Дело № 2-1526/2022
37RS0010-01-2022-001266-83
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 ноября 2022 года город Иваново
Ленинский районный суд г. Иваново в составе:
председательствующего судьи Андреевой М.Б.,
при секретаре судебного заседания Петрас М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО1 о признании договора дарения и договора купли-продажи транспортного средства недействительными,
установил:
Истец обратился в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным.
Исковые требования мотивированы тем, что в производстве Ленинского МСО <адрес> СУ СК России по <адрес> находилось уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ в отношении ФИО3 по факту причинения им смерти по неосторожности ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Потерпевшим по уголовному делу был признан сын погибшего ФИО2, который заявил на стадии предварительного расследования гражданский иск о возмещении причиненного ему морального вреда. ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом <адрес> вынесен приговор в отношении подсудимого ФИО3, в соответствии с которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 11 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. На основании ст. 151 ГК РФ с ФИО3 взыскано в пользу ФИО2 компенсация морального вреда в размере 1000000 руб. Истцу стало известно, что на ФИО3 был зарегистрирован автомобиль Субару Форестер, на который в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска может быть наложен арест. Однако, ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО3 произвел отчуждение автомобиля своей матери ответчику ФИО4 Истец полагает, что вышеуказанная сделка по отчуждению автомобиля является мнимой, поскольку, совершена с целью избежать возможного обращения взыскания на это имущество, в связи с чем, истец обратился в суд с настоящим иском и просил признать договор купли-продажи автомобиля Субару Форестер недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата в собственность ответчика ФИО3 указанного ТС, исключении записи о постановке на учет в ГИБДД УМВ России по <адрес>.
В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истца в качестве ответчика определением суда был привлечен ФИО1 Кроме того, представителем истца, действующее по доверенности ФИО7, были изменены исковые требования, истец просит признать договор дарения автомобиля марки Субару Форестер. 2015 года выпуска № №, заключенный между ФИО3 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата в собственность ответчика ФИО3 указанного транспортного средства, исключении записи от ДД.ММ.ГГГГ о постановке на учет в ГИБДД УМВД России по <адрес> указанного ТС за ФИО4, признать договор купли-продажи автомобиля марки Субару Форестер. 2015 года выпуска № №, заключенный между ФИО4 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде возврата в собственность ответчика ФИО4 указанного ТС, исключении записи от ДД.ММ.ГГГГ о постановке на учет в ГИБДД УМВД России по <адрес> указанного ТС за ФИО1
Истец в судебное заседание не явился, для участия в деле направил своего представителя по доверенности. Представитель истца ФИО7, действующая по доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, пояснив в судебном заседании, что автомобиль был отчужден, чтобы не выплачивать истцу компенсацию морального вреда.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, для участия в деле направил своего представителя по доверенности.
Ответчик ФИО4, представитель ответчиков ФИО3, ФИО4 по доверенности ФИО8 исковые требований не признали, в судебном заседании пояснили, что спорный автомобиль был приобретен на денежные средства ответчика ФИО4 от продажи, принадлежащего ей дома и земельного участка, у ФИО3 таких денежных средств не было, ее сын ФИО3 оказывал ей помощь в бизнесе и по хозяйству, привозил на автомобиле товар, так как у нее нет прав на управления ТС, также ее супруг является инвали<адрес> группы, и сын на приобретенном автомобиле в случае необходимости возил отца. Когда ФИО3 лишили прав, он вернул его матери, а она впоследствии его продала, денежные средства, полученные от продажи автомобиля, пошли на судебные издержки.
Ответчик ФИО1 в судебном заседании пояснил, что приобрел автомобиль Субару Форестер у ФИО4 по объявлению, ранее с ФИО11 знаком не был.
Суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело без участия лиц, не явившихся в судебное заседание.
Выслушав пояснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Пунктом 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
В соответствии со ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Исходя из пункта 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).
Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Данному конституционному положению корреспондирует п. 3 ст. 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В соответствии с п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В статье 161 ГК РФ закреплено, что сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.
На основании ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
Статьей 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).
Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).
В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
В абзаце 2 пункта 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.
Как разъяснено в пунктах 7 и 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.
Материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 был заключен Договор дарения автомобиля Субару Форестер, VIN номер №, 2015 года выпуска.
Из пояснений стороны ответчиков ФИО10 следует, что указанная сделка была совершена в связи с тем, что ФИО3 был лишен права управления транспортными средствами.
Данное обстоятельство подтверждается постановлением мирового судьи судебного участка № Ленинского судебного района <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО3 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок один год 6 месяцев.
ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО4 произвела регистрацию своего права собственности на данный автомобиль в органах ГИБДД, что подтверждается карточкой учета ТС.
Из пояснений представителя истца в судебном заседании следует, что указанная сделка дарения является мнимой, поскольку, совершена для того, чтобы ответчику ФИО3 не выплачивать истцу компенсацию морального вреда, взысканную по приговору Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.
Суд не может согласиться с доводами стороны истца, по следующим основаниям.
Действительно в отношении ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ Ленинским районным судом <адрес> был вынесен приговор, согласно которого ФИО3 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Кроме того, указанным приговором суда с ФИО3 в пользу ФИО2 была взыскана компенсация морального вреда в размере 1000000 руб. в связи с гибелью его отца в результате противоправных действий ФИО3
В настоящее время приговор суда в законную силу не вступил, поскольку, обжалуется сторонами.
Как следует из материалов дела, договор дарения и регистрация права собственности на автомобиль произошло до подачи иска ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 старшему следователю Ленинского МСО <адрес> о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда, до вынесения старшим следователем Ленинского МСО <адрес> СУ СК России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановления о признании гражданским истцом, и до вынесения постановления Ленинским районным судом <адрес> ДД.ММ.ГГГГ о наложении ареста на указанный автомобиль, которое в последствии было отменено апелляционным постановлением Ивановского областного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, и до вынесения Ленинским районным судом <адрес> приговора, которым с ФИО3 была взыскана компенсация морального вреда в пользу истца, и который до настоящего времени не вступил в законную силу.
Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора дарения не было известно о наличии неисполненных обязательств ФИО3 перед истцом на основании приговора суда, ФИО3 не мог предвидеть будут ли удовлетворении исковые требования ФИО2 в рамках уголовного дела и в каком размере, а также возможность обращения взыскания на автомобиль, и распорядился им в пользу матери, на средства которой и был приобретен указанный автомобиль.
Суд полагает необходимым отметить, что само по себе наличие родственных отношений между сторонами сделки не свидетельствует об ее мнимости либо притворности, поскольку действующим законодательством не установлен запрет на совершение сделок, в том числе, по отчуждению имущества, между родственниками.
Таким образом, оспариваемая сделка дарения, заключена ответчиками до вынесения решения суда о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда. На момент заключения сделки долговых обязательств перед истцом ФИО3 не имел. Соответственно при отсутствии каких-либо обеспечительных мер он вправе был распоряжаться принадлежащим ему имуществом.
Ссылки стороны истца о том, что после заключения договора дарения, ФИО3 продолжал пользоваться автомобилем, какими-либо доказательствами не подтверждаются.
По сообщения заместителя командира Отдельного батальона дорожно-патрульной службы ГИБДД от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда ФИО3 был привлечен к административной ответственности в области безопасности дорожного движения на автомобиле Субару Форестер последний раз ДД.ММ.ГГГГ.
Из пояснений ответчика ФИО4 следует, что поскольку, сын был лишен права управления транспортными средствами, у нее нет прав на управлении ТС, в связи с нуждаемостью в денежных средствах, она приняла решение о продаже спорного автомобиля.
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО1 был заключен в простой письменной форме договор купли-продажи автомобиля Субару Форестер, стоимость которого в договоре стороны оценили в 1050000 руб.
ФИО1 передал, а ФИО4 получила за проданный автомобиль денежные средства. Претензий относительно исполнения данного договора у сторон не имелось и не имеется.
ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО1 произвел регистрацию своего права собственности на данный автомобиль в органах ГИБДД, что подтверждается карточкой учета ТС.
Доказательств недобросовестности действий ответчиков в момент заключения договора дарения, и впоследствии купли-продажи спорного автомобиля, являющихся основанием для признания оспариваемых сделок недействительными, стороной истца в нарушении ст. 56 ГПК РФ суду не предоставлено, судом при разрешении спора не установлено.
На момент заключения как договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, так и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а также регистрации автомобиля в органах ГИБДД, в установленном законом порядке ограничений в отношении спорного автомобиля не имелось.
Факт нахождения спорного транспортного средств в пользовании его законного владельца ФИО1 нашел свое подтверждение при рассмотрении дела, поскольку он в установленном порядке поставил автомобиль на регистрационный учет, несет бремя его технического содержания. Реальный характер оспариваемой сделки купли-продажи, а также исполнение не опровергнуты стороной истца.
В связи с изложенным ФИО4, являясь собственником автомобиля, распорядилась своим автомобилем по своему усмотрению, воспользовалась правом, предоставленным ей законом, и произвела его отчуждение.
Доводы стороны истца о недобросовестности действий ответчиков по отчуждению автомобиля, за счет которого можно было исполнить решение суда, противоречат фактическим обстоятельствам дела и в нарушение ст. 56 ГПК РФ не подтверждены надлежащими доказательствами.
Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия. Заключенную сделку стороны фактически не исполняли и исполнять не намеревались. Правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли.
Таким образом, волеизъявление сторон путем подачи заявлений о государственной регистрации сделки, перехода права собственности и право собственности являются действиями, направленными на достижение правовых последствий подписанной ими сделки.
Анализируя вышеизложенные обстоятельства, Судебная коллегия приходит к выводу, что оспариваемые договоры (купли-продажи и дарения) не противоречат какому-либо из условий действительности сделки, правовые последствия совершенной сделки достигнуты, поскольку при заключении оспариваемых сделок воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договоров (купли-продажи и дарения).
Суд также учитывает, что само по себе исполнение условий договора, регистрация перехода права собственности опровергают доводы истицы о мнимости сделок. Исполнение договоров (купли-продажи, дарения) автомобилей свидетельствует о том, что сделки были направлены на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей, в полном соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть на достижение определенного правового результата, в связи с чем они не могут быть признаны недействительными.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если это не предусмотрено федеральным законом.
Доказательств в подтверждение своих доводов истица не представила, ее объяснения противоречат имеющимся в деле доказательствам, как и иных доказательств о наличии у лица при заключении оспариваемых договоров порока воли, которые могли бы служить основанием для признания сделок недействительными, в соответствии с положениями статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что договоры (купли-продажи, дарения) автомобилей заключались формально, в деле не имеется, судом не установлено.
Кроме того, суд учитывает, что на момент совершения оспариваемых сделок, спорное имущество не находилось под арестом.
Поскольку, суд не усмотрел оснований для признания недействительными договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ и применении последствий их недействительности, оснований для удовлетворения производных требований также не имеется.
С учетом изложенного, исковые требования ФИО2 не подлежат удовлетворению в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО2 (паспорт: серия № № выдан ДД.ММ.ГГГГ УМВД России по <адрес>) к ФИО3 (паспорт: № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес> <адрес>), ФИО4 (СНИЛС №), ФИО1 (паспорт: № № выдан ДД.ММ.ГГГГ Отделом УФМС России по <адрес> во <адрес>), отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.
Судья М.Б.Андреева
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ года