УИД - 78RS0019-01-2022-005135-69
Дело № 2-665/2023 19 января 2023 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Приморский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Карпенковой Н.Е., при секретаре Царикаевой М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,
Установил :
ФИО1 обратился 07 апреля 2022 года в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО20 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки, в обоснование исковых требований ссылается на следующие обстоятельства, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял с ответчиком в зарегистрированном браке.
После смерти своей матери ФИО3, скончавшейся ДД.ММ.ГГГГ, с которой истец с самого рождения проживал по адресу: <адрес>, он высказал ответчику желание построить другой дом в поселке <адрес>, так как сильно переживал по поводу смерти близкого человека и думал, что на новом месте будет легче справиться с горем.
В июле 2021 г. именно от ответчика поступило предложение о продаже принадлежащей ей квартиры по адресу: <адрес> и последующей покупки на вырученные деньги на имя истца земельного участка в <адрес>, а также погашении имеющихся у семьи долговых обязательств.
В качестве гарантии соблюдения ее имущественных интересов ответчик просила в качестве встречного имущественного предоставления сначала заключить с ней договор дарения принадлежащих истцу 2/3 долей в праве собственности на земельный участок и дом по адресу: <адрес>, на что истец согласился и 02 августа 2021 г. заключил с ответчиком договор дарения данных объектов недвижимости.
Сделка купли-продажи квартиры ответчика была запланирована на 14 августа 2021 г., которую ответчик отложила по надуманному поводу.
С 17 сентября по 27 сентября 2021 г. истец находился в Москве.
По возвращению он обнаружил, что ответчик переехала из своей квартиры в принадлежавший ему дом.
На вопросы о дальнейших планах она сказала, что дом истцу больше не принадлежит и жить с ним она не намерена, также как не намерена исполнять свои обещания по поводу встречного предоставления в виде выручки с продажи квартиры.
Вскоре ответчик обратилась с иском о расторжении брака, который ДД.ММ.ГГГГ был расторгнут по решению мирового судьи.
Жилой дом, доли которого были переданы в собственность ответчику, является для истца единственным местом жительства.
В результате совершенной сделки истец лишился всего принадлежащего ему имущества.
Кадастровая стоимость безвозмездно переданного ответчику недвижимого имущества составляет 5 252 556,54 рублей за долю земельного участка и 278 677 рублей за долю в жилом доме.
18 февраля 2022 года истец обратился в 25 отдел полиции Приморского УМВД РФ с заявлением о привлечении ответчика к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 159 УК РФ, в ходе проведенной проверки по материалу КУСП была опрошена ФИО2, которая пояснила, что в июле месяце 2021 года истец ушел из дома, уехал в СНТ Адмирал, где жил на стройке у друга. ФИО2 приезжала к мужу по данному адресу несколько раз, просила его вернуться домой в семью, на что он пояснял, что не хочет с ней жить, не хочет ее видеть и готов оставить все свое имущество, чтобы только она оставила его в покое. После этого ФИО2 назначила время у нотариуса и они вместе с мужем приехали в нотариальную контору, где 02 августа 2021 года составили договор дарения принадлежащей супругу доли земельного участка и жилого дома. После сделки она перестала с ним общаться.
С учетом установленных обстоятельств УУП ГУУП и ПДН 25 отдела полиции УМВД РФ по Приморскому району г. Санкт-Петербурга майор полиции ФИО21 вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, усмотрев в действиях сторон гражданско-правовой спор.
В исковом заявлении о расторжении брака ФИО2 указывает, что брачные отношения с истцом были прекращены 08 июля 2021 г. в связи с несовпадением жизненных интересов и несходством характеров.
Очевидно, что при данных обстоятельствах безвозмездная передача 02 августа 2021 г. истцом ответчику всего принадлежащего ему имущества, включая единственное жилье, не имеет обоснования.
Ссылаясь на положения статей 166, 167, 170, 572 Гражданского кодекса РФ, истец просит суд признать договор дарения 2/3 доли жилого дома, кадастровый номер №, площадью № кв.м. и 2/3 доли земельного участка, кадастровый номер №, площадью 1 № кв.м. по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, литера А, заключенный между истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ недействительным и применить последствия недействительной сделки.
В письменных возражениях на исковое заявление и поступивших после допроса свидетелей дополнениях к ним, ответчик исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать, отрицая данное истцу обещание о продаже принадлежащей ей квартиры <адрес> по адресу: <адрес>, перешедшей к ней по праву наследования и являющейся единственным для неё жильем.
Считает, что истец распорядился своим имуществом добровольно, без каких-либо обещаний, гарантий или встречного предоставления с ее стороны.
Истец не указывает в иске о том, что он попросил у своей тети ФИО7 - второго долевого собственником жилого дома, владеющего 1/3 долей и такой же долей земельного участка, денежные средства на приобретение земельного участка в <адрес>, оторая ему отказала, ссылаясь на то, что ей необходимы денежные средства для того, чтобы достроить пристройку в вышеназванном недвижимом имуществе и сделать ремонт.
