РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 июня 2022 года Кировский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Алферьевской С.А.,

при секретаре Шевкиной М.С.,

с участием прокурора Семчишина М.Ю.,

истца ФИО1,

представителей ответчика Министерства здравоохранения – ФИО3, ФИО5, действующих на основании доверенностей,

представителя ответчика Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» - ФИО6, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» - ФИО7, действующей на основании доверенности,

представителя ответчика Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» - ФИО8, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-39/2022 по иску ФИО1 к Министерству здравоохранения , Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству здравоохранения , требуя взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, в связи с оказанием медицинскими учреждениями Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» ненадлежащей медицинской помощи, приведшей к смерти мамы ФИО, в размере 4 000 000 руб. В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ ее мама ФИО, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживавшая с ней и ее несовершеннолетним сыном, почувствовала недомогание (температура тела 37,6°, насморк, озноб). ДД.ММ.ГГГГ температура повысилась до 38°. Из-за объявленного карантина личный прием в больнице не осуществлялся, в этой связи она приняла решение о вызове врача на дом. ДД.ММ.ГГГГ после многократных звонков на телефоны Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №», к которой ее семья прикреплена территориально, ей удалось дозвониться до главврача указанной больницы, ее заверили, что врач обязательно будет направлен к больной маме в течение рабочего дня, однако по истечении текущего дня врач так и не появился. 24 и 25 октября являлись выходными днями. ДД.ММ.ГГГГ врач пришла на дом только в 15.00 час. В результате осмотра поставила маме диагноз «ОРЗ» с рекомендациями: пить таблетки, капли в нос, полоскание горла. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она и ее несовершеннолетний сын лечили маму в соответствии с рекомендациями врача, однако ее состояние ухудшалось, держалась температура (38°-39°), появился непродуктивный (сухой) кашель, озноб, рвота. ДД.ММ.ГГГГ через телефон <***> ей удалось дозвониться до ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи», в процессе общения с оператором ее заверили, что медицинская бригада приедет к ним в ближайшее время, однако, по истечении текущих суток никто не приехал. ДД.ММ.ГГГГ состояние мамы резко ухудшилось, телефоны медицинских учреждений не отвечали, скорая помощь не приезжала, в этой ситуации она приняла решение доставить маму в больницу самостоятельно. В 23-00 часа, на такси она доставила маму в приемное отделение ОГБУЗ Иркутскую ордена «Знак Почёта» областную клиническую больницу. Врач-терапевт осмотрел маму, поставил ей предварительный диагноз «Внебольничная левосторонняя полисегментарная пневмония средней степени тяжести», сатурация - 92%, выписал лечение антибиотиками с устной рекомендацией срочно сделать КТ (компьютерную томографию) легких и госпитализацию. ДД.ММ.ГГГГ через интернет она узнала, где осуществляют компьютерную томографию (КТ) лёгких, и в 11 час. 40 мин. самостоятельно привезла больную маму в ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №». В отделении лучевой терапии маме была произведена компьютерная томография (КТ) лёгких, в результате которой ей был поставлен диагноз «КТ-картина двусторонней полисегментарной интерстициальной пневмонии, с высокой степени вероятности COVID- 19, КТ-3», что составляла в общей сложности 75% поражения легких. По возвращению домой, с целью экстренной госпитализации мамы, она стала звонить в ОГБУЗ «ИССМП», дозвонилась лишь в 13 час. 24 мин., оператор приняла вызов и ответила, что у них большая очередь и надо ждать. Бригада скорой помощи приехала на вызов в 22 часа 35 мин., то есть по прошествии более 9 часов с момента получения вызова. Бригада, состоявшая из фельдшера и санитара, доставила их в Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Медсанчасть ИАПО». По прибытию в указанное учреждение, после их нахождения в неотапливаемом кузове скорой около 2-х часов, включая ожидание госпитализации и времени в пути, фельдшер скорой помощи сообщил о том, что мест нет, в конечном результате их отвезли обратно по адресу местожительства без каких-либо рекомендаций по дальнейшим действиям, по сути, оставили маму без медицинской помощи (умирать). В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она и ее несовершеннолетний сын как могли самостоятельно боролись за жизнь больной мамы. У нее поднялась температура до 39,5°, усилилась лихорадка, покровы тела посинели, руки и ноги холодели. По аптекам и магазинам города она искала баллоны с кислородом, так как сатурация у мамы упала до 85%. Они с сыном поднимали маму с кровати и подавали ей кислород из баллонов, ей становилось на время легче, она могла вздохнуть. Сатурация, которую проверяли с помощью фитнес-часов, у нее поднималась до 90 %, но быстро падала, баллонов не хватало надолго. Температуру тела иногда удавалось удержать на отметке 37,5°, однако силы покидали маму, голос стал сиплым, теряла координацию, не могла сидеть на стуле без помощи, отказывалась от пищи, пила через трубочку. При этом она продолжала звонить в ОГБУЗ «ИССМП», ситуация с невозможностью дозвониться повторялась вновь. Бригада скорой медицинской помощи приехала лишь ДД.ММ.ГГГГ в 21.00 час. Доставили маму в то же самое учреждение ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО», в 23 час. 50 мин. ее мама была госпитализирована в палату № (диагноз согласно медицинской карте №к от ДД.ММ.ГГГГ: новая коронавирусная инфекция COVID19, подтвержденная выявленная ИФА а/тела SARS-COV-2 от ДД.ММ.ГГГГ, тяжелая форма). ДД.ММ.ГГГГ мама ей позвонила из ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО», сообщила, что сегодня навещать ее не надо, так как врачей на месте нет, в связи с праздничным днем. ДД.ММ.ГГГГ мама на телефонный звонок ей уже не ответила, от медсестры узнала, что маму перевели в реанимацию. ДД.ММ.ГГГГ в 12.00 час ее мама скончалась в реанимационном отделении ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО». Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ причиной смерти следует считать дыхательную острую сердечно-сосудистую недостаточность, отек головного мозга. В пункте 7 медицинской карты №к от ДД.ММ.ГГГГ лечащим врачом зафиксирован факт доставки больной ФИО в стационар по экстренным показаниям только через 240 (двести сорок) часов после начала заболевания. Через четыре дня ей выдали тело мамы в полиэтиленовом мешке, и никто из родных так и не смогли по-христианскому обычаю с ней попрощаться. Ее мама при жизни до последних дней была энергичным, красивым, веселым, активным человеком. Она не страдала никакими хроническими заболеваниями, вела здоровый образ жизни. Оказывала помощь всем, кто к ней обращался, планировала, как опытный дошкольный работник, руководитель с сорокалетним стажем работы, возглавлявшая один из передовых в детских садов-комбинатов, написать книгу по педагогике. Она планировала жить, помогала растить внуков. Ее сын, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГр., имея большую семью, не работающий по причине органического повреждения головного мозга, находился на ее полном иждивении. Мама помогала его семье финансово, поддерживала морально и психологически. Никто до сих пор не верит в ее смерть. Жизнь ее мамы могла бы закончиться естественным образом, но ее жизнь оборвалась по вине иркутских врачей. Мама могла бы прожить еще около 15-20 лет полноценной, яркой жизни, принести пользу обществу, молодому поколению. Находясь на пенсии, она занималась развитием своего предприятия ООО «Центр экспертной службы», организовывала работу экспертов для проведения судебных экспертиз. Считает, что ненадлежащее и несвоевременное оказание медицинской помощи ее маме и привело к смерти. В действиях/бездействии медицинских работников учреждений Министерства здравоохранения усматривает причинно-следственную связь между оказанием ими некачественных и несвоевременных медицинских услуг и смертью мамы. Медицинские учреждения грубо нарушили Приказ Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19». ОГБУЗ «ИГБ №»: отсутствие надлежащей оперативной связи (невозможность дозвониться), прибытие врача по вызову с большим интервалом, на 3-и сутки с момента принятия вызова, постановка неправильного диагноза, оставление без надлежащей медицинской помощи, медикаментов и последующего контроля за состоянием тяжело больного пожилого человека, непринятие достаточных и квалифицированных мер медицинского характера для правильного диагностирования заболевания у больной и последующей экстренной госпитализацией. ОГБУЗ «ИССМП»: отсутствие надлежащей оперативной связи (невозможность дозвониться), прибытие экстренной медицинской бригады к больной с установленным диагнозом COVID-19 в тяжелой форме с большим интервалом (более 9-ти часов с момента принятия вызова), нарушение бригадой мер инфекционной безопасности для специализированных выездных бригад скорой медицинской помощи, не выполнение ими своих прямых обязанностей по госпитализации тяжелобольной в медицинские учреждения города, оставление инфицированной больной без квалифицированной медицинской помощи. ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО»: ДД.ММ.ГГГГ отказ в госпитализации тяжелобольной мамы с выявленным диагнозом COVID-19 в тяжелой форме, не оказание надлежащей и квалифицированной медицинской помощи маме после ее госпитализации в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по причине отсутствия в учреждении квалифицированных врачей (праздничные дни). В учреждении находились только медсестры, не принимающие решения, и в этой связи, несмотря на тяжелую форму болезни мамы, подключение больной к ИВЛ было осуществлено только ДД.ММ.ГГГГ, когда у нее были обнаружены признаки полиорганной недостаточности организма (тяжелая стадия нарушений функций нескольких органов, то есть необратимые последствия). Министерство здравоохранения как организатор системы здравоохранения своими халатными действиями и бездействием по отношению к тяжелобольным людям грубо нарушило Временный порядок организации скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19, утвержденный Приказом Министерства здравоохранения от ДД.ММ.ГГГГ №н. Оказанием некачественных и несвоевременных медицинских услуг, приведших к смерти ее мамы, ей причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях в виде переживания чувства горя, бессилия, страха, фрустрации, боли от утраты близкого и родного человека. Нравственные страдания, которые она испытывает в настоящее время, выражаются в ухудшении ее психофизиологического состояния, выразившегося в астено-невротическом синдроме, коронарной недостаточности, ухудшении зрения, бессоннице, депрессии, временной утрате трудоспособности и переносе в связи с этим запланированных профессиональных задач на работе, необходимости принимать меры по восстановлению здоровья в санаторно- курортных условиях; переживании тревоги и страха перед непрофессионализмом иркутских врачей, отсутствием должной организации работы медицинских учреждений, боязни обращаться за помощью к врачам, беспокойством за будущее детей; переживании позора и стыда перед родственниками (сестра мамы и др.), которые обвинили и продолжают обвинять ее в смерти мамы, как не сумевшей ее спасти, что порочит репутацию, ущемляет ее достоинство; страхом за здоровье и жизнь ее единственного родного брата ФИО2, который в связи со смертью мамы, являвшейся для него единственным кормильцем и опорой, впал в депрессию, стал злоупотреблять алкоголем, хотел покончить с собой, неоднократно совершал ДТП и сейчас нуждается в срочном реабилитационном лечении; ухудшении ее финансового состояния, в связи с тем, что обязательства мамы (по кредитам, опеке семьи брата) легли на ее плечи. В настоящий момент она осталась единственным кормильцем на две семьи, в своей, в которой она воспитывает одна ребенка, и семьи брата, в которой трое несовершеннолетних детей, неработающий отец и мать с зарплатой в размере прожиточного минимума. Несмотря на свое тяжелое состояние, она не может взять больничный и вынуждена работать, не восстановившись от горя. Размер причиненного вреда оценивает в 4 000 000 руб.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Медсанчасть ИАПО».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивала на их удовлетворении.

Представители ответчика Министерства здравоохранения ФИО3, ФИО9, представитель ответчика Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» ФИО10, представитель ответчика Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» ФИО7, представитель ответчика Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» ФИО8 исковые требования ФИО1 не признали, в удовлетворении иска просили отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Семчишина М.Ю., полагавшего требования ФИО1 обоснованными, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В соответствии с п. 4 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» регламентировано, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В силу ст. 18 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на охрану здоровья.

Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» регламентировано, что каждый имеет право на медицинскую помощь.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу п. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается:

- в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

- в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

- на основе клинических рекомендаций;

- с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (п. 2, п. 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ (глава 59 ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Частью 2 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 указано, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (пункт 32 Постановления Пленума от 26 января 2010 года № 1).

Применяя вышеприведенные нормы действующего законодательства в совокупности с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации к отношениям в сфере медицинского обслуживания населения, суд приходит к выводу, что ответственность за вред, причиненный при оказании медицинской помощи, несет медицинское учреждение при наличии следующих условий:

- наступление вреда,

- противоправность поведения причинителя вреда (медицинского учреждения),

- наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда (медицинского учреждения),

- вина причинителя вреда (медицинского учреждения).

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В судебном заседании из свидетельства о рождении III-СТ № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что истец ФИО1 является дочерью ФИО.

Согласно свидетельству о смерти III-СТ № ФИО умерла ДД.ММ.ГГГГ, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти.

Смерть ФИО наступила в лечебном учреждении - Областном государственном автономном учреждении здравоохранения «Медсанчасть ИАПО», медицинское свидетельство о смерти № № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно протоколу патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО наступила ДД.ММ.ГГГГ в 12-00 часов, непосредственная причина смерти -дыхательная острая сердечно-сосудистая недостаточность, отек головного мозга; смерть наступила в результате развития двухсторонней пневмонии на фоне имеющейся у больной новой коронавирусной инфекции COVID-19.

До госпитализации в Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» ФИО обращалась за медицинской помощью в иные лечебные учреждения: в Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи».

Согласно медицинской карте № пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, ДД.ММ.ГГГГ ФИО обратилась в ОГБУЗ «Иркутская городская больница №» с жалобами на общую слабость, выделения из носа слизистого характера, першение в горле, повышение температуры тела до 38 градусов, редкий сухой кашель. Осмотр проводился на дому. При осмотре установлено: общее состояние удовлетворительное, температура 37 градусов, сознание ясное, кожные покровы обычные, лимфатические узлы не увеличены, суставы не изменены, зев гиперемирован, миндалины не увеличены, не гиперемированы, число дыханий 16 в минуту, в легких дыхание везикулярное, по всей поверхности, хрипов нет, сатурация 97%, тоны сердца 72 ритмичные, артериальное давление 120/80 мм., отеков нет. Диагноз: ОРВИ средней степени тяжести. Назначено лечение: ингавирин, полоскание горла, обильное питье. Рекомендовано: контроль температуры тела, явка к участковому врачу через 5 дней, в случае ухудшения вызвать участкового врача.

В связи с ухудшением самочувствия ФИО, ее дочь ФИО1 обращалась в Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» с целью вызова бригады скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в 21 час. 49 мин. в ОГБУЗ «ИССМП» от службы «<***>» поступила электронная карта вызова на адрес: , , к ФИО, повод к вызову - температура без осложнений, дополнительная информация - температура 40°С (вызов отнесен к категории неотложных вызовов).

В 00 час. 25 мин. ДД.ММ.ГГГГ в ОГБУЗ «ИССМП» от службы «<***>» поступила информация об отказе от вызова (в 00 час. 34 мин. вызов закрыт).

ДД.ММ.ГГГГ ОГБУЗ «ИССМП» принят вызов на адрес: , мкр. Юбилейный, , пациент ФИО, 73 года, повод - температура тела, пневмония. Вызов принят в 13 час. 31 мин., вызов передан в 22 час. 11 мин., выезд на место вызова в 22 час. 30 мин.

Жалобы ФИО: отдышка, сухой кашель, потеря обоняния и аппетита, озноб. Со слов, заболела 2 недели назад, лечение самостоятельное, сделано МСКТ грудной клетки, установлен диагноз двусторонняя полисегментарная пневмония, поражение слева 46%, справа КТ, имеет контакт с больным COVID-19 (дочь).

По результатам осмотра диагноз: новая коронавирусная инфекция? Двухсторонняя вирусная пневмония ДН 1 степени. Оказана медицинская помощь на месте вызова, сотрудниками бригады СПМ осуществлена медицинская эвакуация ФИО в ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО» ДД.ММ.ГГГГ в 23 час. 30 мин. ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО» отказано в госпитализации ФИО, доставлена домой.

ДД.ММ.ГГГГ. ОГБУЗ «ИССМП» вновь принят вызов на адрес: , , пациент ФИО, 73 года, повод - температура тела, пневмония. Вызов принят в 22 час. 29 мин., вызов передан в 22 час. 32 мин., выезд на место вызова в 22 час. 32 мин., начало транспортировки больного в 23 час. 10 мин., прибытие в медицинскую организацию в 23 час. 50 мин., окончание вызова в 00 час. 11 мин.

Жалобы: сухой кашель, отдышка, общая слабость, повышение температуры до 37,5 градусов, данное состояние отмечается с ДД.ММ.ГГГГ, обращались в поликлинику по месту жительства, МСКТ имеется на руках.

По результатам осмотра диагноз: подозрение на COVID-19, внебольничная двусторонняя пневмония ДН-2, подозрения - справа 46%, слева 56%, КТ №. Транспортирована в ОГБУЗ «Медсанчасть ИАПО», принята в приемном покое.

Согласно медицинской карте №к стационарного больного ФИО поступила в ОГАУЗ ««Медсанчасть ИАПО» ДД.ММ.ГГГГ в 23 час. 50 мин., направлена городской скорой помощью с диагнозом пневмония неуточненная.

Диагноз при поступлении в ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО»: внебольничная двухсторонняя полисегментарная пневмония тяжелой степени, ДНЗ.

При осмотре врачом ОГБУЗ «Медсанчасть ИАПО» установлено состояние ФИО: общее состояние тяжелое, сознание ясное, положение больного активное, передвигается самостоятельно.

Определен план обследования: мазок из зева и носа на Covid-2019, мазок на грипп и ОРВИ, общий анализ крови, общий анализ мочи, биохимический анализ крови, посев крови и мокроты на стерильность и чувствительность к антибиотикам, общий анализ мокроты, РМА, определение HBsAg, Anti-HCV, ВИЧ, определение группы крови и резус-фактора, коагулограмма, ЭКГ, УЗИ органов брюшной полости, плевральных полостей.

Определен план лечения: режим палатный, ПИТир, диета ОВД №, бутилированная вода, кислородная терапия, цефтриаксон, азитромицин, амброксол, интерферон-альфа интраназально, гепарин, парацетамол, гидроксихлорохин.

ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 30 мин. во время обхода дежурным терапевтом при осмотре ФИО установлено ухудшение состояния, нарастание дыхательной недостаточности, сатурация 72 %, по тяжести состояния перевод пациента в отделение реанимации и интенсивной терапии.

ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 30 мин. ФИО осмотрена врачом-реаниматологом, переведена на ИВЛ Авента-М, состояние пациентки оценено как крайней степени тяжести - угрожающее жизни. Тяжесть состояния обусловлена дыхательной недостаточностью на фоне внебольничной полисегментарной пневмонии тяжелой степени тяжести, COVID-19?; острой сердечно-сосудистой недостаточностью, сопутствующей патологией, возрастными изменениями. Тяжесть состояния усугубляется имеющимися нарушениями кислотно- щелочного равновесия, водно-электролитного гомеостаза, синдромами эндогенной интоксикации и взаимного отягощения.

ДД.ММ.ГГГГ в 11 час. 30 мин. на фоне крайне тяжелого состояния произошла остановка сердечной деятельности, на кардиомониторе фиксируется асистолия, начаты реанимационные мероприятия согласно протоколу сердечно-легочной реанимации.

Реанимационные мероприятия прекращены в 12 час. 00 мин. по причине неэффективности реанимационных мероприятий, направленных на восстановление жизненно важных функций в течение 30 минут. Констатирована смерть ФИО ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 00 мин.

На основании запроса СУ СК России по от ДД.ММ.ГГГГ Министерством здравоохранения проведен ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности при оказании медицинской помощи ФИО специалистами ОГБУЗ «ИГБ №», ОГБУЗ «ИССМП», ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО».

По результатам проведенной внеплановой целевой выездной проверки ДД.ММ.ГГГГ Министерством здравоохранения в отношении Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» вынесено предписание №, согласно которому медицинская помощь пациентке ФИО осуществлялась с нарушениями Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-1», а именно:

- в нарушение п. 1.12 Приложения № Приказа от ДД.ММ.ГГГГ №н не организовано выполнение лабораторного исследования на COVID-19,

- в нарушение Приложения № Приказа от ДД.ММ.ГГГГ №н не соблюдена тактика ведения пациентки с установленным диагнозом ОРВИ средней степени тяжести согласно алгоритму действий медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, в том числе на дому, пациентам с ОРВИ: не выполнен забор мазка из носо- и ротоглотки в день обращения для проведения лабораторного исследования на COVID-19 с первичным осмотром врача; не осуществлен ежедневный аудиоконтроль состояния, в случае выявления ухудшения состояния посещение пациента врачом на дому или вызов специализированной выездной бригады скорой медицинской помощи, не осуществлялся мониторинг состояния пациентки на амбулаторном этапе.

Согласно предписанию № от ДД.ММ.ГГГГ по результатам внеплановой целевой выездной проверки Министерством здравоохранения выявлены нарушения при оказании медицинской помощи пациентке ФИО в Областном государственном автономном учреждении здравоохранения «Медсанчасть ИАПО»:

1. нарушения Временных методических рекомендаций Министерства здравоохранения Российской Федерации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19» от ДД.ММ.ГГГГ (версия 9):

- этиотропная терапия не соответствует тяжести основного заболевания «коронавирусная инфекция, тяжелое течение» (в качестве противовирусной терапии применяли гидроксихлорохин с интерфероном-альфа) в нарушение п. 5.1, Приложения №,

- при поступлении пациентки в стационар были показания для госпитализации в ОРиТ, но в связи со стабилизацией состояния (при дотации кислорода показатель сатурации 92%) и отсутствием мест в ОРиТ пациентка госпитализирована в терапевтическое отделение в нарушение Приложения №,

- отсутствуют в лабораторном мониторинге показатели СРБ, ферритина, прокальцитонина, дидимера и газового состава и кислотно-основного состояния артериальной и венозной крови, что затрудняло принятие клинических решений по тактике ведения в нарушение ст. 4, Приложения №;

2. нарушения Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19»:

- не выполнено лабораторное подтверждение диагноза в течение 48 часов от момента забора материала в нарушение п. 1.5 Приложения №,

- не проведено дистанционное консультирование пациентки с применением телемедицинских технологий врачами-специалистами (пульмонологом и анестезиологом-реаниматологом);

3. нарушения Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»:

- при поступлении пациентки в стационар были показания для госпитализации в ОРиТ, но в связи со стабилизацией состояния (при дотации кислорода показатель сатурации 92%) и отсутствием мест в ОРиТ пациентка госпитализирована в терапевтическое отделение в нарушение п. 2.2,

- не оформлено обоснование клинического диагноза путем внесения соответствующей записи в стационарную карту, что является несоответствием пп. «и» п. 2.2,

- не оформлен и не внесен в медицинскую карту № переводной эпикриз на перевод пациентки от ДД.ММ.ГГГГ в отделение реанимации и интенсивной терапии, нарушение пп. «н» п. 2.2.

Как следует из акта проверки, проведенной Министерством здравоохранения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», по результатам ведомственного контроля качества при организации оказания медицинской помощи в ОГБУЗ «ИССМП» пациентке ФИО установлено, что скорая медицинская помощь пациенту оказана в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи», приказом Министерства здравоохранения и социального развития от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при пневмонии». Нарушений порядков оказания медицинской помощи не выявлено. При проверке соблюдения стандартов медицинской помощи нарушений не выявлено.

Для разрешения вопроса о качестве оказанной ФИО медицинской помощи определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Межрегиональный центр экспертизы и оценки».

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № эксперты пришли к следующим выводам.

Смерть ФИО наступила от легочно-сердечной недостаточности, обусловленной тяжелым течением новой коронавирусной инфекции с поражением органов мишеней (эпителий легких, эндотелий сосудов).

ОГБУЗ «Иркутская городская больница №» пациентке ФИО выставлен диагноз: ОРВИ, средней степени тяжести. Тяжесть состояния пациентки оценена неверно и, соответственно, выставлен неверный диагноз.

Согласно Временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19), версия 9, и с учетом эпидемиологической обстановки в стране, диагноз должен был быть построен следующим образом: «U07.2 - Подозрение на COVID-19, тест не проведен». Допущенные нарушения повлекли за собой прогрессирование воспалительного процесса и ухудшение состояния ФИО

ОГБУЗ «Иркутская городская больница №» должен был быть установлен патронаж в отношении ФИО

В нарушении пункта: «Диагностика коронавирусной инфекции. Обследование пациента с подозрением на COVID-19» Временных методических рекомендаций пациентке ФИО Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская городская больница №» не проведен сбор эпидемиологического анамнеза, оценка всех жалоб, не взят мазок из носоглотки и необходимые лабораторные анализы, то есть медицинская помощь оказана несвоевременно и не в полном объеме.

Бригадой Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» согласно классификации по видам, условиям и форме оказания медицинской помощи ФИО оказана первичная медико-санитарная помощь и скорая (скорая специализированная) медицинская помощь. Госпитализация ФИО осуществлена с опозданием (то есть несвоевременно).

Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи»:

- нарушены условия оказания медицинской помощи, в том числе сроков ожидания медицинской помощи, предоставляемой в плановом порядке, времени доезда бригад скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме - ожидание бригады СМП составило более 2 часов;

- ненадлежаще выполнены лечебно-диагностические мероприятия согласно «Временных методических рекомендаций»;

- не соблюден приоритет оказания скорой медицинской помощи пациентам с симптомами ОРВИ, в том числе лицам из групп риска;

- отсутствует преемственность ведения пациентов с отягощенным коморбидным фоном (ИБС, ГБ), не организован мониторинг вызовов скорой медицинской помощи пациентке из группы риска;

- не уточнен эпидемиологический анамнез, не проведена связь с жалобами пациента;

- не передана информация о пациенте в поликлинику (актив), не обеспечено динамическое наблюдение врачом поликлиники;

- анамнез собран не полно;

- отсутствует эпидемиологический анамнез;

- при осмотре пациентки не проведена глюкометрия.

В действиях медицинской бригады ОГБУЗ «ИССМП» имелись нарушения стандарта и порядка оказания специализированной помощи при обслуживании вызова больной ФИО, выявлены дефекты оказания Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» медицинской помощи на всех ее этапах.

Несвоевременное (увеличение сроков ожидания оказания медицинской помощи) ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных мероприятий сотрудниками бригад СМП создало риск прогрессирования заболевания (заболеваний), но не могло послужить единственной и 100% причиной летального исхода.

В действиях Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» выявлены дефекты оказание медицинской помощи, а именно:

- отсутствует консультация врача анестезиолога-реаниматолога (должна быть проведена не позднее 30 минут от момента поступления пациента в стационар, при наличии ДНЗ);

- не проведено РКТ ОГК или рентгенография ОГК (должна быть проведена не позднее 24 часов от момента поступления пациента в стационар);

- по тяжести состояния пациентка не госпитализирована для лечения и динамического наблюдения в отделение реанимации ДД.ММ.ГГГГ;

- не переведена на ИВЛ (диагноз ДНЗ - является показанием для ИВЛ, соответственно в условиях отделения реанимации);

- нет наблюдений врачом анестезиологом-реаниматологам по тяжести состояния с ДД.ММ.ГГГГ;

- лечение, назначенное врачом терапевтом приемного покоя, не соответствует тяжести состояния и объему поражения легких пациентки, не проведена соответствующая этиотропная, адекватная патогенетическая, антикоагулянтная терапии и не оказана необходимая респираторная поддержка;

- нет лабораторного мониторинга СРБ, ферритина, прокальцитонина, Д-димера, КЩС артериальной крови с определением Ра02, РаС02, pH, бикарбонатов, лактата (первый и последний раз забор анализов при поступлении в стационар);

- не взят повторно мазок из носоглотки на наличие РНК SARS-CoV-2 в течении 48 часов для подтверждения НКВИ COVID-19;

-отсутствует клиническое обоснование диагноза;

- отсутствует переводной эпикриз в ОРиТ.

Учитывая вышеизложенное, эксперты пришли к выводу, что лечение, проводимое пациентке ФИО, не соответствовало тяжести ее состояния и Временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) (версия 9). Лечебно-диагностические мероприятия для пациентки проведены с нарушением Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», не выполнен приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации №-н от ДД.ММ.ГГГГ «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», не оформлена ТМК и не организовано оказание медицинской помощи с применением телемедицинских технологий, нет консультации с ведущими специалистами: врачами анестезиологами-реаниматологами, пульмонологами, инфекционистами регионального диагностического центра ОГБУЗ «Иркутская областная инфекционная клиническая больница».

Экспертами установлено, что в действиях медицинских сотрудников ОГАУЗ «Медсанчасть ИАПО» имеются нарушения стандарта и порядка оказания специализированной медицинской помощи в отношении ФИО, нарушен порядок госпитализации в медицинские организации для лечения пациентов с COVID-19 или подозрением на COVID-19, утвержденный Временными методическими рекомендациями по профилактики, диагностике и лечению новой коронавирусной инфeкции (COVID-19), версия 9, не произведена госпитализация пациентки в лечебное учреждение.

Эксперты пришли к выводу, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» однозначно повлияли на течение основного заболевания и развитие осложнений, послуживших непосредственной причиной наступления смерти, поскольку при своевременной диагностике заболевания (в том числе госпитализации ФИО в лечебное учреждение на ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ) и адекватной терапии у ФИО имелись бы шансы избежать наступления неблагоприятного исхода (то есть наступления смерти). При этом нет возможности категорично высказаться о том, что в случае отсутствия вышеперечисленных дефектов оказания медицинской помощи на разных этапах течения заболевания, при верно выбранной тактике лечения, она была бы однозначно эффективной, ввиду возраста пациентки.

Экспертами установлено наличие непрямой (косвенной опосредованной) причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и смертью пациентки ФИО

Оснований сомневаться в достоверности заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы № суд не находит, так как оно дано компетентными лицами на основе специальных познаний в области медицины. Исследовательская часть заключения содержит в достаточной степени подробное описание объекта и методов исследования, порядок проведения исследовательской работы, которые позволили сформулировать соответствующие выводы.

При назначении экспертизы эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Давая оценку исследованным в судебном заседании доказательствам в их совокупности, суд находит требования ФИО1 о компенсации морального вреда обоснованными.

По общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Медицинские учреждения независимо от форм собственности несут ответственность за неоказание или ненадлежащее оказание медицинской помощи, несоблюдение требований, предъявляемых к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории Российской Федерации, а также в случае причинения вреда здоровью или жизни гражданина.

И проверкой Министерства здравоохранения , проведенной на основании запроса следственного органа, и заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № выявлены дефекты оказания ФИО медицинской помощи, начиная с обращения за амбулаторной медицинской помощью в Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская городская больница №».

Как установлено судом, при первичном обращении в Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская городская больница №» и вызове врача на дом ДД.ММ.ГГГГ ФИО, несмотря на наличие к этому показаний, не было организовано проведение лабораторного исследования на COVID-19. Тяжесть состояния ФИО врачом Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» была оценена неверно, был выставлен неверный диагноз, что в своей совокупности, безусловно, повлекло прогрессирование воспалительного процесса и ухудшение состояния ФИО

Кроме того, поскольку ФИО согласно Временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции (COVID-19) (версия 9) относилась к группе риска, она подлежала госпитализации в лечебное учреждение для получения необходимого лечения вне зависимости от тяжести заболевания.

Однако госпитализация ФИО не была осуществлена, ФИО была оставлена дома для лечения в амбулаторных условиях, при этом мониторинг состояния здоровья ФИО на амбулаторном этапе Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская городская больница №» вообще не осуществлялся, патронаж не устанавливался.

Имели место дефекты оказания медицинской помощи ФИО и со стороны Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», которые выразились в ненадлежащем выполнении лечебно-диагностических мероприятий, не соблюдении приоритета оказания скорой медицинской помощи пациентам с симптомами ОРВИ, отсутствии мониторинга вызовов скорой медицинской помощи пациентке из группы риска.

Бригадой Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» не был уточнен эпидемиологический анамнез, анамнез собран не полно, не передана информация о пациенте в поликлинику и не обеспечено динамическое наблюдение врачом поликлиники.

Судом установлены и длительные сроки ожидания оказания медицинской помощи.

Так, пациент ФИО, которой требовалась скорая медицинская помощь, ее дочь ФИО1, которая, беспокоясь за здоровье своей матери, непосредственно обратилась посредством службы «<***>» в Областное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», вынуждены были ожидать бригаду Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» более 9 часов (вызов оформлен ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. 31 мин., вызов принят бригадой только в 22 час. 30 мин.).

В дальнейшем, уже будучи госпитализированной в Областное государственное автономное учреждение здравоохранения «Медсанчасть ИАПО», ФИО вновь не получила своевременной медицинской помощи надлежащего качества.

Лечение, проводимое Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО», не соответствовало степени тяжести состояния ФИО, при поступлении в больницу ДД.ММ.ГГГГ пациентке не были проведены необходимые исследования и консультации, мазок на COVID-19 не взят, адекватная терапия и необходимая респираторная поддержка не назначены, несмотря на наличие показаний для ИВЛ и помещения в отделение реанимации, была оставлена в терапевтическом отделении.

Перевод ФИО в отделение реанимации и интенсивной терапии осуществлен несвоевременно, только ДД.ММ.ГГГГ в 10 час. 30 мин. по результатам обхода дежурным терапевтом, в ходе которого установлено ухудшение состояния ФИО, нарастание дыхательной недостаточности, сатурация 72 %, состояние пациентки было оценено как крайней степени тяжести, угрожающее жизни. Смерть ФИО наступила через полтора часа (ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 00 мин.).

О ненадлежащем оказании медицинской помощи Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» свидетельствует и медицинская документация ФИО

В заключении судебно-медицинской экспертизы № экспертами выявлено, что имеющийся в карте стационарного больного пациентки ФИО «Лист врачебных назначений» не имеет отметок о выполнении этих назначений с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отсутствует отметка о постановке периферического катетера для внутривенной инфузии и уходе за ним, что вызывает сомнения по поводу исполнения назначенного лечения и, соответственно, свидетельствует об отсутствии врачебного контроля за работой среднего медперсонала. В протоколе патологоанатомического исследования имеется запись: «...следов инъекций на кожных покровах нет...», что также подтверждает выявленные экспертами факты.

Данные обстоятельства в своей совокупности ставят под сомнение сам факт оказания ФИО медицинской помощи согласно назначению врача в период нахождения в Областном государственном автономном учреждении здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, ранее, а именно ДД.ММ.ГГГГ, Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» ФИО было отказано в госпитализации.

Как установлено судом из объяснений истца ФИО1, письменных доказательств по делу: карты вызова ОГБУЗ «ИССМП» от ДД.ММ.ГГГГ №, акта проверки Министерства здравоохранения от ДД.ММ.ГГГГ, акта повторного заседания врачебной комиссии ОГБУЗ «ИССМП» от ДД.ММ.ГГГГ, сотрудниками бригады скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ, исходя из тяжести состояния ФИО, осуществлена ее медицинская эвакуация в ОГАУЗ «МСЧ ИАПО». Однако в госпитализации ФИО было отказано по причине отсутствия свободных мест.

Оснований сомневаться в достоверности письменных доказательств, а также в объяснениях истца ФИО1, у суда не имеется.

Факт отказа Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» в госпитализации ФИО подтверждается и свидетельскими показаниями.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля врач скорой помощи ФИО4 показал суду, что работает в ОГБУЗ «ИССМП». ДД.ММ.ГГГГ в его смену поступил вызов бригады скорой медицинской помощи пациентке пожилого возраста. По приезду он осмотрел пациентку ФИО, по своему состоянию она нуждалась в госпитализации. Для госпитализации повезли ее в ОГАУЗ «МСЧ ИАПО», подъехали к лечебному учреждению, встали в очередь, ожидая приема. Однако, когда их очередь подошла, дежурный врач ОГАУЗ «МСЧ ИАПО» сообщил, что мест в больнице нет, госпитализировать пациентку отказались. В связи с чем, они вынуждены были отвезти ФИО домой.

Таким образом, исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами в их совокупности подтверждено оказание Областным государственным казенным учреждением здравоохранения «Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областным государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», Областным государственным автономным учреждением здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» умершей ФИО медицинской помощи ненадлежащего качества. При этом доказательств отсутствия в этом вины ответчиков суду не представлено.

В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, также причиняются нравственные и физические страдания.

В связи с чем, требования дочери умершей ФИО – ФИО1 о компенсации морального вреда, в связи с ненадлежащим оказанием ее матери медицинской помощи, являются обоснованными.

Учитывая обстоятельства дела, особенности взаимоотношений между истцом и умершей, их родственные отношения, суд находит разумным и справедливым взыскать в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда: с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» в размере 150 000 руб., с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» в размере 50 000 руб., с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» в размере 500 000 руб.

Определяя такой размер подлежащего возмещению морального вреда, суд принимает во внимание степень вины каждого из ответчиков, характер допущенных ими нарушений, а также последствия таких нарушений для истца.

Судом установлено, что ФИО1 проживала совместно с матерью ФИО, любила и заботилась о ней. Их взаимоотношения были особенно близкими в виду преклонного возраста ФИО

Факт оказания ФИО медицинской помощи с дефектами, длительное ожидание бригады скорой помощи, а также необоснованный отказ в госпитализации при наличии к этому показаний не мог не заставлять ФИО1 испытывать нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья близкого человека, в ощущении безысходности, в связи с отсутствием какой-либо возможности помочь родному человеку и оказать ему помощь, когда он в ней нуждается.

Смерть ФИО является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

При этом оснований для компенсации морального вреда в большем размере суд не находит, поскольку прямой причинно-следственной связи между действиями ответчиков и смертью ФИО экспертами не установлено, материалами дела не подтверждено. Наступление смерти ФИО находится в прямой причинно-следственной связи с тяжестью самого заболевания и его осложнениями.

Не усматривает суд и оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, предъявленных к Министерству здравоохранения .

В соответствии с п. 1 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-пп «О министерстве здравоохранения » Министерство здравоохранения является исполнительным органом государственной власти , осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, а также управлению в области охраны здоровья граждан на территории .

Министерство здравоохранения медицинскую помощь гражданам не оказывает, соответственно, является ненадлежащим ответчиком по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская городская больница №» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Взыскать с Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В удовлетворении требований к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская городская больница №», Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Иркутская станция скорой медицинской помощи», Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Медсанчасть ИАПО» о взыскании в большем размере компенсации морального вреда, в удовлетворении требований к Министерству здравоохранения ФИО1 отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г. Иркутска в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения.

Председательствующий

Мотивированный текст решения изготовлен 08.06.2022.