Дело № 2-61/2022
УИД: 60RS0003-01-2021-001518-77
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
*** 2022 года г. Остров Псковской области
Островский городской суд Псковской области в составе:
председательствующего судьи Минчугиной Т.Г.,
при секретаре Корныльевой Т.С., помощнике судьи Новиковой М.А.,
с участием заместителя Островского межрайонного прокурора Чугриной Е.Е.,
представителя истца Ч М.Н. - ФИО1, действующего на основании доверенности от ***.2021 сроком действия <данные изъяты> года,
представителя ответчика – Министерства обороны Российской Федерации Г О.А., действующей на основании доверенности от ***.2020 года № № сроком действия до ***.2022,
представителя ответчика – войсковой части № <данные изъяты> Д Н.В., действующей на основании доверенности от ***.2021 №21 сроком действия <данные изъяты> год,
третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков, М О.В. и З В.С.,
представителей третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков П Р.Ю. – адвоката Иванова Р.Г., предоставившего удостоверение №№ и ордер №№ от ***.2022, адвоката Ивановой С.В., предоставившей удостоверение №№ и ордер №№ от ***.2022 года,
представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков П П.К. – адвоката Красновой О.В., предоставившей удостоверение № № и ордер №№ от ***.2022 года,
рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования систем видеоконференц-связи гражданское дело по исковому заявлению Ч М.Н к войсковой части № № и Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Ч М.Н. обратился с иском к войсковой части <данные изъяты> о взыскании компенсации морального вреда, вызванного гибелью сына Ч Н.М. во время прохождения срочной военной службы в войсковой части <данные изъяты>, в размере <данные изъяты> рублей.
В судебное заседание, будучи извещенным о месте и времени судебного разбирательства, истец не явился, об отложении дела слушанием не ходатайствовал, реализовал право на участие в деле через представителя. Ранее в судебном заседании истец заявленные требования поддержал и в их обоснование указал, что у него от брака с бывшей женой С Н.В. имелось два сына-близнеца Ч К.М. и Ч Н.М., последний из которых был призван на срочную военную службу в *** года и по окончании учебной подготовки проходил срочную военную службу в войсковой части №. В *** года он поругался с сыном Ч Н.М. из-за учебы, после чего они не общались и о призыве сына на срочную службу он не знал, на проводах сына в армию не присутствовал. Когда сын был уже призван на срочную службу, они помирились и поддерживали связь посредством телефонных разговоров, последний раз он разговаривал с сыном ***.2021 года. С четырнадцатилетнего возраста сыновей он состоит в разводе с бывшей женой и проживает отдельно от них. Вместе с тем, он участвовал в воспитании и содержании сыновей, поддерживал теплые и доверительные отношения с сыном Ч Н.М., который регулярно приходил к нему на работу или домой в гости, они проводили совместно досуг, играли в футбол. ***.2021 от своей бывшей супруги С Н.В. он узнал о случившемся дорожно-транспортном происшествии и нахождении сына Ч Н.М. в <данные изъяты>, после чего вплоть до ***.2021 он или его бывшая супруга ежедневно звонили в <данные изъяты> и интересовались состоянием здоровья сына. О смерти сына он узнал ***.2021 от своей бывшей жены. Как затем ему стало известно, ***.2021 около <данные изъяты> часов на территории войсковой части <данные изъяты> во время прохождения Ч Н.М. срочной военной службы на последнего был совершен наезд на личном автомобиле марки <данные изъяты> г.р.з. № военнослужащим П Р.Ю. В этот же день Ч Н.М. был доставлен в <данные изъяты>, где ему поставлен диагноз «<данные изъяты>», а ***.2021 он доставлен в <данные изъяты>, где скончался ***.2021 года от полученных в результате ДТП травм. По результатам проведенной служебной проверки, командиром войсковой части № издан приказ №№ от ***.2021, в соответствии с которым виновные должностные лица части привлечены к дисциплинарной ответственности. Старшим следователем <данные изъяты> в рамках расследования уголовного дела в отношении П Р.Ю. внесено ват адрес командира части представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления, в котором указано на отсутствие регламентированного приказом порядка передвижения транспорта на территории части, отсутствие оборудованных на проезжей части пешеходных переходов, отсутствие ограничения по скоростному режиму на дороге. Приговором <данные изъяты> П Р.Ю. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, и подвергнут уголовному наказанию. Исковые требования о компенсации морального вреда, вызванного гибелью сына, к П Р.Ю. он в рамках уголовного дела не предъявлял, так как полагает назначенное приговором суда наказание достаточным для П Р.Ю. видом наказания. В страховую компанию, застраховавшую гражданскую ответственность П Р.Ю. как владельца источника повышенной опасности, он обратился и получил страховую выплату в размере <данные изъяты> рублей. Страховую и единовременную выплату по линии <данные изъяты> он получил, но полагает, что характер данных выплат не компенсирует моральный вред, причиненный в результате виновных действий либо бездействии должностных лиц. В данном случае, по мнению истца, гибель сына последовала не только в результате нарушения П Р.Ю. Правил дорожного движения, но также в результате ненадлежащей организации командованием части порядка безопасности передвижения военнослужащих и техники по находящейся на территории воинской части дороге. Согласно общевоинского устава <данные изъяты> именно командир полка несет ответственность за безопасность военной службы в полку. С учетом данных обстоятельств, ссылаясь на положения ст.151 ГК РФ истец просил взыскать с войсковой части <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного ему гибелью сына и перенесенными, в связи с этим, нравственными страданиями и переживаниями. В обоснование размера заявленной ко взысканию компенсации морального вреда истец указал на несоизмеримую боль и горечь от невосполнимой утраты сына, что стало причиной его бессонницы, тревоги, невозможности сконцентрироваться на работе, изменило его жизнь навсегда. С учетом изложенного, а также обстоятельств гибели сына, размер компенсации истец оценил в <данные изъяты> рублей.
Протокольным определением суда от ***.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство обороны РФ.
В процессе судебного разбирательства истец дополнил первоначально заявленные требования и помимо компенсации морального вреда просил взыскать с ответчиков понесенные по делу судебные расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты> рублей и транспортные расходы представителя в размере <данные изъяты> рублей.
Представитель истца Ч М.Н. – В А.С. в судебном заседании уточненные исковые требования Ч М.Н. поддержал и в дополнение к изложенным истцом обстоятельствам указал, что на командире воинской части лежит обязанность обеспечения безопасного прохождения военной службы на территории воинской части. Поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло с участием военнослужащих данной части в период прохождения военной службы на территории воинской части <данные изъяты>, то командир несет ответственность за необеспечение безопасности военной службы и наступившие последствия. Помимо командира войсковой части, ряд военнослужащих данной части приказом №№ от ***.2021 были привлечены к дисциплинарной ответственности за допущенные нарушения своих должностных обязанностей и Устава внутренней службы, находящиеся, по мнению представителя истца, в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствия в виде ДТП и гибели военнослужащего Ч Н.М. Дальнейшая отмена приказа №№ в части и издание приказа по результатам повторно проведенной проверки по обстоятельствам произошедшего ***.2021 ДТП, по мнению представителя истца, не влияет и не отменяет результаты первоначально проведенной служебной проверки, изложенные в приказе командира части № от ***.2021 года №№. Полагает, что единовременная и страховая выплаты относятся к компенсационным видам выплат при конкретно определенных обстоятельствах и не включают в себя возмещение морального вреда, причиненного виновными действиями должностных лиц, что в рассматриваемом случае полагает установленным материалами гражданского дела. Размер заявленной ко взысканию компенсации морального вреда считает разумным и соответствующим степень причиненных истцу гибелью сына нравственных и физических страданий. Несмотря на отсутствие акта сдачи-приема оказанных услуг по договору об оказании юридических услуг считает, что факт несения и размер понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя документально подтвержден и подлежит взысканию с ответчиков в солидарном порядке.
Представитель ответчика – войсковой части № Д Н.В. в судебном заседании измененные исковые требования Ч М.Н. не признала и в их удовлетворении просила истцу отказать по причине отсутствия правовых оснований и доказательств вины должностных лиц войсковой части № в причинении истцу морального вреда. Полагает, что установленные по результатам первоначально проведенной служебной проверки допущенные должностными лицами воинской части нарушения Устава внутренней службы являются несущественными и не состоят в прямой причинно-следственной связи с гибелью военнослужащего. Необходимый инструктаж с Ч Н.М. проводился, техника безопасности работы с триммером ему также разъяснялась. Результаты в последующем проведенной служебной проверки в действиях военнослужащих нарушений не выявили. Кроме того, истцу произведена страховая и единовременная выплата, включающая в себя компенсацию морального вреда, причиненного гибелью близкого родственника. Доказательств причинения истцу гибелью сына нравственных и физических страданий не представлено, а факт родства не является достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда.
Представитель привлеченного судом к участию в деле в качестве соответчика Министерства обороны РФ Г О.А. в судебном заседании измененные исковые требования не признала и просила в их удовлетворении истцу отказать в полном объеме ввиду отсутствия правовых оснований, поскольку истцу как члену семьи военнослужащего, умершего при исполнении обязанностей военной службы, было обеспечено получение гарантированного государством объема возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред, посредством страховой выплаты. Кроме того, указала на отсутствие доказательств вины должностных лиц Министерства обороны РФ в причинении истцу моральных и нравственных страданий, а также перенесенных нравственных и моральных страданий. Размер заявленных ко взысканию расходов на оплату услуг представителя считает завышенной, не разумной и не соответствующей качеству и объему оказанных истцу юридических услуг по делу.
Третье лицо, на заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков П Р.Ю., в судебное заседание не явился в связи с убытием к месту отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору суда, об отложении дела слушанием не ходатайствовал, реализовал право на участие в деле через представителей – адвокатов Ивановой С.В. и Иванова Р.Г. Ранее в судебном заседании П Р.Ю. не оспаривая обстоятельств произошедшего ***.2021 ДТП, показал, что ***.2021 он находился на территории воинской части № при исполнении обязанностей военной службы. На личном транспорте марки <данные изъяты> г.р.з. № он двигался по дороге, находящейся на территории части, для оформления <данные изъяты>. На дороге каких-либо дорожных разметок не было. Хотя он осужден в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.364 УК РФ, виновным себя не считает, поскольку Ч Н.М. сам, неожиданно для него, прыгнул на капот его машины. Сразу после случившегося ДТП он спросил у командира части контактный номер телефона родственников Ч Н.М., в личном деле которого был указан только номер матери, со слов командира с отцом Ч Н.М. отношения не поддерживал. На следующий день он помогал начальнику медицинской службы части с решением вопроса госпитализации Ч Н.М. в военную медицинскую академию <данные изъяты>, поэтому матери Ч Н.М. он позвонил лишь ***.2021, принес личные извинения, затем нашел ей место для проживания в <данные изъяты>, оплатил билеты в <данные изъяты>, а также перечислил денежные средства для проживания. С отцом погибшего Ч Н.М. он познакомился лишь во время предварительного расследования, принес ему извинения и соболезнования, интересовался у него вопросом компенсации морального вреда, однако Ч М.Н. требования о компенсации морального вреда к нему и к страховой компании, в которой была застрахована его гражданская ответственность, не предъявлял. Полагает, что вина должностных лиц войсковой части № в произошедшем ***.2021 ДТП наличествует и находится в прямой причинно-следственной связи с гибелью военнослужащего Ч Н.М., повлекшей причинение истцу нравственных и физических страданий. Однако полагал размер заявленной компенсации необоснованно завышенным. Просил суд учесть, что на момент проведения военной прокуратурой <данные изъяты> проверки по заявлению К Н.С. от ***.2022 года, действующего также от имени З В.С., М Т.М. и Щ (М) О.В., то есть лиц, привлеченных приказом командира части №№ к дисциплинарной ответственности, З В.С. находились в <данные изъяты> и не мог лично давать письменные объяснения сотруднику военной прокуратуры. Кроме того, имеющиеся в материалах прокурорской проверки копии служебных карточек данных военнослужащих свидетельствуют о том, что указанные должностные лица ранее *** года, при ознакомлении со своими служебными карточками, узнали о их привлечении к дисциплинарной ответственности, однако обратились с жалобой на законность дисциплинарного взыскания спустя значительное время после издания приказа. С учетом данных обстоятельств полагал надлежащим критически отнестись к результатам данной прокурорской проверки и отмене дисциплинарных взысканий.
Представители третьего лица П Р.Ю. – адвокаты Иванова С.В. и Иванов Р.Г. в судебном заседании с исковыми требованиями согласились и полагали доказанным наличие вины должностных лиц войсковой части № в произошедшем ДТП, находящейся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде гибели военнослужащего Ч Н.М. Обстоятельства, способствовавшие произошедшему ДТП и вина должностных лиц, установлены в ходе служебного разбирательства и подтверждаются заключением и изданным на его основании приказом командира части №№ от ***2021, который в установленный законом срок лицами, привлеченными к дисциплинарной ответственности, обжалован не был. Само заключение по результатам служебного разбирательства также не обжаловалось. Приказ об организации безопасности дорожного движения на территории части издан после случившихся событий, равно как установлены дорожные знаки и нанесена дорожная разметка.
Третье лицо, на заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков П П.К., в судебное заседание не явился, причину неявки суду не сообщил, об отложении дела слушанием не ходатайствовал, реализовал право на участие в деле через представителя – адвоката Краснову О.В.
Представитель третьего лица П П.К. – адвокат Краснова О.В. в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась и полагала их не подлежащими удовлетворению. Полагает, что вина в произошедшем ДТП установлена приговором <данные изъяты> и имеется лишь в действиях П Р.Ю. Виновные действия либо бездействие со стороны ее доверителя, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с ДТП и последовавшей гибелью Ч Н.М., причинившей нравственные и физические страдания истцу, представленными в материалы дела доказательствами не подтверждаются. Полагает, что отсутствие дорожной разметки и дорожных знаков не находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.
М О.В. и З В.С., привлеченные судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, каждый указал на соблюдение им должностных обязанностей и положений Устава внутренней службы при исполнении своих обязанностей. При этом З В.С. пояснил, что ***.2021 был первым днем его выхода из отпуска. После построения он убыл на совещание. Позднее ему доложили о произошедшем ДТП и получении травмы Ч Н.М. За время нахождения сына в госпитале ... отец сына не навещал и не приезжал.
М О.В. показала, что на утреннем построении ***.2021 после проверки личного состава, был проведен общий ежедневный инструктаж, поставлены задачи, в соответствии с которыми ею была поставлена задача П П.К. по уборке территории и выделен <данные изъяты> Ч Н.М. для выполнения работ по покосу травы. Ею был проведен целевой инструктаж Ч Н.М., в том числе по технике безопасности работы с триммером, после чего она убыла на совещание. В последующем узнала о случившемся от других военнослужащим части.
Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчиков, К А.А., С А.С., К Н.С., Х И.В., М Т.М., Ч И.Е., будучи извещенными о месте и времени судебного заседания, не явились, причину неявки не сообщили, об отложении дела слушанием не ходатайствовали, позицию по требованиям не представили. Ранее в судебном заседании К Н.С. выразил несогласие с исковыми требованиями и указал на соблюдение им должностных обязанностей и положений Устава внутренней службы при исполнении ***.2021 своих служебных обязанностей. На утреннем построении ***.2021 года им был проверен личный состав, проведен ежедневный общий инструктаж с личным составом и даны указания согласно текущим моментам. Задачу по наведению порядка на территории части ставит <данные изъяты>. Позже ему доложили о получении травмы рядовым Ч Н.М. и его доставлении в медицинское учреждение. Рядом с Ч Н.М. в момент выполнения им поставленной задачи другой военнослужащий находится не обязан. В <данные изъяты> 2022 им была подана жалоба в военную прокуратуру на законность привлечения к дисциплинарной ответственности по приказу №№ от ***.2021 по электронной почте, так как он был не согласен с дисциплинарным взысканием. Почему ранее не обратился с данной жалобой объяснить не может.
На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено при указанной явке лиц.
Выслушав лиц, участвующих в деле, и их представителей, изучив материалы дела, выслушав заключение прокурора Чугриной Е.Е., полагавшей заявленные требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.
Как видно из свидетельства о рождении Ч.Н.М, *** года рождения, уроженца г. ... (серии №), истец Ч.М.Н является отцом Ч Н.М. (том 1 л.д. 14). Согласно свидетельства о смерти Ч Н.М. умер ***.2021 года (том 1 л.д. 15).
Ч Н.М. был призван на срочную военную службу ВК ... 25.05.2021 и приказом командира части от ***2021 №№ года зачислен *** 2021 в списки личного состава войсковой части № (том 1 л.д. 66).
Как установлено судом и не оспаривалось сторонами по делу, ***.2021 года около <данные изъяты> во время движения по территории войсковой части № на личном автомобиле марки <данные изъяты> г.р.з. № № П Р.Ю., находившийся при исполнении воинской обязанности, совершил наезд на двигавшегося с ним в одном направлении по левой стороне дороги пешехода - военнослужащего по призыву Ч Н.М., который в связи с полученными телесными повреждениями был доставлен в <данные изъяты>», а в дальнейшем, ***.2021 года переведен для дальнейшего лечения на кафедру <данные изъяты>, где скончался ***.2021 года.