Кроме того, для достройки дома ответчиком был взят кредит в ПАО Банк ВТБ, который она возвращает до сих пор при финансовой поддержке со стороны тети истца ФИО7 На момент заключения договора дарения, долг перед банком составлял около 1 200 000 рублей.
После отказа ФИО7, истец предложил ответчику продать её квартиру, на что она не согласилась.
В июле месяце 2021 года истец собрал вещи и ушел из квартиры, в которой они совместно проживали более 10 лет, сообщив ей: «Живите, как хотите, а я буду жить своей жизнью». После этого он уехал в СНТ «Адмирал», где работал и жил у своего друга, куда ответчик несколько раз приезжала и просила истца вернуться в семью, также просила помогать в оплате кредита, который они взяли на достройку спорного дома, на что истец ответил отказом. Он сказал, что благодарен ей за уход за мамой, страдавшей онкологическим заболеванием более 5 лет, также благодарен за помощь и поддержку во время его болезни, так как в декабре 2019 году ФИО1 в больнице имени Боткина был поставлен диагноз ВИЧ. Отрицает достоверность показаний допрошенных судом свидетелей, основанных на предположениях и доводах истца, который в суде признает тот факт, что, совершая спорный договор дарения, он избегал соблюдения преимущественного права покупки со стороны ФИО7 Доводы истца документально ничем не подтверждены, а совершенная сделка заключена им добровольно и осознанно. Сравнение даты подачи заявления на развод с датой снятия принадлежащей ответчику на праве собственности квартиры с рекламы о продаже, не имеет никакого правого значения с датой составления спорного договора дарения. До и после дарения дома, коммунальные платежи осуществлялись ответчиком, о чем имеются выписки из банка. Также ответчиком были закуплены батареи и проведены работы в сентябре месяце для подготовки дома к отопительному сезону, что подтверждается чеками и квитанциями.
На основании изложенного, истец не доказал наличие признаков, в силу которых оспариваемый им договор дарения может быть признан притворной сделкой.
В дополнениях к возражениям на исковые требования, привлеченная судом к участию в деле в качестве третьего лица - ФИО7 в лице своего представителя по доверенности ФИО8 приводит свою субъективную характеристику личности истца и ссылается на разлад в семье по его вине. Также указывает, что осенью 2021 года в спорном доме между истцом, ответчиком и третьим лицом произошел конфликт по поводу фактического проживания их в доме, считает, что истец по своей инициативе добровольно оформил у нотариуса договор дарения на принадлежащие ему доли в недвижимости. Каких-либо встречных обещаний от ответчика ему не поступало. Ответчик прожила с истцом в браке 13 лет. При этом истец вёл достаточно свободный образ жизни и в 2019 году это закончилось постановкой ему диагноза ВИЧ, чем он поставил здоровье и жизнь своей жены, под реальную угрозу, в связи с чем, она вынуждена была пройти медицинское обследование. Тем не менее, она простила мужа, посещала его в больнице, носила дополнительные анализы в институт. После выписки из больницы, весь 2020 год, ответчик ухаживала за истцом. Поставила его на ноги. Он всё время говорил, что очень благодарен ей. Свидетели со стороны истца не могут объективно оценивать истинные его намерения. Свидетели сообщили о фактах, сообщенных им истцом, который выдаёт желаемое ему за действительное, в связи с чем просит в иске отказать.
В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные им требования. Дополнительно пояснил, что исковое заявление о разводе он не получал, у них с ответчиком была договоренность о продаже ее квартиры. После августа расходы по содержанию дома он не нес, заехал жить в дом только в ноябре. Ждать был намерен до тех пор, пока квартира ответчика не продалась.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО9 исковые требования поддержала, просил их удовлетворить в полном объеме. Обращает внимание на то, что истец основывает исковые требования на притворности сделки, которая прикрывала договор купли-продажи. Об этом свидетельствует поведение истца после совершения сделки: он рассказывает свидетелям, третьему лица о грандиозных планах при отсутствии доходов, обращается в полицию с заявлением о совершении в отношении него мошеннических действий со стороны ответчика, не освободил жилое помещение, которое является единственным местом его жительства, также он в принципе единственный, кто по этому адресу зарегистрирован и нуждается в этом жилье. При заключении договора дарения воля истца была направлена на совершение возмездной сделки, по сути договора купли-продажи. Договор дарения обеспечивал только освобождение от налогообложения в существенном размере, а также позволял избегать преимущественное право покупки третьим лицом. Объяснения ответчика и третьего лица противоречивы, не вызывают доверия. Между ответчиком и третьим лицом существует сговор. Третье лицо не только поддерживает позицию ответчика, но и, будучи родственником истца, подчеркивает, что равнодушна к его судьбе, к тому, что он фактически остался без жилья. Возможно, она не может простить себе, что когда-то отказалась от части наследства в пользу истца и сейчас намерена вернуть себе все имущество. Именно ФИО7 приняла активное участие в организации сделки дарения, сопровождала участников до самого развода.
Квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного предоставления, любое встречное предоставление со стороны одаряемого делает договор дарения недействительным, чтобы предоставления считалось встречным, оно не обязательно должно быть предусмотрено тем же договором, что и первоначальный дар, может быть предметом отдельной сделки, в том числе и с другим лицом.
