Дело № 2-10/2025

39RS0007-01-2024-000406-88

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«11» сентября 2025 г. г. Багратионовск

Багратионовский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Бокова В.Д.,

при секретаре судебного заседания Третяк Н.К.,

с участием истицы ФИО1, ее представителя ФИО3, ответчика ФИО4, его представителя ФИО5, третьего лица ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО4 в котором указала, что вечером 8 января 2024 г. на 34 км автодороги Калининград-Мамоново произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля «<данные изъяты> государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, принадлежащего ей на праве собственности, с прицепом от трактора «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак № принадлежащим ответчику, под управлением ФИО6, оставившего прицеп на дороге, создав тем самым помеху движению. На момент ДТП гражданская ответственность ФИО4 не была застрахована, что лишает истца возможности обратиться в страховую компанию за получением страхового возмещения. В связи с этим, истец просит суд взыскать с ответчика сумму ущерба, причиненного в результате указанного ДТП в размере 981800 руб., расходы, связанные с проведением автотехнической экспертизы в сумме 13000 руб., в возмещение госпошлины в размере 16018 руб., а также стоимость проведенной судебно-технической экспертизы в размере 105 345 руб.

Истица ФИО1 будучи надлежащим образом извещенной в судебное заседание 11 сентября 2025 г. не явилась.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 заявленные требования с учетом их уточнений поддержал в полном объеме. Пояснил, что 08.01.2024 г. произошло ДТП с участием ТС <данные изъяты>, под управлением ФИО7, собственником которого является ФИО1 и прицепом трактора «<данные изъяты>», под управлением ФИО6, собственником которого является ФИО4 Постановлением от 09.01.2024 г. ФИО6 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 12.5 КоАП РФ. Собственник трактора вину не признает, оспаривая механизм ДТП, указывая на отсутствие вины водителя ФИО6 ввиду расположения прицепа на второстепенной дороге, который от удара автомобиля «<данные изъяты>» развернуло на главную дорогу. Кроме того, желая уйти от ответственности, ответчик заключил договор аренды ТС ФИО15, однако заключением эксперта подтверждено, что договор не подписывался в указанный день. Полагает, что ответственность за возмещение убытков, причиненных истцу, должна быть возложена на собственника ТС.

Ответчик ФИО2 заявленные требования не признал, указывая, что водитель ФИО15 управлял трактором на основании договора аренды и доверенности.

Представитель ответчика ФИО16 исковые требования также не признала, указала, что ТС по договору аренды было передано ФИО15 с установленной обязанностью застраховать свою ответственность по полису ОСАГО. В момент ДТП автомобилем «Мазда» управлял супруг истицы ФИО14, который нарушил п. 10.1 ПДД. Столкновения движущихся транспортных средств не было. «<данные изъяты> наехала на стоящий прицеп. ФИО6 почувствовав, что прицеп отцепился от трактора, остановился, вышел с целью выставить аварийный знак, но не успел. ФИО7 имел возможность избежать столкновения, поскольку прицеп практически полностью за исключением правого заднего колеса, находился на второстепенной дороге.

В судебном заседании ФИО6 (водитель трактора) и его представитель ФИО8 требования не признали указав, что в момент ДТП ТС «<данные изъяты>» управлял муж истицы, ехал с ближним светом фар, прицеп отцепившийся от трактора располагался на полосе встречного движения, удар пришелся в правое заднее колесо прицепа.

Третье лицо ФИО7 будучи извещенным о времени и месте судебного заседания, в суд не явился.

Заслушав указанных лиц, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, специалиста, обозрев материалы дела о ДТП с участием вышеназванных лиц, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, около 19 часов 08.01.2024 г. на 34 км. + 790 м. автодороги Калининград – Мамоново-2 произошло ДТП с участием тракторного прицепа, г.н.з. №/39 под управлением ФИО6, собственником которого является ФИО4 и ТС «<данные изъяты>», г.н.з №, под управлением ФИО7, собственником которого является ФИО1 Автомобилю ФИО1 причинены механические повреждения, описанные в экспертном заключении № 08-01/24 от 26.01.2024 г., от 14.05.2024 г.

Из объяснений ФИО7, данных им сотруднику ДПС, следует, что 18.01.2024 г., около 18 часов, следовал с государственной границы пункта пропуска Мамоново – Гжехотки в сторону Калининграда. Подъезжая к перекрестку с п. Новоселово, двигаясь со скоростью 50 км/ч. со включенным светом фар на автомобиле «<данные изъяты>», собственником которого является жена. Не увидев стоящий на своей полосе тракторный прицеп с сеном, допустил с ним столкновение. Знак аварийной остановки выставлен не был.

