Решение по делу № 2-1333/2023 от 06.06.2023 - о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда.

УИД 74RS0006-01-2022-010003-28

Дело № 2-1333/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

«06» июня 2023 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Максимовой Н.А.

с участием прокурора Кондратьевой О.В.,

при секретаре Соколовой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Учреждению «Центр восстановительной терапии для воинов-интернационалистов им. М.А. Лиходея» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Учреждению «Центр восстановительной терапии для воинов-интернационалистов им. М.А. Лиходея» (далее по тексту «Центр восстановительной терапии им. М.А. Лиходея»), в котором просил о признании его увольнения незаконным, восстановлении в ранее занимаемой должности генерального директора, взыскании задолженности за дни вынужденного прогула в размере 816 000 рублей, процентов за пользование денежными средствами в размере 32 170 рублей 52 копейки, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей (л.д. 4-5, 15-16).

В обоснование заявленных требований истец указал, что состоял в трудовых правоотношениях с «Центром восстановительной терапии им. М.А. Лиходея», с 11 мая 2022 года был назначен генеральным директором данного учреждения, однако впоследствии неправомерно отстранен от занимаемой должности.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, от дачи объяснений по обстоятельствам дела, а также по заявленным требованиям, отказался. Ходатайствовал о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд с требованием об оспаривании увольнения.

Представитель ответчика «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» ФИО2, действующий на основании доверенности от 17 января 2023 года, в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал по основаниям, указанным в письменных возражениях и дополнениях к ним (л.д. 61-66, 113-115, 202-203, 244-245 том 1). В обоснование возражений утверждал, что расторжение трудового договора с истцом является законным, осуществлено с соблюдением требований трудового законодательства. В части выплаты заработной платы указывал на то, что условия трудового договора о размере заработной платы сторонами не согласованы, в связи с чем полагал правильным произвести причитающиеся истцу выплаты исходя из минимального размера оплаты труда, установленной соглашением о минимальной заработной плате в Московской области. Утверждал, что право истца на получение выходного пособия погашено платежом в 40 000 рублей. Ссылался на пропуск истцом срока для обращения в суд без уважительных причин.

Представитель третьего лица Общероссийской общественной организации инвалидов войны в Афганистане и военной травмы – «Инвалиды войны» (далее по тексту ОООИВА – «Инвалиды войны») ФИО3, действующий на основании доверенности от 03 марта 2023 года, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований также возражал, поддержал позицию ответчика.

Третье лицо – конкурсный управляющий ФИО4 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 114 том 2), сведений об уважительности причин неявки в судебное заседание не представил, об отложении судебного заседания не просил.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Московской области в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом (л.д. 112, 115 том 2), сведений об уважительности причин неявки в судебное заседание не представил, об отложении судебного заседания не просил.

Помощник прокурора Калининского района г.Челябинска Кондратьева О.В. в заключении полагала, что требования истца о восстановлении на работе не подлежат удовлетворению в связи с их необоснованностью, в остальной части исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Информация о рассмотрении дела была заблаговременно размещена на официальном сайте Калининского районного суда г. Челябинска (л.д.117 том 2), в связи с чем и на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав истца, представителей ответчика и третьего лица ОООИВА – «Инвалиды войны», заслушав заключение прокурора, полагавшего требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, оценив и проанализировав их по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами, 11 мая 2022 года ФИО1 принят в администрацию управления учреждением «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» в качестве генерального директора (л.д. 8, 81, 84-85 том 1).

Впоследствии, 23 мая 2022 года единственным учредителем «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» принято решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора ФИО1 и назначении генеральным директором ФИО13. (л.д. 82 том 1).

18 июня 2022 года в связи с государственной регистрацией вышеуказанного решения единственным учредителем «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» издан приказ об освобождении ФИО1 от занимаемой должности с 18 июня 2022 года (л.д. 83 том 1).

В этот же день, 18 июня 2022 года, издан приказ № 165-К о прекращении трудового договора с ФИО1, увольнении его с занимаемой должности генерального директора 18 июня 2022 года на основании п. 2 ч.1 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с принятием решения о прекращении трудовых отношений, принятого уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) (л.д. 83 том 1).

В этот же день, 18 июня 2022 года, ФИО1 передал вверенное ему имущество и документы «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» на основании соответствующих актов вновь назначенному генеральному директору ФИО14. (л.д. 6-10 том 2).

Разрешая требования истца о признании его увольнения незаконным, суд учитывает, что в силу п. 2 ч.1 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор с руководителем организации, помимо оснований, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами может быть прекращен в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

Как разъяснено в п.п. 8, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», при рассмотрении споров лиц, уволенных по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, судам следует учитывать, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть принято только уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом).

Уполномоченные органы юридического лица вправе принимать решение о досрочном прекращении полномочий руководителя организации в том случае, если это отнесено к их компетенции, определяемой в соответствии с федеральным законом и учредительными документами.

Если судом будет установлено, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации принято работодателем с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда (ст.ст. 1, 2, 3 Трудового кодекса Российской Федерации), такое решение может быть признано незаконным.

В данном случае судом установлено, что учредителем «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» является ОООИВА – «Инвалиды войны», что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (л.д. 19-26 том 1), Уставом «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» (л.д. 52-57 том 1).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 17 декабря 2020 года ОООИВА – «Инвалиды войны» признано несостоятельным (банкротом), в связи с чем прекращены полномочия его руководителя и иных органов управления (л.д. 46-50 том 1).

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18 января 2021 года утвержден конкурсный управляющий ОООИВА – «Инвалиды войны» - ФИО4 (л.д. 44-45 том 1).

Действуя в пределах предоставленных ему полномочий, 23 мая 2022 года учредитель «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» - ОООИВА – «Инвалиды войны» в лице единственного законного представителя – конкурсного управляющего ФИО4 принял решение о досрочном прекращении полномочий генерального директора ФИО1 и назначении генеральным директором ФИО15. (л.д. 82 том 1), 18 июня 2022 года издал приказы об освобождении ФИО1 от занимаемой должности с 18 июня 2022 года (л.д. 83 том 1) и о его увольнении (л.д. 83 том 1).

Учитывая, что причины, в силу которых истец полагает состоявшееся увольнение незаконным, ФИО1 не названы, принимая во внимание, что приказ об увольнении издан уполномоченным на то лицом, иных требований к процедуре увольнения по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации положения действующего законодательства не содержат, нарушения принципа недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда при принятии уполномоченным лицом решения о досрочном прекращении полномочий ФИО1 судом не выявлено, суд приходит к выводу, что правовых оснований для признания увольнения истца незаконным и восстановления его в ранее занимаемой должности не имеется, в указанной части в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать.

Кроме того, разрешая требования истца в указанной выше части суд учитывает, что в соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

С учетом указанных выше положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, учитывая, что 18 июня 2022 года ФИО1 передал новому генеральному директору все материальные ценности на основании соответствующего акта, то в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении он должен был обратиться не позднее 18 июля 2022 года, однако фактически обратился только 03 декабря 2022 года (л.д.9,10 том 1), то есть с пропуском установленного законом срока.

Согласно ч.5 ст. ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, при пропуске вышеуказанных сроков по уважительным причинам сроков, они могут быть восстановлены судом.

Как разъяснено в п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Кроме того, как разъяснено в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», также подлежащего применению при рассмотрении настоящего спора, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке.

Таким образом, из буквального толкования указанных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями ст. 2 (о задачах гражданского судопроизводства), 56, 67, 71 (о доказательствах и доказывании, оценке доказательств) Гражданского процессуального кодека Российской Федерации, суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В данном случае истцом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд за защитой трудовых прав (л.д. 6, 17 том 1), в обоснование которого он ссылался на обращение в установленный законом срок в трудовую инспекцию.

Из материалов дела следует, что действительно, в установленный законом срок, 17 июня 2022 года ФИО1 обращался в Государственную инспекцию труда в Московской области, однако 20 июля 2022 года ему был дан ответ о том, что возникший спор подлежит рассмотрению в судебном порядке (л.д. 45-46 том 1).

В судебном заседании ФИО1 не оспаривал, что своевременно получил данный ответ, однако причины, по которым он не обратился в суд после получения данного ответа, назвать не смог.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что установленный законом срока для разрешения спора о восстановлении на работе пропущен истцом без уважительных причин, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

Разрешая требования истца о взыскании задолженности за дни вынужденного прогула в размере 816 000 рублей, суд учитывает, что из буквального толкования данного требования, оно включает в себя и требование о выплате заработной платы за фактически отработанное время и иных причитающихся истцу выплат, а также оплату за время вынужденного прогула.

Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований о признании увольнения истца незаконным и восстановления его в ранее занимаемой должности отказано, то правовых оснований для взыскания среднего заработка за все время вынужденного прогула, предусмотренного ч.2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется.

Проверяя требования истца, в части выплаты заработной платы за фактически отработанное время, суд принимает во внимание, что в соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Исходя из положений ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации под заработной платой (оплатой труда работника) следует понимать вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В силу ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, при этом системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Исходя из положений ст. 136 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена.

В соответствии со ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В данном случае судом установлено, что в нарушение требований действующего законодательства трудовой договор между «Центром восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» и ФИО1 заключен не был, доказательств обратного суду не представлено.

Исходя из представленной истцом копии приказа № 101-К о приеме на работу от 11 мая 2022 года, ФИО1 установлена заработная плата в размере 102 000 рублей и повышающий коэффициент в размере 100 % (л.д. 8 том 1).

В то же время, представленный ответчиком оригинал приказа № 101-К о приеме на работу от 11 мая 2022 года (л.д. 97 том 2), не содержит сведений о размере должностного оклада, установленного работнику.

Отсутствуют сведения о размере должностного оклада генерального директора и в штатном расписании, утвержденном приказом генерального директора ФИО1 от 09 июня 2022 года (л.д. 130-136 том 1).

Представленный ответчиком трудовой договор, заключенный 18 июня 2022 года с генеральным директором ФИО12., в соответствии с которым последнему установлен должностной оклад в размере 45 500 рублей (л.д. 31-34 том 2), равно как и приказ о приеме на работу ранее действовавшего генерального директора ФИО11., в соответствии с которым последнему был установлен должностной оклад 18 000 рублей и повышающий коэффициент в размере 120 % (л.д. 247 том 1), не свидетельствуют о достижении соглашения с ФИО1 о выплате заработной платы в указанном выше размере, в связи с чем не могут быть приняты во внимание.

Учитывая, что достоверных, допустимых и достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих о достижении между сторонами соглашения о размере заработной платы, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представлено не было, судом запрошены сведения в Управлении Федеральной службы государственной статистики по г. Москве и Московской области о размере заработной платы руководителя учреждения в спорный период времени.

Согласно ответу Управления Федеральной службы государственной статистики по г. Москве и Московской области, средняя начисленная заработная плата по профессиональной группе «Руководители учреждений, организаций и предприятий» за октябрь 2021 года составила 442 492 рубля (л.д. 208 том 1).

При таких обстоятельствах и с учетом положений ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает правильным при определении размера заработной платы, подлежащей выплате истцу в спорный период времени, исходить из названного ФИО1 размера 204 000 рублей (102 000 рублей + 100 %), поскольку указанная сумма не превышает размер средней заработной платы по занимаемой им должности.

Правовых оснований для исчисления заработной платы, подлежащей выплате истцу исходя из минимального размера оплаты труда, установленной соглашением о минимальной заработной плате в Московской области, как полагал бы правильным представитель ответчика, суд не усматривает.

Как разъяснено в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», который применим и к спорным правоотношениям, при рассмотрении дел о взыскании заработной платы по требованиям работников, трудовые отношения с которыми не оформлены в установленном законом порядке, судам следует учитывать, что в случае отсутствия письменных доказательств, подтверждающих размер заработной платы, получаемой работниками, работающими у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, суд вправе определить ее размер исходя из обычного вознаграждения работника его квалификации в данной местности.

При таких обстоятельствах, за фактически отработанное время истцу причиталась к выплате следующая заработная плата:

- заработная плата за май 2022 года в размере 170 000 рублей ((204 000 рублей / 18 рабочих дней в месяце * 15 фактически отработанных дней);

- заработная плата за июнь 2022 года в размере 116 571 рубль 43 копейки ((204 000 рублей / 21 рабочий день в месяце * 12 фактически отработанных дней).

Фактически истцу выплачено 01 июня 2022 года 40 000 рублей, что подтверждается расходным кассовым ордером от 01 июня 2022 года (л.д. 139 том 1), не оспаривалось истцом в судебном заседании.

Кроме того, при трудоустройстве 11 мая 2022 года ФИО1 было написано заявление о включении его в ежедневный рацион питания с 11 мая 2022 года (завтрак, обед, ужин) с удержанием из заработной платы стоимости порций (л.д. 138 том 1).

Согласно бухгалтерской справке «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея», стоимость питания ФИО1 за один день (завтрак, обед и ужин) в мае составила 247 рублей 20 копеек, в июне – 375 рублей, всего 9 708 рублей (л.д. 205 том 1).

С учетом указанных выше обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что с «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» в пользу ФИО1 подлежит взысканию задолженность по заработной плате за май-июнь 2022 года в размере 236 863 рубля 43 копейки (170 000 рублей + 116 571 рубль 43 копейки - 40 000 рублей - 9 708 рублей).

Кроме того, исходя из положений ст.ст. 114,127 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка, при этом в случае увольнения работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

Учитывая, что доказательства выплаты истцу компенсации за неиспользованный отпуск, равно как и доказательства предоставления отпуска за весь период работы, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации работодателем не представлены, с «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» подлежит взысканию компенсации за неиспользованный отпуск.

Определяя размер компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из положений п.п. 28,29 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных НКТ СССР 30 апреля 1930 года №169, действующих в настоящее время, в соответствии с которыми при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск, при этом увольняемые по каким бы то ни было причинам работники, проработавшие у данного нанимателя не менее 11 месяцев, подлежащих зачету в срок работы, дающей право на отпуск, получают полную компенсацию.

Полную компенсацию получают также работники, проработавшие от 5 1/2 до 11 месяцев, если они увольняются вследствие: а) ликвидации предприятия или учреждения или отдельных частей его, сокращения штатов или работ, а также реорганизации или временной приостановки работ; б) поступления на действительную военную службу; в) командирования в установленном порядке в вузы, техникумы, на рабфаки, на подготовительные отделения при вузах и на курсы по подготовке в вузы и на рабфаки; в) переброски на другую работу по предложению органов труда или состоящих при них комиссий, а также партийных, комсомольских и профессиональных организаций; д) выяснившейся непригодности к работе.

Во всех остальных случаях работники получают пропорциональную компенсацию. Таким образом, пропорциональную компенсацию получают работники, проработавшие от 5 1/2 до 11 месяцев, если они увольняются по каким-либо другим причинам, кроме указанных выше (в том числе по собственному желанию), а также все работники, проработавшие менее 5 1/2 месяцев, независимо от причин увольнения.

Полная компенсация выплачивается в размере среднего заработка за срок полного отпуска.

Пропорциональная компенсация выплачивается в следующих размерах: а) при отпуске в 12 рабочих дней - в размере дневного среднего заработка за каждый месяц работы, подлежащей зачету в срок, дающий право на отпуск; б) при отпуске в 24 рабочих дня и при месячном отпуске - в размере двухдневного среднего заработка за каждый месяц; в) при полуторамесячном отпуске - в размере трехдневного, а при двухмесячном отпуске - в размере четырехдневного среднего заработка за каждый месяц.

Согласно ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3.

Особенности порядка исчисления средней заработной платы (среднего заработка) для всех случаев определения ее размера, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, также установлены постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы».

С учетом указанных выше обстоятельств, за период работы с 11 мая 2022 года по 18 июня 2022 года в пользу ФИО1 подлежит к выплате компенсация за неиспользованный отпуск в размере 17 839 рублей 71 копейка исходя из следующего расчета: ((2,33 дня отпуска (28 дней отпуска в соответствии со ст. 115 Трудового кодекса Российской Федерации /12 месяцев) * (170 000 рублей + 116 571 рубль 43 копейки) / 27 дней).

Поскольку за указанный выше период работы компенсация за неиспользованный отпуск истцу выплачена не была, она подлежит взысканию в судебном порядке.

Помимо прочего, в силу положений ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с п.2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как разъяснено в п.п. 9, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации», прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному п.2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации.

Нарушение работодателем требования ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей выплату компенсации при прекращении трудового договора с руководителем организации по п.2 ст. 278 Трудового кодекса Российской Федерации, само по себе не может служить достаточным основанием для восстановления на работе уволенного руководителя организации.

