РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
26 апреля 2023 года город Тула
Зареченский районный суд города Тулы в составе:
председательствующего Реуковой И.А.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Васильчевой О.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-143/2023 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения,
установил:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о признании недействительным договора дарения нежилых помещений и доли в праве на земельный участок б/н от ДД.ММ.ГГГГ на долю в размере 35/86 в праве общей долевой собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административное здание, общей площадью 995 кв.м, адрес (местонахождение) объекта: <адрес>, кадастровый №, нежилые помещения с номерами комнат на поэтажном плане №1,1 этаж; № 4, 2 этаж, лит. АЗ; № 1,2, 1 этаж, лит. А4, общей площадью 128,30 кв.м, с навесами лит. al, а2, расположенные по адресу: <адрес>; нежилые помещения с номерами комнат на поэтажном плане № 1-6, мансардный этаж; 1-15,2 этаж, общей площадью 254,80 кв.м, лит. А, расположенные по адресу: <адрес>.
В обоснование заявленных требований указал, что заключая договор дарения с внучкой ФИО2, он находился под влиянием негативных обстоятельств, в отношении него было возбуждено уголовное дело, которое в настоящее время прекращено, но в тот период он опасался возникновения каких-либо недоразумений и в силу юридической некомпетентности, не понимая всю правовую природу договора дарения, полагаясь на близкие, родственные отношения с дочкой и внучкой, он заключил несколько договоров дарения всего своего недвижимого имущества на ФИО2 Тем не менее, ни ФИО2, ни он (ФИО1) не собирались исполнять договоры дарения, вследствие чего никакие правовые последствия по сделкам не наступили.
Так же указал, что договоры реально не исполнялись, фактической передачи объекта в собственность ответчика не произошло, он (ФИО1) продолжает управлять имуществом, а так же несет все расходы по содержанию имущества.
В этой связи, полагая договор дарения мнимой сделкой, ФИО1 просил признать недействительной сделкой договор дарения нежилых помещений, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный между сторонами ДД.ММ.ГГГГ и применить последствия недействительности сделки и привести все в первоначальное положение, возвратив в его собственность недвижимое имущество.
Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, об отложении судебного разбирательства не просил. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив, что в 2014 году в отношении него было возбуждено уголовное дело, в связи с этим он принял решение переписать свое имущество на внучку ФИО2, при этом первоначально хотел переписать свое имущество на дочь ФИО21, но у нее были проблемы с кредиторами мужа. В июле 2014 года он взял паспорт у ФИО2 и отнес его в ТОРЦ, где был составлен договор дарения между ним и ФИО2 После его подписания сторонами, договор им был отдан на регистрацию в ТОРЦ. Он был согласен с условиями, изложенными в договоре дарения, о чем сообщил сотруднику регистрационного центра, в день его передачи на регистрацию, а именно ДД.ММ.ГГГГ. До весны 2022 года отношения с внучкой были нормальными, дарил ей дорогие подарки, устраивал праздники. После заключения договора дарения, ФИО2 сразу выдала ему генеральную доверенность с правом распоряжения всем имуществом. В 2015 году уголовное дело в отношении него было прекращено. Все это время он управлял своим имуществом. Все договоры аренды нежилых помещений были заключены с ним, и арендаторы отдавали ему арендную плату. До 2020 года он собирал деньги с арендаторов и передавал дочери ФИО21 для оплаты жилищно-коммунальных услуг. После скандала с дочерью ФИО21 в 2022 году, арендаторы по просьбе ФИО21 перестали выплачивать ему арендную плату. Помимо этого, ФИО2 подала в Центральный районный суд г. Тулы исковое заявление о снятии его с регистрационного учета из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Из-за того, что ФИО2 обратилась в Центральный районный суд г. Тулы, он решил вернуть себе все подаренное имущество, в связи с чем обратился в Зареченский районный суд г. Тулы о признании договора дарения недействительным. Поскольку договор дарения является фиктивным, просил исковые требования удовлетворить.
Представитель истица по доверенности ФИО3 в судебном заседании просил исковые требования удовлетворить, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что мотивом для обращения в суд с настоящим иском стало то, что его доверителя стали выгонять из собственного дома в <адрес>. Считает, что договор дарения является ничтожной сделкой, так как фактически сторонами не исполнялся, в связи с чем срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не распространяется. ФИО1 не был лишен владения, управления и распоряжения спорным имуществом, так как на его имя была выдана доверенность от имени ФИО2 Полагает, что ФИО2 знала и понимала, что все указанное имущество являлось имуществом ФИО1, и она не предполагала владеть, пользоваться и распоряжаться переоформленными на нее объектами недвижимости. Также пояснил, что в настоящее время в Центральном районном суде г. Тулы и в Ленинском районном суде Тульской области рассматриваются иски ФИО1 к ФИО2 о признании договоров дарения на другие объекты недвижимости недействительными.
Ответчица ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения извещена своевременно и надлежащим образом, о причинах не явки не уведомила, представила заявление с просьбой о рассмотрение дела в ее отсутствие, уполномочив представлять свои интересы в суде по ордеру адвоката Митракову С.Н. и по доверенности Садыкова Т.Э.
В судебном заседании представители ответчика ФИО2 по ордеру адвокат Митракова С.Н. и Садыков Т.Э., действующий на основании доверенности, с исковыми требованиями не согласились, ссылаясь на то, что договор дарения был исполнен, поскольку оформлен и зарегистрирован надлежащим образом. ФИО2 приняла дар и всегда считала себя собственником имущества, а сделку -действительной. Она как собственник нежилых помещений, заключает договоры аренды на нежилые помещения, собирает арендную плату, оплачивает коммунальные услуги, участвует в ремонте и содержании общего имущества с другими собственниками здания, то есть несет бремя содержания собственности. ФИО1 с 2014 года не принимает участия в несении расходов на содержание имущества. Доверенность выдавалась ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, почти через два года после заключения договора дарения. Данная доверенность была выдана для помощи ФИО2 по переоформлению на ее имя договоров по коммунальным платежам, в том числе и по другим объектам недвижимости, расположенных в Центральном и Ленинском районах г. Тулы, а также для представление ее интересов как собственника в судах по узаконению нежилых помещений в реконструированном состоянии, расположенных по <адрес>, поскольку ФИО2 в момент оформления доверенности обучалась на очном отделении университета и была ограничена во времени. При этом ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 было подано заявление в регистрационной центр об ограничении полномочий ФИО1 по заключению сделок с недвижимостью без ее участия. В 2020 году она как собственник квартир по <адрес> заключила договоры купли –продажи на данные объекты недвижимости, несмотря на то, что квартиры были указаны в доверенности. До настоящего времени ФИО1 договоры дарения, купли-продажи на квартиры расположенные по адресу <адрес> не оспорены. Считают, что истцом пропущен срок исковой давности, который просили применить и отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требованиях.
Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте проведения которого извещался своевременно и надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что он является собственником части нежилых помещений, расположенных на первом этаже здания по адресу: <адрес>, также сособственниками данного здания являются ФИО2 и ФИО5 Ранее нежилые помещения, собственником которых является ФИО2, был ФИО1 Последние 8-10 лет все вопросы, связанные в эксплуатацией здания и содержания земельного участка он (ФИО4) решает с ФИО21, которая является матерью ФИО2 и представляет ее интересы. Исковые требования ФИО1 просил разрешить на усмотрение суда.
Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте проведения которого извещалась своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания либо о рассмотрении дела в свое отсутствие не просила.
Представитель третьего лица ФИО5 по доверенности ФИО6 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте проведения которого извещался своевременно и надлежащим образом. Ранее в судебном заседании пояснил, что его довертель ФИО5 является собственником части нежилых помещений, расположенных на первом этаже здания по адресу: <адрес>. Все вопросы по содержанию здания и земельного участка он решает с ФИО21, так как ФИО1, быший собственник, самоустранился от решения этих вопросов не менее 8 лет назад, сказав ему, что «все, я здесь больше не хозяин, подарил внучке и дочке, теперь все решает внучка». Именно ФИО21, мать ФИО2, решала вопросы по оплате работ, связанных с канализацией, водоснабжением, ремонтом тротуара и пр. При разрешении спора полагался на усмотрение суда.
Третье лицо Управление Росреестра по Тульской области явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, о дате, времени и месте проведения которого извещалось своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания либо о рассмотрении дела в свое отсутствие представителя не просило.
Третье лицо министерство имущественных и земельных отношений по Тульской области явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, о дате, времени и месте проведения которого извещалось своевременно и надлежащим образом, об отложении судебного заседания либо о рассмотрении дела в свое отсутствие представителя не просило.
В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Заслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам. В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии с пунктом 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения. В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарил своей внучке ФИО2 нежилые помещения и доли в праве на земельный участок б/н от ДД.ММ.ГГГГ, а именно на долю в размере 35/86 в праве общей долевой собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административное здание, общей площадью 995 кв.м, адрес (местонахождение) объекта: <адрес>, кадастровый №, нежилые помещения с номерами комнат на поэтажном плане №1,1 этаж; № 4, 2 этаж, лит. АЗ; № 1,2, 1 этаж, лит. А4, общей площадью 128,30 кв.м, с навесами лит. al, а2; нежилые помещения с номерами комнат на поэтажном плане № 1-6, мансардный этаж; 1-15,2 этаж, общей площадью 254,80 кв.м, лит. А, что подтверждается договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.13-14).
Указанный договор дарения подписан сторонами сделки, что не оспаривалось сторонами в судебном заседании при рассмотрении дела. Договор дарения был зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ.
Обращаясь в суд с исковыми требованиями, ФИО1, в обоснование требований о мнимости сделки дарения спорного имущества от ДД.ММ.ГГГГ, приводит доводы о совершении сделки с целью избежать возникновения каких-либо недоразумений в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела в 2014 году и проведенного обыска, без намерения создать правовые последствия, о том, что ФИО2 фактически не вступала во владение нежилыми помещениями и земельным участком, в силу чего сделка недействительна.
В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Из изложенного следует, что стороны мнимой сделки не намерены ее исполнять или требовать ее исполнения.
Обязанность доказать мнимость сделки лежит на лице, заявившем иск о мнимости сделки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В подтверждение доводов истца судом по его ходатайству допрошены свидетели ФИО11, Свидетель №1, ФИО12, ФИО13, ФИО14
Так, допрошенная в ходе рассмотрения свидетель ФИО11 пояснила, что в период нахождения ФИО1 под домашним арестом она, по его поручению, собирала деньги с арендаторов, включала котел и следила за давлением в нем. У нее с ФИО1 были заключены договоры аренды нежилых помещений, а она сдавала эти помещения в субаренду, арендную плату передавала ФИО1 В 2014 году ФИО1 в связи с уголовным делом подарил нежилые помещения своей внучке ФИО2 После чего она с последней перезаключила договоры аренды нежилых помещений и также сдавала их в субаренду. До настоящего времени ФИО1, считая договор дарения фиктивным, «не перезаключал» его, так как у него был долг тридцать два миллиона рублей.
Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании пояснил, что в период с 2017 года по 2021 год ЧОП «<данные изъяты>», сотрудником которого он являлся, по договору субаренды с ИП ФИО11 занимало три комнаты в здании по адресу: <адрес>, арендную плату перечисляло путем безналичного расчета, дополнительной оплаты за жилищно-коммунальные услуги не несло.
Свидетель ФИО12 в судебном заседании пояснил, что в период с 2018 по 2019 год он по устной договоренности с ФИО1 арендовал одну комнату в здании по адресу: <адрес>, в которой занимался ремонтом обуви и изготовлением ключей. Договора аренды они не заключали, ежемесячно пять тысяч рублей он передал наличными ФИО1, расписок не офорляли. ФИО2 и ФИО21 он не знает.
Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснил, что в 2012 году по просьбе ФИО1 производил строительные работы в здании по адресу: <адрес>. С рабочими распрачивался ФИО1, никаких письменных договоров на проведение строительных работ не заключалось. С дочерью с внучкой ФИО1 не знаком.
Свидетель ФИО14 допрошенный в судебном заседании, пояснил, что он является директором ООО «<данные изъяты>», которое с 2012 года по лето 2015 года арендовала одно помещение на втором этаже в здании по адресу: <адрес>, Договор аренды был заключен с ФИО1, арендная плата передавалась ему либо ФИО21 наличными денежными средствами, коммунальные платежи входили в арендную плату. После того, как общество не смогло платить аредную плату наличные денежными средствами, то оно переехало по другому адресу.
Оценивая показания указанных свидетелей по правилам статей 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд не может признать их допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку как указано свидетелями, они не могут пояснить никаких обстоятельств относительно оспариваемой сделки. Однако юридически значимым и подлежащим установлению обстоятельством по настоящему делу является выяснение вопроса как о действительной воле сторон, совершающих сделку, с учетом цели договора и его правовых последствий, так и сама квалификация договора.
Возражая против доводов истца о мнимости оспариваемой сделки дарения по ходатайству стороны ответчика были допрошены свидетели ФИО21 ФИО15
Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО21. пояснила, что она является дочерью ФИО1 и матерью ФИО2, работала бухгалтером у отца и продолжает работать с дочерью. Отношения в семье всегда были хорошие, ФИО1 всегда выделял внучку и делал ей дорогостоящие подарки. В 2014 году. Когда ФИО2 исполнилось 18 лет, ФИО7 подарил ей часть своей недвижимости и бизнес, в частности нежилые помещения, расположенные по адресу: <адрес>. ФИО2 Дочь ФИО2 только поступила в университет, обрадовалась подарку, стала ездить к офисные помещения, познакомилась с сособственниками, они ей давали советы как управлять. Учитывая дневную форму обучения она ( ФИО21) по просьбе дочери оказывала ей помощь с управлении нежилыми помещениями. После заключения сделки дарения договоры аренды нежилых помещений заключались с ФИО2, из арендной платы оплачивались налоги, коммунальные платежи. С дочерью ФИО2 они вместе проживают, ведут общее хозяйство, поэтому расходы производились и с ее ФИО21) карты тоже. Также ФИО2 и она (ФИО21) содержат нежилые помещения в надлежащем состоянии, в частности оплачивали работы по очистке двора от снега, ремонта крыши, замене канализационных труб, по предписанию государственного органа снесли незаконную пристройку.
Свидетель ФИО15 в судебном заседани пояснил, что он является директором <данные изъяты>, которое в 2018 году заключило договор аренды нежилых помещений на втором этаже, расположенных в здании по адресу: <адрес>, с ФИО2 Арендную плату вносит в соответствии с договором, коммунальные платежи входят в арендную плату. С ФИО1 он не знаком.
Данным показаниям суд придает доказательственное значение, поскольку они логичны, не противоречат пояснениям лиц, участвующих в деле. Свидетели непосредственно осведомлены об изложенных им обстоятельствах, предупреждены об уголовной ответственности, не доверять их показаниям у суда оснований не имеется, в связи, с чем свидетельские показания ФИО21 ФИО15 в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признает относимыми и допустимыми доказательствами.
Выданная доверенность от имени ФИО2 на имя ФИО1 через два года после заключения договора дарения, на которую он ссылается в обоснование своих доводов, не свидетельствует о мнимости сделки, а наоборот подтверждает доводы ответчика, что доверенность выдавалась для переоформления договоров по оплате жилищно-коммунальных услуг на имя ФИО2 и для представления ее интересов в суде.
Данные доводы подтверждаются решением Зареченского районного суда г. Тулы от 20.09.2017.
Как следует из решения Зареченского районного суда г. Тулы от 20.09.2017 по иску ФИО17, ФИО18, ФИО2 к администрации г.Тулы о сохранении нежилого помещения в реконструированном и перепланированном состоянии, признании права общей долевой собственности на нежилое помещение, истцы являются собственниками нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, ввиду реконструкции и перепланировки здания, площадь здания изменилась. Согласно технического паспорта по состоянию на 17.02.2017 здание по адресу <адрес>, представляет собой здание площадью 981,5 кв.м. Общая площадь здания увеличилась за счет увеличения лит. А2 в размерах первого этажа, строительства второго и мансардного этажей в лит. А2, строительства в лит. А3 мансардного этажа, и в лит.а3 входного тамбура. Все эти постройки не затрагивают конструкции подвального этажа. Строительные работы произведены ФИО2 за счет последней, в результате чего были сформированы изолированные помещения не изменяющие объем прав собственников здания в отношении подвального помещения. Суд решил исковые требования ФИО17, ФИО18, ФИО2 удовлетворить, сохранить в реконструированном и перепланированном состоянии здание с кадастровым номером номером №, расположенное по адресу <адрес>, общей площадью 981, 5 кв.м.
Представителем истца ФИО2 по доверенности был ФИО1, который в судебном заседании заявленные исковые требования ФИО2 поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении и просил суд их удовлетворить.
Решение суда вступило в законную силу 24.10.2017.
Решением Зареченского районного суда г. Тулы от 12.08.2020, вступившим в законную силу 21.09.2020, удовлетворены исковые требования ФИО2 к ФИО5, ФИО4 о признании права собственности на нежилые помещения, судом признано за ФИО2 право собственности на нежилые помещения – лит. А2(2 этаж) общей площадью 33,1 кв.м, состоящую из помещения № 1 (кабинет) площадью 12,8 кв.м, помещения № 2 (кабинет) площадью 15,4 кв.м, и лестничной клетки № 3 площадью 4,9 кв.м, расположенных по адресу: <адрес>.
Таким образом, судом достоверно установлено, что в настоящее время ФИО2 является собственником нежилых помещений в здании общей площадью 981,5 кв.м, а не 995 кв.м, как это указано в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Кроме того, 18.04.2016 ФИО2 в Управление Росреестра по Тульской области было подано заявление о внесении сведений в Единый государственный рееестр недвижимости о невозможности государственной регистрации права без личного участия правоообладателя на объект нежвижитмости с кадастровым номером 71:30:010202:2930, расположенным по адресу: <адрес> (письмо Управления Росреестра по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ №). Никаких сделок по распоряжению на основании вышеуказанной доверенности недвижимым имуществом ФИО1 осуществлено не было, что не отрицалось стороной ответчика в судебном заседании.
Доводы истца, что бремя содержания недвижимого имущества больше несет мать ответчика - ФИО21, а не сама ответчик, не может ставить под сомнение исполнение договора дарения со стороны ответчицы, поскольку ФИО21 и ФИО2 являются близкими родственниками – матерью и дочерью, проживают по одному адресу, ведут совместное хозяйство, вследствие чего частичное несение бремени содержания имущества ФИО21, принадлежащего ее дочери, не ставит под сомнение действительность сделки.
Таких условий, как фактическое личное пользование подаренным имуществом, закон не предусматривает.
Доводы истца о совершении сделки с целью избежать ареста имущества и его продажи исполнительными органами подлежат отклонению, поскольку стороной истца не представлено доказательств, свидетельствующих о возбуждении уголовного дела на момент заключения договора дарения. Согласно постановлениям Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ с отношении ФИО1 и других лиц были возбуждены уголовные дела по признакам преступлений, предусмотренных частью 5 статьи 33, частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Уголовное дело в отношении ФИО1 было рассмотрено Центральным районным судом г. Тулы ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно приговору суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 5 статьи 33, частью 4 статьи 160, частью 5 статьи 33, частью 4 статьи 160, частью 5 статьи 33, частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, с назначением наказания в виде четырех лет лишения свободы условно, со штрафом в размере 2 000 000 руб.
Исполнительное производство в отношении должника ФИО1 возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, то есть более чем через год после заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
На протяжении длительного времени ФИО1 не предпринимал никаких действий к возврату подаренного имущества, лишь в 2022 году, после конфликта с дочерью ФИО21 и ответчицей, был инициирован настоящий иск.
Также подлежат отклонению доводы стороны истца о том, что подписи на договорах аренды нежилых помещений от имени ФИО2, заключенные ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ИП ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ИП ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и <данные изъяты> выполнены не самой ФИО2, поскольку стороны договоров аренды их не оспаривали, в материалах дела отсутствуют решения судов о признании данных договоров не заключенными.
