УИД: 60RS0003-01-2022-000565-42

Дело № 2-308/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Остров Псковской области 15 августа 2022 года

Островский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Мучициной Н.О.,

при ведении протокола помощником судьи Тумановой О.А.,

с участием: старшего помощника Островского межрайонного прокурора Бабичевой Я.В.,

истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика – адвоката Островского филиала Псковской областной коллегии адвокатов ФИО3, действующего на основании ордера № 271/17 от 15.06.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

Приговором Островского городского суда Псковской области от 10.03.2022 ФИО2 осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с установлением в соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования «Островский район» Псковской области, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности один раз в месяц являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы. Заявленный по уголовному делу гражданский иск представителя потерпевшего - ФИО1 о компенсации морального вреда оставлен без удовлетворения. (л.д. 7-12)

Апелляционным постановлением Псковского областного суда от 05.05.2022 указанный приговор в части разрешения гражданского иска ФИО1 отменен с направлением дела в данной части на новое рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. (л.д. 13-24)

В предъявленном к ФИО2 иске ФИО1 ставит вопрос о взыскании с ответчика в его пользу компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, указывая, что в результате совершенного в отношении его матери ФИО4 преступления, повлекшего для нее тяжкий, опасный для жизни вред здоровью, ему были причинены нравственные страдания, связанные с переживаниями по поводу состоянию здоровья родного для него человека. (л.д. 6)

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования уточнил, снизив размер подлежащего компенсации морального вреда на 2000 рублей, уплаченных стороной причинителя вреда потерпевшей на медикаментозное лечение, в остальной части требования поддержал по доводам иска. Пояснил, что действиями ответчика его матери ФИО4 были причинены нравственные и физические страдания, в связи с полученной в ДТП черепно-мозговой травмой ее здоровье значительно и резко ухудшилось, она потеряла способность выполнять повседневную бытовую деятельность, не могла сохранять равновесие тела, в результате чего, спустя неделю после ДТП, упала дома на кухне и получила закрытый чрезвертельный перелом правой бедренной кости, в последующем, не смогла самостоятельно передвигаться, перестала ориентироваться в пространстве и во времени, узнавать родных, у нее начались психические отклонения, она нуждалась в лечении и постоянном уходе. В связи с болезнью матери и последующей ее смертью он перенес тяжелые нравственные страдания, наблюдая, как родной человек уходит из жизни, переживая сильные физические боли, будучи прикованным к постели без возможности вести привычный образ жизни, при котором она, находясь в преклонном возрасте, проживала одна, полностью себя обслуживала, сажала огород, самостоятельно посещала врачей, следила за своим здоровьем. Травма и ее последствия повлекли изменение образа жизни истца и его семьи по причине осуществления постоянного ухода за матерью, сказались на выполняемой им работе. В настоящее время боль утраты не проходит, эмоциональное потрясение оставило тяжелые последствия.

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО3 по иску возражали, не признавая ни по праву, ни по размеру, полагали, что действиями ответчика не нарушены личные неимущественные права истца, а также его иные нематериальные блага. Указали, что, поскольку право требования компенсации морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшей, носит исключительно личный характер, предусмотренных законом оснований для возложения на виновника ДТП денежной компенсации морального вреда не имеется.

Прокурор Бабичева Я.В. в судебном заседании полагала требования истца обоснованными, подлежащими частичному удовлетворению относительно размера компенсации не менее 50 000 рублей.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав представленные доказательства и материалы дела в целом, обозрев материалы уголовного дела № 1-10/2022 в отношении ФИО2, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 является сыном ФИО4

Согласно установленным приговором суда от 10.03.2022 обстоятельствам преступления, ФИО2 был признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, а именно в том, что 15.05.2021, управляя технически исправным автомобилем «Рено», г.р.з. Н211КА/60, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п. 8.12 ПДД РФ, начал движение со скоростью около 5 км/ч задним ходом от дома № 3/3 в направлении дома № 1 «Г» по ул. Освобождения, г. Острова, Псковской области с разворотом транспортного средства, в результате чего на указанном участке проезжей части, совершил наезд на пешехода ФИО4, двигавшуюся слева направо относительно направления его движения, которую своевременно не обнаружил. В результате нарушения ФИО2 указанных выше требований, пешеходу ФИО4 по неосторожности были причинены телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы, включающей комплекс повреждений, которые в совокупности нанесли тяжкий, опасный для жизни человека вред здоровью. Грубые нарушения водителем ФИО2 п. 8.12 ПДД находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО4

