РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 июля 2023 года город Кузнецк

Кузнецкий районный суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Королевой Е.А.,

при секретаре Белоглазовой Ю.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кузнецке Пензенской области гражданское дело по иску Министерства здравоохранения Пензенской области к ФИО2 о взыскании затрат на обучение,

УСТАНОВИЛ:

Министерство здравоохранения Пензенской области обратилось с иском к ФИО2 о взыскании затрат на обучение, указал, что 27.06.2015 между Министерством здравоохранения Пензенской области и ФИО2 был заключен договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области №.

В соответствии с пунктом 1 раздела I ответчик принимал на себя обязательства по освоению образовательной программы по специальности «Лечебное дело» реализуемую в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», успешно пройти государственную итоговую аттестацию по указанной образовательной программе и заключить трудовой договор с организацией, указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора (предварительно ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина, на сегодняшний день – ГБУЗ «Клиническая больница № 6 им. Г.А. Захарьина»). Министерство принимало на себя обязательства предоставить ответчику меры социальной поддержки и организовать прохождение практики в соответствии с учебным планом.

В соответствии с п. 5.5 раздела II ответчик принял на себя обязательства заключить с организацией указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора, трудовой договор (контракт) не позднее, чем через 1 месяц со дня получения соответствующего документа об образовании и о квалификации.

В соответствии с письмом ректора ПГУ от 18 августа 2021 года № 113-424 ответчик приказом № 1087/с от 6 июля 2021 года был отчислен из ПГУ в связи с окончанием обучения. Диплом ответчиком получен 8 июля 2021 года, однако обязательство по трудоустройству ответчиком исполнено не было.

В соответствии с пунктом 5.6 раздела II договора ответчик обязан возместить истцу в течение 1 месяца расходы, связанные с предоставлением ему мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением ему мер социальной поддержки, и средств, затраченных на обучение, в случае неисполнения обязательств по трудоустройству, предусмотренных договором.

В адрес ответчика была направлена претензия от 21 октября 2021 года № 431 с требованием о возмещении Министерству в течение 10 дней с момента получения претензии указанные расходы на обучение. Однако ответчик ФИО2 не возместила денежные средства и не оплатила штраф до настоящего времени.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просил взыскать с ФИО2 денежные средства в общей сумме 661860 руб., из которых средства затраченные на обучение в размере 514500 руб., штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, в размере 98240 руб.

Представитель истца Министерства здравоохранения Пензенской области в судебное заседание не явился, извещены, представлено заявление о рассмотрении гражданского дела в отсутствие представителя. В дополнительных пояснениях указывает на то, что Министерство здравоохранения Пензенской области с ФИО2 заключало два договора: договор о целевом обучении и договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области. В соответствии с договором о целевом обучении ответчик поступала на целевое обучение в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет» за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета Российской Федерации, на целевое обучение за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области – в соответствии с договором о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области. На обучение за счет средств федерального бюджета ответчик зачислена не была, так как ФИО2 не прошла конкурс, но была зачислена на бюджетное место обучения за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области, обучение на котором оплачивало Министерство, что подтверждается справкой ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет». Договор о целевом обучении в рамках квот федерального бюджета, заключенный между Министерством и ФИО2 не вступил в законную силу, так как ФИО2 не была зачислена в ВУЗ на выделенные места по квоте. Договор от 27 марта 2015 года № 179 досрочно прекращен в соответствии с п. 9.1 раздела 4 договора. Согласие на заключение договора о целевом обучении законного представителя ФИО2 было представлено при заключении договора с Министерством и является действующим (отозвано не было).

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что 27.03.2015 она заключила договор с Министерством здравоохранения Пензенской области о целевом обучении, с согласия законного представителя ФИО3 На момент заключения договора ей было 17 лет. О выплате средств, которые были потрачены на ее обучение, в договоре речи не шло. Ей выдали два бланка, которые она заполнила и оставила в Министерстве. В октябре 2015 года она забрала один экземпляр договора, о чем написала расписку. При прохождении обучения ей выплачивалась стипендия один раз в три месяца в сумме 1500 рублей. В представленных сторонами договорах о целевом обучении условиях отличаются, в связи с чем, невозможно определить действительную волю сторон. Считает, что в этом случае подлежит применению ст.431 ГК РФ и п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 49 от 25.12.2018г. «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора» и дать толкование представленным договорам в её пользу. Истец ссылается на подписание сторонами двух договоров, тогда как согласие законного представителя (матери ответчика) на заключение договора имеется только одно. В согласии не указано, что ФИО3 согласна на заключение договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области, другое согласие истцом суду не представлено. На 27.03.2015 она являлась несовершеннолетней, поэтому согласие законного представителя при заключении договора обязательно. В связи с тем, что согласия законного представителя несовершеннолетней на заключение договора на целевое обучение за счет средств федерального бюджета Пензенской области не имеется, договор, представленный истцом, является незаконным. Согласно п. 9.1 основанием для досрочного прекращения договора по указанному пункту является отказ организации, осуществляющей образовательную деятельность в приеме гражданина на целевое место, в том числе в случае, если гражданин не прошел по конкурсу, проводимому в рамках квоты приема организацией, осуществляющей образовательную деятельность. Ответчик была принята образовательным учреждением на целевое место, доказательств, что она не прошла по конкурсу, истцом не представлено. В соответствии п. 12 правил заключения и расторжения договоров о целевом обучении несовершеннолетние граждане заключают договор о целевом обучении с письменного согласия родителей (законных представителей). Обязанность оплаты общей стоимости обучения возникает, когда эти правила были установлены согласно новому законодательству, с 2019 года. В связи с этим считает, что условие о возмещении средств затраченных на обучение включено в договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области от 27 марта 2015 года незаконно. Кроме того, истцом неверно произведен расчет суммы иска, исходя из размера мер социальной поддержки – 500 руб. ежемесячно, полагает, что сумма требования должна составлять 36000 руб. Считает, что условие договора, предусматривающее выплату штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки противоречит Трудовому Кодексу РФ. Штраф является одним из способов обеспечения исполнения гражданско-правовых обязанностей и правила его взыскания регулируются главой 23 ГК РФ, что недопустимо в силу ст. ст. 2 и 5 ТК РФ.

Обучение она закончила в 2021 году, условия договора по трудоустройству не исполнила в силу личных обстоятельств. С августа 2021 года трудоустроилась в г. Москве по специальности. В настоящий момент она работает в ГБУЗ г.Москвы «Городская поликлиника №115 ДЗМ» врачом-терапевтом, её зарплата составляет в среднем около 100000-120 000 рублей, также она проходит ординатуру, за что получает ежемесячно стипендию 9400 рублей. В 2022 году она вышла замуж, муж в настоящее время не работает. Иждивенцев она не имеет.

Суд, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу ст.198 ТК РФ, работодатель - юридическое лицо (организация) имеет право заключать с лицом, ищущим работу, или с работником данной организации ученический договор на получение образования без отрыва или с отрывом от работы.

Ученический договор с работником данной организации является дополнительным к трудовому договору.

Обязательные требования к содержанию ученического договора закреплены в статье 199 Трудового кодекса Российской Федерации.

Ученический договор заключается на срок, необходимый для получения данной квалификации. Ученический договор заключается в письменной форме в двух экземплярах (статья 200 Трудового кодекса Российской Федерации).

Последствия невыполнения обучающимся обязательства после окончания ученичества приступить к работе по вновь полученной профессии, специальности или квалификации и отработать у данного работодателя в течение срока, установленного ученическим договором, определены в статье 207 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрена возможность заключения ученического договора, являющегося одним из видов договоров об обучении работника за счет средств работодателя (глава 32 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что между Министерством здравоохранения Пензенской области и ФИО2 был заключен договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27 марта 2015 года.

По условиям заключенного договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области ФИО2 обязуется освоить основную образовательную программу по специальности 31.05.03 «Лечебное дело» в Медицинском институте ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», успешно пройти государственную итоговую аттестацию по указанной образовательной программе и заключить трудовой договор с организацией, указанной в подпункте 3.6.1 пункта 3 договора (предварительно ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина).

В соответствии с пунктом 3 указанного договора Министерство здравоохранения Пензенской области в свою очередь обязалось обеспечить в соответствии с полученной квалификацией трудоустройство ФИО2 в ГБУЗ «ГКБСПМ им. Г.А. Захарьина» (предварительно).

