Дело № 2-55/2025

УИД:60RS0001-01-2024-000903-39

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 июня 2025 года г. Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Васильевой О.Л.,

с участием помощника прокурора Аториной Е.А.,

при секретаре Куликовой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО4 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи», Комитету по здравоохранению Псковской области, о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО4 обратились в суд с иском к ГБУЗ Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи», Комитету по здравоохранению Псковской области, о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО1 и ФИО4, являются соответственно мужем и сыном умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

24.06.2023 ФИО стала жаловаться на плохое самочувствие поздно вечером, около 23 часов 00 минут у неё «схватило сердце».

Были сделаны звонки как на номер «911», так и на номер «112», по результату на вызов ФИО1 была направлена бригада скорой медицинской помощи. Прибывший по адресу вызова фельдшер скорой медицинской помощи, как позднее стало известно ФИО5, был один, в машине его ожидал только водитель.

В ходе первичного осмотра пациента ФИО фельдшер ФИО5, сделав кардиограмму заявил, что ничего не понимает, в связи с чем пациента необходимо везти в больницу для взятия анализа крови и дальнейшего решения вопроса о её госпитализации.

Все это время ФИО жаловалась фельдшеру, что сердце болит невыносимо и просила сделать какой-нибудь укол, облегчить ей страдания. Пациенту фельдшером была сделана инъекция (укол) «Трамадола».

Спустя 10-15 минут после укола ФИО5, сказал, что нет возможности нести пациентку на носилках, а других бригад нет. Супруг пациентки, сам восстанавливавшийся после тройного перелома ноги не мог оказать помощи супруге в транспортировке до автомобиля скорой помощи, в связи с чем фельдшер принял решение, что пациентке самостоятельно придется спускаться с девятого этажа многоквартирного дома.

После того, как пациентка и фельдшер спустились к автомобилю скорой помощи, фельдшер усадил её в основной отсек скорой помощи, при этом сам сел рядом с водителем и машина стала выезжать из двора, через 10-15 секунд раздался крик ФИО, после чего автомобиль остановился, водитель и фельдшер вышли из кабины и открыли основной отсек автомобиля скорой помощи. Через несколько минут, автомобиль скорой медицинской помощи уехал.

Указанные события произошли в 01 час 45 мин. Телефон ФИО в эту ночь не отвечал, под утро стало известно о её смерти.

После смерти ФИО., её супруг ФИО1 обратился с письмом от 28.08.2023 в филиал АО «МАКС-М», в ответе на которое указано что филиалом проведена экспертиза качества оказанной медицинской помощи ФИО ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в условиях ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» 24.06.2023.

По результатам экспертизы качества медицинской помощи, выявлены дефекты в оказании медицинской помощи: не выполнены показанные исследования (повторная регистрация ЭКГ и ЭКГ-мониторирование, не назначено показанное лечение, что привело к ухудшению состояния здоровья пациентки).

Истцы не согласны, что дефекты в оказании медицинской помощи привели к ухудшению состояния здоровья пациентки. По мнению истцов, указанные действия в совокупности с бездействием работника бригады скорой медицинской помощи ФИО5 привели к смерти пациента.

В Медицинском свидетельстве о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинским экспертом указаны причины смерти: <данные изъяты>

Истцы считают, что смерть ФИО наступила вследствие допущенных фельдшером скорой помощи дефектов оказания медицинской помощи, выразившихся в неправильном установлении диагноза заболевания, некачественном выполнении пациенту диагностических мероприятий, не установление причины (причин) боли в области сердца, неверно избранном методе лечения и способе транспортировки пациента в автомобиль скорой помощи.

Смертью супруги, матери, произошедшей по вине работника скорой медицинской помощи, вследствие оказания медицинской помощи ненадлежащего качества истцам были причинены тяжелые нравственные страдания, выразившиеся в том числе не только в психических переживаниях, но и физических страданиях.

В силу жизненных обстоятельств, до своей смерти ФИО продолжительное время была единственным трудоспособным членом семьи – супруг ФИО1 получил тройной перелом ноги, долгое время проходил лечение, а в последствие восстановление после травмы; сын - ФИО4 является с 2022 года студентом Псков ГУ института физико-математических наук и информационных технологий. Невосполнима утрата как матери, так и супруги. До сих пор истцы находятся в стрессовом состоянии, не могут смириться со скоропостижной смертью ФИО

Истцы полагают, что моральный вред должен быть компенсирован работодателем медицинского работника, оказавшего некачественную медицинскую помощь, полагают, что лично им, в связи с некачественным оказанием помощи пациентке (супруге и матери истцов) причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу состояния здоровья и последующей смерти близкого человека. Виновными действиями (бездействиями) сотрудника ответчика нарушено право истцов на семейную жизнь (личное неимущественное право), что привело к причинению истцам нравственных страданий (морального вреда).

На основании изложенного истцы просят взыскать с ГБУЗ ПО «Псковская станция скорой медицинской помощи» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб., в пользу ФИО4 – 3 000 000 руб.

Истец ФИО1 в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, воспользовался правом на участие в деле через представителя. Ранее в судебном заседании поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Указал, что с 24 на 25 июня 2023 его супруге ФИО стало плохо с сердцем. Он вызвал скорую помощь. На вызов приехал фельдшер, как он позднее узнал ФИО5, и водитель. В квартиру поднялся только фельдшер, при этом он забыл в машине аппарат ЭКГ, за которым истец спускался самостоятельно. Фельдшер опросил супругу, сделал ЭКГ, сказал, что ничего не понимает и что супругу необходимо везти в больницу. Фельдшер сделал укол, они подождали минут 10. Истец интересовался у фельдшера как он понесет супругу, так как он помочь не может из-за недавнего перелома ноги. Фельдшер сказал, что он нести не может так как устал, также указал, что водителя он тоже вызвать не может, поскольку он не может покинуть машину. После того как были собраны необходимые вещи, они стали спускаться вниз, лифт не работал, а живут они на 9 этаже. Истец спустился до 7 этажа, а дальше супруга спускалась одна, фельдшер ушел вперед. Истец вышел на балкон, окна выходят во двор и видно было как из подъезда вышел фельдшер, потом его супруга. ФИО5 открыл дверь в машину, его супруга залезла внутрь, ФИО5 закрыл дверь и сел вперед к водителю. Когда машина отъезжала он услышал страшный крик, после чего машина остановилась, ФИО5 вышел, залез в основной отсек, туда же побежал водитель, затем они сразу пересели вперед, включили мигалку и поехали. Около 03 часов ночи он узнал, что супруга умерла. Также пояснил, что все это время он был постоянно на связи с сыном. Пояснил, что он прожил с супругой 23 года, одной семьей, у них общий сын, также у супруги есть дочь, которую он воспитывал с 4 лет. Смерть супруги для него невосполнимая утрата, она ему снится по настоящее время, он не может смириться, постоянно думает о ней. Был вынужден обращаться к врачам, принимать лекарственные препараты.

Истец ФИО4 в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, воспользовался правом на участие в деле через представителя. Ранее в судебном заседании поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске. Указал, что 24.06.2023 около 23.00 ему на телефон позвонил отец, сказал что маме плохо, что будет вызывать скорую помощь. Через какое то время он позвонил отцу, который пояснил, что приехал врач, осматривает маму. Затем отец сказал, что мама с врачом пошли в машину скорой помощи. После того как маму забрали, они не могли до не дозвониться, отец, он и его сестра стали звонить в больницы, куда могли отвезти маму. Примерно в 03 часа ночи им стало известно что мама умерла. Также пояснил, что в настоящее время он обучается в г. Псков, домой ездит раз, два в месяц, раньше ездил чаще. Отношения с мамой были теплыми, доверительными. Он по настоящее время переживает потерю, принимает успокоительные препараты. Отец также не отошел от произошедшего, не может смириться с утратой.

В судебном заседании представитель истцов ФИО2 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в иске. Указала, что транспортировка ФИО из квартиры в машину скорой помощи производилась без использования носилок, пациентка самостоятельно спускалась с 9 этажа, так как лифт не работал, что в том числе привело к летальному исходу.

Представитель ответчика ГБУЗ Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи» при надлежащем извещении в судебное заседание не явился. Участвуя ранее в судебном заседании с иском не согласился, по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск. Полагала что причинно-следственная связь между выявленными дефектами медицинской помощи и смертью ФИО отсутствует.

Представитель ответчика Комитета по здравоохранению в Псковской области при надлежащем извещении в судебное заседание не явился. Участвуя ранее в судебном заседании с иском не согласился, по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Третьи лицо ФИО5 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился.

Третье лицо ФИО6 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился.

