Решение по делу № 2-2482/2023 от 30.10.2023 - об изменении формулировки основания увольнения, взыскании денежных средств.

№2-2482/2023

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

город Омск 30 октября 2023 года

Куйбышевский районный суд города Омска

в составе председательствующего судьи Дорожкиной Е.А.,

при секретаре Ивановой Е.С.,

при организационном участии помощника судьи Мельниковой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «СмартСтил» об изменении формулировки основания увольнения, взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с настоящим иском, в обосновании указав, что он в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ работал в качестве директора ООО «СмартСтил». В соответствии с решением учредителей ООО «СмартСтил» трудовой договор с ним был расторгнут. Точная дата вынесения указанного решения ему неизвестна, поскольку ответчик отказал ему в его выдаче, что подтверждается письмом ООО «СмартСтил» б/н от ДД.ММ.ГГГГ Однако принимая во внимание данные, отраженные на лицевом счете застрахованного лица Пенсионного Фонда России, прекращение трудовых отношений между ним и ответчиком состоялось ДД.ММ.ГГГГ В соответствии с п. 5.1. трудового договора ему был установлена окладно-премиальная система оплаты труда и должностной оклад в размере 17 400 рубле в месяц. Пункт 5.2 трудового договора предусматривает установление районного коэффициента к заработной плате в размере 1.15. Таким образом, размер ежемесячно получаемой им заработной платы составлял 20 010 рублей.

В соответствии со ст. 279 Трудового кодекса РФ в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 278 Трудового кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не менее трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим кодексом. Принимая во внимание указанные обстоятельства, истец обратился к ответчику с требованием выплатить ему указанную компенсацию, однако в ее выплате ему было отказано. Со ссылкой на ст. 236 ТК РФ, исходя из периода задержки выплаты компенсации при прекращении трудового договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, равного 325 дней, и размера ежемесячно получаемой заработной платы 20 010 рублей, полагает, что в его пользу также полежит взысканию компенсация за задержку выплат в размере 10861, 43 рублей.

На основании изложенного истец просил взыскать в его пользу компенсацию при прекращении трудового договора в размере 60030 рублей, компенсацию за задержку выплаты сумм, причитающихся при прекращении трудового договора, в размере 10863, 43 рубля, компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 5000 рублей.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 уточнил исковые требования, просил признать незаконной формулировку основания увольнения по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, признать его уволенным по п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ, при этом срок оспаривания увольнения восстановить, на основании ст. 279 ТК РФ взыскать с ответчика в его пользу компенсацию при прекращении трудового договора в размере 60030 рублей, компенсацию за задержку выплат в размере 17498,75 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 8000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 требования с учетом уточнения поддержал. Пояснил, о том, что имеет право на данную выплату, так как был уволен не по собственному желанию. Заявление об увольнении по собственному желанию он не писал. В апреле 2022 г. он писал заявление, чтобы его исключили из состава учредителей. Хотел работать директором, но не быть учредителем. О том, что его уволили догадался сам, так как в мае 2022г. пришло уведомление об аннулировании его ЭЦП. Об основании увольнения – собственное желание, узнал при рассмотрении настоящего дела. При этом указывал, что длительное время находился на больничном, в том числе и в день увольнения. Ранее также обращался за защитой трудовых прав в трудовую инспекцию, в Центральный районный суд г. Омска, однако иск был возвращен. В связи с чем полагает, что имеются основания (уважительные причины) для восстановления срока оспаривания формулировки увольнения. Требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда не поддерживает.

Представитель ответчика ООО «СмартСтил» по доверенности ФИО6 в судебном заседании просила применить последствия пропуска истцом срока исковой давности, в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме. Полагала, что истцом пропущен срок исковой давности на предъявление требования об оспаривании основания увольнения и взыскании компенсации, так как истец являлся единоличным исполнительным органом предприятия - директором, то о своем увольнении ему доподлинно стало известно в день внесения налоговым органом в выписку из ЕГРЮЛ записи об изменении сведений о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, а именно не позднее ДД.ММ.ГГГГ, в тот же период он узнал и об основании своего увольнения. Таким образом, с исковым заявлением истец должен был обратить в суд не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Требование об оспаривании основания увольнения заявлено истцом лишь ДД.ММ.ГГГГ, т.е. спустя 15 месяцев после увольнения. Доказательства, свидетельствующие о наличии уважительных причин пропуска срока исковой давности, по мнению стороны ответчика, истцом в материалы дела не представлены. В случае удовлетворения заявленных требований полагала, что сумма компенсации подлежащий выплате истцу составляет 56316, 42 руб. (т.е. 64731,42 руб. за вычетом НДФЛ 13%). Соответственно, компенсация за задержку выплат составит 16416,24 рублей.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц Государственная инспекция труда в Омской области, учредители ответчика ФИО2, ФИО3 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали.

Выслушав лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.10.2021г. создано ООО «СмартСтил», ИНН <***>, учредителями значатся – ФИО1, ФИО3, ФИО2 (л.д. 13-16).

ДД.ММ.ГГГГ ООО «СмартСтил» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор №, согласно которому работник принимается на работу в качестве директора в общество с ДД.ММ.ГГГГ.. Работа является основным местом работы (п. 2.3 договора). Трудовой договор заключается на неопределенный срок (п. 2.1 договора). Работнику устанавливается режим работы на условиях полного рабочего времени: 5-дневная рабочая неделя продолжительностью 40 часов, выходные дни – суббота, воскресенье (п. 4.1 договора). На момент заключения настоящего договора работнику устанавливается окладно-премиальная система оплаты труда. Премирование осуществляется в соответствии с Положением о премировании. Работнику установлен должностной оклад в размере 17400 рублей в месяц, размер районного коэффициента 1,15 (п. 5.1, 5.2 договора) (л.д. 8-10).

О приеме на работу работодателем издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ. Запись о назначении директором внесена в ЕГРЮЛ (л.д. 15).

Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен с ДД.ММ.ГГГГ. на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (по инициативе работника). Основанием увольнения значится личное заявление работника от ДД.ММ.ГГГГ. Указанные сведения об основании увольнения были поданы работодателем в отчетности по форме СЗВ-ТД (л.д. 25).

Обращаясь с настоящими требованиями о взыскании компенсации при прекращении трудового договора на основании ст. 279 ТК РФ, истец настаивал на том, что он обращался к работодателю с заявлением об увольнении его по собственному желанию. Об основании увольнения по собственному желанию узнал в ходе рассмотрения дела.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлениях от 27 декабря 1999 г. N 19-П и от 15 марта 2005 г. N 3-П, положения статьи 37 Конституции Российской Федерации, обусловливая свободу трудового договора, право работника и работодателя по соглашению решать вопросы, связанные с возникновением, изменением и прекращением трудовых отношений, предопределяют вместе с тем обязанность государства обеспечивать справедливые условия найма и увольнения, в том числе надлежащую защиту прав и законных интересов работника, как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, при расторжении трудового договора по инициативе работодателя, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (часть 1 статьи 1, статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации).

Согласно пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту также ТК РФ) основанием прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет. Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию ("Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2023)", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19.07.2023).

Согласно пункту 1 статьи 40 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

Пунктом 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что помимо оснований, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации", судам необходимо иметь в виду, что пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации (в настоящее время в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 г. N 347-ФЗ "О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации" пункт 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации) допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный срок, так и на определенный срок, в том числе когда срочный трудовой договор на основании части 4 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации считается заключенным на неопределенный срок.

Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации.

В случае невыплаты руководителю организации при прекращении трудового договора названной компенсации суд с учетом статей 279, 236 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе взыскать с работодателя сумму этой компенсации и проценты (денежную компенсацию) за нарушение срока ее выплаты, а также удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда (статья 394 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац второй пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 г. N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации").

Принимая во внимание изложенные нормы права, оценив представленные сторонами доказательства суд приходит к выводу о наличии оснований к удовлетворению требований истца об изменении формулировки основания увольнения, поскольку ответчиком не представлены доказательства соблюдения порядка увольнения истца из ООО «СмартСтил», что истец выразил желание об увольнении по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ), тогда как судом из совокупности представленных сторонами и полученных по запросу суда доказательств установлено, что ФИО1 был уволен на основании решения участников ООО «СмартСтил» от ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ.

Как следует из пояснений представителя ответчика, письменного заявления ФИО1 об увольнении по собственному желанию от ДД.ММ.ГГГГ. не имеется. Как пояснили учредители ФИО2 и ФИО3, указанное желание истец выразил в устной форме. Истец в свою очередь настаивал на том, что увольняться по собственному желанию намерения не имел.

Вместе с тем, в материалы дела стороной ответчика представлен протокол № внеочередного общего собрания участников ООО «СмартСтил», в котором в качестве повестки дня указан вопрос №: «О директоре Общества с ограниченной ответственностью «СмартСтил». Согласно п. 3 протокола учредителями ФИО2, ФИО3 единогласно принято решение освободить досрочно от должности директора ООО «СмартСтил» ФИО1. На должность директора Общества с ограниченной ответственностью «СмартСтил» назначить ФИО2, сроком на 5 лет.

Кроме того, позиция ответчика об увольнении истца по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ) ДД.ММ.ГГГГ вступает в противоречие с представленными в материалами актами о не выходе истца на работу от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ., от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 31-33).

Таким образом, в отсутствии письменного волеизъявления работника об увольнении по собственному желанию у ответчика не имелись правовые основания к увольнению истца на основании п. 3 ч. 1 ст. 77ТК РФ.

Фактически истец был уволен по п. 2 ст. 278 ТК РФ на основании решения учредителей ООО «СмартСтил».

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что ответчиком была нарушена процедура увольнения истца.

Согласно положениям ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается ответчиком, что 10.05.2022г. истец находился на листке нетрудоспособности.

Согласно части 1 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись (часть 2 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с названным Кодексом или иными федеральным законом сохранялось место работы (должность) (часть 3 статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

С приказом об увольнении № от ДД.ММ.ГГГГ истец не был должным образом ознакомлен. Из представленных сторонами доказательств следует, что приказ об увольнении был направлен ФИО1 только ДД.ММ.ГГГГ., ДД.ММ.ГГГГ. конверт вернулся за истечением срока хранения. В ноябре 2022 г. истец обращался к ответчику с заявлением о выдаче документов об увольнении. Из письма ответчика от ДД.ММ.ГГГГ. в адрес истца следует, что ранее истцу было направлено письмо с приказом об увольнении, которое возвращено спустя месяц в связи с истечением срока хранения. Учитывая тот факт, что почтовая корреспонденция истцом не получается, сообщают, что он может ознакомиться с решением учредителей, а также получить приказ об увольнении и иные документы, связанные с трудовой деятельностью, в офисе компании (л.д. 12,29, 30).

Обращаясь с настоящим иском в суд, ФИО1 не просил о восстановлении на работе, оспаривая формулировку увольнения, просил признать его уволенным на основании п. 2 ст. 278 ТК РФ.

Согласно ст. 394 ТК РФ в случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

При изложенном, суд приходит к выводу о наличии оснований к удовлетворению требований истца об изменении формулировки основания увольнения на п. 2 ст. 278 ТК РФ. Вместе с тем, с учетом доводов стороны истца о нахождении ДД.ММ.ГГГГ на листке нетрудоспособности, подтвержденной материалами дела, суд приходит к выводу о том, что на основании п. 2ст. 278 ТК РФ истец мог быть уволен не ранее ДД.ММ.ГГГГ.

Каких-либо доводов и возражений в данной части стороны не заявляли.

Доводы стороны ответчика о том, что истцом пропущен срок обращения в суд с требованием об изменении формулировки основания увольнения, при том, что истцом заявлено ходатайство о восстановлении данного срока, судом отклоняются ввиду следующего.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

Доводы стороны ответчика о том, что истец знал об увольнении его по собственному желанию с ДД.ММ.ГГГГ., представленными в материалы дела доказательствами не подтверждаются. Напротив, учитывая первоначальное содержание искового заявления, его просительную часть, следует, что об увольнении по собственному желанию истец узнал в ходе рассмотрения настоящего дела.

Во всяком случае, с приказом об увольнении истец ознакомлен не был, к письму от ДД.ММ.ГГГГ. ответчик приказ об увольнении не прикладывал.

При этом суд полагает, что в любом случае в рассматриваемом случае надлежит учесть, что истец длительное время болел (что подтверждается выписным эпикризом, листками нетрудоспособности), обращался в Прокуратуру ЦАО г. Омска, в Центральный районный суд г. Омска за защитой трудовых прав, что в совокупности является уважительными причинами для восстановления процессуального срока.

Так, согласно выписному эпикризу БУЗОО КМСЧ №9 ФИО1 находился на стационарном лечении в отделении кардиологии с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. с диагнозом: ИБС, нестабильная стенокардия, постинфарктный кардиосклероз (ДД.ММ.ГГГГ), ангиопластика со стентированием ПНА (ДД.ММ.ГГГГ.), пароксимальная суправентикулярная тахикардия.

В августе 2022 г. ФИО1 обращался в прокуратуру с заявлением, в котором указывал, что ООО «СмартСтил» на протяжении трех месяцев не выплачивает ему компенсацию при прекращении трудового договора. Прокуратурой данное обращение было направлено в Государственную инспекцию труда. В адрес ООО «СмартСтил» Государственной инспекцией труда было внесено предостережение о недопустимости нарушения обязательных требований. Ответ на обращение в адрес ФИО1 поступил в сентябре 2022г., разъяснено право на обращение в суд.

При этом по сведениям ОСФР по Омской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был нетрудоспособен в периоды с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ, сДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, сДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, сДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, сДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В апреле 2023г. истец обращался с иском к ООО «СмартСтил» в Центральный районный суд г. Омска. Определением судьи Центрального районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ. исковое заявление было возращено ФИО1 в виду неподсудности спора Центральному районному суду. С настоящим иском в Куйбышевский районный суд г. Омска истец обратился ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается штампом на конверте (л.д. 18).

Согласно ст. 279 ТК РФ в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 278 настоящего Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Трудовым договором между ФИО1 и ООО «СмартСтил» размер компенсации при прекращении трудового договора в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ не предусмотрен.

Для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных ТК РФ, устанавливается единый порядок ее исчисления, предусмотренный ст. 139 ТК РФ и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 (ч. 1 ст. 139 ТК РФ).

Расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале — по 28-е (29-е) число включительно) (ст. 139 ТК РФ, п. 4 Положения).

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок в данном случае исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, на количество фактически отработанных в этот период дней (п. 9 Положения).

При исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам (под. б п. 5 Положения).

Признавая за истцом право на получение компенсации при прекращении трудового договора, суд исходит из размера среднего дневного заработка 995,868 руб., представленного ответчиком. Расчет приведен ответчиком в письменных дополнительных пояснениях, является правильным.

Признавая ФИО1 уволенным с 01.07.2022г. на основании п. 2 ч. 1 ст. 278 ТК РФ, оплате подлежит период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. – 65 рабочих дня при пятидневной рабочей недели, что составит 64731,42 рублей, исходя из расчета: 995,868 руб. (средний дневной заработок) * 65 дней.

Вместе с тем, с учетом ч. 3 ст. 196 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация при прекращении трудового договора в размере 60030 рублей.

Доводы стороны ответчика о том, что суду надлежит взыскать компенсацию за вычетом НДФЛ, основаны на неправильном толковании норм закона.

В соответствии со ст. 19 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщиками, плательщиками сборов, плательщиками страховых взносов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложена обязанность уплачивать соответственно налоги, сборы, страховые взносы.

В соответствии с п. 1 ст. 226 НК РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения или постоянные представительства иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 225 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Таким образом, из содержания приведенных положений НК РФ следует, что суд не относится к налоговым агентам и при исчислении заработной платы в судебном порядке не вправе удерживать с работника налог на доходы физических лиц.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации за задержку выплаты на основании ст. 236 ТК РФ, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской федерации, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 11.04.2023 № 16-П «По делу о проверке конституционности статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО4» часть первая статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации, как она сформулирована федеральным законодателем, не позволяет однозначно определить дату, с которой - в случае признания за работником решением суда права на получение тех или иных выплат в рамках установленной системы оплаты труда - следует начислять соответствующие проценты (денежную компенсацию). Между тем, исходя из целевого назначения данной нормы, выявленного в настоящем Постановлении, и с учетом того что обязанность по выплате соответствующих процентов (денежной компенсации) возникает независимо от наличия вины работодателя (часть вторая статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации), а неначисление (и, как следствие, невыплата) полагающихся работнику денежных средств может быть результатом в том числе добросовестного заблуждения работодателя (которое, однако, не освобождает его от материальной ответственности перед работником), определение указанной даты именно со дня, следующего за днем, когда, согласно установленному правовому регулированию, эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, имеет особое значение в целях реализации принципов справедливости и соразмерности ответственности, а также конституционных гарантий права работника на вознаграждение за труд (статья 37, часть 3, Конституции Российской Федерации). В силу этого часть первую статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует признать не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием, в том числе в деле заявителя, данная норма не обеспечивает взыскания с работодателя процентов (денежной компенсации)в случае, когда полагающиеся работнику выплаты - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта и трудового договора - не были начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение, с исчислением размера таких процентов (денежной компенсации) из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении. Федеральному законодателю надлежит, исходя из требований Конституции Российской Федерации и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в настоящем Постановлении, внести в часть первую статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации необходимые изменения.

Проверив представленный истцом расчет компенсации по ст. 236 ТК РФ, суд находит его правильным. С ООО «СмартСтил» в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация за задержку выплат в размере 17498,75 руб.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на оплату юридических услуг. В обоснование несения расходов ФИО1 представлены две квитанции Омской коллегии адвокатов. Согласно квитанции серии АП № за консультацию и составление искового заявление истцом оплачено 5000 рублей. Согласно квитанции серии АП № за консультацию и составление уточненного искового заявления истцом оплачено 3000 рублей.

В соответствии с правилами, установленными ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В силу ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся помимо прочего расходы на оплату услуг представителей.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле (п. 13).

Проверяя соразмерность заявленного к возмещению размера судебных расходов на оплату услуг представителя, суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2004 № 454-О, в силу которой обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и, тем самым, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Соответственно, при определении объема и стоимости юридических услуг в рамках гражданских правоотношений доверитель и поверенный законодательным пределом не ограничены. Однако ни материально-правовой статус юридического представителя (адвокат, консультант и т.п.), ни согласованный доверителем и поверенным размер вознаграждения определяющего правового значения при разрешении вопроса о возмещении понесенных участником процесса судебных расходов не имеют.

Суд отмечает, что реализация процессуальных прав посредством участия в судебных заседаниях юридического представителя является правом участника процесса (ч.1 ст.48 ГПК РФ). Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст.ст.1,421,432,779,781 Гражданского кодекса РФ).

В данной связи, принимая во внимание сложность дела, объем оказанной истцу юридической помощи, суд полагает разумным взыскать с ответчика в пользу ФИО1 расходы на юридические услуги в размере 8000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета г. Омска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 898 рублей (2526 руб. за требования имущественного характера + 600 рублей за требования неимущественного характера).

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать незаконным приказ Общества с ограниченной ответственностью «СмартСтил» (ИНН <***>) № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт РФ №) по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ.

Изменить формулировку увольнения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт РФ №) с ДД.ММ.ГГГГ на увольнение по пункту 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса РФ по инициативе работника с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СмартСтил» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, (паспорт РФ № №) компенсацию при прекращении трудового договора в размере 60030 рублей, компенсацию за задержку выплаты сумм, причитающихся при прекращении трудового договора, в размере 17498,75 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 8000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «СмартСтил» (ИНН <***>) 898 рублей государственной пошлины в доход бюджета города Омска.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Куйбышевский районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья подпись Е.А. Дорожкина

Мотивированное решение изготовлено 07.11.2023г.

КОПИЯ ВЕРНА

Решение (определение) вступило в законную силу ___________________________________________

УИД 55RS0002-01-2023-002295-90

Подлинный документ подшит в деле № 2-2482/2023 __________

Куйбышевского районного суда г. Омска

Судья _____________________________

Секретарь __________________________