Решение по делу № 2А-124/2025 от 07.03.2025 - о признании незаконным заключения и предписания государственного инспектора труда.

КОПИЯ

Решение в окончательной форме изготовлено 07 марта 2025 года

УИД 66RS0033-01-2025-000021-79

Дело № 2а-124/2025

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

03 марта 2025 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Сёмкиной Т.М.,

при секретаре судебного заседания Слюсарь А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 – генерального директора Общества с ограниченной ответственностью «Развитие» к государственной инспекции труда в Свердловской области, главному государственному инспектору труда ФИО2 о признании незаконным заключения и предписания государственного инспектора труда,

установил:

ФИО1, являющаяся генеральным директором ООО «Развитие», обратилась в суд с административным исковым заявлением указав, что главным государственным инспектором труда ФИО2 проведено расследование обстоятельств и причин несчастного случая на производстве, произошедшего 07.08.2023 года на территории города Краснотурьинска Свердловской области. По результатам расследования, 18.10.2023 года было составлено заключение государственного инспектора труда, согласно которому причинами несчастного случая являются допущенные нарушения законодательных и иных нормативно-правовых, локальных актов, несчастный случай подлежит квалификации как несчастный случай на производстве и оформлению актом Н-1. При этом, инспектор основывается на объяснениях работников, специальными знаниями в области строительства инспектор не обладает. Согласно заключению экспертов № от 19.04.2024 года проект производства работ по демонтажу вытяжных дымовых труб Н-120 м №23-03-2023-ППР-КТ соответствует требованиям технических регламентов. Кроме того, в заключении инспектор указал, что ответственным за произошедший несчастный случай является директор ООО «Развитие», с чем административный истец не согласен.

Кроме того, 19.10.2023 года государственным инспектором труда ФИО2 было выдано предписание №-ПВ/10-3434-И/57-164, согласно которому административному истцу надлежит устранить нарушения трудового законодательства, а именно: признать отношения с работниками ФИО3, <ФИО>2 и ФИО5 трудовыми и составить акт Н-1 о несчастном случае на производстве, а также уплатить страховые взносы в отношении работников. С данным предписанием истец также не согласен, полагает, что спор относительно характера отношений, необходимости составления акта Н-1, а также уплаты страховых взносов подлежит разрешению комиссией по рассмотрению трудовых споров либо судом. В связи с чем, государственный инспектор труда не правомерно указал перечисленные требования в предписании, вышел за пределы своей компетенции.

Также истец отмечает, что срок на подачу административного иска пропущен по уважительной причине, поскольку заключение и предписание получено ею с пропуском срока на обжалование, по причине нахождения в отпуске по уходу за ребенком. Она не получала корреспонденцию, которая приходила на адрес ООО "Развитие". О заключении государственного инспектора от 18.10.2023 года и предписании государственного инспектора от 19.10.2023 года она узнала лишь 08.05.2024 года, ознакомившись с материалами гражданского дела №2-499/2024, рассматриваемого Абзелиловским районным судом Респ. Башкортостан, по иску родственников бывшего работника <ФИО>2 Изначально с административным иском истец обратился в Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга, определением от 22.10.2024 года иск был возвращен в связи с неподсудностью спора. Полагает, что срок обращения в суд пропущен по уважительной причине.

На основании изложенного, просит признать заключение государственного инспектора от 18.10.2023 года незаконным, признать предписание государственного инспектора №-ПВ/10-3434-И/57-164 от 19.10.2023 года незаконным, восстановить срок для подачи административного искового заявления.

Определением суда от 04.02.2025 года к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте его проведения была уведомлена путем направления судебной повестки по месту жительства, о причинах неявки не сообщила, письменных ходатайств не направила.

Представитель административного истца ФИО9 действующий на основании доверенности от 20.02.2025 года, в судебное заседание не явился, предоставив заявление с просьбой о рассмотрении дела в его отсутствие.

Ранее в судебном заседании ФИО9 пояснял, что полагает заключение государственного инспектора труда от 18.10.2023 года и предписание от 19.10.2023 гола составленными с нарушением закона, поскольку инспектор не имел права делать выводы о наличии трудовых отношений между пострадавшими лицами и ООО «Развитие», решение суда по данному вопросу было принято намного позднее. Что касается сроков обращения в суд, ФИО1 они не были пропущены, поскольку изначально административное исковое заявление было подано в суд 11.07.2024 года, то есть в пределах трехмесячного срока, далее было оставлено без движения и возвращено. После этого административный истец, следуя определению Железнодорожного районного суда города Екатеринбурга, обратился в Краснотурьинский городской суд. Просил иск удовлетворить.

Административный ответчик – государственный инспектор ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения был уведомлен путем направления СМС сообщения при наличии согласия на данный вид извещения, о причинах неявки не сообщил, письменных ходатайств не направил.

Ранее в судебном заседании ФИО2 пояснял, что с исковыми требованиями он не согласен по следующим основаниям. В августе 2023 года произошло обрушение конструкции трубы на территории Богословского алюминиевого завода в городе Краснотурьинске, в результате чего наступила смерть одного человека – <ФИО>2, а также были причинены травмы еще двум лицам – ФИО4 и ФИО5. Данные лица проводили работы по разбору конструкции на территории завода. Поскольку территория города Краснотурьинска находится в его ведении, им проводилось расследование несчастного случая. В ходе расследования им были запрошены соответствующие документы, а также были допрошены пострадавшие. Представителями АО «Русал-Урал» были предоставлены документы, свидетельствующие о том, что ООО «Развитие» было привлечено в качестве подрядчика для выполнения работы по разборке конструкции. В ООО «Развитие» также были направлены запросы, ответы не поступили. Директор ООО «Развитие» ФИО1 на связь не выходила. Со слов пострадавших было установлено, что они были привлечены ООО «Развитие» в качестве монтажников для проведения работ по разборке металлических конструкций, они общались лично с ФИО1, предприятием ООО «Развитие» были приобретены проездные билеты в город Краснотурьинск, работодатель также обеспечивал им проживание по месту выполнения трудовых обязанностей, обеспечивал средствами индивидуальной защиты, материалами, инструментами, производилась оплата работы, а также был установлен режим рабочего времени с 08-00 до 17-00 пятидневная рабочая неделя, что можно было отследить, поскольку они проходили через общую проходную завода. Когда потерпевшие находились в больнице, со стороны работодателя были предприняты попытки подписания договоров гражданско-правового характера. С учетом изложенного, им был сделан вывод о том, что <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5 состояли с ООО «Развитие» в трудовых отношениях, которые должны быть оформлены надлежащим образом. Данный вывод впоследствии был подтвержден решением суда, вступившим в законную силу. Он полагает, что его полномочия позволяют при установлении признаков трудовых отношений делать соответствующие выводы и выносить предписания по этому поводу.

Что касается установления причин несчастного случая, он рассматривал ситуацию с точки зрения соблюдения общих правил охраны труда, согласно которым разбор конструкции должен был производиться начиная с самой высшей точки. Высота трубы составляла 120 метров, ее разбор начал осуществляться с высоты 60 метров, то есть с середины, что и повлекло обрушение. Более того, данный вид работ не мог проводиться физическими лицами, не состоящими в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, являющимися подрядчиком. К работе были привлечены не опытные молодые сотрудники, которые не имели опыта в проведении подобного рода работ.

На основании изложенного, просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель ответчика - государственной инспекции труда в Свердловской области, а также заинтересованные лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были извещены путем направления судебной повестки по месту жительства (нахождения), о причинах неявки не сообщили, письменных возражений, отзывов, ходатайств, не направили.

Судом определено рассмотреть административное исковое заявление при имеющейся явке, на основании ст. 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Частью 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации закреплено, что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

Возможность оспаривания решений, действий (бездействия) должностных лиц органов местного самоуправления предусмотрена статьей 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

При этом, для признания решений, действий (бездействия) должностного лица не соответствующими закону административный истец в силу пунктов 1, 2 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязан доказать факт нарушения прав, свобод и законных интересов непосредственно его или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление, а также соблюдение срока обращения за судебной защитой.

На административном ответчике, в свою очередь, лежит обязанность доказывания соблюдения им требований нормативных правовых актов в части наличия у него полномочия на принятие оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия); соблюдения порядка принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; наличия основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами (пункты 3 и 4 части 9, часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Согласно пункту 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решений, действий (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

То есть, признание незаконными решений, действий (бездействия) должностного лица возможно только при несоответствии обжалуемых решений, действий (бездействия) нормам действующего законодательства, сопряженном с нарушением прав и законных интересов гражданина, организации.

Статьей 356 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) установлено, что в соответствии с возложенными на нее задачами федеральная инспекция труда, в частности, осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений (абзац второй).

В силу положений статьи 357 ТК РФ государственные инспекторы труда при осуществлении федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, имеют право: расследовать в установленном порядке несчастные случаи на производстве (абзац пятый); предъявлять работодателям и их представителям обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о восстановлении нарушенных прав работников, привлечении виновных в указанных нарушениях к дисциплинарной ответственности или об отстранении их от должности в установленном порядке (абзац шестой).

Согласно части 1 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.п. 10, 12 Приказа Федеральной службы по труду и занятости Министерства труда и социальной защиты РФ от 31.03.2017 года № 164 «Об утверждении положения о территориальном органе федеральной службы по труду и занятости – государственной инспекции труда в Свердловской области», инспекция реализует следующие полномочия: осуществляет федеральный государственный надзор за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, посредством проверок, выдачи обязательных для исполнения предписаний об устранении нарушений, составления протоколов об административных правонарушениях в пределах своих полномочий, подготовки других материалов (документов) о привлечении виновных к ответственности в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Должностные лица Инспекции при осуществлении соответствующего надзора и контроля имеют право расследовать в установленном порядке несчастные случаи на производстве, предъявлять (выдавать) в пределах полномочий обязательные для исполнения предписания, в том числе об отстранении от работы лиц, не прошедших в установленном порядке обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочих местах и проверку знания требований охраны труда.

Соответственно, в должностные обязанности государственного инспектора труда в Свердловской области входит, в том числе, расследование несчастных случаев на производстве, выявление причин, способствовавших их возникновению, выдача обязательных для исполнения предписаний в сфере труда.

Как установлено в судебном заседании на основании постановления о возбуждении уголовного дела № от 07.08.2023 года (л.д. 2 т. 2), около 14-00 часов 07.08.2023 года по адресу <...>, на территории первого блока электролизного цеха филиала АО «РУСАЛ Урал» произошло неконтролируемое обрушение вытяжной трубы, в результате чего наступила смерть работника <ФИО>2, а также работники ФИО5 и ФИО4 получили травмы различной степени тяжести.

Из пояснений административного ответчика ФИО2 следует, что он, как государственный инспектор труда Свердловской области, 07.08.2023 года, по запросу из органа правоохранительной системы – Следственного комитета России, приступил к расследованию данного несчастного случая, произвел опрос пострадавших, запросил необходимую документацию у организации, на территории которой произошло указанное событие – АО «РУСАЛ Урал», а также у ООО «Развитие», на которое как на работодателя указывали потерпевшие.

В рамках должностных полномочий, по итогам проведенного расследования, 18.10.2023 года государственным инспектором труда ФИО2 было составлено заключение государственного инспектора труда, согласно которому несчастный случай произошел в результате обрушения 120 метровой трубы в момент подготовки ее к демонтажу.

Демонтаж трубы должен был произведен согласно проекту производства работ в следующей последовательности: устройство врубов на высоте 60 метров, сдвоение свободных концов заведенной канатной тяги в выбитом секторе, вывод людей из опасной зоны, тяга троса экскаватором, обрушение трубы в направлении сектора.

Обрушение трубы произошло около 14-00 час. после вырубки 14 метров по радиусу трубы на высоте 60 метров, в связи с чем <ФИО>2 погиб, ФИО5 и ФИО4 получили телесные повреждения различной степени тяжести.

По результатам расследования инспектором по труду сделаны следующие выводы:

- несчастный случай от 07.08.2023 года подлежит квалификации как несчастный случай на производстве,

- причинами несчастного случая на производстве является нарушение технологического процесса, в том числе требований проекта производства работ, в части непоследовательного демонтажа железобетонного ствола трубы h-120 м., нарушение ст. 214 ТК РФ, п. 116 Правил по охране труда при работе на высоте, утв. приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 29.10.2021 года №774н, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, в том числе не проведение обучения и проверки знаний требований охраны труда, что привело к допуску работников к исполнению обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, недостатки в создании и обеспечении функционирования системы управления охраной труда (допуск работников без проведения медицинского осмотра, не обеспечение работников СТЗ, не проведение специальной оценки условий труда, производство работ в отсутствие мероприятий обеспечивающих безопасность работников, связанными с опасностями и их источниками),

- ответственным лицом является ФИО1 – генеральный директор ООО «Развитие», которая допустила вышеперечисленные недостатки (л.д. 25-37 т. 1).

