Дело № 2-1100/2022

УИД: 28RS0023-01-2022-001730-70

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

« 13 » октября 2022 года город Тында

Тындинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Насветовой Е.И.,

при секретаре Ткаченко И.Р.,

с участием истца ФИО1,

представителей третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей по Амурской области ФИО2, ФИО3,

путем использования видеоконференцсвязи представителя ответчика ГУ Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ ФИО14,

рассмотрев материалы гражданского дела по исковому заявлению ФИО1 к ГУ – Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» о признании незаконным и отмене медицинского заключения, признания наличия профессионального заболевания, незаконными бездействий, выразившихся в не принятии решения о назначении единовременной страховой выплаты, признании права на получение страховой выплаты, устранении допущенных нарушений,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, в обоснование указав, что она является супругой "Умерший", умершего ДД.ММ.ГГГГ На дату смерти "Умерший" работал в должности водителя автомобиля скорой медицинской помощи ГАУЗ АО «Тындинская больница». ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" выезжал на вызов с медицинской бригадой для оказания медицинской помощи гражданину ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (точный адрес мне неизвестен), у которого был диагностирован COVID-19. В период предшествующий смерти, "Умерший" мог осуществлять выезды и к другим больным, заразившимся COVID-19, о чем ей на момент обращения в суд с иском достоверно неизвестно. После осуществления такого вызова к указанному лицу, заразившемуся коронавириусной инфекцией, "Умерший" был госпитализирован в Тындинскую больницу с диагнозом COVID-19. ДД.ММ.ГГГГ в помещении Тындинский больницы он умер от COVID-19 и его последствий. В ДД.ММ.ГГГГ в Тындинской ЦРБ ей устно сообщили об отказе в назначении и получении единовременной страховой выплаты по причине того, что у "Умерший" якобы не установлена связь заболевания с профессией, то есть сообщили, что не установлен факт работы с лицами, заразившимися коронавирусной инфекцией или с лицами с подозрением на коронавирусную инфекцию. В тот день никаких документов и решений ей не было предоставлено. ДД.ММ.ГГГГ в Тындинской больнице ей выдали заключение об отсутствии профессионального заболевания у "Умерший" Решения ФСС об отказе в назначении выплаты у нее до сих пор нет, таким образом, полагает ФСС не принимал такого решения, то есть осуществил бездействие, нарушающее ее права на получение указанной выплаты. Считает медицинское заключение незаконным, подлежащим отмене, так как оно, проведено необъективно, неполно, не основано на всех обстоятельствах и таким образом нарушает ее право на получение указанной выше выплаты. Полагает оспариваемый акт о случае профессионального заболевания незаконным и подлежащим отмене в связи с тем, что в нем все обстоятельства, имеющие значение подробно не изложены, что, по мнению истца, является нарушением Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 г. N 967.

На основании вышеизложенного, просит суд признать незаконным и отменить медицинское заключение об отсутствии профессионального заболевания у "Умерший" от ДД.ММ.ГГГГ №, выданное ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница»; признать наличие у "Умерший" профессионального заболевания - новой коронавирусной инфекции COVID-19; признать незаконными бездействие ГУ - Амурское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, выразившиеся в не принятии решения о назначении ей страховой выплаты предусмотренной подпунктом «а» пункта 2 Указа Президента РФ от 06.05.2020 года № 313; признать за ФИО1 право на получение страховой выплаты, предусмотренной подпунктом «а» пункта 2 Указа Президента РФ от 06.05.2020 года № 313 и обязать ГУ - Амурское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации принять решение о назначении и выплате ей указанной страховой выплаты.

Истец в судебном заседании на исковых требованиях настаивала в полном объеме с учетом дополнений, представленных в ходе судебного разбирательства, указала на наличие установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств для их удовлетворения.

Представитель ответчика ГУ Амурское региональное отделение Фонда социального страхования ФИО14 не согласился с исковыми требованиями, указал на отсутствие у оснований ГУ - Амурское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации для назначения и произведения выплаты истцу, поскольку основной документ, а именно акт о случае профессионального заболевания, отсутствует, как и отсутствуют правовые основания для назначения выплаты. Поддержал позицию, изложенную в ранее представленных суду письменных возражениях. Просил в иске отказать.

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ГУ - Амурское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации указывает, что факт контакта водителя автомобиля Отделения СМП "Умерший" при выполнении профессиональных обязанностей водителя автомобиля Отделения скорой медицинской помощи с медицинскими работниками и пациентами, с подтвержденными диагнозами: коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19, не доказан. При этом обратил внимание суда на то, что санитарно-гигиеническая характеристика условий труда в отношении "Умерший" со стороны истца и работодателя не оспорена. Требований об оспаривании или признании указанной СГХ № 43 от 21.10.2021 года недействительной не предъявлялось. Медицинским заключением центра профессиональной патологии ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» от 03.01.2022 года №1 связь заболевания "Умерший" новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) с его профессиональной деятельностью не установлена. В связи с тем, что заключением центра профессиональной патологии ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница» связь заболевания "Умерший" с профессией не установлена, и данный документ не оспорен, акт о случае профессионального заболевания не оформлялся. Следовательно, не установлено 2 обязательное условие, содержащееся в Указе от 06.05.2020 года № 313, а именно, что не установлен факт заражения умершего непосредственно от пациентов, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и/или пациентов с подозрением на эту инфекцию при исполнении им его трудовых обязанностей. Таким образом, случай смерти "Умерший" не является страховым случаем по Указу от 06.05.2020 года № 313. На основании изложенного просил отказать удовлетворении требований ФИО1 к Отделению Фонда отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей - ФИО2 с иском также не согласилась. Указала, что страховой случай не имеет место быть, так как не установлена причинно-следственная связь между заболеванием и трудовой деятельностью "Умерший". Не доказано, что он контактировал с больными ковидом, как и не доказано, что он контактировал со ФИО10. Согласно должностной инструкции водитель находится на своем месте, только в случае необходимости он помогает медицинским работникам. В случае со ФИО10, к нему выходил медицинский работник, в транспортировке ФИО10 не нуждался, он лечился на дому, поэтому "Умерший" с ним не контактировал. Согласно санитарно-гигиенической характеристике не установлен факт контакта водителя "Умерший" с больными ковидом.

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей – ФИО3 указав на отсутствие оснований, просила в иске отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. Представил письменные возражения и дополнения к ним, указав, что представитель ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» с иском не соглашается. С учетом предмета заявленных требований указывают на отсутствие факта установления осуществления "Умерший" трудовой деятельности непосредственно в контакте с лицами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), а также причинно - следственной связи инфицирования новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при осуществлении трудовой деятельности непосредственно в контакте с такими больными. С учетом сведений, отраженных в Карте эпидемиологического обследования риск заражения "Умерший" новой коронавирусной инфекцией при выполнении им своих должностных обязанностей маловероятен. В связи с чем случай повреждения "Умерший" не подлежит оформлению справкой в соответствии с требованиями временного положения о расследовании случаев причинения вреда здоровью медицинского работника, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 16.05.2022 года №695. Таким образом, с учетом изложенного, принимая во внимание, что в отношении "Умерший" отсутствуют документы, подтверждающие возникновение профессионального заболевания, просит в иске отказать.

В судебное заседание не явились надлежащим образом извещенные третьи лица ФИО15, ГАУЗ АО «Тындинская больница», Министерство здравоохранения Амурской области, Министерство финансов Амурской области, Правительство Амурской области, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом, причины неявки неизвестны, ходатайств об отложении не поступало.

С учетом положений ст. 154 ГПК РФ, обязывающей суд рассмотреть спор в разумный срок, а также в соответствии с положениями статьи 167 ГПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, не возражавших относительно рассмотрения дела при данной явке, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения истца, представителей ответчика и третьего лица, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Федеральный закон РФ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года N 125-ФЗ устанавливает правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях.

В силу статей 3 и 7 данного Федерального закона право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая, т.е. подтвержденного в установленном порядке факта повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Согласно ст. 7 Федерального закона N 125-ФЗ, право получение единовременной страховой выплаты в случае смерти застрахованного в результате наступления страхового случая имеют: дети умершего, не достигшие возраста 18 лет, а также его дети, обучающиеся по очной форме обучения, - до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет; родители, супруг (супруга) умершего; нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания.

Единовременная страховая выплата, предусмотренная п. 2 ст. 11 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ, с учетом положений ч. 6 ст. 15 указанного закона назначается и выплачивается супруге (супругу) умершего (умершей) застрахованного независимо от его (ее) нетрудоспособности и нахождения на иждивении.

В соответствии с разъяснениями, указанными в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 года N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ и статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии с пунктом 5 статьи 63 Федерального закона РФ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 года N 323-ФЗ экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания. По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания.

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и форма медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Такой Порядок утвержден приказом Министерства здравоохранения РФ 31.01.2019 N 36н, согласно пункту 3 которого следует, что такая экспертиза проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской или иной организации, имеющей лицензию на медицинскую деятельность в части работ (услуг) по «профпатологии» и «экспертизе связи заболевания с профессией» (далее - центр профессиональной патологии).

В силу пунктов 4, 5, 12 вышеуказанного Порядка, для экспертизы связи острого профессионального заболевания с профессией в центр профпатологии после оказания медицинской помощи направляется гражданин и предоставляются выписка из медицинской документации, содержащие клинические данные состояния здоровья гражданина, санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника.

По результатам проведения экспертизы связи острого профессионального заболевания с профессией врачебная комиссия выносит решение о наличии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью и устанавливает заключительный диагноз острого профессионального заболевания либо об отсутствии причинно-следственной связи заболевания с профессиональной деятельностью.

О наличии или об отсутствии у гражданина профессионального заболевания оформляется медицинское заключение (пункт 17 вышеуказанного Порядка).

Порядок установления наличия профессионального заболевания установлен Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 967, согласно пунктам 7, 8, 10 которого определено, что при установлении предварительного диагноза -острое профессиональное заболевание учреждение здравоохранения обязано в течение суток направить экстренное извещение о профессиональном заболевании работника в центр санитарно-эпидемиологического надзора, осуществляющий надзор за объектом, на котором возникло профессиональное заболевание и сообщение работодателю. Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в течение суток со дня получения извещения приступает к выяснению обстоятельств и причин возникновения заболевания, по выяснении которых составляет санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника и направляет ее в государственное или муниципальное учреждение здравоохранения по месту жительства или по месту прикрепления работника. Учреждение здравоохранения на основании клинических данных состояния здоровья работника и санитарно-гигиенической характеристики условий его труда устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание и составляет медицинское заключение.

В силу пункта 35 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 967, разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы РФ, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения РФ, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 является супругой "Умерший", что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ серии <данные изъяты> №.

Из материалов дела, в том числе трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, личной карточки работника "Умерший", копии трудовой книжки, усматривается, что "Умерший" ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в ГАУЗ АО «Тындинская больница» водителем автомобиля в Отделение скорой медицинской помощи, ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был расторгнут в связи со смертью работника.

ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" сделал экспресс тест на COVID-19, который оказался положительным, в связи с чем он обратился в поликлинику по месту прикрепления.

ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" выставлен диагноз: коронавирусную инфекция, вызванная вирусом COVID-19, (подтвержденная), по типу внебольничной пневмонии умеренной степени тяжести (КТ-2), ДНО-1; госпитализирован в инфекционный госпиталь №.

ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" умер.

Согласно посмертному эпикризу, смерть "Умерший" наступила в результате прогрессирования основного заболевания: двусторонней вирусной пневмонии на фоне коронавирусной инфекции с развитием тромбоэмболических осложнений и дыхательной недостаточности, что и явилось непосредственной причиной смерти.

С 30 января 2020 года на территории Российской Федерации введены мероприятия в целях предупреждения проникновения на территорию страны новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV).

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 06 мая 2020 года N 313 в целях обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), руководствуясь статьей 80 Конституции Российской Федерации и впредь до принятия соответствующего федерального закона, постановлено предоставить врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию (далее медицинские работники), дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты.

Согласно пп. «а» п. 2 Указа Президента РФ N 313 смерть медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) при исполнении им трудовых обязанностей является страховым случаем, при наступлении которого производится единовременная страховая выплата.

Единовременная страховая выплата производится сверх предусмотренных Федеральным законом от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" выплат (п. 5 Указа)

Единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету Фонда социального страхования Российской Федерации, по результатам расследования страхового случая, проведенного в порядке, установленном трудовым законодательством Российской Федерации (п. 6 Указа).

Во исполнение Указа Президента Российской Федерации от 06.05.2020 года N 313 постановлением Правительства Российской Федерации утверждено Временное положение от 20.02.2021 года N 239.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2021 года N 239 утверждено Временное положение о расследовании страховых случаев причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности, вызванных новой коронавирусной инфекцией, подтвержденной лабораторными методами исследования, а при невозможности их проведения - решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких.

Указанное постановление вступает в силу со дня его официального опубликования, распространяется на правоотношения, возникшие с 01.01.2021 года, и действует по 31.12.2022 года.

В соответствии с преамбулой Постановления Правительства РФ от 20.02.2021 года N 239 указанное Временное положение предусматривает лишь расследование страховых случаев, указанных в подпункте «б» пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 06.05.2020 года N 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников».

При этом порядок расследования страховых случаев, указанных в подпункте «а» пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 06.05.2020 года N 313, никаким отдельным нормативным правовым актом Правительства Российской Федерации не установлен.

Согласно письму Минтруда Российской Федерации N 15-3/10/П-4559, Минздрава Российской Федерации N 28-0/И/2-6772 от 19 мая 2020 года «Об организации расследования страховых случаев причинения вреда здоровью медицинских работников, непосредственно работающих с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию», в целях своевременного предоставления врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию (далее - работники или больные) обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) необходимо обеспечить организацию расследования страховых случаев, указанных в подпунктах «а» и «в» пункта 2 Указа, в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года N 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний». При этом рекомендовано проведение каждого из этапов порядка установления наличия профессионального заболевания у работника в течение суток.

Согласно указанному Постановлению N 967, в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей расследование проводится в соответствии с настоящим Положением, по результатам которого составляется акт о случае профессионального заболевания.

Согласно пункту 30 Положения N 967, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно пункту 32 Положения N 967 в акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов.

Из анализа приведенных норм следует, что для получения дополнительных страховых гарантий должны быть соблюдены следующие условия:

- умерший должен работать в медицинской организации в должности: врача или среднего или младшего медицинского персонала или водителя автомобиля скорой медицинской помощи;

- умерший, должен заразиться COVID-19 не только при исполнении им его трудовых обязанностей, но и при непосредственной его работе (контакте) с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и\или пациентами с подозрением на эту инфекцию, то есть комиссией по расследованию страхового случая (далее - комиссия) должен быть установлен факт инфицирования умершего при непосредственном контакте с данными пациентами (Письмо Министерства здравоохранения от 6 июля 2020 года N 28-1/И/2-9309)

- заболевание должно быть подтверждено лабораторными методами исследования или решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких,

- заболевание должно повлечь за собой смерть.

При отсутствии одного из указанных условий, входящих в указанную совокупность, право на страховую выплату, установленную Указом Президента Российской Федерации от 06.05.2020 года N 313, отсутствует.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID 19) N 3, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 февраля 2021 года, указано, что право на получение специальной социальной выплаты помимо медицинских и иных работников медицинских и иных организаций, оказывающих медицинскую помощь (участвующих в оказании медицинской помощи, обеспечивающих оказание медицинской помощи) по диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), имеют медицинские работники, которые непосредственно оказанием медицинской помощи больным новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) не занимаются, но при выполнении должностных обязанностей контактируют с пациентами с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

При таких обстоятельствах, с учетом предмета и оснований исковых требований ФИО1 при рассмотрении настоящего спора юридически значимым обстоятельством является установление факта осуществления "Умерший" трудовой деятельности непосредственно в контакте с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), либо с пациентами с подозрением на эту инфекцию, а также наличие причинно-следственной связи инфицирования "Умерший" новой коронавирусной инфекцией при осуществлении трудовой деятельности непосредственно в контакте с такими пациентами. Суд также полагает необходимым установить возможный контакт "Умерший" с заболевшими сотрудниками отделения скорой помощи, у которых было бы подтверждено такое заболевание.

Для установления указанных обстоятельств судом исследовался характер трудовой деятельности "Умерший"

Так, в соответствии с пунктом 2.3 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № "Умерший" обязан выполнять вместе с фельдшером переноску, погрузку и разгрузку больных и пострадавших при их транспортировке с места вызова до автомобильного транспорта и из авто мобильного транспорта до приемного покоя стационарного подразделения, оказание помощи врачу и фельдшеру при выполнении ими диагностических и лечебных манипуляций, перенос медицинской аппаратуры; оказание помощи медицинскому персоналу в сопровождении больных; обеспечение немедленного выезда бригады скорой медицинской помощи на вызов и движение машины по кратчайшему маршруту; управление автомобилем скорой медицинской помощи, заправка автомобиля топливом, смазочными материалами и охлаждающей жидкостью; осуществление санитарно-гигиенической обработки автомобиля после каждого больного (пострадавшего); и др.

Аналогичные обязанности содержатся в должностной инструкции водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи, с которой "Умерший" была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.

Анализ условий трудового договора, должностной инструкции свидетельствует о том, что в процессе выполнения своих профессиональных обязанностей "Умерший" имел непосредственный контакт с пациентами, в том числе с пациентами, зараженными новой коронавирусной инфекцией, только при их транспортировке с места вызова до автомобильного транспорта и из автомобильного транспорта до приемного покоя стационарного подразделения, при оказании помощи врачу и фельдшеру при выполнении ими диагностических и лечебных манипуляций, переноса медицинской аппаратуры; оказания помощи медицинскому персоналу в сопровождении больных.

Таким образом, инфицирование новой коронавирусной инфекцией COVID-19 водителя скорой медицинской помощи может произойти непосредственно при контакте с пациентом, страдающим этим заболеванием, и именно данное обстоятельство является юридически значимым при разрешении данного требования.

Из приказа главного врача ГАУЗ АО «Тындинская больница» от 16.04.2020 года №230-п следует, что в соответствии с приказом министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 г. №198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков, распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19» заведующему отделением скорой медицинской помощи ФИО19,, организовать работу выездных бригад скорой медицинской помощи, направляемых на вызов к пациентам с ОРВИ и внебольничной пневмонией (далее — инфекционные выездные бригады скорой медицинской помощи); утвердить состав инфекционных бригад (приложение); обеспечить формирование и выдачу укладок с дезинфицирующими средствами и средствами индивидуальной защиты, емкостей для разведения дезинфицирующего раствора врачу (фельдшеру) инфекционной бригады; персоналу инфекционных бригад: осуществлять выполнение вызовов к пациентам с ОРВИ и внебольничной пневмонией в соответствии с инструкцией по соблюдению мер инфекционной безопасности для бригад скорой медицинской помощи; использовать средства индивидуальной защиты при направлении на вызова к пациентам, имеющим неблагоприятный эпидемиологический анамнез, а так же клинические проявления, дающие основание считать случай подозрительным на инфекционное заболевание, вызванное новым коронавирусом.

Приложением к приказу от 16.04.2020 года №230-п утвержден состав инфекционных бригад; под пунктом 9 числятся водители отделения скорой медицинской помощи, обслуживающие автомобиль для указанных в приложении к настоящему приказу медицинских работником в данную смену.

Приказами от 22.06.2020 года №322-п, от 22.07.2020 года №356-п, от 15.10.2020 года №484-п в приказ от 16.04.2020 года №230-п внесены дополнения; дополнено приложение Состав бригад.

Согласно сведениям ГАУЗ АО «Тындинская больница» от 25.08.2022 года №2073, представленным в ответ на судебный запрос, в отделении скорой медицинской помощи была сформирована специализированная инфекционная бригада, которая осуществляла выезды к пациентам с COVID-19. Водитель "Умерший" в состав данной бригады не входил. Контакты водителя "Умерший" с пациентами, инфицированными COVID-19, были возможны только в случае осуществлении обслуживания вызовов с транспортировкой в отделения больницы пациентов, не обследованных на наличие COVID-19, но уже инфицированных на момент транспортировки, либо при отсутствии информации об инфицировании пациента COVID-19 на момент вызова.

01.12.2020 года главным врачом ГАУЗ АО «Тындинская больница» утверждены правила проведения процедуры дезинфекции салона автомобиля скорой помощи, порядок надевания и снятия многоразового защитного комбинезона, действующие с 10.04.202 года.

Согласно материалам дела с "Умерший" ДД.ММ.ГГГГ проведен Инструктаж по правилам безопасности надевания и снятия средств индивидуальной защиты, а также Инструктаж по инфекционной безопасности при работе с новой коронавирусной инфекцией, Инструктаж по правилам дезинфекции салона автомобиля скорой медицинской помощи.

Из представленных в материалы дела выкопировок из журнала измерения сотрудников ОСМП за ДД.ММ.ГГГГ следует, что температура тела "Умерший" с период с 08-00 до 19-30 и с 16-00 и 07-30 составляла – ДД.ММ.ГГГГ – 36,3, ДД.ММ.ГГГГ – 36,5 и 36,5, ДД.ММ.ГГГГ 36,9 и 36,7, ДД.ММ.ГГГГ - 36,3, ДД.ММ.ГГГГ – 36,4 и 36,1, ДД.ММ.ГГГГ – 36,3, ДД.ММ.ГГГГ - 36,5 и 36,3 соответственно.

Вместе с тем, как было установлено судом ранее, ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" выставлен диагноз коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19; вирус идентифицирован (подтвержден лабораторным тестированием независимо от тяжести клинических признаков и симптомов) мазок на COVID-19 от ДД.ММ.ГГГГ – положительный.

ДД.ММ.ГГГГ "Умерший" проведено РКТ грудной клетки (КТ11) по заключению которого установлены: КТ-признаки двухсторонней полисегментарной вирусной пневмонии умеренной степени тяжести. Высокая вероятность пневмонии COVID-19 с учетом клинической картины имеются типичные КТ-признаки заболевания. КТ-2 (площадь поражения легких 25-50%).

В ходе судебного разбирательства истица настаивала на том, что заражение "Умерший" новой коронавирусной инфекцией произошло в результате его профессиональной деятельности, связанной с выездом к заболевшему COVID-19, в том числе ФИО10, после осуществления вызова к которому "Умерший" заболел, был госпитализирован в Тындинскую больницу с диагнозом COVID-19.

В соответствии с пунктом 2.2 МР 3.1.0210-20 «Профилактика инфекционных болезней. Организация работы в очагах COVID-19», утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 23.11.2020 контактные лица делятся на 3 категории:

- 1 категория: близкий контакт с больным или инфицированным (на расстоянии менее 1,5 м более 15 минут) и длительный контакт (более 30 минут) в закрытых помещениях с недостаточны притоком свежего воздуха, не оборудованных механической вентиляцией и без использования систем очистки и вентиляции воздуха;

- 2 категория: нет признаков контактов, как в 1 категории, но воздействие возможно (контакт с больным или инфицированным человеком менее 15 минут на расстоянии менее 1,5 метров или пребывание менее 30 минут в закрытом помещении с больными или инфицированными COVID-19);

- 3 категория: медицинский персонал и сотрудники лабораторий, осуществляющие диагностику COVID-19.

Согласно п. 2.3 Методических рекомендаций МР 3.1.0221-20 Организации работы в очагах COVID-19, утвержденных Руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации 23.11.2020, больной (или инфицированный) человек считается инфекционным за 2 дня до появления симптомов (или при отсутствии симптомов за 2 дня до проведения отбора материала для лабораторного исследования, по результатам которого получен положительный результат) и в течение 10-ти дней после появления симптомов (при тяжелом клиническом течении возможно дольше) или в течении 10-ти дней после лабораторного обследования при отсутствии симптомов.

Согласно разделу 3 «Клинические особенности» указанных выше Временных методических рекомендаций инкубационный период составляет от 2 до 14 суток, в среднем 5 - 7 суток. Для COVID-19 характерно наличие клинических симптомов ОРВИ: повышение t тела (более 90%); кашель (сухой или с небольшим количеством мокроты) в 80% случаев; одышка (30%); утомляемость (40%), ощущение заложенности в грудной клетке (более 20%). Также могут отмечаться боль в горле, насморк, снижение обоняния и вкуса, признаки конъюнктивита.

Как следует из анамнеза заболевания, изложенного в посмертном эпикризе пациента "Умерший", контакт с инфекционными больными отрицает; болен с ДД.ММ.ГГГГ, когда появились жалобы на повышение температуры, слабость, ДД.ММ.ГГГГ присоединились жалобы на одышку, Сделан экспресс - тест на COVID-19.

В ходе судебного разбирательства истица подтвердила, что 2-3 августа "Умерший" почувствовал недомогание, 4 числа даже снял смену, поскольку почувствовал себя плохо, поднялась температура.

Суд также учитывает, что сроки возможного заражения "Умерший", отражённые как в карте эпидемиологического обследования № очага заболевания, в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, характеристике режима и условий труда "Умерший" (водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи) от ДД.ММ.ГГГГ №, стороны не оспаривают.

Как следует из карты эпидемиологического обследования № очага заболевания по представленной ГАУЗ АО «Тындинская больница» информации лица, которые могли являться источником заражения не установлены, источник заражения: не установлен; вероятный основной фактор передачи возбудителя инфекции: воздушно-капельный; условия. Способствовавшие заражению: нахождение в одном помещении с вирусоносителем; ориентировочные сроки заражения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; наиболее вероятное место заражения: общественное место (не установлено).

Установлено, что в течение двух недель до начала заболевания (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), контактировавших при обслуживании вызовов с "Умерший" – водителем автомобиля ОСМП, "Свидетель 8", "Свидетель 3", "Свидетель 4", ФИО22, "Свидетель 5", ФИО23, "Свидетель 6" заболевания с диагнозом «коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19» не зарегистрированы; диагноз COVID-19 у больных, госпитализированных в инкубационный период "Умерший" не установлен. Следовательно, согласно предоставленной ГАУЗ АО «Тындинская больница» информации "Умерший" при выполнении профессиональных обязанностей водителя автомобиля скорой медицинской помощи во время выезда по обслуживанию вызовов на дому за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не подвергался воздействию производственных вредных факторов: биологических факторов - коронавирусная инфекция COVID-19 и по предоставленным спискам вызовов с транспортировкой пациентов в отделения ГАУЗ «Тындинская больница» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у данных пациентов, транспортируемых в отделения «Тындинская больница» не зарегистрированы случаи заболеваний с коронавирусной инфекцией COVID-19. Таким образом, факт контакта водителя автомобиля отделения СМП "Умерший", при выполнении профессиональных обязанностей водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи с медицинскими работниками и пациентами, с подтвержденными диагнозами: вирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19 не доказан.

Согласно заключению о состоянии условий труда, отраженному в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, "Умерший" при выполнении профессиональных обязанностей водителя автомобиля Отделения скорой медицинской помощи в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не подвергался воздействию патогенных микроорганизмов II группы патогенности (вирус новой коронавирусной инфекции COVID-19), так как по представленным спискам пациентов, транспортируемых по вызовам скорой медицинской помощи и медицинских работников, контактными с водителем "Умерший" за период в течении 2-х недель до начала заболевания не зарегистрированы случаи заболевания коронавирусной инфекцией, вызванной вирусом COVID-19. Таким образом, факт контакта водителя автомобиля Отделения СМП "Умерший", при выполнении профессиональных обязанностей водителя автомобиля Отделения скорой медицинской помощи, с медицинскими работниками и пациентами, с подтвержденными диагнозами: коронавирусная инфекция, вызванная вирусом COVID-19, не доказан. С учетом сведений, отражённых в Карте эпидемиологического обследования № филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Амурской области в г.Тында, Тындинском и Сковородинском районах», риск заражения "Умерший" новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при выполнении им своих должностных обязанностей водителя автомобиля Отделения скорой медицинской помощи маловероятен.

Пунктом 4 данной санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника установлено, что рабочее место водителя автомобиля скорой медицинской помощи не стационарное на территории ОСМП ГАУЗ АО «Тындинская больница»: в гараже для автомобилей отделения скорой медицинской помощи (далее ОСМП), в здании ОСМП с административными, служебными и бытовыми помещениями, автомобиль скорой помощи ГАЗ А6ВР23 №Е6279ТУ, а также за пределами территории больницы: участки вызовов (при обслуживании вызова), выезд по месту жительства больного, выезд на открытую территорию (в случае вызова на аварию, место несчастного случая) в общественные здания (в случае вызова) и по другим вызовам. Связь водителя с фельдшером (медицинской сестрой) по приему вызовов посредством сотовой связи; сообщение о необходимости выезда на вызов - посредством «громкой связи».

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника "Умерший" при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № не оспорена, является действующей.

Как следует из характеристики режима и условий труда "Умерший" (водителя автомобиля отделения скорой медицинской помощи) от ДД.ММ.ГГГГ № водитель автомобиля входит в состав бригады скорой медицинской помощи. Во время выполнения вызова водитель автомобиля скорой медицинской помощи находится в прямом подчинении врача и фельдшера, руководствуется их указаниями и распоряжениями. Водитель автомобиля производит помывку машины скорой медицинской помощи, в основном, от общих загрязнений (грязь от обуви, пыль и т.п.) внутри салона, кузова и снаружи при передаче рабочей смены другому водителю. При завершении управлением автомобилем, (в случае необходимости), водитель осуществляет вместе с фельдшером переноску, погрузку, разгрузку больных при их транспортировке с места вызова до автомобиля, либо из автомобиля до приемного покоя больницы, (либо диагностического отделения), а также оказывает (эпизодически, при необходимости) помощь фельдшеру (врачу) при выполнении ими диагностических и лечебных манипуляций, оказывает помощь в переноске медицинской аппаратуры. В случае, если при обслуживании вызова, транспортировки больного не требуется, переноски медицинской аппаратуры не требуется, водитель автомобиля находится в салоне автомобиля на рабочем месте водителя в ожидании возвращения медицинских работников. Все члены бригады скорой медицинской помощи при обслуживании вызова обеспечиваются одноразовыми средствами индивидуальной защиты.

Из характеристики режима и условий труда, а также пояснений, данных в ходе судебного разбирательства третьими лицами, в письменных возражениях ответчика, в ответах на судебные запросы ГАУЗ АО «Тындинская больница» следует, что средствами индивидуальной защиты и дезинфицирующими средствами отделение обеспечивается в полном объеме, в подтверждение чего представителем третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей по Амурской области ФИО2 были приобщены отчеты о движении лекарственных средств за период январь – август 2021 года.

Из медицинского заключения ГАУЗ АО «АОКБ» от 03.01.2022 года №1, составленного с учетом карты эпидемиологического обследования №Э00282144260, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что профессиональный контакт с больными коронавирусной инфекцией не зарегистрирован. Данных за связь заболевания с профессией не выявлены.

Согласно сведениям главного врача ГАУЗ АО «Тындинская больница» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также табелям рабочего времени, водитель ОСМП "Умерший" осуществлял выезд в составе второй бригады: ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч. ночь, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч. день, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ - 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ-12 ч.день, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.ночь, ДД.ММ.ГГГГ- 12 ч.ночь.

В ходе судебного разбирательства судом в ГАУЗ АО «Тындинская больница» были истребованы журналы приема вызовов скорой помощи за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленных журналов № приема вызовов скорой помощи (начат ДД.ММ.ГГГГ, окончен ДД.ММ.ГГГГ), № (начат ДД.ММ.ГГГГ, окончен ДД.ММ.ГГГГ); № (начат ДД.ММ.ГГГГ, окончен ДД.ММ.ГГГГ) следует, что в инкубационный период (исходя из даты плохого самочувствия, который указал "Умерший" при обращении к врачу, указанный в анамнезе – ДД.ММ.ГГГГ) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ бригадой СМП с участием водителя "Умерший" производился выезд к больным с первоначально постановленным диагнозом ОРВИ ФИО35, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ; ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ; ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ; ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р. № от ДД.ММ.ГГГГ; ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ; ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, № ДД.ММ.ГГГГ; ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р., № ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, судом также установлено, что у больного под № - ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., диагноз COVID-19 на момент выезда был идентифицирован.

Вместе с тем, выезд к указанному лицу был произведен за пределами 14-ти дневного инкубационного периода - ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно ответу на судебный запрос от ДД.ММ.ГГГГ № с учетом письма от этой же даты о наличии описки (л.д. 225) о представлении информации о том, у кого из граждан, вызывавших скорую медицинскую помощь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, выезд к которым производился бригадой с участием водителя "Умерший", с первоначально постановленным диагнозом ОРВИ, в дальнейшем после изъятия у них соответствующего анализа был установлен диагноз COVID-19, и имелись ли заболевшие сотрудники из бригад, в которых осуществлял свою трудовую деятельность в должности водителя "Умерший", в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, по данным Федерального регистра лиц, больных новой коронавирусной инфекцией COVID-19, диагноз COVID-19 был установлен у следующих граждан с предварительным диагнозом ОРВИ, вызывавших скорую медицинскую помощь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ:

ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) (положительный результат анализа от ДД.ММ.ГГГГ.) выезд скорой осуществлялся ДД.ММ.ГГГГ. Согласно записям в журнале учета вызовов, пациент был оставлен на месте и не имел контакта с водителем "Умерший";

ФИО11 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) - (положительный результат анализа от ДД.ММ.ГГГГ), выезд скорой ДД.ММ.ГГГГ (жалобы на последствия COVID-19, не инфицирован COVID-19 на момент транспортировки);

ФИО12 (ДД.ММ.ГГГГр.) - (положительный результат анализа ДД.ММ.ГГГГ.), выезд скорой помощи к пациенту ДД.ММ.ГГГГ (на момент вызова не инфицирован);

ФИО13 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) - (положительный результат анализа от ДД.ММ.ГГГГ.), выезд скорой помощи к пациенту осуществлялся ДД.ММ.ГГГГ на момент вызова информация о наличии инфицирования пациента COVID-19 отсутствовала. Согласно записям в журнале учета вызовов, пациент был оставлен на месте и не имел контакта с водителем "Умерший" Кроме того, согласно Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19», версия 11 (ДД.ММ.ГГГГ), инкубационный период для установления подтвержденного случая COVID-19 составляет от 2 до 14 суток (в среднем 5-7 суток), (выдержка из Временных рекомендаций прилагается). Выезд скорой медицинской помощи к пациенту ФИО9 осуществлялся за 19 суток до постановки диагноза водителю "Умерший" (положительный результат анализа ИХА от 06.08.2021г.) Поэтому данный вызов не рассматривался в качестве возможного источника инфицирования водителя "Умерший" COVID-19.

У остальных пациентов, с первоначально установленным диагнозом ОРВИ, которые вызывали скорую помощь в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в дальнейшем, после проведения анализа, диагноз COVID-19 установлен не был. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ среди сотрудников скорой медицинской помощи заболевших COVID-19 не зафиксировано.

Из карты вызова скорой помощи г. Тында ФИО10 следует, что выезд к нему был произведен ДД.ММ.ГГГГ, вызов выполняли врач "Свидетель 4", фельдшер "Свидетель 3", шофер "Умерший". ФИО10 был оставлен на месте.

Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 2 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с частью 1 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 ГПК РФ).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 ГПК РФ).

Для установления обстоятельств возможного контакта "Умерший" с больными, зараженными COVID-19, как при выполнении им своих должностных обязанностей водителя автомобиля Отделения скорой медицинской помощи, так и при непосредственной его работе (контакте) с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и\или пациентами с подозрением на эту инфекцию, судом в ходе судебного разбирательства, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, были допрошены свидетели - "Свидетель 8" (врач), "Свидетель 3" (фельдшер), "Свидетель 4" (врач), "Свидетель 5" (фельдшер), ФИО23 (фельдшер), "Свидетель 6" (фельдшер), ФИО22 (врач), "Свидетель 2" (фельдшер), "Свидетель 7" (заведующую скорой помощи), а именно медработники, с которыми согласно характеристике режима и условий труда, журналов вызова скорой медицинской помощи, "Умерший" работал в бригаде при обслуживании вызовов за 2 недели до заболевания.

Так, свидетель "Свидетель 5" пояснила, что не помнит к каким именно больным она выезжала с "Умерший", но в период июль – август они работали вместе. Точно сказать о том, ходил ли "Умерший" с фельдшером к больному не помнит, однако, поскольку они работали в период пандемии, все были в защитных костюмах, которые меняли с определенной периодичностью. Так, например, когда они выходили от больного, раздевались сразу, на месте. Фельдшера и врач обрабатывали себя, водителя и полностью салон автомобиля. Если больного забирали – садились в салон вместе с ним. К какому больному они выезжали на вызов – по симптоматике, известно не было.

Свидетель "Свидетель 7" пояснила, что она является заведующей отделением скорой помощи; она совмещала в спорный период должности и также выезжала на вызовы. Если бригада выезжает к заведомо ковидному больному, то бригада и водитель одевается в защитные костюмы и отправляется на вызов. Но в то время к заведомо ковидным больным выезжала специальная ковидная бригада. Бригада "Умерший" такой не являлась. Если бригада выезжала к больному у которого температура, еще какие-то признаки заболевания, бригада одевала защитный костюм, водитель оставался в автомобиле. Если больной нуждается в госпитализации, значит, больной госпитализируется. Затем дезинфицирующими средствами обрабатывается бригада, автомобиль. В специальные пакеты утилизируются защитные костюмы. Если больной не госпитализируется, а остается в квартире, при выходе из квартиры бригада обрабатывает себя, снимает всю защиту и убирает ее в специальные пакеты, которые в последующем герметично запаковываются. Водитель, даже не контактируя с больными, все равно меняет костюм. Между салоном и кабиной водителя имеется перегородка, окно заклеено. Водитель контактирует с больным, если больной носилочный и необходима помощь в переноске. Насколько ей известно, "Умерший" с ковидным больным не контактировал. Больной, к которому он выезжал с бригадой на выезд и у которого в последующем был выявлен ковид, не был госпитализирован, а оставлен дома. До того как "Умерший" заболел, никто не ходил на больничный. После того как он заболел трое человек ушло на больничный – водитель Буряк, ФИО16 и ФИО17.

Свидетель "Свидетель 6" пояснила, что она работает фельдшером скорой помощи с ДД.ММ.ГГГГ; она с водителем "Умерший" выезжала на вызов к заболевшему ковидом ребенку в частный дом, однако контакта водителя с заболевшим не было. Этот выезд осуществлялся в день, когда у "Умерший" взяли мазки на ковид по причине его плохого самочувствия. Она отнесла их в лабораторию и, оказалось, что у "Умерший" ковид. Между салоном и кабиной имелась перегородка с закрытым окном. Бригада выезжала на вызов в специальных костюмах. Фельдшер садился в машину только после полной обработки. Водитель тоже всегда был в защитном костюме, они его тоже всегда обрабатывали. Он вместе с ними раздевался. Сначала обрабатывались, когда в костюме, потом после снятия костюма. "Умерший" помогал, если пациент был носилочный. Не помнит, чтобы был такой пациент в спорный период. От других сотрудников заразиться не мог, поскольку заболевших ковидом на тот период не было.

Свидетель "Свидетель 4" суду пояснила, что работает врачом скорой помощи. Выезжали ли они с водителем "Умерший" к ковидным больным, не помнит, как и выезд к больному ФИО10. Водитель в квартиру с остальной бригадой не заходил, с больными не контактировал, только при транспортировке.

Свидетель "Свидетель 1" в судебном заседании указала, что она работает фельдшером выездной бригады скорой помощи. В период ДД.ММ.ГГГГ она выезжали с водителем "Умерший" на вызовы. Когда он плохо себя почувствовал - брала у него мазки. Водитель "Умерший" к бригаде, выезжающей к ковидным больным, не относился. Она работает на ковидной бригаде и брала смены на нековидной. Водитель не контактирует с больным, он остается в машине. Если больному не нужна госпитализация, он остается дома, то бригада раздевается, обрабатывается после выхода из жилья больного. Если больной госпитализируется, то водитель тоже одевает сиз. Когда они выходили от вирусного больного, сразу обработали костюмы, сняли костюмы, снова обработали себя, обработали водителя, автомобиль. При выезде с ней "Умерший" не мог заразиться ковидом.

Свидетель "Свидетель 8" суду пояснила, что она работает врачом скорой помощи; полагала, что водитель "Умерший" мог заразиться при осуществлении своей трудовой деятельности ковидом только если помогал транспортировать ковидного больного. На вопрос суда помогал ли водитель "Умерший" транспортировать ковидного больного, ответила отрицательно. В спорный период сотрудники ковидом не болели. Нековидная бригада выезжает, если при обращении есть такие симптомы как температура, но в любом случае нет гарантии, что это не ковид. Поэтому на выезд бригада, в том числе водитель, всегда выезжали в специальных костюмах.

Свидетель "Свидетель 2" суду пояснила, что она работает фельдшером скорой помощи; указала, что водитель контактирует с больными только в случае их транспортировки. Полагает, что "Умерший" мог заразиться ковидом в любом месте, поскольку ковид до настоящего времени не изучен.

Свидетель "Свидетель 3" в судебном заседании пояснила, что она работает фельдшером скорой помощи; в период ДД.ММ.ГГГГ выезжала вместе с "Умерший" на вызовы. У них была нековидная бригада, но иногда попадались ковидные больные. Она действительно болела ковидом. После того, как "Умерший" лег в больницу, она сдала мазок, он оказался положительным. Но при этом она себя хорошо чувствовала. Самочувствие ухудшилось примерно спустя неделю, после того, как она узнала, что у нее ковид. В ДД.ММ.ГГГГ на скорой никто не болел ковидом, до того, как заболел "Умерший". При ней "Умерший" не контактировал с ковидными больными, которых госпитализировали.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется. Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных пояснений, кроме того показания согласуются со сведения предоставленными иными лицами, опрошенными в качестве свидетелей, и не противоречат письменным доказательствами, представленным в дело.