Сторона истца не отрицает того факта, что с 2014 года после перехода права собственности на имя ФИО2, нежилые помещения используется для сдачи в аренду.
Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют договоры аренды, заключенные за период с июля 2014 года по настоящее время от имени ФИО1, что могло бы вызывать сомнения в заключении договоров аренды от имени ФИО2
Однако, представленные стороной ответчика вышеуказанные договоры аренды, подтверждают, что ФИО2, как собственник нежилых помещений, заключала договоры аренды, в том числе с ФИО11, которая является сожительницей ФИО1, и о чем последнему было известно.
Также в материалах дела имеются доказательства, представленные стороной ответчика, подтверждающие несение расходов по содержанию имущества от имени ФИО2, в частности по оплате налогов на имущество, расходов по коммунальным платежам (налоговые уведомления, чеки по операциям). Выставление ресурсоснабжающими организациями счетов по оплате жилищно-коммунальных услуг на имя ФИО1 не свидетельствует о том, что оплата произведена им, поскольку в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом и его представителем не представлено доказательств, подтверждающих несение расходов ФИО1 по содержанию спорного имущества. Доводы ФИО1 о том, стороной ответчика ему по «ватсапу» передавались квитанции и налоговые уведомления, а он их оплачивал, суд находит несостоятельными, поскльку они объективно ничем не подтверждены.
Осуществив дарение нежилых помещений и долей в праве земельного участка, истец должен был осознавать последствия данной сделки, в том числе и право собственника на распоряжение принадлежащим имуществом.
Таким образом, доказательств мнимости договора дарения (ненаправленности воли обеих сторон на безвозмездный переход от истца к ответчику права собственности на нежилые помещения и доли земельного участка) сторона истца суду не представила, и при таких обстоятельствах правовых оснований для признания спорного договора дарения мнимой сделкой не имеется.
В ходе рассмотрения дела стороной ответчика заявлено также о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент исполнения сделки) установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.
Абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
В силу положений пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей на момент исполнения сделки) договор дарения недвижимого имущества является заключенным с момента государственной регистрации. В силу закона по договору недвижимости право владения у одариваемого на объект возникает после регистрации в Росреестре, хотя договор считается заключенным после его подписания.
Согласно материалам дела, исполнение сделки в отношении спорного объекта недвижимости началось ДД.ММ.ГГГГ, то есть с момента государственной регистрации договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и перехода права собственности, зарегистрированного в установленном порядке.
Как следует из материалов дела, ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении установленного пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока. Доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска срока, истцом не представлено.
Доводы стороны истца о том, что срок исковой давности не истек по причине неисполнения сделки, суд полагает несостоятельными, поскольку из материалов дела следует, что исполнение сделки началось с момента ее заключения и продолжается до настоящего времени.
Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание, что ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, ходатайство о восстановлении пропущенного срока стороной истца не заявлено, уважительных причин для восстановления срока судом не установлено, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности мнимой сделки отказать.
Вместе с тем, на основании статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым отменить меры по обеспечению иска, наложенные определением Зареченского районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ, по вступлении решения суда в законную силу.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения отказать.
Меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тульской области осуществлять регистрационные действия в отношении доли в размере 35/86 в праве общей долевой собственности на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: административное здание, общей площадью 995 кв.м, адрес (местонахождение) объекта: <адрес>, кадастровый №, нежилых помещений с номерами комнат на поэтажном плане №1,1 этаж; № 4, 2 этаж, лит. АЗ; № 1,2, 1 этаж, лит. А4, общей площадью 128,30 кв.м, с навесами лит. al, а2, расположенных по адресу: <адрес>; нежилых помещений с номерами комнат на поэтажном плане № 1-6, мансардный этаж; 1-15,2 этаж, общей площадью 254,80 кв.м, лит. А, расположенных по адресу: <адрес>, наложенные определением Зареченского районного суда г.Тулы от ДД.ММ.ГГГГ, отменить по вступлении решения суда в законную силу.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд города Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено судьей 03 мая 2023 года.
Председательствующий /подпись/ И.А. Реукова
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>