После чего, 19.10.2023 года государственным инспектором труда ФИО2, также в рамках должностных полномочий, было составлено предписание №-ПВ/10-3434-И/57-164, согласно которому руководителю ООО «Развитие» ФИО1 были предъявлены следующие требования:

Признать правоотношения между ООО «Развитие» и ФИО4 трудовыми отношениями и оформить акт Н-1 о несчастном случае на производстве в соответствии с заключением государственного инспектора труда от <дата обезличена> до <дата обезличена>,

Признать правоотношения между ООО «Развитие» и <ФИО>2 трудовыми отношениями и оформить акт Н-1 о несчастном случае на производстве в соответствии с заключением государственного инспектора труда от <дата обезличена> до <дата обезличена>,

Признать правоотношения между ООО «Развитие» и ФИО5 трудовыми отношениями и оформить акт Н-1 о несчастном случае на производстве в соответствии с заключением государственного инспектора труда от <дата обезличена> до <дата обезличена>,

Один экземпляр акта Н-1 вручить ФИО4 в срок до <дата обезличена>,

Один экземпляр акта Н-1 вручить законному представителю <ФИО>2 в срок до <дата обезличена>,

Один экземпляр акта Н-1 вручить ФИО5 в срок до <дата обезличена>,

Уплатить страховые взносы по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с ФЗ от 24.07.1998 года №125-ФЗ за ФИО4, <ФИО>2, ФИО5 в срок до 19.11.2023 года (л.д. 22-24 т.1).

Заключение и предписание государственного инспектора труда ФИО2 составлено на основании совокупности исследованных им доказательств, среди которых: сведения, предоставленные АО «РУСАЛ Урал», объяснения потерпевший и иных свидетелей, в том числе осуществлявших контроль за деятельностью пострадавших, Проект производства работ, медицинская документация.

Оценив указанные доказательства, суд полагает выводы государственного инспектора труда, отраженные в заключении от 18.10.2023 года и предписании от 19.10.2023 года верными, соответствующими полученной инспектором информации.

Так, в соответствии с договором подряда от 01.03.2022 года, АО «РУСАЛ-Урал» был заключен договор с ООО «Оптресурс» на демонтаж объектов недвижимости, срок действия договора с 01.03.2022 года по 01.03.2027 года (л.д. 226-231 т. 1).

Далее, между ООО «Оптресурс» и ООО «Развитие» заключен договор субподряда №ДП2/ОПТР/2023-ГО от <дата обезличена> на демонтаж монолитных железобетонных труб высотой до 120 м. в количестве 4 штук, расположенных по адресу: <адрес обезличен>(л.д. 47-49 т.2 ).

Как следует из протоколов допросов потерпевших ФИО4 и ФИО5, они были привлечены для выполнения работ по разбору железобетонных труб в качестве промышленных альпинистов, также с ними работал <ФИО>2 Проездные билеты в г. Краснотурьинск им покупал работодатель ООО «Развитие», проживание по месту работы также организовывало ООО «Развитие», данное юридическое лицо производило оплату их труда путем безналичного перечисления денежных средств. Оборудование, инструмент для работы им были выданы руководителем. Проведение ими работы контролировал Станислав, находящийся непосредственно на объекте, также они фотографировали работу и отправляли работодателю каждый час. Рабочая смена у них начиналась в 08-00 час. и продолжалась до 17-00 час., обед длился около часа (л.д. 180-187 т.1).

Из протокола допроса свидетеля <ФИО>8 следует, что он работает в ООО «Развитие» производителем работ, осуществляет контроль производства работ и соблюдение техники безопасности при производстве работ. У ООО «Развитие» был заключен договор с ООО «Опт Ресурс» на выполнение работ по демонтажу труб в г. Краснотурьинске, работы выполняли три работника – <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5, которые работали с 08-00 до 17-00 часов, работы контролировал руководитель проектов <ФИО>9, он же завозил инструмент. Сотрудники отчитывались о проделанной работе ежедневно, также производилась фотосьемка (л.д. 189-190 т.1).

Из протокола допроса свидетеля <ФИО>9 следует, что он работает руководителем проектов в ООО «Развитие», в октябре 2023 года производились работы по демонтажу дымовых труб в городе Краснотурьинске на территории АО «РУСАЛ Урал». Для производства работ были привлечены три человека <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5, с которыми были заключены договоры гражданско-правового характера. Работы производились с 08-00 до 17-00 час., проход рабочих осуществлялся по пропускам на территорию завода, непосредственно на объекте с работниками находился <ФИО>8 Ход работ контролировался путем осмотра, фотосьемки, фотографии размещали в группу, в которую были включены руководители предприятия. Далее главный инженер указывал, каким образом производить работы далее, информация доводилась до рабочих. Проездные билеты работникам, а также жилье, предоставлялось организацией, также производилась оплата, в том числе суточные, по 400 руб. в день (л.д. 192-194 т.1).

Кроме того, в дело предоставлены пропуски на территорию АО «РУСАЛ Урал» и сведения с проходной завода, в которых указана следующая информация:

- ФИО5 является работником ООО «Демолшн» и проходил через проходную 21,22,24,<дата обезличена>, 01, 02,03,04,05, <дата обезличена> (л.д. 239-240 т.1),

- <ФИО>2 является работником ООО «Развитие» и проходил через проходную 21,22,24,<дата обезличена>, 01, 02,03,04,05, <дата обезличена> (л.д. 241-242 т.1),

- ФИО4 является работником ООО «Развитие» и проходил через проходную 21,22,24,<дата обезличена>, 01, 02,03,04,05, <дата обезличена> (л.д. 243-244 т.1).

Согласно положениям ч. 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии с положениями ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Верховным судом РФ даны разъяснения, согласно которым если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом (п. 12. ПП ВФ от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации).

Также Верховным судом в Постановлении Пленума ВС РФ от 29.05.2018 года № 15 разъяснено о том, что при установлении наличия трудовых отношений между работником и работодателем необходимо не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату. О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (п. 17).

Исследованные в судебном заседании доказательства с достоверностью позволяют сделать вывод о том, что работники <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5 были допущены к выполнению работ уполномоченными лицами ООО «Развитие», они должны были выполнять работу лично, под контролем представителей ООО «Развитие» - производителя работ Федчевского и руководителя проекта ФИО10, результат их работы постоянно доводился до сведения заместителя директора и главного инженера, который давал распоряжение о дальнейшем ходе работ. Работодателем была определена трудовая функция указанных работников – выполнение строительных работ на высоте.

Работникам <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5 со стороны ООО «Развитие» были обеспечены условия труда – приобретены проездные билеты к месту выполнения работ, обеспечено проживание в жилом помещении по месту работы, предоставлены частично средства индивидуальной защиты и инструменты. Также указанным лицам ООО «Развитие» производилась оплата за выполненную работу путем безналичного перечисления денежных средств.

Кроме того, <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5 осуществляли проход на объект по пропускам, оформленным работодателем, подчинялись определенному графику работы, были ознакомлены с проектом производства работ и подчинялись указаниям работников ООО «Развитие» Федчевского и ФИО10 относительно порядка проведения работ.

Соответственно, отношения, возникшие между ООО «Развитие» и <ФИО>2, ФИО4, ФИО5, имеют признаки трудовых, о чем правомерно было указано государственным инспектором труда в обжалуемом предписании.

В пользу данного вывода свидетельствует также решение Абзелилского районного суда Республики Башкортостан от 28.06.2024 года по гражданскому делу №2-499/2024, согласно которому удовлетворены исковые требования ФИО6, ФИО7, ФИО8 к ООО «Развитие», признаны трудовыми правоотношения между ООО «Развитие» и <ФИО>2, на ООО «Развитие» возложена обязанность провести расследование несчастного случая на производстве и составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, а также с ООО «Развитие» в пользу близких родственников погибшего работника <ФИО>2 взыскана компенсация морального вреда (л.д. 196-207). Указанное решение вступило в законную силу согласно информации, размещенной на официальном сайте суда.

Согласно ст. 64 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

В связи с чем, факт трудовых отношений между ООО «Развитие» и <ФИО>2 является доказанным и не подлежит оспариванию при рассмотрении настоящего дела. В то же время, ФИО4 и ФИО5 осуществляли свою рабочую функцию на аналогичных условиях, что также подтверждает правомерность выводов государственного инспектора труда, изложенных в оспариваемом предписании.

