Дело № 2-577/2023

УИД 22RS0012-01-2023-000686-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 октября 2023 года Славгородский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Косых С.И.

при секретаре Мордовиной Р.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Я. к О., В. и Межрайонной ИФНС России № 16 по Алтайскому краю о взыскании задолженности в порядке субсидиарной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Я. обратилась в суд с названным иском, указав в обоснование заявленных требований, что решением Алейского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Осирис» в её пользу взыскана стоимость отопительного котла в размере 99 000 рублей, банковская комиссия 990 рублей, расходы по доставке котла в размере 7 000 рублей, неустойка в размере 35 000 рублей, штраф в размере 30000 руб., компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей, почтовые расходы в сумме 845 рублей 08 копеек, а всего деньги 177 845 рублей 08 копеек. В рамках исполнительного производства №-ИП указанное решение суда было исполнено частично, на сумму 44 719 рублей 29 копеек.

Также, решением Алейского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу № с ООО «Осирис» в её (истицы) пользу была взыскана неустойка в размере 100 000 рублей, компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф в размере 52 500 рублей, а всего 157 500 рублей. До настоящего времени решение суда не исполнено, исполнительное производство прекращено.

Всего с ООО «Осирис» было взыскано 335 345,08 рублей (177 845,08 руб. + 157500 руб.), из которых истицей было получено только 44 719 рублей 29 копеек. Остаток долга составляет 290625, 79 руб. При этом ООО «Осирис» прекратило свою деятельность и было исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа как недействующее юридическое лицо (ГРН 2232200196116 от 30.06.2023).

Я. полагала, что оставшаяся сумма задолженности подлежит взысканию в солидарном порядке в соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статьями 53.1,64.2, 1064 ГК РФ, с ответчиков, которые являлись лицами, контролировавшими должника.

Истица указала, что В., как учредитель ООО «Осирис», а О., как генеральный директор указанного общества, являлись лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, они были обязаны действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно, нести ответственность за убытки, причиненные по его вине.

Я. полагала, что ответчики действовали недобросовестно, лишили её возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, не предприняли никаких действий к погашению задолженности, в том числе не приняли действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО "Осирис" из ЕГРЮЛ, не обратились с заявлением о банкротстве Общества или о его ликвидации, что не позволило кредиторам заявить свои требования в установленном законом порядке.

На основании изложенного, Я. просила суд взыскать с В. и О. в солидарном порядке 290625,79 рублей и оплаченную госпошлину 6106 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика была привлечена Межрайонная ИФНС России № 16 по Алтайскому краю (том 2 л.д. 4-5).

Ответчики В., О. и представитель МИФНС России № 16 по Алтайскому краю в суд не явились, извещены надлежащим образом.

В судебном заседании Я. и её представитель (участвовали с использованием средств видеоконференцсвязи) поддержали доводы и требования иска. Дополнительно указали, что как В., так и О. являются индивидуальными предпринимателями и после исключения из ЕГРЮЛ сведений об ООО «Осирис», продолжили свою деятельность по изготовлению котлов, что свидетельствует о недобросовестности ответчиков и их намеренном уклонении от исполнения решения суда (том 1 л.д.183-187).

Представитель ответчика В. – Г. в удовлетворении иска просил отказать. Пояснил, что фактическим владельцем ООО «Осирис» и лицом, определяющим действия указанного Общества, являлся О., который и осуществлял производственную деятельность по изготовлению котлов. Отразил, что в виду имеющегося конфликта В. и О. совместной деятельности не вели более двух лет. Представитель ответчика полагал, что каких – либо недобросовестных действий со стороны В. в отношении истца не имелось, а поэтому основания для привлечения его к субсидиарной ответственности, отсутствуют.

Представитель ответчика О. – ФИО1 просил в иске отказать по доводам ранее представленных возражений (том 1 л.д.134-138), отразив, что О. каких - либо недобросовестных или неразумных действий как руководитель ООО «Осирис» в отношении истицы не совершал. Напротив, в тот период, когда он являлся директором, принимал меры для исполнения обществом обязательства перед кредитором.

Указал, что с ДД.ММ.ГГГГ О. не является директором и контролирующим лицом в отношении ООО «Осирис», так как был уволен на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем не может нести ответственность за действия указанного Общества.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд пришел к следующему выводу:

В соответствии с ч.2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

По делу установлено, что вступившим в законную силу решением Алейского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Осирис» в пользу истицы Я. была взыскана стоимость отопительного котла в размере 99 000 руб., банковская комиссия 990 рублей, расходы по доставке котла в размере 7 000 руб., неустойка в размере 35 000 руб., штраф в размере 30000 руб., компенсация морального вреда 5 000 руб., почтовые расходы в сумме 845,08 руб., а всего деньги 177845,08 руб. (том 1 л.д.64 – 71).

В рамках исполнительного производства №-ИП указанное решение суда было исполнено частично, с ООО «Осирис» в пользу истицы Я. взыскана сумма в размере 44 719 рублей 29 копеек, при этом исполнительное производство было окончено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание (том 1 л.д.147,151).

Кроме этого, в связи с неисполнением вышеуказанного судебного акта, решением Алейского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Осирис» в пользу истицы Я. была взыскана неустойка в размере 100 000 руб., компенсация морального вреда 5 000 руб., штраф в размере 52 500 руб., а всего 157 500 рублей (том 1 л.д.73 – 75). До настоящего времени указанное решение суда также не исполнено.

Таким образом, с ООО «Осирис» было взыскано 335 345,08 рублей (177 845,08 руб. + 157500 руб.), из которых истицей было получено только 44 719 рублей 29 копеек. Остаток неисполненных обязательств ООО «Осирис» перед Я. по вышеуказанным судебным актам составляет 290 625 рублей 79 копеек (335 345,08 руб. - 44 719,29 руб.). Указанное обстоятельство сторонами не оспаривалось.

Согласно п. 1 ст. 64.2 ГК РФ, пп. 1 и 2 ст. 21.1 Закона N 129-ФЗ регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц при наличии одновременно всех признаков недействующего юридического лица, к которым отнесены: непредставление в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и неосуществление операций хотя бы по одному банковскому счету; такое юридическое лицо признается фактически прекратившим свою деятельность и может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном указанным федеральным законом.

Согласно подп. "б" п. 5 ст. 21.1 Закона N 129-ФЗ данный порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в названном реестре сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи. Таким образом, в силу действующего правового регулирования юридическое лицо, в отношении которого в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе, фактически ликвидируется как недействующее юридическое лицо.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные ГК РФ и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (п. 2 ст. 64.2 ГК РФ).

Согласно исследованной судом выписки из ЕГРЮЛ, ООО «Осирис» (ИНН <***>) прекратило свою деятельность и было исключено из указанного реестра ДД.ММ.ГГГГ на основании решения МИФНС России № 16 по Алтайскому краю. В качестве способа прекращения указано на наличие сведений о данном юр.лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности (том 2 л.д.46).

По сообщению МИФНС России № 16, при проведении мероприятий налогового контроля в отношении ООО «Осирис» были установлены признаки отсутствия по месту нахождения указанного юридического лица (том 2 л.д.36 - 39). Инспекцией в адрес указанного Общества, его учредителю (В.) и директору (О.) ДД.ММ.ГГГГ были направлены уведомления о необходимости приведения в соответствие адреса, указанного в учредительных документах, с данными фактического местонахождения юридического лица. Поскольку в течении 30 дней с момента направления указанного уведомления ООО «Осирис» не сообщило соответствующие сведения, ДД.ММ.ГГГГ регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений об адресе места нахождения указанного юридического лица. Далее, в соответствии с требованиями действующего законодательства, ДД.ММ.ГГГГ регистрирующим органом было принято решение о предстоящем исключении ООО «Осирис» из ЕГРЮЛ и с момента такой записи прошло более 6-ти месяцев, в течение которых каких-либо заявлений и возражений от заинтересованных лиц не поступило. ДД.ММ.ГГГГ в связи с отсутствием заявлений, в ЕГРЮЛ была внесена запись о прекращении ООО «Осирис» в связи с вышеуказанными обстоятельствами.

Субсидиарная ответственность согласно абз. 2 п. 1 ст. 399 ГК РФ наступает в тех случаях, когда основной должник либо отказался удовлетворить требование кредитора (истца), либо не ответил на это требование в разумный срок.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет (п. 2 ст. 62 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2018 года N 8-П, конституционное требование действовать добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от 27 октября 2015 года N 28-П, от 22 июня 2017 года N 16-П и др.).

Как следует из пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", по смыслу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 данного Закона на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным, в частности, статьей 61.11 данного Закона, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 64.2 ГК РФ привлечению вышеназванных лиц к ответственности не препятствует, в частности, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. В соотношении с этим пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО предусматривает для случаев исключения общества из ЕГРЮЛ, что, если неисполнение его обязательств (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено недобросовестными или неразумными действиями лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 данного Кодекса, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом, что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами.

При возникновении такого обстоятельства, как исключение фактически прекратившего свою деятельность общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", в пользу кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, также применяется презумпция, основанная не на буквальном тексте закона, а на его конституционном истолковании в Постановлении от 21 мая 2021 года N 20-П. В этом решении Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в нем положения предполагают при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из ЕГРЮЛ соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Конституционный Суд Российской Федерации дополнительно указал, что сделанный им вывод, связанный с ситуацией, когда истцом-кредитором выступает гражданин-потребитель, чьи права гарантированы также специальным законодательством о защите прав потребителей, сам по себе не исключает применения такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Постановление от 21 мая 2021 года N 20-П; определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки К.Г.", по смыслу пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401 и 1064 ГК Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных действий.

При этом лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

В то же время надо иметь в виду, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ - учитывая разные обстоятельства, которыми оно может быть обусловлено, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принципы ограниченной ответственности хозяйственного общества, защиты делового решения и неизменно присущие предпринимательству риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами

Как указывалось ранее, требования Я. основаны на задолженности ООО "Осирис" перед истицей, в виду нарушения её прав как потребителя - физического лица. В отношении всей заявленной истцом задолженности в материалах дела имеются надлежащие доказательства наличия долга, взысканного с ООО "Осирис" решениями суда, вступившими в законную силу. Остаток не взысканной задолженности составляет 290625, 79 руб., доказательств ее погашения на момент рассмотрения дела, суду не представлено.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно имеющихся в ЕГРЮЛ сведений, единственным учредителем ООО «Осирис» являлся В., генеральным директором - О. (том 2 л.д.47). Указанные лица являются ответчиками по предъявленному иску.

Таким образом, с учетом вышеприведенных норм права, суд признает заявленных истцом для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков, лицами контролировавшими должника.

Оценивая доводы ответчика О. об отсутствии оснований, для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Осирис», суд отмечает следующее:

Представителем ответчика О. в ходе судебного разбирательства не оспаривалось, что к моменту прекращения деятельности ООО «Осирис» истица Я. являлась единственным кредитором указанного Общества, задолженности перед другими лицами не имелось.

При этом местом нахождения ООО «Осирис» являлся <адрес>. По указанному адресу расположено нежилое помещение, общей площадью 643 кв.м., находящееся в личной собственности ответчика О. (том 2 л.д.71), являвшегося генеральным директором указанного Общества с ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.107-оборт) до ДД.ММ.ГГГГ (Том 1 л.д.139).

В ходе исполнительского производства по месту нахождения общества - <адрес> судебным приставом исполнителем было установлено, ООО «Осирис» с ДД.ММ.ГГГГ свою производственную деятельность не осуществляет (том 2 л.д.116).

При этом в своих объяснениях, данных судебному приставу, ответчик О., являвшийся на тот момент генеральным директором, прямо указал, что знает о задолженности перед Я. и планирует погашение за счет личных средств в течении 6-ти месяцев (том 2 лд.115-оборот).

Таким образом, к доводом О. о том, что он не мог повлиять на надлежаще и своевременное исполнение состоявшегося решения, суд относится критически.

При этом суд отмечает, что О., с ДД.ММ.ГГГГ является индивидуальным предпринимателем, и до настоящего времени осуществляет деятельность, аналогичную деятельности ООО «Осирис», а именно - производство котлов, обработка металлов, производство строительных конструкций и пр. (том 2 л.д.59-61). В ДД.ММ.ГГГГ работники ООО «Осирис» были уволены переводом к ИП О. (том 2 л.д.106-114). Кроме этого, О. является единственным учредителем и директором ООО «Сфера», осуществляющим в том числе деятельность по изготовлению котлов и обработке металлов (том 2 л.д.52-54).

Процедуре исключения ООО «Осирис» из ЕГРЮЛ предшествовали мероприятия налогового контроля, в ходе которого налоговым инспектором ДД.ММ.ГГГГ с участием О. (указавшего, что он лишь собственник здания) был осуществлен осмотр нахождения Общества в <адрес>, выявивший отсутствие деятельности со стороны этого юридического лица (том 2 л.д.39).

При этом, ДД.ММ.ГГГГ О., как гендиректору ООО «Осирис» было направлено уведомление о необходимости предоставления в регистрирующий орган достоверных сведений об указанном обществе в течении 30 дней, с указанием, что в случае невыполнения данной обязанности, регистрирующим органом в ЕГРЮЛ будет внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице, которая в последующем будет являться основанием для исключения Общества из ЕГРЮЛ (том 2 л.д.38)

Ответчик О., который безусловно был осведомлен об указанных обстоятельствах, в рассматриваемой ситуации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота, действуя добросовестно должен был сообщить достоверные сведения об ООО «Осирис», в регистрирующий орган, в целях недопущения исключения общества из ЕГРЮЛ и принятия всех мер для исполнения обществом обязательств перед кредитором, однако таковых действий не совершил.

Напротив, О. как лицо, контролирующее общество, ДД.ММ.ГГГГ издал приказ о прекращении с ним трудового договора и увольнении с должности директора ООО «Осирис» (Том 1 л.д.139), не уведомив об этом учредителя. По мнению суда, ответчик О. был заинтересован в последующем исключении ООО «Осирис» из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа, поскольку Я. являлась единственным кредитором общества и это исключало необходимость исполнять перед ней обязательство по выплате денежных средств, взысканных решением суда.

Вышеуказанные недобросовестные действия контролирующего лица являются основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Факт принятия второго судебного решения о взыскании с ООО «Осирис» в пользу Я. неустойки и штрафа, уже после увольнения О., не освобождает данного ответчика как лицо, контролировавшее общество от ответственности, поскольку взыскание задолженности в виде неустойки (начиная с ДД.ММ.ГГГГ) было обусловлено не исполнением решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, принятого в тот период, когда О. являлся директором.

Оценивая доводы представителя ответчика В. об отсутствии оснований, для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Осирис»,суд отмечает следующее:

Представителем указанного ответчика было заявлено, что В. более двух лет не участвовал в хозяйственной деятельности ООО «Осирис» и каких либо недобросовестных действий не совершал.

При этом ДД.ММ.ГГГГ в адрес В. как учредителя ООО «Осирис» также направлялось уведомление о необходимости предоставления в регистрирующий орган достоверных сведений об указанном обществе в течении 30 дней (том 2 л.д.38). В дальнейшем В. в установленный законом срок не направил в регистрирующий орган заявлений (возражений) относительно исключения ООО «Осирис» из единого государственного реестра юридических лиц

В., приступивший к обязанностям ген.директора ООО «Осирис» с ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.72-73) при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота не принял каких-либо мер для исполнения обществом обязательства перед Я., в целях уклонения от исполнения указанных обязательств. На это указывает также тот факт, что ДД.ММ.ГГГГ В., зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя и продолжил осуществлять хозяйственную деятельность, аналогичную той, что осуществляло ООО "Осирис" (том 2 л.д.67-68).

С учетом изложенного, суд считает, что исключение должника - ООО "Осирис" из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных действий (бездействий). Причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина ответчиков образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к субсидиарной ответственности.

При этом О. и В. не представлено убедительных доказательств принятия им мер, направленных на попытки погашения обязательств ООО «Осирис» перед Я. и восстановления платежеспособности Общества.

Прекращение деятельности ООО «Осирис» осуществлено искусственно, в отсутствие каких-либо объективных причин и имело единственной целью избежать взысканной судом задолженности Я. (сведений о других кредиторах не имеется), при наличии явной заинтересованности ответчиков в сохранении за собой аналогичной сферы предпринимательской деятельности в форме других хозяйствующих субъектов.

Поскольку О. и В. вопреки правовой позиции, отраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П, не представили доказательств того, что они руководствовались интересами должника, действовали добросовестно и разумно и исключение ООО «Осирис» не связано с их действиями, суд признает доказанным наличие оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Осирис".

На основании изложенного, суд удовлетворяет иск Я. в части исковых требований к О. и В., с которых взыскивает в пользу истицы солидарно, в порядке субсидиарной ответственности задолженность по обязательствам ООО «Осирис» в сумме 290625 рублей 79 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины 6 106 рублей.

Привлеченная к участию в деле МИФНС России № 16 по Алтайскому краю, надлежащим ответчиком не является, в связи с чем в иске к указанному налоговому органу суд отказывает.

Руководствуясь ст.ст. 194 -198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Иск Я. удовлетворить в части исковых требований к О. и В..

Взыскать с О. ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт № и В. ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт № солидарно, в порядке субсидиарной ответственности в пользу Я., ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт № задолженность по обязательствам ООО «Осирис» (ИНН <***>) в сумме 290625 рублей 79 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины 6 106 рублей.

В удовлетворении иска к Межрайонной ИФНС России № 16 по Алтайскому краю, отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Славгородский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 14 октября 2023 года.

Председательствующий С.И. Косых