёт такой статус, в связи с тем, что уголовное дело было возбуждено по факту угона транспортного средства, принадлежащего изначально не ФИО1, иной марки и с иным идентификационным номером, которые были изменены до марки и идентификационного номера автомобиля, проданного ответчиком истцу, что установлено при проведении криминалистической экспертизы.
При этом очевидно, что ущерб причинен именно ответчику ООО "Рольф Эстейт Санкт-Петербург", который на возмездной основе приобрел спорный автомобиль у третьего лица ФИО3, тогда как за продажу товара, обремененного правами третьих лиц, законом ответственность возложена именно на продавца, в связи с чем покупатель вправе обратиться непосредственно к тому, кто продал ему изъятый в последующем товар.
Претензии относительно осмотра сотрудниками ГИБДД проданного истцу транспортного средства, позволившего осуществить его постановку на регистрационный учёт, которые ответчик вправе адресовать указанным должностным лицам, при установленных судом обстоятельствах не влекут отсутствие у покупателя права требовать расторжения договора купли-продажи товара, который на момент его продажи уже находился в розыске по факту угона, несмотря на то, что несоответствие идентификационного номера и модели кузова автомобиля первичному (заводскому) содержанию было выявлено позднее, в ходе 27.10.2019 досмотра автомобиля сотрудниками ДПС ГИБДД по г.Сочи ГУ МВД России по Краснодарскому краю.
Являясь в данных правоотношениях потребителем, истец в силу ст.ст.4,10 Закона РФ «О защите прав потребителей», при обращении за приобретением такого технически сложного товара, как транспортное средство, к профессиональному участнику рынка, был вправе рассчитывать на получение товара соответствующего обычно предъявляемым к нему требованиям и пригодным для целей, для которых товар такого рода обычно используется, а также на предоставление необходимой и достоверной информации о товаре, обеспечивающей возможность его правильного выбора, а в случае нарушения таких прав - предъявить претензии непосредственно продавцу товара.
Таким образом, поскольку договор купли-продажи № № бывшего в эксплуатации автомобиля <данные изъяты>, заключенный между сторонами по делу 29.05.2018 подлежит расторжению, то уплаченная по нему денежная сумма в размере 1 849 000 руб. в счёт стоимости изъятого у последующего покупателя, предъявившего претензии истцу, автомобиля, подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
Кроме того, при таком положении продавец также обязан возместить истцу понесенные убытки, под которыми в силу ч.2 ст.15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а именно: неустойка, предусмотренная договором купли-продажи от 24.08.2019 и взысканная с ФИО1 в пользу ООО «Инчкейп Олимп» решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021, размер которой уменьшен апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 16.12.2021, до 100 000 руб., поскольку данные убытки возникли у истца и будут им понесены при исполнении судебного акта в связи с изначальной продажей именно истцу ответчиком товара, обременённого правами третьих лиц.
Вместе с тем, суд не усматривает оснований для возмещения истцу расходов на ремонт транспортного средства заявленных ко взысканию в сумме 464 080,04 руб. и понесенных согласно представленным в материалы дела заказ-нарядам от 12.06.2018 в размере 150 076,46 руб., от 21.06.2018 в размере 9 166,34 руб., от 23.08.2018 в размере 68 699 руб., от 04.12.2018 в размере 67 210,43 руб., от 07.01.2019 в размере 13 476,44 руб., от 20.05.2019 в размере 2 793 руб., от 15.06.2019 в размере 152 658,37 руб. /л.д.84-90/, поскольку данные расходы на ремонт автомобиля связаны с его эксплуатацией самим истцом в период с момента покупки у ответчика 29.05.2018 до продажи 24.08.2019 ООО «Инчкейп Олимп». Достоверных доказательств, подтверждающих, что данные затраты были понесены истцом исключительно в результате неправомерных действий ответчика, продавшего ФИО1 товар, обремененный правами третьих лиц, в материалы дела не представлено, отсутствует причинно-следственная связь между расходами истца на ремонт автомобиля, бывшего в эксплуатации, находящегося в состоянии с учётом износа, приобретенного с оговоренными сторонами в договоре купли-продажи от 29.05.2018 повреждениями. Более того, в силу п.4.1 договора по соглашению сторон любая неисправность, являющаяся следствием естественного износа или эксплуатационных дефектов недостатком проданного истцу автомобиля не признана и продавец в лице ответчика за подобные неисправности по расторгнутому судом договору ответственности не несёт, что также относится и к скрытым недостаткам, которые не были выявлены при проведении предпродажной подготовки /п.4.1.1 договора/, кроме того, покупатель был ознакомлен с результатами диагностики проведенной продавцом в отношении автомобиля, с ними согласился и приобрёл автомобиль именно в таком состоянии.
