Судья Чомаев Р.Б. дело N 22-442

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Черкесск 5 сентября 2023 год.

Судья Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Кагиев Р.Б.,

при помощнике судьи Хубиевой А.А.,

с участием прокурора Салпагарова М.Б.,

осужденного ФИО1,

его защитника адвоката Горностаева А.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Урупского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 июня 2023 года,

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Кагиева Р.Б., выступления осужденного ФИО1, его защитника Горностаева А.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, выступление прокурора Салпагарова М.Б., просившего приговор суда оставить без изменения,

УСТАНОВИЛ:

Обжалуемым приговором ФИО1,

родившийся <дата> в <адрес> края, <данные изъяты>

осужден по ч.1 ст. 222 УК РФ к 6 месяцам ограничения свободы, с установлением ограничений: не изменять место жительства и место пребывания, не выезжать за пределы Урупского муниципального района Карачаево-Черкесской Республики без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания. Приговором также разрешена судьба вещественных доказательств.

ФИО1 судом первой инстанции признан виновным в незаконном хранении боеприпасов (20 винтовочных патронов). Преступление совершено в период <дата> по <дата> в <адрес> Карачаево-Черкесской Республики.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя в совершении незаконного хранения боеприпасов не признал, показал, что патроны ему подкинули сотрудники полиции во время обыска. Он оговорил себя, будучи введенным в заблуждение относительно возможного наказания.

В апелляционной жалобе осужденный просит отменить приговор суда, и оправдать его, полагая, что выводы суда о его виновности не соответствуют обстоятельствам дела, установленным судом. Указывает на то, что судом не дано надлежащей оценки следующим фактам: он не мог хранить боеприпасы по месту, где они были обнаружены с 2014 года, т.к. проживает в этом доме только с 2018 года; рапорт ОУР ФИО2 №4 не мог являться законным основанием для проведения обыска в его доме, поскольку не был зарегистрирован надлежащим образом и «неизвестно каким образом» попал к следователю. Проведенный обыск не соответствовал требованиям закона, поскольку при его проведении присутствовали неустановленные (и не указанные в протоколе следственного действия) вооруженные лица, причем они находились в помещении, где впоследствии были обнаружены патроны. Кроме того, при проведении обыска в помещение не был допущен его защитник адвокат Батчаев У.Б., находившийся у дома, где проводился обыск, хотя на момент проведения обыска, он (ФИО1) уже являлся подозреваемым по двум уголовным делам. Судом не была обеспечена стороне защиты возможность допроса понятых, присутствовавших при обыске. Соответственно протокол обыска является недопустимым доказательством и не может быть положен в основу приговора. Судом необоснованно были отклонены его ходатайства о назначении по уголовному делу молекулярно-генетической экспертизы (для установления отсутствия его биологических следов на упаковке патронов и на самих патронах), и психофизиологической экспертизы (для подтверждения его показаний).

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционных жалоб, не нахожу оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного по следующим причинам.

Вывод суда первой инстанции о виновности осужденного ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ является обоснованным и подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Оглашенными в судебном заседании показаниями обвиняемого ФИО1, данными в ходе предварительного следствия, при допросе в качестве обвиняемого, согласно которым в 2014 году, на территории <адрес> <адрес>, он нашел пачку с патронами калибра 7,62 мм., которую решил оставить себе и хранил их по месту жительства до обыска в ходе которого они были изъяты сотрудниками полиции. Патроны с 2021 года он хранил вместе со своим ружьем и другими патронами калибра 7,62 мм., законно приобретенными в охотничьем магазине (<данные изъяты>).

Оглашенными показаниями свидетеля ФИО2 согласно которым <дата> в ходе обыска домовладения ее сына ФИО1, помимо других предметов, были изъяты оружие и патроны (<данные изъяты>

Показаниями свидетеля <ФИО>8 сотрудника полиции, согласно которым <дата> в ходе обыска домовладения подозреваемого ФИО1, помимо других предметов, были обнаружены и изъяты 20 боевых патронов.

Оглашенными показаниями свидетеля ФИО2 №4, сотрудника полиции, согласно которым <дата> в ходе обыска домовладения подозреваемого ФИО1, помимо других предметов, были обнаружены и изъяты: ружье с оптическим прицелом, с множеством патронов в бумажных свертках. Среди пачек был бумажный сверток с патронами с надписью «Снайперские» (<данные изъяты>).

Протоколом обыска от 16.02.2022 года, согласно которому в ходе проведения обыска в жилом доме, расположенном в <адрес>, принадлежащем подозреваемому ФИО1, были обнаружены и изъяты различные предметы, в том числе самозарядный охотничий карабин «Тигр» калибра, 7,62 мм., 9 бумажных коробок с патронами калибра 7,62 мм., бумажная упаковка с 20 патронами, с надписью «снайперские» (<данные изъяты>

Заключением эксперта №64-1 от 22.02.2022 года, согласно которому вещество растительного происхождения, изъятое в ходе осмотра места происшествия <дата>, постоянной массой 148,63 грамм является наркотическим средством каннабис (марихуана). Указанная масса наркотического средства образует крупный размер (35-39).

Заключением эксперта №753-3 от 15.07.2021 года, согласно которому 20 предметов, внешне похожих на патроны, изъятые в ходе обыска <дата>, находящиеся в бумажном свертке с надписью «снайперские» являются пригодными для стрельбы боеприпасами промышленного изготовления, военного назначения, предназначенными для стрельбы из боевого нарезного огнестрельного оружия, калибра 7,62 мм. (т.4 л.д.109-115).

Вещественными доказательствами: 20 патронами калибра 7,62 мм.

В суде первой инстанции доводы подсудимого ФИО1 о том, что патроны были ему подброшены неустановленными сотрудниками полиции, а в ходе обыска были допущены грубые нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие признание протокола обыска недопустимым доказательством были тщательно проверены.

Свидетели ФИО2 №1,ФИО2 №2, <ФИО>10, <ФИО>11, <ФИО>12, <ФИО>6 подтвердили суду, что в ходе проведения обыска в жилом доме ФИО1, дом был оцеплен сотрудниками правоохранительных органов «в масках», которые не пустили внутрь дома, где проводился обыск адвоката Батчаева У.Б., несмотря на то, что последний указал, что является адвокатом и приглашен родственниками ФИО1, для его защиты. Свидетели ФИО2 №1 и ФИО2 №2 кроме того подтвердили, что сотрудники правоохранительных органов «в масках» находились и внутри дома, в том числе в помещении, где была обнаружена коробка с патронами, в ходе обыска у их сына ФИО1 неоднократно ухудшалось самочувствие, и сотрудники «Скорой помощи» оказывали ему медицинскую помощь.

Согласно содержанию протокола обыска (т.4 л.д.7-64), участниками обыска являлись помимо следователя <ФИО>8, понятые ФИО2 №19, ФИО2 №3, оперативный уполномоченный ФИО2 №4, подозреваемый ФИО1 и его мать ФИО2 №2

Другие сотрудники правоохранительных органов, непосредственного участия в проведении обыска не принимали. Согласно показаниям названных свидетелей, их функции сводились к оцеплению жилого дома и ограничению прохода в него посторонних лиц.

Адвокат Батчаев У.Б., согласно его собственным показаниям и показаниям, названных выше свидетелей, действительно не был пропущен в домовладение. Однако, согласно материалам дела, он не являлся в указанный момент защитником подозреваемого ФИО1, не предоставлял сотрудникам полиции либо следователю ордер на его защиту.

Протокол обыска содержит сведения о том. Что дважды в ходе проведения обыска, в связи с ухудшением самочувствия подозреваемого ФИО1 ему оказывалась медицинская помощь, после чего проведение обыска продолжалось.

Сам обыск был проведен с соблюдением требований ч.5 ст.165, ст.182 УПК РФ. Постановление о его проведении было предварительно вынесено следователем и предъявлено подозреваемому ФИО1 (т<данные изъяты>) Обстоятельства, относящие данный обыск к «случаям не терпящим отлагательства», были указаны в постановлении, впоследствии были проверены судом, в результате чего проведение обыска судебным решением признано законным (т.4 л.д.67-68). При проведении обыска присутствовали понятые, кроме того, проводилось фотосьемка. Процессуальные права участникам следственного действия разъяснены надлежащим образом. Ход обыска, а также его результаты зафиксированы в протоколе следственного действия, при этом протокол не содержит замечаний, заявлений или ходатайств подозреваемого либо его матери, принимавших участие в обыске.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что при проведении обыска не были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие недопустимость протокола обыска является обоснованным и верным.

Показания подсудимого ФИО1, относительно того, что патроны ему подкинули сотрудники полиции, а дать признательные показания заставили следователь и оперативный уполномоченный, также были тщательно проверены судом первой инстанции. Выводы суда о не соответствии этих показаний действительности, опровержении их совокупностью других доказательств по делу (приведенных выше) являются обоснованными и верными.

Данный вывод суда первой инстанции подтвержден и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенным по итогам проверки, проведенной в порядке ст.144-145 УПК РФ по обращению ФИО2 №2 (т.7 л.д.197-202). Поскольку в ходе проверки сообщение ФИО2 №2 не подтвердилось, в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции было оказано за отсутствием в их действиях состава преступления.

Совокупность доказательств, представленных стороной обвинения, в том числе в отсутствие показаний понятых, присутствовавших при обыске (на что обращено внимание суда в апелляционной жалобе), а также заключений судебных экспертиз относительно наличия биологических следов на изъятых патронах и заключения психофизиологической экспертизы (о проведении которых ходатайствовал подсудимый), судом первой инстанции правильно признана достаточной для вывода о виновности подсудимого в незаконном хранении боеприпасов. Доводы подсудимого об изменении места жительства в 2018 году, не влияют на квалификацию его действий, связанных с незаконным хранением боеприпасов.

Юридическая оценка действиям осужденного ФИО3, квалификация их по ч.1 ст.222 УК РФ, как незаконное хранение боеприпасов является правильной. Выводы суда в этой части надлежаще мотивированы и аргументированы.

Выводы суда о необходимости назначении осужденному ФИО3 наказания в виде ограничения свободы, с учетом обстоятельств, совершенного им деяния, относящегося к категории деяний средней тяжести, а также характеристики осужденного, в приговоре обоснованы и являются верными. Назначенное наказание соответствует требованиям статей 6, 60 УК РФ.

Оснований к применению положений ст.73, ст. 64 и ч. 6 ст. 15 УК РФ при назначении наказания осужденному судом первой инстанции не установлено. Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, судом также не установлено. Обстоятельствами смягчающими его наказание признаны наличие инвалидности, активное участие в общественной жизни Урупского района КЧР, организации и проведении соревнований, поощрения по работе, оказание безвозмездной гуманитарной помощи, признание вины и раскаяние в содеянном в ходе досудебного производства (ч.2 ст.61 УК РФ). Данные выводы суда являются правильными и обоснованными.

Размер наказания, назначенного осужденному, соответствует требованиям закона, является справедливым и соразмерным содеянному, уменьшению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Урупского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 30 июня 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменений, а жалобу осужденного ФИО1 без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ.

При этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Верховного Суда

Карачаево-Черкесской Республики Кагиев Р.Б.