Дело № 2 – 7219/2022(21) УИД 66RS0004-01-2022-007567-76

Мотивированное решение изготовлено 27.10.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург «20» октября 2022 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Блиновой Ю.А.

с участием помощника прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Шайдуровой М.Д.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Семянниковой С.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 предъявила к ответчику ФИО2 иск о взыскании компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей, расходов на уплату государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В обоснование иска истец указала, что 08.07.2022 находясь <адрес> она вышла из ограды участка дачи на обочину дороги, и была сбита велосипедистом ФИО3 <данные изъяты> года рождения. Увидеть его она не могла поскольку наезд произошел сзади. После того как пришла в себя, она вызвала полицию и скорую помощь, после чего была доставлена в травмпункт ЦКБ г. Полевского и опрошена сотрудником полиции об обстоятельствах наезда на пешехода. В результате наезда, у неё были диагностированы следующие повреждения: закрытый перелом дистального метафиза левой лучевой кости со смещением отломков. Множественные ушибы и гематомы нижних конечностей. Был наложен гипс и назначено лечение различными медицинскими препаратами. В результате данного события ей причинен моральный вред, так как она пожилой человек, пенсионер в возрасте 65 лет. После наезда испытала и испытывает до настоящего времени сильную физическую боль, появился страх за свою жизнь, ухудшился сон, развилась бессонница, она боится выходить на улицу, а когда выходит постоянно оборачивается, опасаясь повторного наезда, при этом посторонние обращают на неё внимание, постоянно находится в подавленном состоянии, вынуждена принимать успокаивающие средства, из-за перелома не может сама себе готовить, покупать необходимые вещи, вести привычный образ жизни. До наезда, вышеуказанных проблем не возникало. Компенсацию морального вреда считает соразмерной сумме 500 000 рублей. Поскольку совершивший наезд ФИО3 не достиг возраста 14-ти лет, ответственность за причиненный по его вине вред подлежит компенсации со стороны его матери ФИО2, которая в досудебном порядке решать данный вопрос отказалась.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО4, действующий по ордеру адвоката, поддержали иск в полном объеме по изложенным в нём доводам и основаниям.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании иск не признала по доводам представленных письменных возражений, в которых указала, что несмотря на доказательства, которые приложены к исковому заявлению, произошедшее 08.07.2022 событие с участием её несовершеннолетнего сына не может быть квалифицировано как дорожно-транспортное происшествие, так как произошло не на дороге. При этом в данном конкретном случае, когда несовершеннолетний двигался на велосипеде по обочине дороге (в отсутствие велосипедной или пешеходной дорожки), он соблюдал все необходимые обязанности и правила. 08.07.2022 её сын несовершеннолетний сын ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения находился вместе с ней на даче в <адрес> катался на велосипеде по обочине дороги. При этом велосипед был оборудован устройством для предупреждения о приближении к пешеходам («звонком»). Скорость движения велосипеда была небольшой. О необходимости соблюдения осторожности при встрече с пешеходами ребенок был предупреден. Событие произошло по причине того, что истец проигнорировала подаваемые велосипедистом сигналы о своем приближении. Александр подал сигнал выходящей из двора ФИО1 о своем приближении и стал снижать скорость. Однако истец вместо того, чтобы отступить на шаг в сторону своей ограды, шагнула прямо под колеса велосипеда, после чего и произошел контакт. Ребенок тоже упал с велосипеда, ударился локтем и коленом, а также был напуган. При этом ФИО1 находилась на момент контакта с велосипедистом левым боком, могла и должна была видеть происходящее вокруг. Она имела объективную возможность для избежания контакта. ФИО5 полностью соблюдал предписания нормативных актов в момент движения на велосипеде, в частности: пункт 24.3 Правил дорожного движения о том, что движение велосипедистов в возрасте от 7 до 14 лет должно осуществляться только по тротуарам, пешеходным, велосипедным и велопешеходным дорожкам, а также в пределах пешеходных зон. Кроме того, вред, о компенсации которого просит истец, причинен именно по её вине. Телесные повреждения получены истцом вопреки воли несовершеннолетнего ФИО3, т.к. истцом были проигнорированы подаваемые велосипедистом сигналы, а также общие правила осторожности, предполагающие необходимость убедиться в безопасности для движения по обочине дороги. Также определением от 08.07.2022 по результатам проверки события было принято процессуальное решение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава правонарушения. При этом вина несовершеннолетнего ФИО3 из указанного доказательства не следует. Размер заявленной компенсации морального вреда не соответствует степени испытанных ею страданий, сумма 500 000 рублей не отвечает указанным выше требованиям и значительно нарушает баланс интересов сторон в споре.

Помощник прокурора Ленинского района г. Екатеринбурга Шайдурова М.Д., в своем заключении полагала исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд находит иск ФИО1 подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений (часть 1). Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом (часть 3).

В соответствии со статьёй 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Правоотношения, связанные с причинением вреда здоровью (деликтные обязательства), урегулированы главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ).

В соответствии с положениями статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

В силу положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 08.12.2017 № 39-П, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П и от 07.04.2015 № 7-П, определения от 04.10.2012 № 1833-О, от 15.01.2016 № 4-О, от 19.07.2016 1580-О и др.).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации). Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных положений гражданского законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, подтверждается материалами дела, и не оспаривается сторонами, что 08.07.2022 в 14.40 часов в <адрес> ФИО3, <данные изъяты> года рождения, управляя велосипедом, совершил наезд на пешехода ФИО1, <данные изъяты> года рождения.

Определением ИДПС ГИБДД ФИО6 в возбуждении дела об административном правонарушении было отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Предварительно данным инспектором были собраны сведения об участниках данного дорожно-транспортного происшествия, в качестве водителя указан ФИО3, отмечено повреждение его велосипеда.

В общих положениях Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 определено:

«Велосипедист» - лицо, управляющее велосипедом;

«Дорожно-транспортное происшествие» - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб;

«Обочина» - элемент дороги, примыкающий непосредственно к проезжей части на одном уровне с ней, отличающийся типом покрытия или выделенный с помощью разметки 1.2, используемый для движения, остановки и стоянки в соответствии с Правилами;

«Пешеход» - лицо, находящееся вне транспортного средства на дороге либо на пешеходной или велопешеходной дорожке и не производящее на них работу. К пешеходам приравниваются лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, ведущие велосипед, мопед, мотоцикл, везущие санки, тележку, детскую или инвалидную коляску, а также использующие для передвижения роликовые коньки, самокаты и иные аналогичные средства;

«Участник дорожного движения» - лицо, принимающее непосредственное участие в процессе движения в качестве водителя, пешехода, пассажира транспортного средства.

В данном случае несовершеннолетний двигался на велосипеде по обочине дороге (в отсутствие велосипедной или пешеходной дорожки), непосредственно на дороге при движении наезд на истца совершен не был, в связи с чем суд соглашается с доводами ответчика, что произошедшее событие не может рассматриваться как дорожно-транспортное происшествие.

В соответствии с частью 1 статьи 52 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации права, свободы и законные интересы недееспособных или не обладающих полной дееспособностью граждан защищают в суде их родители, усыновители, опекуны, попечители или иные лица, которым это право предоставлено федеральным законом.

Согласно абзацу первому части 3 статьи 52 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, указанные в частях первой и второй настоящей статьи, имеют полномочия представителей в силу закона и совершают от имени представляемых ими лиц все процессуальные действия, право совершения которых принадлежит представляемым, с ограничениями, предусмотренными законом.

В силу пункта 1 статьи 1073 Гражданского кодекса Российской Федерации за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

При таком положении ФИО2, являясь законным представителем несовершеннолетнего ФИО3, совершившего наезд на истца, является надлежащим ответчиком по делу.

Разрешая заявленное истцом требование о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путём оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации также определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064-1101) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениями пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из материалов дела следует, что истец в связи с полученной травмой обращалась 08.07.2022 в 16.00 часов к травматологу ГАУЗ СО «Полевская ЦГБ», где указала, что травма от 08.07.2022 в результате того, что была сбита велосипедистом. После проведенного осмотра был диагностирован закрытый перелом дистального метафиза левой лучевой кости со смещением отломков. Множественные ушибы и гематомы нижних конечностей. Истцу наложена гипсовая повязка на 6 недель, назначено наблюдение у травматолога, лечение медицинскими препаратами, рекомендован рентгенконтроль.

Согласно справке, выданной ГАУЗ СО «Центр специализированных видов медицинской помощи «Уральский институт травматологии и ортопедии имени В.Д. Чаклина» истец 13.10.2022 консультирована в отделении дневного стационара, установлен диагноз: посттравматический ДОА левого лучезапястного сустава 2 ст., неправильносросшийся перелом дистального эпиметафиза левой лучевой кисти, сгибательно-разгибательная, ротационная контрактура и артралгия левого лучезапястного сустава, ангиотрофоневроз (синдром Зудека) слева. В плане дальнейшего лечение длительные курсы восстановительного лечения, санатоно – курортное лечение, лечение медицинскими препаратами, противопоказаны физические нагрузки до полного восстановления, не показана ручная или иная редрессация.

После произошедшего события, в период лечения, и последующей реабилитации, которые продолжаются по настоящее время и необходимы истцу в дальнейшем, истец, безусловно испытывала и испытывает не только физическую боль, но и трудности в самообслуживании, была вынуждена отказаться от привычного образа жизни.

В судебном заседании истец в полном объеме подтвердила изложенные в исковом заявлении доводы, приведенные в обоснование компенсации морального вреда, в дополнение просила учесть, что происшествие произошло в середине летнего периода, что доставляло дополнительные неудобства, препятствовало нормальному самообслуживанию, при том что истец проживает одна.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает характер полученной травмы, длительность периода лечения и реабилитации, все приведенные истцом доводы в обоснование причиненного морального вреда, отсутствие у законного представителя причинителя вреда желания компенсировать, в том числе и частично, причинённый истцу моральный вред, несмотря на то, что даже в судебном заседании истец предлагала примирение путем выплаты компенсации морального вреда в сумме 150000 – 2000000 рублей, от чего ответчик отказалась.

В то же время, суд учитывает, что несовершеннолетний ФИО3 двигался с соблюдением пункта 24.3 Правил дорожного движения о том, что движение велосипедистов в возрасте от 7 до 14 лет должно осуществляться только по тротуарам, пешеходным, велосипедным и велопешеходным дорожкам, а также в пределах пешеходных зон.

Принимается во внимание, что доказательства неисправности велосипеда, наличие у ребенка в ушах гарнитуры, оборудования велосипеда сигнальными знаками суду сторонами не представлены, умысла на совершение наезда на истца у ребенка не было, напротив, произошедшее событие повлекло наступление для него неблагоприятных последствий, как физического, так и психологического характера.

Вины истца в произошедшем событии суд не усматривает, каких – либо нарушений с её стороны допущено не было, поскольку она внимательно следила за дорогой, передвигающимися по ней транспортными средствами с целью совершить переход через дорогу. В связи с этим суд находит несостоятельными доводы ответчика, о том, что истец проигнорировала подаваемые велосипедистом сигналы о своем приближении, имела объективную возможность предотвратить наезд.

Оснований для удовлетворения ходатайства ответчика для вызова в судебное заседание и допроса в качестве свидетеля ИДПС ГИБДД ФИО6, который опрашивал истца в рамках проведенной проверки, следовательно, может пояснить о возможности причинения зафиксированной травмы у истца при иных обстоятельствах, не связанных с «наездом велосипедиста», так как сам факт обращения за медицинской помощью произошел лишь в 16-00 08.07.2022, при том, что время рассматриваемого события установлено в 14-40, судом не установлено, поскольку сам факт совершенного наезда на истца ответчик не оспаривает, и показания данного лица не смогут повлиять на заявленное истцом требование.

Оценивая по правилам части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого представленного сторонами доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь этих доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что наезд несовершеннолетним ФИО3 на истца 08.07.2022 действительно имел место. Ответственность за действия несовершеннолетнего, допустившего наезд при управлении велосипедом, должна быть возложена на ответчика. При этом, заявленная истцом сумма компенсации морального вреда 500000 рублей является завышенной, подлежит снижению и взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 200000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд также не усматривает.

Иных требований материально – правового характера на рассмотрение и разрешение суда истцом не заявлено.

В силу требований статьи 88 данного Кодекса судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19. Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей, уплаченная при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично:

взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина Российской Федерации № в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации № компенсацию морального вреда в сумме 200000 (двести тысяч) рублей, расходы на оплату государственной пошлины в сумме 300 (триста) рублей, всего взыскать 200300 (двести тысяч триста) рублей.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга, принявший решение.

Судья Ю.А. Блинова