В силу положений ст.461 ГК РФ в рамках возникшего спора истцу могут быть возмещены только те убытки, которые причинены в результате изъятия товара у покупателя третьим лицом, к которым расходы на ремонт автомобиля в период пользования им отнесены быть не могут, поскольку напрямую не связаны с противоправными действиями ответчика, от которых сам факт ремонтных воздействий на автомобиль, очевидно, производимых по усмотрению и желанию истца, никак не зависел, ответчик не мог повлиять на увеличение или уменьшение таких затрат истца своими действиями, поскольку не доказана и необходимость проведения ремонтных работ, возникновение устраненных дефектов до передачи товара покупателю ФИО1
При этом, учитывая, что требования истца не были удовлетворены добровольно ответчиком, а ФИО1 в данных правоотношениях является потребителем, следовательно, у ответчика возникла обязанность выплатить истцу неустойку за нарушение срока удовлетворения отдельных требований потребителя.
Так, в соответствии с положениями ст. 22 Закона РФ "О защите прав потребителей" требования потребителя, в том числе о возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.
За нарушение указанного срока продавец, допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара (п. 1 ст. 23 Закона РФ "О защите прав потребителей").
15.10.2021 истцом в адрес ответчика была направлена претензия, содержащая аналогичные исковым требования, ответчиком получена 22.10.2021, однако оставлена без исполнения, в связи с чем, в измененной редакции иска ФИО1 начислена неустойка за нарушение десятидневного срока удовлетворения его требований, при этом начиная с 28.12.2021, то есть по истечении десятидневного срока с даты вступления в законную силу 16.12.2021 решения Невского районного суда Санкт-Петербурга от 26.05.2021, которым с истца взысканы денежные средства, по дату предъявления требования о взыскании неустойки в суд - 02.03.2022, в сумме 1 201 805 руб., исходя из расчёта 1 849 000 х 1 % х 65 /л.д.92 т.1/, которую начиная со следующего дня, истец просил начислять до момента исполнения обязательств ответчиком.
Разрешая данное требование истца одновременно с ходатайством ответчика о применении положений ст.333 ГК РФ к размеру неустойки с целью её уменьшения, а также принимая во внимание действие на момент рассмотрения дела моратория, введенного Постановлением Правительства от 28 марта 2022 г. N 497 на начисление неустойки (штрафов, пеней), на распространении действия, которого настаивал ответчик, суд приходит к следующему.
Как указано в пункте 8 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.10.2021), за период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве неустойка, предусмотренная Законом о защите прав потребителей, не взыскивается с юридического лица, на которое распространяется действие этого моратория.
Данное разъяснение касалось моратория, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. N 428 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников" на 6 месяцев со дня официального опубликования постановления, то есть с 6 апреля 2020 г.
В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория.
Из письма Министерства экономического развития Российской Федерации от 23 марта 2020 г. N 8952-РМ/Д18и "О перечне системообразующих организаций" следует, что в названный перечень было включено только ООО «Рольф».
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда от 24 декабря 2020 г. N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что целью введения моратория, предусмотренного указанной статьей, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.
Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их совокупности следует, что в отношении включенных в перечень системообразующих организаций российской экономики с момента введения моратория, было прекращено начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.
Таким образом, исходя из системного толкования приведенных норм материального права применение гражданско-правовых санкций в период действия моратория недопустимо, в связи с чем руководствуясь Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторам", разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2020 года, суд приходит к выводу, что в период действия моратория неустойка за просрочку удовлетворения требования истца о возврате стоимости товара и возмещения убытков взысканию с ответчика не подлежит.
Как разъяснено в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу ст. 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).
Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.
Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 1 ст. 7, ст. 8, п. 16 ч. 1 ст. 64 и ч. 2 ст. 70 Закона об исполнительном производстве).
Таким образом, учитывая срок действия моратория на банкротство с 01.04.2022 по 01.10.2022, требования истца о взыскании неустойки с 28.12.2021 по дату фактического исполнения обязательства ответчиком, неустойка за нарушение удовлетворения требования потребителя о возврате денежных средств, уплаченных за товар, а также о возмещении убытков, подлежит взысканию с ответчика за период с 28.12.2021 по 31.03.2022, а далее начиная с момента окончания срока действия моратория, введенного Постановлением Правительства РФ № 497 от 28.03.2022 сроком на шесть месяцев, то есть со 02.10.2022, если период действия моратория не будет продлён.
При этом суд учитывает, что в соответствии со ст. 333 ГК РФ уменьшение неустойки, подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается только в исключительных случаях, если им будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 г. N 17, применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.
В постановлении Пленума Верховного Суда от 24 марта 2016 г. N 7 разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (п. 73).
При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пп. 3,пп. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).
Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (п. 75).
Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое уменьшение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.
При этом уменьшение неустойки не должно влечь выгоду для недобросовестной стороны, особенно в отношениях коммерческих организаций с потребителями.
Кроме того, в отношении коммерческих организаций с потребителями законодателем специально установлен повышенный размер неустойки в целях побуждения, в частности, продавцов к надлежащей продаже товаров в добровольном порядке и предотвращения нарушения прав потребителей.
Таким образом, обстоятельства, которые могут служить основанием для уменьшения размера неустойки, имеют существенное значение для дела и должны быть поставлены судом на обсуждение сторон, установлены, оценены и указаны в судебных постановлениях (ч. 2 ст. 56, ст. 195, ч. 1 ст. 196, ч. 4 ст. 198 ГПК РФ) /Обзор судебной практики по делам о защите прав потребителей" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.10.2021/.
С учётом приведённых положений закона и разъяснений, принимая во внимание обстоятельства спора, возникшего между покупателем и продавцом изъятого в последующем товара, вид экономической деятельности ответчика, который может быть отнесен к лицам, пострадавшим от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, в целях сохранения баланса интересов сторон, соблюдения принципа равенства, недопущения неосновательного обогащения потребителя за счёт продавца суд находит размер неустойки, начисленной за период с 28.12.2021 по 31.03.2022 в сумме 1 738 060 руб. = 1 849 000 х 1 % х 94, несоразмерным последствиям допущенного ответчиком нарушения обязательства передать истцу товар свободный от прав третьих лиц, поскольку на момент продажи товара о данном факте, в частности, о нахождении автомобиля в федеральном розыске, продавцу товара не могло быть известно, а учитывая, что до изъятия автомобиля у последующего покупателя, а также до удовлетворения судом аналогичных исковых требований, предъявленных последующим покупателем данного товара к ФИО1, ответчик мог полагаться на иной исход по делу, а потому данные обстоятельства суд полагает возможным принять как исключительные и уменьшить размер неустойки до 700 000 руб., который, кроме того, после истечения периода действия моратория увеличится в связи с взысканием судом неустойки до момента исполнения ответчиком своих обязательств.
В силу ст.15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Таким образом, по смыслу Закона о защите прав потребителей сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.