Представитель третьего лица АО "Медицинская акционерная страховая компания" филиал АО "МАКС-М" в г. Пскове при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, в письменном заявлении ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствии представителя.

Представитель третьего лица Правительства Псковской области при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв на иск.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению с уменьшением размера компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарнопротивоэнидемического (профилактического), характера, осуществляемы органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными" лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания, медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

На основании пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда (Статья 1101 Гражданского кодекса РФ).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (действовавшему на период спорных правоотношений) суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 24.06.2023 в 23:55 в ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» поступил вызов скорой помощи по адресу: <адрес> Повод к вызову: плохо с сердцем.

На данный вызов была направлена бригада скорой медицинской помощи в составе фельдшера ФИО5, который принят на работу в ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» на должность фельдшера скорой медицинской помощи Приказом № № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 179), с ним заключен трудовой договор (т. 1 л.д. 180-183), и водителя автомобиля ФИО6, который принят на работу в ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» на должность водителя скорой медицинской помощи Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 184), с ним заключен трудовой договор (т. 1 л.д. 185-186).

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи № (396) от 24.06.2023 (т. 1 л.д. 74) пациентке ФИО ДД.ММ.ГГГГ года рождения, установлен диагноз: ОКС <данные изъяты>.

Жалобы: на боли в груди сжимающего характера, ухудшение состояния около 3-х дней, боли то появятся, то отпустят. Больная никуда не обращалась. Самостоятельно принимала каптоприл, лизоноприл.

В анамнезе: <данные изъяты>

Локальный статус: во время транспортировки в 00:33 зафиксирована остановка дыхания, отсутствие пульсации на сонных артериях прекращение сердечной деятельности. В 00:33 ЭКГ-фибрилляция желудочков. Начаты реанимационные мероприятия. 01:12 окончание реанимационных мероприятий, констатация биологической смерти.

Оказанная помощь: внутривенная инъекция, катетеризация вены, носилки, пульсоксиметр, спрей, таблетки, термометрия, тонометр, ЭКГ, воздуховод, дифибриллятор, ЗМС, ИВЛ аппарат, медицинская эвакуация, мониторирование.

Также в карте отражено время приема вызова – 23:55, время передачи вызова 23:55, прибытие на вызов 00:03, окончание вызова 01:59.

ФИО умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17).

Согласно медицинскому свидетельству о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ причины смерти: <данные изъяты> (т. 1 л.д. 82).

В акте № судебно-медицинского исследования трупа ФИО (исследование начато ДД.ММ.ГГГГ, окончено ДД.ММ.ГГГГ) сделан вывод о том, что смерть ФИО наступила вследствие одной из форм хронической ишемической болезни сердца (атеросклеротической болезни) на фоне артериальной гипертензии, осложнившейся развитием острой левожелудочковой недостаточности, приведшей к развитию отека легких (т. 1 л.д. 140-141).

Из должностной инструкции водителя автомобиля скорой медицинской помощи ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» следует, что в должностные обязанности водителя входит в том числе обеспечение в месте с фельдшером переноски, погрузки и разгрузки больных и пострадавших при их транспортировке, оказание помощи врачу и фельдшеру при иммобилизации конечностей пострадавших и наложении жгутов и повязок, перенос и подключение медицинской аппаратуры (пункт 3.5) (т. 1 л.д. 175-177).

Согласно письменным пояснениям ФИО6 от 21.07.2023, данным Главному врачу ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи», последний указывал, что 24.06.2023 в 23:56 он с фельдшером ФИО5 выехали по адресу: <адрес>. По приезду ФИО5 ушел на вызов. Спустя некоторое время пришел мужчина за аппаратом ЭКГ. Через небольшой промежуток времени этот мужчина пришел за ним и носилками. Они поднялись на 8 или 9 этаж, зашли в квартиру, женщина лежала на кровати. Они переложили ее на носилки и начали транспортировку в машину. Спустились до машины, закатили носилки, после он сел за руль. Фельдшер положил планшет на переднее сидение и сел к больной. После чего он поставил капельницу и они с включенными проблесковыми маячками и звуковой сиреной поехали. После приезда фельдшер позвал его помочь ему в реанимации больной. Через какое то время фельдшер отправил его в приемный покой за врачом реаниматологом, так как тот долго шел. Пришел врач реаниматолог через какое то время и сказал, что реанимацию нужно прекратить. Была вызвана полиция, после приезда полиции был составлен протокол. После составления протокола женщина была доставлена в морг (т. 1 л.д. 75).

Приказом от № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО6 расторгнут (т. 1 л.д. 194).

Согласно письменным пояснениям ФИО5 от 20.07.2023, данным Главному врачу ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи», последний указывал, что 24.06.2023 в 23:55 поступил вызов к ФИО с поводом к вызову «плохо с сердцем». По прибытии на место вызова в 00:30 по адресу: <адрес>, больная была в сознании, адекватная, лежала на кровати и самостоятельно отвечала на вопросы. Предъявляла жалобы на боли в грудной клетке сжимающего характера. Ухудшение общего состояния около трех дней. Никуда не обращалась. Лечилась самостоятельно, принимала каптоприл, лизиноприл. Был поставлен диагноз ОКС с подъемом St. Начал оказывать помощь. После того как состояние стабилизировалось, им был приглашен водитель с носилками и они начали транспортировку к машине (9 этаж, лифт не работал). На его просьбу мужу в помощи с транспортировкой, получил отказ. После помещения больной в автомобиль, он сообщил диспетчеру, что больную необходимо госпитализировать. В 00:30 они поехали в больницу. Во время транспортировки он контролировал состояние пациентки. В 00:33 у больной произошла остановка дыхания, отсутствие пульсации на крупных сосудах. Начал реанимационные мероприятия, в оказание реанимации помогал водитель. Дежурный врач вышел после 25 минут реанимации. В 01:12 окончание реанимации, констатация биологической смерти, после чего позвонил диспетчеру и сообщил о смерти (т. 1 л.д. 76-78).

Приказом от № от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО5 расторгнут (т. 1 л.д. 193).

Из протокола № заседания ВК ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» от 25.07.2023» следует, что комиссия считает, что выявленные дефекты оформления документации не повлияли на исход заболевания ФИО., медицинская помощь оказана в полном объеме и своевременно. Смерть ФИО наступила в следствие острой сердечной недостаточности. Заявленное вымогательство денег у родственников пациентки и самостоятельный спуск пациентки с 9-го этажа до автомобиля невозможно опровергнуть врачебной комиссией (т. 1 л.д. 69-70).

Согласно выводам экспертного заключения Филиала АО «МАКС-М» в г. Пскове от 05.09.2023 № обращение за медицинской помощью в СМП связано с прогрессирующим ухудшением в состоянии пациентки 51 года. При прибытии бригады СМП состояние пациентки расценено как острый коронарный синдром, в связи с чем оказывалась медицинская помощь, выполнялась медицинская эвакуация в стационар, в ходе которой состояние пациентки скоротечно ухудшилось с развитием клинической смерти, в связи с чем выполнялись мероприятия по проведению расширенной сердечно-легочной реанимации и прекращенной впоследствии в силу ее безуспешности.

Медицинская помощь не соответствует Порядку по профилю «Скорая медицинская помощь», утвержденному приказом Минздрава России от 20.06.2013 № 388н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи», в т.ч. п. 15 Приложение № 2 («Выездная бригада скорой медицинской помощи оказывает скорую, в том числе скорую специализированную, медицинскую помощь, включая установление ведущего синдрома и предварительного диагноза заболевания (состояния), осуществление мероприятий, способствующих стабилизации или улучшению клинического состояния пациента»).

Выявлены нарушения по пункту Перечня оснований для отказа в оплате медицинской помощи (уменьшения оплаты медицинской помощи), утвержденного приказом МЗ РФ № 231н от 19.03.2021:

3.2.1. «Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий: не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица»: бригада СМП укомплектована одним медицинским работником; не выполнены показанные инструментальные исследования; не назначена показанная лекарственная терапия.

3.2.2. «Невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий: приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства, в установленных законодательством Российской Федерации случаях)»; проведение сердечно-легочной реанимации прекращено преждевременно.

Обстоятельств, позволяющих достоверно и с уверенностью судить о наличии причинно-следственных связей наступившего летального исхода с процессом оказания медицинской помощи, не установлено.

Наиболее значимые нарушения/дефекты, повлиявшие на исход заболевания: проведение сердечно-легочной реанимации прекращено преждевременно (т. 1 л.д. 131-136).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 показал, что истец и его супруга живут в соседней квартире на одной лестничной клетке. Знает, что у них есть сын Павел. В ночь с 24 на 25 июня 2023 года он был дома, хотел выйти на балкон, зашел в коридор и услышал какие-то шорохи на лестничной площадке. В глазок увидел как из квартиры соседей выходит фельдшер, так как он был в синей форме и с медицинским чемоданчиком, и соседка, следом сосед. Время было около 23.50, лифт уже не работал. Он видел как первым вышел врач, который сразу начал спускаться, за ним соседка, потом сосед тоже начали спускаться вниз. Через несколько дней к нему постучался сосед, сказал, что его жена умерла, спросил не видел ли он чего-нибудь в тот день, он рассказал о том, что видел их.

Оснований не доверять показаниям свидетеля суд не усматривает, данных. о какой либо заинтересованности свидетеля в исходе дела не имеется. Показания свидетеля согласуются с показаниями стороны истца.

При этом к представленным письменным пояснениям ФИО5 и ФИО6 суд относится критически, и полагает, что они направлены на попытку уйти от ответственности.

Таким образом суд приходит к выводу, что факт самостоятельного спуска ФИО (10 лестничных пролетов) до машины скорой помощи установлен.

Доказательств обратного стороной ответчиков в нарушение положения ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Определением суда от 03.09.2024 по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».

Согласно выводам заключения экспертов АНО «СИНЕО» № от 03.04.2025:

Наступление смерти ФИО ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ, причинно связано с острым нарушением кровообращения в сердечной мышце, о чем свидетельствуют клинические и анамнестические данные, а также поражение артериальных сосудов сердца в виде атеросклероза (IV стадия, стеноз сосудов на 90% диаметра).

С учетом наличия противоречивой информации, касающейся оказания медицинской помощи и до перемещения пациентки в автомобиль, допустимо усматривать недостатки оказания медицинской помощи сотрудником ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» со стороны фельдшера, который не передавал данные с места вызова в отношении состояния пациентки с острым коронарным синдромом диспетчеру или в отдел круглосуточной консультативно-диагностической помощи регионального сосудистого центра (при наличии такой возможности) для определения тактики по оказанию медицинской помощи пациентке, например, проводить или не проводить тромболитическую терапию на догоспитальном этапе, а также по другим вопросам в отношении: эффективности обезболивания и примененных лечебных мероприятий для оценки состояния пациентки перед транспортировкой в автомобиль, при возможности оценить необходимость вызова специализированной лечебной кардиологической бригады на себя или после консультации подготовить пациентку к транспортировке в лечебное учреждение и т.д.

Выявленные недостатки оказания медицинской помощи не позволили снизить риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с прогрессированием острого коронарного синдрома. Поскольку вероятностные события в медицине являются трудно прогнозируемыми и учитывая короткий интервал времени (около 30 мин) между установлением диагноза и временем выявления остановки дыхания и сердцебиения в машине скорой помощи не представляется возможным экспертной комиссии установить причинную связь между наступлением смерти ФИО и недостатками оказания медицинской помощи.

Выявленные недостатки оказания медицинской помощи не позволили снизить риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с прогрессированием острого коронарного синдрома. Оценить экспертным путем имело ли место влияние недостатков оказания медицинской помощи на ухудшение состояния здоровья и наступление смерти не представляется возможным.

У фельдшера ФИО5 была обязанность оказывать медицинскую помощь исходя из установленной клинической картины и в соответствии с выставленным диагнозом - <данные изъяты>, а также принимать во внимание существующие организационные аспекты в маршрутизации пациентов с острым коронарным синдромом в специализированное медицинское учреждение, в том числе, где имеется хирургическое сердечно-сосудистое отделение и организовано круглосуточное оказание хирургической помощи.

В отсутствии недостатков медицинской помощи не представляется возможным экспертным путем оценить и объективно ответить на вопрос о дальнейшем развитии острого коронарного синдрома и предотвращении смерти пациентки ФИО Допустимо суждение о том, что недостатки оказания медицинской помощи не позволили снизить риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с прогрессированием острого коронарного синдрома.

Медицинская помощь, оказанная ФИО., не соответствовала ее состоянию здоровья и выставленному диагнозу, поскольку предпринятые меры медицинским работником не были достаточными.

Факт самостоятельного спуска ФИО с 9 этажа (10 лестничных пролетов) до машины скорой помощи мог повлиять на ее состояние здоровья, в том числе при установленных диагнозах, поскольку из-за физической нагрузки повышалась потребность миокарда в кровоснабжении, что в свою очередь могло усугубить гипоксическое повреждение сердечной мышцы.

Имеются основания считать, что не были выполнены все необходимые меры пациентке с острым коронарным синдромом. Следовательно, усматриваются нарушения требований порядка оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи медицинских технологий пациентам с острым коронарным синдромом.

При этом необходимо отметить, что в соответствии с законодательством (ст. 62, ст. 64 ФЗ от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ) решение вопросов, касающихся организации медицинской помощи и ее соответствия стандартам, порядкам и другим регламентным документам возлагается на экспертизы качества медицинской помощи.

Необращение за медицинской помощью (около трех дней, в течение которых боли в груди, то появлялись, то отпускали, самостоятельный прием каптоприла, лизиноприла (т. 1 л.д. 74) могло отсрочить оказание медицинской помощи по профилю сердечно-сосудистых заболеваний в случае установления такой необходимости и тем самым оказать негативное влияние на состояние здоровья ФИО из-за прогрессирования ишемической болезни сердца.

Суд принимает вышеуказанное заключение в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку заключение подробно, мотивированно, обоснованно, согласуется с материалами дела, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, ввиду чего основания не доверять выводам экспертизы у суда отсутствуют.

Каких-либо доводов о несогласии с выводами экспертного заключения стороной ответчика не приведено. Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Принимая во внимание результаты указанной экспертизы, оценив ее по правилам ст. 67 ГПК РФ в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу о том, что при оказании медицинской помощи ФИО ответчиком ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» были допущены нарушения оказания медицинской помощи, которые не позволили снизить риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с прогрессированием острого коронарного синдрома, не были выполнены все необходимые меры пациентке с острым коронарным синдромом.

Кроме того материалами дела подтверждается, что фельдшером ФИО5 неверно выбрана тактика лечения, не проведены все необходимые действия для оценки состояния пациентки, эффективности обезболивания и примененных лечебных мероприятий и возможности ее транспортировки в медицинское учреждение, а также установлен факт самостоятельного спуска ФИО с 9 этажа (10 лестничных пролетов) до машины скорой помощи, который мог повлиять на ее состояние здоровья, в том числе при установленных диагнозах, поскольку из-за физической нагрузки повышалась потребность миокарда в кровоснабжении, что в свою очередь могло усугубить гипоксическое повреждение сердечной мышцы.

Также суд принимает во внимание выводы экспертного заключения Филиала АО «МАКС-М» в г. Пскове о том, что проведение сердечно-легочной реанимации прекращено преждевременно.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что имеется наличие причинно-следственной связи между некачественным оказанием медицинской помощи, связанным в том числе с не проведением всех необходимых действия для оценки состояния пациентки, эффективности обезболивания и примененных лечебных мероприятий, оценки состояния пациентки и возможности ее транспортировки, самостоятельным спуском ФИО с 9 этажа (10 лестничных пролетов) до машины скорой помощи и преждевременным прекращением проведения сердечно-легочной реанимации, с наступлением смерти ФИО., следовательно требования истцов о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованным и подлежат удовлетворению.

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК Российской Федерации доказательств, указывающих на отсутствие виновных действий (бездействия) со стороны ГБУЗ «Псковская станция скорой медицинской помощи» стороной ответчика не представлено.

При изложенных обстоятельствах, размер компенсации морального вреда суд определяет с учетом степени вины ответчика, халатно отнесшегося к оказанию медицинской помощи, допустившем нарушения при оказании медицинской помощи, наступление в результате данных действий и бездействия, противоречащих принципам оказания медицинской помощи, - тяжких последствий в виде смерти человека.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание, тяжесть нравственных страданий и эмоциональных переживаний, испытанных истцами в связи со смертью супруги и матери, обращения истцов за медицинской помощью, необходимость приема лекарственных препаратов (успокоительные средства), что подтверждено представленными медицинскими справками.

Суд учитывает, что истец ФИО1 более 23 лет проживал совместно с супругой, имел доверительные отношения, родственную и духовную связь, для которого супруга имела большую значимость в его жизни.

Истец ФИО4 в настоящее время является студентом, до поступления в институт проживал с родителями одной семьей, имел близкие, доверительные отношения с матерью.

Таким образом вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО1, ФИО4 и ФИО при жизни последней, находились в тесных семейных взаимоотношениях, поэтому потеря супруги и матери, безусловно, подразумевает наличие нравственных страданий истцов, является необратимым обстоятельством, нарушающим их психическое благополучие, а также нарушает неимущественное право истцов на семейные связи.

Приняв во внимание изложенное, требования разумности и справедливости, степень вины причинителя вреда, характер нравственных страданий истцов в связи со смертью матери и супруги, суд полагает, что взысканию с ответчика ГБУЗ ПО «Псковская станция скорой медицинской помощи» подлежит компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого истца.

Федеральный закон от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ними учредитель - публичный собственник, участвуют в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

Абзацем первым ч. 5 ст. 123.22 ГК РФ предусмотрено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

Согласно абзацу второму ч. 5 ст. 123.22 ГК РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения, но только по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.

В соответствии с Уставом ГБУЗ ПО «Псковская станция скорой медицинской помощи» учредителем учреждения и собственником его имущества является Псковская область, от имени которой, в соответствии со ст. 125 ГК РФ, выступают соответствующие органы государственной власти в рамках своей компетенции, а именно Комитет по здравоохранению Псковской области и Комитет по управлению государственным имуществом Псковской области.

Гражданским законодательством РФ установлено, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением особо ценного движимого имущества, а также недвижимого имущества. Собственник имущества учреждения не несет ответственности по обязательствам учреждения.

Единственным исключением из данного положения является норма о субсидиарной ответственности собственника имущества учреждения по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание.

В соответствии с пунктами 3.1.29, 3.1.30 Положения о Комитете по здравоохранению Псковской области, утвержденного постановлением Администрации Псковской области от 02.10.2009 № 375 следует, что именно Комитет по Здравоохранению Псковской области осуществляет функции и полномочия учредителе государственных организаций области, подведомственных Комитету, утверждает их уставы, ликвидирует филиалы указанных организаций, осуществляет функции главной распорядителя и получателя средств областного бюджета, предусмотренных на его содержание и реализацию возложенных на него полномочий, в пределах бюджетных ассигнований.

Тогда как Комитет по управлению государственным имуществом Псковской области является исключительно органом по управлению и распоряжению имущество Псковской области, осуществляет полномочия собственника учреждения, причем указанные полномочия касаются закрепления, изъятия имущества, согласования сделок с имуществом, при этом Комитет по управлению государственным имуществом Псковской области не осуществляет финансирования Учреждения и не несет ответственности по его обязательствам. А именно, осуществляет в соответствии с законодательством правомочия собственника в отношении имущества учреждений области; осуществляет юридически значимые действия по передаче имущества в оперативное управление, закрепляет имущество области в оперативное управление учреждений; в установленном порядке осуществляет совместно с учреждением сдачу в аренду, в возмездное пользование, осуществляет списание закрепленного за ним имущества и т.д. (пункты 3.1.1, 3.1.13, 3.1.16, 3.1.17 Положения о Комитете по управлению государственным имуществом Псковской области, утвержденного постановлением Администрации Псковской области от 17.08.2009 №306).

Таким образом, из анализа вышеприведенных документов следует, что именно Псковская область в лице Комитета по здравоохранению Псковской области, реализуя полномочия учредителя и собственника (субъекта Российской Федерации Псковская область) в случае недостаточности денежных средств юридического лица, несет субсидиарную ответственность по обязательствам о возмещении вреда.

В этой связи в случае недостаточности денежных средств ГБУЗ ПО «Псковская станция скорой медицинской помощи» субсидиарную ответственность по обязательствам ГБУЗ ПО «Псковская станция скорой медицинской помощи» перед истцами, возникшими на основании настоящего судебного акта, следует возложить на Псковскую область в лице Комитета по здравоохранению Псковской области.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Таким образом, на основании п. 3 ч.1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика в бюджет муниципального образования «Город Псков» подлежит взысканию государственная пошлина в общей сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО4 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи», Комитету по здравоохранению Псковской области, о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи» (ИНН №, ОГРН №), в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи» (ИНН №, ОГРН №), в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт №) компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 (один миллион) рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи» (ИНН №, ОГРН №), в доход бюджета муниципального образования «Город Псков» государственную пошлину в размере 300 рублей.

При недостаточности имущества ГБУЗ Псковской области «Псковская станция скорой медицинской помощи», на которое может быть обращено взыскание субсидиарную ответственность возложить на Псковскую область в лице Комитета по здравоохранению Псковской области (ОГРН №).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Псковский городской суд, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.Л. Васильева

Мотивированное решение изготовлено 14 июля 2025 года.