Вступившим в законную силу апелляционным постановлением суда апелляционной инстанции по уголовным делам Псковского областного суда от 05.05.2022, приговор суда в части разрешения гражданского иска, предъявленного в уголовном деле сыном потерпевшей ФИО4 – ФИО1 ввиду ее смерти, отменен, дело в этой части передано на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, в остальной части приговор оставлен без изменения.

Согласно ч. ч. 2, 4 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 №23 «О судебном решении», суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

В силу ч. 1 ст. 71 ГПК РФ приговор суда является письменным доказательством, содержащим сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения данного дела.

Таким образом, виновным в причинении вреда здоровью ФИО4 является ответчик ФИО2

Из исследованных судом материалов уголовного дела № 1-10\2022 усматривается, что ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения умерла 26.07.2021. (уг. дело т.1 л.д.81)

Согласно выводам проведенной в рамках расследования комплексной судебной медицинской экспертизы №78 от 11.08.2021, при поступлении в ГБУЗ «Островская МБ» 15.05.2021 у потерпевшей ФИО4 имелась закрытая черепно-мозговая травма, включающая комплекс повреждений: ссадина и подкожное кровоизлияние (гематома 5х5 см) в затылочной области слева, линейный перелом затылочной кости слева, ушиб головного мозга (в области полюса правой височной доли), также у потерпевшей были обнаружены ссадина и ушиб мягких тканей по задней поверхности левого локтевого сустава. Перечисленные повреждения имеют характер тупой травмы, о чем свидетельствует их сущность, зафиксированы работниками скорой помощи 15.05.2021 в 10 часов 28 минут- могли образоваться за несколько минут (не более получаса) до осмотра, о чем свидетельствует наличие кровоточащей ссадины в области локтевого сустава и квалифицируются: закрытая черепно-мозговая травма как тяжкий, опасный для жизни человека вред здоровью (согласно п.6.1.2 приложения к Приказу МЗиСР РФ № 194н от 24.04.2008), ссадина и ушиб мягких тканей левого локтевого сустава – как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека (согласно п.9 приложения к Приказу МЗиСР РФ № 194н от 24.04.2008). Так как повреждения образовались в едином механизме – подлежат общей (совокупной) оценке тяжести вреда здоровью по повреждению, наибольшей степени тяжести вреда здоровью (согласно п.11 вышеуказанного Приказа). Закрытая черепно-мозговая травма имеет типичный инерционный характер, о чем свидетельствует наличие очага контузии головного мозга, расположенного на стороне противоположной зоне контакта – явилась следствием падения назад и удара затылочной областью слева о тупой предмет. Ссадина и ушиб мягких тканей левого локтевого сустава – образовались в результате падения и удара о тупой предмет. Указанные повреждения могли образоваться в результате однократного падения назад себя, вследствие предшествующего удара (или толчка) движущегося автомобиля. При поступлении в ГБУЗ ПО «Островская МБ» 24.05.2021 у потерпевшей ФИО4, помимо вышеуказанной закрытой черепно-мозговой травмы, имелся закрытый чрезвертельный перелом правой бедренной кости. Данное повреждение имеет характер тупой травмы, о чем свидетельствует его сущность, образовалось 24.05.2021 перед поступлением в больницу, квалифицируется как тяжкий вред здоровью, по критерию значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть (согласно п. 6.11.5 приложения к Приказу МЗиСР РФ № 194н от 24.04.2008). Закрытый чрезвертельный перелом правой бедренной кости образовался в результате падения на правый бок. У ФИО4 имелось заболевание - «диабетическая полиневропатия нижних конечностей», которое сопровождается нарушением полноценных функций нижних конечностей и с экспертной точки зрения, представляет наиболее вероятной причиной падения потерпевшей дома 24.05.2021.

В исследовательской части заключения экспертов приведены данные о вызове ФИО4 на дом СМП 16.05.2021 по поводу жалоб на головную боль, 24.05.2021 доставлена в больницу с переломом шейки правого бедра в результате падения дома, в медицинской карте стационарного больного в период нахождения на лечении у ФИО4 отмечаются периоды психомоторного возбуждения, спутанности сознания. (т.1 л.д.193-201)

Возражая по иску, сторона ответчика высказала суждение о том, что факт родственных отношений сам по себе не является основанием для компенсации морального вреда, поскольку причинение вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего, также указали, что допустимых и достаточных доказательств причинно-следственной связи между нравственными страданиями истца за судьбу и состояние здоровья матери и случившегося с ней несчастного случая, последним не представлено.

Доводы стороны ответчика суд находит несостоятельными в связи со следующим.

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 постановления).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В ст. 151 ГК РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из доводов иска следует, что требования о компенсации морального вреда заявлены ФИО1 ввиду причинения лично ему, в связи с трагическим случаем, произошедшим с его матерью ФИО4, нравственных страданий, выразившихся в ощущениях бессилия от невозможности помочь близкому человеку, чувства тревоги от неизвестности за дальнейшую судьбу матери, невозможности продолжать трудовую деятельность в привычном и регламентированном режиме, чем нарушено его неимущественное право на родственные и семейные связи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Из Конституции Российской Федерации в ее взаимосвязи с нормами Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Судом установлено, что требования о компенсации морального вреда заявлены истцом по тем основаниям, что лично ему в связи с травмированием матери были причинены нравственные страдания, выразившиеся в ощущении бессилия от невозможности ей помочь в связи с фактически невосполнимой утратой здоровья близким человеком, не способным к нормальной жизни вследствие физической травмы, повлекшей необратимые последствия для ее психического состояния, и, как следствие, у истца произошли изменения в привычном образе жизни семьи, его свободное время и рабочий график были ограничены по причине осуществления постоянного ухода за ФИО4, беспокойства за ее физическое и психическое состояние, то есть последствия травмы повлекли нарушения его неимущественного права на родственные и семейные связи.

Таким образом, предметом настоящего спора является компенсация морального вреда за причинение нравственных страданий именно истцу ФИО1

Руководствуясь указанными выше нормами права и разъяснениями Пленума Верховного суда РФ, оценив обстоятельства дела и представленные доказательства, учитывая, что моральный вред - это не только физические, но и нравственные страдания гражданина в связи с нарушением принадлежащих ему нематериальных благ, в данном случае - права на родственные и семейные связи, суд находит иск обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Определяя размер подлежащего компенсации морального вреда, суд руководствуется следующим.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

Ответчик ФИО2 проживает в благоустроенной 4-х комнатной квартире с матерью, инвалидом 2 группы, сестрой и племянником, официально не трудоустроен, существует на случайные заработки, имеет в собственности жилой дом и земельный участок в сельской местности, в общей долевой (1\5 доли) квартиру, в которой проживает, является владельцем ТС «Рено» универсал, 2006 года выпуска. (л.д.34-35, 76-78,81)

Исходя из характера и степени тяжести причиненных матери истца ФИО1 физических и нравственных страданий (тяжкий, опасный для жизни человека вред здоровью), нравственных страданий самого истца, выразившихся в происходящих на его глазах изменениях психического состояния родного для него человека, в эмоциональном стрессе, переживаниях, потере благоприятных условий жизни и радости, в угнетенном психическом состоянии, учитывая, что истец, имеющий семью, детей, официальное место работы, утратил возможность привычного образа жизни, принимая во внимание требования разумности и справедливости, а также материальное положение ответчика, суд находит заявленные истцом требования о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, определяя ее в размере 150 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194- 199, 321 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. Остров, Псковской обл., зарегистрированного и проживающего по адресу: <...> (паспорт <...>) в пользу ФИО1 (паспорт <...>) компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Островский городской суд Псковской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Н.О. Мучицина

Мотивированное решение составлено 25.08.2022