В случае невыплаты руководителю организации при прекращении трудового договора названной компенсации суд с учетом ст.ст. 279, 236 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе взыскать с работодателя сумму этой компенсации и проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока ее выплаты, а также удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда (ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации).

Поскольку доказательств выплаты истцу денежной компенсации, предусмотренной ст. 279 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с досрочным прекращением полномочий не представлено, данная компенсация также подлежит взысканию в судебном порядке исходя из следующего расчета: (102 000 рублей + 100 %) * 3 = 612 000 рублей.

В части взыскания указанной выше задолженности по заработной плате, компенсации за неиспользованный отпуск, денежной компенсации в связи с досрочным прекращением полномочий, установленный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок истцом не пропущен, поскольку составляет один год со дня, установленного для выплаты указанных сумм, и данный срок на момент обращения истца в суд (03 декабря 2022 года) не истек.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование денежными средствами, расчет которых произведен истцом с учетом положений ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д.7 том 1).

В соответствии с п.1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Учитывая, что между сторонами возник спор относительно выплаты заработной платы и иных сумм, причитающихся работнику в связи с неисполнением работодателем положений трудового законодательства, то указанная выше правовая норма не применима к спорным отношениям.

Вместе с тем, принимая во внимание, что истец является работником, и как следствие, более слабой стороной в споре, суд, с учетом положений ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным выйти за пределы заявленных требований и применить в указанной части положения ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Учитывая, что заработная плата, денежная компенсация за неиспользованный отпуск и компенсация в связи с досрочным прекращением полномочий подлежали выплате истцу в день прекращения с ним трудовых отношений, то есть 18 июня 2022 года, то с 19 июня 2022 года в его пользу подлежит взысканию денежная компенсации, предусмотренная ст.236 Трудового кодекса Российской Федерации, в размере 158 751 рубль 12 копеек исходя из следующего расчета:

- с 19 июня 2022 года по 24 июля 2022 года: 754 031 рубль 73 копейки (866 703 рубля 14 копеек (общая сумма задолженности) – 13 %) * 1/150 * 9,5 % * 36 дней просрочки = 17 191 рубль 92 копейки;

- с 25 июля 2022 года по 18 сентября 2022 года: 754 031 рубль 73 копейки (866 703 рубля 14 копеек (общая сумма задолженности) – 13 %) * 1/150 * 8 % * 56 дней просрочки = 22 520 рублей 41 копейка;

- с 19 сентября 2022 года по 06 июня 2023 года: 754 031 рубль 73 копейки (866 703 рубля 14 копеек (общая сумма задолженности) – 13 %) * 1/150 * 7,5 % * 261 день просрочки = 98 401 рубль 14 копеек.

Всего: 17 191 рубль 92 копейки + 22 520 рублей 41 копейка + 98 401 рубль 14 копеек = 158 751 рубль 12 копеек.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что в нарушение требований действующего законодательства заработная плата истцу в полном объеме своевременно выплачена не была, окончательный расчет с работником при увольнении не произведен до настоящего времени, компенсация за неиспользованный отпуск не выплачена, требование истца о компенсации морального вреда, безусловно, подлежит удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда указанные выше, оставление работника на длительное время без средств к существованию, требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать с «Центра восстановительной терапии им. М.А. Лиходея» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере 100 000 рублей суд не находит.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 12, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

Исковые требования ФИО1 к Учреждению «Центр восстановительной терапии для воинов-интернационалистов им. М.А. Лиходея» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании задолженности, процентов за пользование денежными средствами, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Учреждения «Центр восстановительной терапии для воинов-интернационалистов им. М.А. Лиходея», ИНН <***>, в пользу ФИО1, ИНН №, задолженность по заработной плате за период работы с 11 мая 2022 года по 18 июня 2022 года в размере 236 863 рубля 43 копейки, компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 17 839 рублей 71 копейка, компенсацию в связи с досрочным прекращением полномочий в общей сумме 612 000 рублей, компенсацию за нарушение сроков выплаты за период с 19 июня 2022 года по 06 июня 2023 в размере 158 751 рубль 12 копеек, в счет компенсации морального вреда 15 000 рублей, в остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд г.Челябинска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.

Председательствующий Н.А. Максимова

Мотивированное решение изготовлено 14 июня 2023 года

Судья Н.А. Максимова