Как следует из выводов заключения эксперта №№ от ***.2021 смерть Ч Н.М. последовала от травм, полученных в ДТП (том 1 л.д. 176-200).
Приказом командира части № от ***.20121 №№ Ч Н.М. исключен с ***.2021 из списка личного состава войсковой части № в связи со смертью ***.2021 (том 1 л.д. 207).
С учетом изложенного, суд считает установленным, что смерть Ч Н.М. (сына Ч М.Н.) наступила при исполнении им обязанностей военной службы.
В момент ДТП П Р.Ю. являлся военнослужащим войсковой части № и находился при исполнении обязанностей военной службы (том 2 л.д. 82).
Утвержденным командиром войсковой части № *** 2021 года Списком личного состава, имеющего право въезда на территорию в/ч № на личном транспорте, П Р.Ю. имел право въезда не территорию войсковой части № на личном автомобиле марки <данные изъяты> г.р.з. № (том 2 л.д. 83). Как следует из представленных копий страниц журналов инструктажа владельцев личного автотранспорта и учета занятий с владельцами личного автомобильного транспорта с П Р.Ю. ***.2021 и ***.2021 проводились целевые инструктажи и ***.2021 занятие (том 2 л.д. 84-89).
***.2021 года <данные изъяты> в отношении П Р.Ю. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ. Приговором <данные изъяты> от ***.2022 года П Р.Ю. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на <данные изъяты> года с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на <данные изъяты> (том 2 л.д. 45-53). Апелляционным постановлением <данные изъяты> от ***.2022 приговор <данные изъяты> в отношении П Р.Ю. оставлен без изменения (том 3 л.д. 165-171).
В рамках предварительного расследования уголовного дела в отношении П Р.Ю., старшим следователем <данные изъяты> в адрес командира войсковой части № внесено представление о принятии мер к устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления, в котором в качестве таковых указано на:
- нарушение Х И.В. и Щ О.В. требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии с их стороны должных мер к обеспечению безопасности военной службы, не проведении инструктажа с Ч Н.М. по работе с инструментом (триммером), не назначении старшего при проведении работ;
- нарушение П П.К. требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии должных мер к обеспечению безопасности военной службы, не проведении инструктажа с Ч Н.М. непосредственно перед началом выполнения работ, неосуществлении контроля за данным военнослужащим, самостоятельно убывшим с включенным триммером к месту выполнения работ, для чего требовалось пересечь проезжую часть дороги, что не позволило последнему в полной мере следить за окружающей дорожной остановкой;
- отсутствие приказа, определяющего передвижение транспорта по территории части, оборудованных пешеходных переходов, определенного скоростного режима на дороге (том 1 л.д. 56-58).
Постановлением следователя по <данные изъяты> К И.Д. от ***.2021 года отказано в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц войсковой части № по признакам преступлений, предусмотренных ст.<данные изъяты> УК РФ, на основании п.<данные изъяты> УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Этим же постановлением отказано в возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц <данные изъяты>» по признакам преступления, предусмотренного ч.<данные изъяты> УК РФ, на основании п<данные изъяты> УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (том 2 л.д. 126-133). Доказательств отмены вышеуказанного постановления с возбуждением уголовного дела в отношении должностных лиц войсковой части № и установлением их виновности в ходе предварительного расследования суду не представлено и в процессе рассмотрения дела добыто не было.
По факту произошедшего ***.2021 года ДТП и получения травм рядовым Ч Н.М. командованием войсковой части № проведено служебное разбирательство, из заключения по которому следует, что ***.2021 на утреннем построении <данные изъяты> <данные изъяты> К Н.С. была поставлена задача по наведению порядка на закрепленной территории в целях обеспечения пожарной безопасности (покос травы). <данные изъяты> Х И.В. назначил Ч Н.М. в распоряжение Щ (М) О.В., однако инструктаж с ним по выполнению требований безопасности не провел. Щ О.В. проинструктировала Ч Н.М. по требованиям безопасности с записью в журнале учета инструктажа и поставила П П.К. задачу по организации наведения порядка на территории, убыв после этого на совещание к <данные изъяты>. Ч Н.М. <данные изъяты> <данные изъяты> П П.К. была поставлена задача по покосу травы на закрепленной территории вокруг стоянки техники связи, являющейся прилегающей к дороге, где и произошло ДТП. При этом контроль за военнослужащим по призыву П П.К. в дальнейшем не осуществлял, в то время как к месту выполнения поставленной задачи Ч Н.М. следовал через проезжую часть дороги с работающим бензиновым триммером.
Как следует из заключения служебного разбирательства, предпосылками к совершению указанного ДТП послужили (том 1 л.д. 221-228):
- отсутствие контроля за личным составом, выполняющим хозяйственные работы на закрепленной территории;
- отсутствие организации порядка движения личного состава и автотранспорта на территории воинской части; формализм при проведении профилактических мероприятий по обеспечению безопасности дорожного движения в подразделениях;
- нарушение военнослужащим П Р.Ю, требований п.<данные изъяты> ПДД, выразившееся в превышении установленной скорости движения по территории части (<данные изъяты> км/ч);
- не выполнение должностными лицами войсковой части № директивы командующего войсками <данные изъяты> от ***.2020 №№, выразившееся в отсутствии организации работы, направленной на соблюдение военнослужащими ПДД и нормативных-правовых актов;
- невыполнение командиром <данные изъяты> № и командиром <данные изъяты> части требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении;
- невыполнение командиром <данные изъяты> войсковой части № требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении;
- невыполнение врио начальника <данные изъяты> войсковой части № требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении;
- невыполнение начальником <данные изъяты> войсковой части № требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении.
На основании заключения служебного разбирательства приказом командира части № №№ от ***.2021 года должностным лицам войсковой части №:
<данные изъяты> З В.С. и <данные изъяты> К Н.С. объявлен строгий выговор за нарушение ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении,
врио <данные изъяты> М Т.М. объявлен строгий выговор за нарушение ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в войсковой части,
<данные изъяты> Х И.В. объявлен строгий выговор за нарушение требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении;
<данные изъяты> Щ (в настоящее время М О.В. объявлен выговор за нарушение требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы в подразделении;
за нарушение требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы, выразившееся в непринятии мер по обеспечению безопасности военной службы при выполнении поставленной задачи, продолжение прохождения военной службы <данные изъяты> П П.К. подлежало рассмотрению на заседании аттестационной комиссии (на дату судебного разбирательства в списке личного состава войсковой части № не состоит).
Как установлено судом и подтверждается материалами дела З В.С., К Н.С., М Т.М., Х И.В., М (Щ) О.В., П П.К. на момент произошедшего ДТП состояли в списках личного состава войсковой части № и находились при исполнении воинской обязанности в войсковой части №, возглавляемой командиром Ч И.Е. (том 3 л.д. 100-117).
Бензиновый триммер, предоставленный Ч Н.М. для покоса травы, как следует из инвентарной карточки и пояснений представителя войсковой части № является военным имуществом.
***.2021 года, то есть уже после произошедшего ***.2021 ДТП, командиром войсковой части № издан приказ №№ «Об организации безопасности дорожного движения на территории войсковой части №», устанавливающий ограничение скоростного режима движения транспортных средств на территории войсковой части № не более <данные изъяты> км/ч, определяющий пеший порядок движения личного состава по территории войсковой части, а также порядок пересечения дороги по пешеходным переходам (том 2 л.д. 159-160).
***.2021 врио военного прокурора <данные изъяты> в адрес командира войсковой части № по результатам проведенной проверки по факту произошедшего ***.2021 года ДТП внесено представление об устранении нарушений закона, в котором также указывалось: на отсутствие организованного порядка передвижения личного состава и автомобильного транспорта на территории воинской части; на ненадлежащую организацию профилактической работы с владельцами личного автотранспорта по предупреждению ДТП, соблюдению ПДД; отсутствие контроля за личным составом, выполняющим хозяйственные работы на закрепленной территории со стороны <данные изъяты> в/ч № К Н.С., <данные изъяты> Х И.В. и <данные изъяты> Щ О.В., которые вопреки требований ст. ст. <данные изъяты> Устава внутренней службы не обеспечили соблюдение требований безопасности при проведении хозяйственных работ; ненадлежащее исполнение обязанностей военнослужащими войсковой части № К А.А. и С А.С., которые в нарушение требований Устава и Руководства по обеспечению безопасности военной службы в Вооруженных Силах РФ не приняли мероприятия по предупреждению подобных происшествий, в том числе не разработали порядок передвижения военнослужащих и автомобильного транспорта по дорогам, расположенным на территории воинской части.
В последующем, по результатам рассмотрения коллективного обращения должностных лиц войсковой части, подвергнутых дисциплинарной ответственности на основании приказа №№, военным прокурором <данные изъяты> внесен ***.2022 года в адрес командира войсковой части № протест, по результатам рассмотрения которого ***.202 года командиром части издан приказ №№ об отмене п.<данные изъяты> приказа командира войсковой части №№ от ***.2021 о привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности (том 2 л.д. 190-194).
Судом также установлено, что по результатам повторно проведенного служебного разбирательства по факту произошедшего ***.2021 года на территории воинской части № ДТП командиром части вынесено заключение и издан ***.2022 года приказ №№ об отсутствии в действиях (бездействиях) должностных лиц условий, которые повлияли на совершение ДТП, вины в произошедшем ДТП и причинно-следственной связи с произошедшим ***.2021 ДТП, повлекшим смерть военнослужащего по призыву Ч Н.М. (том 3 л.д. 157-163).
Представителем войсковой части № в судебное заседание в подтверждение соблюдения должностными лицами войсковой части требований по обеспечению безопасности прохождения военной службы представлены копии страниц журнала учета инструктажа по требованиям безопасности в <данные изъяты>, из которых следует, что ***.2021 <данные изъяты> Щ О.В. проведен целевой инструктаж с <данные изъяты> Ч Н.М. Также представлена Инструкция по требованиям безопасности при работе с бензотриммером, утвержденная <данные изъяты> ***.2021 года, документального подтверждения ознакомления с которой <данные изъяты> Ч Н.М. суду не представлено.
Судом также установлено, что в связи с гибелью Ч Н.М. в период прохождения срочной военной службы, истцу выплачено страховое возмещение, предусмотренное Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы», а также единовременное пособие, предусмотренное Федеральным законом от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих».
Как следует из пояснений истца, последний получил страховое возмещение компенсации морального вреда по полису ОСАГО, на основании которого была застрахована гражданская ответственность П Р.Ю. как владельца источника повышенной опасности.
Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.
К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
В соответствии со статьей 59 Конституции Российской Федерации защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации. Гражданин Российской Федерации несет военную службу в соответствии с федеральным законом (части 1 и 2).
В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту ГК РФ), определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
Согласно статье 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Статьей 1084 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101), если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 постановления от 20 октября 2010 года № 18-П, ссылаясь на свою позицию, выраженную в постановлении от 26 декабря 2002 года № 17-П, указал, что военная и аналогичная ей служба (служба в органах внутренних дел, противопожарная служба и т.п.) представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливаются их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним. Обязанности, возлагаемые на лиц, несущих военную и аналогичную ей службу, предполагают необходимость выполнения ими поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья, что - в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 37 (части 1 и 3), 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 и 71 (пункты "в", "м") - влечет обязанность государства гарантировать им материальное обеспечение в случае причинения вреда жизни или здоровью в период прохождения службы. Конкретизируя названные положения Конституции Российской Федерации, федеральный законодатель закрепил в числе особых публично-правовых способов возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих при исполнении ими обязанностей военной службы, обязательное государственное страхование жизни и здоровья военнослужащих, специальное пенсионное обеспечение и систему мер социальной защиты, цель которых - в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и социального статуса, обеспечив соразмерный получавшемуся денежному довольствию уровень возмещения вреда.
Учитывая особый характер обязанностей государства по отношению к военнослужащим как лицам, выполняющим конституционно значимые функции, а также задачи Российской Федерации как социального государства по обеспечению эффективной защиты и поддержки семьи и исходя из того, что правовой статус семьи военнослужащего, погибшего при исполнении воинского долга (умершего вследствие увечья, ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы), производен от правового статуса военнослужащего и обусловлен спецификой его профессиональной деятельности, федеральный законодатель предусмотрел также особый правовой механизм возмещения вреда, причиненного в связи со смертью кормильца, для членов семей погибших (умерших) военнослужащих.
Одной из форм исполнения государством обязанности возместить вред, который может быть причинен жизни или здоровью военнослужащих при прохождении ими военной службы, является обязательное государственное личное страхование за счет средств федерального бюджета, установленное законом в целях защиты их социальных интересов и интересов государства (пункт 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 18 Федерального закона «О статусе военнослужащих»). В конституционно-правовом смысле страховое обеспечение, полагающееся военнослужащим и приравненным к ним лицам в соответствии с Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы», - наряду с иными выплатами, которые в целях возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, могут быть установлены им на основании других законов, - входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страховых случаев, включая причиненный материальный и моральный вред (пункт 3.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2010 года № 18-П).
В пункте 4 постановления от 20 октября 2010 года № 18-П Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что согласно статье 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам главы 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности. В системной связи со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, и статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов либо их должностных лиц, подлежит возмещению за счет соответствующей казны, это означает, что обязанность по возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов или их должностных лиц в причинении данного вреда. Применительно к возмещению вреда, причиненного здоровью сотрудника милиции при исполнении им служебных обязанностей, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 15 июля 2009 года № 13-П пришел к выводу, что статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает, а, напротив, предполагает обеспечение выплаты государством в полном объеме возмещения такого вреда, но лишь в качестве меры гражданско-правовой ответственности государственных органов или их должностных лиц как причинителей этого вреда. Поскольку публично-правовой статус сотрудников милиции аналогичен публично-правовому статусу военнослужащих, подобный подход полностью распространяется на отношения по возмещению вреда военнослужащим, а также членам их семей, чей правовой статус производен от правового статуса военнослужащих. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 мая 2011 года № 8-П.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, в том числе вред жизни и здоровью гражданина, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (постановление от 1 декабря 1997 года № 18-П; определения от 4 июня 2009 года №1005-О-О, от 25 мая 2017 года №1117-О, от 16 января 2018 года №7-О).
Таким образом, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Применение же положений статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов предполагает наличие как общих условий деликтной (то есть внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.
Если в действиях государственных органов, а также их должностных лиц не установлено противоправности и вины в причинении военнослужащему вреда, то основания для компенсации морального вреда по нормам главы 59 ГК РФ отсутствуют.
Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее по тексту ФЗ «О статусе военнослужащих»).
Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров (пункт 1 статьи 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).
Командиры являются единоначальниками и отвечают в мирное и военное время за постоянную боевую и мобилизационную готовность, успешное выполнение боевых задач, боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-психологическое состояние подчиненного личного состава и безопасность военной службы, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества, материальное, техническое, финансовое, бытовое обеспечение и медицинское обслуживание (пункт 2 статьи 27 Федерального закона «О статусе военнослужащих»).
Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в Уставе внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденном Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495.
Так, в соответствии с требованиями статей 75 Устава командир является единоначальником, в мирное и военное время отвечает: за постоянную боевую и мобилизационную готовность вверенной ему воинской части (подразделения); за успешное выполнение боевых задач; за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, правопорядок, морально-политическое и психологическое состояние подчиненного личного состава, безопасность военной службы; за внутренний порядок, состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества; за материальное, техническое, финансовое, медицинское и бытовое обеспечение.
Командир (начальник) обязан принимать меры по предотвращению гибели и травматизма личного состава, устанавливать необходимые требования безопасности на боевом дежурстве (боевой службе), при работе с вооружением и военной техникой, при совершении марша, при проведении учений, боевых стрельб (пусков), полетов, походов кораблей, специальных занятий или работ, при несении караульной и внутренней (дежурной и вахтенной) служб, своевременно доводить эти требования безопасности до подчиненных и требовать строгого их выполнения. Перед началом занятий, работ или других мероприятий служебной деятельности командир обязан лично убедиться, что для этого созданы и обеспечены безопасные условия; подчиненные усвоили доведенные до них требования безопасности и обладают достаточными практическими навыками в их выполнении. Меры, принимаемые командиром (начальником) по предотвращению гибели и травматизма личного состава, не должны приводить к срыву выполнения боевой задачи (статьи 75 и 81 Устава).
Согласно ст.35 Устава начальники, которым военнослужащие подчинены по службе, хотя бы и временно, являются прямыми начальниками. Ближайший к подчиненному прямой начальник называется непосредственным начальником.
В соответствии со ст.126, 112 и 113 Устава начальник автомобильной службы полка в мирное и военное время отвечает: за соответствующий вид боевого (технического, тылового) обеспечения полка; за подготовку подразделений полка по своей специальности; за обеспечение полка вооружением, военной техникой и другим военным имуществом по своей службе, их правильное использование и содержание в исправности; за постоянную боевую и мобилизационную готовность и состояние подчиненных подразделения и службы; за боевую подготовку, воспитание, воинскую дисциплину, морально-политическое и психологическое состояние их личного состава; за безопасность военной службы в подчиненном подразделении, противопожарное и санитарное состояние объектов службы; за состояние учебно-материальной базы по своей специальности; и обязан, в том числе, осуществлять контроль за исправным состоянием вооружения, военной техники и другого военного имущества по своей службе в подразделениях и на складе полка, организовывать их правильную эксплуатацию, а также правильное применение и экономное расходование горючего, смазочных материалов и специальных жидкостей.
Командир батальона, являясь основным организатором боевой подготовки и воинского воспитания личного состава батальона, обязан, в том числе, осуществлять меры по обеспечению выполнения требований безопасности военной службы в соответствии со статьей 81 и главой 7 настоящего Устава (ст. 133 Устава).
Командир роты в мирное и военное время отвечает: за постоянную боевую готовность роты и успешное выполнение боевых задач ротой; за боевую подготовку; воспитание, воинскую дисциплину, морально-политическое и психологическое состояние подчиненного личного состава, безопасность военной службы; за поддержание внутреннего порядка в роте; за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты; за ведение ротного хозяйства. Он подчиняется командиру батальона и является прямым начальником всего личного состава роты. К обязанностям командира роты в том числе относится обеспечение выполнения личным составом требований безопасности военной службы при проведении занятий, стрельб, учений, работ и других мероприятий повседневной деятельности (ст. ст.144 и 145 Устава).
Как установлено судом, <данные изъяты> Ч Н.М. ***.2021 был назначен <данные изъяты> Х И.В. в распоряжение <данные изъяты> Щ О.В., которая проведя с Ч Н.М. целевой инструктаж, поставила <данные изъяты> П П.К. задачу по наведению порядка на закрепленной за подразделением территории войсковой части. П П.К., являясь непосредственным начальником <данные изъяты> Ч Н.М., поставил перед последним задачу по покосу травы на закрепленной территории вокруг стоянки техники связи, прилегающей к дороге, инструктаж с Ч Н.М. перед выполнением работ не провел. Для выполнения поставленной задачи Ч Н.М. было предоставлено военное имущество в виде бензинового триммера. Доказательств ознакомления Ч Н.М. с инструкцией по технике безопасности работы с триммером перед началом работы с ним суду не представлено и представленная копия инструкции подобной записи не содержит. С целью выполнения поставленной задачи, <данные изъяты> Ч Н.М. с работающим бензиновым триммером начал движение к территории выполнения поставленной задачи, пересекая при этом проезжую часть дороги без сопровождения и в отсутствие контроля за безопасностью выполнения им данного маневра со стороны П П.К., который в это время убыл в расположение рядом находившегося здания, что лишило Ч Н.М. возможности в полной мере следить за окружающей дорожной обстановкой и не обеспечило безопасность при следовании к месту выполнения поставленной задачи.
Кроме того, судом установлено, что на момент исследуемых событий в войсковой части, при наличии постоянного движения по расположенной на территории части дороге личного служебного транспорта, отсутствовал приказ по организации безопасности дорожного движения на территории части, пешеходные переходы не имели обозначения.
С учетом вышеприведенных обстоятельств, суд приходит к выводу, что смерть Ч Н.М. наступила при исполнении им обязанностей военной службы вследствие ненадлежащего исполнения должностными лицами войсковой части № предписаний Устава внутренней службы, обязывающих их обеспечивать безопасные условия прохождения военной службы подчиненными военнослужащими, принимать меры, направленные на обеспечение защищенности военнослужащих от воздействия на них опасных факторов военной службы при исполнении ими своих обязанностей и на предотвращение гибели военнослужащих.
В данном случае, отсутствие организованной безопасности дорожного движения по территории воинской части № и оставление без контроля и сопровождения Ч Н.М. при следовании последнего к месту выполнения поставленной задачи с включенным триммером, как следствие виновных действий и бездействия должностных лиц части, находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствия в виде смерти Ч Н.М. от полученных в ДТП травм.
Отмена приказа №№ от ***.2021 в части привлечения должностных лиц воинской части к дисциплинарной ответственности не свидетельствует об неверности установленных при проведении служебного разбирательства обстоятельств произошедшего ДТП и виновности должностных лиц, в связи с чем, данный приказ и заключение по результатам служебного разбирательства от ***.2021 принимаются судом в качестве допустимых доказательств по делу.
Таким образом, вопреки позиции стороны ответчиков о том, что произведенной государством страховой выплатой истцу возмещен моральный вред, причиненный гибелью сына, суд считает, что противоправное виновное поведение должностных лиц войсковой части №, выразившееся в нарушении предписаний законов и нормативных актов, регламентирующих порядок несения военной службы (в частности, Федерального закона «О статусе военнослужащих», Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации), в неисполнении служебных обязанностей, не исключает в данном случае гражданско-правовой ответственности Министерства обороны Российской Федерации в виде возложения обязанности по компенсации морального вреда лицу, которому такой вред причинен, - отцу погибшего военнослужащего.
В данном случае, наступление смерти Ч Н.М. от полученных травм в ДТП, виновным в котором признан П Р.Ю., также не исключает наступление гражданско-правовой ответственности Министерства обороны РФ, поскольку ДТП имело место при исполнении Ч Н.М. и П Р.Ю. обязанностей военной службы, а на командиров (должностных лиц войсковой части №) в силу абзаца второго пункта 1 статьи 16 Федерального закона «О статусе военнослужащих» возлагается обязанность по обеспечению требований безопасности, в том числе при эксплуатации военного имущества, при производстве подчиненными военнослужащими работ, при исполнении других обязанностей военной службы.
