Решение по делу № 2-27/2023 от 05.07.2023

УИД35RS0022-01-2022-001020-41

Дело № 2-27/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тотьма 05 июля 2023 г.

Тотемский районный суд Вологодской области в составе:

судьи Цыгановой О.В.

при секретаре Кокине СА.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

установи:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании ущерба от дорожно-транспортного происшествия, указывая, что 02.08.2022 в 14 час. 00 мин. на <адрес> по вине водителя ФИО3, управлявшего транспортным средством <данные изъяты> произошло дорожно-транспортное происшествие. В результате ДТП были причинены механические повреждения транспортному средству <данные изъяты>, принадлежащему ФИО1 ФИО1 обратилась в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о наступлении страхового случая, ей было выплачено 400000 руб. страхового возмещения. Согласно независимой экспертизе рыночная стоимость автомашины <данные изъяты> на дату ДТП составляла 635000 руб., стоимость годных остатков 104000 руб. ФИО1 с учетом уточненных требований в порядке ст.39 ГПК РФ просит взыскать с ФИО3 разницу между размером фактического ущерба и страховой выплатой в размере 131000 рублей, расходы по эвакуации транспортного средства в размере 4000 рублей, расходы по оплате услуг экспертной организации 6000 рублей, оплате юридических услуг 5000 рублей, возврат госпошлины 3900 рублей и почтовые расходы в сумме 1416,24 руб., компенсацию морального вреда в сумме 2000 рублей.

Определением суда от 16.11.2022 к участию в деле в качестве ответчика привлечена ФИО2

Истец ФИО1, ее представитель ФИО5 в судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствии.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, ранее в судебном заседании 31.01.2023 исковые требования не признал, пояснил, что не согласен с тем, что является виновником дорожно-транспортного происшествия. 02.08.2022 он двигался на автомобиле <данные изъяты> из <адрес> по крайней правой полосе, впереди горел красный свет светофора, впереди него транспортных средств не было, он отвлекся на неработающий кондиционер и в это время произошло столкновение с автомашиной <данные изъяты> под управлением ФИО15. Предполагает, что ФИО16. в тот момент, когда он отвлекся от дороги, выехал из придорожного кармана справа, не уступив ему дорогу (ФИО3) и оказался впереди его, после чего произошло столкновение. Транспортное средство <данные изъяты> приобретено им, но зарегистрировано на мать ФИО2, которая прав управления транспортным средством не имеет.

Представитель ответчика ФИО3- ФИО8 исковые требования не признал, пояснил, что по ходатайству ответчика проведена автотехническая и автотовароведческая экспертиза, заключение которой является достоверным и допустимым доказательством. Из содержания экспертного заключения следует, что автомобиль истца до момента столкновения находился в движении, что свидетельствует о ложном утверждении водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО17 что автомобиль находился в неподвижном состоянии. Движение автомобиля ФИО4 не являлось прямолинейным, что указывает на то, что перед столкновением он осуществлял маневр, а именно: выезд с полосы разгона на основную полосу движения. Экспертом указано, что при выполнении маневрирования, в действиях ФИО18. имеется несоответствие требованиям п.8.1, п.8.4 ПДД. ФИО3 также нарушил ПДД, отвлекшись от дороги. Поскольку в действиях обоих водителей имеются нарушения Правил дорожного движения, полагает, что имеется вина в ДТП обоих водителей и с учетом определения степени вины каждого из водителей следует соотнести размер ущерба, приходящийся на долю ФИО3, при этом учесть, что истцу выплачена страховая сумма в размере 400000 рублей. Полагает, что степень вины каждого из водителей равная по 50%, поэтому учитывая размер причиненного ущерба 428937 руб. согласно проведенной экспертизе и факт выплаты страхового возмещения, полагал, что иск ФИО1 удовлетворению не подлежит. Компенсация морального вреда заявлена необоснованно.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще.

Третьи лица представитель АО «АльфаСтрахование», СПАО «Ингосстрах», ФИО19. в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.

Суд, заслушав ФИО3, его представителя ФИО8, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом «б» статьи 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет 400000 рублей в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего.

Согласно пункту 1 статьи 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935) в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Понятие владельца транспортного средства приведено в ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", установлено, что применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что 02.08.2022 около 14 часов по адресу: <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомашины <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО3 и автомашины <данные изъяты>, под управление водителя ФИО20.

Из объяснений водителя ФИО3 по факту ДТП следует, что он, управляя транспортным средством, отвлекся на неработающий кондиционер и произвел столкновение с автомашиной <данные изъяты>, при этом пояснить стоял ли автомобиль <данные изъяты> или двигался в попутном направлении, не смог.

Из объяснений водителя ФИО21 по факту ДТП следует, что управлял транспортным средством <данные изъяты>, двигался по <адрес> остановился в крайнем правом ряду на запрещающий сигнал светофора. Момент удара не помнит, придя в себя, увидел, что произошло ДТП, от удара его автомобиль откинуло на препятствие (опору светофорного объекта).

Постановлением от 05.08.2022 инспектором по исполнению административного законодательства ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО6 прекращено производство по делу об административном правонарушении по факту дорожно-транспортного происшествия за отсутствием в действиях водителя ФИО3 состава административного правонарушения в связи с тем, что за наезд на стоящее транспортное средство административная ответственность не предусмотрена.

В результате ДТП автомобилю <данные изъяты>, принадлежащему ФИО1, причинены механические повреждения.

Собственником автомашины <данные изъяты> на момент ДТП и в настоящее время является ФИО2

Гражданская ответственность владельца при управлении автомобилем <данные изъяты>, по договору ОСАГО на момент ДТП была застрахована в АО «АльфаСтрахование» по договору № с 02.06.2022 по 01.06.2023.

В соответствии с условиями договора ОСАГО данная страховая компания выплатила ФИО1 страховое возмещение в сумме 400 000 руб.

Для оценки причиненного ущерба ФИО1 обратилась в ООО «Ярославское экспертное бюро», оплатив его услуги в размере 6000 руб.

Согласно заключению № от 14.09.2022 рыночная стоимость автомобиля <данные изъяты> по состоянию на 02.08.2022 составляет 635000 рублей, рыночная стоимость годных остатков данной автомашины составляет 104000 рублей.

По ходатайству стороны ответчика судом назначена и проведена судебная автотовароведческая и автотехническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ИП ФИО7

Согласно заключению эксперта № от 06.03.2023 стоимость восстановительного ремонта <данные изъяты> составляет 1764269 руб.; рыночная стоимость (доаварийная) транспортного средства <данные изъяты> составляет 538506 руб., полная стоимость годных остатков <данные изъяты> равна 109569 руб.

Также экспертом даны ответы по автотехническим вопросам, в выводах указано, что:

установить однозначно траектории (направления движения) автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> непосредственно перед столкновением не представляется возможным, так как они зависят от управляющих воздействий (руление, торможение, ускорение и т.п.), описание которых отсутствует в материалах дела и объяснениях водителей;

характер движения автомобилей: автомобиль «<данные изъяты> двигался в сторону <адрес> со скоростью не менее 61,7 км/ч, располагался параллельно оси на проезжей части; автомобиль <данные изъяты> двигался в сторону <адрес> со скоростью не менее 43,6 км/ч, располагался под углом от 0 до 10 градусов по часовой стрелке относительно оси проезжей части. Положение управляемых колес (под углом примерно 20 градусов) может косвенно свидетельствовать о маневрировании автомобиля в момент перед столкновением, но не является однозначным подтверждением этого, так как управляющее воздействие могло оказываться водителем в промежуток между столкновением и полной остановкой после ДТП;

положение автомобилей в момент столкновения соответствует указанному на изображении 11. Точка столкновения располагалась на расстоянии 2,5-2,8 м от правого края проезжей части, на расстоянии 16,95 м (14,1+2,85 м) от разметки 1.14.1 (пешеходный переход). В момент столкновения <данные изъяты> располагался полностью в пределах крайней правой полосы. Автомобиль располагался под углом от 0 до 10 градусов по часовой стрелке к оси проезжей части. В момент столкновения автомобиль <данные изъяты> располагался частично на разметке, разделяющей потоки попутного направления движения. Автомобиль располагался параллельно оси проезжей части;

02.08.2022 около 14.00 по адресу:<адрес> автомобиль <данные изъяты> двигался в сторону <адрес> со скоростью не менее 61,7 км/ч. Впереди него в том же направлении двигался со скоростью не менее 43,6 км/ч автомобиль <данные изъяты>. ФИО3 отвлекся от управления и допустил столкновение передней правой частью автомобиля <данные изъяты> с задней левой частью автомобиля <данные изъяты>. Положение автомобилей в момент ДТП указано на изображении 11. От произошедшего столкновения автомобиль <данные изъяты> отбросило вперед, одновременно произошел занос с вращением по часовой стрелке и он передней левой частью столкнулся с опорой светофора, расположенной впереди справа по ходу движения. Перед столкновением с опорой светофора <данные изъяты> двигался в состоянии бокового заноса, что указывает направление приложения деформирующей силы от опоры светофора на кузов автомобиля, который был направлен под углом близким к 80 градусам относительно оси автомобиля и располагался на значительном удалении от центра тяжести <данные изъяты>. <данные изъяты> получил дополнительный вращательный момент, автомобиль развернуло дополнительно на угол примерно 260 градусов и он занял свое окончательное положение на проезжей части.

