Решение по делу № 2-117/2023 от 28.02.2023 - о признании недействительными извещения об установлении предварительного и заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда.

Дело № 2-117/2023

24RS0040-02-2021-001773-44

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

28 февраля 2023 года г. Норильск

Норильский городской суд (район Талнах) Красноярского края в составе: председательствующего судьи Ивановой Т.В., при секретаре Озубековой Н.Э,

с участием прокурора Жукова А.Д.,

представителя ответчика Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю ФИО1

представителя третьего лица ПАО ГМК «Норильский никель» ФИО2,

третьего лица ФИО3 и его представителя ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искуГосударственного учреждения – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» о признании недействительными извещения об установлении предварительного и заключительного диагноза хронического профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики условий труда в отношении ФИО3, признании недействительным акта о случае профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, в связи с реорганизацией – Отделение Фонда Пенсионного и Социального страхования РФ по Красноярскому краю (ОСФР по Красноярскому краю) обратилось в суд с иском к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» с требованиями:

- признать недействительным извещение ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 20 июня 2019 года № 27 об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3;

- признать недействительным извещение ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 07 ноября 2019 года № 48 об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3;

- признать недействительной Санитарно-гигиеническую характеристику условий труда ФИО3 от 26 июля 2019 года № 286;

- признать недействительным акт о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года в отношении ФИО3

Требования мотивированы тем, что ФИО3 обратился к истцу за назначением и выплатой страхового возмещения в связи с имеющимся профессиональным заболеванием, предоставил, в том числе Акт о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года, который, по мнению истца, содержит недостоверные сведения об условиях его труда. Также вызывают сомнения извещения ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» об установлении предварительного и заключительного диагнозов хронического профессионального заболевания ФИО3, установление заключительного диагноза <данные изъяты>, поскольку при прохождении периодических медицинских осмотров (обследований) ФИО3, в том числе в 2017-2019 годах, противопоказаний для работы не имел, признавался годным в своей профессии и продолжал работать, пройдя 10 апреля 2019 года очередной медицинский осмотр, когда был признан годным к работе во вредных условиях труда, однако уже 20 июня 2019 года ФИО3 был установлен предварительный диагноз профессионального заболевания, а 07 ноября 2019 года установлен заключительный диагноз профессионального заболевания, и в такой незначительный период профессиональное заболевание не могло развиться. Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО3 от 26 июля 2019 года № 286 не отражает действительных сведений о времени и периоде, когда работник подвергался воздействию вредных производственных факторов – локальной и общей вибрации с превышением предельно-допустимых уровней, что является существенным нарушением при установлении связи заболевания с профессией. Акт о случае профессионального заболевания у ФИО3 содержит недостоверные сведения об условиях его труда, которые необоснованно указаны в Санитарно-гигиенической характеристике условий его труда от 26 июля 2019 года № 286. В связи с чем выводы о случае профессионального заболевания носят преждевременный характер, противоречат медицинским документам и фактическим сведениям об условиях труда и вредных производственных факторах, поэтому не могут быть положены в основу акта о случае профессионального заболевания и вывода о наличии у ФИО3 заболевания как профессионального.

В судебное заседание представитель истца не явился, просил о проведении судебного заседания без их участия, представив заявление, о месте и времени рассмотрения дела извещался.

Представитель ответчика Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенности,в судебном заседании указала о не согласии с требованиями истца, их необоснованности, не согласилась с выводами судебной экспертизы, проведенной по делу, поддержала представленные письменные возражения, согласно которым, Акт расследования случая профессионального заболевания от 29 марта 2021 года в отношении ФИО3 подготовлен, оформлен, и утвержден в соответствии с Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний от 15 декабря 2000 года и Инструкцией о порядке применения данного Положения. Членами комиссии по расследованиюслучая профессионального заболевания у ФИО3 на основании представленных документов и сведений об условиях его труда были установлены причины возникновения случая профессионального заболевания, определены лица, допустившие нарушения. Заключительный диагноз был установлен ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» на основании Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО3 от 26 июля 2019 года, согласно которой условия его труда в период работы взрывником рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» являются неблагоприятными, не соответствующими гигиеническим требованиям по воздействию – акустического фактора с превышением уровней, вибрации с превышением уровней, тяжести трудового процесса. Стаж работы ФИО3 в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать у него профессиональное заболевание, составлялболее 27 лет, что свидетельствует о наличии условий для возникновения патологии профессионального характера на рабочем месте ФИО3 Сведения об условиях труда ФИО3 подтверждали наличие на его рабочем месте вредных производственных факторов, которые привели к возникновению у него установленного профессионального заболевания. Основания для сомнений в обоснованности комиссионного заключения ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» отсутствуют(<данные изъяты>).

Представитель ответчика КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1», ранее КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2», в судебном заседании не участвовал, ходатайствовал о рассмотрении дела без их участия.