Из пояснений ФИО6, следует, что 08.01.2024 г. по просьбе знакомого на тракторе с прицепом перевозил сено в п. Пограничное. Около 18 часов загрузил сено и выехал с поля, двигаясь по автодороге с включенным светом фар и скоростью 25-30 км/ч. На перекрестке начал поворачивать налево, когда почувствовал рывок. Проехав метров 50-70 метров при переключении скорости почувствовал, что трактор едет легче, посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что прицеп сорвался. Остановил движение и пошел в сторону прицепа с целью выставить знак аварийной остановки, как в это время в заднюю часть прицепа ударился автомобиль «<данные изъяты>» синего цвета, на немецких номерах. После чего, позвонил собственнику трактора ФИО4, дождавшись его приезда, уехал за инструментами с целью восстановления прицепа, поскольку в результате удара из строя вышло колесо.

Из материалов ДТП также следует, что на момент совершения дорожно-транспортного происшествия трактор «<данные изъяты>» с прицепом по полису ОСАГО застрахован не был, данное обстоятельство также не оспаривалось сторонами в ходе слушания дела. Собственником является ФИО4

Постановлением № 18810039182070187523 от 08.01.2024 г. ФИО6 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ.

Постановлением от 09.01.2024 г. ФИО6 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 12.5 КоАП РФ, за управление трактором Беларусь с заведомо неисправным сцепным устройством и опорно-сцепным устройством тягача и прицепного звена.

Кроме того, постановлением № 18810039182070187515 от 08.01.2024 г. ФИО7 привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ.

Согласно положениям ч. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ, вред, причиненный в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях в соответствии со ст. 1064 ГК РФ, то есть при наличии вины в действиях причинителя вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В действиях водителя ФИО6 установлены нарушения п. 2.3.1 ПДД.

Стоимость восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, составляет 981 800 руб.

Данных о том, что материальный ущерб был причинен ФИО1 действиями водителя ФИО6 вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, судом не установлено.

Сторона ответчика ссылалась на законное управление трактором с прицепом ФИО6 ввиду заключенного между ФИО4 и указанным лицом договора аренды ТС от 18.12.2023 г. сроком до 18.03.2024 г. с возложенной п. 2.3 договора обязанностью застраховать гражданскую обязанность по полису ОСАГО, а также наличием выданной ФИО6 доверенности на право управление трактором «<данные изъяты>» с прицепом.

При возникновении спора о том, кто являлся законным владельцем транспортного средства в момент причинения вреда, обязанность доказать факт перехода владения должна возлагается на собственника этого транспортного средства.

Для признания того или иного субъекта владельцем источника повышенной опасности необходимо установить наличие одновременно как факта юридического владения, так и факта физического владения вещью.

Определением суда от 09.08.2024 г. по настоящему делу была назначена судебно-техническая экспертиза документов, производство которой поручено ФБУ Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Минюста.

Из заключения эксперта № 292/05-2-225 следует, что в договоре аренды ТС от 18.12.2023 г. время выполнения подписи, расположенной в строке «арендодатель» на листе 2 на экземпляре 1, предоставленном ответчиком ФИО4 (подпись 1) и на экземпляре 2, предоставленном третьим лицом ФИО6 (подпись II), не соответствует дате, указанной в договоре «18.12.2023». Указанные подписи выполнены не ранее второго полугодия 2024 г.

Таким образом, ввиду установленных обстоятельств довод стороны ответчика о законном владении трактором с прицепом ФИО6 судом отвергается, поскольку в указанную дату, т.е. 18.12.2023 г. договор аренды заключен не был.

Кроме того, доверенность в отсутствие страхового полиса юридического значения при рассмотрении спора не имеет, поскольку для законного управления владелец обязан иметь при себе среди прочего, полис ОСАГО с внесенными данными водителя и эта запись подтверждает факт разрешения находиться за рулем.

В соответствии с пунктом 1 статьи 935 Гражданского кодекса РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать: жизнь, здоровье или имущество других определенных в законе лиц на случай причинения вреда их жизни, здоровью или имуществу; риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.

Согласно пункту 1 статьи 936 Гражданского кодекса РФ, обязательное страхование осуществляется путем заключения договора страхования лицом, на которое возложена обязанность такого страхования (страхователем), со страховщиком.

Пунктом 2 статьи 937 Гражданского кодекса РФ установлено, что если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его или заключило договор страхования на условиях, ухудшающих положение выгодоприобретателя по сравнению с условиями, определенными законом, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на его собственника и при отсутствии его вины в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, собственник источника повышенной опасности несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо, что источник повышенной опасности выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц или был передан иному лицу в установленном законом порядке.

При рассмотрении настоящего спора не установлен факт того, что трактор с прицепом находился в чьем-то незаконном владении. Судом было установлено, что на момент ДТП законным его владельцем являлся ФИО4

Судом по делу была назначена автотехническая экспертиза, из выводов заключения эксперта № 179/3-2-25, № 192/3-2-25 от 29.04.2025 г. следует, что водитель автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО7 двигался по главной дороге по крайней правой полосе проезжей части. Водитель трактора «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №39, ФИО6, двигался по главной дороге со встречного направления, выполнял маневр поворота налево на второстепенную дорогу. При выполнении маневра произошло разъединение буксируемого прицепа с трактором, после чего трактор проехал вперед некоторое расстояние по второстепенной дороге, а прицепостановился на нерегулируемом перекрестке, на крайней правой полосе проезжей части дороги, по которой двигался автомобиль «<данные изъяты>».

На крайней правой полосе проезжей части дороги, ближе к осевой линии горизонтальной части разметки, обозначающей границы крайней правой полосы движения и средней полосы движения происходит столкновение автомобиля «<данные изъяты>» с прицепом. В момент столкновения автомобиль «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, правой передней частью контактировал с правой задней частью прицепа, государственный регистрационный знак №, в районе его правого заднего колеса и в первоначальный момент столкновения продольные оси указанных транспортных средств располагались по отношению друг к другу под углом около 165 градусов.

На основании проведенного исследования необходимо сделать вывод, что пояснения водителя трактора «Беларусь» о том, что в момент столкновения прицеп фактически полностью, за исключением правого заднего колеса, находился на второстепенной дороге, от удара прицеп развернуло и он оказался на встречной полосе главной дороги, не соответствуют действительности.

Пояснения водителя автомобиля Мазда ФИО7 о том, что в момент столкновения автомобиль «<данные изъяты> правой передней частью контактировал с правой передней стойкой прицепа не соответствует действительности, поскольку в момент столкновения автомобиль «<данные изъяты>» правой передней частью контактировал с правой задней частью прицепа в районе его правого заднего колеса. На основании проведенного исследования необходимо сделать вывод, что пояснения водителя трактора о том, что в момент столкновения прицеп фактически полностью за исключением правого заднего колеса, находился на второстепенной дороге и от удара прицеп развернуло и он оказался на встречной полосе главной дороги (относительно движения прицепа до столкновения) не соответствует действительности.

Также заключением установлено, что с достаточной точностью место столкновения определяется по расположению осыпавшейся в момент удара земли, наслаивающейся на нижних частях ТС при движении. Исходя из расположения элементов.

Кроме того, судом были допрошены свидетели ФИО9, ФИО10, ФИО11

Свидетель ФИО9 пояснил суду, что 08.01.2024 г., около 18 часов, в темное время суток, он возвращался на автомобиле домой. Двигаясь со стороны п. Новоселово, подъехал к нерегулируемому неосвещенному перекрестку Калининград – Мамоново-2, п. Пограничное – п. Новоселово. Дорога была скользкой и заснеженной. Остановившись перед перекрестком на знаке «Стоп», он увидел прицеп груженый сеном, который стоял на встречной полосе главной дороги прицепным устройством в сторону Мамоново-2. В этот момент, двигавшийся по главной дороге со стороны Мамоново-2 в сторону Калининграда, автомобиль марки «<данные изъяты>» совершил столкновение с прицепом. Когда он увидел этот автомобиль, от него до прицепа было расстояние около 100 метров. Этого тормозного пути ему не хватило в таких условиях. Он услышал звук торможения и через 1-2 секунды произошел удар. Он пошел к автомобилю, чтобы оказать помощь. Знак аварийной остановки перед прицепом выставлен не был.

Свидетель ФИО10 (инспектор ДПС) суду показал, что 08.01.2024 г. в вечернее время суток он наряду с инспектором ФИО11 выезжал на место ДТП произошедшего с участием автомобиля марки «<данные изъяты> и прицепа, составлял схему ДТП, на которой указал расположение автомобиля и прицепа после столкновения. У автомобиля марки «<данные изъяты>» были повреждены правая передняя стойка, правое крыло, фара и зеркало. На передней правой части прицепа были следы краски от ТС «<данные изъяты>». У прицепа был сломан задний мост, правое заднее колесо не находилось на оси, стояло рядом с ним. Он предполагает, что эти повреждения образовались не в результате ДТП, а непосредственно перед ним.

Допрошенный в качестве специалиста ФИО12 (старший государственный инспектор Госавтоинспекции МО МВД России «Багратионовский») показал, что водитель трактора нарушил п. 2.3.1 Правил дорожного движения, поскольку, как участник дорожного движения, при выезде он должен был убедиться в исправности сцепного механизма. В данной дорожной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты> нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения, поскольку водитель обязан соблюдать безопасный режим вождения и в случае опасности применить экстренное торможение либо маневр. Выбирая скоростной режим, водитель должен ориентироваться по дорожным знакам, учитывать погодные условия, время суток, освещенность, видимость и т.д.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из анализа вышеприведенных норм права следует, что для наступления ответственности вследствие причинения вреда необходима совокупность юридических фактов, образующих состав деликтного обязательства. К таким фактам (условиям) относятся: наличие вреда; противоправное поведение причинителя вреда; причинная связь между вредом и противоправным поведением; вина причинителя вреда.

При этом вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками ПДД РФ, причинная связь между фактом причинения вреда (убытками) и действием (бездействием) причинителя вреда должна быть прямой (непосредственной).

По настоящему делу юридически значимым является выяснение вопроса об обеспечении безопасности движения и не создания помех другим транспортным средствам при движении транспортного средства с прицепом, под управлением ФИО6, выполнении им общих обязанностей водителя при дорожно-транспортной происшествии, и о выполнении водителем автомобиля <данные изъяты>» ФИО7 требований по соблюдению скоростного режима, который должен обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства.

При этом, показания ФИО6 о том, что он не успел выставить знак аварийной остановки после рассоединения прицепа с трактором и остановке его на встречной полосе движения, ничем по делу не опровергнуты.

Кроме того, как видно из обзорной фотографии места ДТП (л.д. 187) свет фар автомобиля свидетеля ФИО13 освещал стоящий на встречной полосе прицеп, который являлся помехой для движения автомобиля «Мазда».

Оценив имеющиеся материалы дела, суд приходит к выводу, что и водитель ФИО7 нарушил пункт 10.1 Правил дорожного движения РФ, из пояснений которого следовало, что он не видел прицеп, что явилось причиной аварии. По мнению суда, учитывая зимнее время года, предусмотренный конкретным участком дороги скоростной режим, ранние сумерки, вечернее время, состояние дорожного покрытия, водитель автомобиля «<данные изъяты>» выбрал скорость без учета дорожной обстановки, и указанных выше обстоятельств и не мог не видеть стоящий прицеп, однако, не принял всех мер для предотвращения дорожно-транспортного происшествия и минимизации повреждений автомобиля.

Судом, бесспорно, установлено, что в действиях водителей ФИО6 и ФИО7 имеется равная степень вины, следовательно, размер причиненного ущерба должен быть уменьшен в зависимости от степени вины каждого участника дорожно-транспортного происшествия, при невозможности определить степень вины доли признаются равными. В связи с чем, заявленные исковые требования подлежат удовлетворению частично на сумму 490 900 рублей.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

С учетом ободной вины сторон в совершении ДТП, суд находит возможным взыскать с ответчика в пользу истца половину всех судебных расходов, понесенных истцом, а именно: на проведение судебно-технической экспертизы в размере 105 345 рублей, на проведение автотехнической экспертизы в размере 13 000 рублей, а также расходов по оплате государственной пошлины за подачу искового заявления и заявления об обеспечении иска пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований в размере 16 018 рублей, а всего 67 181,50 рублей (134 363 руб./2) С истца в пользу ответчика подлежит взысканию половина понесенных им расходов на проведение судебной автотехнической экспертизы 48 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца п. В.<адрес> <данные изъяты> ССР, зарегистрированной по месту жительства по адресу: <адрес>, кв. ИНН <***>), в пользу ФИО1, (паспорт 2722 №, адрес регистрации 236038, <адрес>) в возмещение ущерба, причиненного дородно-транспортным происшествием 490 900 рублей, в возмещение судебных расходов 67 181,50 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО4 судебные расходы в сумме 24 000 рублей.

В остальной части заявленных требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Багратионовский районный суд Калининградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: В.Д. Боков

Мотивированное решение изготовлено 24.09.2025 г.