Дело № 2-2821/2022
Решение
Именем Российской Федерации
25 октября 2022 года г. Гатчина
Гатчинский городской суд Ленинградской области в составе
председательствующего судьи Шумейко Н.В.,
с участием прокурора Тэнгель А.А.,
при помощнике судьи Степановой В.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к АО «ПО «Баррикада», Государственной инспекции труда в Ленинградской области об установлении факта, имеющего юридическое значение, изменении содержания акта о несчастном случае на производстве, взыскании компенсации морального вреда,
установил:
истцы обратились в суд с исковым заявлением, в котором указали, что 25.06.2021 погиб ФИО6 – супруг ФИО2, отец ФИО3 и ФИО5, сын ФИО4 Смерть ФИО6 наступила в результате несчастного случая на производстве, при выполнении им обязанностей по трудовому договору, заключенному с АО «ПО «Баррикада», в котором ФИО6 работал в должности моториста бетоносмесительных установок 3 разряда. Акт о несчастном случае на производстве свидетельствует о том, что к несчастному случаю привели причины, в которых виновны как работодатель, так и работник. В то же время, в акте не отражены нарушения сроков сообщения о несчастном случае на производстве – сообщение имело место 28.06.2021, срок проведения расследования нарушен, событие произошло после 9 часов рабочего времени, что противоречит нормам статьи 94 Трудового кодекса Российской Федерации, в карте технологического процесса бетоносмесительного цеха должно быть 6 работающих, по факту работало 3 человека, ФИО6 не имел одного глаза, однако офтальмолог противопоказаний не выявил. С наличием сведений о виновности ФИО6 истцы не согласны, полагают полностью доказанной вину работодателя, в связи с чем, просят установить факт того, что ФИО6 не допустил нарушений норм трудового законодательства и инструкций, трудового распорядка и дисциплины труда во время несчастного случая, связанного с его гибелью, исключить из акта № о несчастном случае на производстве от 27.08.2021, следующие сведения:
- пункт 9, параграф 2 - нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении требований инструкции по охране труда для моториста бетоносмесительных установок ИОТ № 33, утвержденной 26.01.2021, где сказано: п. 1.4. «Моторист бетоносмесительных установок в процессе работы обязан:.. . выполнять только ту работу, которая поручена непосредственным руководителем работ (бригадиром, мастером, начальником подразделения)», п. 1.5. «При нахождении на территории предприятия или ином месте работы мотористу бетоносмесительных установок запрещается:.. . находиться в опасной зоне действий грузоподъемных машин и механизмов»;
- пункт 10, параграф 3 - нарушил требования инструкции по охране труда для моториста бетоносмесительных установок ИОТ № 33, утвержденной 26.01.2021, где сказано: п. 1.4. «Моторист бетоносмесительных установок в процессе работы обязан:.. . выполнять только ту работу, которая поручена непосредственным руководителем работ (бригадиром, мастером, начальником подразделения)», п. 1.5. «При нахождении на территории предприятия или ином месте работы мотористу бетоносмесительных установок запрещается:.. . находиться в опасной зоне действий грузоподъемных машин и механизмов»; взыскать с ответчика АО «ПО «Баррикада» компенсацию морального вреда в размере по 750000 руб. каждому истцу (л.д. 44-46 т. 1).
Истец ФИО2 и ее представитель ФИО7, истец ФИО3, представляющая также интересы истцов ФИО4 и ФИО5, в судебном заседании поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представители ответчика АО «ПО «Баррикада» ФИО8 и ФИО9 исковые требования полагали не подлежащими удовлетворению, поскольку оснований для изменения результатов расследования несчастного случая на производстве не имеется, компенсация морального вреда может быть взыскана в пользу истцов с учетом выплат, произведенных предприятием семье погибшего, правовую позицию изложили в письменных возражениях (л.д. 112-113 т. 1, л.д. 134-137 т. 2).
Представитель ответчика Государственной инспекции труда в Ленинградской области надлежащим образом извещен о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, возражений по иску не представил.
Суд, выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению по праву в части компенсации морального вреда, приходит к следующему.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены, в том числе, право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии со статьей 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств.
В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу статьи 1079 ГК РФ, вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
По смыслу статьи 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.
В соответствии с пунктом 19 указанного постановления, под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
В силу положений абзаца 4 и абзаца 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ), работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 16 части 2 статьи 22 ТК РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 ТК РФ).
В силу части 1 статьи 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 ТК РФ).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, компенсирует работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 ГК РФ).
Согласно статье 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.
В соответствии с пунктом 2 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац 2 пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10).
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы 3 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1).
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.
При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В силу пункта 1 статьи 264 ГПК РФ, суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.
Судом установлено, что основным видом деятельности АО «ПО «Баррикада» является производство изделий из бетона для использования в строительстве (л.д. 64-91 т. 1).
ФИО6, в соответствии с трудовым договором № от ***, работал в АО «ПО «Баррикада» подсобным рабочим 2 разряда бетоносмесительного цеха, с *** был переведен на должность моториста бетоносмесительных установок 3 разряда (л.д. 148-157 т. 1).
Из сообщения о страховом случае следует, что № в 17.05 в бетоносмесительном цехе при обслуживании оборудования поста замывки бетоновозов получил травму, повлекшую смерть, моторист бетоносмесительных установок 3 разряда ФИО1 (л.д. 118 т. 1).
По данному факту работодателем была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве с участием специалистов Государственной инспекции труда в ***, ГУ ЛРО ФСС РФ, Комитета по труду и занятости населения Ленинградской области, специалиста отдела охраны труда АО «ПО «Баррикада», первичной профсоюзной организации АО «ПО «Баррикада» (л.д. 125-126 т. 1).
В ходе расследования несчастного случая на производстве были опрошены его очевидцы, непосредственные руководители ФИО6, изучены документы по охране труда, аттестации рабочих мест, должностные инструкции и иные локальные нормативные акты, сопровождавшие осуществление трудовой деятельности ФИО6
По результатам проверки 27.08.2021 составлен акт о несчастном случае на производстве № формы Н-1 (л.д. 26-31 т. 1), содержащий следующие выводы.
Вводный инструктаж, повторный инструктаж на рабочем месте, стажировка, обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проверка знаний требований охраны труда с ФИО6 проведены.
Ежедневно, после выдачи сменного задания, мастером или начальником бетоносмесительного цеха со всеми работниками проводится устный инструктаж по безопасному выполнению работ.
ФИО6 ознакомлен с картой технологического процесса бетоносмесительного цеха БСУ-2 (личная подпись в листе ознакомления с картой), при этом не получал указание от руководителей бетоносмесительного цеха о необходимости проведения работ по очистке поста замывки бетоновозов в пролете № формировочного цеха №, на посту находиться не должен был.
ФИО6 ознакомлен с «Инструкцией по эксплуатации бадьи для адресной подачи бетона мод. «SKHS 2,0» (личная подпись в листе ознакомления с инструкцией);
В соответствии с карточкой выдачи СИЗ № 34 ФИО6 обеспечен в полном объеме спецодеждой, спецобувью и другими средствами индивидуальной защиты в соответствии с нормами выдачи СИЗ для моториста бетоносмесительных установок.
ФИО6 прошел предварительный медицинский осмотр, по результатам заключения ООО «Северо-Западный Медицинский Центр+» от 22.07.2020 медицинские противопоказания для работы мотористом бетоносмесительных установок 3 разряда не выявлены.
ФИО6 прошел психиатрическое освидетельствование 22.07.2020 в ООО «Северо-Западный Медицинский Центр+», по результатам психиатрического освидетельствования отсутствуют противопоказания к работе в должности моториста бетоносмесительных установок 3 разряда.
На рабочем месте ФИО6 проведена специальная оценка условий труда (карта №, дата утверждения отчета 20.12.2019), а также идентификация опасностей и оценка профессиональных рисков. Согласно реестрам идентификации опасностей и оценки профессиональных рисков (Приложение № 2.7.5/5 от 23.01.2020 к Отчету по внеплановой идентификации опасностей, оценке и управлению профессиональными рисками в АО «ПО «Баррикада») была реализована «Опасность удара», в качестве мер управления которой, предусмотрены: инструктирование работников по охране труда, обучение работников безопасным приемам и методам выполнения работы; определение видов и мест опасностей, размещение знаков безопасности и разметки сигнальной.
Вид происшествия – защемление между неподвижными и движущимися предметами, деталями и машинами (или между ними).
В соответствии с заключением КУЗ ЛО БСМЭ от 18.08.2021, причиной смерти ФИО6 явилась тупая сочетанная травма шеи и головы с повреждением шейного отдела позвоночника и спинного мозга.
Причины несчастного случая:
- неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле за безопасностью технологических процессов, недопущении нахождения работников в опасных зонах производственного оборудования, а именно невыполнении пострадавшим п. 1.4. и п. 1.5. Инструкции по охране труда для моториста бетоносмесительных установок ИОТ № 33 утвержденной 26.01.2021, чем не выполнены в полном объеме требования должностной инструкции начальника бетоносмесительного цеха, утвержденной приказом от 23.01.2019 № 28, где сказано: ««Начальник бетоносмесительного цеха обязан:.. . п. 2.34. Обеспечить в отношении подчиненных работников: … п. 2.34.1. Безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов...», а также не выполнены в полном объеме требования должностной инструкции мастера бетоносмесительного цеха, утвержденной приказом от 23.01.2019 № 28, где сказано: ««Мастер бетоносмесительного цеха обязан:.. .п. 2.25. Обеспечить в отношении подчиненных работников:.. .п. 2.25.1. Безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов...»;
- нарушение работником ФИО6 трудового распорядка и дисциплины труда, выразившееся в нарушении требований Инструкции по охране труда для моториста бетоносмесительных установок ИОТ № 33, утвержденной 26.01.2021, где сказано: п. 1.4. «Моторист бетоносмесительных установок в процессе работы обязан:.. .выполнять только ту работу, которая поручена непосредственным руководителем работ (бригадиром, мастером, начальником подразделения)», п. 1.5. «При нахождении на территории предприятия или ином месте работы мотористу бетоносмесительных установок запрещается:.. .находиться в опасной зоне действия грузоподъемных машин и механизмов....».
Сведения о вышеуказанных нарушениях ФИО6 акте Н-1 содержатся дважды – в абзаце 2 пункта 9 и абзаце 3 пункта 10 акта, с данными выводами не согласны истцы, поскольку ФИО6 приходился супругом ФИО2, отцом ФИО3 и ФИО5, сыном ФИО4 (л.д. 22-25 т. 1).
В данном случае смерть работника наступила в результате несчастного случая на производстве при работе с бетоносмесительной установкой, представляющей собой источник повышенной опасности, в связи с чем, компенсация морального вреда, причиненного жизни работника при ее использовании, осуществляется независимо от вины работодателя.
В соответствии с положениями статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).
В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 разъяснено, что вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
Истцы, полагая, что выявленные в результате проверки несчастного случая на производстве нарушения ФИО6 при работе с бетоносмесительной установкой в действительности отсутствовали, полагают, что сумма компенсации морального вреда уменьшению не подлежит.
Исходя из предмета иска, истцы требуют установить факт отсутствия в действиях ФИО6 каких-либо нарушений, перечисленных в акте о несчастном случае на производстве, взыскать компенсацию морального вреда.
Вина работодателя в неудовлетворительной организации производства работ и недостаточном контроле над безопасностью технологических процессов, в допущении нахождения работников в опасных зонах производственного оборудования установлена актом о несчастном случае на производстве, в связи с чем, исходя из предмета спора, доводы истцов о наличии дополнительных факторов, подтверждающих вину работодателя (ненадлежащая оценка условий труда, необходимость участия большего количества работников, одновременно обслуживающих технологический процесс бетоносмесительного цеха, нарушение сроков сообщения о несчастном случае на производстве и сроков его расследования), правового значения по делу не имеют.
Тот факт, что ФИО6 оказался в день несчастного случая в бетоносмесительном отделении у поста замывки бетоновоза без наличия к тому каких-либо оснований подтверждается показаниями свидетелей №., при этом доказательств того, что ФИО6 кто-то из руководства, либо коллег, направил в бетоносмесительное отделение для выполнения производственного задания, материалы дела не содержат.
Учитывая то обстоятельство, что несчастный случай произошел в отсутствие очевидцев, причины, по которым ФИО6 оказался в бетоносмесительном отделении у поста замывки бетоновоза не установлены, доводы истцов о наличии причинно-следственной связи между чрезмерной продолжительностью работы ФИО6, нарушениями карты технологического процесса бетоносмесительного цеха относительно количества работающих, и наступившими негативными последствиями, суд полагает недоказанными.
В этой связи, указание в акте о несчастном случае на производстве информации о нарушении ФИО6 трудового распорядка и дисциплины труда, выразившемся в нарушении требований Инструкции по охране труда для моториста бетоносмесительных установок о необходимости выполнять только ту работу, которая поручена непосредственным руководителем работ, и запрете находиться в опасной зоне действия грузоподъемных машин и механизмов, является обоснованным.
Таким образом, требования истцов об установлении факта того, что ФИО6 не допустил нарушений норм трудового законодательства и инструкций, трудового распорядка и дисциплины труда во время несчастного случая, связанного с его гибелью, и исключении из акта № 01/21 о несчастном случае на производстве от 27.08.2021, указанных истцами сведений, предъявленные как к работодателю, так и к Государственной инспекции труда в Ленинградской области, удовлетворению не подлежат.
Суд полагает обоснованным требования истцов о взыскании с ответчика, как с работодателя, компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью члена их семьи, близкого и родного человека, в результате несчастного случая на производстве, произошедшего по вине работодателя, не обеспечившего безопасных условий и охраны труда.
При этом суд учитывает выплату № руб. семье погибшего, произведенную работодателем на основании приказа от 26.06.2021 № 197 о выплате материальной помощи с целью компенсации морального вреда (л.д. 138, 172 т. 2). Факт получения истцами данной суммы не отрицается, несмотря на то, что истцы полагают данную сумму собранной работниками предприятия от себя лично.
Смерть ФИО6 – супруга, отца, сына, безусловно, вызвала у истцов сильные эмоциональные потрясения, переживания, горечь потери.
Тот факт, что истцы до настоящего времени испытывают физические и нравственные страдания, обусловленные получением сильного стресса, подтверждается также показаниями свидетелей ФИО10 и ФИО11, пояснивших, что семья потеряла основного кормильца, на которого возлагалось основное бремя ее содержания и ухода за семьей.
С учетом степени физических и нравственных страданий истцов, суд считает разумным и справедливым взыскание с ответчика АО «ПО «Баррикада» в пользу каждого истца компенсации морального вреда в размере по 500000 руб.
В то же время, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд полагает возможным не снижать размер компенсации морального вреда на основании статьи 1083 ГК РФ, исходя из следующего.
Как установлено судом и подтверждается медицинскими документами, которые обозревались судом, ФИО6 с 1990-х годов не имел одного глаза, взамен которого был установлен протез.
В соответствии с пунктом 10 Перечня работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования) работников, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 N 302н (зарегистрирован в Минюсте России 21.10.2011 N 22111), действовавшего на дату перевода ФИО6 на должность моториста бетоносмесительных установок а ныне утратившего свое действие в связи с в связи с изданием Приказа Минтруда России N 988н, Минздрава N 1420н от 31.12.2020, работы, выполняемые непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции (токарные, фрезерные и другие станки, штамповочные прессы и др.), требуют исследования специалистами – офтальмологом, неврологом, оториноларингологом поля зрения, остроты зрения, вестибулярного анализатора и аудиометрии 1 раз в 2 года. Медицинским противопоказанием в таком случае являются острота зрения с коррекцией ниже 0,5 на одном глазу, ниже 0,2 - на другом, а также ограничение поля зрения более чем на 20° по любому из меридианов.
Тем не менее, при прохождении предварительных медицинских осмотров, на которые ФИО6 с 2018 года направлялся работодателем, отсутствие глаза никак не фиксировалось, заключение о том, что имевшийся у него недостаток не влиял на поле зрения и остроту зрения, и как следствие, на возможность контролировать работу со смесительными установками, являющимися источником повышенной опасности, представленные медицинские документы не содержат, и медицинские противопоказания для работы мотористом бетоносмесительных установок 3 разряда не были выявлены.
При таких обстоятельствах, суд полагает, что при отсутствии глаза у работника работодатель не должен был допускать его к работе с источником повышенной опасности – движущимся механизмом – что в данном случае могло как спровоцировать несчастный случай на производстве, так и повлиять на его неблагоприятный исход, поскольку обратного ответчиком не доказано, в связи с чем, суд не считает возможным учитывать грубую неосторожность пострадавшего при определении размера компенсации морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,
решил:
взыскать с АО «ПО «Баррикада» в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 компенсацию морального вреда в размере по 500 000 руб. в пользу каждого, в остальной части иска – отказать.
Исковые требования к Государственной инспекции труда в Ленинградской области – оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ленинградский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Гатчинский городской суд Ленинградской области.
Судья:
Решение в окончательной форме
принято 01.11.2022