Ответчик ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» в судебное заседание представителя не направил, о месте и времени рассмотрения дела извещался своевременно и надлежащим образом, согласно ранее представленному отзыву указал, что экспертиза связи заболевания ФИО3 с его профессией проводилась в соответствии с установленной процедурой о расследовании и учете профессиональных заболеваний. Истец не привел обоснования того, какими действиями были нарушены положения закона. Учреждение является уполномоченной организацией, имеющей лицензию на установление предварительного и заключительного диагнозов и выдачу извещений. Каких-либо ограничений и запретов на обращение в центры профпатологии по территориальному принципу не установлено. Заключительный диагноз профессионального заболевания ФИО3 установлен решением врачебной комиссии № 358 от 07 ноября 2019 года на основании профессионального маршрута ФИО3, длительного стажа работы в контакте с общей и локальной вибрацией, превышающей предельно-допустимые уровни по данным Санитарно-гигиенической характеристики условий труда от 26 июля 2019 года № 286, сведений о наличии <данные изъяты>, относящихся к синдромокомплексу <данные изъяты>, данных клинико-инструментального обследования и динамического наблюдения. Заключение об отсутствии противопоказаний к продолжению работы в контакте с вибрацией не свидетельствует об отсутствии у работника признаков профессиональной патологии. Объем исследований и возможности выявления умеренно выраженных форм профессиональной патологии при обследовании в учреждении был существенно выше, чем при периодическом медицинском осмотре. По указанным основаниям просил отказать в удовлетворении требований истца в полном объеме (<данные изъяты>).

Представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО2, полномочия которой подтверждены доверенностью, в судебном заседании поддержала позицию истцаи представленный отзыв, из которого следует, что документально подтвержденный стаж работы ФИО3 с превышением предельно допустимого уровня общей вибрации составляет не более 9 лет, при работе проходчиком в период 1992-1994 годы у него имелось превышение по локальной вибрации при работе на перфораторах, с 1994 года - при работе мастером-взрывником превышения по общей вибрации имелись в 1997, 2000-2001, 2012, 2015-2016 и 2018 годах, в иные периоды - превышения по общей и локальной вибрации не выявлены. Указанные в Акте о случае профессионального заболевания протоколы, карты АРМ, СОУТ в Санитарно-гигиенической характеристике условий труда ФИО3, в том числе карты СОУТ за 2016 год не относятся к условиям его труда, в связи с чем при составлении Акта и характеристики были использованы недостоверные данные об условиях труда работника, которые повлекли неверные выводы (<данные изъяты>).

В дополнительно представленных возражениях ПАО «ГМК «Норильский никель» указало, что при проведении судебной экспертизы установления связи, выявленного у ФИО3 заболевания с профессией, были изучены как медицинские документы о его состоянии здоровья, так и проведено его очное обследование, использованы документы о фактических условиях труда. Экспертами установлено, что отсутствует вредный производственный фактор, который мог бы привести к развитию заболевания <данные изъяты>, так как, проанализировав представленные на экспертизу документы в процессе работы взрывником воздействие общей и локальной вибрации с превышением ПДУ отсутствовало, выводы о превышениях не соответствуют фактическим данным об условиях труда. Поскольку профессиональное заболевание не подтверждается, соответственно, отсутствие документального подтверждения обстоятельств, установленных в Санитарно-гигиенической характеристике условий труда, и как следствие в акте о случае профессионального заболевания, свидетельствует об их незаконности и необоснованности. Так как Акт и Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда содержат недостоверные сведения об обстоятельствах и причинах возникновения у ФИО3 профессионального заболевания, данные документы должны быть признаны недействительными, а расследование случая профессионального заболевания должно быть возобновлено.

Третье лицо ФИО3 и его представитель ФИО4 в судебном заседании поддержали представленные письменные возражения на требования истца, согласно которым полагали, что процедура расследования профессионального заболевания была соблюдена, ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья»являлось уполномоченной медицинской организацией, имеющей лицензию на дачу заключения о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений. Согласно составленной Санитарно-гигиенической характеристике условий труда вредные производственные факторы приведены в соответствие с картами аттестации рабочих мест по условиям труда, с актами замеров вредных производственных вредностей, которая ранее не оспаривалась. Оценка условий труда была дана при наличии у ФИО3 значительного стажа работы в условиях воздействия вредных производственных факторов, влияющих на возникновение профессиональных заболеваний. Факт повреждения здоровья подтвержден извещениями об установлении диагноза профессионального заболевания. Доказательств тому, что установленные заболевания возникли у ФИО3 по иным причинам, не связанным с работой во вредных условиях, не представлено. Оснований для признания акта о случае профессионального заболевания при указанных обстоятельствах не имеется. По результатам проведенной судебной экспертизы подтвердилось наличие синдромокомплекса профессиональных заболеваний у ФИО3 Экспертами указано, что ФИО3 подвергался воздействию повышенной тяжести трудового процесса, что могло спровоцировать формирование профессионального заболевания <данные изъяты>, диагноз которого близок по симптоматике к одному из диагнозов в структуре предварительного заболевания – <данные изъяты>. Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 26 июля 2019 года № 286, и представленным документам подтверждается повышенная тяжесть трудового процесса, что интерпретируется как физические перегрузки и функциональное перенапряжение отдельных органов и систем соответствующей локализации, следствием которых могут быть профессиональные заболевания <данные изъяты> и <данные изъяты>, которые подтвердились в ходе проведенной экспертизы, что в совокупности с тяжестью трудового процесса позволяет установить причинно-следственную связь между фактическими условиями труда и выявленными нарушениями здоровья.

Третье лицо ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Красноярскому краю» Министерства труда и социальной защиты РФ (ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России) в судебное заседание представителя не направил, о месте и времени рассмотрения дела извещался своевременно и надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не просил, согласно представленному отзыву на иск, указал, что акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3 был оформлен и утвержден в соответствии с требованиями действующих Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967 и Инструкции о порядке применения Положения, утвержденной приказом Минздрава РФ от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации», поэтому оснований признавать его недействительным не имеется. ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья», установившее профессиональное заболевание ФИО3, относится к медицинским организациям, в компетенцию которых входит дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшем от воздействия вредных факторов, на данное учреждение возложена обязанность составления медицинских заключений по результатам экспертизы. На медико-социальную экспертизу был предоставлен акт о случае профессионального заболевания в отношении ФИО3, утвержденный Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю, с указанием особого мнения относительно диагноза заболевания - представителя истца. При проведении 11 августа 2021 года медико-социальной экспертизы, представленные документы были проверены специалистами Бюро № 41, и на основании анализа медицинских документов была установлена утрата профессиональной трудоспособности ФИО3 60 % и <данные изъяты> группа инвалидности «по профессиональному заболеванию». По указанным основаниям считать недействительным указанный акт в отношении ФИО3 с диагнозом профессионального заболевания, установленным врачебной комиссией ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья», не имелось (<данные изъяты>).

Представитель третьего лица КГБУЗ «Красноярская краевая больница» в судебном заседании не участвовал, о месте и времени рассмотрения дела извещался, в письменных пояснениях указал, что ФИО3 в 2016 году проходил периодический медицинский осмотр в Краевом центре профпатологии, медицинских противопоказаний для допуска к работам у него не выявлено, также как и подозрений на профессиональный характер заболевания, соответствующих жалоб он не заявлял. Стационарное обследование в Краевом центре профпатологии не проходил (<данные изъяты>).

Учитывая, что участники судебного разбирательства определили для себя порядок реализации своих процессуальных прав, исходя из положений ст.ст. 35, 167 ГПК РФ, суд с учетом мнения участвующих по делу лиц, рассматривает дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку они извещались своевременно и надлежащим образом, имели возможность обеспечить участие представителей.

Выслушав участвующих по делу лиц, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора Жукова Д.А., указавшего об обоснованности требований истца, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Конституция РФ гарантирует в Российской Федерации охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ст.37), подлежит охране труд и здоровье людей (ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ст. 41), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (ст. 39).

В силу ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Трудовой кодекс РФ закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. 219 ТК РФ).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (ч. 8 ст. 220 ТК РФ).

В силу требований ст. 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона № 125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет обязательство страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Профессиональным заболеванием признается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного производственного фактора, повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Порядок расследования профессиональных заболеваний регламентируется Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, а также Инструкцией о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176.

Согласно п. 11 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (центр профессиональной патологии). Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профессиональной патологии.

Согласно Классификатору вредных и (или) опасных производственных факторов, утвержденному Приказом Минтруда России от 24 января 2014 года № 33н, шум, локальная и общая вибрация, тяжесть трудового процесса в виде физической динамической нагрузки, массы поднимаемого и перемещаемого груза в ручную, стереотипных рабочих движений, статической нагрузки, рабочей позы, наклонов корпуса, перемещений в пространстве, относятся к вредным и (или) опасным производственным факторам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО3 осуществлял трудовую деятельность в период с 14 февраля 1992 года по 14 июля 1992 года – горнорабочим подземного участка рудника «Октябрьский», с 15 июля 1992 года по 31 июня 1994 года – проходчиком подземного участка рудника «Октябрьский» Государственного предприятия «Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П.Завенягина», с 01 июля 1994 года по 31 марта 2016 года – мастером-взрывником подземного участка рудника «Октябрьский», с 01 апреля 2016 года по апрель 2019 года – мастером-взрывником подземного участка взрывных работ рудника «Октябрьский» ОАО «ГМК «Норильский никель» (с 2015 года – ПАО ГМК «Норильский никель»), что следует из представленных сведений о трудовой деятельности ФИО3 (<данные изъяты>).

Проходя периодические медицинские осмотры с 2007 года по 2019 год, ФИО3 признавался годным в работе во вредных условиях по профессии мастер-взрывник, взрывник (<данные изъяты>).

В апреле 2016 года при прохождении в Краевом центре профпатологии КГБУЗ «Красноярская краевая больница» периодического медицинского осмотра медицинский противопоказаний для допуска к работам у ФИО3 не выявлено, подозрений на профессиональный характер заболеваний установлено не было (<данные изъяты>).

В апреле 2019 года ФИО3 был поставлен на учет врачом–профпатологом КГБУЗ «Норильская городская больница № 2», имея регулярные обращения к врачу-терапевту с 2016 года, к неврологу – периодические с 2015 года (<данные изъяты>).

При обращении в ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» извещением от 20 июня 2019 года № 27 ФИО3 установлен предварительный диагноз профессионального заболевания - <данные изъяты>.

26 июля 2019 года в связи с поступившим извещением ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья»от 20 июня 2019 года № 27, составлена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда № 286 ФИО3 при работе на руднике «Октябрьский» ПАО «ГМК «Норильский никель» (<данные изъяты>), из которой следует, что общий стаж работы ФИО3 составил 27 лет 11 месяцев 22 дня, стаж работы по профессии 24 года 09 месяцев 25 дней.

С учетом профмаршрута ФИО3, в Санитарно-гигиенической характеристике условий его труда за период с 1992 по 2019 года приведено описание выполняемых им профессий, технологических операций, производственной деятельности с указанием вредных производственных факторов, их источников. В п. 24 характеристики указано, что условия труда ФИО3 в качестве проходчика и взрывника являлись неблагоприятными, не соответствуют гигиеническим требованиям по воздействию – по профессии проходчика - по вибрационному фактору: превышение эквивалентного корректированного уровня локальной вибрации (по виброскорости дБ), превышение предельно-допустимых уровней на 3-9 дБ, превышение тяжести трудового процесса по массе поднимаемого и перемещаемого груза вручную, подъему и перемещению (разовому) тяжести постоянно в течение рабочей смены, по рабочей позе; по профессии взрывника - превышение эквивалентного корректированного уровня локальной вибрации (по виброскорости дБ), превышение предельно-допустимых уровней на 5-8 дБ иэквивалентного корректированного уровня общей транспортной вибрации (по виброускорению дБ), превышение предельно-допустимых уровней на 6-10 дБ, превышение тяжести трудового процесса по массе поднимаемого и перемещаемого груза вручную, подъему и перемещению (разовому) тяжести постоянно в течение рабочей смены, по рабочей позе.

Впоследствии, при обследовании в клинике ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» ФИО3 на основании медицинского заключения врачебной комиссии от 07 ноября 2019 года № 58установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания <данные изъяты> и оформлено извещение от 07 ноября 2019 года № 48 об установлении заключительного диагноза указанного профессионального заболевания (<данные изъяты>).

В соответствии с п. 22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, расследование обстоятельств и причин возникновения хронического профессионального заболевания у лиц, не имеющих на момент расследования контакта с вредным производственным фактором, вызвавшим это профессиональное заболевание, производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

В силу пункта 26 Положения на основании имеющихся и полученных документов комиссия устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждения профессиональных заболеваний.

По результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по прилагаемой форме (пункт 27 Положения).

На основании п. 30 Положения, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Согласно п. 31 Положения, акт о случае профессионального заболевания составляется в трехдневный срок по истечении срока расследования в пяти экземплярах, предназначенных для работника, работодателя, центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора, центра профессиональной патологии (учреждения здравоохранения) и страховщика. Акт подписывается членами комиссии, утверждается главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора и заверяется печатью центра.

В акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах) (п. 32 Положения).

Обязанность по рассмотрению разногласий, возникших в связи с установлением диагноза профессионального заболевания, возложена наряду с другими органами на суд (п. 35 Положения).

Пунктом 4.6 Инструкции о порядке применения названного Положения, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28 мая 2001 года № 176, предусмотрено, что в случае несогласия работодателя (его представителя, пострадавшего работника) с содержанием акта о случае профессионального заболевания (отравления) и отказа от подписи он (они) вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к акту, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпидслужбы.

В связи с извещением ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья»от 07 ноября 2019 года № 48 об установлении ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания, в соответствии с п. 19 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, приказом работодателя ПАО «ГМК «Норильский никель» от 04 декабря 2019 года № была создана комиссия по расследованию профессионального заболевания, выявленного у бывшего работника ФИО3 (<данные изъяты>).

По результатам расследования комиссией составлен Акт о случае профессионального заболевания, утвержденный 29 марта 2021 года Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО5, который был частично подписан членами комиссии: заместителем председателя комиссии ФИО6 - начальником Территориального отдела Управления Роспотребнадзора в г.Норильске - Главным государственным санитарным врачом по г.Норильску и Таймырскому Долгано-Ненецкому муниципальному району; ФИО7 – специалистом-экспертом Территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Норильске; от подписи отказались – начальник отдела страхования профессиональных рисков филиала № 14 ГУ – Красноярское региональное отделение Фонда социального страхования РФ – ФИО8, заместитель директора – главный инженер рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО ГМК «Норильский никель» ФИО9; начальник отдела ПБ и ОТ рудника «Октябрьский» Департамента промышленной безопасности и охраны труда ЗФ ПАО ГМК «Норильский никель» ФИО10, председатель профкома рудника «Октябрьский» ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО11, которые выразили особое мнение, также выразил особое мнение член комиссии - и.о.главного врача КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» ФИО12, (<данные изъяты>).

Основаниями для отказа указанных членов комиссии от подписания Акта о случае профессионального заболеванияФИО3 явились сомнения в обоснованности наличия у него указанного профессионального заболевания и отсутствие связи заболевания с профессией, ввиду того, что при прохождении периодических медицинских осмотров у ФИО3 не выявлялись признаки профессионального заболевания и противопоказания к работе, имелся непродолжительный период с момента прохождения периодического медицинского осмотра и установления заключительного диагноза профессионального заболевания, отсутствие длительного воздействия вредных производственных факторов с превышением предельных уровней.

Между тем, согласно пунктам 18, 20, 21 Акта о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю ФИО5 определено, что установленное ФИО3 заболевание является профессиональным и возникло в результате осуществления им трудовой деятельности в период его работы взрывником в ПАО «ГМК «Норильский никель», причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие локальной вибрации, превышающей ПДУ до 8 дБ, и общей вибрации – превышающей ПДУ до 10 дБ, сопутствующего фактора - производственного шума, с превышением предельно допустимых уровней до 9 дБА.

По результатам медицинского освидетельствования в Бюро МСЭ № 41 ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием от 11 августа 2021 года, на основании Акта о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года ФИО3 было установлено 60 % утраты профессиональной трудоспособности и <данные изъяты> группа инвалидности на срок 01 год (<данные изъяты>).

Согласно позиции истца и третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» ФИО3 во вредных производственных факторах с превышением предельно допустимых уровней - общей и локальной вибрации работал – в непродолжительный периодне более 09 лет, в то время как согласно п. 2 ч. 4 ст. 14 Федерального закона «О специальной оценке условий труда», для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профзаболеваний легкой степени тяжести (то есть установления вибрационной болезни 0 или 1 степени), требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет (класс 3.2.). Кроме этого, извещенияоб установлении ФИО3 предварительного и заключительного диагноза профессионального заболевания, Санитарно-гигиеническая характеристика условий его труда,Акт о случае профессионального заболевания являются недействительными, вследствие их не подтверждения объективными данными диагноза, отсутствии причинно-следственной связи заболевания с условиями его труда, нарушениях при составлении Акта и характеристики по причине несоответствия фактическим условиям труда работника и фактическим сведениям о его состоянии здоровья.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», условия труда в зависимости от выявленных производственных факторов классифицирует на оптимальные (класс 1), допустимые (класс 2), вредные (класс 3 с подклассами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4), опасные (класс 4).

Вредные условия труда (3 класс) характеризуются наличием вредных факторов, уровни которых превышают гигиенические нормативы и оказывают неблагоприятное действие на организм работника и/или его потомство.

Вредные условия труда по степени превышения гигиенических нормативов и выраженности изменений в организме работников условно разделяют на 4 степени вредности:

1 степень 3 класса (3.1) - условия труда характеризуются такими отклонениями уровней вредных факторов от гигиенических нормативов, которые вызывают функциональные изменения, восстанавливающиеся, как правило, при более длительном (чем к началу следующей смены) прерывании контакта с вредными факторами, и увеличивают риск повреждения здоровья;

2 степень 3 класса (3.2) - уровни вредных факторов, вызывающие стойкие функциональные изменения, приводящие в большинстве случаев к увеличению профессионально обусловленной заболеваемости (что может проявляться повышением уровня заболеваемости с временной утратой трудоспособности и, в первую очередь, теми болезнями, которые отражают состояние наиболее уязвимых для данных факторов органов и систем), появлению начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет);

3 степень 3 класса (3.3) - условия труда, характеризующиеся такими уровнями факторов рабочей среды, воздействие которых приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии;

4 степень 3 класса (3.4) - условия труда, при которых могут возникать тяжелые формы профессиональных заболеваний (с потерей общей трудоспособности), отмечается значительный рост числа хронических заболеваний и высокие уровни заболеваемости с временной утратой трудоспособности.

Приказом Минздравсоцразвития России от 27 апреля 2012 года 417н «Об утверждении перечня профессиональных заболеваний» утвержден перечень профессиональных заболеваний, который содержит заболевания, связанные с воздействием производственных физических факторов:

п.2.6 – заболевания, их последствия, связанные с воздействием производственной вибрации:

- от воздействия локальной вибрации – п. 2.6.1 «Вибрационная болезнь, связанная с воздействием локальной вибрации (проявления: поленейропатия верхних конечностей, в том числе с сенсорными и вегетативно-трофическими нарушениями, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей (в том числе синдром Рейно), синдром карпального канала (компрессионная невропатия срединного нерва), миофиброз предплечий и плечевого пояса, артрозы и периартрозы лучезапястных и локтевых суставов)»;

- от воздействия общей вибрации - п. 2.6.2 – «Вибрационная болезнь, с вязанная с воздействием общей вибрации (проявления: периферический ангиодистонический синдром (в том числе синдром Рейно), полинейропатия верхних и нижних конечностей, в том числе с сенсорными и вегетативно-трофическими нарушениями, полинейропатия конечностей в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня, церебральный ангиодистонический синдром);

- п. 2.6.3 – «Вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей и локальной вибрации».

п. 4 – заболевания, их последствия, связанные с физическими перегрузками и функциональным перенапряжением отдельных органов и систем (перенапряжение и резкие или повторяющиеся движения – поднятие тяжелого предмета, тяжестей):

- п.4.1 – «Полинейропатия верхних и нижних конечностей», связанная с воздействием функционального перенапряжения или комплекса производственных факторов,

- 4.3 - «Компрессионные мононевропатии, связанные с функциональным перенапряжением»:

п. 4.3.1. - «Синдром запястного канала»,

п. 4.3.2. - «Невропатия срединного нерва (синдром круглого пронатора),

п. 4.3.3. - «Невропатия локтевого нерва»,

п. 4.3.4. - «Невропатия лучевого нерва»,

п. 4.3.5. - «Невропатия надлопаточного нерва»,

п. 4.3.6. - «Невропатия малого берцового нерва».

п. 4.4 – рефлекторные и компрессионные синдромы шейного и пояснично-крестцового уровней, связанные с функциональным перенапряжением:

- 4.4.1. – «Мышечно-тонический (миофасциальный) синдром шейного уровня»,

- 4.4.2. – «Радикулопатия (компрессионного-ишемический синдром) шейного уровня»,

- 4.4.3. – «Миелорадикулопатия шейного отдела»,

- 4.4.4. – «Мышечно-тонический (миофасциальный) синдром пояснично-крестцового уровня»,

- 4.4.5. - «Радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня»,

- 4.4.6 – «Миелорадикулопатия пояснично-крестцового отдела».

п. 4.5 – болезни мягких тканей, связанные с функциональным перенапряжением:

- 4.5.1. – «Хронические миофиброзы предплечий и плечевого пояса»,

- 4.5.2. – «Поражения плеча, связанные с физическим функциональным перенапряжением (проявления: плечелопаточный периартроз, адгезивный капсулит плеча, синдром сдавления ротатора плеча, тендиноз длинной головки двуглавой мышцы плеча, бурсит плеча, другие поражения плеча (бурсит субакромиальной и/или поддельтовидной синовиальной сумки, тендиноз подостной, малой круглой и надлопаточных мышц)».

В соответствии с пунктом 4.2 Руководства Р2.2.2006-05 "Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда", утвержденного 29 июля 2005 года руководителем Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - Главным государственным санитарным врачом РФ, вторая степень вредных условий труда характеризуется появлением начальных признаков или легких форм профессиональных заболеваний (без потери профессиональной трудоспособности), возникающих после продолжительной экспозиции (часто после 15 и более лет), работа во вредных условиях третьей степени приводит к развитию, как правило, профессиональных болезней легкой и средней степеней тяжести (с потерей профессиональной трудоспособности) в периоде трудовой деятельности, росту хронической (профессионально обусловленной) патологии.

Аналогичные положения содержаться в п. 2 ч. 4 ст. 14 Федерального закона «О специальной оценке условий труда» о том, что, для появления начальных форм профессиональных заболеваний или профессиональных заболеваний легкой степени тяжести требуется воздействие на работника вредных условий труда 2 степени в течение не менее 15 лет, то есть необходима работа по классу вредности условий труда - 3.2 не менее 15 лет, с учетом того вредного производственного фактора, который определен в качестве основания возникновения такого заболевания согласно вышеуказанному Перечню.

Из пункта 20 Акта о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года следует, что у ФИО3 заболевание <данные изъяты>установлено как профессиональное, возникшее в результате длительного воздействия локальной вибрации, превышающей предельно допустимые уровни до 8 дБ, общей вибрации до 10 дБА, сопутствующего фактора - производственного шума, с превышением предельно допустимых уровней до 9 дБА.

При этом, какие-либо клинические признаки данного заболевания <данные изъяты> до ноября 2019 года у ФИО3 не проявлялись, он проходил периодические медицинские осмотры, в том числе в центре профпатологии и у него признаков данного заболевания не устанавливалось.

С целью проверки доводов сторон и разрешения вопроса о правильности установленного ФИО3 диагноза профессионального заболевания, по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации», согласно заключению которого на основании проведенного исследования в соответствии с представленными документами - картами аттестации рабочих мест, протоколами измерений, картами специальной оценки условий труда, медицинскими документами, материалами гражданского дела, непосредственного обследования ФИО3 в период с 18 по 26 апреля 2022 года, экспертная комиссия пришла к нижеследующим выводам:

ФИО3 по результатам проведенной судебной экспертизы установлен основной диагноз – <данные изъяты>. Поскольку практически все выявленные у ФИО3 заболевания являются хроническими, следует считать, что они уже имелись у него на момент обследования в июне и в ноябре 2019 года в клинике ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья», которые не являются профессиональными.

Заключительный диагноз профессионального заболевания, установленный ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» в извещении от 07 ноября 2014 года № 48 <данные изъяты> не подтвержден.

В период работы с 14 февраля 1992 года по 14 июля 1992 года – горнорабочим подземного участка рудника «Октябрьский», с 15 июля 1992 года по 31 июля 1994 года – проходчиком подземного участка рудника «Октябрьский» ФИО3 мог контактировать с превышением уровня локальной вибрации, однако контакт продолжался недостаточно длительно, вследствие чего, имевшийся риск развития вибрационной болезни от локальной вибрации не сформировался, в последующие 25 лет при работе мастером-взрывником ФИО3 не подвергался воздействию локальной вибрации, что позволяет не учитывать период работы проходчиком для оценки профессионального риска. ФИО3 в период работы подвергался воздействию на рабочем месте повышенных уровней шума, однако риск профессионального нарушения слуха не реализовался. Кроме этого, в период работы мастером-взрывником, то есть не менее 25 лет ФИО3 подвергался воздействию повышенной тяжести трудового процесса, обусловленной подъемом и перемещением груза массой до 20 кг, а также нерациональной рабочей позой, что могло спровоцировать формирование профессионального заболевания <данные изъяты> (п. <данные изъяты> Перечня профессиональных заболеваний, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 27 апреля 2012 года 417н), вследствие <данные изъяты>.

Фактические условия труда на рабочих местах ФИО3 в период трудовой деятельности мастером-взрывником, исходя из представленных сведений, определяются воздействием на ФИО3 в течение более 25 лет повышенных уровней шума в пределах подкласса условий труда 3.2, а также повышенной тяжести трудового процесса на уровне параметров подкласса условий труда 3.1 вследствие необходимости подъема и перемещения тяжести до 20 кг и нерациональной рабочей позы, что отражено в картах СОУТ №№ 33217347А август 2015 года, 33217347, 33217351 за 2016 года и Карте АРМ №195.

У ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» имелись формальные основания для установления заключительного диагноза профессионального заболевания <данные изъяты>, между тем в процессе обследований во время проведения судебной экспертизы у ФИО3 не подтвердились диагнозы <данные изъяты>, и для их диагностики не имелось оснований. При отсутствии в картах СОУТ №№ 33217351, 33217347, 33217347А, с которыми были ознакомлены специалисты ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья», на рабочем месте мастера-взрывника повышенных уровней общей и локальной вибрации, а содержащиеся в картах №33212134, 33208207А сведения об условия труда ГРОЗ, при действительном их анализе, не имелось бы никаких гигиенических оснований для заключительного диагноза <данные изъяты>, в связи с чем достаточных оснований для постановки ФИО3 заключительного диагноза профессионального заболевания <данные изъяты> не имелось.

Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда от 26 июля 2019 года № 286 и представленных на экспертизу документов по оценке фактических условий труда, на рабочем месте ФИО3 имела место повышенная тяжесть трудового процесса вследствие необходимости подъема и перемещения груза вручную до 20 кг и более, а также нерациональной рабочей позы. В Санитарно-гигиенической характеристике условий труда без подтверждения объективными данными, указаны повышенные уровни общей и локальной вибрации на рабочем месте мастера-взрывника, что явилось одной из причин ошибочного приоритетного выбора специалистами ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» заключительного диагноза профессионального заболевания <данные изъяты>, вместо наиболее вероятного профессионального заболевания <данные изъяты>.

Учитывая, что на ФИО3 при работе мастером-взрывником на протяжении 25 лет воздействовала повышенная тяжесть трудового процесса на уровне параметров подкласса условий труда 3.1 вследствие необходимости подъема и перемещения тяжести до 20 кг и нерациональной рабочей позы, что подтверждается данными карт СОУТ №№ №№ 33217347А август 2015 года, 33217347, 33217351 за 2016 года и Карты АРМ №195, а также косвенно содержится в материалах Санитарно-гигиенической характеристики условий труда, в процессе обследования ФИО3 в ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» у него были выявлены признаки <данные изъяты>, но заболевание было неточно диагностировано и неверно интерпретировано, то есть связано с воздействием вибрации, а не повышенной тяжести трудового процесса, поэтому эксперты полагают, что у ФИО3 имеется причинно-следственная связь между развитием профессиональных заболеваний <данные изъяты> и фактическими условиями труда – профессиональное заболевание <данные изъяты> (п. <данные изъяты> Перечня профессиональных заболеваний, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 27 апреля 2012 года 417н), от воздействия <данные изъяты>.

Суд, оценивая данное экспертное заключение ФБУ «Центральная клиническая больница гражданской авиации», принимает его в качестве надлежащего доказательства, позволяющего разрешить спорные правоотношения, поскольку заключение отвечает положениям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственнойсудебно-экспертнойдеятельности РФ», подготовленоспециалистами научного учреждения, имеющего соответствующую лицензию на проведение экспертизы связи заболевания с профессией, оказание услуг по профпатологии, в составе комиссии при проведении комплексной экспертизы в отношении ФИО3 участвовали эксперты, имеющие необходимый стаж работы, квалификацию, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Заключение содержит подробное описание проведенных исследований, ответы на поставленные судом вопросы; выводы комиссии научно обоснованы,согласуются с фактическими данными, содержащимися в представленных для исследования документах и материалах дела.

Оснований ставить под сомнение выводы экспертов у суда не имеется, поскольку они соответствуют и подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе фактическим условиям труда.

С учетом выводов экспертов, а также представленных по делу доказательств, фактических условий труда и установленных судом обстоятельств о том, что ФИО3 в течение работы мастером-взрывником в ПАО «ГМК «Норильский никель» на протяжении 25 лет подвергался воздействию вредных производственных фактов с превышением предельно допустимых уровней по тяжести трудового процесса, и исходя из установленного его состояния здоровья, суд признает, что у ФИО3 подтвердился факт наличия профессионального заболевания <данные изъяты>, в то время как профессиональное заболевание <данные изъяты> в ходе судебного разбирательства не подтвердилось.

Суд учитывает, что в силу п. 16 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967, установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что у ФИО3 в ходе дополнительно проведенного исследования при проведении судебной экспертизы установлено хроническое профессиональное заболевание - <данные изъяты>, которое предусмотрено пунктом <данные изъяты> Перечня профессиональных заболеваний, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 27 апреля 2012 года 417н, которое подтверждается как представленными сведениями условий его труда, так и сведениями о его состоянии здоровья и выводами проведенной судебной экспертизы о наличии объективных данных и наличии причинно-следственной связи.

Следовательно, заключительный диагноз профессионального заболевания <данные изъяты>, указанный в извещении ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» от 07 ноября 2019 года № 48, подлежит исключению и замене на диагноз профессионального заболевания у ФИО3 - <данные изъяты>.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, установленных фактических обстоятельств, выводов проведенной судебной экспертизы, суд приходит к убеждению, что использование неверных сведений об условиях труда ФИО3 повлекло к недостоверности выводов о степени воздействия вредных производственных факторов на его здоровье, что указывает на необходимость изменения содержания пункта 3 Акта о случае профессионального заболеванияот 29 марта 2021 года, в части указания на заключительный диагноз профессионального заболевания <данные изъяты> и необходимости указания на имеющееся профессиональное заболевание - <данные изъяты>.

Оснований для признания недействительным извещения ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» от 20 июня 2019 года № 27 об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания ФИО3 - <данные изъяты>, судом не усматривается, поскольку данное извещение являлось основанием для составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, согласно Инструкции, утвержденной приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103.

По результатам сбора информации Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю была оформлена Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда, которая не была оспорена ни работником, ни работодателем, по форме и содержанию соответствующая требованиям Инструкции от 31 марта 2008 года № 103.

То обстоятельство, что при составлении Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО3 Управлением Роспотребнадзора по Красноярскому краю не были в полном объеме использованы данные с места его работы, не может свидетельствовать о нарушении порядка ее составления, и не может являться основанием для признания ее недействительной, поскольку п. 5 Инструкции от 31 марта 2008 года № 103 допускается возможность использования других документов, подтверждающих наличие вредных производственных факторов и их количественной характеристики, и в силу п. 6 Инструкции от 31 марта 2008 года № 103 Санитарно-гигиеническая характеристика составляется с учетом предварительного диагноза профессионального заболевания. Следовательно, оснований для признания Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО3 недействительной не имеется.

Поскольку к ответчику КГБУЗ «Норильская межрайонная поликлиника № 1» (КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2») какие-либо требования не были заявлены, а противоправных действий с его стороны не установлено, оснований для удовлетворения требований к данному ответчику у суда не имеется.

Доводы ответчика ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья», Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю, третьего лицаФИО3 и его представителя ФИО4, в отсутствие подтверждающих доказательств, не опровергают выводы суда, поскольку вывод суда о подтверждении у ФИО3 профессионального заболевания <данные изъяты> и отсутствии профессионального заболевания <данные изъяты>основан на совокупности всех исследованных по делу доказательств – сведениях о фактических и действительных условиях труда ФИО3 в ПАО «ГМК «Норильский никель» в отсутствие длительного воздействия общей и локальной вибрации, стаже работы, состоянии здоровья, подтвержденных соответствующими сведениями, очном обследовании ФИО3 и объективного подтверждения длительного воздействия тяжести трудового процесса, а также установленной причинно-следственной связи между развитием профессионального заболевания <данные изъяты> и фактическими условиями труда.

При этом, достоверных доказательств наличия у ФИО3 профессионального заболевания <данные изъяты> о чем указывал представитель ФИО3 – ФИО4, судом не установлено, выводы экспертов о наличии у ФИО3 профессионального заболевания <данные изъяты>, однозначно подтверждаются сведениями об условиях труда, о состоянии здоровья и выводами экспертов о наличии причинно-следственной связи, изложенных в судебной экспертизе.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства в совокупности, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, в связи с чем, заключение проведенной по делу судебной экспертизы, принимается судом в совокупности с согласующимися с ним и подтверждающими его другими доказательствами по делу, а также установленными фактическими обстоятельствами.

Само по себе несогласие с заключением судебной экспертизы не является безусловным основанием для назначения повторной экспертизы, поскольку в силу ст. 87 ГПК РФ должны быть сомнения в правильности и обоснованности ранее данного заключения, наличии противоречий, между тем, судом не установлено противоречий в выводах проведенной по делу судебной экспертизы, представленным по делу доказательствам и установленным судом фактическим обстоятельствам.

С учетом позиции участвующих по делу лиц, вопрос о судебных расходах по оплате судебной экспертизы в настоящее время не разрешается, что не препятствует его решению в порядке ст. 203 ГПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Признать недействительным извещение ФБУН «Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № 48 от 07 ноября 2019 года в отношенииФИО3 в части заключительного диагноза – <данные изъяты>, считать указанным заключительный диагноз у ФИО3 - <данные изъяты>.

Признать недействительным пункт 3 Акта о случае профессионального заболевания от 29 марта 2021 года в части заключительного диагноза у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ рождения, - <данные изъяты>, считать указанным заключительный диагноз у ФИО3 - <данные изъяты>.

В удовлетворении требований о признании недействительнымиизвещенияФБУН Северо-западный научный центр гигиены и общественного здоровья» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания от 20 июня 2019 года № 27в отношенииФИО3 и Санитарно-гигиенической характеристики условий труда ФИО3 от 26 июля 2019 года № 286 – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд Красноярского края в течение месяца с даты изготовления в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Иванова

Мотивированное решение изготовлено 07 марта 2023 года