Более того, как следует из материалов, предоставленных инспектором труда ФИО2, после получения предписания №-ПВ/10-3434-И/57-164 представителем ООО «Развитие» оно было частично выполнено, а именно - составлены акты формы Н-1 в отношении всех троих работников - ФИО4, ФИО5 и <ФИО>2, в которых указано о том, что работодателем проведены мероприятия по устранению причин, способствующих несчастному случаю на производстве:

- правоотношения между ООО «Развитие» и названными работниками признаны трудовыми, утвержден акт формы №Н-1, один экземпляр которого направляется потерпевшему (законному представителю),

- страховые взносы за работников будут оплачены предприятием до 30.04.2024 года,

- издан приказ о расследовании несчастного случая на производстве, которым установлено незамедлительно установить запрет на нарушение технологического процесса, в том числе требований проекта производства работ, допускать к работе только работников, прошедших в установленном порядке обучение по охране труда, провести внеплановый инструктаж по охране труда со всеми работниками, провести анализ эффективности действующей системы управления охраны труда и предпринять соответствующие меры. Акты утверждены заместителем генерального директора ООО «Развитие» <ФИО>10 15 февраля 2024 года (л.д. 144-183 т.1).

Следовательно, предписание государственного инспектора труда ФИО2 признано работодателем законным и обоснованным и частично исполнено путем составления актов формы Н-1 о несчастном случае на производстве.

Доводы административного иска о том, что государственный инспектор труда не имел права на самостоятельную оценку отношений, возникших между ООО «Развитие» с одной стороны и ФИО4, ФИО5 и <ФИО>2 с другой стороны в качестве трудовых, не может быть принят по следующим основаниям.

Как следует из положений ст. 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться:

- лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения части второй статьи 15 настоящего Кодекса;

- судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами.

Таким образом, нормами Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено вынесение государственным инспектором труда предписания о недопустимости заключения гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем. То есть государственному инспектору труда предоставлено законом право делать соответствующий вывод о фактическом наличии трудовых отношений между работодателем и работником.

В данном случае, работодателем, а именно - заместителем генерального директора ООО «Развитие» <ФИО>10, в составленных актах формы Н-1 указано о признании отношений с <ФИО>2, ФИО4 и ФИО5 трудовыми на основании не обжалованного предписания государственного инспектора труда, что соответствует приведенной выше норме Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом, на момент вынесения обжалуемого предписания индивидуальный трудовой спор между <ФИО>2, ФИО4, ФИО11 и ООО «Развитие» по поводу наличия трудовых отношений, на рассмотрении комиссии по трудовым спорам либо суда не находился.

Что касается доводов административного истца о том, что заключение государственного инспектора труда по результатам расследования несчастного случая от 18.102023 года содержит неверные выводы о причинах несчастного случая, в частичности о несоответствии проекта производства работ требованиям законодательства, они также не могут быть приняты, поскольку оценка причин произошедшего несчастного случая государственным инспектором труда производилась с точки зрения соблюдения работодателем требований по охране труда.

Оспариваемое заключение содержит вывод инспектора о том, что проект производства работ не соответствует требованиям правил охраны труда, согласно которым разборку (разрушение) строений (демонтаж конструкций) необходимо осуществлять последовательно сверху вниз (п. 112 Приказа Минтруда России от 11.12.2020 N 883н "Об утверждении Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте"). Также инспектор сделал вывод о том, что проект производства работ не соответствует требованиям правил охраны труда по причине отсутствия в нем решений, обосновывающих выбор метода проведения работ (разрушения), установления последовательности выполнения работ, исключающих самопроизвольное обрушение конструкции (п. 105,106 Приказа Минтруда России от 11.12.2020 N 883н "Об утверждении Правил по охране труда при строительстве, реконструкции и ремонте").

