УИД -78RS0019-01-2021-006140-45

Дело № 2-2826/2022

07 ноября 2022 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Приморский районный суд города Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Карпенковой Н.Е., при секретаре Царикаевой М.А., с участием прокурора Арсентьевой С.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью и по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

Установил :

ФИО1 обратилась 17 мая 2021 г. в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 о возмещении разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба и компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование заявленных требований указывает на такие обстоятельства, что 21 сентября 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием принадлежащего ей автомобиля Mercedes Е200 (г/н №) и автомобиля Тoyota Corolla (г/н №) под управлением ответчика.

В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 01 декабря 2020 года УРППБД ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в действиях ФИО2 были установлены нарушения п. 1.3, 1.5, 13.4. ПДД РФ.

В действиях ФИО1 нарушений ПДД РФ не установлено.

В обоснование требований о возмещении вреда, причиненного ее автомобилю, истец указывает, что ущерб составил 807 000 рублей.

За вычетом выплаченного ей страхового возмещения в размере 400 000 рублей просила взыскать с ответчика 407 000 рублей.

В обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда указала, что ей был причинен вред здоровью, расценивающийся как вред здоровью средней тяжести, в связи с чем просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства в порядке, предусмотренном ст. 138 ГПК РФ, судом был принят встречный иск ФИО2 к ФИО1 о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В обоснование заявленных требований по встречному иску указывает на такие обстоятельства, что в результате дорожно-транспортного происшествия был причинен вред его здоровью, который расценивается как тяжкий, в связи с чем просил взыскать с ответчика по встречному иску компенсацию морального вреда в размере 950 000 рублей.

В судебном заседании 07 ноября 2022 года представитель ФИО2 высказался против удовлетворения требований ФИО1 по мотивам, изложенным в письменных возражениях. Встречное исковое заявление поддержал, просил удовлетворить.

Дело рассмотрено в отсутствие истца и ответчика по встречному ФИО1, поскольку она личное участие в деле не принимала, имела по делу представителя, который при надлежащем извещении о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, сведений о причинах его неявки не имеется, просьб об отложении судебного заседания не поступало.

С учетом мнений представителя ответчика и прокурора суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурора, изучив материалы дела, обозрев оригиналы материалов КУСП-4511, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначального иска, при этом встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 35 ГПК РФ стороны пользуются равными правами на предоставление доказательств.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из представленных в материалы дела письменных доказательств следует, что 21 сентября 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Mercedes Е200 (г/н №) под управлением ФИО1 и автомобиля Тoyota Corolla (г/н №) под управлением ФИО2

В соответствии с постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 01 декабря 2020 года УРППБД ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в действиях ФИО2 были установлены нарушения п. 1.3, 1.5, 13.4. ПДД РФ.

В действиях ФИО1 нарушений ПДД РФ не установлено.

Поскольку гражданская ответственность ФИО2 была застрахована, ФИО1 обратилась в САО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая, которое произвело ей выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей.

С учетом того, что страхового возмещения оказалось недостаточно для восстановительного ремонта транспортного средства истца по первоначальному иску, она просит возместить разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, что в сумме составляет 407 000 рублей и компенсацию морального вреда в размере 350 000 рублей.

В обоснование требований о возмещении ущерба истец предоставила в суд заключение эксперта ООО «Межрегиональный центр экспертиз «Северо-Запад» № 321198-О-О-Э-РГ-Н, согласно которому на восстановительный ремонт ее транспортного средства необходимо затратить 807 000 рублей.

В обоснование требований о компенсации морального вреда истец предоставила в суд акт судебно-медицинского обследования № 23/00008728 от 26 апреля 2021 года, выполненный СПб ГБУЗ БСМЭ, в соответствии с которым истцу, согласно представленным медицинским документам, был причинен вред здоровью средней тяжести.

Ответчик свою вину в дорожно-транспортном происшествии не признал, ходатайствовал перед судом о проведении по делу судебной автотехнической экспертизы.

До назначения по делу экспертизы, суд опросил свидетеля Свидетель №1, который в своих показаниях сообщил суду, что стоял на перекрестке улиц ФИО3 и Вербной, с ФИО3 должен был повернуть направо в сторону Парашютной, стоял на светофоре, ждал зеленый сигнал, столкновение видел, Мерседес пытался уйти от столкновения, по касательной задел второй автомобиль, улетает в светофор. Мерседес ехал явно справа, с какого ряда я не видел, в объяснениях инспектор, возможно, неправильно меня понял, он записывал с моих слов, он подумал, что я был с другой стороны перекрестка, то, что написано в протоколе слева направо - это ошибка.

Определением от 20 декабря 2021 года судом по делу была назначена автотехническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального бюджетного учреждения «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации»».

Согласно выводам заключения эксперта № 1179/09-2, 1180/09-2 от 06 июля 2022 года:

1. Механизм данного дорожно-транспортного происшествия реконструирован и изложен в исследовательской части; по результатам реконструкции первичный контакт при столкновении имел место между передней частью левой боковой стороны автомобиля «Мерседес», начинающейся на переднем крае автомобиля и заканчивающейся у левого переднего колеса и передней частью правой боковой стороны автомобиля «Тойота» в районе переднего правого колеса и крыла; при первичном контакте угол между продольными осями автомобилей составлял примерно 95°; непосредственно перед столкновение автомобиль «Мерседес» двигался в левой полосе ул. Вербной в сторону Земского пер. со скоростью примерно 83±3 км/ч; после столкновения автомобиль «Мерседес» начал интенсивно отклоняться вправо от первоначальной траектории, что привело к выезду автомобиля «Мерседес» за пределы правой границы проезжей части, на тротуар, считая по ходу его движения, и наезду на опору пешеходного светофора; в процессе образования повреждений автомобиля «Мерседес» имело место повреждение его левого переднего колеса; непосредственно перед столкновением автомобиль «Тойота» выполнял поворот налево и двигался со скоростью примерно 19±3 км/ч; после столкновения автомобиль «Тойота» был отброшен с одновременным его разворотом против часовой стрелки в направлении движения автомобиля «Мерседес».

2. В исследовании обстоятельств ДТП по версии водителя ФИО1 в данной дорожной ситуации водитель ФИО2 должен был руководствоваться требованиями п. 13.4 ПДД РФ. Водитель ФИО2 имел возможность предотвратить происшествие при выполнении действий в соответствии с указанными требованиями ПДД РФ. Водитель ФИО1 должна была руководствоваться требованиями пунктов 10.1 и 10.2 ПДД РФ. Она не имела технической возможности предотвратить столкновение. По версии ФИО2 в данной дорожной ситуации водитель ФИО1 должна была руководствоваться требованиями пунктов. 1.3 и 6.2 ПДД РФ. Водитель ФИО1 имела объективную возможность предотвратить происшествие при выполнении действий в соответствии с указанными требованиями ПДД РФ. В данной дорожной ситуации водитель ФИО2 должен был руководствоваться требованиями второй части п. 10.1 ПДД РФ. Он не имел технической возможности предотвратить столкновение.

3. В исследовании обстоятельств ДТП по версии водителя ФИО1 в данном случае действия водителя автомобиля «Тойота» ФИО2 не соответствовали требованиям п. 13.4 ПДД РФ, что с технической точки зрения находится в причинной связи с данным столкновением. В действиях водителя ФИО1 несоответствий требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения находились бы в причинной связи с данным столкновением, не усматривается. По версии ФИО2 в данном случае действия водителя автомобиля «Мерседес» ФИО1 не соответствовали требованиям п. 1.3 и 6.2 ПДД РФ, что с технической точки зрения находится в причинной связи с данным столкновением. В действиях водителя ФИО2, несоответствий требованиям ПДД РФ, которые с технической точки зрения находились бы в причинной связи с данным столкновением, не усматривается.

4. С технической точки зрения более состоятельна версия водителя ФИО2

Таким образом, эксперт обосновано приходит к выводу о технической состоятельности версии водителя ФИО2, указывая на отсутствие в его действиях нарушений ПДД РФ.

Таким образом, экспертным путем установлено, что при описанном ФИО1 механизме развития ДТП, в случае, если непосредственно перед столкновением с автомобилем «Тойота» справа от нее в попутном направлении (на пол корпуса позади) следовал автомобиль «БМВ», а непосредственно за ней автомобиль «Субару», то после столкновения автомобилей «Мерседес» и «Тойота» имело бы место столкновение автомобиля «Мерседес» с автомобилем «БМВ», а также не исключено столкновение автомобиля «Субару» с автомобилем «Тойота».

Данное несоответствие свидетельствует о недостоверности описываемого истцом механизма развития ДТП, о фактическом отсутствии двигающегося рядом с ней в попутном направлении автомобиля «БМВ», а также вероятном отсутствии двигающегося за ней автомобиля «Субару».

О несоответствии версии ФИО1 обстоятельствам ДТП свидетельствует и определенная экспертом фактическая скорость движения ее автомобиля, которая перед столкновением составляла 83±3 км/ч.

Установленный экспертным путем механизм развития ДТП в совокупности с высокой скоростью движения автомобиля истца по первоначальному иску, запрещенной для движения на данном участке дороги, свидетельствуют о намерении указанного водителя скорее закончить движение по перекрестку, чего оказалось недостаточно для беспрепятственного движения по нему, что согласуется с версией ответчика.

Иными словами, если бы автомобиль «Мерседес», как заявлено по версии истца, осуществлял движение на разрешенный сигнал светофора, в потоке движущихся в попутном направлении транспортных средств, у истца отсутствовала бы техническая возможность, а также необходимость значительно увеличивать скорость движения своего автомобиля.

С учетом вышеизложенного, суд соглашается с выводами эксперта о несостоятельности версии водителя ФИО1, полагая версию водителя ФИО2 наиболее технически состоятельной.

Проведенная по материалу КУСП-4511 ЭКЦ ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области экспертиза основывалась на неверно записанных объяснениях очевидца ДТП Свидетель №1, который был допрошен об обстоятельствах ДТП судом.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В соответствии с п. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ.

Суд полагает заключение эксперта ФБУ «Северо-Западного РЦСЭ Министерства юстиции РФ» № 1179/09-2, 1180/09-2 от 06 июля 2022 года соответствующим требованиям ст.ст. 83-86 ГПК РФ: судебная экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в его результате выводы и обоснованные ответы на поставленные судом вопросы.

Заявленное представителем истца (ответчика по встречному иску) ходатайство о допросе эксперта было оставлено судом без удовлетворения, поскольку не содержало сведений о выявленных стороной истца противоречий в экспертном заключении, а также перечня вопросов, подлежащих выяснению у эксперта по существу данного им заключения.

Заявленное представителем истца (ответчика по встречному иску) ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы, судом было оставлено без удовлетворения, так как в соответствии со статьей 87 ГПК РФ повторная экспертиза назначается в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов.

Несмотря на то, что представителем истца по первоначальному иску еще 29 июля 2022 года было произведено ознакомление с материалами дела, в том числе с экспертным заключением, однако на дату принятия судом решения им не представлено доказательств, подвергающих сомнению или указывающих на недостоверность выводов заключения эксперта № 1179/09-2, 1180/09-2 от 06 июля 2022 года.

Таким образом, у истца по первоначальному иску имелась возможность возражать против результатов судебной экспертизы.

В соответствии с частью 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с частью 3 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных Законом.

Из содержания пунктов 1, 2 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ следует, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренными пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности или оном законном основании.

В соответствии со статьей 1083 Гражданского кодекса РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

По смыслу положений статей 15 и пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В п. 25 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.

При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновение) в результате нарушения ПДД одним из владельцев, недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повешенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам, признанными потерпевшими, а также пострадавшим в результате столкновения третьим лицам.

Поскольку как истец, так и ответчик являются водителями транспортных средств, участвовавших в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, ответственность наступает по общим основаниям, зависит от вины в причинении вреда, установлении причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) и наступившими последствиями.

Таким образом, ответчиком в соответствии с бременем распределения доказывания предоставлены доказательства отсутствия его вины в дорожно-транспортном происшествии.

При таких обстоятельствах заявленные истцом к ответчику исковые требования не обоснованы.

Кроме того, собранные по делу доказательства позволяют признать, что удовлетворение встречного иска исключает полностью удовлетворение первоначального иска.

С учетом предоставления ответчиком доказательств отсутствия своей вины в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии и наличие доказательств, собранных в материале КУСП-4511 (заключение эксперта № 1840-п от 22 июня 2020 года), что в результате дорожно-транспортного происшествия водителю ФИО2 причинены телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, он вправе требовать компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровью.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил в п. 32, что при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

С учетом имеющихся в материалах дела доказательств, устанавливающих наличие в действиях ответчика по встречному иску нарушений ПДД РФ, наличия причиненного истцу по встречному иску вреда здоровью, а также установленной причинно-следственной связью между действиями ответчика по встречному иску и наступившими для истца по встречному иску неблагоприятными последствиями, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает, что компенсация морального вреда за причинение вреда здоровью ФИО2 должна составить 600 000 рублей.

В соответствии с положениями ст.ст. 94,98,100 ГПК РФ, с ответчика по встречному иску в пользу истца по встречному иску подлежат взысканию судебные расходы по изготовлению нотариальной доверенности в сумме 1 900 рублей и расходы на уплату государственной пошлины за подачу встречного искового заявления в размере 300 рублей.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст.12,55,56,61,67,94,98,100, 103, 167, 194-198 ГПК РФ, суд

Решил :

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о возмещении разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в размере 600 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей, расходы по оформлению нотариальной доверенности в размере 1 900 рублей, а всего 602 200 (Шестьсот две тысячи двести) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Приморский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья

Мотивированное решение составлено 09 февраля 2023 г.