Согласно ст. ст. 56, 60 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

С учетом установленных по делу обстоятельств, принимая во внимание, что инфицирование новой коронавирусной инфекцией COVID-19 водителя скорой медицинской помощи может произойти непосредственно при контакте с пациентом, страдающим этим заболеванием, и именно данное обстоятельство является юридически значимым при разрешении данного требования, суд приходит к выводу, что в процессе выполнения своих профессиональных обязанностей "Умерший" не имел непосредственного контакта с пациентами, в том числе с пациентами, зараженными новой коронавирусной инфекцией, а также иными сотрудниками отделения скорой помощи, у которых было бы подтверждено такое заболевание.

То обстоятельство, что спустя несколько дней, после госпитализации "Умерший", в отделении было подтверждено еще три случая заболевания COVID-19 судом в качестве обстоятельства его заражения непосредственно при осуществлении трудовой деятельности не принимается, исходя из Методических рекомендаций МР 3.1.0221-20 «Организации работы в очагах COVID-19», утвержденных Руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации, которыми даны разъяснения относительно сроков инкубационного периода, стадий проявления наличия новой коронавирусной инфекции у заболевшего.

Доказательств причинно-следственной связи между заболеванием "Умерший" и исполнением им трудовых обязанностей ходе рассмотрения дела не установлено.

При этом суд обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства лицам, участвующим в деле, разъяснялось право на проведение по делу судебной экспертизы для установления по делу обстоятельств, имеющих значение для правильного и своевременного рассмотрения дела; а также то, что в случае заявления такого ходатайства стороной, заявляющей такое ходатайство, в нем необходимо указать в какое экспертное учреждение просит назначить судебную экспертизу, документы, подтверждающие право организации на проведение такой экспертизы, и список вопросов, которые необходимо поставить перед экспертом (протокол судебного заседания от 17.08.2022 года)

Таких ходатайств ни истцом, ни ответчиками в ходе судебного разбирательства суду не заявлялось.

Ссылки истца на то, что ею после смерти супруга были выплачены «ковидные» обстоятельства непосредственного контакта с заболевшими/инфицированными ковидом не подтверждают.

Доводы истца о том, что все сомнения должны трактоваться в пользу медицинских работников, выплаты осуществляются вне зависимости от того, установлена ли вина работника или работодателя в возникновении страхового случая, суд отклоняет.

При рассмотрении спора не установлено обязательное условие, содержащееся в Указе Президента РФ N 313 от 06.05.2020 г., а именно - факт заражения умершего непосредственно от пациентов, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и/или пациентов с подозрением на эту инфекцию при исполнении им его трудовых обязанностей. Соответственно случай смерти "Умерший" не является подходящим под условия, установленные Указом Президента РФ N 313 от 06.05.2020 г.

Каких – либо иных доказательств со стороны истца, подтверждающих ее доводы относительно заболевания ее супруга непосредственно при осуществлении трудовых обязанностей, в материалы дела в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено, ходатайств об истребовании доказательств не заявлено.

Вопреки доводам искового заявления, наличие трудовых отношений между работником в занимаемой им должности и работодателем само по себе не может иметь определяющего значения и, безусловно, определять заболевание "Умерший" как профессиональное.

В связи с этим, оснований для признания наличия у "Умерший" профессионального заболевания – новой коронавирусной инфекции COVID-19 не имеется.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства обстоятельства осуществления "Умерший" трудовой деятельности непосредственно в контакте с пациентами и сотрудниками отделения скорой медицинской помощи, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), либо с пациентами и сотрудниками отделения скорой медицинской помощи с подозрением на эту инфекцию, как и наличие причинно-следственной связи между исполнением обязанностей на рабочем месте с такими пациентами и сотрудниками отделения скорой медицинской помощи и летальным исходом в результате инфицирования "Умерший" новой коронавирусной инфекцией, не нашли свое подтверждение, а данные обстоятельства в соответствии с положениями Указа Президента Российской Федерации от 06 мая 2020 года N 313 являются основополагающим условием для производства единовременной выплаты страхового возмещения в связи со смертью медицинского работника, ввиду отсутствия в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации N 967 принятого акта о профессиональном заболевании, на основании которого производится выплата, который не составлялся и не направлялся с материалами расследования в территориальный орган ФСС, оснований для признания незаконными медицинского заключения об отсутствии профессионального заболевания у "Умерший" от 03.01.2022 года №1 ГАУЗ АО «Амурская областная клиническая больница», бездействия Государственного учреждения - Амурское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, и, как следствие, признания за истцом право на получение страховой выплаты в соответствии с Указом Президента РФ N 313 от 06.05.2020 в связи со смертью "Умерший" в результате инфицирования COVID-19 при исполнении трудовых обязанностей, у суда также не имеется.

Указание истца на то, что правового значения от кого именно произошло заражение застрахованного лица – от пациента или сотрудник медицинского учреждения не имеют значения, со ссылкой на сложившуюся судебную практику по аналогичным делам, судом отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом единообразия в толковании и применении норм материального права с учетом конкретных обстоятельств спора, так как обстоятельства по каждому конкретному спору устанавливаются непосредственно при рассмотрении дела, и решение принимается судом в соответствии с представленными доказательствами с учетом норм права, регулирующих спорные правоотношения. При этом следует отметить, что судом в ходе судебного разбирательства судом не было установлено обстоятельств контакта "Умерший" с заболевшими сотрудниками отделения скорой медицинской помощи, в установленный период. Напротив, из материалов дела, в том числе показаний допрошенных в ходе судебного разбирательства свидетелей, следует, что таких в отделении скорой медицинской помощи в ДД.ММ.ГГГГ не имелось. Заболевшие были установлены только после госпитализации самого "Умерший", спустя несколько дней.

При таких обстоятельствах, заявленные ФИО1 требования удовлетворению не подлежат в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГУ – Амурское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ГАУЗ Амурской области «Амурская областная клиническая больница» о признании незаконным и отмене медицинского заключения, признания наличия профессионального заболевания, незаконными бездействий, выразившихся в не принятии решения о назначении единовременной страховой выплаты, признании права на получение страховой выплаты, устранении допущенных нарушений, - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Тындинский районный суд Амурской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Насветова Е.И.

Решение в окончательной форме изготовлено 20 октября 2022 года.