в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся в условиях ДТП, произошедшего 02.08.2022 на <адрес>, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО23. отсутствуют несоответствие требованиям ПДД в случае если непосредственно перед столкновением он не выполнял маневр перестроения влево. В этом случае он не имел технической возможности предотвратить столкновение.

в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся в условиях ДТП, произошедшего 02.08.2022 на <адрес>, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО24. имеются несоответствие требованиям п.8.1, 8,4 ПДД в случае если непосредственно перед столкновением он выполнил маневр перестроения влево. В этом случае он не имел технической возможности предотвратить столкновение, но имел возможность предотвратить столкновение соблюдая требования п.8.1, 8.4 ПДД, а именно перед выполнением маневра перестроения не создавать помех движению транспортных средств, имеющих преимущество.

водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 имел техническую возможность предотвратить столкновение приняв возможные меры к снижению скорости как в случае совершения маневра перестроения влево, со стороны двигавшегося впереди автомобиля ФИО4, так и при движении его без совершения маневра;

в дорожно-транспортной ситуации, сложившейся в условиях ДТП, произошедшего 02.08.2022 на <данные изъяты>, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 имеется несоответствие требованиям п.1.3, 10.1 ПДД.

Выводы данной экспертизы суд берет за основу, поскольку она соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, выводы эксперта неясностей и противоречий не содержат, эксперт до начала проведения экспертизы был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, квалификация эксперта сомнений не вызывает, оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется.

По результатам экспертизы установлено, что вопреки доводам истца автомобиль <данные изъяты> под управлением <данные изъяты>. до момента столкновения находился в движении, его скорость составляла не менее 43,6 км/ч., следовательно, объяснения водителя ФИО25. на месте ДТП о том, что он остановился на красный свет перед светофором и удар произошел в стоящее транспортное средство, являются недостоверными. Также на недостоверность данных сведений указывает и выводы эксперта о расположении транспортных средств на момент столкновения на удалении 14.1 м от светофора.

Установлено, что в момент столкновения автомобиль ФИО4 располагался под углом от 0 до 10 градусов по часовой стрелке к оси проезжей части, что свидетельствует о его непрямолинейном движении.

Из исследовательской части экспертизы следует, что в ходе исследования установлено наличие поворота управляемых колес <данные изъяты> на угол примерно 20 градусов вправо по направлению движения. Учитывая незначительный промежуток времени между началом и концом развития ДТС (исходя из моделирования примерно 5 сек.) а также тот факт, что на протяжении 1,4 с. ФИО26. не мог оказывать управляющего воздействия, автомобиль находился в состоянии выполнения маневра. В этом случае водитель <данные изъяты> в момент столкновения маневрировал. К точке столкновения он двигался с правой стороны (изображение 12) и наиболее вероятным является выполнение маневра выезда с обочины в правую полосу попутного направления движения.

Также эксперт указывает, что положение управляемых колес (под углом примерно 20 градусов) может косвенно свидетельствовать о маневрировании автомобиля в момент перед столкновением, но не является однозначным подтверждением этого, так как управляющее воздействие могло оказываться водителем в промежуток между столкновением и полной остановкой после ДТП.

Вместе с тем, суд учитывая изложенное в исследовательской части экспертизы и ее выводах, пояснения ФИО3 о том, что до момента столкновения он не видел впереди себя движущихся транспортных средств, объяснения ФИО28. из административного материала о том, что момент удара не помнит, пришел себя после случившегося, отсутствие доказательств того, что после удара ФИО29. осуществлял маневрирование и кручение руля, суд приходит к выводу, что водитель ФИО30 при управлении транспортным средством <данные изъяты> в момент столкновения с а/м <данные изъяты> находился в состоянии маневрирования.

Исходя из этого в действиях обоих водителей имеются нарушения правил дорожного движения. Определяя степень водителей в ДТП, суд приходит к выводу, что водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 имел техническую возможность предотвратить столкновение, приняв возможные меры к снижению скорости как в случае совершения маневра перестроения влево, со стороны двигавшегося впереди автомобиля <данные изъяты>, так и при движении его без совершения маневра, в то время как водитель автомашины <данные изъяты> в любом случае не имел технической возможности предотвратить столкновение. Суд считает определить степень вины водителя ФИО3 в ДТП 70%, водителя ФИО31. 30 %.

Поскольку регистрация автомобиля <данные изъяты> осуществлена в ГИБДД за ФИО2, доказательств, которые бы подтверждали переход права на автомобиль к ФИО3 в материалы дела не представлено, об обстоятельствах незаконного выбытия автомобиля из ее владения ФИО2 не заявляла, сам факт управления данным транспортным средством в момент ДТП ответчиком ФИО3 не является основанием для освобождения ФИО2 от ответственности за ущерб, причиненный в результате использования транспортного средства, в связи с чем надлежащим ответчиком по делу является ФИО2

Учитывая рыночную стоимость автомобиля 538506 руб., стоимость годных остатков 109569 руб., ущерб, причиненный истцу, в результате повреждения автомобиля составит 428937 руб. Поскольку вина водителя ФИО3 в ДТП определена в 70%, что составляет 300255,90 руб. от суммы ущерба, а страховое возмещение истцу выплачено в сумме 400000 рублей, следовательно, оснований для удовлетворении исковых требований о взыскании ущерба от повреждения транспортного средства с ответчика не имеется.

Поскольку судом отказано в иске о возмещении материального ущерба от ДТП, расходы по оплате экспертизы в размере 6000 рублей, которой был определен данный ущерб, также взысканию с ответчика не подлежат.

В качестве убытков заявлены расходы по эвакуации транспортного средства в размере 4000 рублей, данные расходы подтверждены актом № о приемке выполненных работ от 02.08.2022, кассовым чеком на сумму 4000 рублей. Поскольку данные расходы понесены истцов в связи с повреждением транспортного средства, то с ответчика подлежит взысканию сумма, определенная пропорционально степени вины водителя ФИО3, в размере 2800 рублей.

Рассматривая требования истца о компенсации морального вреда в размере 2 000 рублей, суд исходит из следующего.

Подлежащие защите нематериальные блага определены статьей 150 ГК РФ: жизнь и здоровье, достоинство, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и не передаваемые иным способом.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других предусмотренных законом случаях, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (статья 1099 ГК РФ).

Таким образом, нарушение имущественных прав по смыслу статей 151, 1099 ГК РФ влечет компенсацию только в прямо предусмотренных законом случаях.

Из обстоятельств дела следует, что между истцом ФИО1 и ответчиком ФИО2 сложились отношения, вытекающие из причинения ущерба имуществу истца, личные неимущественные права истца действиями ответчика не нарушены, вред здоровью не причинен, в связи с чем оснований для применения статьи 151 ГК РФ не имеется.

Истец, в нарушение статьи 56 ГПК РФ, не представил суду надлежащих доказательств того, что действиями ответчика ему был причинен моральный вред, то есть причинены физические или нравственные страдания действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему другие нематериальные блага.

Согласно ст.98 ГПК РФ ответчиком подлежат возмещению понесённые истцом судебные расходы на оплату государственной пошлины пропорционально удовлетворённым исковым требованиям.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно абз. 5 ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся связанные с рассмотрением дела расходы на оплату услуг представителя, почтовые расходы, понесенные сторонами.

По общему правилу, предусмотренному частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в этой статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 N 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещение издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителей, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов.

Установлено, что 16.09.2022 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор оказания юридических услуг, согласно которому исполнитель взял на себя обязательство оказать услуги по представлению интересов заказчика в суде первой инстанции по иску к ФИО3 о возмещении ущерба в результате ДТП, размер вознаграждения по договору определен 5000 рублей. В подтверждении оплаты по договору предоставлен чек № от 28.09.2022.

Также истцом заявлено о взыскании почтовых расходов на сумму 1416,24 руб., вместе с тем почтовые расходы истца подтверждаются представленными стороной истца кассовыми чеками на сумму 1245,36 руб.

Истцом понесены также расходы на оплату госпошлины при подаче иска в суд в размере 3900 рублей.

Учитывая положения ст.98 ГПК РФ все вышеуказанные судебные расходы суд взыскивает с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (ФИО35) расходы на эвакуатор в размере 2800 рублей, расходы на оплату юридических услуг 100 рублей и судебные расходы 102,91 руб.

В удовлетворении остальных требований к ФИО2, а также требований к ФИО3 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Тотемский районный суд.

Судья О.В. Цыганова

Мотивированное решение изготовлено 12.07.2023.

Судья О.В. Цыганова

<данные изъяты>