Положениями п. 3.4 договора закреплена обязанность предоставить обучающемуся в период его обучения в качестве меры социальной поддержки: дополнительную стипендию с 1 по 6 курс в размере 500 руб. ежемесячно.

Положениями пункта 5.6 договора закреплено, что гражданин обязан возместить Министерству в течение одного месяца расходы, связанные с предоставлением ему мер социальной поддержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением ему мер социальной поддержки, и средств, затраченных на обучение, в случае неисполнения обязательств по трудоустройству, предусмотренных договором.

Законный представитель ФИО2 – ФИО3 27.03.2015 написала расписку о согласии на заключение договора о целевом обучении между ее дочерью ФИО2 и Министерством здравоохранения Пензенской области, копия указанной расписки имеется в материалах дела.

При этом доводы стороны ответчика о том, что согласие на заключение договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области ФИО3, как законный представитель ФИО2, не давала, судом отклоняются.

Из буквального толкования расписки ФИО3 от 27.03.2015 она дала согласие на заключение ее несовершеннолетней дочерью договора о целевом обучении с Министерством здравоохранения Пензенской области без указания какого либо уровня бюджета бюджетной системы Российской Федерации, за счет которого будет осуществлено обучение ФИО2

В материалах дела имеется заявление ФИО2 от 27.03.2015 на имя министра здравоохранения Пензенской области с просьбой заключить с ней договор о целевом обучении, с указанием об обязательстве после окончания учебного заведения прибыть на работу в учреждение здравоохранения Пензенской области и заключить трудовой договор на срок не менее 5 лет.

Согласно письму от 18.08.2021 № 113-424 ректора ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет», ответчик ФИО2 окончила обучение по договору целевой подготовке с Министерством здравоохранения Пензенской области и приказом № 1087/с от 06.07.2021 была отчислена из ПГУ.

Судом установлено, что ответчик ФИО2 не выполнила обязательства, указанные в договоре о целевом обучении от 27.03.2015, по окончании обучения не трудоустроилась в учреждение здравоохранения Пензенской области в соответствии с полученной квалификацией и соответственно не отработала предусмотренный договором срок (не менее пяти лет), в Министерство здравоохранения Пензенской области с указанным вопросом не обращалась.

Доказательств неисполнения ответчиком обязательств по договору ввиду виновных действий истца, отказа лечебного учреждения в приеме ответчика на работу по полученной специальности, стороной ответчика не представлено.

Заключенный между сторонами договор о целевом обучении содержит основания для освобождения гражданина от исполнения обязательств по трудоустройству, перечень таких оснований, содержащийся в п. 7 договора, не предполагает их расширенного толкования. Однако доказательств наличия у ФИО2 на момент окончания обучения какого-либо основания, предусмотренного договором, для ее освобождения от исполнения обязательств по трудоустройству, оговоренных договором в соответствии с п. 7, суду не представлено.

В силу ст. 205 ТК РФ нормы трудового законодательства распространяются и на учеников.

В статье 381 ТК РФ дано понятие индивидуального трудового спора как неурегулированных разногласий между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора.

Истец Министерство здравоохранения Пензенской области направил в адрес ответчика ФИО2 требование № от 21 октября 2021 года об оплате расходов, связанных с ее обучением, а также предоставлением ей мер социальной поддержки. Факт направления указанного требования подтверждается списком почтовых отправлений № от 25 октября 2021 года. Указанное требование осталось неисполненным ответчиком.

Поскольку после окончания обучения ответчик ФИО2 в соответствии с обязательствами по договору о целевом обучении не трудоустроилась, истец обратился с настоящим иском в суд за компенсацией затраченных бюджетных средств на ее обучение.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации взыскание с работника затрат, понесенных работодателем на его обучение, основывающееся на добровольном и согласованном волеизъявлении работника и работодателя, допускается только в соответствии с общими правилами возмещения ущерба и при условии отсутствия противоречий заключенного договора требованиям действующего трудового законодательства в сфере гарантии трудовых прав работников на повышение квалификации за счет средств работодателя (Определения от 15 июля 2010 года № 1005-О-О, от 24 марта 2015 года № 498-О).

