Дело № 2-4330/2022

УИД 39RS0001-01-2022-004535-15

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 декабря 2022 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

председательствующего судьи Кораблевой О.А.

при секретаре Хоружиной А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 к ФИО3 о взыскании процентов на сумму долга, третьи лица АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод», ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику с вышеназванными требованиями, с последующими уточнениями, в обоснование указал, что определением арбитражного суда от 28 апреля 2022 г. признано недействительной сделкой соглашение о разделе общего имущества супругов от 19 июня 2018 г., заключенное между ФИО1 и ФИО3 В качестве применения последствий недействительности сделки суд, помимо прочего, взыскал с ФИО3 в конкурсную массу должника 4 400 000 руб., мотивировав это невозможностью признания совместным имуществом квартиры, расположенной по адресу <адрес>, по причине ее продажи ФИО3 21 августа 2019 г.

Поскольку взысканные денежные средства ответчиком до настоящего времени не выплачены, с момента продажи квартиры подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами, размер которых по состоянию на 23 ноября 2022 г. составил 1 009 3332,40 руб.

В этой связи, просил взыскать с ответчика указанные проценты, в том числе за период с 24 ноября 2022 г. по дату фактической оплаты ФИО3 взысканных определением арбитражного суда денежных средств в размере 4 400 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО2 заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании ФИО3 и ее представитель ФИО4 с иском не согласились, просили снизить размер процентов на основании ст. 333 ГК РФ, а также исключить из расчета заявленных ко взысканию денежных сумм период, подпадающий под действие моратория, и произвести взаимозачет взысканных определением арбитражного суда денежных сумм. Помимо этого, указывали, что проценты надлежит начислять не с даты продажи квартиры, а с даты вступления в законную силу определения арбитражного суда.

Представитель третьего лица АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» по доверенности ФИО5 полагал заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, возражал против доводов, указанных представителем ответчика, ссылаясь на их необоснованность.

Третье лицо ФИО1 с иском не согласился.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, дав им оценку в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства или изменение его условий не допускаются.

В силу требований ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

Как установлено в судебном заседании, определением арбитражного суда Калининградской области от 28 апреля 2022 г., оставленным в силе постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 июня 2022 г. заявление АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» удовлетворено частично: признано недействительной сделкой соглашение о разделе общего имущества супругов от 19 июня 2018 г., заключенное между ФИО1 и ФИО3; в качестве применения последствий недействительности сделки суд признал совместно нажитым имуществом ФИО1 и ФИО3 квартиру площадью <данные изъяты> кв.м. с <данные изъяты>, расположенную по адресу: <адрес>; взыскал с ФИО3 в конкурсную массу должника 4 400 000 руб. и восстановил право требования ФИО3 к должнику в размере 2 875 000 руб. В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

Указанным постановлением установлено, что с 22 февраля 2008 г. ФИО1 и ФИО3 состояли в браке

19 июня 2018 г. между ФИО1 и ФИО3 было заключено соглашение о разделе общего имущества супругов, по условиям которого в пользу ФИО1 перешла квартира площадью <данные изъяты> кв.м. с к.н. <данные изъяты>, расположенная по адресу: <адрес>, а в пользу ФИО3 перешли две квартиры: площадью <данные изъяты> кв.м. с к.н. <данные изъяты>, расположенная по адресу: <адрес>, и площадью <данные изъяты> кв.м. с к.н. <данные изъяты>, расположенная по адресу: <адрес>.

В этот же день супруги обратились в орган ЗАГС с совместным заявлением о расторжении брака, и впоследствии брак был расторгнут.

08 февраля 2019 г. квартира, расположенная по адресу: <адрес>, была продана ФИО1 в пользу ФИО6 за 5 750 000 руб., а 21 августа 2019 г. ФИО3 была продана квартира, расположенная по адресу: <адрес> ФИО7 и ФИО8 за 8 800 000 руб.

При этом, в отношении АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод», руководителем которого был ФИО1, в период с 2014 г. по февраль 2016 г. проводилась налоговая проверка.

Впоследствии, 06 марта 2017 г. Сыктывкарским городским судом в отношении ФИО1 был вынесен приговор по делу №1-59/2017, которым он был осужден по ч. 1 ст. 201, ч. 4. ст. 160 УК РФ в связи причинением имущественного ущерба АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» с назначением штрафа в размере 1 100 000 руб.

Решением арбитражного суда от 13 декабря 2021 г. ФИО1 признан несостоятельным (банкротом); в отношении него введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим утверждён ФИО2

Требования АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» были включены в реестр требований кредиторов должника на основании Постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 13 февраля 2020 г. по делу № А29-7590/2019, которым с должника в пользу кредитора были взысканы убытки в сумме 10 896 202 руб., возникшие в результате неправомерных действий ФИО1 (заключение сделок с мнимыми контрагентами, допущение закупки товаров у поставщиков по завышенным ценам) в период 2011-2013 гг.

Также определением арбитражного суда от 30 декабря 2021 г. в реестр требований кредиторов ФИО1 включены требования АО «Сыктывкарский ликеро-водочный завод» в размере 73 149 246,75 руб. (убытки за период 2014-2016 гг.).

Поскольку на день заключения соглашения о разделе совместно нажитого имущества у должника возникло обязательство по возмещению кредитору причиненных ему убытков и, принимая во внимание размер причиненных убытков (более 80 млн. руб.), а также отсутствие у должника иного имущества, помимо того, которое стало предметом оспариваемого соглашения, арбитражный суд пришел к выводу, что на момент его заключения должник имел признаки неплатежеспособности, и – соответственно – имел цель причинения вреда кредиторам ее заключением.

Доводы ФИО3 о ее неосведомленности о причинении ущерба имущественным интересам кредитора в результате заключения оспариваемого соглашения отклонены арбитражным судом, поскольку ФИО1 и ФИО3 являлись супругами, а также со ссылкой на наличие тесных родственных взаимоотношений между ФИО1, ФИО3, ФИО9 и ФИО10 в период совершения ФИО1 неправомерных действий (2011 - 2016 г.), в связи с чем, арбитражный суд пришел к выводу, что воля ФИО3 по оспариваемой сделке в такой ситуации также была направлена на создание внешне законного раздела (отчуждения) недвижимого имущества, действительной целью которого было именно причинение ущерба имущественным интересам кредитора путем отчуждения имущества в пользу заинтересованного лица.

Вышеназванные определение арбитражного суда Калининградской области от 28 апреля 2022 г. и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28 июня 2022 г. имеют преюдициальное значение для разрешения настоящего спора.

Обращаясь в суд с иском о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами истец полагал, что период взыскания надлежит исчислять с момента продажи ответчиком квартиры, т.е. с 21 августа 2019 г.

Такую позицию суд находит необоснованной в силу следующего.

Так, судом отклоняется ссылка истца на применение по аналогии пункта 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании части 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Указанные разъяснения касаются действий должника по уплате денег, в то время как в настоящем случае оспаривалось соглашение о разделе общего имущества супругов, состоящего из объектов недвижимого имущества, в связи с чем, положения ст. 1107 ГК РФ, согласно которым лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения, применению не подлежат.

Кроме того, суд находит обоснованной позицию стороны ответчика по исключению из расчета заявленных ко взысканию денежных сумм периода с 01 апреля 2022 г. по 01 октября 2022 г.

Так, Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. N 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами" (начало действия документа - 1 апреля 2022 г. - опубликован на Официальном интернет-портале правовой информации http://pravo.gov.ru - 1 апреля 2022 г., срок действия документа ограничен 1 октября 2022 г.) введен мораторий сроком на 6 месяцев (до 1 октября 2022 г.) на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Действительно, по смыслу разъяснений, приведенных в абз. 2 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса).

Из приведенных разъяснений следует, что факт возникновения задолженности до начала действия моратория не является безусловным основанием для утраты должником права на освобождение от уплаты неустойки, а бремя доказывания обстоятельств отсутствия для должника негативных последствий, обусловленных введением моратория, в силу положений законодательства возлагается на кредитора.

Вместе с тем, таких доказательств истцом не представлено.

Поскольку задолженность по определению арбитражного суда ФИО3 не погашена, суд находит подлежащими взысканию с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01 октября 2022 г. по 23 ноября 2022 г. в размере 48 821,92 руб. (54 дня/365 *7,5%) и с 24 ноября 2022 г. и по дату фактического исполнения обязательств по выплате задолженности.

Доводы о необходимости снижения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ судом отклоняются как несостоятельные, поскольку размер процентов, начисленных по ст. 395 ГК РФ, уменьшению не подлежат.

Ссылка ФИО3 о необходимости взаимозачета требований, судом также отклоняется, поскольку как уже неоднократно указывалось арбитражным судом, к рассматриваемой ситуации, подлежит применению пункт 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве, в силу которого сторона оспоренной сделки приобретает право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Таким образом, законодателем предусмотрена субординация требований стороны оспоренной сделки, принимая во внимание наличие недобросовестности действий такой стороны (статья 10 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, зачет встречных требований должника и ответчика не представляется возможным.

В силу положений ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплате государственная пошлина в размере 1 664,66 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования финансового управляющего ФИО2 – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) проценты на сумму долга за период с 01.10.2022 по 23.11.2022 в размере 48 821,92 рублей.

Взыскивать с ФИО3 (паспорт <данные изъяты> в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) проценты на сумму долга, начисляемые на остаток основного долга, начиная с 24.11.2022 и по дату фактического исполнения обязательств по выплате задолженности.

Взыскать с ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 664,66 рублей.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд, через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 15 декабря 2022 г.

Судья: О.А. Кораблева