Полагает, что истцом представлено достаточно доказательств того, что сделка предполагала встречное предоставление. Обращает особое внимание на показания риэлтора о том, что до появления риелтора квартира уже была выставлена на продажу. Объявление о продаже квартиры, деньги с которой предусматривались в качестве встречного предоставления, было размещено в том же месяце, в котором была совершена сделка дарения. Показания риэлтера не оспаривает и ответчик.
В судебном заседании ответчик ФИО2 заявила, что с исковыми требованиями не согласна, считает, что следует обратить внимание на показания допрошенных свидетелей, которые присутствовали на годовщине смерти матери истца ДД.ММ.ГГГГ и сообщили, что отношения между истцом и ответчиком были нормальные. Это было после подписания договора дарения. Тем самым, опровергается утверждение истца о том, что после 02 августа 2021 г. она перестала с истцом общаться. Свидетель ФИО24 сообщила суду о фактах, о которых ей сообщил истец. Истец через своего представителя заявил о том, что договор дарения является притворным, так как он планировал избежать преимущественного права покупки третьим лицом, тем самым он признается в обмане своей тети. Позиция истца сводится к тому, что ответчик обещала отдать ему деньги от продажи квартиры, которые пошли бы на достройку дома, а также на ведение фермерского хозяйства, чему никаких доказательств истец не предоставляет. Истец мог распорядиться своей долей, получить деньги с ее продажи. Притворность сделки подразумевает обязательное доказывание умысла обеих сторон сделки на ее совершение. Истец по своей инициативе оформил договор дарения в нотариальной конторе. Каких-либо встречных обещаний от неё не поступало. Истец изъявил желание уйти из семьи в июле 2021 г., при этом сообщил, что в благодарность за поддержку во время его болезни он оставляет ей часть участка. Она взяла кредит на достройку данного дома в 2018 г., который выплачивает совместно с ФИО7 и по сей день. В браке истец заболел, она поддержала его, так как он находился в тяжелом физическом и психологическом состоянии, полностью занялась его лечением, посещала больницы, ездила в специализированные центры. Несмотря на угрозу заражения, она приняла решение сохранить брак. После того как истец добровольно подписал договор дарения у нотариуса, через две недели приехал на оформление в МФЦ, что доказывает его добровольное согласие на дарение данной недвижимости. После того, как истец ушел из дома и она узнала, что он планирует другую семью, ей был инициирован развод. По непонятным причинам через полгода он подал на ответчика в суд с целью признать договор дарения недействительным, придумав о её обещании продать квартиру в обмен на дарственную. Данная квартира является для неё единственным жильем, в которой также прописан её брат, поэтому она не давала и не могла дать подобного обещания. Полагает, что у истца не сложились новые отношения, он передумал и решил аннулировать договор дарения. Семейные вопросы обсуждались только на семейных советах между нею и истцом в присутствии ФИО7 Даты подачи заявления в суд на развод и снятие с продажи квартиры, принадлежащей ей на праве собственности, а также дата подписания договора дарения никак между собой не связаны. Принадлежащая ей квартира была выставлена на продажу в связи с необходимостью погасить кредит, который она брала на свое имя в 2018 г. для достройки спорного дома. После ухода из дома истец отказался вносить ежемесячные платежи, поэтому погашение кредита легко полностью на неё. На остаток средств она планировала приобрести квартиру-студию в городе. Объявление о продаже квартиры было опубликовано в интернете. С ней связался риэлтор, предложение о покупке встречного жилья при продаже квартиры от неё не поступало, так как она планировала приобрести жилье напрямую от застройщика. В это время она планировала жить у своего отца с его согласия. Затем в спорном доме, когда он будет пригоден к проживанию. Причину развода в заявлении она указала как несовместимость характеров и жизненных интересов, так как писала заявление впервые и взяла образец из интернета. В заявлении было указано, что примирение между сторонами невозможно ввиду ухода ФИО1 из семьи и нежелании менять свою жизнь. До и после дарения оплата коммунальных платежей осуществлялась ею, имеются выписки из банка, а также были закуплены батареи и проведены работы по подготовке дома к отопительному сезону, имеются чеки о покупке, что доказывает её намерение в дальнейшем проживать в этом доме. Договор дарения был оформлен у нотариуса, все права и правовые последствия были озвучены при подписании. Показания свидетелей со стороны истца не основаны на конкретных фактах, а только на словах истца. Стороной истца не были представлены письменные доказательства. Считает исковые требования необоснованными, ничем не подтвержденными, в связи с этим в иске просит суд отказать.
В судебном заседании представитель ответчика и третьего лица по доверенностям ФИО8 поддержал ранее изложенные в письменных возражениях и дополнениях к ним доводы. Дополнительно пояснил, что спорный договор дарения был оформлен в благодарность ответчику за уход за истцом в период его болезни. Условия пунктов 10 и 11 спорного договора дарения опровергают позицию истца.