Принимая во внимание степень вины ответчика, отсутствие доказательств претерпевания истцом глубоких нравственных страданий, причиненных продажей товара обремененного правами третьих лиц и нарушения срока возврата, уплаченных по договору денежных средств, а также возмещения убытков, суд полагает достаточным компенсировать истцу моральный вред в размере 50 000 руб. за счёт ответчика.
Поскольку требования истца не были добровольно удовлетворены ответчиком в досудебном порядке, о чем свидетельствует претензия истца, оставленная ответчиком без исполнения, а также последующее предъявление настоящего иска в суд, в силу положений пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" данное обстоятельство влечет обязанность суда взыскать с ответчика в пользу потребителя штраф, в размере, установленном п. 6 ст. 13 Закона РФ "О защите прав потребителей", то есть 50% от присужденной судом суммы.
Таким образом, размер штрафа составляет: 1 849 000 + 100 000 + 700 000 + 50 000 х 50 % = 1 349 500 руб.
Разрешая ходатайство ответчика, в том числе и о снижении размера штрафа в соответствии с положениями ст.333 ГК РФ, суд исходит из того, что предусмотренный статьей 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" штраф имеет гражданско-правовую природу и по своей сути является предусмотренной законом мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств, то есть является формой предусмотренной законом неустойки.
Вместе с тем, учитывая, что ответчиком не представлено никаких доказательств исключительности данного случая, каких-то экстраординарных обстоятельств и несоразмерности штрафа, принимая во внимание, что требования истца, являющегося покупателем товара, обременённого правами третьих лиц, не были удовлетворены даже после постановленного судом приговора, подтверждающего факт совершения мошенничества в отношении данного автомобиля, что привело к отсутствию у истца, как самого товара, так и уплаченной за него денежной суммы, которая является значительной, то есть нарушение прав истца, как потребителя, носит длительный характер, учитывая также, что положения ст.333 ГК РФ могут быть применены только к одному виду ответственности - неустойке или к штрафу, который рассчитывается от присужденной судом суммы, в состав которой в данном случае уже вошла уменьшенная судом неустойка, оснований для снижения также и размера штрафа в сложившейся правовой ситуации суд не усматривает.
В соответствии с требованиями ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец, в силу ст. 17 Закона "О защите прав потребителей" был освобожден, подлежит взысканию в доход бюджета Санкт-Петербурга с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований имущественного и неимущественного характера /моральный вред/ в размере 8 374 руб., а в части, от которой истец не был освобожден в связи с предъявлением иска ценой свыше одного миллиона рублей, а именно уплаченная истцом государственная пошлина в размере 13 371 руб. в соответствии с положениями ст.98 ГПК РФ, подлежит возмещению за счёт ответчика.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.12, 56, 57, 167, 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 –– удовлетворить частично.
Расторгнуть договор купли-продажи № ФРЛ/П-0012003 бывшего в эксплуатации автомобиля <данные изъяты>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург".
Взыскать с ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург" ИНН <данные изъяты> в пользу ФИО1, паспорт серии <данные изъяты>, денежные средства, уплаченные по договору купли-продажи № № от 29.05.2018 в размере 1 849 000 руб., убытки в виде неустойки, взысканной решением суда от 26.05.2021 в размере 100 000 руб., в размере неустойку за нарушение срока удовлетворения требования потребителя за период с 28.12.2021 по 31.03.2022 в размере 700 000 руб., а начиная с момента окончания срока действия моратория, введенного Постановлением Правительства РФ № от 28.03.2022, взыскивать неустойку из расчёта 1% от 1 849 000 руб. за каждый день просрочки до момента фактического исполнения обязательства; компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; штраф в размере 1 349 500 руб., взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 8 374 руб.
Взыскать с ООО "РОЛЬФ Эстейт Санкт-Петербург" в бюджет Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 13 371 руб.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья