Решение по делу № 2-346/2023 от 24.04.2023 - о взыскании компенсации морального вреда.

6

Дело № 2-346/2023 УИД 42RS0003-01-2023-000332-43

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Березовский городской суд Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Бигеза Е.Л.,

при секретаре Коневой А.С.,

с участием прокурора Мамаевой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Березовском Кемеровской области 24 апреля 2023 г.

гражданское дело по иску ФИО2 ФИО9 к Акционерному обществу «ЦОФ «Березовская» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «ЦОФ «Березовская», (далее по тексту – АО «ЦОФ «Березовская»), в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 400000 рублей.

Требования мотивированы тем, что с 13.04.1994 он состоял в трудовых отношениях с АО «ЦОФ Березовская», принят был на работу эл.слесарем (слесарем) дежурным и по ремонту оборудования 4 разряда в цех углеприема и углеподготовки.

Впоследствии был переведен на данном предприятии на другие работы: аппаратчиком углеобогащения 5 разряда, мастером обогащения.

12.12.2009 во вторую смену при исполнении трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: после получения наряда он пошел по технологической цепочке проверять работу оборудования и персонала. По металлической лестнице он поднялся на площадку обслуживания установки обогащения зернистого шлама (1 секции) для осмотра. Он произвел осмотр и отрегулировал работу установки.

При спуске с лестницы оступился, правая рука соскользнула с верхнего перила ограждения лестничного марша, при этом рукавица слетела с руки.

При попытке удержаться за перила, <данные изъяты> попала в место сопряжения поперечной стойки и среднего ограждающего элемента. Продолжая падать он выдернул <данные изъяты> из ограждения лестницы и травмировал себе <данные изъяты>

Ему была проведена операция по <данные изъяты> <данные изъяты>, была также определена <данные изъяты> <данные изъяты>

15.12.2009 ответчик составил акт о несчастном случае на производстве формы Н-1.

С 12.12.2009 по 25.12.2009 он находился на стационарном лечении в <данные изъяты>, где ему была проведена операция на <данные изъяты>.

С 26.12.2009 по 31.12.2009 он был переведен на дневной стационар, а затем на амбулаторное лечение.

По 03.04.2010 ему был выдан листок нетрудоспособности.

Справкой № МУЗ «ЦГБ» ему был установлен заключительный диагноз: <данные изъяты> <данные изъяты>

Впоследствии ему была установлена <данные изъяты> (программа реабилитации пострадавшего № от 29.03.2010) и по заключению МСЭ определена утрата профессиональной трудоспособности в 10%, сроком на 1 год.

Заключением МСЭ от 24.03.2015 утрата трудоспособности в 10% установлена ему бессрочно.

Со дня травмы и до настоящего времени его мучают стойкие и постоянные боли в <данные изъяты> <данные изъяты>

Он до сих пор испытывает ограничения функций <данные изъяты>, не может поднимать тяжелые предметы <данные изъяты>, так как сразу же испытывает боль в ней.

Сложно <данные изъяты> держать и сотовый телефон, потому что однажды он выпал у него из <данные изъяты> из-за её слабости и разбился. С трудом удерживает правой рукой столовые приборы, старается держать их <данные изъяты>

С 06.02.2019 он вынужден был уволиться с предприятия, так как не смог уже работать по сменам из-за состояния здоровья, поскольку с болями в <данные изъяты> он часто обращался за медицинской помощью.

В поликлинике, где он прошел обследование 19.01.2023 в неврологическом статусе было отмечено, что у него нарушена чувствительность в <данные изъяты> <данные изъяты>

Сила мышц, в <данные изъяты> с субъективным снижением. Объем движений и функциональность <данные изъяты> ограничена.

В диагнозе еще раз было отмечено у него <данные изъяты> <данные изъяты>

Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. №33 « О применении судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями, страдания относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В заявлении просит рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования поддерживает в полном объеме.

Представитель истца ФИО2 – ФИО3, действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что 29.12.2009 когда с ФИО2 произошел несчастный случай, он выполнял обязанности мастера обогащения, листок нетрудоспособности был закрыт 03.04.2010, в течение 4,5 месяцев он находился на больничном, сначала проходил лечение стационарно, потом ему делали операцию по <данные изъяты>, в январе 2023 года он был последний раз у невролога, и невролог продолжает указывать, что у него нарушена чувствительность <данные изъяты> сила мышц в <данные изъяты> до сих пор снижена, понятно, что она никогда не восстановится. В акте о несчастном случае указана личная неосторожность пострадавшего, что произошло все когда он спускался по лестнице, пока он был на больничном, из пояснений истца после его травмы расстояние между ступеньками было демонтировано и увеличено, у его супруги есть фотографии, что ступеньки были увеличены, конечно, он должен был данный акт обжаловать, но не обжаловал, он продолжал трудиться на данном предприятии и не хотел никаких конфликтных ситуаций. В настоящее время истец работает вахтовым методом, работа у него не посменная, не физическая, нажимает на кнопки. В этой семье <данные изъяты>, одна жена не может обеспечивать семью. Инвалидности у истца нет. После получения травмы истец работал в той же должности, но она предполагала сменную работу, но он уже не смог работать, он ежемесячно обращался для прохождения лечения.

Представитель ответчика АО «ЦОФ «Березовская» ФИО4, действующая на основании доверенности № от 30.11.2022 сроком по 31.12.2023, в судебном заседании поддержала письменные возражения, не оспаривая обстоятельства причинения вреда истцу на производстве 12.12.2009, не согласилась с размером компенсации морального вреда в размере 400000 рублей, просит уменьшить моральный вред до 120508,48 рублей. Пояснила, что согласно п.8.2 акта о несчастном случае на производстве №1 от 15.12.2009 характер полученных повреждений: <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> Степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО2 установлена 10%. После получения травмы ФИО2 продолжал трудовую деятельность в ПАО «ЦОФ «Березовская» до 06.12.2019. С заявлением о выплате компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве ФИО2 в ПАО «ЦОФ «Березовская» не обращался ни после получения травмы, ни при увольнении. В настоящее время истец продолжает трудовую деятельность <данные изъяты> <данные изъяты>

Полагала необходимым определить размер компенсации морального вреда в соответствии с Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности Российской Федерации на 2007 - 2009 г.г. и порядком, предусмотренном коллективным договором, из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации).

Исходя из среднемесячного заработка ФИО2 на 06.02.2019 в размере 60 259,24 руб., единовременная компенсация морального вреда составляет 120 508,48 рублей.

При взыскании компенсации морального вреда просит также учесть социальные обязательства АО «ЦОФ «Березовская» перед 856 работниками, а также пенсионерами (<данные изъяты> семьями мобилизованных. На фабрике работают члены многодетных семей - <данные изъяты> человек, одинокие матери - <данные изъяты>, инвалиды - <данные изъяты>, члены семей, воспитывающие детей инвалидов - <данные изъяты>

В 2022 году в рамках благотворительной и социальной помощи произведены выплаты на <данные изъяты> рублей. Только за 2 месяца 2023 года оказано социальной помощи на <данные изъяты> рублей, в том числе на помощь образовательным и детским учреждениям (<данные изъяты> рублей), семьям мобилизованным (январь <данные изъяты>, февраль - <данные изъяты> рублей), Березовскому городскому отделению Всероссийской общественной организации ветеранов (пенсионеров) войны -<данные изъяты> рублей, произведена компенсация расходов на оплату энергоресурсов (отопление) -<данные изъяты> рублей.

В судебном заседании прокурор полагал, что исковые требования подлежат удовлетворению, в связи с несчастным случаем на производстве истец получил травму, испытывает физические и нравственные страдания. Размер компенсации морального вреда подлежит определению с учетом положений ст.1001 ГК РФ с учетом разумности и справедливости и должен быть снижен.

Заслушав явившихся лиц, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела, дав оценку собранным доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), суд находит исковые требования ФИО2 подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения.

В соответствии со ст. 21 Трудового Кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с положениями ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Федеральный закон от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, был принят в целях реализации названных конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности.

Абзац 2 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусматривающий право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

При этом согласно разъяснениям, приведенным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

На основании пунктов 1, 2 статьи 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО2 ФИО10 с 13.04.1994 состоял в трудовых отношениях с АО «ЦОФ «Берёзовская», где работал в должности <данные изъяты>, 01.10.1996 переведен на <данные изъяты>, 18.04.2002 переведен в <данные изъяты>, 03.02.2003 переведен <данные изъяты>, 15.02.2005 переведен <данные изъяты>, 01.06.2008 переведен <данные изъяты>, 26.07.2009 переведен мастером цеха обогащения, 06.02.2019 трудовой прекращен по соглашению сторон на основании пункта 1 части 1 ст.77 ТК РФ, что подтверждается трудовой книжкой ФИО1, приказом о приеме на работу, приказом о переводе на другую работу, приказом о прекращзении действия трудового договора

Согласно акту о несчастном случае на производстве № от 15.12.2009, 12.12.2009 при исполнении трудовых обязанностей с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму.

Из пунктов 7, 8, 9 вышеназванного акта о несчастном случае на производстве следует, что несчастный случай с истцом произошел на металлической лестнице, стационарно установленной у обслуживающей площадки установка обогащения крупнозернистого шлама по 1 секции. Подход к лестничному маршу ровный. Посторонних предметов на обслуживающей площадке, лестнице и подходу к маршу нет. Лестничный марш выполнен на основании Проекта установки технологического оборудования для обогащения зернистого шлама ОАО ЦОФ «Березовская». Проект имеет положительное заключение экспертизы рег. №, утвержденного 18.02.2005. в Управлении по ТЭН <адрес>. Длина лестничного марша составляет 2930 м.м. Угол наклона лестничного марша - 60°. Лестничный марш имеет 12 ступеней, с шириной каждой 250 мм. Ступени лестницы выполнены из металлической просечки. Лестница имеет ограждение с двух сторон. Высота ограждения лестничного марша составляет 1100 мм. Также имеется средний ограждающий элемент, выполненный из полосы листового металла, шириной 50 мм. и поперечные стойкие лестницы, выполненные из металлического уголка с размером угла 50 мм. Освещение искусственное, соответствует нормам. Температура воздуха в помещении +18°С. Спецодежда пострадавшего - установленного образца выдана в соответствии с «Нормами бесплатной выдачи сертифицированной специальной одеждой…» Приказ Минздравсоцразвития РФ № от 26.11.2007 г в установленные сроки.

Обстоятельства несчастного случая: 12.12.2009 мастер цеха обогащения ФИО2 пошел на работу во вторую смену, которая начинается в 20 час. 00 мин. Перед началом смены начальник смены выдал всем наряд, после чего ФИО2 пошел по технологической цепочке проверять работу оборудования и персонала. По металлической лестнице поднялся на площадку обслуживания установки обогащения зернистого шлама (I секции) для осмотра. Он произвел осмотр и отрегулировал работу установки. При спуске с лестницы ФИО2 оступился, <данные изъяты> соскользнула с верхнего перила ограждения лестничного марша, при этом рукавица слетела с руки. При попытке удержаться за перила, <данные изъяты> попала в место сопряжения поперечной стойки и среднего ограждающего элемента. Продолжая падать, выдернул <данные изъяты> из ограждения лестницы, тем самым травмировал <данные изъяты> <данные изъяты>.

Причиной несчастного случая явилась личная неосторожность пострадавшего.

Из представленных медицинских документов: выписки из истории болезни стационарного больного, справки № о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, установлено, что в связи с полученной травмой, в результате несчастного случая на производстве, ФИО2 установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно выписки из истории болезни, с 12.12.2009 по 25.12.2009 ФИО2 находился на стационарном лечении в <данные изъяты> с диагнозом: <данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> Как следует из справки № о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве, ФИО2 с 12.12.2009 по 03.04.2010 в результате несчастного случая на производстве проходил лечение, установлено 10% утраты трудоспособности.

Согласно программы реабилитации пострадавшего № от 29.03.2010 ФИО2 установлена посттравматическая невропатия чувствительных ветвей локтевого нерва справа и по заключению МСЭ определена утрата профессиональной трудоспособности 10% сроком на 1 год.

Согласно заключения врачебной комиссии № от 18.03.2012 ФИО2 направлен на МСЭ, диагноз: <данные изъяты> Последствия производственной травмы в 2009 г. в виде <данные изъяты> <данные изъяты><данные изъяты> Нуждается в санаторно-курортном лечении.

Согласно представленных выписок из амбулаторной карты, ФИО2 в результате последствий производственной травмы в виде <данные изъяты> проходил амбулаторное лечение у врача-травматолога и врача-невролога.

Заключением МСЭ от 24.03.2015 ФИО2 установлена утрата трудоспособности 10% бессрочно.

Согласно справкам АО «ЦОФ «Берёзовская» №, №, № от 21.04.2023 на 12.12.2009 среднемесячная заработная плата ФИО2 составляет <данные изъяты> рублей, на 24.03.2015 – <данные изъяты> рублей, на 06.02.2019- <данные изъяты> рублей.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Грубая неосторожность самого потерпевшего, повлекшая возникновение или увеличение вреда его здоровью, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда, учитывается при решении вопроса о размере возмещения. Вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае, с учетом конкретных обстоятельств.

При этом, при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как следует из п.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В ходе рассмотрения дела, судом не было установлено факта грубой неосторожности, а также умысла истца на получение вреда здоровью.

В силу требований ст.230 ТК РФ в акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Как следует из Акта от 15.12.2009, степень вины ФИО2 в процентах не установлена по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Таким образом, суд установил, что с ФИО2 при исполнении трудовых обязанностей на опасном производственном объекте АО «ЦОФ «Берёзовская» 12.12.2009 произошел несчастный случай на производстве.

При этом АО «ЦОФ «Берёзовская» несет ответственность за причинение вреда здоровью ФИО2 в силу требований ст. 1079 ГК РФ.

Справкой № МУЗ «ЦГБ» ему был установлен заключительный диагноз: <данные изъяты> <данные изъяты>

В последствии ему была установлена <данные изъяты> (программа реабилитации пострадавшего № от 29.03.2010) и по заключению МСЭ определена утрата профессиональной трудоспособности в 10%, сроком на 1 год.

Заключением МСЭ от 24.03.2015 утрата трудоспособности в 10% установлена ему бессрочно.

Представитель истца ФИО2 –ФИО3, в судебном заседании пояснила, что после травмы истец находился на стационарном лечении с 12.12.2009 по 25.12.2009, где ему была проведена операция на <данные изъяты>, <данные изъяты>, а также определена <данные изъяты>, с 26.12.2009 по 31.12.2009 был переведен на дневной стационар, а затем на амбулаторное лечение, находился на больничном по 03.04.2010. Со дня травмы и до настоящего времени истца мучают стойкие и постоянные боли в <данные изъяты> <данные изъяты><данные изъяты>. Он до сих пор испытывает ограничения функций <данные изъяты>, не может поднимать тяжелые предметы <данные изъяты>, так как сразу же испытывает боль в <данные изъяты> Сложно <данные изъяты> держать и сотовый телефон, однажды телефон выпал у него из <данные изъяты> из-за её слабости и разбился. С трудом удерживает <данные изъяты> столовые приборы (ложку, вилку, нож), старается держать их левой рукой. С 06.02.2019 он вынужден был уволиться с предприятия, так как не смог уже работать по сменам из-за состояния здоровья, поскольку с болями в <данные изъяты> он часто обращался за медицинской помощью. В неврологической поликлинике, где он прошел обследование 19.01.2023 в неврологическом статусе было отмечено, что у него нарушена чувствительность в <данные изъяты> <данные изъяты><данные изъяты> В диагнозе еще раз было отмечено у него <данные изъяты> <данные изъяты>

В программах реабилитации истца как пострадавшего в результате несчастного случая на производстве к Акту освидетельствования от 29.03.2010, к Акту освидетельствования от 23.03.2011, программ реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания к Акту освидетельствования от 24.03.2015, 24.03.2017, 05.03.2019, 01.03.2021, от 06.02.2023 установлены последствия производственной травмы в виде <данные изъяты>

Установлены формы и объемы реабилитации в виде лекарственных препаратов, санаторно-курортного лечения, изделий медицинского назначения. Доступна профессиональная деятельность в оптимальных, допустимых условиях труда.

Таким образом, суд установил, что вследствие трудового увечья на предприятии ответчика 12.12.2009 истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10%, которая впоследствии продлялась и с 24.03.2015 продлена бессрочно, вина в утрате истцом профессиональной трудоспособности в результате несчастного случая на производстве лежит на ответчике.

С учетом установленных обстоятельств причинения истцу вреда здоровью, повлекшего его временную нетрудоспособность и связанные с этим переживания, равно как и длительный процесс реабилитации, связанные с этим неблагоприятные последствия дают основания говорить о причинении истцу физических и нравственных страданий, обязанность компенсировать которые в силу положений ст. 22, 237 Трудового кодекса РФ, статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, положений статьи 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 следует возложить на причинителя вреда, которым является ответчик.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон.

Положения коллективного договора означает лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

В соответствии с пунктом 5.4 «Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2007- 2009 годы», действовавшим на момент происшествия несчастного случая, в случае утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении.

Истец настаивает на взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 400000 рублей, однако данный размер денежной компенсации суд считает завышенным.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснила, что является супругой истца, состоит с ним в браке с ДД.ММ.ГГГГ. Супруг работал на ЦОФ Березовская», 12.12.2009 супруг травмировался, пошел во 2 смену на работу, утром следующего дня позвонил и сообщил, что травмировал <данные изъяты> сразу после заступления на смену, пошел по цепочке технологической и травмировал <данные изъяты> Она на тот момент была на <данные изъяты> месяце беременности, на тот момент у нее был ребенок от первого брака и совместный ребенок. Супруг был до апреля 2010 года на больничном, все это время ей приходилось ухаживать за <данные изъяты> детьми и за супругом, ему все это сложно давалось, с детьми он ей не мог помогать, у него была немощь <данные изъяты>, если он что-то делал, приходилось убирать за ним, за ребенком приходилось ездить на такси, он не мог водить машину, она всегда стремилась, чтобы работа у нее была высокооплачиваемой, потому что муж травмирован. Супругу делали операцию, <данные изъяты>. До сих пор он испытывает боли в <данные изъяты>, ему тяжело это дается, спит беспокойно, в 2019 году пришлось уволиться, так как тяжело было. На данный момент он работает машинистом, имея высшее образование, ходит смотрит за процессом, нажимает на кнопки. Супруг постоянно лечится, ездит в санатории, принимает препараты, но результатов особых это не приносит, все равно <данные изъяты> болит. Супруг не знал, что можно было обратиться после травмы о компенсации морального вреда и не хотел портить отношения. Имеются фотографии, которые супруг сделал после несчастного случая, когда вышел с больничного в апреле 2010 года, видно, что ступеньки сделали реже, а на другой фотографии видны следы сварки, ступеньки были такие частые, он просто по ним скатился, он как бы задержался и стал скатываться и <данные изъяты> попала в перекладину. До его больничного нет фотографий. Сейчас супруг работает в <данные изъяты>, график работы месяц работает, месяц отдыхает, летом 3 месяца отдыхает. На ЦОФ Березовская супруг работал мастером ИТР, по нему было видно, что он работал физически. Ему сложно было работать ночью, он не мог спать перед ночной сменой, был уставший. Супруг сам себя обслуживает.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая, степень вины работодателя, характер полученных повреждений, характер и степень физических страданий истца, процент утраты профессиональной трудоспособности, длительность лечения и реабилитации. Также суд учитывает степень физических и нравственных страданий истца, который в связи с трудовым увечьем испытывает физическую боль, неудобства в быту.

При этом, при определении размера компенсации морального суд не может учесть доводы истца о том, что из-за трудового увечья, по состоянию здоровья он был вынужден уволится с предприятия в связи с необходимостью постоянного обращения за медицинской помощью, поскольку как установлено их представленных сторонами материалов, истец ФИО2 после получения травмы продолжал трудовую деятельность в ПАО «ЦОФ «Березовская» до 06.12.2019, т.е. на протяжении 10 лет, в настоящее время истец продолжает трудовую деятельность вахтовым методом на <данные изъяты> в условиях, приравненных к условиям Крайнего Севера.

Учитывая изложенное, а также принцип разумности и справедливости, характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшего, суд полагает необходимым, определить размер денежной компенсации морального вреда 350000 рублей.

С ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в порядке ст. 103 ГПК РФ в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 ФИО11 к Акционерному обществу «ЦОФ «Березовская» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «ЦОФ «Березовская» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в пользу ФИО2 ФИО12, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать государственную пошлину в доход местного бюджета с Акционерного общества «ЦОФ «Березовская» (ОГРН №, ИНН №, КПП №) в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Е.Л.Бигеза

Решение в окончательной форме принято 02.05.2023