Вместе с тем, выводов о том, что указанный проект производства работ составлен ООО «Развитие» с нарушением каких-либо технических норм и правил, инспектором сделано не было. Соответственно, представленное в материалы дела заключение экспертов от 19.04.2024 года № (л.д. 38-111 т. 1) о соответствии проекта производства работ по демонтажу вытяжных дымовых труб Н-120 №-ППР-КТ требованиям технических регламентов, не свидетельствует о незаконного заключения государственного инспектора труда от 18.10.2023 года.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что оспариваемые заключение и предписание вынесены уполномоченным должностным лицом в рамках предоставленных законом полномочий, отвечает установленным требованиям трудового законодательства, прав и законных интересов административного истца не нарушает.

Кроме того, согласно ч. 1,5,7,8 ст. 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании.

Пропущенный по указанной в части 6 настоящей статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В соответствии с частью 2 статьи 357 Трудового кодекса Российской Федерации предписание государственного инспектора труда может быть обжаловано работодателем в суд в течение десяти дней со дня его получения работодателем или его представителем.

Поскольку положения данной нормы устанавливают специальный срок для оспаривания работодателем предписания государственной инспекции труда, то общий срок обращения в суд, установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в данном случае применению не подлежит.

Как установлено в судебном заседании, обжалуемые заключение и предписание государственного инспектора труда были направлены в адрес ООО «Развитие» 19.10.2023 года и были вручены адресату 01.11.2023 года, о чем свидетельствует отчет об отслеживании отправления (л.д. 142-143 т.1).

О получении представителем ООО «Развитие» данных документов свидетельствует составление актов о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 15.02.2024 года, в текстах которых имеется ссылка на заключение и предписание государственного инспектора труда (л.д. 144-179 т.1).

Само по себе нахождение директора организации ФИО1 в отпуске по беременности и родам в период с 21.08.2023 года по 07.01.2024 года (л.д. 21т.1), а также в отпуске по уходу за ребенком с 24.01.2024 года по 03.05.2025 года (л.д. 19 т.1) не свидетельствует о том, что право на обжалование заключения и предписания государственного инспектора труда не могли быть реализованы иным лицом, выполняющим обязанности руководителя ООО «Развитие».

Кроме того, как указывает ФИО1 в исковом заявлении, о наличии обжалуемых заключения инспектора труда и предписания инспектора труда она узнала при ознакомлении с материалами гражданского дела 08.05.2024 года.

Из приложенных к иску документов следует, что в Железнодорожный районный суд города Екатеринбурга административное исковое заявление ФИО1 об обжаловании заключения и предписания государственного инспектора труда ФИО2 поступило 17.10.2024 года, что следует из штампа входящей корреспонденции (л.д. 14).

Соответственно, в суд ФИО1 обратилась спустя пять месяцев после того как узнала о наличии заключения и предписания инспектора по труду.

Доводы представителя ФИО9 о том, что указанный административный иск ООО «Развитие» был подан изначально в Железнодорожный суд города Екатеринбурга 11.07.2024 года, не могут быть приняты, поскольку на указанную дату десятидневный срок обращения в суд административным истцом уже был пропущен. Более того, из приложенной истцом информации с сайта Железнодорожного районного суда города Екатеринбурга следует, что 11.07.2024 года в суд поступило заявление, зарегистрированное под номером М-2519/2024, которое 11.08.2024 года было возвращено в связи с невыполнением требований суда, указанных в определении об оставлении иска без движения, а 17.10.2024 года в суд поступило заявление зарегистрированное под номером М-3808/2024, которое впоследствии было возвращено в связи с неподсудностью. Соответственно, 11.07.2024 года и 17.10.2024 года были поданы два разных исковых заявления, судьба которых была разрешена по-разному.

Кроме того, определение о возвращении административного иска ФИО1 (М-3808/2024) было вынесено Железнодорожным районным судом города Екатеринбурга 22.10.2024 года, в Краснотурьинский городской суд она обратилась лишь 28.12.2024 года, то есть спустя еще более двух месяцев.

При изложенных обстоятельствах, суд не усматривает оснований для восстановления ФИО1 срока для обращения в суд с административным исковым заявлением, поскольку уважительных причин пропуска данного срока административным истцом не приведено. В свою очередь, пропуск срока для обращения в суд с административным исковым заявлением является самострельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования ФИО1 – генерального директора Общества с ограниченной ответственностью «Развитие» к государственной инспекции труда в Свердловской области, главному государственному инспектору труда ФИО2 о признании незаконным заключения и предписания государственного инспектора труда - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Краснотурьинский городской суд Свердловской области.

Судья: (подпись) Т.М. Сёмкина