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью Ч Н.М. при прохождении им военной службы заявлено истцом и является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то положения Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие основания ответственности государства в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статья 1069), применимы к возмещению как имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами.
В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 ГК РФ.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В соответствии со ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).
Как разъяснено в пунктах 1, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 года № 6), суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
Пунктом 2 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъясняется, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащее гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенности частной жизни, личная и семейная тайны и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающие имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.
В силу положений п. 32 данного Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10).
По мнению суда, гибель близкого человека (сына) является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, рассматривается в качестве сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, влекущим тяжелые нравственные страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие психику, здоровье, самочувствие и настроение, нарушает неимущественное право на обладание родственными и семейными связями, в связи с чем, факт причинения морального вреда предполагается, а установлению подлежит лишь размер его компенсации.
При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из конкретных, изложенных выше фактических обстоятельств дела, характера и объема, причиненных истцу нравственных страданий, учитывает предусмотренные ст. 1100 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
С учетом установленных законом критериев суд в каждом конкретном случае определяет размер компенсации, способный уравновесить имущественную либо неимущественную потерю посредством уплаты потерпевшему денег в сумме, которая позволит в той или иной степени восполнить понесенную утрату.
В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из того, что смерть сына истца наступила в результате виновных действий и бездействии должностных лиц войсковой части, вследствие ненадлежащего исполнения ими своих обязанностей и соблюдения требований Федерального закона «О статусе военнослужащих» и Устава внутренней службы. В результате смерти сына истец испытал и продолжает испытывать нравственные страдания в связи с невосполнимостью понесенной утраты одного из сыновей, на что также указывают допрошенные свидетели Ч И.В., Ч Ю.Н. и Ш С.А., в связи с чем, перенесенные им нравственные страдания сомнений у суда не вызывают. При этом, не смотря на отмечаемые истцом и ранее перечисленными свидетелями случаи бессонницы и беспокойства, имевшие место по причине гибели сына, истец за медицинской помощью не обращался, на медицинский учет не вставал, имевшие место случаи бессонницы и беспокойства купировал при помощи безрецептурных препаратов (валерьянка). При оценке степени значимости утраты и нравственных страданий истца, суд также учитывает показания свидетелей С Н.В., Ч К.М. и М Я.А. о фактически сложившихся между отцом и сыном взаимоотношениях, согласно которым после развода родителей Ч Н.М. проживал с матерью, его общение с отцом было эпизодическим, из-за имевшего место в *** 2020 года конфликта истец не общался с сыном вплоть до рассматриваемых событий, сведения об отце в анкете военнослужащего Ч Н.М. отсутствовали.
При таких обстоятельствах, оценивая в совокупности обстоятельства, при которых наступила смерть Ч Н.М., характер и степень причиненных истцу нравственных переживаний и страданий, значимость тех нематериальных благ, которым причинен вред, фактические обстоятельства дела и наступившие последствия, степень вины причинителя вреда, суд, руководствуясь принципом разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда, причиненного Ч Н.М. в <данные изъяты> рублей.
В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно абзацу 5 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся расходы на оплату услуг представителей.
К издержкам, связанным с рассмотрением дела, в силу абзаца 4 статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, в том числе, расходы на проезд сторон, понесенные ими в связи с явкой в суд.
Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Согласно пункту 14 указанного Постановления транспортные расходы и расходы на проживание представителя стороны возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги, а также цен на услуги, связанные с обеспечением проживания, в месте (регионе), в котором они фактически оказаны (статьи 94, 100 ГПК РФ, статьи 106, 112 КАС РФ, статья 106, часть 2 статьи 110 АПК РФ).
Таким образом, при разрешении вопроса о взыскании судебных расходов в виде транспортных и иных издержек юридически значимым является установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности исходя из цен, которые обычно устанавливаются за данные услуги.
Истцом заявлено требование о взыскании с ответчиков понесенных им по делу судебных расходов на оплату услуг представителя и расходов на проезд представителя, связанные с явкой в суд.
В подтверждение несения расходов на оплату услуг представителя, истцом представлен договор от ***.2021 года об оказании юридических услуг, стоимостью <данные изъяты> рублей, и расписка от ***.2021 года В А.С. о получении от Ч Н.М. <данные изъяты> рублей в счет оплаты по договору. По условиям договора, оказанные услуги принимаются путем подписания сторонами акта сдачи-приемки оказанных услуг и считаются оказанными после подписания данного акта. С учетом изложенного, суд считает работу заказчиком по договору на данный момент не принятой, в связи с чем, вопрос взыскания с ответчиков расходов на оплату услуг представителя не подлежащим разрешению.
В части требования истца о взыскании расходов на проезд представителя в связи с явкой в судебные заседания, суд полагает надлежащим отказать, поскольку истцом не представлено документальное подтверждение несения данных расходов. Как следует из представленных выписок по операциям по карте <данные изъяты>, владельцем банковской карты, с которой производились операции по оплате на заправочных станциях, является В А.С., а не истец по делу. Доказательств предоставления истцом денежных средств своему представителю для оплаты транспортных расходов суду не представлено. Кроме того, истцом не представлено доказательств разумности данных расходов и их соответствия критерию экономичности. Истец также не обосновал невозможность использования иных более экономически выгодных транспортных средств (услуг общественного транспорта) для явки представителя в судебные заседания.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 197- 199, 320, 321 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Ч.М.Н к войсковой части № № и Министерству обороны Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Ч.М.Н компенсацию морального вреда, связанного с гибелью сына Ч Н.М., в размере <данные изъяты>) рублей.
В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Псковский областной суд через Островский городской суд Псковской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено *** 2022 года.
Судья: Т.Г. Минчугина