В судебном заседании третье лицо ФИО7 указала на то, что иск не подлежит удовлетворению, поскольку никаких встречных обязательств не было. Если бы они были, она бы точно была в курсе, поскольку все разговоры происходили при ней. По поводу грандиозных планов и отсутствия доходов, здесь нет никакого противоречия, потому что многие люди фантазируют на ровном месте. Её заинтересованность в ходе этого дела может заключаться только лишь в том, что она сидела в холле МФЦ при совершении спорной сделки. Заинтересованности в деле у неё нет, потому что при любом исходе в отношении оспариваемого имущества, её имущественное положение не изменяется.
Выслушав пояснения истца, ответчика, третьего лица и их представителей, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.
Представленные в материалы дела письменные доказательства подтверждают такие обстоятельства, что истцу ФИО1 принадлежали 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.
Указанные 2/3 доли в праве общей долевой собственности ему перешли по договору дарения 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой и земельный участок от 04 марта 2017 года и 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой и земельный участок на основании договора дарения от 18 июля 2019 года.
Оставшиеся 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой и земельный участок перешли в порядке наследования по завещанию ФИО7 в 1993 году.
В спорной жилом доме с 20 октября 2017 года зарегистрирован истец, третье лицо ФИО7 была в нём зарегистрирована до 13 июля 2004 года, затем по иному адресу: <адрес>.
В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец состоял с ответчиком в зарегистрированном браке, который расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 162 Санкт-Петербурга от 20 декабря 2021 года по делу №.
Положениями п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
02 августа 2021 года между истцом и ответчиком был заключен договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью № кв.м. с кадастровым номером № и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером №, площадью № кв.м., расположенные по адресу: <адрес>.
Указанный договор был удостоверен на бланке 78 АВ 0690160 ФИО25, временно исполняющей обязанности нотариуса нотариального округа г. Санкт-Петербурга ФИО26
17 августа 2021 года был зарегистрирован переход права собственности на указанные 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилой дом по указанному адресу от истца к ответчику.
Согласно положений п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.
Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ФИО1 указывает на то, что указанный договор дарения долей фактически являлся возмездным, поскольку по достигнутой с ответчиком договоренности, последняя собиралась продать принадлежащую ей квартиру с передачей истцу вырученных от её продажи денежных средств взамен на передачу ей прав на доли в праве собственности на дом и земельный участок на основании договора дарения, чтобы избежать оплаты налогов и права преимущественной покупки.
Однако исполнение достигнутой договоренности, в отличие от истца, она не осуществила.
Как следует из неоднократно выраженных Конституционным Судом Российской Федерации правовых позиций, в сфере любых правоотношений личность выступает не как объект государственной деятельности, а как полноправный субъект, который может защищать свои права и свободы всеми не запрещенными законом способами, гарантии судебной защиты должны быть достаточными для того, чтобы обеспечить конституционным правам и свободам эффективное и реальное действие, а суды при рассмотрении дел обязаны исследовать фактические обстоятельства по существу, не ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, с тем чтобы право на судебную защиту не оказалось ущемленным (Постановления от 3 мая 1995 года № 4-П, от 6 июня 1995 года № 7-П, от 2 июля 1998 года № 20-П, от 20 апреля 2006 года № 4-П, от 22 апреля 2011 года № 5-П, от 27 декабря 2012 года № 34-П, от 22 апреля 2013 года № 8-П, от 31 марта 2015 года № 6-П, от 27 октября 2015 года № 28-П, от 11 июля 2017 года № 20-П и др.).
Пунктом 1 статьи 196 ГПК РФ определено, что вопрос о том, каковы правоотношения сторон, какой закон подлежит применению, разрешается судом при принятии судом решения.
Правовая квалификация спорных правоотношений сторон, содержащаяся в исковом заявлении, имеет важное значение для суда, рассматривающего дело.
Однако суд не должен быть связан исключительно применением тех правовых норм, на которые ссылаются стороны.
Отвергнув ошибочную юридическую квалификацию, предлагаемую стороной, суд может самостоятельно обратиться к содержанию норм, на которые стороны не ссылались.
Данная позиция изложена в абзаце втором пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству».
В частности разъяснено, что поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.
Также, в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения.
В соответствии со статьей 148 ГПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора.
По смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.
Таким образом, суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.
Отказ в иске в связи с ошибочной квалификацией недопустим, поскольку не обеспечивает разрешение спора, определенность в отношениях сторон, соблюдение баланса их интересов, не способствует максимально эффективной защите прав и интересов лиц, участвующих в деле.
Рассматривая настоящий спор, исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, суд полагает, что спорные правоотношения содержат признаки как притворной сделки, так и сделки совершенной под влиянием обмана, правовые последствия которых урегулированы положениями ч. 2 ст. 170 и ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ.
Поскольку ответчик принадлежащую ей квартиру не продала и вырученные деньги истцу за переход права на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок ему не передала, спорные правоотношения могут быть квалифицированы по ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ (сделка дарения совершена истцом под влиянием обмана со стороны ответчика).
Положения статьи 179 Гражданского кодекса РФ, устанавливающие условия, при наличии которых сделка может быть признана судом недействительной, как совершенная под влиянием обмана, направлены на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделки с учетом необходимости соблюдения баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки и призваны обеспечить защиту прав и законных интересов добросовестных участников гражданско-правовых отношений, что согласуется с положением статьи 15 (часть 2) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы, а с их применением судами общей юрисдикции.
В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Согласно разъяснениям, данным в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).
Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки.
При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Оценивая представленные доказательства, суд, соглашаясь с доводами искового заявления ФИО1, приходит к выводу о недействительности заключенного 02 августа 2021 года между ним и ответчиком ФИО2 договора дарения 2/3 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, поскольку из совокупности представленных доказательств усматривается, что воля истца указанного договора была направлена на получение за переданные доли денежных средств, а воля ответчика на передачу денежных средств вырученных от продажи принадлежащей ей квартиры, от которой ответчик отказалась после переоформления на её имя права собственности на 2/3 доли в спорном имуществе.
При этом воля ФИО1 на отчуждение спорной 2/3 доли дома и земельного участка на безвозмездной основе (дарение) отсутствовала.
Суд полагает, что материалы дела свидетельствуют о том, что сформированная ответчиком волевая установка истца была направлена на отчуждение долей в праве общей долевой собственности на единственный для него жилой дом и земельный участок взамен получения от неё денежных средств, которые истец планировал вложить в строительство иного жилого помещения по иному адресу.
В противном случае, будь истец информирован ответчиком до заключения договора дарения об отказе ответчика от продажи принадлежащей ей квартиры, с передачей истцу вырученных денежных средств, сделка дарения не состоялась.
Данные обстоятельства, по мнению суда, нашли своё подтверждение в ходе судебного разбирательства.
Так спорные 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> для истца ФИО1 являлись единственным пригодным для его проживания жильем.
У ответчика имеется на праве собственности жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>.
В поданном мировому судье 20 сентября 2021 года исковом заявлении ответчик ФИО2 указала, что с истцом ФИО1 брачные отношения фактически прекращены в ДД.ММ.ГГГГ, дальнейшая совместная с ним жизнь и сохранение семьи невозможны.
В заявлении от 22 ноября 2021 года мировому судье ответчик просит рассмотреть иск о расторжении брака в её отсутствие, просит не давать срок для примирения с ФИО1
Решением мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ брак между сторонами спора был расторгнут.
В связи с тем, что договоренность ответчиком о продажи принадлежащей ей квартиры с передачей истцу вырученной денежной суммы в счет оплаты подаренных им 2/3 долей в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок не было исполнено, 18 февраля 2022 года истец обратился в 25 ОП УМВД России по Приморскому району Санкт-Петербурга с заявлением о привлечении ответчика к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 159 УК РФ, считая, что ответчик совершила в отношении него мошеннические действия, что повлекло лишение права на жилое помещение.
По результатам проведённой проверки УУП ГУУП и ПДН 25 отдела полиции УМВД РФ по Приморскому району г. Санкт-Петербурга майор полиции ФИО21 27 февраля 2022 года вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.
Из содержания указанного постановления следует, что опрошенный ФИО1 пояснил, что проживает постоянно с момента своего рождения по адресу: <адрес>. Данный участок с домом принадлежал его маме (2/3 доли) и тёте ФИО7 (1/3 доли). ДД.ММ.ГГГГ его мама ФИО3 умерла. С ДД.ММ.ГГГГ года он находился в браке с ФИО2, проживали они у него по адресу: <адрес>. Когда в ДД.ММ.ГГГГ году у его супруги умерла мама, ее отец на имущество не претендовал и квартира мамы по адресу: <адрес> перешла по наследству ей и брату. После чего брат решил продать свои доли в данной квартире своей сестре (его жене). Свои доли брат оценил в 1 500 000 рублей. Первоначальный взнос в сумме 600 000 рублей, ремонт и обустройство квартиры, бытовой техники оплачивал ФИО1 из своих денежных средств. Его жена работала в гостинице «Смолинская» в должности администратора и все заработанные деньги тратила только на себя. Содержал семью всегда он. В дальнейшем в течение трех лет он полностью погасил перед братом жены остаток долга за квартиру. Всё это время они проживали с женой в данной квартире. Коммунальные услуги по данной квартире оплачивала жена. В июле месяце 2021 года на семейном совете было принято решение о продаже принадлежащей квартиры жены по адресу: <адрес> для последующей покупки земельного участка, для строительства дома и погашения кредитов. Условием продажи квартиры со стороны жены являлось дарение 2/3 доли принадлежащего ему земельного участка. ФИО1 с условиями жены согласился, так как полностью ей доверял. Поэтому 02 августа 2021 года они с женой поехали в нотариальную контору по адресу: <адрес>, где заключили договор дарения. После чего, отношения между ними не изменились и они готовились к сделке по продаже её квартиры. Позднее, жена отказалась от продажи квартиры, при этом отказ ничем не обосновала. С сентября месяца жена переехала жить по адресу: <адрес>. 10 сентября 2021 года ФИО1 приезжал к жене и тете, чтобы с ними переговорить по факту продажи квартиры, но жена ответила отказом от продажи квартиры. Далее ФИО1 уехал в г. Москву, с 17 сентября 2021 по 27 сентября 2021 года для решения рабочих вопросов. По возвращению жена сказала, что дом больше ему не принадлежит и жить с ним она не намерена. В дальнейшем ему позвонили из суда и сообщили, что жена подала заявление о расторжении брака. В ноябре месяце, а именно 06 ноября 2021 года ФИО1 пришёл в дом по месту своей регистрации: <адрес> и стал там проживать. Примерно через две недели жена приехала в дом, забрала свои личные документы и документы на бытовую технику. С женой они никак уже не разговаривали. После этого они с женой не виделись. На заседание суда он приехать не смог, а позднее получил уведомление о расторжении брака от ДД.ММ.ГГГГ. В данный момент времени он проживает по месту своей регистрации, где и собирается проживать в дальнейшем, так как считает, что бывшая жена незаконно завладела принадлежащим ему имуществом, введя его в заблуждение и это является его единственным жильем, которое у него имеется. Все имущество, техника, находящееся в доме по адресу: <адрес> покупалось лично ФИО1 и на его личные денежные средства. Бывшая жена ФИО2 в дом по месту его регистрации никакое имущество не покупала и ничего не привозила.
Также была опрошена ФИО2, которая пояснила, что в 2007 году она познакомилась с ФИО1, после чего ДД.ММ.ГГГГ они официально зарегистрировали свой брак. Проживали у него дома по адресу: <адрес>. Примерно в 2012 году они переехали в её квартиру по адресу: <адрес>. Данная квартира ей осталась от родителей на двоих с братом, который впоследствии написал на неё дарственную и квартиру подарил ей. В июле месяце 2021 года муж ушёл из дома, уехал в СНТ «Адмирал», где жил на стройке у друга. ФИО2 приезжала к мужу по адресу несколько раз, просила его вернуться домой в семью, на что он пояснял, что не хочет с ней жить, не хочет её видеть и готов оставить всё своё имущество, чтобы только она оставила в его покое. После чего ФИО2 назначила время у нотариуса и они вместе с мужем приехали в нотариальную контору 02 августа 2021 года, где составили договор дарения от имени мужа о том, что он дарит ей принадлежащие ему доли земельного участка и дома. После этого она перестала с ним общаться.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО24 в судебном заседании 23 сентября 2022 года пояснила, что являлась соседкой сторон спора по <адрес>, ФИО4 – мать истца была её подругой, они выросли вместе, знакомы с 1962 года. Вся жизнь этой семьи прошла на её глазах. ФИО3 жила сложно, одна воспитывала двоих сыновей. Петр был тем сыном, который всю жизнь был рядом с ней. В поселке все его очень уважают. Когда мама заболела, у нее был рак головного мозга, вся тяжесть ее болезни легла на Петю. Он настолько ей помогал, что это помогло ей прожить еще 5 лет после операции. Они жили очень скромно. У него было желание построить новый дом, дать матери жить по-человечески. Он все сделал в ее домике, чтобы у мамы было все как в городе. ФИО11 она узнала на свадьбе. Петя уехал жить к Ирине в квартиру в Лисьем Носу. Они жили очень хорошо. Петя работал по 24 часа. Он построил хороший дом. Когда мама умерла, он изжил себя полностью, потому что они всю жизнь были вдвоем. Мы с ним общались после смерти мамы, он делился со мной своими планами. Хотел встать крепко на ноги. Он сказал, что ему тяжело жить в этом поселке, в этом доме. Он ездил к другу на стройку в пос. Первомайское и там увидел места, которые его зацепили. Сказал, что хочет продать свою долю в доме и купить там землю для постройки дома и фермерского хозяйства. Сказал, что Ира согласна, он оформит на нее дарственную, а она отдаст ему деньги от продажи своей квартиры. 02 августа 2021 г. он оформил на нее дарственную из расчета, что они следом выставляют на продажу её квартиру и эти деньги идут на достройку дома, отдачу кредитов, залог на участок и развитие всего остального. Но получилось так, что через две три недели после того, как выставили объявление, Ира сказала, что отказывается от продажи своей квартиры. Дарственную он уже подписал. Вот этот момент был для свидетеля полной неожиданностью. Петр очень доверял Ире и ему было без разницы, как это оформить. То, что он ушел из семьи - ложь. Такую версию свидетель слышит впервые. Никто не уходил из семьи. Он тогда в Первомайском у друга строил дома. 7 июля туда к нему и тетя и жена приезжали на день рождения. Петр приезжал домой раз в неделю. Ответчик подала заявление на развод ДД.ММ.ГГГГ, а 02 августа 2021 г. получила дарственную и отказалась от продажи квартиры. Тут возникает вопрос, чем она руководствовалась. Петя любил ее, содержал ее. После того как это все свершилось, Петя поехал по делам в Москву, когда он приехал, ему сказали, что он теперь здесь никто. Петя был потрясён в этот момент. Из семьи он не уходил. От кого поступило предложение о дарении участка, свидетель ответить затрудняется, но со слов Петра знает, что они выставляли квартиру вроде за 7,5 млн. рублей. После того как не стало его мамы, самим близким человеком для общения и совета стала свидетель. Он стал ей как родной сын. Они с ним общались раз в месяц, раз в два месяца, созванивались на праздники. У них со свидетелем были абсолютно доверительные отношения. У него не было жилья, не было денег, люди давали ему еду. Как он сказал, его предал самый близкий человек. ФИО31 одинокая женщина. Когда не стало ФИО10, остались только они. С Ирой они были в очень хороших отношениях. Не может сказать, почему она поддержала Ирину. На поминках свидетеля не было. О том, что он изменил и заболел, она ничего не знает, поскольку это тема личная.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО5 Н.А. в судебном заседании 23 сентября 2022 года пояснила, что с Петром и Ириной она знакома, неприязненных отношений к ними нет. Свидетель давний друг его мамы, знакомы с 1980 года, а Петра знает с 13 лет. Он постоянно проживал в этом доме. Они общались и продолжают общаться и после смерти мамы. До смерти он принимал активное участие в ее лечении. Когда у Петра умерла мама, он очень переживал. Он говорил, что ему трудно находится в ее доме, поскольку весь дом был построен мамой, каждый куст был посажен ей. Мы встретились на годовщину. Был Петя, Ирина, ФИО12. Свидетель спросила у Пети, как у него дела, он начал ей рассказывать о планах, что он работал на каком-то участке в районе Зеленогорска, что ему там понравилось и он внес залог за землю. Он планировал достроить дом, купить машину, раздать долги. Сказал, что жена решила продать квартиру отдать ему деньги, а он взамен отдаст ей дом. Это было формальное обеспечение, чтобы человек не остался без ничего. В тот момент у них все было идеально. Они шли все вместе с кладбища, кода вели этот разговор, а Ирина слышала его, но ничего не говорила. Никакого намёка, что кто-то собирался разводиться, не было. Речь шла о П-ных делах, его планах. Деньги были нужны для развития этих планов, без продажи квартиры сделка бы не состоялась. Он от памяти мамы никогда не будет избавляться. Мама ему завещала доли, он ей распорядился. Если бы он хотел избавиться от дома, он бы его продал. Это был разговор по дороге, не за столом.
Допрошенный в качестве свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании 20 октября 2022 года пояснил, что он риэлтер, с Петром он встречался один раз, с Ириной несколько раз, так как показывал квартиру, которая находится в <адрес>. Вышел на него Петр, это было летом прошлого года. Он попросил помочь в продаже квартиры. Что он не собственник свидетель выяснил, когда стал водить на показ квартиры. Свидетелю Петр сразу сказал, что контактировать надо с Ириной. Ей он присылал объявление, которое сделал, перед этим делал видео фото, всегда контактировал с ней. Свидетель посмотрел нашу переписку, это был август, сентябрь, тогда уже появился покупатель. Квартира уже была выставлена на продажу до него. Петр обратился к свидетелю, чтобы быстрее продать квартиру. Детали он прояснил, когда прочитал их (свидетеля) с ней переписку. Она интересовалась налогами. Несколько просмотров было, появился покупатель. Ирина прислала свидетелю паспорт, документы для сделки. Цена квартиры была по рынку не дешевая. Почему она продавала квартиру, он не интересовался. Петр говорил свидетелю что-то про дом, который он собирался строить. Речь шла о доме в Лисьем носу, в который можно переехать. Согласно их (свидетеля) с Ириной переписке 04 сентября 2021 г., она прислала документы, 07 сентября 2021 г. задала вопрос о том, нет ли новостей по квартире, 10 сентября 2021 г. она написала, что по семейным обстоятельствам снимает квартиру с продажи. Когда 14 сентября 2021 г. свидетелю стали звонить покупатели, Ирина ответила, что квартира снята с продажи, продавать ее не планирует. Вопрос про налог на продажу был. Причиной снятия с продажи свидетель не интересовался. Также свидетель подтвердил, что третье лицо присутствовало при показе квартиры.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО27 в судебном заседании 20 октября 2022 года пояснила, что знакома с Петром и с Ириной, является подруга с работы ФИО13 мамы. После смерти мамы, с Ириной свидетель общалась только на годовщине, с Петром общалась по телефону. О случившемся Петя свидетелю стеснялся говорить, он сказал Пашковской, она сказала свидетелю, что произошла такая подлость. Петя хотел сделать все правильно и честно, все, что сделала его жена, это нечестно, она оставила его без всего. Этот дом мамин и вся история его создания была на глазах свидетеля, который знал, что ФИО32 подарила дом Пете. Он не имел намерения продавать, дарить его. Он человек, которого можно обмануть. Он очень любил жену. Он ничего не собирался отчуждать. Мама подарила ему этот дом, потому что он за ней ухаживал, он продлил ей жизнь лет на десять. Ира ухаживала за ФИО33, вследствие чего свидетель не ожидала от нее такую подлость. Свидетель присутствовал на годовщине на кладбище, потом поехали на участок. На кладбище были ФИО35, свидетель, ФИО34 с работы. Петя с ФИО5 и с Ирой стояли с другой стороны. Всего было шесть человек. ФИО6 не знает. Разговаривали между собой Петя, Ира и ФИО5. Они разговаривали по-деловому, свидетель в разговор не вслушивалась. Отношения у Пети и Иры были всегда прекрасные. И тут тоже все было хорошо, как всегда. Прекрасные мирные отношения. Об измене Петра свидетель не знала, такие вещи не рассказываются. В августе они выглядели как семейная пара, как всегда нормально. Свидетель приезжала к ФИО3 достаточно часто. Когда Ирина и Петр были там, видела их. На поминках видела их, все было нормально. Свидетель не мог представить, что такое возможно, у него не возникало вопросов.
Оснований не доверять доводам иска ФИО1 у суда не имеется, поскольку они не противоречивы и согласуются с другими собранными по делу доказательствами в их совокупности и взаимной связи.
Стороны по спорному договору дарения 2/3 доли преследовали общую цель и с учетом правил ст. 432 Гражданского кодекса РФ достигли соглашения по условиям договора продажи доли дома и земельного участка, то есть сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка, но не исполненная стороной ответчика по мотиву обмана истца.
По действующему законодательству возможность признания заключенной сделки одновременно как притворной, так и совершенной под влиянием обмана отсутствует, поскольку при заключении притворной сделки все стороны сделки осознают, на достижение каких правовых последствий она направлена, тогда как при заключении сделки под влиянием обмана одна из сторон сделки (потерпевший) была обманута другой стороной либо третьим лицом.
Признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки, в спорном случае возмездной сделки купли-продажи.
Согласно ч. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Таким образом, по договору дарения юридической целью является приобретение имущества в собственность у законного собственника имущества на безвозмездной основе, в подтверждение чему должны быть представлены соответствующие доказательства.
В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.
По правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.
В силу приведенных выше правовых норм, квалифицирующим признаком дарения является безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствие встречного предоставления. Любое встречное предоставление со стороны одаряемого делает договор дарения недействительным. Чтобы предоставление считалось встречным, оно необязательно должно быть предусмотрено тем же договором, что и первоначальный дар, может быть предметом отдельной сделки, в том числе и с другим лицом.
В данном случае должна существовать причинная обусловленность дарения встречным предоставлением со стороны одаряемого, при наличии которого будет действовать правило о притворной сделке.
Таким образом, по основанию притворности недействительной может быть признана сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Собранные по делу доказательства подтверждают такие обстоятельства, что стороны решили оформить сделку купли-продажи договором дарения.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что заключенный 02 августа 2021 года между сторонами спора договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом <адрес>, площадью № кв.м., в силу пункта 2 ст. 170, 167 Гражданского кодекса РФ является недействительной сделкой.
Суд принимает во внимание такие обстоятельства как поведение истца после заключения спорной сделки, выразившееся в его планах, связанных с покупкой земельного участка в <адрес>, при отсутствии реального дохода, нашедшие свое подтверждение в показаниях свидетелей и объяснениях ответчика и третьего лица, отказ ответчика от продажи квартиры и выполнении условий договора купли-продажи, что повлекло обращение истца в отделение полиции с заявлением о совершении в отношении него со стороны ответчика мошеннических действий по завладению принадлежащим ему земельным участком и домом, отказ от освобождения жилого помещения по спорному адресу, которое является его единственным местом жительства, продолжение активного пользования спорными объектами недвижимости как своим собственным, отказ от снятия с регистрационного учета по месту жительства по спорному адресу.
Заключенная сторонами сделка направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки, которые имели намерение не оплачивать налоги, не выполнять требования пункта 1 статьи 250 Гражданского кодекса РФ о реализации преимущественного права покупки остальными участниками долевой собственности.
Поскольку договор дарения от 02 августа 2021 г. был совершен сторонами в целях прикрыть сделку купли-продажи 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и земельный участок, в соответствии с пунктом 1 статьи 572, статьей 170 Гражданского кодекса РФ, такая сделка является притворной и к такой сделки в виде последствий ее недействительности должны применяться правила договора купли-продажи в виде перевода прав и обязанностей по договору купли-продажи доли в праве собственности с установлением цены - стоимости безвозмездно переданной доли земельного участка в размере 5 252 556 рублей и стоимость безвозмездно переданной доли жилого дома в размере 278 677 рублей.
Стоимость безвозмездно переданного ответчику недвижимого имущества определена судом по кадастровой стоимости, так как стороны имели намерение уклониться от уплаты налогов.
На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также подлежит взысканию оплаченная им государственная пошлина в размере 300 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь положениями ст.ст.12,56,67,98,167,194-198 ГПК РФ, суд
Решил :
Исковые требования ФИО1 удовлетворить.
Признать сделку - договор дарения 2/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью № кв.м., кадастровый номер № и 2/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом <адрес>, кадастровый номер: №, площадью № кв.м., заключенный 02 августа 2021 г. между ФИО2 и ФИО1 недействительным.
Применить последствия недействительности сделки.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 стоимость безвозмездно переданной доли земельного участка в размере 5 252 556 рублей и стоимость безвозмездно переданной доли жилого дома в размере 278 677 рублей.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (Триста) рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд через Приморский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья
В окончательной форме решение изготовлено 28 августа 2023 года