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и интересов работника и работодателя, способствует повышению профессионального уровня данного работника и приобретению им дополнительных преимуществ на рынке труда, а также имеет целью компенсировать работодателю затраты по обучению работника, досрочно прекратившего трудовые отношения с данным работодателем без уважительных причин.

Системное толкование норм трудового права позволяет сделать вывод о том, что потраченные на обучение работника, равно как и лица, ищущего работу, денежные средства, представляют собой прямой действительный ущерб, причиненный работником работодателю, поскольку в этом случае имеет место уменьшение денежных средств работодателя, потраченных на обучение работника.

В силу ст.207 ТК РФ в случае, если ученик по окончании ученичества без уважительных причин не выполняет свои обязательства по договору, в том числе не приступает к работе, он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы в связи с ученичеством.

Из материалов дела следует, что истец Министерство здравоохранения Пензенской области свои обязательства по договору исполнило, выплачивая ответчику ежемесячно меры социальной поддержки с сентября 2015 года по 1 июня 2021 года в соответствии с п. 3.4 договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № от 27 марта 2015 года, выплатив за указанный период денежные средства в общей сумме 35000 руб.

Согласно справке ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет» от 07.12.2021 № 03-160, Министерством здравоохранения Пензенской области была произведена оплата за весь период обучения ФИО2 в сумме 514500 руб., что подтверждается платежными поручениями о перечислении денежных средств в ФГБОУ ВПО «Пензенский государственный университет».

Указанное свидетельствует об исполнении истцом в полном объеме обязательств в рамках договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области № 179 от 27.03.2015.

Ответчик ФИО2 в одностороннем порядке отказалась от исполнения обязательств по трудоустройству, следовательно, должна возместить затраченные на ее обучение денежные средства бюджета Пензенской области в сумме 514500 руб., а также денежные средства, предоставленные ей в качестве меры социальной поддержки в сумме 35000 руб.

Доводы стороны ответчика ФИО2 о том, что представленный Министерством здравоохранения Пензенской области экземпляр договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27.03.2015 содержит в себе незаконное условие о возмещении средств затраченных на ее обучение и противоречит положениям законодательства, действующего на момент заключения, основаны на неверном толковании норм материального права, подлежат отклонению.

Согласно ст. 200 ТК РФ ученический договор заключается в письменной форме.

Согласно ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии со ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Вместе с тем, отсутствие в положениях Федерального закона «Об образовании в РФ» от 29 декабря 2012 года №273-Ф3 и постановления Правительства от 27 ноября 2013 года № 1076 «О порядке заключения о расторжения договора о целевом приеме и целевом обучении», действующих на момент подписания договора между сторонами, условий об обязанности возмещения затрат на обучение, не является основанием для освобождения ФИО2 от ответственности, предусмотренной пунктом 5.6 договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27.03.2015.

Положения ст. 207 ТК РФ, предусматривающие обязательства по возврату денежных средств, затраченных на обучение, являются действующими с ДД.ММ.ГГГГ.

Частью 5 ст. 5 ТК РФ установлено, что при противоречии норм вновь принятого федерального закона нормам ТК РФ такой федеральный закон может применяться лишь при условии внесения в Трудовой кодекс РФ соответствующих изменений.

Суд не усматривает оснований для иного толкования условий договора, о котором заявлено стороной ответчика.

Ответчиком ФИО2 представлен имеющийся у нее договор о целевом обучении № 179 от 27.03.2015, из положений п. 8 которого следует, что настоящий договор вступает в силу с момента издания приказа о зачислении гражданина в образовательную организацию на 1 курс и действует до заключения трудового договора (контракта). Основаниями для досрочного прекращения настоящего договора являются отказ организации, осуществляющей образовательную деятельность, в приеме гражданина на целевое место, в том числе, в случае, если гражданин не прошел по конкурсу, проводимому в рамках квоты целевого приема организацией, осуществляющей образовательную деятельность (подп. 9.1 договора).

Из представленных суду приказов ФГБОУ ВПО «ПГУ» № 994/с, № 998/с от 30.07.2015 следует, что ответчик ФИО2 была зачислена с 1 сентября 2015 года на место в рамках контрольных цифр приема граждан на обучение за счет бюджетных ассигнований бюджета Пензенской области на Лечебный факультет Медицинского института для освоения специализации «31.05.01 Лечебное дело». В списках студентов, зачисленных на обучение в рамках контрольных цифр приема граждан на обучение за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета Российской Федерации ответчик не значится.

Таким образом, по результатам ЕГЭ ответчик ФИО2 была зачислена в число студентов на обучение за счет регионального бюджета и обучалась на основании договора о целевом обучении за счет бюджета Пензенской области № 179 от 27.03.2015, которым предусмотрена ее обязанность по возмещению денежных средств, затраченных на ее обучение и расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки.

Соответственно, договор о целевом обучении прекратил свое действие в соответствии с положениями п. 9.1 договора ввиду отказа образовательной организации в зачислении ответчика по конкурсу в рамках федеральной квоты на обучение.

Доводы стороны ответчика об отсутствии намерения заключать договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области, правового значения для разрешения настоящего спора не имеют, поскольку ответчик окончила обучение, получила диплом об образовании, за время учебы договор не оспаривала. При этом доводы стороны ответчика о том, что она не знала о том, что обучается за счет средств бюджета Пензенской области и в случае неисполнения обязательств по договору на нее будет возложена обязанность по возмещению затрат на обучение, суд считает направленными на избежание гражданско-правовой ответственности за односторонний отказ от исполнения обязательств по договору. На экземпляре договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области имеется подпись ФИО2, а также указание, что она получила экземпляр этого договора 5 октября 2015 года. Доказательств того, что договор подписан не ею, а иным лицом либо доказательств обращения к истцу или в суд требованием о признании договора недействительным, расторжении договора, суду не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что представленный стороной ответчика договор о целевом обучении не свидетельствует о необходимости толковать договор, представленный стороной истца в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 49 от 25.12.2018г. «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ о заключении и толковании договора», поскольку указанный договор прекратил свое действие ввиду незачисления ответчика на обучение за счет средств федерального бюджета.

Истцом заявлены требования о взыскании с ответчика мер социальной поддержки в сумме 49120 руб., которая складывается из дополнительной стипендии за весь период обучения в сумме 35000 руб. и академической стипендии в сумме 14120 руб.

Согласно п. 3.1. договора о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области Министерство обязалось после прохождения промежуточных аттестаций ежемесячно осуществлять выплату ответчику стипендии в размере государственной академической стипендии при отсутствии у нее по итогам промежуточных аттестаций оценки «удовлетворительно» и/или отсутствия академической задолженности.

Согласно п. 3.4 Министерство обязалось предоставлять ответчику в период ее обучения в качестве меры социальной поддержки дополнительную стипендию с 1 по 6 курс в размере 500 руб. ежемесячно.

Пунктом 5.6 договора на ответчика возложена обязанность по возмещению Министерству в течение 1 месяца расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, выплатить штраф в двукратном размере и возместить средства, затраченные на обучение в случае неисполнения обязательства по трудоустройству.

При этом указанный пункт требований о возврате академической стипендии не содержит.

Отказывая в части взыскания с ответчика выплаченной академической стипендии в сумме 14120 руб., суд исходит из того, что согласно положениям статьи 36 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» студентам, обучающимся по очной форме обучения за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, назначается государственная академическая стипендия и (или) государственная социальная стипендия в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере высшего образования.

Таким образом, учитывая правовой характер самой стипендии как выплаты, связанной исключительно с результатами успеваемости самого студента, а также то обстоятельство, что указная стипендия не отнесена к мерам социальной поддержки по договору № 179 от 27.03.2015, суд приходит к выводу об отказе в требовании Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании выплаченной ответчику академической стипендии в размере 14120 руб.

Также, учитывая, что возникшие между сторонами правоотношения из ученического договора, которые законодательством отнесены к трудовым правоотношениям и то обстоятельство, что трудовым законодательством не предусмотрено взыскание с лица, ищущего работу у данного работодателя, штрафа в каком-либо размере в случае не поступления на работу после окончания обучения за счет такого работодателя, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика штрафа в соответствии с п. 5.6. договора.

Нормы главы 32 «Ученический договор», главы 39 «Материальная ответственность работника» Трудового кодекса РФ не содержат положений о взыскании с лица, ищущего работу, указанного штрафа.

В связи с чем, по мнению суда, включение в договор о целевом обучении за счет средств бюджета Пензенской области № 179 от 27.03.2015 условия об уплате штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, противоречит требованиям Трудового кодекса Российской Федерации, направлено на неосновательное обогащение истца.

Таким образом, требования истца Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании с ответчика ФИО2 штрафа в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки, в размере 98240 руб., не подлежат удовлетворению.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что работник обязан возместить причиненный ущерб, суд в соответствии с ч.1 ст. 250 ТК РФ может с учетом степени и формы вины, материального положения работника, а также других конкретных обстоятельств снизить размер сумм, подлежащих взысканию, но не вправе полностью освободить работника от такой обязанности. При этом следует иметь в виду, что в соответствии с ч.2 ст. 250 ТК РФ снижение размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, не может быть произведено, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях. Снижение размера ущерба допустимо в случаях как полной, так и ограниченной материальной ответственности. Оценивая материальное положение работника, следует принимать во внимание его имущественное положение (размер заработка, иных основных и дополнительных доходов), его семейное положение (количество членов семьи, наличие иждивенцев, удержания по исполнительным документам) и т.п.

По смыслу статьи 250 ТК РФ и разъяснений по ее применению, содержащихся в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52, правила данной нормы о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, могут применяться судом при рассмотрении требований о взыскании с работника причиненного работодателю ущерба не только по заявлению работника, но и по инициативе суда. В случае, если такого заявления от работника не поступило, суду при рассмотрении дела с учетом части 2 статьи 56 ГПК РФ необходимо вынести на обсуждение сторон вопрос о снижении размера ущерба, подлежащего взысканию с работника, и для решения этого вопроса оценить обстоятельства, касающиеся материального и семейного положения работника.

Из материалов дела следует, что с 03.10.2022 ФИО2 состоит в браке с ФИО1, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака серии VII-МЮ №, выданного Дворцом бракосочетания №1 Управления ЗАГС Москвы 03.10.2022. По сведениям Фонда пенсионного и социального страхования РФ ФИО2 с 17.08.2022 осуществляет трудовую деятельность в ГБУЗ г.Москвы «Городская поликлиника №115 ДЗМ» в должности участкового врача-терапевта. Согласно справке о доходах и суммах налога физического лица заработная плата ФИО2 за 5 месяцев 2022 года составила <данные изъяты> руб., за 6 месяцев 2023 года - <данные изъяты> руб. (без вычета НДФЛ), то есть более 100000 руб. в месяц (без вычета НДФЛ). За ФИО2 зарегистрировано транспортное средство HYUNDAI GETZ GL 1,4 AT, регистрационный знак №, за ФИО1 (супругом) зарегистрировано транспортное средство VOLKSWAGEN POLO, регистрационный знак №.

По данным общедоступного банка исполнительных производств Федеральной службы судебных приставов России по <адрес> исполнительных производств в отношении ФИО2 не выявлено.

Информации о наличии у ФИО2 иждивенцев в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, основания возникновения долга, с учетом представленных документов, касающихся семейного и материального положения ответчика, о размере получаемой заработной платы, суд считает, что оснований для применения положения статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации и снижения размера ущерба, подлежащего взысканию, не имеется, поскольку защита интересов ответчика не должна влечь нарушение прав истца.

При этом ответчик не лишен возможности обратиться в суд с заявлением в порядке статьи 203 ГПК РФ о предоставлении отсрочки или рассрочки исполнения решения суда.

При таких обстоятельствах, требования Министерства здравоохранения Пензенской области о взыскании с ответчика мер социальной поддержки подлежат удовлетворению частично, с взысканием в пользу истца с ответчика ФИО2 денежных средств, затраченных на обучение в размере 514500 руб., а также выплаченных в качестве меры социальной поддержки в размере 35000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Министерства здравоохранения Пензенской области удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Министерства здравоохранения Пензенской области средства, затраченные на обучение в размере 514500 (пятьсот четырнадцать тысяч пятьсот) руб., денежные средства, выплаченные в качестве меры социальной поддержки в размере 35000 (тридцать пять тысяч) руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований Министерства здравоохранения Пензенской области – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Кузнецкий районный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме с 25.07.2023.

Решение в окончательной форме принято 25.07.2023.

Судья: